Черданцева И.В. Специфика иронии как способа конструирования возможных миров и смыслов


Чтобы посмотреть этот PDF файл с форматированием и разметкой, скачайте его и откройте на своем компьютере.
236
Филосо
ия, социология и культурология
237
существование этой тайны как предпосылки субъек
тивного опыта. Так, например, критикуя радикальный
конструктивизм, представители эволюционной эпи
стемологии К. Лоренц и
его ученики, изучая когнитив
ные механизмы живых существ, отмечают, что в
самих
этих механизмах заложена тенденция объективации,
выработанная в
процессе эволюции и
связанная с
очи
щением результатов восприятия от произвольных фак
торов (в качестве которых могут выступать, например,
телесные особенности или индивидуальные психиче
ские характеристики). Следовательно, знание нельзя
рассматривать как итог произвольного конструирова
ния мира, поскольку оно является некой эволюцион
ной формой приспособления организма к
условиям
окружающей среды.
Как мы видим, главная дискуссия между пред
ставителями радикального и
умеренного конструк
тивизма разворачивается в
онтологической плоско
сти: если радикальные конструктивисты отрицают
все виды данности объекта познающему субъекту, то
умеренные конструктивисты говорят о
том, что кон
структивная деятельность субъекта имеет ограниче
ния, связанные с
существованием тех или иных объ
ективных данностей. Однако гносеологический статус
конструктивизма не вызывает споров ни у
представи
телей радикального, ни у
поклонников умеренного на
правления, и
идея о
том, что познание имеет активно-
конструктивный характер, признается подавляющим
числом исследователей.
Более того, конструктивный характер познания
вряд ли может вызвать сомнение даже у
представи
телей репрезентативных философских концепций.
Независимо от того, как будет решена знаменитая ди
лемма «конструкция или репрезентацияя в
каждом
конкретном случае философствования, большинство
философов, занимающихся гносеологической пробле
матикой, признают значение конструирования в
знавательных процедурах. В
связи с
этим особую
важность приобретает вопрос о
поиске способов кон
струирующей деятельности.
Мы полагаем, что в
качестве одного из таких спо
собов может выступать ирония. Специфика иро
нии как способа конструирования возможных ми
ров и
смыслов в
той или иной мере проявляет себя
уже в
античной философской мысли, достигая яркого
выражения в
философии немецкого романтизма, ког
да ирония приобретает статус философско-эстетиче
ской категории. Эта специфика задается амбивалент
ным характером иронического суждения, в
котором
явный смысл, непосредственно утверждаемый иро
ником, противоположен скрытому смыслу, действи
тельно выражаемому ироником в
своем высказыва
нии. При этом интересно то, что характер соединения
противоположных смысловых структур в
ском суждении может быть разным. Иногда скрыто
му смыслу иронического высказывания отводится ве
дущее место в
ироническом философском дискурсе,
главной задачей ироника становится привлечение
внимания собеседника к
тезису, отрицающему про
изнесенное утверждение. А
иногда совмещение вза
имно исключающих друг друга смыслов происходит
таким образом, что ни одному из них не дается пред
почтения и
признаются их равные права на существо
вание. В
любом случае своеобразие иронии как фило
софской категории, предполагающей построение на
фоне одной смысловой структуры другой структуры,
противоположной первой, позволяет трактовать иро
нию как способ конструирования возможных миров
Одно из наиболее отчетливых и
ярких представ
лений об иронии как способе конструирования воз
можных миров предлагает философия постмодер
низма в
лице таких представителей, как Ж. Делез,
Ж. Деррида, Ж. Бодрийяр. Несмотря на многообраз
ные нюансы, в
целом ведущие идеи постмодернизма
связаны с
игнорированием традиционных метафизи
ческих представлений и
стремлением к
построению
воображаемых миров и
смыслов разного порядка
уровня. Возможность создать новый,
другой
смысл,
по мнению постмодернистов, присутствует всегда,
если есть хотя бы какой-нибудь один смысл и
какой-
нибудь один мир. И
когда встает вопрос о
процедуре,
помощью которой можно задать направленность на
другое
, с
учетом того, что это
другое,
в
свою очередь,
способно к
порождению бесконечной череды новых
других
представители постмодернизма обращаются
иронии как способу, позволяющему конструировать
вероятные формы, процессы и
состояния. «Высокий
модернизм всегда ироничен, так же как древнее ис
кусство было религиозно. Подобно тому как чувство
сакрального вело к
видению потусторонней реально
сти, давая ей основание и
предопределяя смысл, так
же ирония открывает под и
пределах этого видения
поле интеллектуальной разминки, вибрирующую ат
мосферу воображения и
исподволь рождает методы
создания вещей, которые становятся символами бо
лее значимой реальности. Обыграть вещи ирониче
ски не значит высмеять иха Это достаточно творче
ское видение, направленное на то, чтобы превзойти
управлять имия (цит. по: [2, с. 15]). Эти слова под
черкивают конструирующий характер иронии, созда
ющей новую смысловую реальность.
Понимание иронии как способа конструирования
возможных миров и
смыслов подтверждает также
трактовка иронии как формы соблазна, предложен
ная Ж. Бодрийяром. Характеризуя феномен соблаз
на, французский философ фактически описывает про
цесс иронического построения вероятных смыслов.
Более того, иногда создается впечатление, что для
Бодрийяра соблазн и
ирония ж это вообще тожде
ственные понятия. Французский мыслитель обраща
ет внимание на то, что ирония и
соблазн являются по
пецифика иронии как способа конструирования возможных миров и
своей природе провокационными структурами, наце
ленными на изменение существующего положения
вещей. Ирония так же, как и
соблазн, «искушаетя ре
альность и
ее фрагменты; сомневаясь в
одном смысле,
она предлагает другой, в
котором впоследствии тоже
начинает сомневаться, снимая ограничения с
работы
творческого воображения.
По мнению Ж. Бодрийяра важно, что ирония не
только разрушает, но и
создает новые перспективы ви
дения мира и
человека. При этом получается, что лю
бая попытка сконструировать окончательную модель
мира является бессмысленной, а
любое описание ре
альности имеет относительный характер, поскольку
оно существует в
определенном времени и
зависит от
социокультурных форм и
приоритетов этого времени.
этой ситуации ирония не ищет абсолютную истину,
лишь указывает на относительность наших представ
лений о
мире; она провоцирует замену одних видимо
стей (картин мира) другими и
тем самым показывает,
что возможен процесс конструирования реальности по
любым правилам. Искушая все устои, сомневаясь во
всех метарассказах, ирония «не взыскует своей исти
ны, но соблазняетя [3, с. 61], и
эта особенность иронии,
наверное, является одной из главных причин отождест
вления иронии и
соблазна Ж.
Бодрийяром. Ирония рас
шатывает любую видимость, конструируя иные ви
димости и
осуществляя тем самым «выворачивание
наизнанку мнимой глубины реальности, переворачи
вание всякой психологии, анатомии, истины и
властия
[3, с. 62]. И
хотя самой иронии не принадлежит ниче
го, кроме видимостей, и
от нее ускользают все формы
власти, тем не менее ей «по силам обратить, повернуть
оборотной стороной все знаки властия [3, с. 62] и
дать новые миры и
смыслы.
Ранее было отмечено, что ироническое констру
ирование применяется не только представителями
постмодернизма, но и
многими другими философами,
относящимися к
иронии как к
познавательной струк
туре. Данная особенность иронического познания
интересна не только мыслителям, отрицающим тра
диционные метафизические учения и
классические
концепции истины (среди которых аристотелевский
критерий соответствия знания реальному положению
дел занимает ведущие позиции). Философы, призна
ющие ценность метафизики, например немецкие ро
мантики, утверждая веру в
существование единого
универсума, обращаются к
иронии затем, чтобы с
помощью приблизиться к
истинному знанию о
беско
нечной реальности. Те миры, которые создаются при
этом, связаны с
попытками понимания универсума
стремлением найти адекватные формы для выра
жения полноты жизни. Поэтому способность иронии
осуществлять построение новых структур использу
ется в
философии не только для того, чтобы конструи
ровать какие-то альтернативные миры возможностей,
но и
для того, чтобы познавать истинную реальность
(естественно, при условии признания факта ее су
ществования). Таким образом, в
метафизических те
ориях иронический способ конструирования миров
смыслов в
конечном итоге становится ироническим
способом познания реальности, а
философии пост
модернизма с
ее ярко выраженным антиметафизиче
ским статусом способность иронии создавать новые
миры рассматривается как самодостаточная и
самостоятельное значение.
Подводя итоги данной статьи, хочется еще раз об
ратить внимание на то, что специфика ироническо
го способа конструирования других миров и
лов органично вытекает из специфики иронического
дискурса и
его основного элемента ж ироническо
го высказывания, соединяющего противоположные
смысловые элементы. Акцент, сделанный исследо
вателем на отрицании высказанного смысла, иници
ирует возникновение новых иронических суждений,
ведущих к
появлению новых миров и
новых смыс
ловых структур.
Библиографический список
1. Конструктивизм в
эпистемологии и
науках о
ловеке (материалы «круглого столая) / В.А. Лекторский,
Петренко, Б.И. Пружинин и
др. // Вопросы филосо
2. Glicksberg Ch. I. The Ironic Vision in Modern Literature.
ж
3. Бодрийар Ж. Фрагменты из книги «О соблазнея //
Иностранная литература. ж 1994. ж №1.

Приложенные файлы

  • pdf 3769075
    Размер файла: 743 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий