Тема 12. Дипломатия в период Холодной войны. Бл..

ТЕМА 12. ДИПЛОМАТИЯ В ПЕРИОД «ХОЛОДНОЙ ВОЙНЫ». БЛОКОВАЯ ДИПЛОМАТИЯ
План лекции (2 часа)
1 занятие
Геополитическая ситуация в Европе после окончания второй мировой войны.
Речь У. Черчилля в Фултоне 5 марта 1946 г. и ее значение. Доктрина Трумэна.
Дипломатия СССР в отношении стран Восточной Европы и стран Запада.
Понятия «сверхдержава» и «военно-политический блок». Формирование и цель военно-политических блоков (НАТО, ОВД). Американская и советская дипломатия. «Ядерная дипломатия» и цели сверхдержав.
2 занятие
1. Проблема мирного урегулирования в Европе и начало европейской интеграции.
2. «Холодная война» на периферии глобальной системы (блоки СЕНТО, СЕАТО и коммунистические режимы в Азии). Распад колониальных систем и учреждение Движения неприсоединения. «Третья сила» в «холодной войне».
3. Происхождение и дипломатические аспекты Карибского кризиса.

1 занятие
1. Геополитическая ситуация в Европе после окончания второй мировой войны.
Международная обстановка после Второй мировой войны была запутанна и неопределённа. Формально антигитлеровская коалиция сохраняла своё существование. На практике же обнаруживались все более углублявшиеся противоречия между СССР и его западными партнёрами. Сталин претендовал на первенствующую роль, постоянно подчёркивая, что как главный победитель фашизма и главный потерпевший от него СССР имеет больше прав в решении вопросов послевоенного устройства, особенно в Европе и Азии. Шло активное расширение коммунистического влияния в странах Восточной Европы, а также рост влияния коммунистов в Западной Европе. В Греции шла гражданская война между коммунистами и антикоммунистическими силами. СССР предъявил территориальные претензии к Турции и затягивал вывод войск из Ирана. Когда Черчилль произносил свою речь, кризис достиг высшего накала, и президент Трумэн даже грозился применить против СССР атомное оружие. Был даже подготовлен план «Boiler» – атаки на 22 крупнейших города Советского Союза, если Сталин не выведет войска.
В то же время на Западе в широких массах, а также в либеральных и социалистически настроенных кругах сохранялась уверенность, что дружественные и союзнические отношения с СССР, сложившиеся во время войны, можно будет сохранять и дальше. Претензии СССР в этих кругах рассматривали как законную заботу о собственной безопасности, а также необходимость компенсации за страдания и жертвы, понесённые советскими людьми во время войны.
Черчилль, изначально бывший последовательным антикоммунистом, относился к этим тенденциям с большим недовольством. Он понимал, что Великобритания, бывшая до войны главной европейской державой, больше таковой не является. Терять такой статус ему очень не хотелось. Страны Западной Европы, разорённые войной и сами находящиеся под сильным коммунистическим влиянием, не смогут эффективно противостоять экспансии СССР. Остановить Советский Союз могли только США, наименее пострадавшие от войны и обладавшие в то время монополией на атомное оружие. Неспроста свою первую внешнеполитическую речь в качестве лидера оппозиции в ноябре 1945 г. Черчилль посвятил «важным проблемам наших отношений с Соединёнными Штатами».
Во время второй мировой войны в США развернулись усилия по разработке новых теорий внешней политики и мирового порядка. Эти усилия связаны, прежде всего, с именами Г.Уайджерта, Н.Спайкмена, Р.Страуса-Хюпе, В.Стефанссона, О.Латимора и др. Некоторые из них претендовали на формулирование «гуманизированной версии геополитики». В качестве отправной точки для них служил тезис о том, что Америке суждено сыграть особую роль в мире.
Для реализации этой роли обосновывалась мысль о необходимости разработки особой американской геополитики. В целом сохраняя приверженность основополагающим принципам, сформулированным Мэхеном, Макиндером и другими отцами-основателями традиционной геополитики, американские исследователи выдвинули на передний план силовой фактор.
Наиболее показательны позиции Н.Спайкмена. «В мире международной анархии, - писал он, - внешняя политика должна иметь своей целью, прежде всего, улучшение или, по крайней мере, сохранение сравнительной силовой позиции государства. Сила, в конечном счете, составляет способность вести успешную войну, и в географии лежат ключи к проблемам военной и политической стратегии. Территория государства - это база, с которой оно действует во время войны, и стратегическая позиция, которую оно занимает во время временного перемирия, называемого миром. География является самым фундаментальным фактором во внешней политике государств, потому что этот фактор - самый постоянный. Министры приходят и уходят, умирают даже диктатуры, но цепи гор остаются непоколебимыми».
Спайкмен выделял три крупных центра мировой мощи:
атлантическое побережье Северной Америки,
европейское побережье
Дальний Восток Евразии.
Он допускал также возможность четвертого центра в лице Индии.
Из всех трех евразийских регионов Спайкмен считал особо значимым для США европейское побережье, поскольку Америка возникла в качестве трансатлантической проекции европейской цивилизации. К тому же наиболее важные регионы США были, естественно, ориентированы в направлении Атлантики.
Следует отметить, что при всех различиях в позициях большинство американских исследователей придерживались того мнения, что после второй мировой войны США не остается ничего иного, кроме как вступить в тесный союз с Великобританией. Как считал тот же Спайкмен, победа Германии и Японии привела бы к установлению их совместного контроля над тремя главными центрами силы в Евразии. В таком случае Америка оказалась бы в весьма уязвимом положении, поскольку при всей своей мощи она не была бы в состоянии сопротивляться объединенной мощи остальных держав. Именно поэтому, утверждал Спайкмен, США следует вступить в союз с Великобританией. При этом, подвергнув некоторому пересмотру концепцию Макиндера, Спайкмен переформулировал приведенный выше тезис последнего по-своему: «кто контролирует Римленд, тот контролирует Евразию, а кто контролирует Евразию, тот контролирует судьбы всего мира».
Очевидно, что позиция Спайкмена явно или неявно имела своим предназначением обоснование лидирующей роли США в послевоенном мире. Об этом недвусмысленно говорил Г.Уайджерт. Призывая учиться у германской геополитики, он делал упор на то, что в послевоенный период Америка должна способствовать освобождению Евразии от всех форм империализма и утверждению там свободы и демократии, естественно, американского образца. Предполагалось, что США, будучи океанической державой с мощными военно-морским флотом и авиацией, будут в состоянии установить свой контроль над прибрежными зонами евразийского континента и, заблокировав евразийский хартленд, контролировать весь мир.
Термин «холодная война» был введен в обращение Черчиллем в ходе его выступления в Фултоне (США) 5 марта 1946 года. Уже не являясь лидером своей страны, Черчилль оставался одним из самых влиятельных политиков мира. В своей речи он констатировал, что Европа оказалась разделенной «железным занавесом», и призвал западную цивилизацию объявить войну «коммунизму».
Почему же холодная война началась только после Второй Мировой войны? Очевидно, это было продиктовано самим временем, самой эпохой. Из этой войны союзники вышли настолько сильными, а средства ведения войны стали столь разрушительными, что стало ясно: выяснять отношения прежними методами слишком большая роскошь. Тем не менее, желания извести друг друга у партнеров по коалиции не убавилось. В известной степени инициатива начала «холодной войны» принадлежит странам Запада, для которых мощь СССР, ставшая очевидной в ходе Второй Мировой войны, оказалась очень неприятным сюрпризом.
Итак, «холодная война» возникла вскоре после окончания Второй Мировой войны, когда союзники принялись подводить ее итоги:
значительная часть Европы оказалось в советской зоне влияния
возникла мощная волна освободительного движения в колониях против метрополий
на мировой арене сформировались две сверхдержавы, военно-экономическая мощь которых давала им существенное превосходство над другими
интересы стран Запада в различных точках земного шара противоречат интересам СССР.
Это новое состояние мира, образовавшееся после Второй Мировой войны, быстрее других и осознал Черчилль, провозгласив «холодную войну».

2. Речь У. Черчилля в Фултоне 5 марта 1946 г. и ее значение. Доктрина Трумэна.
Фултонская речь Уинстона Черчилля (5 марта 1946 года) в Вестминстерском колледже в Фултоне, штат Миссури, США; в СССР считалась сигналом для начала холодной войны.

Я счастлив, что прибыл сегодня в Вестминстерский колледж и что вы присвоили мне ученую степень. Название «Вестминстер» мне кое-что говорит. Кажется, что я его где-то слышал. Ведь именно в Вестминстере я получил львиную долю своего образования в области политики, диалектики, риторики, ну и еще кое в чем. В сущности, мы с вами получили образование в одних и тех же или схожих учебных заведениях.
Также честь, возможно почти уникальная, для частного лица – быть представленным академической аудитории президентом Соединенных Штатов. Обремененный множеством различных забот и обязанностей, которых он не жаждет, но от которых не бежит, президент проделал путь в 1000 миль для того, чтобы почтить своим присутствием нашу сегодняшнюю встречу и подчеркнуть ее значение, дав мне возможность обратиться к этой родственной стране, моим соотечественникам по ту сторону океана, а, может быть, еще и к некоторым другим странам. Президент уже сказал вам о своем желании, которое, я уверен, совпадает с вашим, – чтобы я в полной мере был волен дать вам мой честный и верный совет в эти беспокойные и смутные времена.
Я, разумеется, воспользуюсь этой предоставленной мне свободой и чувствую себя тем более вправе сделать это, что какие бы то ни было личные амбиции, которые я мог иметь в мои молодые годы, давно удовлетворены сверх моих самых больших мечтаний. Должен, однако, заявить со всей определенностью, что у меня нет ни официального поручения, ни статуса для такого рода выступления, и я говорю только от своего имени. Так что перед вами только то, что вы видите. Поэтому я могу позволить себе, пользуясь опытом прожитой мною жизни, поразмышлять о проблемах, осаждающих нас сразу же после нашей полной победы на полях сражений, и попытаться изо всех сил обеспечить сохранение того, что было добыто с такими жертвами и страданиями во имя грядущей славы и безопасности человечества.
Соединенные Штаты находятся в настоящее время на вершине всемирной мощи. Сегодня торжественный момент для американской демократии, ибо вместе со своим превосходством в силе она приняла на себя и неимоверную ответственность перед будущим. Оглядываясь вокруг, вы должны ощущать не только чувство исполненного долга, но и беспокойство о том, что можете оказаться не на уровне того, что от вас ожидается. Благоприятные возможности налицо, и они полностью ясны для обеих наших стран.
Отвергнуть их, проигнорировать или же без пользы растратить означало бы навлечь на себя бесконечные упреки грядущих времен. Постоянство мышления, настойчивость в достижении цели и великая простота решений должны направлять и определять поведение англоязычных стран в мирное время, как это было во время войны. Мы должны и, думаю, сможем оказаться на высоте этого жесткого требования. Когда американские военные сталкиваются с какой-либо серьезной ситуацией, они обычно предваряют свои директивы словами «общая стратегическая концепция». В этом есть своя мудрость, поскольку наличие такой концепции ведет к ясности мышления. Общая стратегическая концепция, которой мы должны придерживаться сегодня, есть не что иное, как безопасность и благополучие, свобода и прогресс всех семейных очагов, всех людей во всех странах. Я имею в виду, прежде всего, миллионы коттеджей и многоквартирных домов, обитатели которых, невзирая на превратности и трудности жизни, стремятся оградить домочадцев от лишений и воспитать свою семью в боязни перед Господом или основываясь на этических принципах, которые часто играют важную роль. Чтобы обеспечить безопасность этих бесчисленных жилищ, они должны быть защищены от двух главных бедствий – войны и тирании. Всем известно страшное потрясение, испытываемое любой семьей, когда на ее кормильца, который ради нее трудится и преодолевает тяготы жизни, обрушивается проклятие войны. Перед нашими глазами зияют ужасные разрушения Европы со всеми ее былыми ценностями и значительной части Азии. Когда намерения злоумышленных людей либо агрессивные устремления мощных держав уничтожают во многих районах мира основы цивилизованного общества, простые люди сталкиваются с трудностями, с которыми они не могут справиться. Для них все искажено, поломано или вообще стерто в порошок.
Стоя здесь в этот тихий день, я содрогаюсь при мысли о том, что происходит в реальной жизни с миллионами людей и что произойдет с ними, когда планету поразит голод.
Никто не может просчитать то, что называют «неисчислимой суммой человеческих страданий». Наша главная задача и обязанность – оградить семьи простых людей от ужасов и несчастий еще одной войны. В этом мы все согласны. Наши американские военные коллеги после того, как они определили «общую стратегическую концепцию» и просчитали все наличные ресурсы, всегда переходят к следующему этапу – поискам средств ее реализации. В этом вопросе также имеется общепринятое согласие. Уже образована всемирная организация с основополагающей целью предотвратить войну. ООН, преемница Лиги Наций с решающим добавлением к ней США и всем, что это означает, уже начала свою работу. Мы обязаны обеспечить успех этой деятельности, чтобы она была реальной, а не фиктивной, чтобы эта организация представляла из себя силу, способную действовать, а не просто сотрясать воздух, и чтобы она стала подлинным Храмом Мира, в котором можно будет развесить боевые щиты многих стран, а не просто рубкой мировой вавилонской башни.
Прежде чем мы сможем освободиться от необходимости национальных вооружений в целях самосохранения, мы должны быть уверены, что наш храм построен не на зыбучих песках или трясине, а на твердой скалистой основе. Все, у кого открыты глаза, знают, что наш путь будет трудным и долгим, но если мы будем твердо следовать тому курсу, которому следовали в ходе двух мировых войн (и, к сожалению, не следовали в промежутке между ними), то у меня нет сомнений в том, что, в конце концов, мы сможем достичь нашей общей цели.
Здесь у меня имеется и практическое предложение к действию. Суды не могут работать без шерифов и констеблей. Организацию Объединенных Наций необходимо немедленно начать оснащать международными вооруженными силами. В таком деле мы можем продвигаться только постепенно, но начать должны сейчас. Я предлагаю, чтобы всем государствам было предложено предоставить в распоряжение Всемирной Организации некоторое количество военно-воздушных эскадрилий. Эти эскадрильи готовились бы в своих собственных странах, но перебрасывались бы в порядке ротации из одной страны в другую. Летчики носили бы военную форму своих стран, но с другими знаками различия. От них нельзя было бы требовать участия в военных действиях против своей собственной страны, но во всех других отношениях ими руководила бы Всемирная Организация. Начать создавать такие силы можно было бы на скромном уровне и наращивать их по мере роста доверия. Я хотел, чтобы это было сделано после Первой мировой войны, и искренне верю, что это можно сделать и сейчас.
Однако было бы неправильным и неосмотрительным доверять секретные сведения и опыт создания атомной бомбы, которыми в настоящее время располагают Соединенные Штаты, Великобритания и Канада, Всемирной Организации, еще пребывающей в состоянии младенчества. Было бы преступным безумием пустить это оружие по течению во все еще взбудораженном и не объединенном мире. Ни один человек, ни в одной стране не стал спать хуже от того, что сведения, средства и сырье для создания этой бомбы сейчас сосредоточены в основном в американских руках. Не думаю, что мы спали бы сейчас столь спокойно, если бы ситуация была обратной, и какое-нибудь коммунистическое или неофашистское государство монополизировало на некоторое время это ужасное средство. Одного страха перед ним уже было бы достаточно тоталитарным системам для того, чтобы навязать себя свободному демократическому миру. Ужасающие последствия этого не поддавались бы человеческому воображению. Господь повелел, чтобы этого не случилось, и у нас есть еще время привести наш дом в порядок до того, как такая опасность возникнет. Но даже в том случае, если мы не пожалеем никаких усилий, мы все равно должны будем обладать достаточно разительным превосходством, чтобы иметь эффективные устрашающие средства против его применения или угрозы такого применения другими странами. В конечном счете, когда подлинное братство людей получило бы реальное воплощение в виде некоей Всемирной Организации, которая обладала бы всеми необходимыми практическими средствами, чтобы сделать ее эффективной, такие полномочия могли бы быть переданы ей.
Теперь я подхожу ко второй опасности, которая подстерегает семейные очаги и простых людей, а именно – тирании. Мы не можем закрывать глаза на то, что свободы, которыми пользуются граждане во всей Британской империи, не действуют в значительном числе стран; некоторые из них весьма могущественны. В этих государствах власть навязывается простым людям всепроникающими полицейскими правительствами. Власть государства осуществляется без ограничения диктаторами либо тесно сплоченными олигархиями, которые властвуют с помощью привилегированной партии и политической полиции. В настоящее время, когда трудностей все еще так много, в наши обязанности не может входить насильственное вмешательство во внутренние дела стран, с которыми мы не находимся в состоянии войны. Мы должны неустанно и бесстрашно провозглашать великие принципы свободы и прав человека, которые представляют собой совместное наследие англоязычного мира и которые в развитие Великой Хартии, Билля о правах, закона Хабеас Корпус, суда присяжных и английского общего права обрели свое самое знаменитое выражение в Декларации Независимости. Они означают, что народ любой страны имеет право и должен быть в силах посредством конституционных действий, путем свободных нефальсифицированных выборов с тайным голосованием выбрать или изменить характер или форму правления, при котором он живет; что господствовать должны свобода слова и печати; что суды, независимые от исполнительной власти и не подверженные влиянию какой-либо партии, должны проводить в жизнь законы, которые получили одобрение значительного большинства населения либо освящены временем или обычаями. Это основополагающие права на свободу, которые должны знать в каждом доме.
Таково послание британского и американского народов всему человечеству. Давайте же проповедовать то, что мы делаем, и делать то, что мы проповедуем. Итак, я определил две главные опасности, угрожающие семейным очагам людей. Я не говорил о бедности и лишениях, которые зачастую тревожат людей больше всего. Но если устранить опасности войны и тирании, то, несомненно, наука и сотрудничество в ближайшие несколько лет, максимум несколько десятилетий принесут миру, прошедшему жестокую школу войны, рост материального благосостояния, невиданный в истории человечества. В настоящее время, в этот печальный и оцепеняющий момент, нас угнетают голод и уныние, наступившие после нашей колоссальной борьбы. Но это все пройдет и может быть быстро, и нет никаких причин, кроме человеческой глупости и бесчеловечного преступления, которые не дали бы всем странам без исключения воспользоваться наступлением века изобилия. Я часто привожу слова, которые пятьдесят лет назад слышал от великого американского оратора ирландского происхождения и моего друга Берка Кокрана: «На всех всего достаточно. Земля – щедрая мать. Она даст полное изобилие продовольствия для всех своих детей, если только они будут ее возделывать в справедливости и мире».
Итак, до сих пор мы в полном согласии. Сейчас, продолжая пользоваться методикой нашей общей стратегической концепции, я подхожу к тому главному, что хотел здесь сказать. Ни эффективное предотвращение войны, ни постоянное расширение влияния Всемирной Организации не могут быть достигнуты без братского союза англоязычных народов. Это означает особые отношения между Британским Содружеством и Британской империей и Соединенными Штатами. У нас нет времени для банальностей, и я дерзну говорить конкретно. Братский союз требует не только роста дружбы и взаимопонимания между нашими родственными системами общества, но и продолжения тесных связей между нашими военными, которые должны вести к совместному изучению потенциальных опасностей, совместимости вооружений и военных уставов, а также обмену офицерами и курсантами военно-технических колледжей. Это также означало бы дальнейшее использование уже имеющихся средств для обеспечения взаимной безопасности путем совместного пользования всеми военно-морскими и военно-воздушными базами. Это, возможно, удвоило бы мобильность американского флота и авиации. Это намного повысило бы мобильность вооруженных сил Британской империи, а также, по мере того как мир успокоится, дало бы значительную экономию финансовых средств. Уже сейчас мы совместно пользуемся целым рядом островов; в близком будущем и другие острова могут перейти в совместное пользование. США уже имеют постоянное соглашение об обороне с доминионом Канада, которая глубоко предана Британскому Содружеству и империи. Это соглашение более действенно, чем многие из тех, которые часто заключались в рамках формальных союзов. Этот принцип следует распространить на все страны Британского Содружества с полной взаимностью. Так и только так мы сможем, что бы ни случилось, обезопасить себя и работать вместе во имя высоких и простых целей, которые дороги нам и не вредны никому. На самом последнем этапе может реализоваться (и, я считаю, в конечном счете реализуется) и идея об общем гражданстве, но этот вопрос мы вполне можем оставить на усмотрение судьбы, чью протянутую нам навстречу руку столь многие из нас уже ясно видят. Есть, однако, один важный вопрос, который мы должны себе задать. Будут ли особые отношения между США и Британским Содружеством совместимы с основополагающей верностью Всемирной Организации? Мой ответ: такие отношения, напротив, представляют собой, вероятно, единственное средство, с помощью которого эта организация сможет обрести статус и силу. Уже существуют особые отношения между США и Канадой и южноамериканскими республиками. У нас также имеется заключенный на 20 лет договор о сотрудничестве и взаимной помощи с Россией. Я согласен с министром иностранных дел Великобритании г-ном Бевином, что этот договор, в той степени, в какой это зависит от нас, может быть заключен и на 50 лет. Нашей единственной целью является взаимная помощь и сотрудничество. Наш союз с Португалией действует с 1384 года и дал плодотворные результаты в критические моменты минувшей войны. Ни одно из этих соглашений не входит в противоречие с общими интересами всемирного соглашения.
Напротив, они могут помогать работе Всемирной Организации. «В доме Господа всем хватит места». Особые отношения между Объединенными Нациями, которые не имеют агрессивной направленности против какой-либо страны и не несут в себе планов, несовместимых с Уставом Организации Объединенных Наций, не только не вредны, но полезны и, я полагаю, необходимы. Я уже говорил о Храме Мира. Возводить этот Храм должны труженики из всех стран. Если двое из этих строителей особенно хорошо знают друг друга и являются старыми друзьями, если их семьи перемешаны и, цитируя умные слова, которые попались мне на глаза позавчера, «если у них есть вера в цели друг друга, надежда на будущее друг друга и снисхождение к недостаткам друг друга», то почему они не могут работать вместе во имя общей цели как друзья и партнеры? Почему они не могут совместно пользоваться орудиями труда и таким образом повысить трудоспособность друг друга? Они не только могут, но и должны это делать, иначе Храм не будет возведен либо рухнет после постройки бездарными учениками, и мы будем снова, уже в третий раз, учиться в школе войны, которая будет несравненно более жестокой, чем та, из которой мы только что вышли. Могут вернуться времена средневековья, и на сверкающих крыльях науки может вернуться каменный век, и то, что сейчас может пролиться на человечество безмерными материальными благами, может привести к его полному уничтожению. Я поэтому взываю: будьте бдительны. Быть может, времени осталось уже мало. Давайте не позволим событиям идти самотеком, пока не станет слишком поздно. Если мы хотим, чтобы был такой братский союз, о котором я только что говорил, со всей той дополнительной мощью и безопасностью, которые обе наши страны могут из него извлечь, давайте сделаем так, чтобы это великое дело стало известным повсюду и сыграло свою роль в укреплении основ мира. Лучше предупреждать болезнь, чем лечить ее.
На картину мира, столь недавно озаренную победой союзников, пала тень. Никто не знает, что Советская Россия и ее международная коммунистическая организация намереваются сделать в ближайшем будущем и каковы пределы, если таковые существуют, их экспансионистским и верообратительным тенденциям. Я глубоко восхищаюсь и чту доблестный русский народ и моего товарища военного времени маршала Сталина. В Англии – я не сомневаюсь, что и здесь тоже, – питают глубокое сочувствие и добрую волю ко всем народам России и решимость преодолеть многочисленные разногласия и срывы во имя установления прочной дружбы. Мы понимаем, что России необходимо обеспечить безопасность своих западных границ от возможного возобновления германской агрессии. Мы рады видеть ее на своем законном месте среди ведущих мировых держав. Мы приветствуем ее флаг на морях. И прежде всего мы приветствуем постоянные, частые и крепнущие связи между русским и нашими народами по обе стороны Атлантики. Однако я считаю своим долгом изложить вам некоторые факты – уверен, что вы желаете, чтобы я изложил вам факты такими, какими они мне представляются, – о нынешнем положении в Европе.
От Штеттина на Балтике до Триеста на Адриатике на континент опустился железный занавес. По ту сторону занавеса все столицы древних государств Центральной и Восточной Европы – Варшава, Берлин, Прага, Вена, Будапешт, Белград, Бухарест, София. Все эти знаменитые города и население в их районах оказались в пределах того, что я называю советской сферой, все они в той или иной форме подчиняются не только советскому влиянию, но и значительному и все возрастающему контролю Москвы. Только Афины с их бессмертной славой могут свободно определять свое будущее на выборах с участием британских, американских и французских наблюдателей. Польское правительство, находящееся под господством русских, поощряется к огромным и несправедливым посягательствам на Германию, что ведет к массовым изгнаниям миллионов немцев в прискорбных и невиданных масштабах. Коммунистические партии, которые были весьма малочисленны во всех этих государствах Восточной Европы, достигли исключительной силы, намного превосходящей их численность, и всюду стремятся установить тоталитарный контроль. Почти все эти страны управляются полицейскими правительствами, и по сей день, за исключением Чехословакии, в них нет подлинной демократии. Турция и Персия глубоко обеспокоены и озабочены по поводу претензий, которые к ним предъявляются, и того давления, которому они подвергаются со стороны правительства Москвы. В Берлине русские предпринимают попытки создать квазикоммунистическую партию в своей зоне оккупированной Германии посредством предоставления специальных привилегий группам левых немецких лидеров.
После боев в июне прошлого года американская и британская армии в соответствии с достигнутым ранее соглашением отошли на Запад по фронту протяженностью почти в 400 миль на глубину, достигшую в некоторых случаях 150 миль, с тем, чтобы наши русские союзники заняли эту обширную территорию, которую завоевали западные демократии. Если сейчас Советское правительство попытается сепаратными действиями создать в своей зоне прокоммунистическую Германию, это вызовет новые серьезные затруднения в британской и американской зонах и даст побежденным немцам возможность устроить торг между Советами и западными демократиями. Какие бы выводы ни делать из этих фактов, – а все это факты, – это будет явно не та освобожденная Европа, за которую мы сражались. И не Европа, обладающая необходимыми предпосылками для создания прочного мира. Безопасность мира требует нового единства в Европе, от которого ни одну сторону не следует отталкивать навсегда. От ссор этих сильных коренных рас в Европе происходили мировые войны, свидетелями которых мы являлись или которые вспыхивали в прежние времена. Дважды в течение нашей жизни Соединенные Штаты против своих желаний и традиций и в противоречии с аргументами, которые невозможно не понимать, втягивались непреодолимыми силами в эти войны для того, чтобы обеспечить победу правого дела, но только после ужасной бойни и опустошений. Дважды Соединенные Штаты были вынуждены посылать на войну миллионы своих молодых людей за Атлантический океан. Но в настоящее время война может постичь любую страну, где бы она ни находилась между закатом и рассветом. Мы, безусловно, должны действовать с сознательной целью великого умиротворения Европы в рамках Организации Объединенных Наций и в соответствии с ее Уставом. Это, по моему мнению, политика исключительной важности.
По другую сторону «железного занавеса», который опустился поперек Европы, другие причины для беспокойства. В Италии деятельность коммунистической партии серьезно скована необходимостью поддерживать претензии обученного коммунистами маршала Тито на бывшую итальянскую территорию в центре Адриатики. Тем не менее ситуация в Италии остается неопределенной. Опять-таки невозможно представить восстановленную Европу без сильной Франции. Всю свою жизнь я выступал за существование сильной Франции и никогда, даже в самые мрачные времена, не терял веры в ее будущее. И сейчас я не теряю этой веры. Однако во многих странах по всему миру вдалеке от границ России созданы коммунистические пятые колонны, которые действуют в полном единстве и абсолютном подчинении директивам, которые они получают из коммунистического центра. За исключением Британского Содружества и Соединенных Штатов, где коммунизм находится в стадии младенчества, коммунистические партии, или пятые колонны, представляют собой все возрастающий вызов и опасность для христианской цивилизации. Все это тягостные факты, о которых приходится говорить сразу же после победы, одержанной столь великолепным товариществом по оружию во имя мира и демократии. Но было бы в высшей степени неразумно не видеть их, пока еще осталось время. Озабоченность также вызывают перспективы на Дальнем Востоке, особенно в Манчжурии. Соглашение, достигнутое в Ялте, к которому я был причастен, было чрезвычайно благоприятным для России. Но оно было заключено в то время, когда никто не мог сказать, что война закончится летом или осенью 1945 года, и когда ожидалось, что война с Японией будет идти в течение 18 месяцев после окончания войны с Германией.
В вашей стране вы настолько хорошо информированы о Дальнем Востоке и являетесь такими верными друзьями Китая, что мне нет необходимости распространяться на тему о положении там. Я чувствовал себя обязанным обрисовать вам тень, которая и на Западе, и на Востоке падает на весь мир. Во время заключения Версальского договора я был министром и близким другом г-на Ллойд Джорджа, который возглавлял делегацию Великобритании в Версале. Я не соглашался со многим из того, что было там сделано, но у меня отложилось очень яркое впечатление от ситуации того времени, и мне больно сопоставлять ее с нынешней. Это были времена больших ожиданий и безграничной уверенности в том, что войн больше не будет и что Лига Наций станет всемогущей. Сегодня я не вижу и не чувствую такой уверенности и таких надежд в нашем измученном мире. С другой стороны, я гоню от себя мысль, что новая война неизбежна, тем более в очень недалеком будущем. И именно потому, что я уверен, что наши судьбы в наших руках и мы в силах спасти будущее, я считаю своим долгом высказаться по этому вопросу, благо у меня есть случай и возможность это сделать.
Я не верю, что Россия хочет войны. Чего она хочет, так это плодов войны и безграничного распространения своей мощи и доктрин. Но о чем мы должны подумать здесь сегодня, пока еще есть время, так это о предотвращении войн навечно и создании условий для свободы и демократии как можно скорее во всех странах. Наши трудности и опасности не исчезнут, если мы закроем на них глаза или просто будем ждать, что произойдет, или будем проводить политику умиротворения. Нам нужно добиться урегулирования, и чем больше времени оно займет, тем труднее оно пойдет и тем более грозными станут перед нами опасности. Из того, что я наблюдал в поведении наших русских друзей и союзников во время войны, я вынес убеждение, что они ничто не почитают так, как силу, и ни к чему не питают меньше уважения, чем к военной слабости. По этой причине старая доктрина равновесия сил теперь непригодна. (в другом переводе: «Из того, что я видел во время войны в наших русских друзьях и соратниках, я заключаю, что ничем они не восхищаются больше, чем силой, и ничего они не уважают меньше, чем слабость, особенно военную слабость. Поэтому старая доктрина баланса сил ныне неосновательна.» – прим. ред.) Мы не можем позволить себе – насколько это в наших силах – действовать с позиций малого перевеса, который вводит во искушение заняться пробой сил. Если западные демократии будут стоять вместе в своей твердой приверженности принципам Устава Организации Объединенных Наций, их воздействие на развитие этих принципов будет громадным и вряд ли кто бы то ни было сможет их поколебать. Если, однако, они будут разъединены или не смогут исполнить свой долг и если они упустят эти решающие годы, тогда и в самом деле нас постигнет катастрофа.
В прошлый раз, наблюдая подобное развитие событий, я взывал во весь голос к своим соотечественникам и ко всему миру, но никто не пожелал слушать. До 1933 или даже до 1935 года Германию можно было уберечь от той страшной судьбы, которая ее постигла, и мы были бы избавлены от тех несчастий, которые Гитлер обрушил на человечество. Никогда еще в истории не было войны, которую было бы легче предотвратить своевременными действиями, чем та, которая только что разорила огромные области земного шара. Ее, я убежден, можно было предотвратить без единого выстрела, и сегодня Германия была бы могущественной, процветающей и уважаемой страной; но тогда меня слушать не пожелали, и один за другим мы оказались втянутыми в ужасный смерч. Мы не должны позволить такому повториться.
Сейчас этого можно добиться только путем достижения сегодня, в 1946 году, хорошего взаимопонимания с Россией по всем вопросам под общей эгидой Организации Объединенных Наций, поддерживая с помощью этого всемирного инструмента это доброе понимание в течение многих лет, опираясь на всю мощь англоязычного мира и всех тех, кто с ним связан. Пусть никто не недооценивает внушительную силу Британской империи и Содружества.
Пусть вы видите на нашем острове 46 миллионов человек, которые испытывают трудности с продовольствием, и пусть у нас есть сложности с восстановлением нашей промышленности и экспортной торговли после 6 лет беззаветных военных усилий, не думайте, что мы не сможем пройти через эту мрачную полосу лишений так же, как мы прошли через славные годы страданий, или что через полвека нас не будет 70 или 80 миллионов, проживающих по всему миру и единых в деле защиты наших традиций, нашего образа жизни и тех вселенских ценностей, которые мы с вами исповедуем. Если население Британского Содружества и Соединенных Штатов будет действовать совместно, при всем том, что такое сотрудничество означает в воздухе, на море, в науке и экономике, то будет исключен тот неспокойный, неустойчивый баланс сил, который искушал бы на амбиции или авантюризм. Напротив, будет совершенная уверенность в безопасности. Если мы будем добросовестно соблюдать Устав Организации Объединенных Наций и двигаться вперед со спокойной и трезвой силой, не претендуя на чужие земли и богатства и не стремясь установить произвольный контроль над мыслями людей, если все моральные и материальные силы Британии объединятся с вашими в братском союзе, то откроются широкие пути в будущее – не только для нас, но и для всех, не только на наше время, но и на век вперед.
Интересно, что бывший премьер-министр Великобритании лишь по разу использовал слова «Британия» и «Великобритания». Зато «Британское содружество и Империя» – шесть раз, «англоговорящие народы» – шесть раз, «родственные» – восемь. Во всей своей речи, написанной и прочитанной с присущим Черчиллю блеском, он активно применял запоминающиеся образы и ёмкие выражения – «железный занавес» и его «тень, опустившаяся на континент», «пятые колонны» и «полицейские государства», «полное послушание» и «безусловное расширение власти» и т. д. Начиная с конца 1930-х годов такие эпитеты употреблялись политиками во всем мире лишь в отношении одного государства – фашистской Германии. Используя этот язык теперь в отношении СССР, Черчилль умело переключал негативные эмоции американского общества на нового противника.
Выступая в Фултоне в 1990 г. Рональд Рейган говорил, что Черчилль в 1946 г. «обращался к нации, находившейся на вершине мировой власти, но не привыкшей к тяжести этой власти и исторически нежелавшей вмешиваться в дела Европы. Но он надеялся, что поездка в самое «сердце Америки» позволит ему достичь ее сердца». Именно поэтому Черчилль настаивал, чтобы американский президент сопровождал его. Присутствие Гарри Трумэна, его вступительное слово придавали речи Черчилля важный политический характер. После поражения на парламентских выборах летом 1945 г. влияние Черчилля на мировую политику резко уменьшилось, а так он как бы показывал всему миру, что выступает и от имени президента США.
Реакция Сталина: Я расцениваю ее как опасный акт, рассчитанный на то, чтобы посеять семена раздора между союзными государствами и затруднить их сотрудничество. Можно считать, что речь господина Черчилля причиняет ущерб делу мира и безопасности. По сути дела господин Черчилль стоит теперь на позиции поджигателей войны. И господин Черчилль здесь не одинок, - у него имеются друзья не только в Англии, но и в Соединенных Штатах Америки. Следует отметить, что господин Черчилль и его друзья поразительно напоминают в этом отношении Гитлера и его друзей. Гитлер начал дело развязывания войны с того, что провозгласил расовую теорию, объявив, что только люди, говорящие на немецком языке, представляют полноценную нацию. Господин Черчилль начинает дело развязывания войны тоже с расовой теории, утверждая, что только нации, говорящие на английском языке, являются полноценными нациями, призванными вершить судьбы всего мира. Немецкая расовая теория привела Гитлера и его друзей к тому выводу, что немцы как единственно полноценная нация должны господствовать над другими нациями. Английская расовая теория приводит господина Черчилля и его друзей к тому выводу, что нации, говорящие на английском языке, как единственно полноценные должны господствовать над остальными нациями мира. По сути дела господин Черчилль и его друзья в Англии и США предъявляют нациям, не говорящим на английском языке, нечто вроде ультиматума: признайте наше господство добровольно, и тогда все будет в порядке, - в противном случае неизбежна война.
Но нации проливали кровь в течение пяти лет жестокой войны ради свободы и независимости своих стран, а не ради того, чтобы заменить господство Гитлеров господством Черчиллей. Вполне вероятно поэтому, что нации, не говорящие на английском языке и составляющие вместе с тем громадное большинство населения мира, не согласятся пойти в новое рабство.
Трагедия господина Черчилля состоит в том, что он как закоренелый тори не понимает этой простой и очевидной истины.
Несомненно, что установка господина Черчилля есть установка на войну, призыв к войне с СССР. Ясно также и то, что такая установка господина Черчилля несовместима с существующим союзным договором между Англией и СССР. Правда, господин Черчилль для того, чтобы запутать читателей, мимоходом заявляет, что срок советско-английского договора о взаимопомощи и сотрудничестве вполне можно было бы продлить до 50 лет. Но как совместить подобное заявление господина Черчилля с его установкой на войну с СССР, с его проповедью войны против СССР? Ясно, что эти вещи никак нельзя совместить. И если господин Черчилль, призывающий к войне с Советским Союзом, считает вместе с тем возможным продление срока англо-советского договора до 50 лет, то это значит, что он рассматривает этот договор как пустую бумажку, нужную ему лишь для того, чтобы прикрыть ею и замаскировать свою антисоветскую установку. Поэтому нельзя относиться серьезно к фальшивым заявлениям друзей господина Черчилля в Англии о продлении срока советско-английского договора до 50 и больше лет. Продление срока договора не имеет смысла, если одна из сторон нарушает договор и превращает его в пустую бумажку.
Часть речи господина Черчилля, где он нападает на демократический строй соседних с нами европейских государств и где он критикует добрососедские взаимоотношения, установившиеся между этими государствами и Советским Союзом, представляет смесь элементов клеветы с элементами грубости и бестактности.
Господин Черчилль утверждает, что «Варшава, Берлин, Прага, Вена, Будапешт, Белград, Бухарест, София - все эти знаменитые города и население в их районах находятся в советской сфере и все подчиняются в той или иной форме не только советскому влиянию, но и в значительной степени увеличивающемуся контролю Москвы». Господин Черчилль квалифицирует все это как не имеющие границ «экспансионистские тенденции» Советского Союза.
Не требуется особого труда, чтобы показать, что господин Черчилль грубо и беспардонно клевещет здесь как на Москву, так и на поименованные соседние с СССР государства.
Во-первых, совершенно абсурдно говорить об исключительном контроле СССР в Вене и Берлине, где имеются Союзные Контрольные Советы из представителей четырех государств и где СССР имеет лишь 1/4 часть голосов. Бывает, что иные люди не могут не клеветать, но надо все-таки знать меру.
Во-вторых, нельзя забывать следующего обстоятельства. Немцы произвели вторжение в СССР через Финляндию, Польшу, Румынию, Венгрию. Немцы могли произвести вторжение через эти страны потому, что в этих странах существовали тогда правительства, враждебные Советскому Союзу. В результате немецкого вторжения Советский Союз безвозвратно потерял в боях с немцами, а также благодаря немецкой оккупации и угону советских людей на немецкую каторгу около семи миллионов человек. Иначе говоря, Советский Союз потерял людьми в несколько раз больше, чем Англия и Соединенные Штаты Америки, вместе взятые. Возможно, что кое-где склонны предать забвению эти колоссальные жертвы советского народа, обеспечившие освобождение Европы от гитлеровского ига. Но Советский Союз не может забыть о них. Спрашивается, что же может быть удивительного в том, что Советский Союз, желая обезопасить себя на будущее время, старается добиться того, чтобы в этих странах существовали правительства, лояльно относящиеся к Советскому Союзу? Как можно, не сойдя с ума, квалифицировать эти мирные стремления Советского Союза как экспансионистские тенденции нашего государства?
Господин Черчилль утверждает, что «Польское правительство, находящееся под господством русских, поощрялось к огромным и несправедливым посягательствам на Германию».
Здесь что ни слово, то грубая и оскорбительная клевета. Современной демократической Польшей руководят выдающиеся люди. Они доказали на деле, что умеют защищать интересы и достоинство родины так, как не умели это делать их предшественники. Какое имеется у господина Черчилля основание утверждать, что руководители современной Польши могут допустить в своей стране «господство» представителей каких бы то ни было иностранных государств? Не потому ли клевещет здесь господин Черчилль на «русских», что имеет намерение посеять семена раздора в отношениях между Польшей и Советским Союзом?..
Господин Черчилль недоволен, что Польша сделала поворот в своей политике в сторону дружбы и союза с СССР. Было время, когда во взаимоотношениях между Польшей и СССР преобладали элементы конфликтов и противоречий. Это обстоятельство давало возможность государственным деятелям вроде господина Черчилля играть на этих противоречиях, подбирать к рукам Польшу под видом защиты от русских, запугивать Россию призраком войны между нею и Польшей и сохранять за собою позицию арбитра. Но это время ушло в прошлое, ибо вражда между Польшей и Россией уступила место дружбе между ними, а Польша, современная демократическая Польша, не желает быть больше игральным мячом в руках иностранцев. Мне кажется, что именно это обстоятельство приводит господина Черчилля в раздражение и толкает его к грубым, бестактным выходкам против Польши. Шутка ли сказать: ему не дают играть за чужой счет...
Что касается нападок господина Черчилля на Советский Союз в связи с расширением западных границ Польши за счет захваченных в прошлом немцами польских территорий, то здесь, как мне кажется, он явным образом передергивает карты. Как известно, решение о западных границах Польши было принято на Берлинской конференции трех держав на основе требований Польши. Советский Союз неоднократно заявлял, что он считает требования Польши правильными и справедливыми. Вполне вероятно, что господин Черчилль недоволен этим решением. Но почему господин Черчилль, не жалея стрел против позиции русских в этом вопросе, скрывает от своих читателей тот факт, что решение было принято на Берлинской конференции единогласно, что за решение голосовали не только русские, но также англичане и американцы? Для чего понадобилось господину Черчиллю вводить людей в заблуждение?
Господин Черчилль утверждает дальше, что «коммунистические партии, которые были очень незначительны во всех этих восточных государствах Европы, достигли исключительной силы, намного превосходящей их численность, и стремятся всюду установить тоталитарный контроль, полицейские правительства, превалируют почти во всех этих странах и до настоящего времени, за исключением Чехословакии, в них не существует никакой подлинной демократии».
Как известно, в Англии управляет ныне государством одна партия, партия лейбористов, причем оппозиционные партии лишены права участвовать в правительстве Англии. Это называется у господина Черчилля подлинным демократизмом. В Польше, Румынии, Югославии, Болгарии, Венгрии управляет блок нескольких партий - от четырех до шести партий, причем оппозиции, если она является более или менее лояльной, обеспечено право участия в правительстве. Это называется у господина Черчилля тоталитаризмом, тиранией, полицейщиной. Почему, на каком основании, - не ждите ответа от господина Черчилля. Господин Черчилль не понимает, в какое смешное положение он ставит себя своими крикливыми речами о тоталитаризме, тирании, полицейщине.
Господину Черчиллю хотелось бы, чтобы Польшей управлял Соснковский и Андерс, Югославией - Михайлович и Павелич, Румынией - князь Штирбей и Радеску, Венгрией и Австрией - какой-нибудь король из дома Габсбургов и т. п. Господин Черчилль хочет уверить нас, что эти господа из фашистской подворотни могут обеспечить «подлинный демократизм». Таков «демократизм» господина Черчилля.
Господин Черчилль бродит около правды, когда он говорит о росте влияния коммунистических партий в Восточной Европе. Следует, однако, заметить, что он не совсем точен. Влияние коммунистических партий выросло не только в Восточной Европе, но почти во всех странах Европы, где раньше господствовал фашизм (Италия, Германия, Венгрия, Болгария, Финляндия) или где имела место немецкая, итальянская или венгерская оккупация (Франция, Бельгия, Голландия, Норвегия, Дания, Польша, Чехословакия, Югославия, Греция, Советский Союз и т. п.).
Рост влияния коммунистов нельзя считать случайностью. Он представляет вполне закономерное явление. Влияние коммунистов выросло потому, что в тяжелые годы господства фашизма в Европе коммунисты оказались надежными, смелыми, самоотверженными борцами против фашистского режима, за свободу народов. Господин Черчилль иногда вспоминает в своих речах о «простых людях из небольших домов», по-барски похлопывая их по плечу и прикидываясь их другом. Но эти люди не такие уж простые, как может показаться на первый взгляд. У них, у «простых людей», есть свои взгляды, своя политика, и они умеют постоять за себя. Это они, миллионы этих «простых людей», забаллотировали в Англии господина Черчилля и его партию, отдав свои голоса лейбористам. Это они, миллионы этих «простых людей», изолировали в Европе реакционеров, сторонников сотрудничества с фашизмом и отдали предпочтение левым демократическим партиям. Это они, миллионы этих «простых людей», испытав коммунистов в огне борьбы и сопротивления фашизму, решили, что коммунисты вполне заслуживают доверия народа. Так выросло влияние коммунистов в Европе. Таков закон исторического развития.
Конечно, господину Черчиллю не нравится такое развитие событий, и он бьет тревогу, апеллируя к силе. Но ему также не нравилось появление советского режима в России после первой мировой войны. Он также бил тогда тревогу и организовал военный поход «14 государств» против России, поставив себе целью повернуть назад колесо истории. Но история оказалась сильнее черчиллевской интервенции, и донкихотские замашки господина Черчилля привели к тому, что он потерпел тогда полное поражение. Я не знаю, удастся ли господину Черчиллю и его друзьям организовать после второй мировой войны новый поход против «Восточной Европы». Но если им это удастся, - что маловероятно, ибо миллионы «простых людей» стоят на страже дела мира, - то можно с уверенностью сказать, что они будут биты так же, как они были биты в прошлом, 26 лет тому назад.
Доктрина Трумэна – внешнеполитическая программа, выдвинутая президентом США Гарри Трумэном после Второй мировой войны. Публично была озвучена 12 марта 1947 г. Основой доктрины являлась политика «сдерживания» в отношении СССР во всём мире. В разработке доктрины участвовали Джордж Кеннан, Аллен Даллес, Лой Хендерсон, Дин Ачесон и другие. Предусматривала выделение в 1947-1948 финансовом году 400 млн. долларов для оказания помощи Греции и Турции под предлогом коммунистической угрозы со стороны СССР. Греции выделялось 300 млн. дол., Турции – 100 млн. дол. Соглашения с Грецией и Турцией были подписаны соответственно 20 июня и 12 июля 1947. Положила основание долговременному альянсу США c Турцией. «Доктрина Трумэна» была направлена на ограничение усилившегося после 2-й мировой войны 1939-1945 роста сил социализма, оказание непрерывного давления на СССР и другие страны социалистического блока, поддержание реакционных сил и режимов. Использована для оправдания вмешательства США во внутренние дела других стран, для развязывания «холодной войны» и нагнетания международной напряжённости. Положила начало оказанию широкой военной помощи другим странам, сопровождавшееся созданием сети военных баз на чужих территориях и осуществлявшееся США в рамках других программ.
Широко известно высказывание Гарри Трумэна: «Если мы увидим, что выигрывает Германия, то нам следует помогать России, а если выигрывать будет Россия, то нам следует помогать Германии, и, таким образом, пусть они убивают как можно больше, хотя мне не хочется ни при каких обстоятельствах видеть Гитлера в победителях» («New York Times», 24.06.1941). Америка не опасалась военной угрозы со стороны СССР. Угрозой была потеря потенциальных рынков для нагнавшей темпы за войну американской промышленности: прежде всего – рынка европейского, а за ним – и рынков в периферийных странах, освобождающихся от колониальной зависимости.
«В 1950-х годах госсекретарь США [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] объявил, что нейтралитет безнравственен и непозволителен. Правительствам предстояло выбрать: либо встать на сторону свободного мира (конечно же, под руководством Соединенных Штатов), либо присоединиться к коммунистам» (профессор Бостонского университета Эндрю Басевич ([ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ])).
«Когда же «холодная война» разгорелась всерьез, госсекретарь США [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] начал предъявлять руководству молодых государств, освободившихся от колониального ига, ультиматумы по принципу «кто не с нами, тот против нас». Томас Манн тогда записал в своем дневнике: «Даллес колесит по свету, вербуя сторонников в поддержку безответственной американской политики». Однако, отказавшись пожать руку Чжоу Эньлаю и назвав «аморальной» политику неприсоединения, за которую выступал Джавахарлал Неру, Даллес лишь настраивал против США лидеров стран Азии и Африки» (Панкадж Мишра (Pankaj Mishra), «The Guardian», 04.03.2010).
В апреле 1950 г. Трумэн объявил [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], что «с экономией в оборонной политике покончено». Тогда же был принят закон о восстановлении военной промышленности, а федеральные военные расходы подскочили с 80 млрд. долларов в 1950 г. до 241 млрд. долларов в 1952 г. (в постоянных долларах 1992 г.). Впоследствии они уже не опускались ниже 190-200 млрд. долларов в год.
В конце 1940-х – 1950-х гг. в США ежегодно проходило от 3 до 5 тыс. забастовок с участием от 1,4 до 3,5 млн. чел.

Речь Трумэна на заседании Конгресса 12 марта 1947г. – «Доктрина Трумэна»
Серьезность ситуации, сложившейся сегодня в мире, требует моего выступления перед объединенной сессией Конгресса. Внешняя политика и национальная безопасность нашей страны находятся под угрозой. Один аспект существующей ситуации, которую я представляю Вам сейчас для вашего рассмотрения и вынесения решения, касается Греции и Турции. Соединенные Штаты получили от греческого Правительства просьбу о финансовой и экономической помощи. Предварительные сообщения от американской экономической миссии в Греции и сообщения от американского посла в этой стране, подтверждают утверждение греческого Правительства, что помощь крайне необходима, чтобы Греция могла остаться свободной страной.
Я не думаю, что американские люди и Конгресс не пожелают услышать просьбу греческого правительства. Греция не богатая страна. Нехватка достаточных природных ресурсов всегда вынуждала греческих людей упорно трудиться, чтобы выжить. С 1940 г. эта трудолюбивая, мирная страна перенесла вражеское вторжение, четыре года жестокой оккупации и междоусобную борьбу.
Когда войска союзников освободили Грецию, они увидели, что отступающие немцы разрушили фактически все железные и шоссейные дороги, портовые сооружения, коммуникации и торговый флот. Более тысячи деревень были сожжены. Домашний скот и домашняя птица почти исчезли. Инфляция уничтожила практически все сбережения. В результате этих трагических событий, воинственное меньшинство, эксплуатируя человеческое сознание, было в состоянии создать политический хаос, который мешает восстановлению экономики.
В Греции сегодня нет капиталов, чтобы финансировать импорт тех товаров, которые являются жизненно важными. Страна отчаянно нуждается в финансовой и экономической помощи, чтобы возобновить закупки пищи, одежды, топлива и семян, которые крайне необходимы для пропитания и жизненных нужд ее людей и доступны только из-за границы. Греция нуждается в помощи, чтобы импортировать товары, необходимые для восстановления внутреннего рынка и безопасности. Греческое правительство также попросило помощи опытных американских администраторов, экономистов и техников, чтобы финансовая и другая помощь, оказываемая Греции, использовалась бы эффективно в создании устойчивой и самоподдерживающейся экономики и в улучшении ее государственной службы.
Самому существованию греческого государства сегодня угрожают террористические действия нескольких тысяч вооруженных партизан, возглавляемых коммунистами, которые бросают вызов власти правительства во многих районах страны, особенно на северной границе. Тем временем, греческое Правительство неспособно справиться с ситуацией. Греческая армия мала и плохо экипирована. Она нуждается в снабжении и в вооружении для того, чтобы восстановить власть правительства над всей территорией Греции. Соединенные Штаты обязаны предоставить Греции эту помощь. Нет никакой другой страны, к которой еще может обратиться демократическая Греция. Никакая другая нация не желает и не способная обеспечить необходимую поддержку демократическому греческому правительству.
Важно отметить, что греческое Правительство попросило нас помочь ему в эффективном использовании финансовой и другой помощи, которую мы можем предоставить Греции и в улучшении ее государственной службы. Это имеет важнейшее значение, т.к. мы контролируем использование любых средств, предоставленных этой стране.
Нет идеальных правительств. Одно из главных достоинств демократии, однако, состоит в том, что ее изъяны всегда находятся на виду, и при демократических процессах они могут быть исправлены. Правительство Греции не идеально. Однако оно представляет восемьдесят пять процентов членов греческого Парламента, которые были выбраны на выборах в прошлом году. Иностранные наблюдатели, включая 692 американских, сошлись во мнении, что эти выборы были справедливым выражением волеизъявления народа Греции.
Греческое Правительство работало в атмосфере хаоса и экстремизма. Оно делало ошибки. Оказание помощи этой стране не означает, что Соединенные Штаты потворствуют всему, что греческое Правительство сделало или сделает. Мы осудили в прошлом, и мы осуждаем теперь, любые экстремистские меры в отношении инакомыслящих и призываем к большей терпимости.
Сосед Греции, Турция, также заслуживает нашего внимания. Будущее Турции, как независимой и экономически значимой страны, не менее важно для демократического мира, чем будущее Греции. Ситуация, в которой Турция оказалась сегодня, значительно отличаются от ситуации в Греции. Турцию обошли стороной те бедствия, которые были в соседней стране. И в течение войны, Соединенные Штаты и Великобритания оказывали Турции материальную помощью.
Однако сейчас Турция нуждается в нашей поддержке, чтобы осуществить необходимую модернизацию для сохранения ее территориальной целостности. Британское правительство сообщило нам, что, вследствие его собственных трудностей, оно больше не может оказывать финансовую и экономическую помощь Турции. Как и в случае с Грецией, мы являемся единственной страной, способной оказать эту помощь. Одна из главных целей внешней политики Соединенных Штатов - создание необходимых условий, в которых мы и другие народы мира будем в состоянии защитить образ жизни людей, свободный от любого принуждения. Это было решающей причиной войны с Германией и Японией. Наша победа была одержана над странами, которые стремились навязать свою волю и свой образ жизни на другие нации.
Чтобы гарантировать мирное развитие народов, свободных от принуждения, Соединенные Штаты приняли участие в создании Организации Объединенных Наций. Организация Объединенных Наций была создана с целью обеспечения свободы и независимости всех ее членов. Мы должны поддерживать свободные нации, их демократические учреждения и их национальную целостность против агрессивных поползновений со стороны тоталитарных режимов, подрывающих мир во всем мире путем прямой или косвенной агрессии, и, следовательно, и безопасность Соединенных Штатов.
Народам многих стран мира недавно навязали тоталитарные режимы против их желания. Правительство Соединенных Штатов делало частые протесты против политики принуждения и запугивания, в нарушении Ялтинского соглашения, в Польше, Румынии, и Болгарии. Я должен также заявить, что во многих других странах были подобные события.
В настоящий момент почти каждая нация в мире должна выбрать между альтернативными образами жизни. Выбор слишком часто далеко не свободный. Один образ жизни основан на воле большинства и отличается свободными демократическими учреждениями, свободными выборами, гарантиями свободы личности, свободы слова и религии и свободы от политического притеснения. Второй образ жизни основан на желании меньшинства, насильственно наложенного на большинство. Он отличается террором и притеснением, управляемой прессой и подавлением личных свобод.
Я полагаю, что Соединенные Штаты должны поддерживать свободные народы, которые сопротивляются агрессии вооруженного меньшинства или внешнему давлению. Я полагаю, что мы должны помочь в освобождении народов, чтобы они сами могли решать свою собственную судьбу. Я полагаю, что наша помощь должна быть прежде всего экономической и финансовой, которая приведет к экономической стабильности и таким образом окажет свое влияние на политические процессы.
Мир не стоит на месте и статус-кво не нерушим. Но мы не можем позволить изменения в равновесии сил в нарушении Устава Организации Объединенных Наций такими методами, как принуждение или агрессия.
Необходимо посмотреть на карту, чтобы понять, что выживание и целостность греческой нации имеют серьезное значение в намного более широкой перспективе. Если бы Греция подпала под контроль вооруженного меньшинства, этот эффект мог бы распространиться на ее соседа, Турцию. Беспорядок и анархия могли бы распространиться по всему Ближнему Востоку. Кроме того, исчезновение Греции как независимого государства оказало бы большое влияние на свободные страны Европы, восстанавливающиеся после войны. Это будет подлинной трагедией, если эти страны, которые так долго боролись за свою свободу, потеряли бы ее. Крах свободных учреждений и потери независимости был бы катастрофичен не только для них, но и для всего мира. Если мы окажемся не в состоянии помочь Греции и Турции в этот роковой час, то это будет иметь далеко идущие последствия как для Запада, так же как и для Востока.
Мы должны предпринять непосредственные и решительные действия. Поэтому я прошу, чтобы Конгресс предоставил для помощи Греции и Турции 400 миллионов долларов в течение периода, заканчивающегося 30 июня 1948. В дополнение к деньгам, я прошу, чтобы Конгресс разрешил отправку американского гражданского и военного персонала в Грецию и Турцию по просьбе этих стран, чтобы помочь в задачах государственной модернизации и ради наблюдения за использованием финансовой и материальной помощи.
Соединенные Штаты вложили 341 миллиард долларов в победу во Второй мировой войны. Это - инвестиции в мировую свободу и мир во всем мире. Помощь, которую я прошу для Греции и Турции, составляет немногим больше чем одну десятую часть процента этих инвестиций. Это - только здравый смысл, что мы должны сохранить свои инвестиции и удостовериться, что все это не было напрасным. Семена тоталитарных режимов распространяются и растут в злой почве бедности и борьбы. Они достигают своего полного роста, когда надежда людей на лучшую жизнь умерла.
Мы должны поддержать эту надежду.
Свободные народы мира обращаются к нам с просьбой в поддержании их свободы. Если мы колеблемся в нашем лидерстве, мы можем подвергнуть опасности мир во всем мире. И, конечно, мы подвергнем опасности благосостояние нашей нации.
Большая ответственность возложена на нас последними событиями.
И я уверен, что Конгресс не откажется от этой ответственности.

3. Дипломатия СССР в отношении стран Восточной Европы и стран Запада. Внешняя политика СССР в 1945-1955 гг.
Победа стран антигитлеровской коалиции над блоком фашистских государств привела к радикальным изменениям на международной арене. Это проявилось, во-первых, в росте авторитета и влияния Советского Союза при решении геополитических вопросов, связанных с послевоенным устройством стран Европы и Юго-Восточной Азии. При его активной помощи в ряде стран Центральной и Восточной Европы произошли народно-демократические революции и к власти пришли левые демократические силы. Под руководством коммунистов в Албании, Болгарии, Венгрии, Польше, Румынии, Чехословакии и Югославии прошли аграрные реформы, была проведена национализация крупной промышленности, банков и транспорта. Возникла политическая система народной демократии. Она рассматривалась как одна из форм пролетарской диктатуры. Для координации деятельности компартий в странах народной демократии в 1947 г. было создано Коммунистическое Информационное бюро (Коминформбюро). В его документах был сформулирован тезис о разделении мира на два лагеря - капиталистического и социалистического.
Во-вторых, в самих капиталистических странах необычайно возросло влияние коммунистов. Они даже были избраны в парламенты и вошли в правительства ряда стран Западной Европы. Это заставило империалистические круги объединиться и организовать «крестовый поход» против мирового коммунистического движения и его вдохновителя - СССР. Отношения СССР с бывшими союзниками по антигитлеровской коалиции резко меняются. От сотрудничества они переходят к «холодной войне», т.е. к жесткой конфронтации на мировой арене, сопровождающейся свертыванием экономических и культурных связей, острейшей идеологической борьбой и враждебными политическими акциями, переходящими даже в локальные военные конфликты. Считается, что начало «холодной войны» положил бывший премьер-министр Великобритании У.Черчиль своей речью в марте 1946 г. Выступая в американском колледже в Фултоне в присутствии президента США Г.Трумэна, он призвал «братскую ассоциацию народов, говорящих на английском языке», объединиться и противостоять «коммунистическим и неофашистским государствам», составляющим угрозу для «христианской цивилизации».
Переход к «холодной войне» объясняется не только необходимостью борьбы с коммунистическим влиянием, но и претензиями США на мировое господство. После окончания второй мировой войны США стали самой мощной державой, обладающей огромным экономическим и военным потенциалом. До конца 1940-х гг. они сохраняли монополию на обладание атомного оружия. Президент Г. Трумэн в послании конгрессу в 1947 г., развивая идею У. Черчиля, писал, что победа во второй мировой войне поставила американский народ перед необходимостью править миром. Послание содержало конкретные меры, направленные на сдерживание советского влияния и коммунистической идеологии. Политика, предлагаемая «доктриной Трумэна», получила в истории дипломатии название «политики сдерживания». Стратегами Пентагона разрабатывались планы прямого военного нападения на СССР с использованием атомных бомб. Наиболее известный из них, «Дропшот», предполагал сбросить на 100 городов СССР 300 атомных бомб при первом ударе. Американскому народу говорилось о серьезной военной угрозе со стороны СССР. Чтобы погасить доброе отношение населения к советским людям, в США проводятся шумные пропагандистские кампании о подрывной деятельности коммунистов. На самом деле Советский Союз в то время не обладал атомным оружием, стратегической авиацией и авианесущими кораблями, а поэтому не мог составить реальной угрозы США. Но в условиях роста международной напряженности и политической конфронтации СССР был вынужден включиться в навязанную ему гонку вооружений.
Изменения на международной арене определили основные задачи внешней политики Советского государства. К их числу, прежде всего, относится заключение мирных договоров с прежними сателлитами Германии и формирование у западных границ СССР «сферы безопасности». В процессе послевоенного мирного урегулирования в Европе произошли значительные территориальные изменения, в том числе и на западных границах СССР. Была ликвидирована Восточная Пруссия, часть территории которой передана Польше, а города Кенигсберг и Пиллау с прилегающими к ним районами присоединены к СССР и образовали Калининградскую область РСФСР. К Литовской ССР отошла территория Клайпедской области, а также часть территории Белоруссии. К Эстонской ССР была присоединена часть Псковской области РСФСР.
В 1945 - 1948 гг. состоялось подписание двусторонних договоров Советского Союза с Польшей, Чехословакией, Венгрией, Румынией, Болгарией, Албанией и Югославией. Согласно советско-чехословацкому договору о Закарпатской Украине от 26 июня 1945 г., ее территории были присоединены к Украинской ССР. Граница СССР с Польшей, согласно договору о советско-польской государственной границе от 16 августа 1945 г., была установлена с небольшими изменениями в пользу Польши. В целом она соответствовала «линии Керзона», предложенной странами Антанты в 1920 г.
На Дальнем Востоке на основе договоренностей, достигнутых на Крымской конференции (январь 1945 г.), Советскому Союзу была возвращена южная часть Сахалина и переданы все Курильские острова. Кроме мирных договоров, со странами Восточной Европы СССР подписывал также договоры о дружбе и взаимной помощи. Последние были подписаны также с Китайской Народной Республикой (КНР) и Корейской Народно-Демократической Республикой (КНДР).
Если в 1941 г. дипломатические отношения с СССР поддерживали 26 стран, то в 1945 г. - уже 52 государства.
Одним из важных вопросов международной политики стал вопрос о послевоенном устройстве мира. В 1946 г. по нему разгорелись острые дискуссии между бывшими союзниками. В странах Восточной Европы, оккупированных советскими войсками, складывалась социально-политическая система, аналогичная сталинской модели «государственного социализма». Одновременно в Западной Европе, оккупированной войсками Соединенных Штатов и Великобритании, стали формироваться основы социально-экономической и политической структуры по образцу «западных демократий». До лета 1949 г. еще проводились регулярные совещания министров иностранных дел (СМИД) США, Англии, Франции, Китая и СССР, на которых бывшие союзники пытались найти компромисс. Однако принятые решения в большинстве своем оставались на бумаге.
В усилении противостояния большое значение имело принятие администрацией США в 1947 г. «плана Маршалла». Он представлял собою экономическое дополнение «доктрине Трумэна». План предусматривал оказание экономической помощи европейским странам за счет инвестиций США (более 20 млрд. долл.), взамен которых страны должны были придерживаться демократической модели развития. Для участия в конференции по этому поводу были приглашены СССР и страны народной демократии. Но Советское правительство, понимая, что под видом экономической помощи США создавали в Европе мощный заслон против «советской экспансии», отказалось участвовать в этом проекте. На условия инвесторов советское руководство не могло согласиться также и потому, что развитие демократии, частного предпринимательства, соблюдение прав человека были несовместимы с тоталитарной концепцией управления страной, которую осуществлял Сталин. От участия отказались и страны Восточной Европы.
Участвовать в возможной войне у СССР не было ни сил, ни средств, поэтому для него борьба за мир становится наиболее актуальной. Одним из основных механизмов поддержания мира являлась Организация Объединенных Наций (ООН), образованная в октябре 1945 г. по решению стран-победительниц. В ее состав вошло 51 государство. СССР наряду с США, Великобританией, Францией и Китаем стал постоянным членом Совета Безопасности - руководящего органа ООН. Используя право вето, он стремился пресекать все агрессивные попытки западных государств. На сессиях ООН советские представители выступали с предложениями о сокращении обычных видов вооружений и запрещении атомного оружия, о выводе иностранных войск с чужих территорий. Большинство из этих предложений блокировались бывшими союзниками. Ситуация несколько изменилась после появления у СССР атомного оружия (август 1949 г.). В 1947 г. по инициативе СССР Генеральная Ассамблея ООН все же принимает резолюцию, осуждающую любую форму пропаганды войны. В августе 1948 г. возникает международное движение сторонников мира, первый конгресс которого прошел в Париже в 1949 г. В его работе приняли участие представители 72 стран. Был создан Постоянный комитет Всемирного конгресса сторонников мира во главе с французским физиком Ф. Жолио-Кюри и учреждены Международные премии мира. Советский Союз оказывал постоянную помощь этому движению. В августе 1949 г. в Москве возник Советский комитет защиты мира. Более 115 млн. советских людей поставили свои подписи под принятым Постоянным комитетом Всемирного конгресса сторонников мира Стокгольмским воззванием (1950 г.). В нем содержались требования запрещения атомного оружия «как оружия устрашения и массового уничтожения людей» и установления международного контроля за исполнением этого решения.
В разделенной по 38-й параллели Корее на севере укрепились силы, ориентированные на «советский социализм», а на юге - на «американский капитализм». Заявления представителей СССР и США различных рангов о желательности создания мирной и единой Кореи преследовали чисто пропагандистские цели, так как каждая из сторон соглашалась на объединение государства только при установлении в другой части своего политического режима. В результате борьба между СССР и США за влияние в Корее переросла в открытую войну (1950 - 1953 гг.). Начав войну, войска поддерживаемого СССР северокорейского правительства Ким Ир Сена в течение нескольких недель разгромили армию Южной Кореи и заняли почти весь Корейский полуостров. США направляют в Корею свои войска, действующие под флагом ООН, которая осудила агрессию Северной Кореи.
По настоянию Сталина Китай направил сюда под видом добровольцев несколько воинских дивизий. СССР оказал финансовую, военную и техническую помощь Северной Корее, полностью взяв на себя снабжение танками, самолетами, боеприпасами и медикаментами. Несколько советских авиадивизий на самолетах с корейскими опознавательными знаками осуществляло воздушное прикрытие китайских войск в Корее. Практически происходило военное столкновение между СССР и США. Мир оказался на грани глобальной войны. Но она не разразилась: советское и американское правительства, опасаясь непредсказуемых последствий подобного конфликта, в последний момент отказались от открытых боевых действий друг против друга. Перемирие, подписанное 27 июля 1953 г., завершило корейскую войну.
В сферу интересов СССР на Дальнем Востоке попал также и Китай. После разгрома Квантунской армии в 1945 г. Северо-Восточный Китай, оккупированный японцами, был освобожден. Китай охватила гражданская война между коммунистами во главе с Мао Цзэдуном и гоминьдановцами во главе с Чан Кайши. Фактически гражданская война в Китае в 1945 - 1949 гг. являлась косвенным военным столкновением между США и СССР, которые активно и всесторонне (в политическом, военном и экономическом плане) поддерживали своих союзников - соответственно гоминьдановцев и коммунистов. Победа китайских коммунистов резко повысила влияние Советского Союза в регионе и, естественно, ухудшила положение США, которые потеряли своего самого сильного союзника в лице гоминьдановского Китая. 1 октября 1949 г. была провозглашена Китайская Народная Республика (КНР). В феврале 1950 г. между ней и СССР был подписан договор о дружбе, союзе и взаимной помощи.
Победа коммунистов в Китае стимулировала национально-освободительную борьбу народов Азиатского континента. Большинство стран Восточной, Юго-Восточной и Южной Азии оказались на грани перехода к построению социализма. Кроме Китая, на этот путь встали Северная Корея и Северный Вьетнам.
Одним из ведущих направлений внешней политики СССР в послевоенный период стало установление дружественных взаимоотношений и поддержание тесных связей со странами Восточной Европы, ставшими на путь социализма. Стремясь не допустить их сближения с западными странами и принятия участия в «плане Маршалла», Советский Союз был вынужден брать на себя обязательства, противоречащие собственным экономическим интересам. В условиях разрухи и голода восстановительного периода он поставлял восточно-европейским государствам на льготных условиях зерно, сырье для промышленности, удобрения для сельского хозяйства, продукцию тяжелого машиностроения и металлургии. За 1945 - 1952 гг. только сумма долгосрочных льготных кредитов, предоставленная СССР странам народной демократии, составила свыше 15 млрд. руб.
В отличие от западных стран, государства Восточной Европы до середины 50-х гг. не образовывали единого военно-политического союза. Однако это вовсе не означало, что военно-политического взаимодействия не существовало - оно строилось на другой основе. Сталинская система взаимоотношений с союзниками была настолько жесткой и эффективной, что не требовала подписания многосторонних соглашений и создания блоков. Принимаемые Москвой решения являлись обязательными для всех стран. Советская модель развития признавалась единственно приемлемой. Государства, не пожелавшие находиться под жесткой опекой СССР, подвергались сильному политическому, экономическому и даже военному нажиму. Так, чтобы помочь установлению «народной» власти в Чехословакии, в эту страну в феврале 1948 г. вновь были введены советские войска. В 1953 г. были подавлены антиправительственные выступления в ГДР. Единственной страной, которой все-таки удалось уйти из-под сталинского диктата, стала Югославия. Ее лидер И. Броз Тито считал, что сталинская модель социализма не годится для этой страны. Он избирает путь, напоминающий нэп, с допущением в незначительных размерах частной собственности и мелкотоварного производства. Резкое несогласие вызвала также идея Сталина об объединении Югославии и Болгарии в единую федерацию. Началась полоса взаимных клеветнических обвинений и угроз. В 1949 г. СССР разорвал дипломатические отношения с Югославией. Этому примеру последовали все страны народной демократии.
Итоги внешнеполитической деятельности советской дипломатии в послевоенный период достаточно противоречивы: с одной стороны, она способствовала укреплению позиций и расширению сфер влияния нашего государства в мире, но с другой - не удалось преодолеть конфронтации с Западом, что в значительной степени обусловило рост международной напряженности.
Внешняя политика СССР после смерти Сталина. Период, последовавший после смерти Сталина и продолжавшийся до XX съезда КПСС, во внешней политике характеризовался непоследовательностью и колебаниями. Наряду с увеличением политических контактов, возобновлением консультаций между советскими и западными лидерами (Берлинское совещание министров иностранных дел СССР, США, Англии и Франции в 1954 г.; Женевские совещания в 1954 и 1955 гг.) по ряду кардинальных вопросов, в том числе по вопросам сокращения вооружений (хотя и неудачные по вине обеих сторон), нормализацией отношений с некоторыми странами, включая Югославию, во внешней политике СССР в значительной степени сохранялись сталинские установки. Наиболее ярким примером тому явилось вооруженное подавление силами Советской Армии антиправительственных и антисоциалистических выступлений в ГДР в июле 1953 г.
В значительной степени международную обстановку в Европе осложнял австрийский вопрос. В 1945 г. Австрия, как и Германия, была в соответствии с соглашениями, подписанными в Ялте и Потсдаме, разделена на три зоны оккупации: США, Англии и СССР. Несмотря на то, что в 1949 г. оккупационные зоны в Германии были преобразованы в суверенные государства, Австрия по-прежнему оставалась оккупированной страной. Одним из главных препятствий в объединении Австрии была позиция СССР, который на основе своей оккупационной зоны стремился создать отдельное социалистическое государство, превратив Австрию в союзника по образцу ГДР. Выход из создавшейся ситуации наметился лишь в 1955 г.
В мае 1955 г. в Женеве главы правительств СССР, США, Великобритании и Франции заключили государственный договор с Австрийской республикой, согласно которому восстанавливалась суверенная, нейтральная и независимая Австрия, а к сентябрю 1955 г. из страны выводились оккупационные войска держав - победительниц.
Некоторое смягчение противостояния в Европе и на Дальнем Востоке сочеталось с усилением поддержки со стороны СССР коммунистических повстанческих движений в Юго-Восточной и Южной Азии, Латинской Америке и Африке. Середина 50-х гг. была периодом одного подъема повстанческого движения в Азии. В это время просоветские и прокитайские коммунистические движения действовали в обширных районах Малайзии, Таиланда, Южного Вьетнама и даже Индии. Коммунисты входили в правительства Индонезии, Северного Вьетнама. Массированная помощь СССР и Китая делала реальной возможность прихода коммунистов к власти в ряде стран и оттеснение из региона США и других западных государств. Позиция СССР в «третьем мире» негативно сказывалась на международных отношениях в целом и на взаимоотношениях СССР с развитыми странами.

4. Понятия «сверхдержава». Формирование и цель военно-политических блоков (НАТО, ОВД). Американская и советская дипломатия. «Ядерная дипломатия» и цели сверхдержав.
Сверхдержава – очень мощное государство с огромным культурным, политическим, экономическим и военным потенциалами, обладающее превосходством над большинством других государств, которое позволяет ему осуществлять гегемонию не только в своем регионе, но и в самых отдаленных точках планеты.
В прошедшие эпохи сверхдержавами являлись Древний Египет, Ассирия, Персидская империя и Древний Китай, [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] Александра Македонского, Римская империя в [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], Византийская империя, империя Карла Великого, Монгольская империя Чингисхана, империя Тамерлана в средние века и Британская империя в новой истории.
Считается, что в новейшее время во второй половине XX века были только две сверхдержавы – США и СССР, возглавлявшие мощнейшие военно-политические блоки НАТО и ОВД соответственно и достигшие баланса сил с военно-стратегическим паритетом. Попытки в середине века нацистской Германии (Третий Рейх) и милитаристской Японии (Великая Азиатская Сфера Сопроцветания) стать новыми сверхдержавами в ходе Второй мировой войны успехом не увенчались.
Термин «сверхдержава» впервые появился в 1944 г. в книге Уильяма Фокса «Сверхдержава» применительно к странам «Большой тройки», однако широкое распространение он получил в 1960-е гг. Понятие «сверхдержавы» является центральным в теории «Трех миров» Мао Цзэдуна, впервые обнародованной в 1964 г. в ходе беседы с делегацией Социалистической партии Японии.
Обвинив Советский Союз в том, что он «вступил в сговор с США за мировое господство», Мао охарактеризовал СССР и США как сверхдержавы, сопоставимые по совокупной военной и экономической мощи со всеми остальными странами мира и проявляющие «невиданные в мировой истории агрессивные устремления».
[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть картинку ]
Современные государства, которые являются или могут стать сверхдержавами в XXI веке.

Маоистское понятие о сверхдержаве коррелировало с рядом теоретических построений как современных ему американских политологов и геополитиков (Г. Киссинджер, С. Коэн), так и с более поздними западными теориями. По мнению американского политолога З. Бжезинского, существуют 4 фактора, необходимых для того, чтобы государство могло считаться сверхдержавой: военный, экономический, научно-технический и культурный.
Именно доминирование США во всех этих областях позволяет Америке оставаться гегемоном глобального масштаба. Дефицит хотя бы одного из этих факторов превращает даже развитое во всех прочих отношениях государство в лучшем случае в региональную державу, к каковым можно отнести, например, Японию, страну с третьей в мире экономикой, но не сверхдержаву. Обладая известным влиянием в определенных регионах или сферах, такие страны не имеют возможности обеспечивать свои интересы вдали от своих границ.
Гегемония сверхдержавы осуществляется не только и не столько военным или экономическим рычагами. Стержнем власти такой державы является идеология, которую разделяют «вассалы», что делает схему осуществления глобального контроля поразительно похожей на те, что существовали в Европе в Средневековье, когда вокруг нескольких центров группировались фактически независимые, но формально подчиненные «вассальные» территории.
Исходя из концепции Бжезинского, США являются единственной на сегодняшний момент сверхдержавой. Другим государством, отвечающим всем требованием «сверхдержавности», был СССР, который, однако, обрел этот статус на относительно короткий срок и лишился его к середине 1980-х гг. Причем решающее значение в потере Советским Союзом главенствующего положения в мировом масштабе стал фактор снижения его авторитета среди «вассалов» в культурно-идеологической сфере.
Ни экономическая мощь, ни военное превосходство, ни успехи в сфере высоких технологий не смогли обеспечить СССР роль гегемона, поскольку народы «подчиненных стран», несмотря на общую социалистическую доктрину, не смогли признать над собой власть государства, которое не имело тотального превосходства над ними в идеологическом отношении. Это было связано не только с тем, что в среди «вассалов» Советского Союза оказались государства с гораздо более древней и богатой историей, такие как Китай, а также государства, сформировавшиеся на почве европейской культуры, как, например, Польша и Чехия, не говоря уже о ГДР, но прежде всего с тем, что евразийский гегемон в силу догматической идеологии не смог адекватно отреагировать на вызовы времени и предложить этим нациям ничего, сопоставимого с опытом, имевшим место в современных культурных процессах Запада.
Организация Североатлантического договора, НАТО, Северо-Атлантический Альянс (North Atlantic Treaty Organization) – крупнейший в мире военно-политический блок, объединяющий большинство стран Европы, США и Канаду. Основан 4 апреля 1949 года в США. Тогда государствами-членами НАТО стали 12 стран – США, Канада, Исландия, Великобритания, Франция, Бельгия, Нидерланды, Люксембург, Норвегия, Дания, Италия и Португалия. Это «трансатлантический форум» для проведения странами-союзниками консультаций по любым вопросам, затрагивающим жизненно важные интересы его членов, включая события, способные поставить под угрозу их безопасность. Одной из декларированных целей НАТО является обеспечение сдерживания любой формы агрессии в отношении территории любого государства-члена НАТО или защиту от неё.
Варшавский договор (Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи) от 14 мая 1955 года – документ, оформивший создание военного союза европейских социалистических государств при ведущей роли Советского Союза – Организации Варшавского договора (ОВД) и закрепивший двуполярность мира на 34 года. Заключение договора явилось ответной мерой на присоединение ФРГ к НАТО.
Договор подписан Албанией, Болгарией, Венгрией, ГДР, Польшей, Румынией, СССР и Чехословакией 14 мая 1955 года на Варшавском совещании европейских государств по обеспечению мира и безопасности в Европе.
Договор вступил в силу 5 июня 1955 года. 26 апреля 1985 года, ввиду истечения срока действия, был продлён на 20 лет.
В связи с преобразованиями в СССР и других странах Центральной и Восточной Европы в феврале 1991 года государства-участники ОВД упразднили её военные структуры, а 1 июля 1991 года в Праге подписали Протокол о полном прекращении действия Договора.
Послевоенный раскол мира на две противоположные системы развел прежних союзников по антигитлеровской коалиции по разным военно-политическим блокам. Один из первых шагов на пути сколачивания военного блока западных держав был сделал в конце января 1948 г., когда английский министр иностранных дел Э. Бевин выступил в палате общин с проектом создания оборонительного союза.
Предложение английского правительства нашло поддержку в лице Франции, Бельгии, Голландии и Люксембурга. За кулисами переговоров пяти европейских государств с самого начала весьма активно действовало правительство США. Уже 23 января 1948 г., т.е. на следующий день после выступления Э.Бевина, госдепартамент опубликовал официальное сообщение о поддержке выдвинутого Великобританией предложения. Тем самым США фактически заявило о намерении участвовать в этом союзе. В течение 1948 г. Великобритания путем дипломатического нажима и пропагандистской шумихи «об опасности распространения коммунизма» удалось склонить к участию в оборонительном союзе Норвегию, Данию, Италию, Португалию и Исландию. О своем участии в блоке открыто заявили и США, которые считали, что «судьба предрешила центральное положение Америки в Западной цивилизации». И 4 апреля 1949 г. в Вашингтоне министры иностранных дел 12 стран подписали Североатлантический Договор, который объединил западноевропейские империалистические государства США и Канаду в мощный военно-политический блок. Участие США в НАТО с его ядерным потенциалом фактически означало, что Америка получила теперь возможность активно влиять на военно-политическую ситуацию в Западной Европе, т.е. то, чего она не имела до сих пор.
За 50 - летний период существования НАТО расширился более чем на половину и сегодня покрывает своим влиянием всю Западную и Восточную Европу, вплотную приблизившись к границам России. В связи с изменением военно-политической конфигурации после роспуска Организации Варшавского Договора НАТО пытается изменить мнение о себе на пороге третьего тысячелетия. Европа и НАТО, говоря словами Генерального Секретаря Х.Саланы, будет и дальше держаться вместе с Северной Америкой, ибо одна Европа не может справиться с проблемой глобализации. НАТО была и остается организацией, приверженной к поддержанию мира и стабильности, и выступает как гарант обеспечения безопасности при активном участии США. НАТО и впредь будет проводить активную политику через расширение альянса, через программу «Партнерство во имя мира», через отношения с Россией. Только НАТО под силу операции крупного масштаба при возникновении конфликтов в мире и в Европе».
В начале 50-х годов СССР, отмечая растущую милитаризацию Западной Европы, предложил на Берлинском совещании министров иностранных дел США, Франции и Великобритании обсудить проект соглашения о коллективной безопасности и заключить мирный Договор с Германией. Однако западные державы отказались рассматривать эти предложения, что привело к срыву совещания. Налицо было нежелание западных государств к достижению мира и стабильности в Европе.
Провал проекта ЕОС вызвал раздражение в Вашингтоне, но не поколебал его стремления добиться сплочения западноевропейских стран, что было невозможно без вовлечения ФРГ в многосторонние структуры сотрудничества с западными соседями и США. Мнение американской администрации разделяли в Лондоне и Париже. После ядерного испытания в СССР в 1949 г. и Корейской войны серьезным политикам становилось ясно, что многосторонний блок, не имеющий собственного ядерного оружия, обречен оставаться слабым. США были самой сильной военной державой Европы, хотя не были европейской страной. Британские и французские политики были готовы признать эту реальность. Крах ЕОС облегчил задачу усиления НАТО, ликвидировав конкуренцию европеистской и атлантической версий обеспечения европейской безопасности.
С сентября 1954 г. Британия стала обсуждать с французскими представителями идею включения ФРГ в Западный союз. Одновременно в Риме британские дипломаты прорабатывали вопрос о вхождении в Западный союз Италии. Франция не возражала против подобного расширения Брюссельского пакта, хотя вовлечение Германии и Италии в сотрудничество с Британией и Францией через структуры Западного союза отличалось от того, о чем пытались вести речь французы изначально. Брюссельский пакт был межгосударственным союзом, а в Париже пытались отстаивать идею «надгосударственной интеграции». Но Париж был согласен принять британские инициативы. Вскоре повестка дня переговоров расширилась. Разговор пошел о принятии ФРГ не только в Западный союз, но и в НАТО.
В сентябре 1954 г. в Лондоне и Париже, в октябре - в Париже прошли многосторонние консультации стран-участниц Брюссельского пакта, а также США и Канады, в ходе которых были разработаны условия включения ФРГ и Италии в Брюссельский пакт, а ФРГ - в НАТО. Согласно подготовленным соглашениям, Западный союз после включения в него ФРГ и Италии должен был бы называться Западноевропейским, а в его компетенцию стала бы входить дополнительная функция контроля над вооружениями ФРГ.
23 октября 1954 г. в Париже состоялось подписание протокола о присоединении ФРГ к Брюссельскому пакту. В связи с этим в текст пакта были внесены изменения, и Западный союз стал официально называться Западноевропейским. Отдельным протоколом было оформлено присоединение ФРГ к Североатлантическому договору.
Парижские протоколы санкционировали создание западногерманской армии со своим генеральным штабом. Хотя они предусматривали создание в рамках Западноевропейского союза специального контрольного органа над вооружением, инспектирование должно было производиться органами НАТО. Соглашения предусматривали сохранение на территории ФРГ оккупационных войск западных держав.
В день их подписания правительство ФРГ выступило с заявлением о том, что оно будет воздерживаться от действий, несовместимых со строго оборонительным характером парижских договоренностей и никогда не прибегнет к силе для объединения Германии или изменения границ ФРГ.
ФРГ также приняла обязательство не производить и не иметь на вооружении оружие массового уничтожения (атомное, химическое, бактериологическое), некоторые типы тяжелого вооружения, крупные военные корабли и подводные лодки, бомбардировщики дальнего радиуса действия.
Включение ФРГ в НАТО и Западноевропейский союз представляло большую ценность. До принятия Западной Германии обе структуры оставались «бумажными фантомами», поскольку у них «не было солдат». Ни Франция, ни Италия, ни страны Бенилюкса не имели возможности сформировать многочисленные армии, чтобы уравновесить советское присутствие в Восточной Европе. Великобритания и США не желали иметь на материке воинские контингента, за исключением символических. Поэтому создание германского бундесвера давало европейской и атлантической структурам безопасности необходимую для их успешного функционирования живую силу.
Вместе с тем, вхождение вооруженных сил Западной Германии в военно-политические структуры Запада позволяло союзным странам контролировать военную политику ФРГ, быть в курсе планов ее военного строительства и разработки военной доктрины. В косвенной форме включение ФРГ в НАТО означало «сдерживание» Западной Германии в немного меньшей степени, чем сдерживание СССР. Североатлантический альянс был нацелен на нейтрализацию наступательных устремлений Советского Союза и потенциальных реваншистских тенденций Германии. Эта двойная цель альянса и определяется в концепции «двойного сдерживания».
Двойное сдерживание – концепция понимания НАТО как организации, имеющей две основные функции: сдерживание потенциальных реваншистских устремлений Германии и противодействие экспансии СССР.
Присоединение ФРГ к западным структурам безопасности ускорило разрешение саарского вопроса. В октябре 1955 г. в Саарской области был проведен плебисцит. Предлагавшийся Францией «европейский статус» для Саара был отклонен. Большинство участников голосования высказалось за присоединение Саара к ФРГ. В 1957 г. он вошел в состав Западной Германии в качестве одной из ее земель.
Даже после подписания Парижских протоколов Москва не оставляла надежд убедить западные страны согласиться на решение германского вопроса по формуле «объединение-плюс-нейтрализация». В качестве компромисса СССР предлагал отложить ратификацию парижских соглашений. Однако отклика эти попытки на Западе не встречали. Нейтрализация Германии казалась Соединенным Штатам неприемлемой ценой за объединение. Слабая и невооруженная Германия, как полагали на Западе, не сможет быть противовесом советскому присутствию в Европе, тогда как западноевропейские страны без германских ресурсов в свою очередь будут неспособны оказать сопротивление СССР в случае, если тот решится на них напасть. Понимая ситуацию, советская дипломатия стала готовить контрудар, развернув подготовку к созданию военно-политического блока восточноевропейских государств под началом СССР. 5 мая 1955 г. Парижские протоколы были ратифицированы западногерманским бундестагом, что означало правовое оформление присоединения ФРГ к Североатлантическому договору, предусмотренного протоколом 23 октября 1954 г. Протестуя против этого решения, 7 мая советское правительство заявило о денонсации советско-британского союзного договора 1942 г. и аналогичного договора СССР с Францией, подписанного в 1944 г. Разрушалась юридическая база сотрудничества Советского Союза с бывшими союзниками по антигитлеровской коалиции.
14 мая 1955 г. представители Советского Союза, Болгарии, Албании, Венгрии, ГДР, Польши и Чехословакии собрались в Варшаве на совещание по вопросам обеспечения мира и безопасности в Европе, на котором в качестве наблюдателя присутствовал представитель КНР. Здесь ими был подписан Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи. Договор предусматривал создание военно-политического оборонительного союза, проведение ими консультаций по военно-политическим вопросам, развитие экономических и культурных связей на основе уважения независимости, суверенитета и невмешательства во внутренние дела друг друга. Военно-политическому объединению на западе Европы стало противостоять военно-политическое объединение на востоке.
В соответствии с Варшавским договором были созданы объединенные вооруженные силы (ОВС) стран-участниц и объединенное командование этими силами. Для проведения консультаций и рассмотрения вопросов, возникающих в связи с осуществлением договора, был образован политический консультативный комитет (ПКК), в котором каждое государство представлено членом правительства или другим специально назначенным представителем. Главнокомандующим ОВС было решено сделать военачальника от СССР. Первым этот пост занял маршал Советского Союза й. С. Конев. Его заместителями стали министры обороны и другие военные руководители всех стран-членов ОВД. Варшавский договор носил характер регионального соглашения о самообороне в соответствии со статьей 52 Устава ООН. Он продлевался дважды - в 1975 и 1985 гг.
Неафишируемой целью создания ОВД было обеспечение юридической базы для сохранения советских войск в союзных странах. Особенно это касалось Венгрии и Румынии, поскольку в случае заключения договора СССР с Австрией и нормализации ситуации вокруг этой страны советские войска из названных стран пришлось бы вывести ввиду формального отсутствия для них угрозы со стороны западных соседей.
Атомная дипломатия (Atomic diplomacy) – термин, вошедший в употребление после применения атомной бомбы (август 1945), для обозначения методов и приёмов дипломатии США, использующей обладание секретами производства атомной бомбы в целях внешнеполитического давления.
60 лет назад, 6 августа 1945 г., американский бомбардировщик В-29 сбросил первую атомную бомбу на японский город Хиросиму. По свидетельству очевидцев этой страшной трагедии, за оглушительным взрывом над городом поднялся смертоносный ядерный гриб, город погрузился в пучину огня и дыма. Так начался отсчет жатвы смерти, который унес в могилу десятки тысяч жертв нового физического оружия массового поражения. Однако ставка Вашингтона на его применение не оправдала надежд Пентагона. Вопреки расчетам, никаких заявлений правительства Японии о прекращении военных действий после этого не последовало. Чтобы парализовать волю японцев к сопротивлению, США сбросили 9 августа вторую атомную бомбу на Нагасаки. Это довело счет погибших и искалеченных в ядерном Армагеддоне ХХ века почти до 300 тыс. чел., еще больше людей подверглось радиоактивному облучению и умерло мучительной смертью в последующие годы.
Оба города были снесены с лица Земли в угоду имперским притязаниям США на мировое господство после второй мировой войны. Атомная бомбардировка Хиросимы и Нагасаки преследовала не столько военные, сколько политические цели – продемонстрировать истерзанному войной миру, кто дальше будет хозяином в мире, кто будет править миром.
И наглядно показать ему стратегическое превосходство американского империализма над СССР. С тех пор мир был вовлечен в качественно новый виток гонки вооружений, началось проведение политики «с позиции силы» и дипломатии «атомного шантажа» США. В результате все это вылилось в холодную войну и множество «горячих» войн на всех континентах. Последние забрали в общей сложности не меньше человеческих жизней, чем самая кровопролитная бойня в истории человечества – вторая мировая война.
Практическое применение ядерного оружия привело к новому разделу мира между теми: 1) кто обладал им, и кто не имел его; 2) кто хотел его обрести, и кто не хотел или не мог это сделать; 3) кто выступал за его сокращение, запрещение и нераспространение, и кто был против этого; 4) кто был допущен в «ядерный клуб» избранных или прикрыт «ядерным зонтиком» своих союзников, и кто был лишен такой возможности; 5) кто видел в нем фактор сдерживания войны, и кто готов был использовать его в превентивном порядке и т.д. Ядерный джин, выпущенный из арсеналов США 60 лет назад, превратился в Дамоклов меч, нависший над нашей планетой.
Развал СССР не привел к преодолению раскола мира по ядерному признаку. Он еще больше расширил его и поставил на повестку дня мирового сообщества проблему борьбы с международным ядерным терроризмом. Не отрицая опасность ядерного терроризма, нельзя не видеть и другую угрозу, связанную с ним. Это – стремление вашингтонских «ястребов» использовать ее в качестве прикрытия для ведения превентивных войн, в т.ч. с использованием ядерного оружия.
Как отмечает канадский политолог Д.Смит в своей тщательно документированной монографии «Дипломатия страха», американская стратегическая доктрина «атомного блицкрига», инкорпорированная в военный план США, разработанный в 1946-1947 гг., призывала к нападению на Россию с использованием около пятидесяти атомных бомб. Проект «молниеносной атомной войны» против СССР рьяно поддерживали британские поджигатели войны. В апреле 1948 г. посол США в Великобритании Л.Дуглас докладывал Вашингтону, что У.Черчилль «верит, что пришло время прямо сказать Советам, что если они не уйдут из Берлина и не оставят Восточную Германию, не отведут войска к польской границе, мы разрушим до основания их города». С «бомбой в кармане», по выражению государственного секретаря США Дж.Бирнса, американский империализм намеривался отныне и впредь диктовать свою волю и СССР, и всему миру в ультимативной форме.
Таким образом, не успели отгреметь последние залпы второй мировой войны, как тень Хиросимы и Нагасаки нависла над Советским Союзом. Курс на установление «мира по-американски», провозглашенный империализмом США, был направлен, прежде всего, на устранение СССР с мировой арены как самостоятельного «центра силы».
В связи с этим антисоветизм был возведен в ранг государственной политики в американской доктрине «сдерживания коммунизма». Она нацеливала воинствующий милитаризм США на подготовку агрессивной войны с СССР под прикрытием мифа о «советской угрозе» и стала идеологической основой политики «холодной войны».
Речь Черчилля в Фултоне 5 марта 1946 г. дала старт разгулу антикоммунизма и превращению военно-промышленного комплекса США в важнейшего игрока в политическом механизме диктатуры монополий. С того времени США приступили к практической реализации доктрины «сдерживания коммунизма», нацеленной на всемерное ослабление СССР посредством оказания на него военного, политического и экономического давления. Квинтэссенцию этой доктрины составляла гонка вооружений, особенно ядерных, сколачивание военных блоков под эгидой США, размещение военных баз Пентагона по всему периметру советских границ.
В концентрированном виде доктрина «сдерживания» получила воплощение в «доктрине Трумэна». В ее рамках американская реакция вынашивала планы превращения холодной войны в «горячую» против СССР с использованием оружия массового уничтожения.
В меморандуме о внешнеполитических задачах США, подготовленном специальным советником президента К.Клиффордом в сентябре 1946 г., говорилось о необходимости подготовки к ведению атомной войны в Европе. Ставки в «превентивной» войне с применением атомного оружия против СССР ежегодно возрастали. По американскому плану «Бройлер» (осень 1947 г.) предусматривалось уничтожить 24 советских города 34 бомбами, по плану «Оффтэкл» (октябрь 1949 г.) – 104 города в СССР 220 бомбами при резервировании 72 бомб для нанесения повторных ударов по Советскому Союзу. Этим перечнем не исчерпывается весь список атомных приготовлений США к войне с СССР.
В конце 1949 г. Объединенный комитет начальников штабов США по распоряжению президента Трумэна разработал чудовищный план подготовки и ведения войны против СССР под названием «Дропшот». Фактически это был проект третьей мировой войны с неограниченным применением всех средств вооруженной борьбы. Основная ставка в нем делалась на широкое использование ядерного оружия. В случае его реализации никого из нас сегодня не было бы в этом зале, а окружающей среде, по расчетам ученых, был бы нанесен необратимый ущерб в планетарном масштаба.
В то же время США, как отмечает американский историк А.Бринкли, «удвоили свои собственные усилия в области атомных исследований, отведя ядерному оружию центральное место в своем военном арсенале». В 1950 г. администрация Трумэна одобрила разработку водородной бомбы и провела ее испытание в 1952 г., то есть раньше, чем Советский Союз.
В этих условиях у Советского Союза, обескровленного недавно завершившейся войной, не было иного выбора, кроме создания своего собственного ядерного оружия.
Это стоило советской экономике столько же, сколько ведение Великой Отечественной войны против гитлеровского фашизма в течение почти четырех лет.
Решение этой задачи легло тяжелым бременем на плечи советского народа, затормозило восстановление и развитие народного хозяйства СССР после самой кровопролитной и разрушительной войны во всемирной истории.
Несмотря на ее завершение, расходы СССР на оборону, даже по официальным источникам, выросли с 15,8% в 1947 г. до 23,7% в 1952 г., т.е. почти вдвое.
Эти данные не отражают всей тяжести советских военных затрат, т.к. в них не входили расходы на разработку ядерного оружия, стратегических бомбардировщиков и ракет, создание новых радиолокационных систем и даже обычного вооружения.
Но слом «атомной монополии» американской империи положил конец «атомному превосходству» США и внес огромный вклад в реализацию цели Устава ООН – «избавить грядущие поколения от бедствий войны, дважды в нашей жизни принесшей человечеству невыразимое горе».
С другой стороны, американский империализм не мог смириться с ликвидацией своей «атомной монополии», на протяжении всех послевоенных лет стремился сохранить свое «военное преимущество», безудержно наращивая и совершенствуя ракетно-ядерное оружие и средства его доставки к цели, увеличивая ударную мощь армии, авиации, флота и морской пехоты США.
Утверждение «нуклеарного» мышления в Вашингтоне положило начало гонке вооружений, особенно в ракетно-ядерной области, в которой СССР, даже по признанию бывшего министра обороны США Р.Макнамары, в подавляющем большинстве случаев лишь повторял или копировал американские шаги, чтобы ликвидировать свое отставание в этой сфере и достичь военно-стратегического паритета с США (см. таблицу 1).
«Эра разрядки напряженности была официально провозглашена тогда, когда американская и советская элиты подтвердили друг другу, что обе страны обладают равной разрушительной силой для достижения практических политических замыслов», – пишет американский исследователь Р.Барнет в своей книге «Гиганты: Россия и Америка».
Таблица 1. Динамика военно-технологической гонки США – СССР
Вид оружия
Дата испытания или развертывания


США
СССР

Атомная бомба
1945
1949

Межконтинентальный бомбардировщик
1948
1955

Реактивный бомбардировщик
1951
1954

Водородная бомба
1952
1953

Межконтинентальная баллистическая ракета (МБР)
1958
1957

Спутник-фоторазведчик
1960
1962

Ракеты, запускаемые с подводных лодок
1960
1964

МБР на твердом топливе
1962
1966

Система противоракетной обороны
1974
1966

Антиспутниковое оружие
1963
1968

Разделяющаяся головная часть с боеголовками индивидуального наведения
1970
1975

Источник: McNamara R.S. Blundering into Disaster: Surviving the First Century of the Nuclear Age. – N.Y., 1986. – P. 60.

Однако, в отличие от США, СССР никогда не преследовал никаких политических целей, связанных с атомным оружием, кроме предотвращения всемирной ядерной катастрофы. Создание надежного советского ядерно-ракетного щита было крайне необходимой и вынужденной ответной мерой СССР на агрессивные устремления США «переиграть» итоги второй мировой войны, поставить на колени своего бывшего союзника по антигитлеровской коалиции или уничтожить его в ядерной войне. Укрепление советского оборонного могущества сыграло важную роль в предотвращении третьей мировой войны и позволило добиться относительной стабилизации в биполярном мире. Благодаря этому до демонтажа социализма в Советском Союзе в мире никогда не велось более 6-7 войн одновременно. После развала СССР мир вступил в ХХІ век при наличии более чем 40 войн и вооруженных конфликтов на всех континентах, в условиях экспансии НАТО на Восток и эскалации военных расходов США до беспрецедентных масштабов.

2 занятие
1. Проблема мирного урегулирования в Европе и начало европейской интеграции.
Основные проблемы послевоенного урегулирования в Европе были решены на Ялтинской (4–11 февраля 1945) и Потсдамской (17 июля – 2 августа 1945) конференциях лидеров СССР, США и Великобритании, совещаниях министров иностранных дел четырех держав-победительниц в Лондоне (11 сентября – 2 октября 1945), в Москве (16–26 декабря 1945), в Париже (25 апреля – 16 мая и 15 июня – 12 июля 1946), в Нью-Йорке (4 ноября – 12 декабря 1946) и на Парижской мирной конференции (29 июля – 16 октября 1946). Вопрос о восточных границах Чехословакии и Польши был урегулирован советско-чехословацким (29 июня 1945) и советско-польским (16 августа 1945) соглашениями. Мирные договоры с союзниками Германии Болгарией, Венгрией, Италией, Румынией и Финляндией были подписаны в Париже 10 февраля 1947 (вступили в силу 15 сентября 1947).
На Германию и ее союзников были возложены значительные репарации в пользу пострадавших от их агрессии стран. Общая сумма германских репараций составила 20 млрд.. $; из них половина предназначалась СССР. Италия обязалась выплатить Югославии 125 млн.. долл., Греции 105 млн.. долл., СССР 100 млн.. долл., Эфиопии 25 млн.. долл., Албании 5 млн.. долл.; Румыния – СССР 300 млн.. долл.; Болгария – Греции 45 млн.. долл., Югославии 25 млн.. долл.; Венгрия – СССР 200 млн.. долл., Чехословакии и Югославии по 100 млн.. долл.; Финляндия – СССР 300 млн.. долл.
Главными принципами внутреннего переустройства Германии союзники провозгласили демилитаризацию, денацификацию и демократизацию. Германская государственность была восстановлена в 1949. Однако в условиях «[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]« Германия оказалась разделенной на две части: в сентябре 1949 на основе американской, английской и французской зон оккупации возникла Федеративная Республика Германии, в октябре 1949 советская зона была преобразована в Германскую Демократическую Республику.
Первой крупной и назревшей проблемой после войны, требовавшей немедленного решения, стало подписание мирных договоров с бывшими европейскими союзниками фашистской Германии - Италией, Болгарией, Румынией, Венгрией, Финляндией. Основные положения будущих мирных договоров были намечены уже на Ялтинской и Потсдамской конференциях. Однако уже в сентябре - октябре 1945 г. между государствам победительницами оказались серьезные противоречия, которые углублялись в условиях формирования двух курсов в международной политике. СССР пытался, и довольно успешно, закрепить свое влияние в странах Центральной и Юго-Восточной Европы, Запад - не допустить этого. Исходя из принципов Атлантической хартии, Запад требовал предоставить народам этих стран право самостоятельно выбирать свой путь развития. Советский Союз стремился привязать эти страны к себе, превратить в трамплин дальнейшего продвижения социализма.
Вопросы мирного урегулирования с бывшими союзниками Германии решались на сессиях Совета министров иностранных дел (СМИД) (осень 1945 - первая половина 1946 г.) и на Парижской мирной конференции (29 июля - 16 октября 1946 г.). В процессе выработки мирных статей обнаружились серьезные разногласия. США и Англия стремились рассматривать мирные договоры в тесной связи с внутренними изменениями в указанных странах (установление режима парламентской демократии и т.д.). Это касалось также состав правительств. Для исключения коммунистической диктатуры, Англия и США отстаивали принципы создания коалиционных правительств на многопартийной основе путем свободных выборов. Для контроля избирательного процесса, в частности в Болгарии и Румынии, предлагалось создание инспекционных групп. Советский Союз, верный политике коммунизации (под коммунизацию следует понимать насаждение коммунистической диктатуры - леворадикального тоталитаризма), выступил за то, чтобы не связывать мирные договоры с внутриполитическим развитием стран Центральной и Юго-Восточной Европы. Сторонам удалось прийти к компромиссу. Первые послевоенные годы характеризовались взаимными уступками. Вследствие этого в состав правительств Болгарии и Румынии вошли представители «других демократических групп». Западные делегации, к сожалению, тогда еще не осознавали, что «уступка» со стороны коммунистических лидеров была вынужденным, временным маневром.
С большим трудом решались также вопросы территориального порядка. Западные державы поддерживали территориальные претензии Греции в Болгарию и Албанию. Советский Союз поддерживал своих социалистических протеже. Острая борьба развернулась вокруг статуса города Триеста с прилегающей территорией. Советский Союз поддержал французский проект, и Триест стал свободной территорией под эгидой ООН (по соглашениям 1954 г. г. Триест отошел к Италии, а территория к востоку от него - к Югославии).
Объектом острых столкновений стали итальянские колонии Сомали, Ливия, Эритрея. Англия хотела поставить их под свой контроль. США стремились разместить там свои военные базы. Франция склонялась к тому, чтобы оставить их Италии, но под контролем ООН. У Сталина появились свои «африканские планы». На встрече министров иностранных дел Молотов с подачи Сталина заговорил о возникновении в Ливии национально-освободительного движения и необходимости оказания ему помощи со стороны Москвы. СССР, заявил Молотов, готовый построить там военно-морскую базу, взять район под свой контроль. Представителю Великобритании Бевин от этих заявлений стало плохо, пришлось даже вызывать врача и сделать укол.
Судьбу итальянских колоний был окончательно решен лишь в начале 50-х годов. Сомали - с 1950 p., Ливия - с 1951 г. провозглашены независимыми государствами, а Эритрея в 1952 г. стала провинцией Эфиопии.
Острые споры вызвали также экономические вопросы договора. США отстаивали пункт «о равных возможностях» и выплату репараций долларами, что объективно ориентировало указанные страны на экономические и торговые отношения с США, настаивали на полной компенсации национализированной собственности иностранных компаний. Советский Союз настаивал на компенсации 1 / 3 всей национализированной собственности. Здесь также был достигнут компромисс (сошлись на 2 / 3 всей стоимости).
Бывшие союзники взвешенно, с учетом возможностей побежденных, подошли к определению сумм репарационных платежей. Италию обязали выплатить Югославии 125 млн.. дол., Греции - 105, СССР - 100, Эфиопии - 25, Албании - 5 млн.. дол. Румыния и Венгрия должны выплатить СССР по 300 млн.. дол. подобное. Позже Советский Союз отказался от значительной части репараций из Венгрии, Румынии, Болгарии и Финляндии.
Мирные договоры, подписанные 10 февраля 1947 p., 15 сентября того же года вступили в силу. Они зафиксировали определенные территориальные изменения. Северная Трансильвания передана Румынии, а границы Венгрии определены такими, какими они были на 1 января 1938 г. Южная Добруджа закреплена за Болгарией, согласно румынско-болгарским договором от 7 сентября г. Итало-французскую границу изменился в пользу Франции, итало-югославский - в пользу Югославии. В Югославию отошли Истрия и часть Юлийских Крайны. Додеканезьки острова от Италии переданы Греции. Советско-финляндский граница устанавливалась на 1 января г. Мирный договор с Финляндией подтверждал также принадлежность Советскому Союзу области Петсамо (Печенга) и передачу СССР в аренду сроком на 50 лет района Порккала-Удд для создания военно-морской базы. Италия теряла также свои права на бывшие колонии.
Подписание мирных договоров с бывшими союзниками Германии следует рассматривать как важный шаг в политике европейского послевоенного урегулирования. Сама практика обсуждения и выработки компромиссным путем мирных договоров могла стать образцом для решения других европейских и мировых проблем. Однако в процессе роста конфронтации и углубление противоборства приобретенная практика весьма скоро была забыта. Однако мирные договоры стали положительным фактом послевоенной европейской политики. Они никоим образом не ущемили суверенитет целого ряда стран, а большинство проблем, связанных с мирным урегулированием, были решены в целом справедливо. Трудно упрекать западным державам за то, что они не сумели отстоять демократическое развитие Румынии, Болгарии, Венгрии. В этом деликатном вопросе западные делегации на мирных переговорах исходили из того, что это внутреннее дело народов этих стран.
Европейская интеграция - это реакция на две мировые войны, начало которых было именно в Европе, и ответ на вопрос, как воспрепятствовать новым войнам. В этом аспекте европейская интеграция ставит перед собой задачу поддержания мира на Европейской континенте. По сравнению со всеми предыдущими попытками объединить Европу, эта интеграция имеет одно принципиальное отличие: она основывается на свободном решении европейских народов и их политических представителей создать сообщество, исключающее военное насилие между ними и позволяющее свободно жить и развиваться. Все ранее предпринимавшиеся конкретные попытки объединить Европу базировались на подавлении свободы выбора, на насилии, репрессиях, тюрьмах, и поэтому абсурдно и бессмысленно сравнивать Европейский союз с Советским Союзом, нацистским Третьим рейхом или более ранними тоталитарными государствами в истории Европы.
Следующим аргументом в пользу европейской интеграции являлась необходимость предотвращения экономических и политических кризисов путем создания единого экономического пространства на основе таможенного союза и общего рынка.
Европейская интеграция - это, прежде всего, вопрос политический, а не результат автономных экономических процессов, некоего экономического прошлого. Ее цели - цели политические, но достигаемые с помощью экономических действий. Справедливо также утверждение, что политической интеграции невозможно добиться без интеграции экономической. Это стало значительным вкладом в начало реальной европейской интеграции в период после Второй мировой войны.
Все это, однако, не стояло в то время на повестке дня, поскольку первостепенным вопросом для президента Америки Рузвельта являлось сотрудничество с Советским Союзом и идея глобального политического равновесия. Только после прихода к власти Гарри Трумэна и его сподвижников (А. Гарримана, Дж. Кеннана, Чарльза Болена, Джона Макклоу т др.) американские политики пришли к выводу, что Европой нельзя жертвовать ради глобальных задач, и что необходимо Европу, а именно - западную ее часть, освобожденную западными державами во главе с США, защищать от имперских амбиций Советского Союза. Они приняли решение о четком разделе Европы, включая Германию, и утверждении равновесия с опорой на демократическую часть Европы, поддерживаемую военной силой, а также политически и экономически. Это открыло дорогу европейской интеграции, и здесь следует подчеркнуть, что основное решение здесь приняли именно Соединенные Штаты, хотя уже с самого начала эту идею поддерживали некоторые европейские государственные деятели. В первую очередь - Уинстон Черчилль, который в 1946 г. произнес в Цюрихе речь, где назвал коммунистический режим угрозой для всех Европы и призвал к созданию «Соединенных штатов Европы».
Разумеется, прежде Западную Европу было необходимо консолидировать экономически - включая Германию, поскольку американцы боялись повторения ошибок, сделанных после Первой мировой войны и приведших к появлению фашизма. Таким образом, они снова продвигали традиционную для Америки точку зрения, согласно которой именно свободная рыночная экономика, а не плановое хозяйство, неразрывно связана с демократией и мирным существованием, и что именно поэтому необходимо всячески укреплять экономические связи Западной Европы с остальным миром. Это должно было также заложить базу политической стабилизации, основанной на либеральной демократии. План Маршалла опирался, прежде всего, именно на это. В сентябре 1947 г. в Париже состоялась встреча шестнадцати представителей европейских стран, создавшие для принятия этого плана Комитет европейской экономической кооперации (CEEC). Проблема состояла в том, что одновременно с предоставлением помощи тяжело пострадавшим в войне европейским странам, американцы требовали создания некой наднациональной «постоянно действующей организации», обладающей значительными правомочиями, способной ограничивать даже сам суверенитет стран-участниц. Американцы хотели добиться того, чтобы европейцы сами встали на путь объединения, а предоставляемую помощь использовали как первые шаги на пути к политической интеграции. Для Соединенных Штатов было неприемлемо противостоять Советскому Союзу без обеспеченной поддержки Западной Европы. Данное требование было принято, прежде всего, Францией, которая воспринимала включение Германии в общеевропейский процесс как возможность контролировать немецкую тяжелую индустрию и, таким образом, обеспечить интересы собственной безопасности. Разумеется, по поводу «постоянно действующей организации» велись долгие дебаты.
Сталин и другие критики политической интеграции поняли ее значение. Собственно, обсуждались возможности наднационального экономического сотрудничества, поддерживаемого общими политическими организации, то есть сотрудничества, поддерживающего развитие в Европе наднациональной демократии. Следует заметить, что одним из немногих, кто полностью понял этот замысел, был Сталин. Именно поэтому он запретил странам, которые в той или иной степени уже контролировались Советским Союзом, участвовать в плане Маршалле. Экономическое сотрудничество и интеграция - пожалуйста, политическое сотрудничество и интеграция - ни в коем случае. Ту же позицию Россия, разумеется, занимает и по сей день. И не только Россия, но все, отрицающие дальнейшую политическую интеграцию Европы. Причины подобной позиции могут разниться и разняться, однако результат остается неизменным.
Несмотря на первые неудачи в создании «постоянно действующей организации» на межнациональном уровне, Вашингтон и дальше подталкивал европейцев следовать в этом направлении. Сильнее всех сопротивлялась Великобритания, не желавшая потерять свой суверенитет. И, наконец, 9 мая 1950 г. французский министр иностранных дел Робер Шуман достаточно неожиданно внес предложение о создании Европейского объединения угля и стали (Горный союз). Шуман тогда провозгласил следующее: «Почти ровно пять лет прошло со дня безоговорочной капитуляции Германии. Франция делает первый шаг к созданию объединенной Европы, и Германия выбрало ее своим партнером». И далее: «Французское правительство предлагает подчинить всю общую французско-германскую продукцию стальной и угольной промышленности общему Высшему комитету в рамках организации, открытой для вступления в нее других европейских стран». Это стало созданием той самой «постоянно действующей организации», к которой призывали американцы, и процесс европейской интеграции мог начаться. Поэтому 9 мая 1950 г. мы отмечаем как День Европы.
Христианско-демократические истоки Единой Европы. Робер Шуман был представителем христианско-демократической традиции, которая внесла большой вклад в начало процесса европейской интеграции. Эта традиция была заложена в тот период, когда Куденхове-Калерги работал в Чехии над созданием своей «Пан-Европы». Среди первых приверженцев этой традиции - Луиджи Стурцо, основавший в 1921 г. в Италии национальную партию. В 1921 г. Луиджи Стурцо вместе с Альчиде де Гаспери (позже - один из «отцов-основателей» Объединенной Европы), создавшим в Италии Democratia Christiana, предприняли поездку в Германию, где, помимо прочего, встретились с тогдашним мэром Кельна Конрадом Аденауэром. Они обсудили, что необходимо сделать для создания в Европе общего рынка на базе политического сотрудничества христианских демократов для противостояния коммунистической опасности. В 1930 г. Струцо написал: «Одно должно быть ясно: невозможно создать европейскую федерацию в экономической области, если это не произойдет также в области политической и моральной». Свободная экономика и демократия должны идти рука об руку. После победы фашизма эти и другие приверженцы идеи объединения остались в Европе и участвовали в движениях Сопротивления, многие попали в тюрьмы или подверглись иным репрессиям. В начале 1944 г. представители нескольких национальных групп Сопротивления Франции, Италии, Германии, Нидерландов и Дании подписали Декларацию европейского сотрудничества, в которых призывали к послевоенному объединению Европы в экономической и политической областях. Среди выдвигаемых тезисов было и требование проводить объединение на основании общих ценностей: «Федеративное устройство Европы должно базироваться на декларации прав человека - личных, политических и экономических - которые гарантировали бы свободное развитие человеческой личности и нормальную работу демократических институтов» (цитируется по книге: J. Wahl: Robert Schuman, I.S.E. Praha 2001). Среди авторов этой декларации были Альчиде де Гаспери, Конрад Аденауэр и Роберт Шуман. Последний участвовал в рождении в 1949 г. Совета Европы.
Такими были корни и истоки европейской интеграции, на которую воздействовали различные властные, политические, экономические и ценностные влияния. Однако все они исходили от людей, которые, безусловно, руководствовались не только исключительно национальными экономическими интересами. Это были люди, которые, имея за плечами опыт двух мировых войн, стремились, прежде всего, к установлению постоянного и стабильного мира в Европе на основе экономического сотрудничества и опирающегося на него сотрудничества политического. Они стремились и к тому, и к другому, ибо были убеждены, что гарантией свобод человека и его прав является, прежде всего, свободная рыночная экономика и демократия. Европейский союз, имеющий сегодня определенные недостатки, который прошел и, вероятно, еще пройдет через тяжелые испытания, по-прежнему опирается на эти принципы и именно поэтому не может распасться. Он по-прежнему, как и в момент своего создания, служит интересам подавляющего большинства европейцев.

2. «Холодная война» на периферии глобальной системы (блоки СЕНТО, СЕАТО и коммунистические режимы в Азии). Распад колониальных систем и учреждение Движения неприсоединения. «Третья сила» в «холодной войне».
464

[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть картинку ]

Для сдерживания и противостояния коммунизму было создано ещё 4 блока в Азии: SEATO (Southeast Asian Treaty Organization), CENTO (Central Treaty Organization), ANZUS (Australia – New Zeeland – USA) и ANZUK (Australia-New Zeeland-United Kingdom). Благодаря этому создавалось впечатление, что Советский Союз и другие коммунистические страны были окружены проамериканскими антикоммунистическими режимами, однако на деле из-за разных целей членов этих военных союзов и слабой организации они, по сути, никак не способствовали сдерживанию коммунизма.

CENTO (Central Treaty Organization)

[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть картинку ]

Организация Центрального Договора (Багдадский пакт) была создана по инициативе США и Великобритании в 1955 году для противодействия коммунизму и недопущения его проникновения в Ближневосточный регион. Его участниками были Великобритания, Турция, Ирак (вышел в 1958 году), Иран и Пакистан. США не являлись членом CENTO, но имели в нём статус наблюдателя и, входя в его основные комитеты, активно участвовали в работе этого блока. Изначально в CENTO планировалось включить также арабские государства, но из-за враждебных отношений с союзником США Израилем и свежей памяти о временах, когда они были колониями Великобритании и Франции, арабские страны (за исключением Ирака) отказались вступить в данный союз.
С самого начала данную организацию раздирали противоречия. США главной целью CENTO видели сдерживание Советского Союза, Великобритания – организацию бесперебойных поставок ближневосточной нефти в Европу, а Пакистан вступил в CENTO, чтобы получить поддержку в противостоянии с Индией. Осложняло деятельность Организации Центрального Договора и то, что Соединённые Штаты отказывались официально входить в состав данной организации, так как опасались негативной реакции со стороны арабских государств и Советского Союза, а также требований Израиля предоставить ему гарантий безопасности. Отсутствие консолидации членов Организации Центрального договора показывает и тот факт, что во время Суэцкого кризиса 1956 года все мусульманские страны-участники Багдадского пакта осудили агрессию против Египта, а Ирак и Пакистан потребовали исключить Великобританию из данной организации.
Очередное испытание на прочность CENTO устроило падение монархии в Ираке в 1958 году и последующий его выход из данной организации. Именно с этого момента данная организация получила название CENTO (до этого она называлась «Багдадский пакт»), а штаб-квартира данной организации была перенесена из Багдада в Анкару.
Мусульманские страны-участники CENTO неоднократно заявляли протест по поводу политики США по отношению к данной организации, считая, что США относится к данному блоку несерьёзно. Основаниями для этого служили отказ Вашингтона предоставить военную помощь странам-участницам CENTO и модернизовать систему их обороны. США действительно считали CENTO альянсом второстепенной важности, так как считали конфликт между СССР и союзниками США на Ближнем Востоке маловероятным. Кроме того, США и Великобритания никогда не делились со своими союзниками по Организации Центрального Договора своими планами по ведению войны в случае конфликта с СССР, отчасти не доверяя своим мусульманским союзникам. Недоверие рождалась из-за того, что США критично относились к военному потенциалу своих союзников в Юго-Западной Азии, считая, что их армии потребуются только для первичного сдерживания советских войск. Также при всей лояльности иранского шаха Мохаммеда Реза Пехлеви, США считали его слабым, тщеславным правителем, а после 1958 года (с учётом всё более увеличивавшегося социального расслоения в Иране) всерьёз стали опасаться его свержения. Всё это не могло устраивать исламские государства – участников CENTO, которые, как сообщало посольство США в Тегеране, считают, что Вашингтон воспринимает их как «детей».[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]
Кроме того, обострились противоречия между Ираном и Пакистаном из-за провинции Белуджистан, захваченной у него англичанами в 1896 году и включенной в состав Пакистана.
Организация CENTO не мешала СССР укреплять своё влияние в Юго-Западной Азии и в Африке: СССР поставлял оружие арабским странам, помогая им в противостоянии с Израилем, установил дружественные отношения с Египтом, Эфиопией, Южным Йеменом, Суданом, Сомали, Мозамбиком. Справедливости ради нужно отметить, что с Сомали и Суданом дружественные отношения у Москвы длились недолго, а Египет взял прозападную ориентацию с приходом к власти Анвара Садата в 1971 году, однако союзы США со многими государствами третьего мира тоже не отличались долговечностью.

[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть картинку ]

«Для нас советская угроза затмевала все, но Пакистан больше волновали его отношения с Индией, нежели с СССР и Китаем. Сам Багдадский пакт был более важен для установления отношений между его членами, нежели для отражения советской агрессии. Ни в СЕАТО, ни в Багдадском пакте мы не были связаны с их членами такой общностью целей, каковая связывала нас внутри Европейского оборонительного союза» - писал Генри Киссинджер.[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]
Данный блок прекратил своё существование после Исламской революции в Иране 1979 года и выходе этой страны из CENTO. После данного события, странами-участниками CENTO было принято решение о самороспуске Организации Центрального Договора, так как без Ирана существование данного блока было бессмысленно.

SEATO (Southeast Asia Treaty Organization)

[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть картинку ]

Данный блок был создан усилиями американского госсекретаря Джона Фостера Даллеса, его создание было зафиксировано Манильским пактом от 8 сентября 1954 года. Членами SEATO являлись США, Великобритания, Франция, Таиланд, Филиппины, Новая Зеландия, Австралия и Пакистан (причём последний был принят при условии, что уговорит Цейлон (Шри-Ланка) присоединиться к данной организации, однако своего обещания выполнить не сумел). Главным органом SEATO был Совет Министров, куда входили министры иностранных дел государств-участников данного блока или их заместители. В подчинении у Совета Министров находился комитет военного планирования. Штаб-квартира SEATO находилась в Бангкоке. Как и CENTO данный блок должен был способствовать сдерживанию коммунистических государств и препятствовать возникновению коммунистических режимов в Юго-Восточной Азии.
Необходимость создания данного блока для Запада была продиктована стремительным распространением коммунизма в Азии: образование КНР в 1949 году, образование КНДР и последовавшая за этим Корейская война 1950-1953, волнения в Индонезии и Малайе (будущая Малайзия), а также создание на севере Вьетнама коммунистического режима во главе с Хо Ши Мином. Всё это способствовало нарастания беспокойства западных стран и их азиатских союзников и привело к созданию данного блока.
Данный блок должен был стать проекцией NATO в Юго-Восточной Азии, все страны-участницы договорились о том, что в случае нападения на одного из участников данного договора, остальные участники придут к нему на помощь. Кроме военных учений в рамках данного блока укреплялись экономические и культурные связи между его участниками. Однако по своей эффективности он так и не достиг уровня NATO, о чём пишет Генри Киссинджер в вышеприведённом отрывке.
Во время Вьетнамской войны 5 членов SEATO помогали южновьетнамскому режиму в борьбе с Северным Вьетнамом, однако это не смогло помешать объединению Северного и Южного Вьетнама под властью коммунистического режима Хо Ши Мина. Франция и Пакистан осудили ввод американских войск во Вьетнам и не поддержали своих союзников. Уже после вывода американских войск из Вьетнама встал вопрос о целесообразности существования данной организации – о своём выходе из организации заявили Пакистан (1973) и Франция (1974). Также полуразвалившаяся SEATO не смогла остановить приход к власти в Камбодже лидера красных кхмеров Пол Пота, хотя Южный Вьетнам и Камбоджа входили в список территорий, охраняемых от коммунизма. В 1977 году данная организация была распущена и окончательно прекратила своё существование.

[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть картинку ]

ANZUK (Australia-New Zeeland-United Kingdom)
[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть картинку ]
ANZUK – военно-политический блок, созданный в 1971 году по инициативе Великобритании с целью защиты Малайзии и Сингапура, также входивших в данную организацию. Обосновывал присутствие британских войск в Азии, что соответствовало интересам Великобритании в данном регионе. Рассматривался Соединёнными Штатами как проводник их интересов в Юго-Восточный Азии, союзный блок, который может оказать помощь в борьбе против коммунизма. Однако в австралийское правительство, пришедшее к власти в 1974 году, стало сокращать количество австралийских вооружённых сил в Сингапуре. Это подтолкнуло к развалу ANZUK, и в 1974 году было принято решение о его роспуске.

ANZUS (Australia-New Zeeland-United States)
1 сентября 1951 г. между представителями Австралии, Новой Зеландии и США был подписан Тихоокеанский пакт безопасности, давший начало блоку ANZUS. Изначально данный договор был заключён из-за опасений Австралии и Новой Зеландии, что Япония через некоторое время вновь нападёт на них. Однако в статье третьей данного договора прямым текстом говорилось, что в случае нападения на Австралию или Новую Зеландию США будут обязаны только проконсультироваться с союзниками, вмешиваться в конфликт или нет, они должны будут решить сами. Однако, как написано на австралийском сайте [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], это было названо большим дипломатически успехом Австралии, помогло снизить её зависимость от Великобритании, и поместило Австралию в «центр политики». Все участники данного договора позднее вошли в SEATO и вместе воевали в Корее и во Вьетнаме.
Однако в 1985 году Новая Зеландия отказалась принять корабль ВМС США с ядерным вооружением, что в Вашингтоне было расценено как предательство. Америка приостановила выполнение своих обязательств в отношении Новой Зеландии. В 1987 году Новая Зеландия объявила свою территорию зоной, свободной от ядерного оружия. Военный союз между США и Австралией сохраняется до сих пор.
Движение неприсоединения – международная организация, объединяющая 120 государств мира на принципах неучастия в военных блоках (под которыми на момент основания организации подразумевались, прежде всего – НАТО и Варшавский договор, а также Багдадский пакт, СЕАТО, АНЗЮС и т. п.).
Движение неприсоединения официально создано 25 государствами на Белградской конференции в сентябре 1961 года. Созданию Движения предшествовали Бандунгская конференция 1955 года и трёхсторонние консультации Иосипа Броз Тито, Гамаля Абдель Насера и Джавахарлала Неру в 1956 году.
[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть картинку ]

Страны Движения неприсоединения

3. Происхождение и дипломатические аспекты Карибского кризиса.
http://www.youtube.com/watch?v=PdCCH6TFLxE

 Хартленд (от англ. Heartland - «срединная земля», «сердцевинная земля») – массивная северо-восточная часть Евразии, окаймляемая с юга и востока горными системами
 Европейское оборонительное сообщество (ЕОС) - агрессивная воен. группировка 6 гос-в (Франции, ФРГ, Италии, Бельгии, Нидерландов и Люксембурга), создание к-рой предусматривалось Парижским договором 1952 и "Общим договором" 1952. "ЕОС" планировалось как орг-ция, тесно связанная с Северо-атлантич. блоком. Формально инициатором создания его выступала Франция, хотя фактич. его вдохновителем были США. Целью создания "ЕОС" было возрождение герм. милитаризма. Движение протеста франц. народа заставило Нац. собрание Франции 30 авг. 1954 отклонить Парижский договор, что означало провал планов создания "ЕОС". Однако с принятием Парижских соглашений 1954 и созданием Западноевропейского союза (в составе гос-в - участников "ЕОС" и Великобритании) проект создания "ЕОС" в 1955 фактически был проведен в жизнь.












Приложенные файлы

  • doc 4351528
    Размер файла: 730 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий