Подвинцев О.Б. Политические процессы в постсоветском пространстве

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ
ГОУ ВПО «Пермский государственный университет»







О.Б. Подвинцев





ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ
В ПОСТСОВЕТСКОМ ПРОСТРАНСТВЕ





Курс лекций для студентов специальностей
«Политология» и «История»



















Пермь 2007
УДК 32(47+57) (075.8)
ББК 66.3 (2) я 73
П44


Подвинцев О.Б.
П44 Политические процессы в постсоветском пространстве: курс лекций для студ. спец. «Политология» и «История»/ О.Б. Подвинцев; Перм. гос. ун - т. – Пермь, 2007. – 114с.

ISBN 5-7944-0900-2


Специализированный курс «Политические процессы в постсоветском пространстве» читается на историко-политологическом факультете Пермского государственного университета с 2001 г. Рассматриваются проблемы становления, развития и распада империи, специфика Советского Союза как империи. Основную часть курса составляют темы, посвящённые политическому развитию бывших союзных республик СССР (за исключением России). При этом анализируются также исторические факторы, обусловившие своеобразие политических традиций и политической ситуации в каждом из новых независимых государств.
Издание в первую очередь адресовано студентам, изучающим соответствующий курс, но может представлять интерес для специалистов и исследователей и всех интересующихся данной проблематикой.



Печатается по решению редакционно-издательского совета Пермского государственного университета





Рецензенты: докт. ист. наук В.П. Мохов (Пермский гос.техн.ун-т);
канд. ист. наук А.А. Борисов (Перм. краев. ин - т повыш. квалиф. работн. обр.)





ISBN 5-7944-0900-2 © О.Б. Подвинцев,2007
Оглавление 13 TOC \o "1-1" \h \z 14
13 LINK \l "_Toc172183534" 14Предисловие 13 PAGEREF _Toc172183534 \h 1441515
Тема 1. 13 LINK \l "_Toc172183535" 14Империи и их распад 13 PAGEREF _Toc172183535 \h 1461515
Тема 2. 13 LINK \l "_Toc172183536" 14Советский Союз как империя 13 PAGEREF _Toc172183536 \h 14181515
Тема 3. 13 LINK \l "_Toc172183537" 14Распад СССР и условия становления новых независимых государств 13 PAGEREF _Toc172183537 \h 14231515
Тема 4. 13 LINK \l "_Toc172183538" 14Страны Балтии 13 PAGEREF _Toc172183538 \h 14311515
Тема 5. 13 LINK \l "_Toc172183539" 14Белоруссия 13 PAGEREF _Toc172183539 \h 14431515
Тема 6. 13 LINK \l "_Toc172183540" 14Украина 13 PAGEREF _Toc172183540 \h 14501515
Тема 7. 13 LINK \l "_Toc172183541" 14Молдавия 13 PAGEREF _Toc172183541 \h 14661515
Тема 8. 13 LINK \l "_Toc172183542" 14Государства Закавказья 13 PAGEREF _Toc172183542 \h 14721515
Тема 9. 13 LINK \l "_Toc172183543" 14Средняя Азия 13 PAGEREF _Toc172183543 \h 14881515
Тема 10. 13 LINK \l "_Toc172183544" 14Казахстан 13 PAGEREF _Toc172183544 \h 141001515
Тема 11. 13 LINK \l "_Toc172183545" 14Развитие международных отношений на постсоветском пространстве 13 PAGEREF _Toc172183545 \h 141061515
13 LINK \l "_Toc172183546" 14Библиография 13 PAGEREF _Toc172183546 \h 141101515
15
Предисловие
Так называемые «новые независимые государства» весьма разнородны с точки зрения уровня и характера экономического развития, этнического состава населения, существующих политических институтов и традиций. В настоящее время они зачастую движутся в разных, порой противоположных направлениях, входят в состав новых, меняющих свои границы геополитических регионов. Все их роднит только общее прошлое – долгие годы совместного развития в рамках ныне рухнувшей советской имперской системы. Тем не менее, этого достаточно для того, чтобы, сравнивая, происходящие в них с момента обретения независимости политические процессы, увидеть закономерности и альтернативы постсоветских трансформаций. Что и является основной целью курса, по которому написано данное учебное пособие.
В рамках курса рассматриваются 14 бывших республик Советского союза, ставших самостоятельными государствами. За скобками остается политическая история постсоветской России, требующая более глубокого и подробного изучения. Тем не менее, сравнения с российскими реалиями и событиями также проводятся.
Говоря об общем прошлом государств постсоветского пространства, следует учитывать, что оно все же не было одинаковым. Более того, именно в прошлом следует искать объяснение многих проявляющихся ныне политических различий. Иногда их корни уходят еще в доимперский, досоветский период. Но, чаще они связаны с особенностями процесса включения того или иного народа в имперскую систему и их последующих трансформаций в рамках этой системы. Все новые независимые государства – это продукты функционирования империи и ее распада, но продукты разнородные. Таким образом, объяснить ряд важнейших сторон политического развития этих государств, можно лишь проанализировав структуру той системы, из которой они вышли, и сам процесс выхода. Это в свою очередь требует рассмотрения природы имперских образований, свойственных им общих черт, типологических различий, а также конкретной специфики Советского Союза как империи. Именно такое развернутое вступление и составляет первую часть курса (темы 1-3).
Во второй, основной, части (темы 4-10) непосредственно рассматривается специфика исторического развития различных союзных республик и ход политических процессов в них после обретения ими независимости. При этом рассмотрение ряда стран проводится в рамках исторически сложившихся метарегионов (Балтия, Закавказье, Средняя Азия), другие, оказавшиеся вне таких регионов, рассматриваются отдельно (Белоруссия, Украина, Молдавия, Казахстан). Данное пособие не претендует на полное изложение истории новых независимых государств или современного ее этапа. Экономические и социальные проблемы, вопросы духовной жизни, региональные различия рассматриваются в нем постольку, поскольку имеют непосредственное отношение к заявленной теме курса.
В рамках заключительной, 11 темы, в пособии прослеживается развитие международных отношений на постсоветском пространстве и перспективы его как отдельного целого.
Пособие подготовлено на основе практики преподавания автором данного курса на историко-политологическом факультете Пермского государственного университета. Автор хотел бы выразить благодарность руководству факультета (И.К.Кирьянову и Т.Р.Сайкиной), а также руководителям кафедр политических наук (Л.А.Фадеева) и новой и новейшей истории (П.Ю.Рахшмир) за помощь и поддержку при разработке данного курса. Автор также искренне признателен своему соавтору по книге «Россия и Британия в поисках достойного правления» Н.Гулд-Дэвису, некоторые идеи которого использованы и при работе над вводными главами данного пособия.
Тема 1
Империи и их распад
Понятие «империя»
Первоначально слово «империя» означало «вселенское» государство и, соответственно, подразумевалось, что империя в каждый период времени может существовать только одна. Затем на статус «империи» стали претендовать государства, желающие подчеркнуть свое равенство с официально провозглашенным имперским государством (в средневековой Европе – Священной Римской империей). Таким образом, понятие «империя» употреблялось фактически в значении «суверенное государство». Идея множественности «империй» окончательно утвердилась в Европе в XVIII столетии, не в последнюю очередь благодаря международному признанию императорского титула правителей России, принятого Петром I. Затем слово «империя» постепенно становится нарицательным. Оно также стало применяться для перевода названия государственного статуса великих держав, лежащих за пределами Европы (Японии, Китая и др.). В последней трети XIX века, с началом эпохи «империализма», когда качественно возросли масштабы и скорость раздела и передела мира между великими державами, понятие «империя» в политическом сознании стало связываться, прежде всего, именно с этим явлением. В XX веке термин «империя» вместе с «империалистической политикой» оказался скомпрометирован в глазах общественного мнения и в лексиконе политиков. Это затронуло также и научное сообщество разных стран. Хотя исследования вовсе не всех встречавшихся в истории имперских феноменов были политически злободневны. В российской традиции негативное восприятие слова «империя», во многом определялось еще и существованием полярно окрашенного термина «держава», нюансы значения которого трудно перевести на большинство иностранных языков. В советский период именно этот термин был зафиксирован в официальной государственной идеологии и одновременно в разные периоды оказывался созвучен настроениям широких слоев населения. Это дополнялась жесткой догматизацией ленинского учения об «империализме».
На рубеже 1980-90-х годов в отечественной политической и около научной публицистике велись яростные и бесплодные дискуссии о том, можно ли считать Советский Союз империей. Ни одна из сторон не желала вслушиваться в аргументы другой. А отстаиваемый вариант ответа означал однозначные политические выводы – если Советский Союз империя, он должен прекратить свое существование, если же нет, его необходимо сохранить. Политолог Г.Дерлугьян совершенно справедливо охарактеризовал эту полемику как «чисто схоластические ожесточенные до крайности споры по поводу не существующих в реальности противоречий».
В постсоветской России отношение к термину «империя» довольно быстро изменилось. Сторонники возврата к советскому прошлому стали ставить знак равенства между «империей» и «державой», считая все это «исторически и геополитически обусловленной формой развития Российского государства» (Г.А.Зюганов). Соответственно, итогом осмысления произошедшего со стороны многих из тех, кто был достаточно критично настроен по отношению к советской государственности, стало признание, что «империи – отнюдь не только нечто плохое, и соответственно распад империй – это не только хорошее» (Д.Е.Фурман). Продолжением данного вывода, как представляется, должно стать суждение: «держава – отнюдь не только нечто хорошее, и, соответственно, распад державы – это не только плохое». Соотношение же «хорошего» и «плохого» в действительности носит субъективный характер и определяется выбранными критериями и исповедуемыми ценностями.
Если отойти от системы координат «плохой – хороший» и попытаться дать «империи» научно-объективистское, свободное от эмоционально-ценностной окраски определение, то оно может звучать как «обширное по размерам и мощное по потенциалу государственное образование, состоящее из территорий, разнящихся уровнем и направленностью экономического развития, этническим составом населения, его историческим опытом, политическими традициями и другими признаками, но находящимися в более или менее жесткой зависимости от некоего центра, при этом степень и форму зависимости в конечном счете определяет сам центр». Таким образом империя как тип государственного образование имеет три обязательные черты: соответствие уровню великой державы, гетерогенная основа и жестко централизованный характер.
В единое имперское тело народы и территории оказываются объединенными различными способами (добровольный переход под опеку или покровительство, совершение акта купли-продажи или обмена, дарение, использование права первооткрывателя, экономическое или идеологическое подчинение и т.п.), но преимущественно через завоевание или каким-либо иным насильственным путем.
Место империй в иерархии государственных образований – между племенными союзами, городами-государствами, государственными территориями, с одной стороны, и «идеальной космократией» – с другой. С национальными государствами и некоторыми другими типами они делят один и тот же уровень.
Апология и критика империй
Апология империй сводима к трем основным положениям: «империи – гарант мира и безопасности внутри своих границ и на международной арене», «империи способны осуществлять грандиозные свершения и проекты, имеющие общечеловеческую значимость» и «империи выполняют цивилизаторскую миссию». В развитой системе проимперской аргументации последний элемент занимает центральное место. Ни один из этих аргументов не может быть отброшен как абсолютно ложный, не имеющий подкрепления историческим опытом.
Однако, то же самое можно сказать и об аргументах «против», по сути представляющих оборотную сторону аргументов «за». Во многом это – проблема цены, которую приходится платить за имперские достижения. Речь идет о национальном гнете, чрезвычайно разрушительных последствиях империалистических войн, если таковые все-таки развязываются, бюрократизации управления, элементах паразитизма со стороны «центра», тенденции к всеобъемлющей унификации, уничтожающей неповторимое своеобразие, традиции и культуру народов.
Не в состоянии парировать обвинения в унифицирующей роли, апологеты империй стихийно научились перехватывать у своих оппонентов довод о недопустимости разрушения всякого неповторимого своеобразия и обращать его в своих целях. Основой для их позиции в данном случае служит то, что каждая империя, как и любой другой сложный, исторически сложившийся политико-социальный организм, имеет свои собственные традиции, обычаи, культуру, свои уникальные институты и свой неповторимый опыт.
Защитники и противники империи
Состав противостоящих «империализму» идейно-политических сил включает в себя «национализм-патриотизм» народов в тот или иной период, противостоящих великодержавной политике; «национализм» населяющих империю народов, включая титульную нацию («государствообразующий этнос»); «регионализм», «либеральный космополитизм», «социалистический интернационализм», а также иной «империализм» и «духовный коллаборационизм», предполагающий следование за более сильным имперским соперником. На этапе распада империи ее противники, как правило, выступают единым фронтом. Но после одержанной победы сразу же начинается его размежевание. Причем националисты, предлагающие наиболее простые и понятные большинству обывателей идеи и ценности, оказываются, как правило, в наиболее лучшем положении и на первых порах берут верх.
Проимперский идейно-политический лагерь на первый взгляд кажется не менее пестрым и разнообразным по своему составу. Однако фактически он объединен одной основополагающей идеей и ценностью – самой империей, и все внутренние различия сводятся лишь к ее интерпретации и степени сопряжения с другими ценностями и компонентами идеологий. Ответ «да» в подобных случаях всегда имеет более узкие границы мотивации, нежели «нет».
Империя как система: экономическая и социальная структура, политическая иерархия, формирование имперской общности
Вхождение в империю – это не только установление зависимости того или иного народа и территории от «центра». Это еще и неизбежное возникновение многообразных связей между различными частями периферии, как опосредованно – через тот же «центр», так и непосредственно, напрямую. Поэтому любая страна или народ, будучи формально или неформально включены в состав какой-либо империи, по сути, становятся частью сложной многоуровневой системы, стремящейся к расширению, самосохранению и развитию. Как и любая другая система, империя есть нечто большее, чем сумма ее составляющих. Из особенностей этой системы в каждом случае проистекает уникальность любой империи.
Империя по сути своей есть, прежде всего, политический феномен. Однако, противопоставлять имперскую систему системе экономической в целом было бы некорректным. Связи внутри империи, между составившими ее компонентами – это и экономические связи в том числе. Советский историк Н.А.Ерофеев, например, характеризовал Британскую империю как «огромный экономический организм, сердце которого находилось в Лондоне», его пульс «бился в Английском банке, в конторах Сити, в Лондонском порту». В развитых империях из формирования единого имперского рынка и разделения труда вытекает экономическая специализация территорий, которая в случае их небольших размеров (пространственных или демографических) приводит к пресловутой однобокости развития. Естественно, однако, что формирование экономических связей внутри империи несет на себе отпечаток политики и часто происходит вследствие произвола «центра», полновластно распоряжающегося всеми основными ресурсами империи и руководствующегося зачастую не экономической мотивацией.
Империя – это и социальный (в узком смысле этого слова) феномен. Имперская бюрократия, имперское войско, имперские колонисты – только часть новых социальных групп, формирующихся в рамках имперской системы и вбирающих в себя в той или иной степени представителей различных населяющих империю народов. Самые разные факторы приводят к изменению структуры этих народов, их перемещениям и смешиванию, появлению новых этносов.
С точки зрения собственно политической структуры, любая имперская система представляет собой сложную и довольно подвижную иерархию элементов, обладающих различным статусом, правами, возможностями для делегирования своих представителей в общеимперские органы (в т.ч. управленческие) и т.д. Конструкция эта обычно с формальной точки зрения имеет тенденцию к федерализации. Реальные границы автономии различных элементов имперской периферии могут меняться чаще и быстрее, чем формальный статус. Это одна из основных сфер, в которых находит свое выражение политика смены «кнута» и «пряника» со стороны «центра».
Единство имперского организма, его системное содержание не могут не найти отражения в нравах, обычаях, сознании людей, населяющих империю. Это означает, в частности, неизбежное для империй нового и новейшего времени формирование наднациональной общности, возникающей как результат длительного существования различных народов в рамках единого политического, социального и экономического организма. Атрибутами этой общности являются, в частности, общеимперский язык, общеимперская культура (отнюдь не только официальная), общеимперские традиции и т.д.
Рассматривая империю как систему, важно подчеркнуть ее динамический характер. «Империя для меня это, прежде всего процесс. Путь, который трагичен и по-своему прекрасен» – признавался историк А.Левандовский, отвечая на анкету журнала «Родина». В исторических масштабах скорость изменения имперской системы может оказаться достаточно высокой. Таким образом, подробная характеристика империи должна быть либо отнесена, лишь к одной из фаз ее существования (обычно в подобном случае речь идет о периоде «зрелости») либо описывать данный организм в его развитии - от рождения до распада.
Трансформация составляющих элементов имперской системы в процессе ее развития
Функционирование и развитие системы предполагает трансформацию ее элементов. В т.ч. исчезновение некоторых старых и возникновение некоторых новых. Поэтому карта постимперского пространства, особенно если данная империя просуществовала достаточно долгий период времени, принципиально не может повторять ту, что существовала до момента возникновения имперской системы. Это хорошо видно в отношении всех европейских империй со времен Древнего Рима.
Развитие имперской системы сопровождается процессами трансформации, затрагивающими абсолютно все элементы империи, включая и ее ядро. Степень «включенности» того или иного элемента в имперскую систему может быть различной. Следует также отметить, что часто она оценивается весьма субъективно, в соответствии с собственными пристрастиями и вкусами наблюдателя.
Интересы имперской системы как таковой и интересы ее исторического ядра далеко не всегда могут совпадать, либо трактоваться как совпадающие. Более того, могут даже не совпасть объективные потребности развития и поддержания существования империи и субъективные настроения ее правящей элиты – «центра». На таком фоне значительно большую заинтересованность в империи могут проявить некоторые представители ее периферии (не только и, возможно, не столько географической, сколько социальной).
Однако, важно отметить, что из компонентов конкретной империи далеко не всегда можно произвольно собрать, как из некоей мозаики, новый политический организм. Об этом свидетельствует судьба многих постимперских и субимперских объединений – Великой Колумбии, Вест-Индской федерации, федерации Родезии и Ньясаленда и прочих подобных. «Кубики и кирпичики», из которых возведено здание империи, как правило, пригнаны друг к другу не в рамках отдельных блоков, а являются частью единой конструкции.
Значимость внутриимперских границ
Трансформация элементов, из которых строится имперская система, находит выражение в изменении внутриимперских границ. Однако, они непросто приводятся в соответствие с новыми экономическими, социальными, этническими реалиями. Зачастую изменение этих границ является абсолютным произволом со стороны имперского центра. Центр при этом может, в частности, руководствоваться желанием наградить, поощрить, умиротворить одни народы и наказать, ослабить другие. И уже после того, как границы установлены, происходит накопление реальных различий в их рамках. Более того, произвольно устанавливаемые внутри империй границы, в силу отмеченного единства имперской системы и полной зависимости всей периферии от центра, могут оставаться достаточно условными, неощутимыми для большинства людей в их повседневной жизни. Однако, распад империй во многих, если не в большинстве, случаев происходит именно по этим внутренним границам. В результате эти формально проведенные разделительные линии в одночасье могут превратиться в жесткие межгосударственные барьеры. Причем такое положение может не просто закрепиться на долгие годы, но и стать основой формирования новой геополитической реальности – чтобы убедиться в этом, достаточно, например, взглянуть на политическую карту современной Африки.
Типология империй: континентальные, колониальные и неформальные империи
В отечественной и зарубежной литературе в последние десятилетия предлагалось множество различных вариантов критериев сравнения и классификации империй. Более продуктивным представляется сравнения близких по времени своего существования имперских образований, нежели поиск древних аналогов современных явлений. При этом необходимо делать упор на чертах сходства и отличия в структуре различных империй, а не на их идеологическом оформлении, господствующем политическом режиме и прочих вещах, не вытекающих непосредственно из сути империй как таковых. Таким образом, наиболее значимые различия именно между империями (но не политико-государственными организмами или историко-политическими феноменами в целом), заключены в особенностях подчинения «периферии» «центру», которое может быть прямым и косвенным, опосредованным и непосредственным, формальным и неформальным, явным и завуалированным и т.д. Это в свою очередь во многом зависит от географической удаленности основных элементов «периферии» от «ядра», степени их разнородности, характера предшествовавшей экспансии и т.д. Таким образом, возникшее в новое время деление на «континентальные» и «колониальные» империи приобретает решающее значение. В основном оно совпадает с делением, согласно геополитическому подходу, на «сухопутные» и «морские» державы.
Континентальные империи представляют собой единый территориальный массив. Присоединение новых владений в таких империях рассматривается просто как расширение существующей страны, появление новых провинций, что находит выражение и в соответствующем политико-юридическом оформлении.
В колониальных империях периферия отделена от «ядра» значительными пространствами («океаном», «моря» может оказаться недостаточно). Владения представляют собой не продолжение единой страны, а отдельные подчиненные образования – колонии.
В современных условиях деление на «континентальные» и «колониальные» может быть дополнено указанием на «неформальными» империями. Концепция «неформальной империи» была разработана в 1970-е годы применительно к характеристике отношений между СССР и странами Восточной Европы, однако, быстро отказалась, вполне применимой и для описания взаимоотношений США с рядом союзников в Азии и Латинской Америке. Периферию неформальной империи составляют не «провинции» и не «колонии», а формально независимые государства.
Типология территорий имперской периферии
При всем различии конструкций континентальных, колониальных и неформальных имперских образований, набор элементов, из которых они составляются примерно один и тот же.
В научной литературе, посвященной исследованию колониальных империй, достаточно давно утвердилось деление колоний на «переселенческие», «туземные» и «колонии-форпосты» – в зависимости от характера освоения и выполняемых в рамках имперской системы функций.
К переселенческому типу относятся колонии, представлявшие собой до прихода колонизаторов обширные и малонаселенные, но богатые ресурсами и предоставляющие благоприятные условия для жизни человека пространства. До включения в состав империи, здесь, как правило, не существовало прочных государственных образований и в целом развитие цивилизации находилось на низком уровне. В период освоения этих территорий на них устремляется основной поток переселенцев – «избыточного» населения метрополии, других частей империи, а также иных стран (в зависимости от воли имперского «центра»). Помимо добровольных в освоении принимают участие и подневольные переселенцы – рабы, осужденные-каторжники и т.д. Местные ресурсы и приток рабочей силы (в т.ч. квалифицированной) создают возможности для быстрого развития этих территорий, которое начинается фактически «с нуля», но позволяет в исторически короткие сроки догнать, а возможно и перегнать метрополию. Коренное население, зачастую довольно малочисленное, при этом уничтожается, ассимилируется или, если удается выжить, превращается в незначительное национальное меньшинство. Общество формируется на новой основе, с новой страницы, путем смешения культур, формирования новых традиций, устоев, институтов. Именно к этому типу относятся британские и французские колонии в Северной Америке, Австралия, Новая Зеландия. Могут быть выделены также «полупереселенческие» владения, к которым, в частности, следует отнести южную Африку под властью англичан и Алжир под властью французов.
В отличие от «переселенческих», «туземные» колонии – это либо многонаселенные, хорошо освоенные человеком территории, служившие колыбелью древних цивилизаций. с давно сложившимися традициями государственности, чрезвычайно сложной социальной и политической структурой, богатой культурной и религиозной жизнью; либо территории отсталые и относительно малонаселенные, но с настолько специфическими природными условиями, что нормально существовать там могут в основном лишь давно приспособившиеся к ним местные племена и народы. К первой категории в данном случае относятся Индия, страны Юго-Восточной Азии, Ближнего Востока, часть Северной Африки и т.д.; ко второй – страны Тропической Африки, некоторые районы Океании и, возможно, центральная часть Южной Америки. Совокупность тех или других условий приводит к тому, что колонизация может лишь трансформировать сложившееся здесь общество, его экономику и культуру, но не создать все это заново. Впрочем, страны второй из указанных выше категорий остаются «в резерве» для масштабного переселенческого освоения.
Наконец, совершенно особый тип колоний составляют «колонии-форпосты». Это – как правило, небольшие территории, выполняющие роль либо военной базы, либо торгового центра и транспортного перевалочного пункта, либо и того и другого вместе. Иногда они служат плацдармом для имперской экспансии в сопредельные области и затем сливаются с вновь присоединенными территориями. В свое время форпостами Британской империи в Индии, как известно, были Бомбей, Мадрас и Калькутта. Свои форпосты на Индийском субконтиненте, которым, однако, так и суждено было остаться лишь форпостами, имели и другие европейские державы, участвовавшие в борьбе за него. Целая сеть форпостов была создана впоследствии разными империями в Китае. К числу классических форпостов относятся Гибралтар, Мальта, Сингапур, Аден – у англичан, Джибути – у французов, Азорские острова, Кабо-Верде – у португальцев и т.д. Этнический состав, социальная структура, менталитет формировавшихся здесь обществ определялся функциональной ролью данных территорий в рамках имперской системы.
Та же самая классификация элементов периферии («провинций», «территорий» на этот раз) может быть применима и к континентальным империям. Это хорошо прослеживается на российском материале. Необходимо лишь заменить термин «туземные колонии» термином «национальные окраины».
Основные составляющие характеристики конкретной империи
Ни одна из империй не может представлять какой-либо тип в абсолютно чистом виде. В ней всегда в той или иной мере сочетаются черты разных типов. Например, Британская империя, безусловно, является наиболее ярким примером империи колониального типа, но при этом отношения между имперским центром и Ирландией (хотя ту и называли «первой колонией Англии», «белой колонией Англии») соответствуют континентальному типу – т.е. Ирландия воспринималась и управлялась как подчиненная провинция, а не колония. Примером империи, где континентальный и колониальный элементы были по масштабам сопоставимы между собой является Германская империя в начале XX века. Кроме того, и британской, и германской империям, и большинству империй вообще свойственно было иметь в тех или иных масштабах «неформальную» часть.
Сочетание различных типов владений в каждой империи также различно. Наличие переселенческих владений, например, вообще присуще далеко не всем империям.
Кроме того, хотя все империи представляют собой централизованные образования, они, как уже отмечалось, имеют тенденцию к формальной федерализации. Значение имеет также степень политических уступок (как правило, вынужденных) сделанных имперским центром в отношении статуса тех или иных владений.
Таким образом, в целом индивидуализирующая характеристика империи кроме временной, географической и цивилизационной привязки, должна включать в себя, ответы на следующие, расположенные в порядке своей значимости вопросы:
а) В какой мере данная империя представляет собой единый территориальный комплекс, а в какой «архипелаг» отделенных друг от друга владений?
б) Каково соотношение «формальной» и «неформальной» части империи?
в) Каково соотношение «туземных» («национальных») и «переселенческих» владений, а также владений – «форпостов» в рамках имперской периферии?
г) Каков уровень развития формальных федеративных отношений между регионами империи?
д) Каков уровень статусов, предоставленных различным имперским владениям и их количественное соотношение?
Факторы и варианты развития процесса распада империи
Хотя вопрос о «конце империй», их полном уходе в прошлое остается спорным, следует признать, что за последние сто лет они гораздо чаще распадались, чем создавались вновь. Основная причина данной тенденции кроется в дополняющих друг друга процессах глобализации и локализации. Империи, как и национальные государства, с одной стороны размываются глобальными интеграционными процессами, с другой подрываются усиливающимся значением локальных сообществ, повсеместной фрагментацией, становящейся результатом поисков «самобытности» и «непохожести». Против империй работают и тенденции демократизации, поскольку в том, что касается отношением между центром и периферией любое имперское образование недемократично по своей сути.
Конкретные причины распада любой империи, в конечном счете, сводятся к изменению соотношения сил как внутри, так и вне этого образования. Внутри – между центром и периферией, между общеимперскими институтами и антиимперскими настроениями. Вне – между центрами притяжения на мировой арене, а также между способностью империи обеспечивать влияние за пределами своих границ и негативным отношением к ней мирового сообщества и мирового общественного мнения.
Роль внутренних и внешних факторов в каждом случае бывает различной, но и те и другие, переплетаясь, присутствуют неизбежно. Империя не может развалиться сама по себе, без мощных толчков извне. Но такого рода толчки не обязательно должны представлять собой прямое военное давление или организацию заговора. Это может быть экономический перевес, выигрыш в соревновании идеологий, наконец, просто демонстрация развития и процветания на фоне застоя и упадка. С другой стороны, даже если империя гибнет в результате проигранной внешней войны, сам этот проигрыш обусловлен и внутренними причинами.
Соотношение внутренних и внешних факторов в основном определяет форму и скорость распада империи (хотя железной зависимости здесь все же нет). Этот процесс может происходить путем «размывания», постепенного отделения от империи различных частей ее периферии в результате внешнего давления и внутренних конфликтов. Именно так некогда прекратила свое существование Римская держава, а в новейшее время – Британская и Французская колониальные империи. Процесс этот может длиться десятилетиями и даже веками (Османская империя). Его направленность становится ясной лишь в достаточно отдаленной от начала исторической ретроспективе, так как отдельные серьезные неудачи и поражения любая империя может терпеть даже в периоды своего наивысшего расцвета. Продолжительность периода «размывания» в какой-то степени увеличивает возможности для постепенного привыкания к новой действительности. Но, с другой стороны, трудность осознания происходящего рождает немало беспочвенных иллюзий, заставляет радетелей империи сосредотачиваться на борьбе, которая может лишь оттянуть, но не предотвратить неизбежную развязку. Инерция этой борьбы иногда действует даже после того как распад стал уже свершившимся фактом. «Размывание» обычно начинается с окраинных, наиболее удаленных от имперского ядра территорий. «Большую империю, как и большой пирог, легче всего уменьшить, обламывая по краям – утверждал Б.Франклин в своих язвительных “Правилах преподанных министру при вступлении его в должность” – обратите поэтому ваше внимание сначала на ваши наиболее отдаленные провинции с тем, чтобы, когда вы избавитесь от них, за ними могли по очереди последовать другие».
Другой путь распада империи – это путь «обвала», стремительного крушения всей имперской структуры или ее основной части. Такое крушение может наступить в результате военного разгрома и диктата победителей, а может стать следствием внутреннего кризиса и отсутствия достаточной политической воли у имперской элиты. Стремительность имперского обвала порождает у многих сторонников империи надежду на ее быстрое и неизбежное возрождение в прежней или новой форме. Новая реальность представляется им кошмаром, который не может длиться долго. Тем не менее, возврат назад оказывается невозможен, и постепенно также происходит привыкание к новой реальности.
«Размывание» и «обвал» в процессе распада империи в какой-то степени могут сменять друг друга.
Последствия распада империи
Цена, заплаченная за распад империи, может быть весьма высокой и вполне сопоставимой с достигнутым позитивным результатом. Распад империи как политического целого влечет за собой распад единой экономической системы. Хотя данная система и строилась во многом на принципах «политической целесообразности», ее крушение неизбежно порождает кризис в бывших частях империи, связанный с необходимостью переформирования экономических связей, а во многих случаях и самой структуры экономики. Для ряда бывших имперских владений, обладающих ресурсами и производствами, востребованными на мировом рынке, прямой выход на него достаточно быстро оборачивается экономическими преимуществами, другим новым независимым государствам требуется длительный период адаптации, сопровождаемый резким падением уровня жизни населения. Становление новых межгосударственных границ зачастую вызывает столь же болезненную перестройку системы социальных связей. Наконец, разрушение единой имперской общности создает для значительной части населения бывшей империи ситуацию кризиса идентичности.
Под сомнением часто оказывается и оправданность двух основных лозунгов, сопровождающих, как правило, распад имперской системы – «мир» и «свобода».
Одним из наиболее опасных и тяжелых последствий распада империи является та борьба, что неизбежно развертывается на ее пространстве между различными населявшими ее народами и этническими группами. Борьба эта связана с определением новых параметров данного пространства и зачастую приобретает вооруженные формы. Узлы противоречий, завязанные в момент крушения империи, могут очень долго оставаться нераспутанными и давать знать о себе.
К числу «постимперских» относятся конфликты:
- между народами бывшей имперской периферии, стремящимися захватить спорную территорию для своих вновь образованных государств (Польско-Чехословацкий из-за Тешинской области, Индо-Пакистанский из-за Кашмира, Израильско-Палестинский и т.д.);
- между «титульной нацией» нового независимого государства, иногда стремящегося к воссоединению с другой, близкой по этническому составу страной, и сепаратистами из числа национальных меньшинств, ранее в большей степени ориентированных на служивший им гарантом «центр», а ныне стремящихся к дальнейшему дроблению территории и образованию «своего» государства (проблема Пенджаба в Индии, турков-киприотов на Кипре, Словакии в Чехословакии и т.п.);
- между политическими силами, а также этническими, племенными и клановыми группами, пытающимися захватить власть во вновь образованном государстве (Бирманский Союз, Республика Конго – Леопольдвиль, Нигерия и др.);
- между коренным населением вновь образованного государства и выходцами из других частей империи (многочисленные конфликты вокруг европейского населения в бывших африканских и азиатских колониях, конфликты вокруг индийцев в Уганде и на островах Фиджи и пр.).
Неоднозначными являются также последствия распада империи с точки зрения развития и расширения демократии. Предоставляя возможность самоопределения прежде зависимым народам имперской периферии, распад империи одновременно приводит к кризису прежнюю систему связей между государством и личностью, а, следовательно, делает возможной ее замену на менее демократическую. В новых независимых государствах вертикаль власти может оказаться столь же жесткой, как и в империи, но при этом она будет «короче», а, следовательно, менее способной «амортизировать» произвол. Кроме того, приходит конец «цивилизаторской миссии» более развитых (в т.ч. и в политическом смысле) регионов империи по отношению к более отсталым. Обретя независимость, те могут замкнуться в панцире своих далеко не демократических традиций. Как выразился польский афорист Доменик Опольский, «по мере того как все больше народов получают свободу, на душу населения ее становится все меньше и меньше».
В условиях постимперского переустройства и сопровождающих его неурядиц в различных частях бывшей периферии к власти часто приходят всяческие «царьки» и «узурпаторы», многие из которых стремятся подражать имперским традициям. Самое курьезное, хотя одновременно и очень трагическое, воплощение такая трансляция имперской идеи нашла в недолговечном царствовании бывшего капитана французской армии Жана Беделя Бокассы, провозгласившим себя Центрально-Африканским императором Бокассой I. С одной стороны, он подражал своему кумиру – Наполеону, с другой – сам был «продуктом распада» Французской колониальной империи. Правление императора-людоеда (в прямом смысле этого слова) нанесло огромный ущерб его стране.
Негативные последствия распада империи во многих случаях оказывают обескураживающее воздействие на тех, кто боролся с империей или просто был критично настроен по отношению к ней. Сторонники же империи нередко воспринимают такие последствия с удовлетворением. Тем не менее, как показывает весь ход истории, распад империи носит необратимый характер – вновь собрать ее, по крайней мере, в прежнем виде невозможно.
Тема 2
Советский Союз как империя
Исторические особенности формирования имперской системы СССР
Рождение советского государства вообще и советской империи в частности неразрывно связано с революционными событиями и преобразованиями на пространстве, которое после событий 1917 г. можно назвать «построссийским». Имперский характер Советского Союза долгое время отрицался еще и потому, что его становление происходило на фоне крушения Царской империи и сопровождалось антиимперской риторикой. Явственно все присущие империям черты проступают у СССР во времена Сталина. Не является серьезным преувеличением утверждение советолога-эмигранта О.Субтельного о том, что «историческое значение усилий Сталина по “строительству социализма в одной отдельно взятой стране”, по-видимому, не идет ни в какое сравнение с его свершениями, связанными с созданием империи».
Еще один советолог-эмигрант А.Авторханов утверждал, что «по национальному вопросу в советском государстве стратегических расхождений между Лениным и Сталиным не было. Расхождения касались только тактики, методов имперской политики и темпов денационализации национальностей», что «Ленин боролся против царской империи не потому, что она империя, а потому, что она царская», и наконец, что: «если бы Ленин родился в Англии и там же пришел к власти, то Британская империя существовала бы и поныне». Существует и иная точка зрения, представленная, например, историком А.Левандовским, полагавшим, что «внутренняя органика империи изменила большевистский замысел, первоначально ориентированный на разрушение всего имперского». Обе эти позиции представляются односторонне-упрощенными, не учитывающими динамики исторического развития. Вряд ли вожди Советского Союза изначально были настроены на строительство «революционной» империи и действовали в данном случае по некоему заранее обдуманному плану. Но, и говорить о том, что сила имперской традиции или, тем более, некая имманентно присущая России «имперскость» остудили их революционный порыв тоже, вероятно, не следует. Скорее наоборот импульс, данный революцией 1917 г., так же как в Англии времен Кромвеля и, особенно, во Франции времен Наполеона, через радикальное преобразование общества и возникновение совершенно новой парадигмы развития перешел в область внешней экспансии и державного строительства, а «антиимпериализм» выродился сам в новую имперскую идеологию. В результате процесс ликвидации старой империи и процесс строительства новой на той же территории происходили одновременно, иногда вступая в противоречие между собой, а иногда дополняя друг друга.
Ниспровержение прежних имперских по сути своей традиций, институтов и символов в Советской России, а затем СССР сопровождалось рождением новых, часто совершенно различных по форме, но сходных по содержанию. Иногда, впрочем, происходило и прямое заимствование. По мнению историка В.П.Булдакова, весь цикл «культурогенеза, связанного с вырождением и возрождением имперства» охватывает в истории России период 1900-1930-х гг., в то время как этап «взрыва» империи можно ограничить рамками с февраля 1917 по июль 1918 г.
Однако, «антимперское» происхождение Советской империи все же давало знать о себе и в последующем. Латышский писатель и публицист Имант Аузинь отмечал, например: «В советских штанах разгуливал все тот же имперский и шовинистический медведь... Иные больше боятся этих “штанов”, мы – самого медведя. Уже давно, еще с шестидесятых годов. Медведю, правда, иногда можно было напомнить:
- Как ты себя ведешь?! У тебя ведь такие приличные новые штаны!
Хотите – верьте, хотите – нет, но часто помогало».
Масштабы и структура советской империи
Экспансия советской державы привела к восстановлению в новом виде имперского господства над отпавшими после революции кусками прежней империи (Закавказье, Прибалтика и др.). Лишь отдельные части прежней имперской системы, как правило, наименее интегрированные в нее (Финляндия), не были включены в состав новой. В то же время в состав СССР после второй мировой вошел ряд территорий никогда не входивших в состав Российской империи – часть Восточной Пруссии (Калининградская область), Галиция (часть Западной Украины), город Мемель (Клайпеда), Тува и др. «Неформальная» часть советской империи была значительно больше, чем у российской. Термин «супердержава», изобретенный после второй мировой войны для характеристики СССР и США, сам по себе говорит о том, что ни одна империя прошлого не играла такой роли во всемирных масштабах и не обладала такой мощью, как эти две страны в новых условиях.
На рубеже 1990-х годов население Советского Союза составляло около 300 миллионов человек (286,7 миллиона по данным переписи 1989 г.). По площади – 22,4 миллиона квадратных километров – это была самая большая страна земного шара. Около половины населения (147,4 миллиона в 1989 г.) и две трети территории (17,1 миллиона квадратных километров) в Советском Союзе приходилось на Российскую Советскую Федеративную Социалистическую Республику (РСФСР).
Советский Союз, бесспорно, представлял собой континентальную империю с очень «тяжелым» национальным ядром. Однако вся РСФСР отнюдь не может рассматриваться в качестве имперского центра или метрополии. Внутреннее деление Советского Союза было таким же условным и «политически целесообразным», как и в других империях. Кроме того, понятия «имперский центр», «имперская метрополия» и «историческое ядро империи» вовсе необязательно совпадают между собой. Более правильно характеризовать Советскую империю как «империю Москвы» или «империю Кремля». В состав же РСФСР, помимо «исторического ядра», входили как национальные территории, например, республики Северного Кавказа и Поволжья, так и чрезвычайно обширные переселенческие территории (Сибирь, Дальний Восток, часть Новороссии).
Другие союзные республики большей частью можно охарактеризовать как «национальные окраины» (иногда весьма обширные). Некоторые из них (Украина, Казахстан) включали и территории, которые следует отнести к числу переселенческих.
«Неформальную» часть советской империи в первую очередь составляли страны, входившие в Организацию Варшавского договора и Совет Экономической Взаимопомощи (СЭВ). Государства Восточной Европы были формально суверенны, в полном объеме имели дипломатические отношения с другими государствами и как субъекты международного права участвовали в деятельности международных организаций. На деле, однако, существовала целая система разнообразных связей, ставящих эти страны в зависимость от Москвы. Создание Организации Варшавского договора позволило Советскому Союзу объединить и взять под контроль национальные военные силы, что не только создавало возможности для более эффективного противостояния Западу, но и делало эти страны в случае необходимости доступными для советской интервенции (как это произошло в Венгрии в 1956 г. и в Чехословакии в 1968 г.). Органы безопасности и разведки были сформированы аналогичным образом. СЭВ контролировал межгосударственную торговлю и способствовал проведению принципа «социалистического разделения труда». Кроме того, связи между правящими коммунистическими партиями позволяли Москве контролировать внутреннюю политику стран Восточной Европы, назначения на высшие посты. За некоторым исключением (Югославия после 1948 г., Албания после 1961 г., Румыния в 1970-80-е гг.), политические системы восточноевропейских государств находились под надзором и контролем московских властей, рассматривавших данные страны, в лучшем случае, как своего рода вассалов.
Экономические отношения между СССР и Восточной Европой имели специфику. Некоторые восточноевропейские страны, такие как ГДР, Чехословакия, Венгрия и Польша по своему экономическому развитию были сопоставимы с СССР, а по уровню жизни опережали его. В 1970-е гг. экономический застой и нестабильность в этих странах вынудили Москву предоставить им субсидии. По некоторым оценкам к началу 1980-х гг. общая сумма субсидий превышала 18 миллиардов долларов в год, и неформальная периферия, таким образом, давая политические и военные преимущества, с экономической точки зрения превратилась для империи в обузу. Примерно также строились в этот период отношения СССР с большинством «дружественных» стран в Азии, Африке и Латинской Америке. Следует, однако, отметить, что советский блок был не только геополитической, но и идеологической структурой.
Административно–территориальная структура СССР, иерархия статусов автономных образований
Особенности исторической ситуации, в которой формировалась советская империя, и господствующей идеологии привели к тому, что тенденции формального федерализма проявили себя в отношении Советского Союза особенно значимо, внешне он был выстроен как сложносоставное федеративное государство. Однако, при этом все же, как отмечал известный политолог А.М.Салмин «формальное национально-государственное устройство СССР являлось не столько последовательным и пунктуальным воплощением принципа национального самоопределения, сколько компромиссом между стремлением к унитарности и необходимостью пойти на уступки “националам” в некоторых конкретных случаях».
Основой СССР являлись союзные республики. В 1940-56 гг. их число доходило до шестнадцати. Затем после понижения в статусе Карело-Финской ССР до Карельской АССР оно сократилось на одну и далее уже оставалось неизменным до распада империи. Согласно Конституции СССР, все союзные республики были равны в правах между собой, имели свои конституции, собственные органы власти, государственные символы и т.д. Формально они обладали и правом выхода из Союза, хотя механизм этого выхода нигде не был прописан.
Пять союзных республик имели в своем составе автономные образования – автономные советские социалистические республики и автономные области. В составе некоторых субъектов РСФСР были еще и автономные округа. Все эти статусы были выстроены в определенную иерархию, проявлявшуюся, в частности, в различном количестве депутатов избираемых в состав Совета национальностей Верховного Совета СССР. Союзные республики как таковые посылали в эту палату равное число своих представителей, однако каждая находившаяся в их составе автономия также делегировала определенное число депутатов – соответственно своему рангу. Наличие автономий не зависело от величины территории и населения союзной республики. Например, такие обширные и многонаселенные республики как Украина и Казахстан вовсе не имели в своем составе автономий. В то время как сравнительно небольшая по размерам Грузия имела в своем составе две автономные республики и одну автономную область.
Специфика политического строя СССР заключалась в том, что основное управление осуществлялось через партийный аппарат, сросшийся с государством и подмявший его под себя. Все союзные республики, за исключением РСФСР, имели свои собственные компартии, входившие в состав КПСС, но формально обладавшие автономией. Первый секретарь ЦК республиканской компартии был ключевой фигурой в руководстве союзной республики. В поздний период существования СССР (до Перестройки) на этот пост решениями Москвы назначались исключительно представители титульной нации. Зато вторым секретарем, как правило, ставили человека, который не был даже выходцем из данной республики (чаще всего, но не всегда, русского по национальности). В его задачу входили контрольно-надзорные функции за местной элитой. Другими значимыми постами были должности председателя Совета министров республики и председателя президиума избираемого на безальтернативной основе республиканского Верховного Совета. В автономных республиках и областях действовала аналогичная система.
Сфера компетенции республиканских органов власти была достаточно широкой. Однако, многие важнейшие решения, например, о размещении в республике новых крупных предприятий и производств, даже формально принимались в Москве. Возможности для таких действий были даже большими, чем в других империях, в силу огосударствления экономики и планового характера ее развития. В ряде случаев при этом происходила свойственная империям узкая специализация того или иного региона на производстве одного или нескольких видов продукции.
«Советский народ» как общность и идентификация
«Базовым интегратором» советской империи, как и любого другого устойчивого государственного образования, служила особая общность, характеризующаяся, подобно нации, наличием особой самодостаточной традиции, переплетающейся с прочими, но не сводимой ни к одной из них или к их сумме.
Сформировавшийся за семидесятилетний период истории СССР «советский народ» с точки зрения официальной пропаганды представлял собой «единую новую социальную и интернациональную общность», уникальную по своей сути и наделенную некими особыми позитивными признаками. С позиций радикальных критиков советского строя это был «хамский «советский народ»», «сборище людей, утративших свои корни». И в том и в другом случае оценки были продиктованы идеологией, каждая из которых основывалась на своей шкале ценностей. Возникшая общность, как и любая другая, была далека от какого бы то ни было идеала (или антиидеала), но ее формирование было вполне закономерным процессом в рамках развития империи, единства ее социального и духовного пространства.
Поэтому неправы были и те, кто полагал будто «советский народ» – это «не более чем идеологическая конструкция, метафора того, что должно быть, а не описание того, что есть на самом деле». Абсолютно очевидным факт реального существования данной общности стал после распада СССР. Например, авторы одной из статей, опубликованной в бюллетене «Век XX и мир» в начале 1990-х годов открывали неожиданную для себя истину: «семь десятилетий совместного проживания, хотим мы того или нет, сформировали таки некоторые общие черты, ставшие родовыми признаками «советского человека». И пресловутый «homo soveticus» – вовсе не плод публицистического разума. Мы не в состоянии просто разбиться на украинцев, русских, казахов, узбеков, чукчей и чеченцев...». К этому следует добавить, что продуктом советской империи стал не только наднациональный «советский народ», но и ряд новых наций как таковых.
Тема 3
Распад СССР и условия становления новых
независимых государств
Внутренние и внешние предпосылки распада СССР
Причины имперского упадка Советского Союза, схожи с причинами, выявленными для других империй. Но особенности самого СССР, а также системы его взаимоотношений со странами Восточной Европы обусловили ряд существенных отличий в развитии указанного процесса.
Превратившись в супердержаву по итогам второй мировой войны и пережив экономический и общественно-политический подъем в середине 1950-х и первой половине 1960-х гг., СССР во многом остановился в своем развитии, возможно исчерпав на том этапе лимит на потрясения и перемены. Экономика Союза и советское общество в целом оказались в состоянии «застоя». Нарастающая неэффективность экономики сдерживала рост уровня жизни. Отсутствие динамизма в политике сопровождалось прогрессирующей идеологической дряблостью.
Ослабление стягивающих уз империи, силы притяжения имперского центра, сопровождалось усилением растягивающего притяжения извне. Восстановившись после военной разрухи, добившись политической стабилизации и избавившись от бремени колониальных забот, страны Западной Европы укрепили свои позиции. Пойдя по пути интеграции, они достигли устойчивого экономического роста и значительного повышения стандартов жизни. Это не могло не вызвать эффект притяжения в отношении ряда «формальных» и, особенно, «неформальных» составлявших советской империи.
Новые центры притяжения возникли и на южных границах СССР. На положение дел в Закавказье и Средней Азии оказывали влияние как экономические и политические успехи Турции с ее подчеркнуто светским правлением, так и укрепление позиций стран Персидского залива с традиционалистскими режимами, а также происшедшая в Иране Исламская революция.
В этих условиях имперский центр в рамках советской системы постепенно терял рычаги контроля над периферией. Между республиками постепенно усиливалась дифференциация, больше рвались старые связи, чем налаживались новые. Шел процесс формирования и укрепления устойчивых региональных элит.
Кроме того, уже на рубеже 1970-1980-х гг. Советский Союз столкнулся с классической проблемой «имперского перенапряжения»: цена имперских обязательств не соответствовала возможности их выполнения. Завершение периода разрядки международной напряженности и возобновление гонки вооружений (в особенности Соединенными Штатами при Р.Рейгане) увеличили бремя конкуренции в военной сфере. Однако стагнация советской экономики привела к отсутствию дополнительных ресурсов, которые могли бы быть направлены в военно-промышленный сектор. Эту же проблему выявила начавшаяся Афганская война.
Перестройка и крушение неформальной периферии советской империи
Стремясь придать новый импульс развитию социалистической системы и покончить с «холодной войной», Горбачев сделал выбор в пользу радикальных реформ советской внутренней и внешней политики. Однако его попытки распространить перестройку и гласность на страны Восточной Европы во многом оказались тщетными. Хотя политические, экономические и военные структуры этих стран, как уже отмечалось, контролировались Советским Союзом, их лидеры, в отличие от глав собственно имперских регионов, были способны сопротивляться нажиму Москвы. Придерживаясь прежнего курса, они не только саботировали предложенные Москвой начинания, но и старались оградить свои страны от влияния Перестроечных процессов (в ГДР, например, предпринимались попытки запретить хождение ряда советских изданий). Ходила даже шутка о том, что на территорию СССР пора вводить войска Организации Варшавского договора. В результате население Восточной Европы стало связывать свои надежды на реформы в большей степени с имперским центром, чем с собственными лидерами.
Однако Москве не удалось удержать инициативу в своих руках. Путь воссоединения с Западом для пришедших в движение восточноевропейских социумов оказался проще и понятнее неясных целей и размытых идеалов Перестройки. М. Горбачев не рассчитывал, что начатые им реформы могут привести к потере контроля над Восточной Европой, однако осенью 1989 г. оказался перед выбором: согласиться на распад блока или применить силу. Сторонники жесткой линии в ряде социалистических стран, как и в самом Советском Союзе, отдавали предпочтение силовому варианту. Но они не смогли убедить в этом М. Горбачева, что и предопределило дальнейшее, относительно мирное развитие ситуации. Победа «бархатных революций» в Восточной Европе резко стимулировало развитие начавшихся уже в то время дезинтеграционных процессов непосредственно в основном теле империи.
Перестройка и национальный вопрос в Советском Союзе
Демократизация и гласность в СССР быстро обнажили разбалансированность внутриимперских отношений, выявили и обострили межэтнические и межрегиональные проблемы, которые подспудно зрели в период застоя. Более того, через два-три года после начала Перестройки именно конфликты имперского характера вышли на первый план, оказавшись в эпицентре борьбы сторонников и противников, как политических, так и экономических преобразований. Дальнейшие попытки чередования «кнута» и «пряника» в политике имперского центра по отношению к союзным республикам не принесли желаемого результата, и процесс распада державы начал приобретать неконтролируемый и необратимый характер. К данному этапу вполне применимо суждение историка и политолога Д.Е.Фурмана о том, что «в процессах умирания империй... к одному конечному результату вело все – и действия тех, кто сознательно империю разваливал, и тех, кто ее укреплял».
М.Горбачев явно недооценил влияние националистических тенденций и настроений, очевидно, следуя господствовавшему мнению о «решенности» национальных проблем в СССР. Поощряя на первых порах изменения в Прибалтике, он жестко воспротивился им, как только эти республики поставили вопрос о своей независимости. Но дело ограничилось в основном угрозами и половинчатыми мерами давления, делать решительные шаги против нежелательных перемен М.Горбачев вновь не стал. Непоследовательными оказались действия советского руководства и в отношении кризисного развития ситуации в Закавказье.
Проведение выборов на альтернативной основе позволило оппозиции, в т.ч. и сторонникам независимости республик, получить в 1989 г. доступ на всесоюзную парламентскую трибуну. В первую очередь это касается представителей политических сил из Прибалтики (благодаря сохранившимся привилегиям союзным республикам их в составе избранных народных депутатов СССР оказалось достаточно много). В следующем году, когда очередные выборы народных депутатов состоялись на уровне союзных республик, в ряде из них оппозиции удалось получить большинство в составе Верховных Советов и принять декларации о суверенитете. К концу 1990 г., на волне критики политики Горбачева, усиливавшейся с разных сторон, уже все пятнадцать республик приняли такие декларации, хотя в большинстве случаев речь и не шла о намерении добиваться полной независимости. Это относится и к России, чьи отношения с имперским центром неизбежно оказывали решающее влияние на развитие федеративных отношений внутри СССР.
Демократизация партийной жизни и отсутствие четкой линии со стороны центральных органов КПСС привели к тому, что руководство республиканских партийных организаций становилось все более автономным от Москвы. В некоторых республиках это привело к расколу среди коммунистов, в других укрепило позиции республиканских лидеров, сплотивших вокруг себя местную элиту. Будучи прагматично настроены, они не видели реальных оснований для того, чтобы «спасать Союз, во что бы то ни стало».
Центр тяжести с партийных органов стал переноситься на советские структуры. Следующим шагом стало введение в союзных республиках президентских постов.
Таким образом, существовавшие в СССР формальные институты и процедуры, создававшие видимость демократии и федерализма, начав наполняться реальным содержанием, сразу же стали расшатывать и разрушать основы имперского строя. В результате националистические силы не только очень быстро получили легальные возможности для представительства, но и установили свой контроль над рядом важных звеньев существующей политической системы, опираясь на которые они могли вести дело к ее демонтажу.
Формирование блока демократических и национальных сил
Подобно другим антиимперским революциям в условиях поздней Перестройки сложился союз сторонников радикальных демократических преобразований и представителей национально-освободительных движений. Особенно наглядно это проявлялось в работе Съездов народных депутатов СССР после выборов 1989 года. Объединившая либеральную оппозицию «Межрегиональная депутатская группа» по большинству пунктов повестки дня, выступала единым фронтом с националистически настроенными депутатами из Прибалтики и некоторых других республик. Лишь по отдельным вопросам – например о праве на политическую забастовку, которым в Прибалтике могла бы в первую очередь воспользоваться русскоязычная часть населения – обнаруживались идейно-ценностные противоречия, которые затем, после победы над общим врагом быстро привели к размежеванию между «демократами» и националистами.
После того, как Б.Н.Ельцин, один из лидеров межрегионалов, возглавил Верховный Совет РСФСР, сотрудничество между ним и сепаратистки настроенными силами в других союзных республиках не только сохранилось, но и даже расширилось. Ситуация начавшейся «войны законов» между союзными и республиканскими органами власти усугублялась плохими личными отношениями между М. Горбачевым и Б. Ельциным, возглавившим РСФСР. Это накладывало печать и на подход к общесоюзным проблемам. Важное значение имела, в частности, моральная поддержка, которую Б.Ельцин и его окружение оказывали сторонникам независимости в прибалтийских республиках, когда тем грозила военная расправа.
На уровне союзных республик националисты и либералы также выступали совместно.
Планы и попытки реформирования Союза ССР в 1990-91 гг. Августовский путч 1991 г. и его последствия
В последние месяцы существования СССР республики все более разделялись на те, что открыто и бескомпромиссно стремились к независимости (Прибалтика, Грузия, Молдавия), и те, что готовы были договориться о создании менее централизованного союза. Весной 1991 года в Ново-Огареве, под Москвой начались переговоры между руководителями союзного центра и лидерами союзных республик, по итогам которого было принято заявление о подготовке нового союзного договора. Проект такого договора был разработан, и его, по делавшимся летом того же года заявлениям собирались поэтапно подписать девять республик из пятнадцати. Но за день до начала подписания согласованного проекта нового союзного договора консервативные круги в партийных и силовых структурах организовали путч, провал которого резко усилил центробежные тенденции, по сути сделал их необратимыми.
События 19-21 августа 1991 г. с одной стороны доказали непредсказуемость Горбачева и его окружения, возможность с их стороны попытки «отыграть все назад», о которой неоднократно предупреждали представители оппозиции, а с другой явственно продемонстрировали отсутствие решимости и политической воли у сторонников сохранения империи, их неспособность к организации силовых действий. Политики, поддерживавшие идею сохранения Союза при условии его реформирования, после провала путча оказались деморализованы. Ново-Огаревский процесс фактически оказался свернут. Руководители республик взяли курс на скорейшую ликвидацию союзных структур. Среди тех, кто проявлял наибольшую активность были Б.Н.Ельцин и его окружение, стремившиеся таким путем быстрее всего свести счеты с прежними политическими противниками.
Беловежские и Алма-атинские соглашения
7-го и 8-го декабря 1991 г. на территории Белоруссии (в Беловежской пуще под Брестом) состоялась встреча главы Верховного Совета Белоруссии С. Шушкевича, Президента Российской Федерации Б. Ельцина и Президента Украины Л. Кравчука. Итогом ее стало официальная констатация факта распада СССР и заключение соглашения о создании Содружества Независимых Государств (СНГ). Распространено мнение, что российские лидеры не придавали большого значения разработке документов о СНГ, полагая, что бывшие союзные республики все равно неизбежно останутся в сфере влияния Москвы.
Беловежские соглашения явились неожиданностью не только для М.Горбачева и других руководителей оставшихся союзных органов, но и для лидеров ряда республик, сохранявших еще интерес к развитию взаимоотношений в рамках бывших советских границ. В результате потребовался созыв новой расширенной встречи.
21 декабря того же года в Алма-Ате главы России, Украины, Белоруссии, Азербайджана, Армении, Молдовы, Казахстана, Киргизии, Туркменистана, Узбекистана и Таджикистана подписали Декларацию о создании СНГ. Это означало, что СССР, как субъект международного права и геополитическая реальность перестал существовать, каждая республика стала самостоятельной. СНГ в отличие от СССР не является государством и не имеет надлежащей управленческих структур.
Реакция мирового сообщества на распад Советского Союза
Начиная с периода 1986-1987 гг. политика Горбачева пользовалась поддержкой на Западе и большинстве других стран мира. В связи с этим западные политики и государственные деятели сдержано относились к оппонентам советского руководителя, включая лидеров национальных движений. Во внимание принимался тот факт, что любое иностранное вмешательство в дела СССР должно было дать дополнительные козыри противникам Перестройки из числа представителей ортодоксально-консервативного лагеря в руководстве КПСС. В 1990 г., отчитываясь о визите делегации Народного фронта Латвии в Европарламент, один из ее руководителей Янис Юрканс вынужден был констатировать: «чем больше фракция, тем меньше интереса проявляла она к делам балтийских стран». Лишь после августовского путча ситуация изменилась, и на международной арене стали признавать суверенитет и независимость бывших союзных республик.
Типы национальных конфликтов на территории бывшего СССР
В период распада Советского Союза и после его завершения, на территории, которую занимала советская империя, оказались представлены все рассмотренные выше типы постимперских национальных конфликтов. Так, еще в разгар Перестройки начался конфликт между Арменией и Азербайджаном из-за спорной территории Нагорного Карабаха. Форсированное строительство новых государств на националистической основе привело к конфликтам между титульной нацией и лояльными прежней системе меньшинствами в Грузии (Абхазский и Южно-Осетинский конфликты) и в Молдавии (Приднестровье). Война между политическими и клановыми группами за власть во вновь образованном независимом государстве развернулась в Таджикистане. Конфликты вокруг переселенных во времена Сталина народов развернулись в ряде районов Средней Азии. При этом представителям некоторых этнических групп (туркам-месхетинцам, крымским татарам) просто некуда было деться – они не являлись желанными ни на «новой», ни на «старой» родине, ни в бывшей метрополии, которая вынуждена была брать на себя ответственность за их судьбу.
В результате распада империй более страдают те нации, которые играли ведущую роль в создании и функционировании имперских систем и ассоциировались с имперской системой. После распада СССР 17 % русских (около 25 миллионов человек) оказались за пределами своего этнического государства. Оставшись после распада в новых независимых национальных государствах, где новая титульная нация в большинстве случаев стремится взять реванш за прошлые годы и скорейшим образом утвердить себя в качестве главенствующей во всех сферах жизни общества, эти люди очень быстро начали испытывать большие трудности. В результате возник поток беженцев, иммигрантов, «вынужденных переселенцев» из числа русскоязычных.
Экономические последствия распада империи для бывших союзных республик
Как уже отмечалось, крушение прежних связей и внутреннего рынка империи первоначально порождает неизбежный кризис и требует серьезной перестройки экономики. Это в свою очередь, как правило, приводит к значительному падению уровня жизни. Поэтому достигнутая независимость, глубоко разочаровывает тех, кто связывал с ней надежды на немедленное процветание.
Бывшие республики СССР не стали в данном случае исключением. Известный грузинский журналист М.Стуруа в одной из своих статей, опубликованных в середине 1990-х годов, подробно останавливался на «басне о двадцати и пяти миллиардах», имевшей хождение в Грузии советских времен. Согласно этим широко распространенным представлениям, Грузия ежегодно давала в союзный бюджет двадцать миллиардов рублей, получая обратно только пять. Соответственно, делался вывод, что, оказавшись вне рамок СССР, эта республика ничего бы не потеряла, а, напротив, только выиграла. Однако, после того, как распад Советского Союза действительно произошел, сразу стала очевидной реальная конкурентоспособность производимых в Грузии товаров и услуг. Не принес статус независимости выгод и с геополитической точки зрения. В результате, как писал Стуруа, «привилегированный доминион советской коммунистической империи превратился буквально с ночи на утро в евро-азиатские задворки».
Подобный крах иллюзий националистов несколько успокаивал радетелей империи, давая им возможность почувствовать себя отмщенными. Российский публицист М.Лайков, не жалея черных красок на портрет независимой Украины 1996-97 гг., не забывал при этом напомнить разговоры кануна выхода из СССР: «В два года озолотимся! В два года». Эти настроения порождали надежды на восстановление прежней державы в новом виде. При этом учитывалось сохранение прежней инфраструктуры и экономической зависимости прежних союзных республик друг от друга. М.Геллер, завершая свою 3-х томную «Историю Российской империи», писал в частности: «...сохранились как кровеносные сосуды одного организма железнодорожные линии, нитки газо- и нефтепроводов, экономические связи, стягивающие далекие регионы. Сохранилось живое наследство империи после того, как ее политические формы были разбиты». На практике «кровеносные сосуды» прежней империи в конечном итоге либо рвутся, либо выстраиваются в иную схему, питая новый организм. Но, это происходит не сразу и возникает надежда, что «экономика все-таки возьмет свое», или «не выдержит надругательства над собой». Однако, упования, тех, кто мечтает о восстановлении империи, также не оправдываются. Экономика по большому счету действительно свое берет, но это, в частности означает, что она освобождается от пут политической целесообразности, наложенных в имперские времена.
Различия политических режимов новых независимых государств
В момент прекращения существования СССР его бывшие республики находились в разном политическом состоянии. В одних уже произошла консолидация власти – где-то на демократической, а где-то на авторитарной основе. В других происходила острая политическая борьба, перераставшая в гражданскую войну. Наконец, третьи фактически находились в состоянии войны с внешним противником. Отталкиваясь от прежней империи, бывшие союзные республики искали и находили для себя различные ориентиры в новой геополитической реальности, что тоже накладывало отпечаток на их политический строй. По-разному решался и вопрос заполнения образовавшегося на государственном уровне идеологического вакуума. Тем не менее, некое единство политических судеб бывших союзных республик долгое время продолжало сохраняться. Показателем этого стали, в частности, так называемые «цветные революции», произошедшие в 2003-2005 гг. в трех очень разных странах, расположенных в разных концах бывшей советской империи.
Бывшие советские республики, без сомнения, в разной степени были готовы к политической независимости. Все они после распада СССР столкнулись со значительными трудностями в т.ч. и политического свойства. Однако все они смогли не только сохранить себя в качестве самостоятельных политических организмов, но и определить свои собственные парадигмы развития. Получившая одно время распространение в ностальгирующих по империи российских кругах концепция «несостоявшихся государств» за полтора десятилетия после распада СССР не получила ни одного подтверждения.
Тема 4
Страны Балтии
Основные этапы истории стран Балтии: формирование политических традиций
При всей внешней схожести стран Балтии в политическом, социальном и культурном отношении, между ними существует немало исторически обусловленных различий.
Литовцы и латыши говорят на языках особой Балтийской (летто-литовской) группы Индоевропейской языковой семьи. Эстонский язык принадлежит к финской группе Уральской (финно-угорской) семьи. Ближайшими родственниками эстонцев, с точки зрения происхождения и языка являются финны, карелы, коми, мордва, марийцы.
Литовцы единственный из прибалтийских народов, который имел в прошлом опыт не только создания собственного государства, но и строительства великой державы. Расцвет Великого княжества Литовского пришелся на XIV-XV века, когда его владения простирались от Балтийского до Черного моря и включали в себя основную часть современных белорусских и украинских земель, а также некоторые западнорусские территории. Древнерусский язык (или, как полагают некоторые исследователи, сложившийся на его основе белорусско-украинский) долгое время был в княжестве государственным. Резиденцией великих литовских князей в XIV-XV вв. часто служил расположенный среди озер город Тракай, затем роль столицы окончательно закрепилась за Вильнюсом. В XVI столетии Литва и Польша заключили между собой унию, образовав единое государство – Речь Посполитую («республику»).
В новом государстве польский элемент оказался более сильным, чем литовский. Уступая Литве по размерам своих владений, Польша была более развитой и многонаселенной страной. В отличие от литовских, польские правители имели полученный от Папы Римского королевский титул. Знать Великого княжества перенимала язык и обычаи польской шляхты, сливалась с нею. Литовский язык остался в основном языком крестьян. Кроме того, литовские земли, особенно район Вильнюса в значительной степени подверглись польской колонизации.
После разделов Речи Посполитой территория Литвы в конце XVIII века оказались в составе Российской империи. Население этих земель в данный период не отделяло свою судьбу от западных соседей и участвовало во всех польских восстаниях. После одного из них в 1832 году царским правительством был закрыт Вильнюсский университет (основан в 1579 году, был старейшим в Российской империи, вновь его откроют только в 1919 году).
Земли Латвии и Эстонии в Средние века были объектом экспансии и колонизации со стороны скандинавов и немцев. Побережье Эстонии одно время принадлежало Дании. В устье реки Даугавы (Западной Двины) и других районах латвийского побережья на рубеже XIII века обосновались немецкие рыцарские ордена – Тевтонский орден и орден Меченосцев. В 1237 году они объединились в Ливонский орден, господствовавший на большей части латышских и эстонских земель до середины XVI века. В этот период шла немецкая колонизация региона, образовалось немецкое дворянство. Население городов также в основном состояло из немецких купцов и ремесленников. Многие из этих городов, включая Ригу, входили в Ганзейский союз.
В Ливонской войне 1556-1583 годов орден был разгромлен при активном участии России, которой, однако, в ходе дальнейших военных действий не удалось в тот период закрепить за собой эти земли. Владения ордена были разделены между Швецией и Речью Посполитой. В дальнейшем Швеция, превратившись в великую европейскую державу, смогла потеснить Польшу.
Петр I отвоевал Эстляндию и Лифляндию у Швеции и включил их в состав России по итогам Северной войны. Местное немецкое дворянство, недовольное проводимой шведами политикой «редукции» (конфискацией имений в государственную собственность) в большинстве своем охотно присягнуло на верность и перешло на службу к русскому государю.
В условиях противоборства Швеции, Польши и России в Прибалтике, фактически независимый статус приобрело Великое герцогство Курляндское, занимавшее западную и южную часть современной Латвии (Курземе). В середине – второй половине XVII столетия (при герцоге Якобе) оно пережило свой расцвет, превратившись, в частности, в крупную морскую державу. Герцогство в тот период приобрело даже собственные заморские колонии – остров Тобаго в Карибском море и остров Святого Андрея в устье реки Гамбия на африканском континенте. В первой трети XVIII века правительницей Курляндии стала племянница Петра I Анна Иоанновна, получившая затем и российский престол. Вхождение Курляндии в состав Российской империи было официально оформлено в конце XVIII века после разделов Речи Посполитой. История Курляндского герцогства иногда рассматривается как один из корней латвийской государственности. Однако в период своего существования герцогство считалось немецким государством.
Немцы в прибалтийских землях составляли не только основу дворянства, но и большинство жителей городов. Латышское и эстонское население почти исключительно было крестьянским. Ситуация стала меняться в середине XIX века с развитием промышленности в Лифляндии и Эстляндии, в частности с превращением Риги в один из крупнейших промышленных центров империи.
На рубеже XIX-XX веков в Прибалтике формируются национальные движения, выдвигающие лозунг самоопределения. В условиях первой мировой войны и начавшейся в России революции создались возможности для его практической реализации. Попытки провозглашения советской власти в Прибалтике были подавлены как внутренними, так и внешними силами, хотя социалистическое движение в этом регионе было весьма мощным. Поддержавшие Советскую власть части латышских стрелков (были сформированы царским правительством для борьбы с немцами) сыграли очень важную роль в годы Гражданской войны.
По итогам событий 1918-20 гг. была провозглашена независимость трех балтийских государств, тогда же впервые в общих чертах оформилась современная конфигурация их границ (однако Вильнюс – первоначальная столица Литвы и прилегающая к нему область в 1920 г. оказались захвачены Польшей). В 1920-30-х годах в Балтийских республиках утвердились диктаторские политические режимы авторитарного типа. Социально-экономическое положение трех новых государств было нестабильным, что приводило, в частности к значительной трудовой миграции в страны Запада.
Присоединение Балтии к Советскому Союзу: исторические условия, применяемые методы, реакция мирового сообщества, изменение границ
Секретным протоколом к пакту Риббентропа-Молотова предусматривалось, что Советскому Союзу должны были отойти Эстония и Латвия, в то время как Литва оказывалась в сфере германского влияния. Однако после того как Сталин потерпел неудачу в попытке присоединения Финляндии, Литва также была уступлена СССР (как полагало гитлеровское руководство – на короткое время). В марте 1939 г. Германия захватила у Литвы город Клайпеду (Мемель, принадлежал Литве с 1923 г.), а в октябре того же года, после разгрома Польши, Советский Союз передал Литве Вильнюс и большую часть Виленского края.
Пользуясь благоприятной международной ситуацией, Москва весной и летом 1940 года начала оказывать жесткое давление на правительства балтийских стран, навязывая им свое политическое и военное покровительство. Получив рычаги для вмешательства во внутренние дела этих государств, советское руководство воспользовалось ими, осуществив перевороты и приведя к власти коммунистов. В июле-августе 1940 года во всех трех странах был установлен советский строй, и они вошли в состав СССР на правах союзных республик.
В период Великой Отечественной войны эти территории были оккупированы немецкими войсками и стали провинциями гитлеровской империи. Но в 1944-45 годах сюда вернулась Красная Армия. Принесенные второй мировой войной потрясения вызвали новую волну эмиграции, особенно из Литвы и Латвии.
Насаждение советской власти в Прибалтике сопровождалось массовыми репрессиями и подавлением националистического подполья и партизанского движения. Отдельные очаги вооруженной борьбы против советской власти на территории Прибалтики существовали вплоть до начала 1950-х годов.
В отличие от других территорий, включенных в состав Советского Союза в период и по итогам второй мировой войны, законность присоединения Прибалтики никогда не была признана странами Запада. Там продолжали действовать представительства находящихся в изгнании правительств балтийских стран. Правда, в поздний период существования Советского Союза на деятельность этих правительств уже мало кто обращал внимание.
Прибалтийские республики в советской имперской системе
Уже сложившийся в Латвии и Эстонии промышленно-аграрный характер экономики был усилен в советские времена проведением дополнительной индустриализации. В экономике Литвы на первом месте было сельское хозяйство, однако оно также как и в Латвии, и в Эстонии было высокоразвитым по советским меркам. Важное значение для развития прибалтийских республик имели морские порты, а также многочисленные военные объекты. Кроме того, Прибалтика (особенно Латвия) были одним из важнейших районов развития индустрии отдыха и туризма в Советском Союзе. Уровень жизни в Прибалтике был выше, чем в других союзных республиках. На первом месте по этому показателю в СССР в последние десятилетия его существования стояла Эстония.
В имперской системе СССР прибалтийские республики играли роль большую, чем можно было бы предположить, исходя только из величины их территории, численности населения и экономического потенциала. Это был включенный в основное тело империи «кусочек» Европы или, вернее, европейской провинции. Именно по Прибалтике большинство советских людей составляло себе представление о том, что такое западные традиции и, в какой-то степени, западный образ жизни. Именно из Прибалтики, особенно в 1970-80-е годы, расходились в другие регионы империи будоражащие, иногда шокирующие, иногда рассматриваемые как курьез новации – вроде создания пешеходных в зон в центре городов или публикации брачных объявлений в газетах.
Стремясь сделать свое господство на территории Прибалтики более гарантированным, союзное руководство поощряло миграцию на эту территорию из других регионов, действуя в данном случае в традициях всех империй. Механизмами поощрения миграции были строительство новых промышленных объектов, с вербовкой рабочих в других союзных республиках, и предоставление жилья отставным военным. В результате доля титульной нации в населении республики в Эстонии снизилась до 61,5%, а в Латвии до 52%. Это порождало у латышей и эстонцев опасения, что они, как потом сформулировали лидеры национального движения, «перестанут быть хозяевами в своем собственном доме». В Литве ситуация была иной, поскольку титульная нация составляла там почти 80% населения, а помимо русских насчитывалось большое число поляков.
Роль прибалтийских общественно-политических движений в условиях Перестройки в СССР
Перестройка вызвала рост общественно-политической активности в Прибалтике раньше, чем в большинстве других регионов СССР. Ситуация в Прибалтийских республиках оказывала большое воздействие на ход процессов демократизации и их восприятие в стране в целом.
Важное значение в общесоюзных масштабах имело формирование в 1988 году широких общественно-политических объединений Народного фронта Латвии, Народного фронта Эстонии и «Саюдис» (по-литовски «движение») в Литве. По сути, речь шла о появлении первых легальных общественно-политических организаций, неподконтрольных КПСС. Официальной целью создания «народных фронтов», которые формировались при благожелательном отношении части партийного руководства в Прибалтике, была заявлена «поддержка процессов Перестройки». Однако очень быстро они вобрали в себя все прежде оппозиционные силы – как демократического, так и националистического направления. На стороне данных движений находились симпатии значительной части русскоязычной интеллигенции, ряд представителей которой принимали активное участие в их деятельности.
Одним из показателей быстро растущей поддержки прибалтийских народных фронтов и высокой степени их организованности стала совместно проведенная ими 23 августа 1989 г., в пятидесятую годовщину подписания советско-германского пакта, акция «Балтийский путь», в ходе которой сотни тысяч людей выстроились в живую цепь длиной почти 600 километров между центром Таллинна и центром Вильнюса.
После того как новые общественно-политические движения развернули критику советской системы в целом, поставили вопросы о суверенитете балтийских республик, встревоженные представители консервативной части партийного руководства, как в центре, так и в республиках решили принять ответные меры. Однако результатом в новых условиях стал не запрет на деятельность народных фронтов, а формирование в противовес им «интернациональных фронтов», опиравшихся в основном на поддержку части русскоязычного населения и выступавших за сохранение советской державы и прежнего общественно-политического строя.
Выборы 1990 г. и начало процесса выхода прибалтийских республик из Союза ССР
Еще до выборов республиканских депутатов, оппозиционные Москве силы одержали важную победу в Прибалтике. В ходе отчетно-выборной кампании в республиканских партийных организациях на руководящие должности при соблюдении буквы партийного устава были избраны сторонники выхода из КПСС и придания партиям социал-демократической направленности. Эти позиции поддержала и часть бывшего республиканского партийного руководства (например, в Литве первый секретарь ЦК республиканской компартии Альгирдас Бразаускас). Москве удалось создать альтернативные лояльные партийные структуры, однако они пользовались значительно меньшим влиянием.
На выборах 1990 года блок националистов и демократов одержал победу в республиках Прибалтики. Большинство депутатов были избраны при поддержке народных фронтов. За них проголосовали и многие избиратели из числа русскоязычного населения. Своих представителей сумели провести и сторонники сохранения Союза, но они были в явном меньшинстве. В Латвии и Эстонии председателями Верховных Советов были избраны руководители советов прежнего созыва Анатолий Горбунов (выходец из Латгалии, наиболее русифицированной части Латвии, он вскоре сменил свою фамилию на Горбуновс) и Арнольд Рюйтель, которые уже пользовались доверием у народных фронтов и сотрудничали с ним. В Литве же председателем Верховного Совета и, в новых условиях, фактическим руководителем республики стал один из лидеров и идеологов национального движения профессор Вильнюсской консерватории Витаутас Ландсбергис.
Уже летом 1990 года победившие на выборах силы провозгласили своей главной задачей полное восстановление независимости всех трех союзных республик. Эта политика стала последовательно реализовываться на практике путем прекращения финансирования из республиканских бюджетов силовых структур Союза, денонсации деклараций и договоров 1940 года и т.п. Давление на новые органы власти, предпринятое союзным центром, в т.ч. частичная экономическая блокада Литвы в апреле-июне 1990 г., не дали желаемых результатов.
События в Вильнюсе и Риге в конце 1990 – начале 1991 г
На рубеже 1990-1991 годов союзным центром были предприняты достаточно робкие и непоследовательные попытки силовым путем восстановить свою власть в прибалтийских республиках. Поводом послужили конфликты, развернувшиеся вокруг партийной собственности – офисных зданий, издательских комплексов, социальных объектов и т.д. На эту собственность, находившуюся в руках сторонников независимости, предъявили претензии, контролируемые и управляемые Москвой структуры, заявившие о себе как о сохранившихся подразделениях КПСС в соответствующих республиках. Борьба развертывалась также вокруг объектов и имущества республиканских милицейских органов – лояльных новой власти. Подчинявшиеся Москве ОМОНы и военные начали операции по силовому захвату спорных объектов. 12-13 января после захвата в Вильнюсе силами союзного МВД Дома печати и предпринятой ими попытки установить контроль над телецентром, в городе произошли столкновения войск с демонстрантами, в результате которых погибли 14 (по другим данным 13) человек. После чего операция была свернута. Тогда же в Риге местный ОМОН предпринял попытку захватить здание республиканского МВД и некоторые другие объекты, контролируемые новыми властями. Попытка была безуспешной и тоже сопровождалась человеческими жертвами. Эти акции силовиков вызвали резкое осуждение демократически настроенных слоев населения по всему Союзу, в самой же Прибалтике они еще больше укрепили лагерь сторонников независимости и окончательно деморализовали приверженцев прежнего порядка. На состоявшемся 9 февраля 1991 г. референдуме более 90,5% принявших в нем участие жителей Литвы поддержали идею выхода из СССР. Несмотря на то, что силовые действия давали в основном обратный политический эффект, операции по захвату отдельных объектов на территории Прибалтики силами, подчиненными союзному центру продолжались и в последующие месяцы.
Особенности государственного строительства в странах Балтии после обретения независимости
Весной-летом 1991 года балтийские республики уже вели себя как полностью независимые государства, хотя формально их статус на международной арене еще не был признан. После августовского путча последние препятствия к признанию независимости республик и принятию ими нового государственного устройства отпали.
Первоначально идеологи и вожди движения за восстановление национальной независимости собирались вновь ввести в действие конституционные законы своих стран межвоенного времени. Однако вскоре стало ясно, что многие их положения не соответствуют реалиям сегодняшнего дня и принятым в Европе стандартам. Поэтому на практике имело место все же создание нового, а не восстановление старого институционального политического дизайна
Выбор был сделан в пользу полупрезидентской формы правления. В Латвии и Эстонии президенты избираются однопалатными парламентами, формируемыми через выборы, проводимые по пропорциональной системе. В Литве президент избирается прямым голосованием на всенародных выборах, а выборы в парламент проходят по смешанной системе. Однако, правительство и в этой стране в первую очередь ответственно перед парламентом, а не перед президентом.
Принятые новые законы о гражданстве восстанавливали в правах всех граждан балтийских республик, имевших его в 1940 году (включая живущих за границей и имеющих гражданство других государств), а также их потомков. При этом в Латвии и Эстонии гражданство не было предоставлено большинству русскоязычного населения – тем, кто приехал в эти республики в условиях «советской оккупации» и их потомкам (на тот момент они составляли около трети населения данных республик). «Нулевой вариант», при котором гражданство получили все постоянно проживающие на территории республики в момент обретения ею независимости, был принят только в Литве, где, как уже говорилось, соотношение численности с русскоязычным населением было гораздо более благоприятным для титульной нации.
Изменение геополитического положения балтийских стран после распада СССР
После крушения империи падают интерес и внимание на мировой арене к тем народам, что наиболее жестко противостояли имперскому центру, а потому пользовались особой поддержкой держав-соперников. Это не остается незамеченным в бывшей метрополии, тем более, что накануне распада этим же народам или, вернее, населяемым ими частям империи уделялось, как правило, наибольшее внимание и со стороны имперского правительства. Поэтому, в начале 1990-х годов центральные российские газеты с явным удовлетворением, а иногда и злорадством писали о том, что на улицах прибалтийских городов в обозримом будущем уже не будут появляться мировые политические лидеры, что новости из бывших советских республик перестали интересовать мировую общественность и что спонсоры и инвесторы обращают свой взор на иные, более привлекательные для них регионы. Действительно, симпатии мирового общественного мнения к народам, противостоявшем имперскому исполину и боровшимся за свою независимость, заметно остыли уже почти сразу после достижения ими этой цели. Поэтому повышение формального статуса стран Балтии (так стал именоваться регион после распада СССР) на деле сопровождалось снижением реального значения их в мировом масштабе по сравнению со временами Перестройки. «Победившие» националисты в новых независимых государствах столкнулись, таким образом, с теми же проблемами, что и «проигравшие» империалисты в бывшей метрополии – необходимостью поднять упавший авторитет страны и найти для нее свое место в изменившемся мире.
Страны Балтии в этой ситуации пошли по пути скорейшей и максимально возможной интеграции с Западом, прежде всего с Европейским Союзом. В середине 1990-х гг. ими были поданы заявки на вступление в НАТО и ЕС. Россия пыталась помешать этому процессу, но тщетно. В марте 2004 года страны Балтии вступили в НАТО, а 1 мая того же года стали членами ЕС – раньше, чем, например, Болгария или Румыния, сохранявшие в советские времена статус самостоятельных государств.
Проблема русскоязычного населения в Латвии и Эстонии
Только небольшая часть русскоязычных жителей прибалтийских республик предпочла получить российское гражданство и официально стать иностранцами во вновь созданных государствах. Большинство из них в Латвии и Эстонии приняли статус «неграждан». Обладатели данного статуса не только не имеют избирательных прав и лишены возможности находиться на государственной службе, но и сталкиваются с другими ограничениями и запретами на профессии. Кроме того, для работы в ряде отраслей, в т.ч. в здравоохранении и образовании стало требоваться знание «государственного языка». Все это нередко приводило к злоупотреблениям со стороны чиновников нового режима. Предоставление же гражданства тем, кто его изначально не получил было ограничено жесткими квотами и рядом условий, предъявляемых соискателям.
Несмотря на ущемление в правах и интересах, русскоязычное население Эстонии и Латвии, выражая протест против действий властей, большей частью не спешило покидать эти республики. Находясь во многом в лучшем положении, чем турки в Германии или арабы во Франции, они не хотели выезжать на историческую родину, где их ждал более низкий уровень жизни и меньшая уверенность в будущем. Европейское направление эмиграции для многих русскоязычных жителей Прибалтики оказывалось более привлекательным, чем российское. Новое поколение русскоязычного населения было уже более примиренчески относится к ассимиляторской политике властей. При этом, как показали проведенные в Латвии исследования среди русскоязычной молодежи, девушки в большей степени, чем юноши готовы в обязательном порядке учить латышский язык, настроены на заключение брака с представителем титульной нации и т.д.
В течение 1990-х гг. Россия неоднократно стремилась оказать воздействие на правительства Латвии и Эстонии с целью улучшить положение русскоязычного населения в этих государствах. Различные политические силы в России стремились использовать данную проблему в своих целях. Однако отдельные попытки российского руководства проводить жесткую линию в этом вопросе давали лишь обратный эффект и способствовали политической мобилизации в поддержку консервативно-националистического лагеря в Риге и Таллинне.
Более эффективным оказалось давление стран Запада, особенно в связи с открывшимися перспективами вступления балтийских республик в НАТО и ЕС, что и заставило власти Латвии и Эстонии значительно смягчить свою позицию в вопросе предоставления гражданства, использования государственного языка и т.д. Доля неграждан в Эстонии (с учетом естественной убыли) сократилась с 30 до 10 процентов, в Латвии – более чем в два раза. Однако права русскоязычного населения продолжают оставаться предметом острого конфликта как во внутриполитической жизни балтийских республик, так и в их взаимоотношениях с внешним миром.
Становление партийной системы и развитие политической борьбы в странах Балтии после обретения независимости
Усиление позиций национал-консерваторов в условиях становления независимости балтийских республик выразилось, в частности, в отстранении от власти даже тех представителей прежней номенклатуры, которые поддерживали деятельность народных фронтов. Первым президентом Эстонии после распада СССР был избран один из лидеров движения за независимость писатель и переводчик Леннарт Мери. Как и В.Ландсбергис в Литве, Мери был представителем семьи, занимавшей важное место среди национальной интеллигенции, и всегда находился в духовной оппозиции к советскому строю. В Латвии после восстановления независимости первым пост президента занял человек, избранию которого придавалось символическое значение – Гунтис Ульманис, который до этого не играл важной политической роли, но зато был внучатым племянником последнего президента и диктатора довоенной Латвии Карлиса Ульманиса.
Принятие пропорциональных избирательных систем в странах Балтии стимулировало процесс партийного строительства. В его рамках помимо институционального оформления господствующего лагеря изначально стал проявляться рост критического отношения к политическому курсу национал-консерваторов. Это происходило не только в форме создания и укрепления типичных партий либеральной и социал-демократической ориентации, но и в необычных, оригинальных формах. Так, в первом составе эстонского парламента была, например, помимо других представлена и созданная писателями-сатириками партия роялистов (монархией Эстония никогда не была), фракция которой перед открытием заседаний вместо требуемой молитвы, занималась шаманскими плясками. В 1995 г. нескольких своих представителей в состав эстонского парламента провела партия русскоязычного населения «Наш дом – Эстония» (партия власти в России в то время именовалась «Наш дом – Россия»).
Постепенно приближение к европейским стандартам затрагивало и складывающиеся партийно-политические системы: национал-консервативный лагерь уравновешивался социал-демократическим. Однако, в полной мере это характерно лишь для Литвы. Неспособность В.Ландсбергиса и его окружения справиться с экономическими и социальными проблемами и трудностями переходного периода привела к резкому падению популярности консерваторов. На первых выборах в новый литовский сейм осенью 1992 гола победу одержали социал-демократы и либералы. Вернувшийся к власти А.Бразаускас стал председателем сейма, а в следующем году на всенародных выборах был избран первым президентом страны. Политика Бразаускаса также подвергалась критике среди различных социальных слоев, что позволило консерваторам во главе с Ландсбергисом расширить свое представительство в сейме по итогам новых парламентских выборов и повести атаку на президента. В Латвии и Эстонии формированию аналогичных политических полюсов препятствовала проблема русскоязычного населения. Необходимость сдерживать протестное движение неграждан, защищать сложившуюся ситуацию толкало разнородные политические силы, опиравшиеся на поддержку представителей титульной нации, к сближению и формированию широких политических коалиций.
Роль эмигрантских кругов в политической жизни балтийских стран
После приобретения независимости и принятия законов о гражданстве в ряды новой политической элиты балтийских стран влились и представители эмиграции. Первоначально их роль была невелика. Однако она выросла в условиях установившегося баланса сил между консервативно-националистическим и социал-либеральным лагерями. Впервые это проявилось в Литве на президентских выборах, состоявшихся в конце 1997 – начале 1998 года. В первом их туре, состоявшемся 21 декабря 1997 года социал-демократическому кандидату генеральному прокурору Паулавичюсу, которого А.Бразаускас видел своим преемником, не хватило нескольких процентов голосов, чтобы одержать победу. На 4 февраля следующего, 1998, года был назначен второй тур голосования, в который также вышел занявший второе место и набравший 27,6% голосов Валдас Адамкус. В годы второй мировой войны молодой Адамкус состоял в националистических формированиях и бежал на Запад с отступающими немецкими войсками. Обосновавшись в США и получив образование, он находился на государственной службе. Официально занимаясь проблемами экологии, Адамкус в 1970-е годы посетил Литву и с тех пор поддерживал связи с родиной. После обретения Литвой независимости Адамкус получил литовское гражданство, вернулся в республику и был избран в сейм, но сохранял при этом и американское гражданство, отказавшись от него лишь за полгода до президентских выборов. Именно Адамкус и одержал в победу во втором туре, объединив всех противников социалистов и получив уже 50,3% голосов. В то время как поддержка Паулавичюса выросла лишь с 44,7 до 49,7%.
Укрепление позиций консервативных сил в Литве заставило Бразаускаса вернуться в политику. В 2000 году по итогам выборов в сейм на первом месте оказалась возглавляемая им и носящая его имя социал-демократическая коалиция, Однако при этом она получила лишь 31,1% голосов. Одновременно значительно укрепился в политической жизни Литвы либеральный лагерь, представитель которого политик-популист Роландас Паксас (бывший летчик-испытатель, мэр Вильнюса и премьер-министр) сумел победить Адамкуса на новых президентских выборах в декабре 2002 – январе 2003 года (в первом туре Адамкус получил 35%, Паксас – 19,7, во втором Адамкус – 45,1%, Паксас – 54,9). Однако через несколько месяцев после вступления нового президента в должность разгорелся громкий политический скандал, связанный с вскрывшимся фактом незаконного покровительства со стороны Паксаса российскому бизнесмену с криминальной репутацией Юрию Борисову. Весной 2004 году Паксасу был вынесен импичмент (первый импичмент президенту в истории Европы). Участвовать в новых выборах ему было запрещено судом. В результате летом того же года пост президента Литвы вновь занял Адамкус, на этот раз получивший во втором туре выборов на пять процентов голосов больше, чем кандидат от социал-демократов, Казимира Прунскене (премьер-министр Литвы в 1990-1991 гг.).
В 1999 году президентом Латвии, в условиях сложившегося равновесия сил, тоже стала представительница эмигрантских кругов – Вайра Вике-Фрейберга. Одним из основных претендентов на этот пост при голосовании в парламенте был известный композитор, культовая фигура советских времен Раймонд Паулс. Возглавляемая Паулсом партия выступала за смягчение позиции по вопросу предоставления гражданства русскоязычному населению и в отношениях с Москвой, проведение более социально-ориентированной внутренней политики. В течение нескольких туров голосования ни Паулс, ни другие кандидаты не смогли набрать необходимого числа голосов. В конечном итоге наиболее приемлемой компромиссной фигурой оказалась Вике-Фредберга. В 2003 году она была переизбрана на этот пост. В отличие от Адамкуса, Вике-Фрейберга была увезена родителями за границу еще ребенком – ее отец был латышским дипломатом, не пожелавшим после событий 1940 г. возвращаться на родину. В Канаде Вике-Фрейберга сделала карьеру ученого, став профессором психологии в Монреальском университете. Активно занимаясь общественной работой в рамках диаспоры, Вике-Фрейберга бывала в Латвии и в советский период. В середине 1990-х годов она перебралась в Латвию на постоянное место жительства и была избрана депутатом парламента.
Во многом схожей является биография Томаса Хендрика Ильвеса, избранного президентом Эстонии в сентябре 2006 г. в ситуации, подобной той, в которой Вике-Фрейберга впервые возглавила Латвию. Ильвес родился в 1953 г. в Стокгольме, куда его родители бежали в конце войны. Когда ему было три года, семья переехала в США. Он тоже изучал психологию и одно время преподавал ее в университете. С 1984 по 1993 г. работал в эстонской редакции радио «Свободная Европа» в Мюнхене. Получив гражданство независимой Эстонии, он отказался от американского и в 1993 г. впервые стал эстонским послом в США. Затем дважды занимал пост министра иностранных дел Эстонии, избирался депутатом эстонского парламента и Европарламента. Основным соперником Ильвеса в 2006 г. в ходе затянувшихся на два месяца выборов был А.Рюйтель, который еще в 2001 г. вернулся к власти и на этот раз добивался переизбрания. Поражение Рюйтеля на выборах 2006 года, вероятно, знаменует собой окончательный уход с политической сцены стран Балтии поколения политиков, выдвинувшихся в период Перестройки и борьбы за независимость. Одновременно, сложилась символическая ситуация, когда во всех трех странах на президентских постах оказались выходцы из эмигрантских кругов.
Особенности политического положения в Латвии, Литве и Эстонии на современном этапе
В начале XXI века правительства во всех трех балтийских республиках формируются, как правило, на основе широких коалиций различных политических сил. В каждой из трех стран действует 6-7 партий, имеющих реальное значение. Ни одна из них, заняв первое место на очередных парламентских выборах, не получает и трети голосов от общего числа поданных голосов, что и обусловливает коалиционный характер правительств. Причем роль ядра коалиции переходит от партии к партии, состав союзников тоже меняется. В этом смысле балтийские республики все больше начинают походить на страны Севера Европы.
В целом можно говорить о происходящей в последние годы стабилизации политических систем балтийских государств, которой способствует и экономическая стабилизация. Изменилась и политическая повестка дня в этих республиках: вместо вопросов отношения к советскому наследию и путей его преодолению на первых позициях оказались последствия европейской интеграции.
Тема 5
Белоруссия
Специфика географического положения и истории белорусских земель
Белоруссия занимает обширное пространство между Россией, Литвой, Польшей и Украиной. Через эту территорию проходят важнейшие транспортные коммуникации. В течение столетий по ней многократно продвигались армии различных воюющих государств. Однако сами белорусские земли почти лишены запасов полезных ископаемых, малопригодны для обработки и представляли собой в основном сплошные леса и болота. Долгое время они оставались малонаселенными, были почти лишены крупных городов. Поэтому, как правило, сами по себе они не были целью захватчиков.
В IX-XIII веках территория современной Белоруссии была частью Киевской Руси. Затем вошла в состав Литовского государства (первоначально именно эти земли именовались Литвой), а через несколько столетий вместе с ним в состав Речи Посполитой. Частью Российской империи территория современной Белоруссии оказалась в конце XVIII в. после разделов Польши. К тому времени уже сформировался белорусский этнос. В конфессиональном отношении он оказался расколот – большинство белорусов исповедовало православие, однако значительная их часть были привержены католицизму. Слово «белорусы» как общее самоназвание народа, и «Белоруссия» как название территории окончательно утвердились только после революции 1917 года.
Формирование белорусской государственности
25 марта 1918 г. представители национальных партий и движений в условиях немецкой оккупации провозгласили создание Белорусской народной республики. Однако германские власти не признали ее, продолжая осуществлять всю полноту управления на оккупированной территории. Атрибутов подлинной государственности БНР так и не приобрела. После ухода немецких войск на их место пришла Красная Армия и 1 января 1919 года была провозглашена Советская социалистическая республика Беларусь (позднее Белорусская советская социалистическая республика – БССР). Хотя советская власть в Белоруссии и строилась под опекой Москвы, все же, в отличие от БНР, это был уже реальный опыт самостоятельной государственности. В 1922 году Белоруссия стала одной из учредительниц Союза ССР.
В результате неудачи похода Красной Армии на Варшаву западная часть Белоруссии оказалась в составе Польши. В то же время в середине 1920-х годов Белоруссии были переданы обширные территории из состава РСФСР, включая, в частности города Могилев и Гомель. В 1939 году после «Освободительного похода» Красной Армии в Польшу территория Белоруссии была очень значительно расширена за счет присоединения западно-белорусских земель.
Автор статьи о белорусском национализме О.Буховец признает относительно создании БССР: «при всей декоративности этой государственности самого факта ее существования оказалось достаточно для укоренения белорусского национального самосознания. Того самого, которое в начале XX века в народе вообще отсутствовало».
Белоруссия в составе СССР
Происходившая в 1920-30-е гг. индустриализация привела к радикальным изменениям в структуре белорусской экономики. Появились новые отрасли промышленности. Стали расти города, особенно Минск. Экономические и социальные перемены способствовали русификации, поощряемой союзным руководством. В 1930-е гг. Белоруссию в полной мере затронули Сталинские репрессии.
Чрезвычайно сильно, даже по сравнению с другими территориями Советского Союза, белорусские земли пострадали в годы Великой Отечественной войны. В начале войны большая часть Белоруссии была довольно быстро захвачена наступавшими немецкими войсками. Однако в условиях жестокого оккупационного режима на территории республики развернулось мощное партизанское движение, в каждом городе и крупном населенном пункте действовало подполье, которое восстанавливалось, несмотря на постоянно проводимые кровавые репрессии. Многочисленные партизанские отряды наносили удары по коммуникациям оккупантов, удерживали под своим контролем значительные территории. Ареной ожесточенных военных действий территория Белоруссии стала в ходе боев за ее освобождение в 1944 г. В годы войны погиб каждый четвертый житель республики. Уничтожены сотни деревень. Многие города были полностью разрушены (Минск и Витебск входят в число наиболее пострадавших от войны городов мира). В то же время память о героическом периоде борьбы против оккупантов, оплаченных дорогой ценой, но славных победах стала важным фактором формирования политического сознания и идентичности жителей Белоруссии в последующий период. Это нашло свое выражение и в появлении новых традиций, например ежегодного празднования 3 июля дня освобождения Минска с проведением парада бывших партизан. Выдвигая в качестве аргумента особую роль двух советских республик в борьбе с гитлеризмом, Сталину удалось добиться для Белоруссии и Украины отдельного членства в ООН. Из руководителей и участников партизанского движения сформировалась новая политическая элита республики, несколько поколений которой последовательно руководили Белоруссией вплоть до рубежа 1980-90-х годов.
Восстановленную Белоруссию называли «сборочным цехом» Советского Союза. В лишенной полезных ископаемых, но обладающей подготовленными трудовыми ресурсами, развитой системой коммуникаций, качественными образовательными учреждениями республике развивались такие отрасли производства как наукоемкое машиностроение, электротехническая промышленность и т.д. Предприятия быстро растущих белорусских городов имели сотни поставщиков разбросанных по всей территории Советского Союза, а выпускаемая ими продукция предназначалась для всего емкого советского рынка. Благодаря финансовым дотациям из союзного бюджета на территории Белоруссии были проведены также масштабные мелиоративные работы, ставшие одним из факторов подъема сельского хозяйства. Рост городов и перемены на селе способствовали дальнейшей русификации республики. Уровень жизни в Белоруссии в 1970-80-е годы, хотя и уступал прибалтийскому, был все же одним из самых высоких в Союзе.
В массовом сознании жителей СССР Белоруссия имела репутацию республики, где больше порядка и меньше воровства, а у власти стоят честные и дельные люди. В самой Белоруссии высок был, в частности, авторитет Петра Мироновича Машерова, занимавшего пост первого секретаря ЦК компартии Белоруссии в 1965-1980 гг. Неожиданная гибель Машерова в автомобильной катастрофе (единственное подобное событие среди советской политической элиты того времени) породила ходившую в народе легенду, согласно которой Брежнев хотел сделать Машерова своим преемником и поручить ему призвать к порядку коррупционеров, но те сумели расправиться с ним.
Демократическое и националистическое движение в Белоруссии в период Перестройки
Развитие ситуации в Белоруссии в период Перестройки имело свои отличия от всех других регионов европейской части СССР. С одной стороны в Минске, подобно Москве, Ленинграду и Киеву во второй половине 1980-х годов, тоже происходило оживление общественно-политической жизни, формирование организаций демократической направленности, рост оппозиционных настроений среди интеллигенции. Оживилась и национальное движение (при этом в отличие от Украины здесь не было разительных отличий в развитии и силе национального движения на востоке и западе республики). По примеру прибалтийских республик был образован Белорусский народный фронт «Адраджэньне» («Возрождение»).
С другой стороны, большинство населения Белоруссии не проявляло энтузиазма по поводу радикализации перестроечных процессов. Хотя партийное руководство республики занимало довольно пассивную позицию, ситуация в Белоруссии оставалась стабильной, а на выборах народных депутатов в начале 1990 года оппозиционным силам, и то преимущественно их умеренному крылу удалось добиться лишь ограниченных успехов.
С.Шушкевич и становление независимости Белоруссии
Провал августовского путча изменил соотношение политических сил и в Белоруссии. 25 августа 1991 г. Белоруссия официально объявила себя независимым государством. Деятельность коммунистической партии была официально приостановлена. В сентябре 1991 г. председателем Верховного Совета республики стал ученый-физик Станислав Шушкевич. Страна была переименована в республику Беларусь, а ее символика была заимствована у БНР и Великого княжества Литовского.
До того как он в 1990 г. был избран депутатом, Шушкевич занимал пост проректора по науке Белорусского государственного университета и не имел политического опыта. Принадлежа к умеренно-демократическому лагерю, он первоначально, как представитель оппозиции, стал первым заместителем председателя республиканского совета и сотрудничал с коммунистическим руководством. Однако, встав у руля республикой в новых условиях, Шушкевич готов был на поддержку решительных действий. Расчеты окружения Б.Ельцина, надеявшегося ликвидировать союзные органы власти при распространении своего влияния на ряд бывших союзных республик, привели к тому, что именно на территории Белоруссии, в Вискулях, были подписаны соглашения, положившие конец существованию СССР, а Минск был провозглашен номинальной столицей создаваемого СНГ.
После обретения независимости руководители Белорусского народного фронта попытались развить успех и добиться скорейшего роспуска Верховного Совета и принятия новой конституции. Однако этого им сделать не удалось: депутаты согласились лишь сократить срок своих полномочий с 5 до 4 лет. Новая конституция, предусматривавшая переход к президентской форме правления вступила в действие лишь весной 1994 г. На лето того же года были назначены первые президентские выборы.
Приход к власти А.Лукашенко
После распада Союза Белоруссия столкнулась с огромными экономическими трудностями и социальными проблемами, которые не смогло решить новое руководство республики. Уровень жизни резко снизился. Темпы инфляции были даже гораздо выше, чем в России в тот период. Шушкевич становился все более непопулярным и постепенно отходил на второй план. В январе 1994 г. он и вовсе оказался смещен со своего поста.
Ключевой фигурой в управлении страной к тому времени стал премьер-министр Вячеслав Кебич. Республиканское правительство он возглавлял с 1990 г. и имел репутацию «крепкого хозяйственника». В первые дни после провала августовского путча дни Кебич заявил, что он сам и его министры выходят из КПСС. Это позволило ему тогда сохранить свой пост. Кебич выступал за медленные и постепенные перемены в экономике страны, оказывал в этом отношении противодействие Шушкевичу и пользовался большей популярностью. Именно он стал кандидатом от правящего лагеря на президентских выборах.
Основным соперником Кебича оказался депутат парламента Александр Лукашенко. Выходец из небольшого поселка в восточной части Белоруссии, историк по первому высшему образованию, в молодости он перепробовал себя в разных качествах – служил в погранвойсках и армии, работал в советских и партийных органах, в обществе «Знание», заместителем директора комбината стройматериалов. В 1987-94 гг. – директор совхоза. В первый раз Лукашенко и Кебич оказались соперниками в 1989 г столкнувшись в одном округе на выборах народных депутатов СССР. Кебич тогда одержал победу во втором туре с преимуществом в 1% голосов. В 1990 г. Лукашенко был избран в состав Верховного Совета БССР. Он стал единственным белорусским депутатом, проголосовавшим против ратификации Беловежских соглашений. В дальнейшем он приобрел также известность как председатель временной комиссии Верховного Совета по борьбе с коррупцией.
Критикуя Кебича и других своих оппонентов за неспособность справиться с экономическими проблемами и за отказ от союза с Россией, привлекая избирателей популистской риторикой, Лукашенко сумел одержать убедительную победу в борьбе за пост президента республики. В первом туре президентских выборов, состоявшемся 23 июня 1994 г. Лукашенко набрал 44,8% голосов, во втором (куда вышел и Кебич), прошедшем 10 июля, – 80,1%.
Референдум 1995 и 1996 гг. и конституционная реформа
Авторитарный стиль руководства Лукашенко, провозглашение им курса на образование союза с Россией, переход к дотационной экономике вызвали недовольство различных политических сил сначала в Верховном Совете, а затем с трудом избранном (из-за низкой явки избирателей) новом парламенте страны. Основной линией политического размежевания в Белоруссии стали не идеологические и программные разногласия, а различия в отношении к действующему президенту. Так, например, пользовавшиеся в то время в республике значительным влиянием коммунисты раскололись на лояльную Лукашенко часть и его непримиримых противников.
Стремясь нанести поражение оппозиционному ему парламенту, Лукашенко прибег к классическому для президентов с авторитарным стилем руководства способу – обратился через головы депутатов непосредственно к избирателям, вынеся на голосование ряд искусственно связанных между собой вопросов. В частности, на референдумах, проведенных в 1995 и 1996 годах, перед гражданами республики были поставлены вопросы о продлении срока полномочий действующего президента до 2001 года, реформе парламента, о придании русскому языку статуса государственного наряду с белорусским, о возвращении к несколько видоизмененной советской символике и др. По всем вопросам предложения Лукашенко были поддержаны. В дальнейшем ряд представителей оппозиции подверглись репрессиям, гражданские свободы оказались ограничены.
Противостояние президента и оппозиции во второй половине 90-х- начале 2000 гг.
Потерпев поражение на референдумах и фактически утратив свое представительство в реформированном парламенте, оппозиция Лукашенко во второй половине 1990-х годов попыталась сделать ставку на непарламентские методы борьбы, организуя различные митинги, демонстрации и другие акции протеста. При этом Лукашенко на основе факта бесследного исчезновения ряда оппозиционных деятелей предъявлялись обвинения в организации политических убийств (представители правящего лагеря заявляли, что оппозиционеры специально прячутся для того, чтобы скомпрометировать президента). Не признавая решение референдума о продлении срока президентских полномочий, оппозиция в мае 1999 г. попыталась собственными силами организовать новые выборы главы государства, однако, это только привело к дополнительным расколам в ее лагере. Мощное давление на белорусского президента было также оказано со стороны стран Запада. Однако оно скорее сыграло на руку Лукашенко – заняв жесткую позицию, он укрепил ряды своих сторонников.
К 2000 году оппозиция в Белоруссии, не сумев переломить ситуацию в свою пользу, снизила активность и стремилась избежать решающей схватки. Не имея шансов на победу, оппозиционеры бойкотировали новые парламентские выборы, а на президентских решили не бросать в бой свои основные силы.
Подавляющее большинство из 110 депутатов Палаты представителей парламента республики, избранных в октябре 2000 года в ходе двухтурового голосования позиционировали себя как независимые. Остальные места заняли представители коммунистов, аграриев и некоторых других партий (включая «социалистическую спортивную»).
На состоявшихся 9 сентября 2001 г. президентских выборах Лукашенко набрал 75,6% голосов избирателей, опередив объединенного кандидата оппозиции (15,4%) В.Гончарика и «технологического» кандидата от либерально-демократической партии С.Гайдукевича (2,5%).
Современная политическая ситуация в Белоруссии
После событий 2000-2001 гг. белорусская оппозиция продолжала вести себя достаточно пассивно, организуя лишь единичные акции протеста. Ослабло также давление на Белоруссию западных стран. Сохранению позиций Лукашенко способствовал начавшийся в стране экономический подъем, одним из важнейших факторов которого стало сохранение для Белоруссии низких цен на получаемые из России нефть и газ при общем их резком росте на мировом рынке. В то же время политика Лукашенко по-прежнему сталкивалась с серьезными проблемами в экономической и внешнеполитической сферах. Уровень жизни в стране по европейским меркам оставался очень низким.
Обострение общественно-политической борьбы в Белоруссии началось с приближением новых выборов и под влиянием революционных событий в соседней Украине. Тем не менее, в итоге состоявших в октябре 2004 г. выборов в Палату представителей Лукашенко вновь удалось получить полностью лояльный и управляемый парламент, почти на 90% состоящий из «независимых депутатов» и свободный от оппозиционеров. На президентских выборах 2006 г. Лукашенко, по официальным данным, добился еще более впечатляющего успеха, чем на предыдущих – 82,6% голосов уже в первом туре. Основной кандидат от демократического лагеря Александр Милинкевич официально получил лишь 6% голосов. Масштабных выступлений протеста против итогов выборов оппозиции организовать не удалось, и в ее рядах вновь последовали расколы. Однако есть основания полагать, что критическое отношение к Лукашенко в белорусском обществе имеет тенденцию к росту. Косвенным подтверждением этого стал фактический запрет на проведение в стране независимых социологических опросов.
Оценка перспектив Союза России и Белоруссии
Начавшееся после прихода к власти Лукашенко сближение между Россией и Белоруссией и оформление в 1996 г. Сообщества, а в 1997 г. Союза между двумя государствами воодушевили сторонников восстановления российской державности. Однако, несмотря на декларируемые шаги, в реальности процесс сближения России и Белоруссии пробуксовывает в течение многих лет. Как правило, данная тема вновь поднимается белорусским президентом в условиях обострения политической борьбы, в частности приближения новых выборов. Примечательна также активность, которую Александр Лукашенко проявлял в конце 1990-х годов, в период решения вопроса о преемнике Б.Н.Ельцина, устанавливая напрямую связи с российскими регионами и их лидерами. Это дает дополнительные доводы тем, кто заявляет, что Лукашенко стремится только к такому союзному государству, в котором он сможет иметь все шансы занять высший пост. С другой стороны пространство для маневра у Кремля в отношении Белоруссии отсутствует – других актеров кроме Лукашенко и прозападно настроенной оппозиции на ее политической сцене этой страны не осталось.
Тема 6
Украина
Вопрос о древних истоках украинской государственности
Одним из наиболее дискуссионных и политизированных вопросов в современной украинской историографии является проблема исторического наследия и преемников Киевской Руси. Один из подходов, находивший поддержку и на официальном уровне, считает украинское государство, в отличие от российского, прямым наследником древней Руси, а само Киевское государство именует «средневековой украинской державой». Согласно другому подходу, получающему большее распространение в последние годы, Киевская Русь, как и большинство других подобных государственных образований раннего Средневековья не имеет прямых преемников в современном мире, и на ее историческое наследие в равной мере могут претендовать несколько стран и народов. В любом случае политико-государственная традиция современной Украины все же возводится к Киевской Руси.
Формирование и развитие Галицко-Волынского княжества («нового европейского государства») рассматривается уже как непосредственный источник государственности Украины, начало собственно украинской истории. С 1272 г. центром этого княжества стал г. Львов. В середине XIII века украинские земли, также, как и княжества северо-восточной Руси, подверглись нашествию монголо-татар. Затем были завоеваны Литвой, частично Польшей и в XVI в. объединены в составе Речи Посполитой.
Важным моментом в формировании политико-государственной традиции Украины, стало также существование, начиная с XVI века, казацкой вольницы в землях приграничных с Речью Посполитой, Османской империей, Крымским ханством и Московским государством. Центром этой вольницы была Запорожская Сечь. Казаки создали свою систему управления во главе с выборным гетманом – начальником войска.
Особенности исторического развития и формирования политических традиций Востока, Запада и Юга современной Украины
В середине XVII века Левобережная Украина (к востоку от Днепра) и Киев вошли в состав России, однако в течение нескольких десятилетий казаки и их гетманы колебались между верностью России, службой Польше и идеей независимости. В петровские времена после поражения и бегства перешедшего на сторону шведов гетмана Ивана Мазепы, начинается укрепление российской власти в Левобережной Украине. При Екатерине II автономия украинских земель в составе России была ликвидирована. После разделов Польши в конце XVIII века в состав Российской империи вошла и Правобережная Украина. Вместе с прежними владениями эти территории составили так называемую Малороссию и подверглись значительной русификации.
Однако часть западно-украинских земель по итогам разделов Речи Посполитой досталась Габсбургом и до советского времени так никогда и не находилась под властью Москвы или Петербурга. Отсюда различия между Востоком и Западом Украины, особенно Галицией с центром в Львове, где политическое, религиозное и культурное влияние европейских центров было наиболее значимым. Различия эти усугубились, когда в последней трети XIX – начале XX века на ряде территорий Восточной Украины, проходил промышленный бум, росли крупные города, формировались новые экономические районы (Донбасс) и все это сопровождалась значительными миграциями населения, в т.ч. из центральной России. Одновременно Галиция, в силу общих тенденций, характерных для Австро-Венгрии, с точки зрения развития национального самосознания и национальной идеологии опережала другие украинские земли.
Юг Украины – нынешняя территория Одесской, Николаевской, Херсонской областей, а также Крым – по сути представляет собой переселенческую территорию, имеющую много общего с равнинными и приморскими районами Северного Кавказа и вместе с ними составляет так называемую Новороссию. Эти провинции были завоеваны Царской империей тоже в конце XVIII столетия и имели в то время немногочисленное, преимущественно кочевое население. После включения в состав России, на эти земли хлынул поток переселенцев – русских, украинцев, евреев, греков, болгар и др. Некоторые отличия в этом отношении были свойственны лишь Крыму, с древнейших времен входившему в орбиту различных цивилизаций. Однако Екатерина II перед окончательным присоединением Крыма добилась вывода из него всего христианского населения, а значительная часть мусульман после ликвидации Крымского ханства бежала в Турцию. В результате полуостров обезлюдел, и его освоение в значительной степени началось заново. С рубежа XVIII-XIX веков в Новороссии стало развиваться земледелие, быстро росли новые портовые города (особенно Одесса), затем появились курорты, индустрия отдыха. Переселенческий характер территорий и другие особенности определили эволюцию местного менталитета – от мультикультурного космополитизма, сочетавшегося с преданностью обеспечившей завоевание державе к четкой региональной идентичности при отсутствии собственных государственных традиций.
Украина после распада Российской империи, установление советской власти
Накануне и в годы первой мировой войны происходит дальнейший рост националистических настроений, как в Галиции, так и на украинских землях, подвластных России. После февральской революции на Украине созывается парламент – Центральная Рада, провозглашающий автономию, так и не признанную Временным правительством. В ноябре 1917 года Центральная Рада провозглашает Украинскую народную республику, находящуюся в федеративных отношениях с Россией. В январе 1918 г. новым законом (Универсалом) провозглашается независимость. Тогда же Центральная Рада была изгнана из Киева Красной гвардией, но, заключив союз с германскими и австро-венгерскими войсками, сумела вернуться. В дальнейшем украинское правительство признало Брест-Литовский мирный договор. Однако, представители Германии и Австро-Венгрии, чьи войска оккупировали Украину, сделали ставку на бывшего царского генерала Павла Скоропадского, провозглашенного гетманом. Центральная Рада была разогнана, а вместо Украинской народной республики провозглашена Украинская держава. В конце 1918 г. после ухода оккупантов, УНР была восстановлена, а власть в ней перешла в руки Директории во главе с Симоном Петлюрой. Одновременно во Львове была провозглашена Западноукраинская народная республика. Весной 1919 г. в Харькове была провозглашена Украинская социалистическая советская республика (УССР). Примерно в то же время на Украину вступили войска Добровольческой армии генерала Деникина, выступавшего за восстановление «единой и неделимой» России. В дальнейшем контроль над той или иной частью украинских территорий неоднократно переходил от одних участников гражданской войны к другим. На ее заключительном этапе основное противоборство развернулось между Советской властью и Польшей. По Рижскому миру 1921 г. в составе польского государства были закреплены не только Галиция, но и часть Правобережной Украины.
Первые десятилетия советской власти на Украине
В декабре 1922 г. УССР стала одним из государств-учередителей Советского Союза. В 1934 г. столица республики была перенесена из Харькова в Киев, В годы первых пятилеток в Украине были построены и начали работать многие важнейшие экономические объекты, в числе которых Днепрогэс и Харьковский тракторный завод. Последствия коллективизации в Украине оказались особенно трагическими. Жертвами разразившегося в 1932-33 гг. голода (т.н. «Голодомора» в трактовке современной украинской историографии) стали миллионы жителей республики. В ноябре 2006 г. Верховная Рада Украины признала Голодомор «актом Геноцида украинского народа». Значительными были в Украине и масштабы репрессий конца 1930-х гг., жертвами которых в числе прочих стал ряд высших руководителей республики и многие представители национальной интеллигенции.
В 1920-е годы в республике проводилась политика «украинизации», способствовавшая развитию национального языка, литературы и искусства. Однако затем в политическом курсе обозначились русификаторские тенденции, началась борьба с «национальным уклоном». Объективно русификации способствовал быстрый рост городов, особенно крупных, где русский язык традиционно был основным средством общения.
Как и Белоруссия, Украина относится к числу территорий Европы наиболее пострадавших в годы второй мировой войны. В 1941-44 гг. на территории республики, особенно ее левобережной части, неоднократно проходили масштабные военные операции, сопровождавшиеся ожесточенными боями (под Харьковом, например это происходило несколько раз, и город неоднократно переходил из рук в руки). Достаточно мощную силу на Украине представляло партизанское движение. Оккупационный режим проводил жесткую политику, сопровождавшуюся целенаправленным истреблением части населения (еврейского и не только). Всего в годы войны в Украине погибло около 6 миллионов человек. Перед окончательным отступлением оккупанты разрушили многие экономические объекты. Уничтоженными оказались значительные материальные и культурные ценности.
Расширение границ УССР
Украинское государство в своих нынешних обширных границах было по кусочкам собрано Сталиным в составе своей империи. Произошло это в период и по итогам второй мировой войны. В сентябре 1939 года Красная Армия заняла западно-украинские земли, находившиеся в составе Польши, включая Галицию. Вхождение их в состав УССР было подтверждено в 1945 г. решениями Ялтинской конференции (Польше из этих территорий был возвращен только город Перемышль и прилегающий к нему район). Летом 1940 года у Румынии вместе с Бессарабией была оторвана Северная Буковина (нынешняя Черновицкая область Украины), ранее Российской империи также никогда не принадлежавшая и отошедшая Румынии после распада Австро-Венгрии. Интересно, что договоренности об аннексии Северной Буковины в секретном протоколе к пакту Молотова-Риббентропа не было. Тогда же за счет отобранных у Румынии территорий была расширена Одесская область. Наконец в 1945 году в состав Украины вошла Закарпатская область. После распада Австро-Венгрии она оказалась в составе Чехословакии и соответствующее соглашение было достигнуто с чехословацким правительством. Наряду с украинским на этой территории проживает также венгерское население.
Расширение территории УССР было завершено уже при Н.С.Хрущеве, когда в состав Украины из РСФСР был передан Крым. Сделано это было как подарок к юбилею «воссоединения Украины с Россией», который отмечался в 1954 году. Автономия Крыма была ликвидирована еще в годы войны, когда из него было выселено крымско-татарское население. В послевоенные годы в Крым хлынул поток новых переселенцев. В отличие от большинства других репрессированных народов крымским татарам так и не разрешили вернуться на родину, их автономия так и не была восстановлена.
Вооруженная борьба украинских националистов
Если на территории советской Украины проходили процессы русификации, то на подвластных Польше украинских землях – полонизации. Именно здесь, опираясь на сложившиеся ранее традиции и пользуясь большими, по сравнению с предоставляемыми советским режимом, политическими возможностями, стало расти радикальное украинское националистическое движение. Основным противником для созданной в 1929 г. Организации украинских националистов – ОУН (накануне второй мировой войны она раскололась фактически на две самостоятельные структуры под одним и тем же названием, возглавляемые А.Мельником и С.Бандерой) первоначально выступали польские власти. После нападения гитлеровской Германии на Польшу украинские националисты внесли свой вклад в крушение польского государства. Однако, включение западно-украинских земель в состав СССР, развернувшиеся там преобразования и репрессии переориентировали украинских националистов на борьбу в первую очередь против советской власти. Это еще больше укрепило сложившийся де-факто союз ОУНовцев с фашистской Германией. После начала гитлеровского вторжения в СССР Степан Бандера предпринимал попытку провозгласить на оккупированной немцами территории независимое украинское государство, однако это вызвало резко негативную реакцию Германии. В дальнейшем в ходе войны отряды созданной националистами Украинской повстанческой армии (УПА) вели военные действия как против советских и польских партизан, так и, время от времени, против немецких оккупантов.
После окончания войны отряды украинских националистов продолжили борьбу по обе стороны новой границы против советских и польских властей. Последние очаги вооруженного сопротивления отрядов ОУН-УПА в Западной Украине были ликвидированы в первой половине 1950-х гг.
Экономическое и политическое положение Украины в рамках советской империи в послевоенный период
В официальной иерархии союзных республик Украине официально отводилось второе, после РСФСР, место. По данным переписи 1989 года население Украины составляло 51,5 млн. чел. – почти пятую часть населения Советского Союза. На Украине был сосредоточен мощный экономический потенциал, при этом промышленность и сельское хозяйство были одинаково развиты в республике. Столица Украины, Киев, был третьим по величине и значению городом Союза. Украина, как и Белоруссия, имела отдельное членство в ООН. Украинцы считались не менее лояльным империи народом, чем русские. Им были открыты двери на все посты и должности. Среди офицеров советской армии доля украинцев значительно превышала их долю в населении Союза. Особый подход существовал, однако, к некоторым западным украинским областям (прежде всего Львову), в отношении которых проводилась политика, аналогичная Прибалтике.
В период пребывания у власти Л.И.Брежнева в составе высшей советской элиты оказалось особенно много выходцев из Украины, прежде всего из Днепропетровской области, где Брежнев начинал свою карьеру. «Днепропетровский клан» был одной из наиболее влиятельных сил в руководстве страны. В самой Украине выходцы из Днепропетровска занимали абсолютное большинство высших руководящих должностей.
Процессы Перестройки на Украине
Восприятие процессов Перестройки в разных частях Украины не было одинаковым. На Западной Украине события развивались во многом аналогично тому, что происходило в Прибалтике. В Киеве и некоторых других крупных городах ситуация напоминала Москву, Ленинград или Свердловск. В большинстве городов и районов центральной и восточной части республики отношение к Перестройке было таким же, как и в российской провинции. Ситуация в Донбассе во многом определялась выступлениями шахтеров, действиями созданных ими стачечных комитетов.
Осенью 1988 г. на заседании Киевской организации Союза писателей Украины была обнародована инициатива создания Народного Руха (движения) в поддержку Перестройки, по сути аналогичного народным фронтам, формировавшимся в республиках Прибалтики. Отделения Руха, призванные объединить демократически настроенных выходцев с Украины были созданы в Москве и других крупных городах. В 1989 году Рух насчитывал в своих рядах уже 280 тысяч членов.
На выборах 1990 г. Рух добился значительного успеха, прежде всего в западных областях, где его победа была полной. В то же время коммунистическое руководство республики сохранило контроль над Верховным Советом, председателем которого был избран первый секретарь ЦК КПУ Владимир Ивашко. Тем не менее, он вскоре покинул этот пост, приняв предложение стать заместителем Генерального секретаря ЦК КПСС. Воспользовавшись замешательством в рядах коммунистов, демократы и националисты сумели добиться принятия Декларации о государственном суверенитете Украины.
Л.Кравчук
После отставки Ивашко председателем Верховного Совета Украины стал второй секретарь ЦК КПУ Леонид Кравчук. Он родился в 1934 г. в селе на Ровенщине (Западная Украина). В 1958 г. закончил экономический факультет Киевского университета, после чего преподавал политэкономию в Черновицком финансовом техникуме. С 1960 г. находился на партийной работе, в том числе с 1970 – в аппарате ЦК Компартии Украины. Получил степень кандидата экономических наук. До середины 1980-х гг. партийная карьера Кравчука развивалась успешно, но достаточно медленно. Ее ускорение произошло во времена Перестройки, когда Кравчук возглавил сначала отдел агитации и пропаганды, а затем идеологический отдел ЦК КПУ. Широкую известность он получил в 1989 г. участвуя в теледебатах с организаторами Руха – Кравчук оказался одним из немногих партийных руководителей того времени, которые могли эффективно и на равных вести политическую дискуссию с оппонентами. После этого он и занял второй по важности пост в республиканской партийной организации. Возглавив Верховный Совет Украины, Кравчук превратился в самостоятельную политическую фигуру. Благодаря умелому лавированию между Москвой и оппозицией ему удавалось вовремя заполнять образовывавшийся вакуум власти. В КПСС Кравчук продолжал состоять до сентября 1991 г. Однако, после провала августовского путча председатель Верховного Совета Украины, и до того уже проявлявший самостоятельность по отношению к союзному руководству, вместе со своим окружением взял курс на полное обособление республики от власти Москвы.
Становление независимости Украины и строительство нового государства
Провозглашение независимости Украины состоялось 24 августа 1991 г. Коммунистическая партия была запрещена, а ее имущество конфисковано. Тем не менее, руководство республики понимало, что решение о выходе из Союза нуждается в дополнительной легитимации. Тем более, что всего за несколько месяцев до того на проводимом общесоюзном референдуме большинство принявших в нем участие жителей Украины высказалось за сохранение СССР (правда при этом были очень большие различия в результатах голосования по территориям, а также между крупными городами и селом). На 1 декабря 1991 г. был назначен новый уже республиканский референдум, на котором предлагалось ответить на вопрос: «подтверждаете ли Вы Акт провозглашения независимости Украины?». Результат голосования оказался обескураживающим для сторонников сохранения Союза: 90,92% украинцев на поставленный вопрос ответили положительно. Впоследствии многие аналитики отмечали, что очень большая часть жителей Украины голосовала на этом референдуме не столько против идеи Союза, сколько выражала свое недоверие Горбачеву. Кроме того, существует мнение, лояльность СССР на предыдущем референдуме выразила наиболее управляемая часть электората, а в новой ситуации нити управления оказались у Кравчука. Так или иначе, проведение референдума на Украине и его итоги нанесли последний удар по попыткам сохранить Советский Союз хотя бы в обновленном и урезанном виде. Через несколько недель последовало заключение Беловежских соглашений.
Одновременно с референдумом 1991 г. прошли всенародные выборы президента Украины. Было зарегистрировано семь претендентов, включая Л. Кравчука, одного из радикально настроенных руководителей Руха, главы Львовского областного совета В. Черновила, министра сельского хозяйства О. Ткаченко и др. Леонид Кравчук одержал победу уже в первом туре, получив 61,9% голосов.
Еще до конца 1991 г. было принято новое название страны – Республика Украина, новая национальная государственная символика, Закон о государственной границе, началось формирование собственной армии и т.д. В том же году началась работа над концепцией новой Конституции Украины. Однако эта работа затянулась на 5 лет. Вплоть до 1996 г. продолжали вноситься поправки в прежнюю Конституцию советских времен. Таких поправок было внесено около двухсот.
Важное значение при строительстве независимой Украины приобрел церковный вопрос. Еще в 1990 г. была легализована Украинская греко-католическая церковь, пользующаяся большим влиянием в Галиции и поддерживавшая в свое время украинских националистов. Весной 1992 г. Киевский митрополит Русской православной церкви Филарет заявил о фактическом отделении от Московского патриархата (впоследствии в Москве был лишен сана, а позже предан анафеме). Идею формирования на Украине собственной автокефальной православной церкви поддержал Л.Кравчук. Была создана новая Украинская православная церковь Киевского патриархата, под контроль которой перешла, правда, меньшая часть украинских приходов, РПЦ. После этого межцерковные отношения в Украине стали источником и проявлением многочисленных политических конфликтов.
Территориальные различия в расстановке политических сил, проблема автономии Крыма
Различие в политических предпочтениях между Востоком и Западом Украины, как уже отмечалось, четко проявились в ходе большинства выборов и референдумов на рубеже 1980-1990-х гг. (включая и президентские выборы 1 декабря 1991 г.). В дальнейшем в Западных областях наибольшей поддержкой пользовались сторонники курса на укрепление независимости, на Востоке – сближения с Россией. На Западе стремились как можно скорее отказаться от всякого советского наследия, на Востоке – напротив быстро проявилась ностальгия по прежней системе. Это позволяло некоторым экспертам делать прогнозы, что в начале XXI века Украина перестанет существовать как единое государство.
В середине 1990-х гг. обозначилась еще одна тенденция – подобно России, постепенно шло усиление региональных группировок в политике. Причем в силу отсутствия на Украине «партии власти» этот процесс находил яркое проявление и в партийном строительстве.
Особой была ситуация в Крыму, куда стали возвращаться крымские татары, требовавшие восстановления своей автономии и искавшие поддержки у киевских властей. Одновременно активизировались организации, добивавшиеся передачи полуострова России. В результате Крыму была предоставлена автономия, но права крымско-татарского населения при этом оговорены не были.
Парламентские и президентские выборы 1994 г
В 1994 году в условиях нарастания экономического и социального кризиса на Украине прошли досрочные выборы парламента (Верховной Рады) и президента. На парламентских выборах, проводившихся по двухтуровой мажоритарной системе, победу одержали левые силы. Восстановленные в правах коммунисты, собрав 12,7% голосов избирателей, получили 86 депутатских мест и заняли первое место среди партий, в то время как преобразованный в партию Народный Рух Украины смог провести в состав нового парламента всего 20 депутатов. Спикером парламента был избран лидер Социалистической партии Александр Мороз. Большинство депутатов нового созыва позиционировали себя как независимые.
На президентских выборах в первом туре баллотировалось семь кандидатов, ни один из которых не сумел набрать больше половины голосов избирателей. При этом Рух и другие политические силы национально-консервативного направления не решились выставить своих кандидатов и поддержали действующего президента. Основным соперником Кравчука стал Леонид Кучма, бывший директор завода «Южмаш» в Днепропетровске (одного из важнейших предприятий советского ВПК), после получения независимости занимавший пост главы правительства, но ушедший в отставку из-за разногласий с Кравчуком. Кучма пользовался поддержкой противников Кравчука из числа представителей левых сил. Во втором туре Л.Кучма получил 52% голосов, а Л.Кравчук – 45%.
Эволюция внутренней и внешней политики Л.Кучмы, противостояние парламента и президента
Оказавшись на посту президента, Кучма не оправдал надежд, которые возлагали на него левые силы и сторонники сближения с Россией. Внешняя политика нового президента представляла собой процесс лавирования между Москвой и Западом. В области внутренней политики проводились действия по стабилизации национальной валюты и более решительному, чем при Кравчуке, развитию рыночных отношений. В сфере идеологии продолжала утверждаться концепция строительства и развития Украины как независимого европейски ориентированного государства.
Несмотря на то, что Кучмой были достигнуты определенные успехи в деле стабилизации экономики страны, его курс стал подвергаться все более жесткой критике в парламенте со стороны различных политических сил. Правительства и премьер-министры на Украине при Кучме часто менялись. Многие бывшие руководители правительства переходили в оппозицию к президенту, как до этого проделал сам Кучма по отношению к Кравчуку. В лагерь оппозиции перешел, в частности, представитель «днепропетровского клана» Павел Лазаренко, занимавший пост премьер-министра в 1996-97 гг. Возглавляемая им партия «Громада» превратилась в одну из наиболее влиятельных на Украине политических сил. Покровительству Лазаренко обязана своим выдвижением Юлия Тимошенко, которая в середине 1990-х возглавляла могущественную корпорацию «Единые энергетические системы Украины», базировавшуюся в Днепропетровске и занимавшуюся поставками на Украину российского газа. Вскоре после отставки Павел Лазаренко оказался в центре целого ряда скандалов, связанных с разоблачением его прошлой деятельности. В феврале 1999 г. он был арестован в США по обвинению в вымогательстве и отмывании денег и после очень долгих следственных и судебных перипетий приговорен к девяти годам тюремного заключения и огромному штрафу. Партия «Громада» после ареста Лазаренко распалась. Часть ее представителей в Верховной Раде создала новую партию под названием «Батьковщина», единоличным лидером которой вскоре стала Юлия Тимошенко.
Президентские выборы 1999 г. и развитие политической борьбы в последующий период
Сценарий проведения новых президентских выборов на Украине был списан политтехнологами Кучмы с российских выборов 1996 г. Задача заключалось в том, чтобы из возможных сильных соперников Кучмы во второй тур вместе с ним вышел первый секретарь ЦК компартии Украины Петр Симоненко. Этого удалось добиться, оттеснив на второй план лидера социалистической партии, бывшего председателя Верховной Рады А.Мороза. Как и лидер российских коммунистов, Симоненко имел весьма значительную электоральную поддержку (на парламентских выборах 1998 г., проводившихся уже по смешанной системе КПУ получила почти 25% голосов), однако, число тех, кто ни при каких условиях не хотел голосовать за коммунистов было значительно больше. Поэтому возможности для расширения электората Симоненко по итогам первого тура и консолидации под его знаменем всех противников действующего президента были весьма ограничены (коалиционный потенциал Мороза рассматривался экспертами как значительно больший). Определенную роль в развитии избирательной кампании сыграло также покушение, организованное на лидера партии прогрессивных социалистов популистского политика Наталью Витренко, которое приписали ее коллегам по левому лагерю. В первом туре, состоявшемся 31 октября, Кучма получил 36,5% голосов избирателей, во втором, 14 ноября, – 56,3%. В то время как поддержка Симоненко возросла лишь с 22,2 до 37,8%.
Политическая борьба в Украине в период второго срока президентства Л.Кучмы
Одержав победу на выборах, Кучма попытался расширить политическую базу своей поддержки. Новое правительство страны он предложил возглавить председателю Национального банка Украины Виктору Ющенко. За топливно-энергетический комплекс в этом правительстве в ранге вице-премьера отвечала Юлия Тимошенко, прозванная в то время «газовой принцессой». Однако вскоре отношения президента с Ющенко и Тимошенко испортились. Уже в августе 2000 г. по обвинению в хищениях был арестован муж Тимошенко. В начале 2001 г. была отправлена в отставку и сразу же заключена под стражу она сама (провела в следственном изоляторе шесть недель, в тюрьме почти ничего не ела, поскольку, по ее словам боялась отравления). В апреле того же года был отправлен в отставку и Ющенко, к тому времени, несмотря на жесткость проводимого им экономического курса, ставший самым популярным политиком Украины.
Ситуация с выборами 1999 г. создала условия для роста негативного отношения к действующему президенту, ограничивала кредит доверия к нему и фактически лишала активной поддержки среди широких слоев населения. Противоречивость и непоследовательность действий Кучмы и его окружения в начале второго срока правления усугубляли эту ситуацию. Громкие коррупционные скандалы с одной стороны испортили репутацию самому Кучме, с другой – породили обвинение, что он использует их для того, чтобы устранить политических противников и оппонентов. Усилилась критика президента в Верховной Раде. Толчком к серии антипрезидентских выступлений, выплеснувшихся из стен парламента, стало дело оппозиционного журналиста Гонгадзе, убийство которого, судя по обнародованным записям прослушивания, якобы было санкционировано Кучмой. Отставка и арест Тимошенко и последующая отставка Ющенко привели к еще большему росту оппозиционных настроений.
В декабре 2000 - марте 2001 гг. в стране прошла массовая кампания протеста «Украина без Кучмы». Была создана также политическая коалиция под тем же названием. Ее участниками стали очень разные оппозиционные силы – от социалистов, возглавляемых А.Морозом, до националистов и некоторых региональных лидеров. В центре Киева впервые со времен Перестройки появились палаточные городки протестующих. Кульминацией кампании стали события 9 марта 2001 г. в Киеве, вылившиеся в массовые столкновения с милицией. Ряд участников этих столкновений, из числа протестующих, впоследствии были осуждены на несколько лет лишения свободы. После этого кампания протеста была свернута и борьба оппозиции и пропрезидентского лагеря вошла в русло подготовки к очередным парламентским выборам.
Летом 2001 г. Ющенко объявил о формировании широкого избирательного блока под названием «Наша Украина». На основе «Батьковщины» был сформирован «Блок Юлии Тимошенко» (БЮТ). На состоявшихся в марте 2002 г. выборах «Наша Украина» заняла первое место среди партийных списков, получив 23,57% голосов, Второе место заняла КПУ, на этот раз уже с более низким, чем ранее результатом – 19,98%. Пропрезидентский блок «За Единую Украину!» (За ЕдУ!») оказался только на третьем месте, собрав всего 11,77% голосов, тем не менее, он лидировал по числу проведенных кандидатов в одномандатных округах. БЮТ получил 7,26%, СПУ. А.Мороза – 6,87%. В парламент также прошли СДПУ(о) Л.Кравчука и Блок Наталии Витренко. Новый состав Верховной Рады получился очень мозаичным, но противники Кучмы обладали в нем большинством. Оппозиция стала активнее выдвигать появившийся еще ранее лозунг перехода от президентской республики к парламентской.
В то же время события 1999-2002 гг. рождали у некоторых украинских политологов прогнозы, что следующие президентские выборы все же выиграет «технологический» кандидат, подготовленный Кучмой, и они, таким образом, вновь будут напоминать российские выборы, но уже образца 2000 года.
Подготовка и проведение президентских выборов 2004 г
Сталкиваясь со все более мощным давлением оппозиции и стремясь все же в той или иной форме сохранить власть и влияние и после 2004 г., Кучма решил опереться на поддержку Донбасса, где больше всего были заметны позитивные результаты начавшегося в стране экономического подъема. В ноябре 2002 г. премьер-министром страны был назначен глава администрации Донецкой области Виктор Янукович, являвшийся доверенным лицом самого богатого человека Украины предпринимателя Рината Ахметова. Летом 2004 г. Ахметов и зять Кучмы Виктор Пинчук в результате приватизации совместно получили контрольный пакет акций одного из крупнейших предприятий Украины – металлургического комбината Криворожсталь, что вызвало активные протесты в Верховной Раде. К тому времени Янукович фактически уже стал кандидатом в президенты от правящего лагеря.
Опора на Донбасс, где были чрезвычайно сильны пророссийские настроения, была невозможна без нового сближения с Москвой. Еще осенью 2003 г. в отношениях между Украиной и Россией произошел серьезный конфликт из-за контроля над островом Тузла (расположен в Черном море между Крымом и Таманью). Но уже вскоре после того началось активное сотрудничество между Москвой и Киевом в деле продвижения в президентское кресло преемника Кучмы.
Основным соперником Януковича стал В.Ющенко получивший поддержку со стороны Ю.Тимошенко и ряда других деятелей оппозиции. А.Мороз решил баллотироваться самостоятельно (в выборах приняло участие рекордное число кандидатов – 26). Против Ю.Тимошенко в 2004 г. вновь было возбуждено уголовное дело, однако, на этот раз уже Генеральной прокуратурой России, объявившей ее в международный розыск по делу о взятках высокопоставленным сотрудникам Минобороны РФ.
В ходе официально стартовавшей осенью 2004 г. кампании выяснилось, что Янукович является весьма уязвимым кандидатом. Оппоненты припомнили ему «грехи молодости» – судимости за уголовные преступления. Премьер в какой-то степени сам помогал своим оппонентам, стремившимся сформировать у избирателей его образ как полуграмотного бывшего уголовника. На одном из митингов он назвал своих политических противников «козлами», а в заполненной официальной анкете кандидата допустил 10 ошибок, включая две буквы «ф» в слове «профессор» (имеет степень доктора экономических наук и звание профессора). Кроме того, Янукович в прямом смысле слова оказался не способен держать удар: когда он приехал на встречу в Ивано-Франковский университет, один из протестующих студентов бросил в него яйцо, после чего кандидат в президенты упал в обморок и был тут же унесен охраной. Спорным был эффект от агитационных поездок в Украину в поддержку Януковича звезд российского шоу-бизнеса, представителей Русской православной церкви, мэра Москвы Ю.Лужкова. На этом фоне Ющенко, у которого, как у кандидата в президенты, тоже было немало уязвимых мест (прежде всего репутация ставленника Запада и вторая жена – американка украинского происхождения, работавшая одно время непосредственно в Госдепартаменте США) выглядел более предпочтительно. Внезапная болезнь оппозиционного кандидата, вызванная, как позже выяснилось, неизвестным ядом и изуродовавшая его лицо, также скорее добавила ему поддержки, чем уменьшила ее.
Значение предстоящих выборов все повышалось. Для противоборствующих сторон они превращались в решающее сражение, исход которого должен был радикальным образом повлиять на их судьбу. Соответственно, они стремились максимально использовать все доступные им средства. В частности, в помощь Януковичу был полностью мобилизован административный ресурс. Усилилось давление со стороны России – незадолго до первого тура голосования Киев с визитом посетил В.Путин. В ходе публичных официальных мероприятий российский президент всячески демонстрировал свое расположение к украинскому премьеру.
Подведение итогов первого тура выборов, прошедшего 31 октября 2004 г., Центризбиркомом Украины беспрецедентно затянулось. Стороны обвиняли друг друга в приписках и фальсификациях, которые действительно имели место в разных частях Украины в пользу одного или другого из двух основных кандидатов, но было очевидно, что правящий в стране лагерь располагал более значительными возможностями для таких действий. Наконец были обнародованы официальные результаты, согласно которым Янукович и Ющенко получили примерно по 39% голосов, но кандидат от оппозиции на несколько десятых все же обошел действующего премьера и занял первое место. Данное обстоятельство имело важное психологическое значение перед вторым туром голосования, повысив уровень ожиданий сторонников оппозиции и придав им дополнительную уверенность в своих силах.
В новой ситуации уже ни один из противостоящих лагерей не готов был смириться с неблагоприятным для себя исходом второго тура. Началась подготовка массовых акций, в которой гораздо более преуспел оппозиционный лагерь, Одна из основных причин этого заключалась в растущем в западных и центральных областях Украины раздражении против политического манипулирования, проводившегося Кучмой при поддержке Москвы. Тем не менее, лагерь Януковича сосредоточил основные усилия на том, чтобы любым путем обеспечить благоприятное для себя подведение итогов выборов, полагая, что победителей не судят. Руководство России тоже жестко придерживалось прежнего курса: Путин снова посетил Киев с визитом и подчеркнуто встретился лишь с Кучмой и Януковичем.
Второй тур голосования состоялся 21 ноября. Масштабы нарушений и фальсификаций оказались на этот раз еще большими, особенно со стороны сил, поддерживавших Януковича. В Донецкой области, например, явка, по официальным данным увеличилась на 40% по сравнению с первым туром и достигла 96,65%. В некоторых районах Донбасса количество проголосовавших избирателей значительно превышало число зарегистрированных. Еще до официального подведения итогов выборов Путин дважды поздравил Януковича с победой. Вскоре ЦИК Украины объявил, что Янукович получил 49,42%, а Ющенко – 46,69%. Наблюдатели от ОБСЕ и США заявили, однако, что проведенные выборы не соответствовали международным стандартам.
Оранжевая революция
Сразу же после проведения второго тура начались массовые акции протеста сторонников Ющенко. Их эпицентром на несколько недель стала центральная площадь Киева – майдан Незалежности. Протестующие блокировали или занимали различные правительственные учреждения. Силы правопорядка не вмешивались в происходящие. Ю.Тимошенко, А.Мороз и другие лидеры оппозиции возглавили выступления протеста. Ющенко подал жалобу в Верховный Суд Украины, требуя из-за установленных нарушений аннулировать результаты второго тура. Его поддержали многие депутаты Верховной рады.
Сторонники Януковича предприняли попытку организовать в Киеве альтернативные выступления в поддержку своего лидера. В столицу стали перебрасывать жителей Донбасса. Есть основания считать, что в организацию этих выступлений были инвестированы разнообразные средства, сопоставимые по масштабу с затратами спонсоров «оранжевых». Однако участники этих акций не проявили того же энтузиазма и готовности идти на лишения и риски, что сторонники Ющенко. В окружении Кучмы и Януковича отсутствовало единство, ощущался недостаток политической воли. Сам Кучма, в конце концов, занял выжидательную позицию.
3 декабря 2004 г. под давлением массовых акций протеста Верховный Суд Украины признал итоги второго тура президентских выборов несоответствующими реальному волеизъявлению избирателей. Было принято беспрецедентное решение о переголосовании, назначенном на 26 ноября. По его итогам Ющенко получил 51,99%, Янукович – 44,2%, против обоих кандидатов проголосовало 2,34% избирателей.
Результаты нового голосования приветствовали на Майдане и в Верховной Раде. Свой первый официальный зарубежный визит в качестве президента Виктор Ющенко совершил в Москву. Одновременно, однако, подписав указ о назначении новым главой правительства Юлии Тимошенко, официально на тот момент все еще числившейся в розыске российской генпрокуратурой.
Участники событий и их наблюдатели сходились во мнениях, что в стране происходит революция. Она получила название «оранжевой» (по цвету используемому в качестве символа участниками акций протеста) и рассматривается обычно среди т.н. «цветных» революции. Однако по своему значению, влиянию, оказанному на другие страны (причем не только постсоветского пространства), события на Украине далеко превосходят любые из этого ряда. В характере данной революции отразились как протест против практики политического манипулирования и произвола правящей верхушки, так и стремление к обретению подлинной национальной самостоятельности. На это накладывался конфликт между пророссийским и проевропейским направлением будущего развития страны.
Современная политическая ситуация в Украине
Вступление Ющенко в права президента Украины часто считают итогом Оранжевой революции. Однако любую масштабную революцию следует рассматривать не как единичный политический кризис, завершающийся сменой власти, а как длительный процесс, состоящий из нескольких последовательно сменяющих друг друга этапов политической борьбы, развивающейся по особым «революционным» законам. Ход событий Украине после 2004 г. дает основания для такого подхода.
Одним из проявлений действия законов развития революции стало быстрое размежевание сил внутри победившего лагеря. Юлия Тимошенко, вступив на пост главы правительства, попыталась оттеснить Ющенко на второй план и максимально укрепить свои позиции, проведя несколько ярких популистских акций, соответствующих ожиданиям части общества, поддержавшей Оранжевую революцию. Крупнейшей из них стало аннулирование результатов приватизации «Криворожстали» и проведение нового аукциона, проведение которого было максимально прозрачным (заключительная часть транслировалась в прямом эфире национального телевидения). В результате за предприятие была выручена сумма во много раз превышавшая уплаченную Ахметовым и Пинчуком и ставшую заметным вливанием в бюджет государства. Часть этой суммы по заявлению Тимошенко должна была пойти на возвращение жителям Украины сбережений, утраченных в ходе последовавшей за распадом СССР инфляцией.
Рост популярности Тимошенко вызвал негативную реакцию в окружении президента и уже в сентябре 2005 г. Ющенко отправил ее правительство в отставку. Фактически это означало появление в стране, наряду с «контрреволюционной» оппозицией, оппозиции, выступающей за углубление революции.
Новая расстановка политических сил определилась по итогам выборов в Верховную Раду, прошедших 26 марта 2006 г. Значимость данных выборов обусловливалась не только обострением политической борьбы, но и проводимой конституционной реформой: права парламента были расширены, при одновременном повышении требований к депутатам. Новый состав Верховной Рады избирался исключительно по партийным спискам с трехпроцентным проходным барьером. В выборах приняли участие 45 партий и блоков, барьер преодолели 5 из них: Партия регионов во главе с В.Януковичем – 32,14%, БЮТ – 22,29%, Наша Украина – 13,95%, СПУ – 5,69%, КПУ – 3,66.
Однозначного победителя по итогам этих выборов не было. Партия Януковича заняла первое место и показала достаточно высокий результат, но со своим единственным союзником – КПУ – не обладала большинством. Три партии, поддерживавшие Оранжевую революцию, таким большинством обладали, но с учетом их нового соотношения между собой, не могли договориться о формировании коалиции. Новый политический кризис затянулся на несколько месяцев.
Ключевой оказалась позиция одной из маленьких фракций в новом составе Рады – фракции Социалистической партии во главе с А.Морозом, которая, в конце концов, переметнулась на сторону Партии регионов и КПУ и сформировала с ними т.н. «Антикризисную коалицию». Ющенко, которому предлагали распустить Раду, тем не менее, пошел на формирование правительства во главе с В.Януковичем (утвержден в этой должности 4 августа 2006 г.
Однако последующий период ознаменовался очередным противостоянием между Администрацией президента Украины и правительством страны. В жесткой оппозиции правительству находился БЮТ. В апреле 2007 г. последовал новый политический кризис и указ Ющенко о роспуске Верховной Рады и назначении новых выборов. Правящая коалиция попыталась организовать компанию сопротивления. БЮТ и «Наша Украина» стали вновь призывать сторонников под оранжевые знамена. Растянувшийся на несколько недель и сопровождавшийся многочисленными манифестациями кризис закончился фактическим поражением Януковича, согласившегося на проведение выборов при условии их переноса на осень того же года.
Проблема раскола Украины
В ходе украинских политических баталий многие их участники и многочисленные комментаторы указывали на растущую вероятность раскола Украины на западную часть, которая изберет европейскую ориентацию и восточную, которая в той или иной форме соединится с Россией. Однако есть определенные основания считать, что в реальности такой вариант развития событий становится менее вероятным, чем раньше. Во-первых, граница раскола оказывается подвижной. По итогам выборов 2004-2006 гг. скорее следует говорить о расколе Украины на Северо-Восток и Юго-Запад, т.к. «оранжевых» в т.ч. поддерживает и ряд областей традиционно относимых к Левобережной Украине, в частности Сумская (родина Ющенко) и Черкасская. С другой стороны противоположный лагерь активно поддерживает почти вся украинская часть Новороссии, включая не только Крым, но, например, и Одесскую область. Во-вторых, если говорить об абсолютной полярности результатов голосования, то она характерно только для двух частей страны – Галиции на Западе и Донбасса на Востоке. Обилие действующих партий усложняет карту политических предпочтений населения. В-третьих, Оранжевая революция уже создала для населения Украины новое общее прошлое (вне зависимости от того, как они к нему относятся и какой стороне симпатизируют), крайне необходимое для формирования полноценного государства-нации. В то же время, дальнейшее развитие революционных процессов создает дополнительное затруднение для политических прогнозов.
Тема 7
Молдавия
Образование МССР и проблема этнической самобытности молдаван
Молдавский язык принадлежит к романской группе Индоевропейской языковой семьи. В этом отношении молдаване родственны многим народам Европы – французам, итальянцам, испанцам и др., но оказывались в изоляции среди народов СССР. Спорным является вопрос о том, следует ли признавать молдаван отдельным народом или они являются особой этнической группой румын. В XIII-XIV веках в Юго-Восточной Европе сложились два независимых романских княжества – Молдова и Валахия. В начале XVI века они оказались в вассальной зависимости от Турции. В начале XIX века Российской империей была отвоевана у Турции часть Молдавского княжества – Бессарабия, территория между реками Днестр и Прут (левый берег Днестра вошел в состав России еще раньше). Крупнейшим городом и административным центром этой территории в дальнейшем стал Кишинев.
Постепенно российское влияние в княжествах сменяло турецкое. Однако по итогам Крымской войны в этом регионе активизировались и западноевропейские державы. На покровительство княжествам стала претендовать Франция. В 1861 г. княжества были объединены в одно государство – Румынию.
В конце 1917 года на территории Бессарабии была провозглашена сначала автономия Молдавии, а затем независимость Молдавской демократической республики. Вскоре, однако, Бессарабия была присоединена к Румынии (основные жизненные центры которой, включая столицу до ноября 1918 г. были оккупированы австро-венгерскими войсками). Румыны считали эту территорию своей, а ее население – частью румынского народа, искусственно расколотого в период освобождения от турецкого ига.
В составе советской Украины в 1924 г. была образована Молдавская АССР, в состав которой вошли правый берег Днестра (Приднестровье) и ряд прилегающих районов со смешанным молдавско-украинско-русским населением. Центром республики первоначально стал город Балта (ныне в Одесской области Украины), а с 1929 г. расположенный на Днестре Тирасполь.
Летом 1940 года Сталин добился от Румынии передачи СССР ряда территорий и прежде всего Бессарабии (что было оговорено одним из пунктов секретного протокола к Пакту Риббентропа-Молотова). Тогда же была образована Молдавская ССР, в состав которой помимо Бессарабии вошло также большинство районов, но не все, находившейся в составе Украины автономии (сама автономия при этом была ликвидирована). Столицей новой союзной республики был назначен Кишинев.
В 1940 году в пользу различных соседей от Румынии были отторгнуты и другие территории, вошедшие в ее состав после первой мировой войны. Сделано это было при поддержке и при участии фашистской Германии. Тем не менее, в 1941 году Румыния приняла активное участие в войне на стороне Германии, обещавшей ей «компенсацию». Румынская администрация была не только восстановлена в Бесарабии, но и установлена на некоторых прилегающих оккупированных территориях, включая Одессу. Армия Румынии участвовала во многих сражениях на Восточном фронте, в т.ч. в Сталинградской битве. Потерпев военный разгром и сменив политический режим, Румыния в 1944 году переметнулась на сторону антигитлеровской коалиции. После войны ей были возвращены некоторые территории, отторгнутые в 1940 году, но о возвращении территорий, отошедших Советскому Союзу, конечно, не могло быть и речи. Образование МССР получило международное признание.
Молдавия в составе советской империи
Молдавия была единственной небольшой республикой Советского Союза, которая не имела черт сходства и не образовывала группы с какими-нибудь другими республиками. Она оставалась преимущественно аграрной, но при этом густозаселенной территорией. Основой сельского хозяйства было садоводство и виноделие. Крупным промышленным центром, помимо Кишинева был только Тирасполь. Уровень жизни по сравнению с большинством регионов Европейской части СССР в Молдавии был ниже.
Проводимая советскими властями политика в сфере идеологии и культуры была направлена в т.ч. и на подчеркивание самобытности молдаван, тем самым исподволь акцентируя их различие с румынами. Письменность молдавского языка была переведена с латиницы на кириллицу.
Обострение национальных отношений в Молдавии в условиях распада Союза ССР
В конце 1980-х годов в Молдавии тоже начался рост национального движения. Был создан Молдавский народный фронт, который на выборах в феврале-марте 1990 года получил одну треть мест в Верховном Совете МССР. Под влияние националистов, проявлявших большую активность, в первую очередь в Кишиневе, в значительной степени попало руководство республики, включая секретаря ЦК КПМ Мирча Снегура, позже занявшего пост президента Молдавии. Одновременно, стремясь создать альтернативу советской системе власти, националисты пошли на созыв так называемых Великих национальных собраний.
Поднимающееся молдавское национальное движение фактически сразу выдвинуло лозунг воссоединения с Румынией. Активно насаждалась румынская культура, проповедывались идеологические и исторические мифы, имевшие хождение в Румынии в межвоенный период и в годы второй мировой войны. Однако все это не вызывало энтузиазма даже у большой части молдавского населения. В поздний советский период Румыния среди членов СЭВ была страной с самым жестким политическим режимом и самым низким уровнем жизни (отличаясь в худшую сторону по этим показателям и от Молдовы). В конце 1980-х гг. свержение коммунистического режима прошло здесь вооруженным путем и стало началом длительного этапа политической нестабильности и балансирования на грани гражданской войны.
Тем более негативной была реакция на деятельность националистов немолдавского населения республики. В сентябре 1990 года чрезвычайный съезд депутатов всех уровней Левобережья Молдовы провозгласил создание Приднестровской Молдавской советской социалистической республики в составе СССР (с центром в Тирасполе). Это решение сразу же было отменено Верховным Советом Молдовы. Положение стало обостряться. Националистически настроенные силы в Кишиневе готовы были вооруженным путем установить свой контроль над левобережьем Днестра. На левобережье начали формировать собственные вооруженные отряды. 2 ноября на сессии горсовета в Бендерах было объявлено чрезвычайное положение. В то же время жители города Дубоссары перекрыли мосты через Днестр.
Усиление позиций молдавских националистов вызвало обеспокоенность еще одного национального меньшинства – 150 тысяч гагаузов, народа говорящего на языке тюркской группы, но исповедующего христианство, Компактно расселенные в некоторых южных районах Молдавии, гагаузы не имели собственной территориальной автономии, но могли в советские времена развивать свой язык и культуру. Создание национального государства и присоединение Молдавии к Румынии грозили эти возможности уничтожить. Еще в августе 1990 года состоявшийся в Кишиневе съезд депутатов гагаузских районов провозгласил создание Гагаузской республики в составе СССР и выход ее из подчинения молдавским властям. Возникший конфликт с молдавскими националистами быстро нарастал и тоже заставил гагаузов формировать свои силы самообороны.
Провозглашение независимости Молдавии
Августовский путч и его провал окончательно развязали руки противникам Союза в Кишиневе. 27 августа 1991 года Третье Великое национальное собрание граждан Молдовы (так к тому времени стала официально называться республика) провозгласило независимость страны. При этом ряд политических сил в Молдове не скрывали надежд на скорейшее присоединение ее к Румынии. Это привело к усилению наметившихся расколов и конфликтов в обществе. Резко обострилось, в частности противостояние Кишинева и Тирасполя. Внутри правящего лагеря во вновь созданном государстве тоже не было единства по вопросам дальнейшего развития страны. Ситуацию осложняли лавинообразно нарастающие социально-экономические проблемы, вызванные распадом единой экономической системы СССР. Последствия этого распада для аграрно-индустриальной Молдовы носили преимущественно негативный характер. К тому же республика не входила в число приоритетно значимых для стран Запада регионов и не могла рассчитывать на получение первоочередной помощи с их стороны.
Приднестровский конфликт
В марте 1992 г. молдавские власти попытались восстановить свой контроль над левобережьем Днестра, опираясь на подчинявшиеся им подразделения полиции и формируемые армейские части. В Приднестровье активно создавалась Национальная гвардия. Для защиты самопровозглашенной республики прибывали многочисленные добровольцы из России и Украины, особенно казаки. Начиная с сентября 1991 года, вооруженные формирования Тирасполя стали вытеснять из городов и сел Приднестровья структуры республиканской полиции, захватывать административные здания. 28 марта 1992 года власти Молдовы объявили чрезвычайное положение, и конфликт перешел в открытое вооруженное противостояние.
Наступление сил безопасности Молдовы на левый берег Днестра было остановлено вооруженными формированиями Тирасполя, активно использовавшими вооружения, захваченные и получаемые у российской 14 армии, основная часть которой была расквартирована в Приднестровье. Кульминацией конфликта стало сражение за контроль над городом Бендеры 19-21 июня 1991 года, в ходе которого погибли десятки мирных жителей.
21 июля 1992 года М.Снегур и Б.Ельцин подписали в Москве соглашение о принципах урегулирования конфликта в Приднестровском регионе. Роль миротворческих сил было поручено выполнять 14 армии, новым командующим которой был назначен А.Лебедь. Лебедю удалось сдержать амбиции не только молдавских руководителей, но и лидеров Приднестровья, во главе с президентом непризнанной республики И.Смирновым (бывший директор одного из Тираспольских заводов). Конфликт был заморожен, однако принципиального разрешения так и не получил.
П. Лучинский и его политика
Экономический кризис, последствия Приднестровского конфликта, все уменьшающаяся привлекательность идеи объединения с Румынией ослабили позиции Снегура и его сторонников. В контрнаступление перешли левые силы. В 1993 году председателем парламента Молдовы был избран бывший секретарь ЦК КПСС, предшественник Снегура на посту руководителя молдавских коммунистов Петр (Петру) Лучинский. В новых условиях Лучинского поддерживала аграрная партия.
Лучинскому удалось стабилизировать ситуацию. В 1994 г. была принята новая конституция, состоялись президентские выборы, на которых Лучинский одержал победу. Политика руководства Молдовы стала также более социально ориентированной.
Вопрос о скорейшем объединении с Румынией был снят с политической повестки дня. В декабре 1994 г. была предоставлена автономия Гагаузии. После этого конфликтная ситуация вокруг гагаузского народа, фактически, разрешилась. Предложения о широкой автономии в рамках Молдовы были сделаны и Приднестровью, однако лидеры самопровозглашенной республики отказались их принять, настаивая на идее союзного государства. Переговоры с Приднестровьем зашли в тупик.
Согласно принятым впоследствии законодательным актам, в Молдове была установлена полупрезидентская форма правления, очень схожая с той, что существует в Эстонии и Латвии. Однопалатный парламент состоит из 101 депутата и избирается по пропорциональной системе на четыре года. Президент избирается парламентом. Однако последствия применения этой схемы в Молдове оказались совсем иными, чем в странах Балтии.
Парламентские и президентские выборы 2001 г., приход к власти коммунистов и их политика
Экономические неурядицы, рост социальной дифференциации способствовали еще большему «полевению» молдавского электората. На парламентских выборах, состоявшихся в феврале 2001 года, победу одержала Партия коммунистов Молдовы. Коммунисты получили 49,9% голосов избирателей, однако благодаря высокому барьеру и разобщенности других сил, участвовавших в выборах, им досталось 71 депутатское место из 101. Кроме них в составе парламента оказались представлены только центристы (13,4% и 19 мест) и христианские демократы (8,3% и 11 мест). Президентом республики новый парламент избрал лидера коммунистов Владимира Воронина (в советские времена занимал руководящие должности на местном уровне, в 1989-90 гг. – министр внутренних дел МССР). Коммунисты также сформировали однопартийное правительство страны.
Приход к власти коммунистов в одной из бывших республик СССР породили у ряда политических сил в России надежду на развитие интеграционных процессов. Однако результаты деятельности нового руководства Молдовы быстро разочаровали российских державников. Стремление подключить Молдову к Союзу России и Белоруссии натолкнулось на множество проблем экономического и геополитического характера, а также неясность перспектив самого этого союза, и, в результате сошло на нет. Попытка повысить статус русского языка в республике привела к студенческим волнениям в Кишиневе и тоже была свернута.
В то же время социально-экономическая политика коммунистического руководства оказалась более результативной. В Молдове начался экономический подъем, основным стимулирующим фактором которого стали перечисления молдавских граждан, работающих за пределами страны. Выросли зарплаты и пенсии, сократилась безработица, проводилась масштабная газификация сельских районов.
Отношения между молдавским и российским руководством окончательно осложнились в 2003 г., когда В.Ворониным в последний момент было сорвано подписание соглашений по урегулированию Приднестровского конфликта, основанных на плане известного российского политика Д.Козака. План предусматривал создание нового федеративного государства в составе собственно Молдовы и Приднестровья. Воронин увидел в реализации плана возможность оказаться в слишком большой зависимости от Москвы. К тому же ему трудно было пойти на новые радикальные уступки Приднестровью, по сравнению с теми, что уже были обещаны населению и руководству этой самопровозглашенной республики в предшествующий период.
Современная политическая ситуация в Молдове
В политике коммунистического руководства Молдовы все явственнее стала проявляться прозападная, проевропейская ориентация. Идя на ухудшение отношений с Москвой. Воронин фактически вырывал основной козырь из рук своих политических оппонентов. В преддверии новых парламентских выборов Воронин объявил российский военный контингент в Приднестровье «оккупационным». В пику Воронину и коммунистам, Москва попыталась сделать ставку в Молдове на спешно созданный пророссийский блок «Родина», однако его список получил на выборах в марте 2005 г. лишь 4,97% голосов и даже не попал в парламент. В то же время партия коммунистов Молдовы фактически повторила свой прошлый успех, получив почти 46% голосов и сохранив за собой абсолютное большинство депутатских мандатов. Владимир Воронин был переизбран президентом.
Данные события иногда рассматриваются как молдавский аналог «цветной революции». Сходство, однако, заключается лишь в определенном выборе внешнеполитических ориентаций, толкнувшем Молдову и страны, действительно пережившие «цветные революции» к сближению. Уже в 2005 г. новое руководство Украины стало претендовать на то, чтобы играть в урегулировании Приднестровского конфликта не менее активную и важную роль, чем Россия. А 3 марта 2006 г. Украина заявила, что отныне будет пропускать через свою границу только те грузы из Приднестровья, которые прошли оформление в таможенных органах Молдовы. Поскольку иных границ кроме границ с Украиной и самой Молдовой Приднестровье не имеет, фактически это означало введение экономической блокады непризнанной республики. Обострение ситуации вокруг Приднестровья привело к еще большему ухудшению отношений между Москвой и Кишиневом. 17 сентября 2006 г. в Приднестровской Молдавской республике был проведен референдум о подтверждении курса на независимость с последующим вступлением в состав РФ. По официальным данным 97,1% из числа принявших участие в референдуме высказались «за». Однако реальный статус Приднестровья это не изменило.
Воронин в дальнейшем пошел на некоторое улучшение отношений с Россией, но в целом продолжил прежний курс. Опыт Молдовы показал, что приход к власти коммунистов в одной отдельно взятой стране может лишь усилить центробежные тенденции на постсоветском пространстве.
Тема 8
Государства Закавказья
Этническая карта и древняя история Закавказья
Три основных этноса Закавказья – армяне, грузины и азербайджанцы – принадлежат к трем совершенно разным языковым семьям, исповедуют разные религии и имеют разные государственные традиции.
Армяне один из древнейших народов, ныне живущих на земле, говорят на изолированном (не принадлежащем ни к одной группе) языке Индоевропейской семьи. Грузины говорят на языке особой Кавказской семье, к другим группам которой принадлежат языки ряда народов Северного Кавказа (абхазов, адыгов, кабардинцев, чеченцев и других). Азербайджанский язык принадлежит к числу тюркских и имеет, в частности, много общего с турецким.
Армяне исповедуют монофизитство – ответвление христианства, которое отделилось от основного религиозного древа еще до разделения на католицизм и православие. В современном мире то же направление христианства широко распространено еще только в одной стране – в Эфиопии. Грузины исповедуют православие и имеют собственную автокефальную церковь со своим патриархом. Верующие азербайджанцы – мусульмане, при этом большая часть из них придерживается шиитского направления (господствующего в Иране), а меньшая – суннитского (господствующего в Турции и в большинстве других стран мусульманского мира).
С предками армян связывают государства, существовавшие на северо-востоке Малой Азии еще три с половиной тысячи лет назад. На протяжении многих столетий армянам приходилось вести борьбу с самыми разнообразными завоевателями. С XI века берет свое начало противостояние армян и турок (первоначально –сельджуков, потом – османов, включивших армянские земли в состав своей империи). Тогда же началось формирование армянской диаспоры, рассеянной как в европейских, так и в азиатских странах, а позже – по всему миру. По своим масштабам, сплоченности, влиянию она сопоставима только с еврейской.
Возникновение грузинского государства относят к IV в. до н.э. Расцвет Грузинское царство переживало в XI-XII вв. В дальнейшем грузинские земли подвергались многочисленным завоеваниям, распадались на отдельные княжества.
Азербайджанский этнос сформировался на основе разнообразных тюркских племен и народностей, волнами переселявшихся в Закавказье на протяжении многих столетий. На этой территории неоднократно создавались различные мусульманские государства с преимущественно тюркским населением. Как правило, они находились в зависимости от Турции или Персии (Ирана).
Закавказье и, особенно, соседний Северо-Кавказский регион представляют собой один из самых пестрых в этническом отношении районов Земного шара. Помимо относительно крупных народов здесь проживает также множество мелких. К тому же территории проживания кавказских народов зачастую не компактны, а перемежаются между собой.
Закавказье в составе Царской империи и в условиях ее распада
В состав Российской империи Закавказье вошло в конце XVIII – начале XIX столетия. Грузинские правители сами попросились под власть России, чтобы защитить свою страну от постоянных опустошительных вторжений мусульманских соседей. Многочисленное грузинское дворянство стало частью господствующего класса империи. Важнейшим военно-административным центром России в Закавказье стал Тифлис (Тбилиси). Территория современного Азербайджана была большей частью отвоевана Россией у Персии. При этом на землях, оставшихся в составе Ирана в настоящее время азербайджанцев проживает больше, чем в самом Азербайджане. Восточная Армения (периферийная часть прежнего армянского государства) была также отвоевана Россией у Персии. Западная Армения осталась в составе Турции. Между армянами и азербайджанцами, проживавшими совместно на большей части территории Закавказья, особенно в городах и в дореволюционный период возникали многочисленные конфликты, выливавшиеся иногда в резню и погромы.
Под властью России Закавказье оставалось в основном аграрной территорией с многочисленными небольшими городами, преимущественно выполнявшими роль торгово-ремесленных центров. С конца XIX столетия исключение составлял район Баку, где после открытия нефтяных месторождений начали быстро расти промышленные предприятия с многонациональным составом рабочих.
Во второй половине XIX в. Среди народов Закавказья популярность получают идеи национального возрождения. Одновременно растет влияние социалистов различного толка.
Первая мировая война обернулась огромной трагедией для армянского народа. В 1915 г. русские войска ненадолго заняли Западную Армению, получив поддержку и помощь со стороны местного населения. Однако вскоре вернувшиеся турки начали уничтожение и изгнание армян с этих территорий. Часть местных жителей истребили на месте, другая погибла во время «переселения» в пустыни Аравии. Именно в связи с этими событиями в мировой политический лексикон вошло слово «геноцид». В результате геноцида погибло не менее одного миллиона человек, а массовые миграции значительно увеличили и расширили армянскую диаспору. Ряд стран в настоящее время выступали с инициативами объявить геноцид армян в 1915-16 годах преступлением против человечества аналогично геноциду евреев в годы второй мировой войны. Память о геноциде стала очень важным фактором формирования менталитета армянской нации и окончательно определила негативное восприятие в ее массовом сознании не только Турции, но и всех тюрков.
В последние месяцы первой мировой войны и сразу после ее окончания в Закавказье одни интервенты меняли других, предпринимались отдельные попытки провозглашения советской власти – крупнейшей из них стала Бакинская коммуна, просуществовавшая с конца 1917 по весну 1918 г. Затем были образованы независимые грузинская, армянская и азербайджанская республики. Для Грузии национальная независимость была обретена после более, чем столетнего перерыва, для Армении – после семисотлетнего. В случае с Азербайджаном речь шла, по сути, о формировании совершенно нового национального государства.
Особенности установления советской власти в Закавказье
Послевоенные условия привели на рубеже 1920-х годов все три только что созданных государства к кризису. Весной 1920 года в Азербайджане местным большевикам при поддержке частей Красной Армии удалось свергнут правительство националистической партии Мусават и провозгласить советскую власть. В конце того же года Армения перешла под покровительство Советской России после того, как правительство националистической партии Дашнакцутюн потерпело неудачу в попытке при поддержке Антанты отвоевать у Турции западноармянские земли, и возникла опасность, что турки полностью ликвидируют всякую армянскую государственность. Грузия, где у власти находились местные меньшевики, стала советской весной 1921 года при непосредственном участии Красной Армии.
Три образовавшиеся в Закавказье советские республики были объединены в 1922 году в Закавказскую советскую федеративную социалистическую республику, ставшую одной из учредительниц Союза ССР. В тот же период были изменены границы между республиками, появились новые автономии. По Конституции 1936 года ЗСФСР была упразднена, и все три республики стали самостоятельными членами Союза.
Закавказские республики в советской имперской системе
Грузия и Азербайджан представляли собой сложносоставные субъекты федерации. В составе Грузии находилось три автономии – Абхазская АССР, Аджарская АССР и Юго-Осетинская автономная область. Абхазы – народ Кавказской семьи, но принадлежащий к ее северной ветви, составляли меньшинство населения своей автономии (в 1989 г. – 93 тыс. чел., в то время как грузин было 240 тыс. чел., а все население составляло 525 тыс. чел). Большая часть осетин – народа иранской группы индоевропейской семьи – проживала на территории РСФСР и также имела там автономию, причем уровня АССР. Разделяет Северную и Южную Осетию Кавказский хребет. Осетины составляли абсолютное большинство населения Юго-Осетинской области. Население Аджарии, представляющей собой историческую область Грузии, говорит на грузинском языке, но исповедует ислам.
В составе Азербайджана также находились две автономии. Нахичеванская АССР была отделена от основной территории республики территорией Армении. Первоначально эта автономия имела смешанное азербайджано-армянское население. Затем фактически все армяне были вытеснены из нее, осталось лишь несколько тысяч русских и курдов. В смешанном населении Нагорно-Карабахской автономной области, окруженной основной территорией Азербайджана, доля армян, напротив, оставалась преобладающей и составляла более двух третей населения.
Особенность Армении заключалась в том, что эта республика, пусть в меньшей степени, чем Израиль для евреев, но все же стала центром притяжения для огромной и обладающей большими ресурсами диаспоры, разбросанной по всему свету. Армения также стояла на первом месте среди союзных республик по доле титульной нации в составе населения. По итогам переписи 1989 г. она составляла 93,3%.
Между руководителями Армении и Азербайджана и в советский период не существовало теплых отношений. Они никогда не ездили в гости друг к другу и встречались только когда были вместе в Москве.
Социалистические преобразования в их советском варианте не переломили полностью сложившиеся у народов Закавказья за предшествующие века социально-психологические установки и традиции. Среди них – клановость, уважение к сословной иерархии, дух коммерции и предпринимательства. В период застоя, в условиях стабилизации национальных элит эти черты стали все чаще проявляться в деятельности руководителей разного ранга. В регионе наблюдались самые значительные в СССР социальные контрасты. Коррупция и теневая экономика в республиках Закавказья достигли таких масштабов, что на рубеже 1960-70-х годов Москва провела там нехарактерные для периода застоя масштабные кадровые чистки. В Азербайджане в 1969 г. на пост руководителя республиканской партийной организации был назначен глава местного КГБ Гейдар Алиев. В Грузии в 1972 г. первым секретарем ЦК компартии стал руководитель республиканского МВД Эдуард Шеварнадзе. Коммунистическую партию Армении в 1974 г. возглавил руководитель ее Ереванского горкома Карен Демирчян.
Значимость Закавказья в системе советской империи тоже превышала его долю в составе населения или совокупном экономическом продукте. Колоритные представители народов этого региона были широко расселены по всему Советскому Союзу и представлены в самых различных слоях населения. Грузинская, армянская и азербайджанская интеллигенция внесла значительный вклад в формирование общеимперской культурной традиции. Выходцев из Закавказья было очень много в составе высшего руководства СССР и центральном аппарате управления империей в первые десятилетия ее существования. Затем их доля в этих группах стала стремительно сокращаться. Однако после окончания периода застоя и начала кадрового обновления, выросшие в республиках Закавказья новые динамичные лидеры оказались востребованными на более высоком уровне.
Г.Алиев и Э.Шеварнадзе на руководящих должностях в союзном центре
В первой половине 1980-х гг. руководители двух из трех закавказских республик были назначены на высокие должности в Москве. В период правления Андропова в Москву был затребован Г.Алиев, назначенный 1-м заместителем Председателя Совета министров СССР. На Алиева была возложена ответственность за проведение провозглашенного курса на укрепление трудовой дисциплины. Именно ему приписывают инициативы по проведению в рабочее время облав на командированных в банях и универмагах Москвы и прочие подобные мероприятия, прекращенные после вмешательства Генеральной прокуратуры СССР. Тем не менее, меры Андропова, направленные на ужесточение контроля и повышение требовательности к руководителям были популярны в различных слоях населения, и имя Алиева было прочно связано с ними. Один из анекдотов тех времен: «КГБ переименовали в ДОСААФ – Добровольное общество содействия Андропову, Алиеву и Федорчуку» (Федорчук – бывший руководитель КГБ, назначенный Андроповым министром внутренних дел СССР), отражает складывающуюся в общественном сознании реальную иерархию руководителей того времени. Однако андроповский период в истории СССР продолжался недолго. С Горбачевым Алиев не сработался и в 1987 г. «по состоянию здоровья» был выведен на пенсию.
Зато новый неожиданный шаг в карьере при Горбачеве сделал руководитель другой закавказской республики – Э.Шеварнадзе. В 1985 г. он был назначен на крайне важный в новых условиях пост министра иностранных дел СССР. С именем Шеварнадзе связывалась политика активного налаживания отношений с Западом, в т.ч. за счет принципиальных уступок США и другим странам. Шеварнадзе получил широкую известность в мире и завязал многочисленные контакты с ведущими политиками. В конце 1980-х гг. он оказался среди тех, кто критиковал Горбачева за непоследовательность и требовал более решительных преобразований. В декабре 1990 г. Шеварнадзе объявил о своей отставке с поста министра, а затем вышел из рядов КПСС.
Возникновение Карабахского конфликта и обострение национального вопроса в Азербайджане и Армении
В начальный период Перестройки в Закавказье, казалось, царило затишье, подобное тому, что было характерно для республик Средней Азии. Первым, что его нарушило, стал конфликт в Нагорном Карабахе.
20 февраля 1988 года сессия совета народных депутатов Нагорно-Карабахской автономной области (избранных за несколько лет до того на безальтернативной основе) подавляющим большинством голосов приняла решение «О ходатайстве перед Верховными Советами АзССР и АрмССР о передаче НКАО из состава АзССР в состав АрмССР». При этом депутаты-азербайджанцы, находившиеся в меньшинстве, покинули зал в знак протеста против постановки данного вопроса на голосование. Решение Нагорно-Карабахского совета вызвало крайне негативную реакцию азербайджанского населения, как в автономии, так и на основной территории Азербайджана и привело к резкому обострению армяно-азербайджанских противоречий.
Первые национальные погромы (этнические чистки) времен Перестройки, которые были преданы гласности и получили мощный резонанс, произошли в Сумгаите – промышленном городе-спутнике Баку. В Сумгаите было введено военное положение, многие погромщики арестованы. Примерно на полгода воцарилось затишье. Однако затем нарастание конфликта между двумя общинами в НКАО привело к новому более мощному всплеску армяно-азербайджанской вражды. Волна погромов прокатилось уже по всей территории Азербайджана, армянское население стало бежать из республики. Соответственно, началось изгнание азербайджанцев из Армении и из контролируемых армянами районов Нагорного Карабаха.
Москва пыталась использовать различные методы в разрешении конфликта. Были сняты со своих постов партийные руководители республик. Организовывались различные переговоры, осуществлялись финансовые вливания. Затем все шире стали практиковаться силовые акции, крупнейшей из которых стал ввод войск в Баку в начале 1990 г., сопровождавшийся человеческими жертвами. Последнее только усилило в Азербайджане негативное отношение к союзному центру. Вся политическая элита республики, включая возглавившего в 1990 году республиканскую партийную организацию и ставшего первым президентом Азербайджана Аяза Муталибова, должна была исходить из того, что конфликт с Арменией полностью определял настроения в обществе. Попытки московского руководства силовым путем положить конец разрастанию столкновений непосредственно в Карабахе, в конечном счете, тоже оказались неэффективны.
Апрельские события 1989 г. в Тбилиси
Ситуация в Грузии некоторое время казалась более стабильной, по сравнению с Арменией и Азербайджаном, вовлеченными в Карабахский конфликт. Поднимавшееся национальное движение, представлялось менее значимым и сильным, чем в соседних республиках или в Прибалтике. Ситуация резко изменилась, когда в апреле 1989 года войска ночью разогнали бессрочно проходивший митинг протеста, значительную часть участников которого составляла студенческая молодежь. Более десяти участников митинга при этом погибли. Многими средствами массовой информации демократической направленности было растиражировано, что разгон митинга осуществлялся «саперными лопатками». В Тбилиси было введено чрезвычайное положение. Однако это не остановило многочисленные акции протеста. Союзный центр и местное партийное руководство оказались скомпрометированы в глазах большей части общества, а симпатии к националистам резко возросли. Инициатива перешла в руки последних, а Москва начала быстро утрачивать всякий контроль за ситуацией в республике.
Приход к власти и политика З.Гамсахурдиа, провозглашение независимости Грузии
Оказавшись в Грузии доминирующей силой, антикоммунистический лагерь, в котором ключевую роль играли националисты, взял курс на завоевание институтов власти и выход республики из состава СССР. Лояльные союзному центру силы были деморализованы. Однако достигнутые успехи и открывшиеся перспективы привели к расколу в лагере сторонников независимости. Часть сил националистов призвала бойкотировать выборы в Верховный Совет республики и в сентябре 1990 г. организовало выборы альтернативного органа – Национального Конгресса (в выборах приняло участие более половины электората). Другая часть, образовав коалицию «Круглый стол – Свободная Грузия», в октябре того же года приняла участие в выборах в Верховный Совет и выиграла их, получив 54% голосов и 155 из 250 депутатских мест. Коммунистическая партия Грузии получила на этих выборах 30% голосов, завоевав 64 места. Председателем Верховного Совета Грузии был избран лидер «Круглого стола» Звиад Гамсахурдиа – сын классика грузинской литературы и сам писатель, диссидент со стажем, бывший политзаключенный. Он же в апреле 1991 года стал первым президентом страны. Путь завоевания существующих институтов оказался более эффективным для достижения реальной власти, чем создание новых.
Из всех новых лидеров союзных республик, пришедших к власти в 1990 г., Гамсахурдиа был наиболее радикально и бескомпромиссно настроен по отношению к СССР. Он первым потребовал, чтобы его называли исключительно «господин», в не «товарищ». Уже в декабре 2000 г. было заявлено о незаконности призыва жителей Грузии в советские вооруженные силы и началось формирование республиканской Национальной гвардии. Вместо референдума о судьбе СССР Гамсахурдиа провел в марте 1991 г. референдум о независимости Грузии, в котором, по официальным данным, приняло участие 95% имевших право голоса и 93% из них проголосовали «за». После этого Верховный Совет Грузии принял Акт о восстановлении государственной независимости и ввел в действие Конституцию 1921 г. При этом в политике Гамсахурдиа быстро стала проявляться тенденция к жесткому насаждению личной диктатуры.
Возникновение очагов напряжения в Грузии
Приход к власти националистов и курс Гамсахурдиа, на создание унитарного национального государства, незамедлительно вызвали обострение отношений республиканских властей с автономиями. Еще 25 августа 1990 г. была принята Декларация о суверенитете Абхазской АССР, а 20 сентября того же года Южная Осетия провозгласила себя Южно-Осетинской Советской Демократической республикой. 11 декабря автономия Южной Осетии была упразднена Верховным Советом Грузии. Вскоре на территорию Южной Осетии были введены грузинские войска. Это стало началом этнических чисток и затяжного вооруженного конфликта. В Аджарии при поддержке Гамсахурдиа к власти пришел прямой потомок местных князей и бывший заместитель министра бытового обслуживания Грузинской ССР Аслан Абашидзе (его дед, погибший в годы сталинских репрессий, был другом отца грузинского президента). Однако, возглавив Верховный Совет Аджарии, Абашидзе, при поддержке населения резко воспротивился попыткам Тбилиси лишить Аджарию автономии и, по распространенной в Грузии версии, лично расправился со своим заместителем, занимавшим иную позицию. Фактически режим Гамсахурдиа утратил контроль над всеми тремя автономиями.
Провозглашение независимости Армении и Азербайджана
Еще по итогам выборов 1990 года сторонники национального движения взяли в свои руки власть в Армении. Возглавил Верховный Совет, а затем стал президентом республики один из лидеров этого движения филолог и историк Левон Тер-Петросян (выходец из армянской семьи, переселившейся на историческую родину с Ближнего Востока после второй мировой войны). Но в отличие от Прибалтики, Грузии и Молдовы, националисты, в Армении не стремились к скорейшему выходу своей республики из Союза, несмотря на то, что многие из них, включая Тер-Петросяна, подвергались ранее преследованиям. Для решения проблемы Нагорного Карабаха контакты с Москвой сохраняли важное значение. Как отмечают армянские авторы, для Армении, в отличии от других советских республик, была характерна «ситуация, когда первично для общества являлась не проблема независимости, а территориальная проблема, а независимость рассматривалась как инструмент для решения последней... Противостояние Армения – Горбачев не переросло в противостояние Армения – Россия». Поэтому Армения одной из последних республик СССР пошла на провозглашение независимости и полный разрыв с союзным центром. Тем не менее, на состоявшемся 21 сентября 1991 г. референдуме 94,99% принявших участие в нем проголосовали за полную независимость Армении. Одновременно свою независимость провозгласил и Азербайджан. 2 сентября 1991 г. была провозглашена и независимость Армянской республики Нагорного Карабаха. В ответ на это 27 ноября того же года Верховный совет Азербайджана упразднил Нагорно-Карабахскую автономную область и переименовал ее центр, город Степанакерт в Ханкенди. Независимость Нагорного Карабаха не была признана ни одной страной, кроме Армении.
Развитие Карабахского конфликта после распада СССР
Полная ликвидация союзного центра и вывод бывших советских войск из зоны конфликта развязали руки воюющим сторонам, которым к тому же удалось завладеть значительной долей вооружений выводимой армии. Успех оказался на стороне армян. В мае 1992 г. их войскам удалось пробить по территории Азербайджана так называемый Лачинский коридор, связавший Нагорный Карабах с Арменией. Летом того же года азербайджанские войска потеснили армян на севере Нагорного Карабаха, заняв около четверти территории бывшей автономии. Однако в начале 1993 г. военная инициатива вновь перешла в руки армян, которые удерживали ее уже до конца войны. Им удалось взять под свой контроль всю территорию Нагорного Карабаха, а затем по очереди разгромить все основные группировки стянутых против мятежной автономии азербайджанских войск. Летом 1993 года положение на фронтах Карабахской войны стало катастрофическим для азербайджанцев. Всерьез обсуждался вопрос о возможности похода армянских войск на Баку и взятия азербайджанской столицы. Всего под контролем армянской армии полностью или частично оказались семь районов непосредственно Азербайджана (13% его территории).
Жесткие реформы, проведенные в азербайджанской армии позволили в какой-то мере вернуть ей боеспособность. Однако предпринятая зимой 1993-94 гг. попытка отбить у армян захваченные территории закончилась ничем. 12 мая 1994 года между воюющими сторонами при посредничестве России и других стран было подписано перемирие. После этого на протяжении многих лет силы противоборствующих сторон остаются на линии, разграничивавшей их в мае 1994 г. Карабахская война оказалась одним из самых кровопролитных конфликтов, сопровождавших распад СССР. Только число погибших оценивается в 6 тысяч человек с армянской стороны и 11 тысяч – с азербайджанской. На завершающем этапе войны районы, занятые армянскими войсками покинули около 300 тысяч беженцев-азербайджанцев.
Возвращение к власти в Азербайджане Г.Алиева и его политика
Военные неудачи азербайджанской армии и наступление армянских войск привели только что ставшее независимым государство в состояние глубокого кризиса. В марте 1992 г. Аяз Муталибов ушел в отставку. На новых президентских выборах в июне того же года президентом был избран руководитель Народного фронта Азербайджана ученый-филолог Абульфаз Эльчибей. Однако военные неудачи продолжались и при новом руководителе. Еще больше осложнилось экономическое положение. Эльчибей фактически утратил рычаги управления страной. Во многих городах и районах установилась власть разнообразных вооруженных формирований, заявлявших о своем неподчинении Баку. Появлялись самопровозглашенные республики. Множились всяческие усобицы. В июне 1993 г. вспыхнул военный мятеж в Баку и Эльчибей бежал из столицы.
В этих условиях консолидирующей фигурой, способной навести порядок, оказался вернувшийся в республику Г.Алиев. С 1991 г. он занимал пост председателя Верховного Совета (меджлиса) Нахичеванской Автономной республики, где когда-то родился и начинал свою карьеру. 15 июня 1993 г. Алиев стал председателем Верховного Совета Азербайджана, а еще через несколько дней парламент передал ему президентские полномочия. В октябре того же года на безальтернативных всеобщих выборах он был избран новым президентом Азербайджана.
Алиеву удалось добиться перемирия и стабилизировать положение в зоне Карабахского конфликта, подавить мятежи и устранить самопровозглашенные правительства на остальной части Азербайджана. Возобновление и расширение экспорта нефти позволило укрепить финансовую систему и вывести республику из экономического кризиса. Активный диалог со странами Запада и мусульманским миром (Алиев совершил хадж в Мекку) укрепили позиции Азербайджана на международной арене.
Стабилизация экономической и политической жизни страны значительно укрепила позиции Алиева и еще более повысила его роль как консолидирующей фигуры. Это позволило ослабить давление на политических противников и пойти на проведение выборов на альтернативной основе. На президентских выборах 1998 г. конкуренцию Алиеву составили еще пять кандидатов, однако он легко победил их, собрав 76,1% голосов. Успех был закреплен на выборах в меджлис, состоявшихся в конце 2000 и в начале 2001 года. При голосовании по партийным спискам пропрезидентская партия власти «Новый Азербайджан» получила 62,3% голосов, в то время как ее основной соперник «Народный фронт» - 11%, партия «Гражданская солидарность» – 6,7%, коммунисты – 6,3%, Мусават – 4,9%.
Тем не менее, оппозиция не переставала говорить о нарушении политических прав и свобод в Азербайджане, организовывать различные акции протеста. Положение в республике стало обостряться в связи с длительной болезнью Алиева и фактическим назначением преемником (по Сирийскому примеру) его сына Ильхама, возглавлявшего государственную нефтяную кампанию Азербайджана. Летом 2003 года Алиев-младший был назначен главой правительства и зарегистрирован, как и его отец, кандидатом на выборах президента страны. Почувствовав новое ухудшение здоровья, Гейдар Алиев снял свою кандидатуру в пользу сына. На него был переориентирован и весь административный ресурс. По итогам состоявшегося в октябре голосования Ильхам Алиев получил 77 % голосов. В декабре того же года Гейдар Алиев скончался.
Современная политическая ситуация в Азербайджане
Экономический рост в Азербайджане, благодаря высоким мировым ценам на нефть, продолжился. Благодаря этому Ильхаму Алиеву удалось укрепить свои позиции как внутри страны, так и на международной арене, Искусно лавируя между Западом, Россией и Исламским миром, руководство Азербайджана выдерживает собственный курс. Проблема Нагорного Карабаха и оккупированных армянскими силами районов остается важнейшей политической проблемой Азербайджана. Экономические и внешнеполитические успехи, рост численности населения Азербайджана и повышение уровня его жизни, укрепление военной мощи страны позволяют Алиеву-младшему заявлять, что проблема эта в ближайшем будущем решится сама собой. Эти заявления перемежаются с утверждениями о том, что Азербайджан в любой момент может начать военные действия по возвращению под свой контроль оккупированных территорий. Очевидно, это делается с целью оказания дополнительного психологического давления на Армению.
Несмотря на достигнутые успехи в развитии страны противостояние между правящим лагерем и оппозицией в Азербайджане продолжилось, приобретая иногда острые формы. Серьезным испытанием для нового азербайджанского президента стали парламентские выборы, состоявшиеся осенью 2005 г. Волна «цветных революций» давала основание говорить о возможности развития событий по данному сценарию и в Азербайджане. Накануне выборов Ильхам Алиев предпринял ряд маневров: с одной стороны были сделаны громкие разоблачения коррупционеров, занимавших высокие должности, с другой удалось не допустить возвращения из эмиграции ряда оппозиционных лидеров и дезорганизовать их сторонников. По итогам голосования партия «Новый Азербайджан» получила абсолютное число депутатских мест. Оппозиция, на долю которой досталось лишь несколько мандатов, попыталась оспорить итоги выборов и организовать массовые акции протеста. Тем не менее, международные наблюдатели отметили прогресс в соблюдении на выборах демократических процедур. К тому же руководство Азербайджана оперативно признало нарушения в ряде округов и объявило о наказании виновных. После этого акции протеста не получили развития.
Стабильность политического режима в Азербайджане обусловлена, прежде всего, широтой его социальной базы. Однако изменения, происходящие в социальной структуре население вместе с нерешенностью проблемы Нагорного Карабаха, способны создать для данного режима новые вызовы.
Экономическая ситуация и политическое развитие Армении в 1990-е гг.
Военные победы, одержанные Арменией и Нагорным Карабахом, сопровождались резким ухудшением экономической ситуации и падением уровня жизни. Основной причиной этого, помимо военных затрат, стало то, что территория Армении фактически оказались блокирована. Армения лишена выхода к морю, а ее сухопутные границы проходят в основном с Азербайджаном и с поддерживающим его старым врагом Армении, Турцией. Еще одним соседом Армении является Грузия, где длительное время существовала политическая нестабильность. Самая благоприятная для Армении ситуация существовала на небольшом участке, где ее территория граничила с Исламской республикой Иран. Одной из причин этого были опасения иранского руководства, что развитие независимого Азербайджана может дестабилизировать ситуацию в населенных азербайджанцами районах их собственной страны. Однако этот участок границы в силу разных причин также не мог стать для Армении безопасным окном для широких контактов с внешним миром. Поэтому негативные последствия распада прежних внутриимперских экономических связей для Армении оказались особенно сильными.
И все же именно Карабахский фактор оставался определяющим в политической жизни Армении. В середине 1990-х гг. Л.Тер-Петросян все больше подвергался критике за то, что якобы делал слишком большие уступки Азербайджану на переговорах по Карабахской проблеме. В феврале 1998 года он подал в отставку, открыв дорогу на президентский пост герою войны Роберту Кочаряну.
В 1980-е годы Кочарян занимал различные должности в комсомольских и партийных органах Нагорного Карабаха. Затем был одним из лидеров движения за присоединение Карабаха к Армении. В 1992-94 гг. – председатель Государственного комитета обороны и премьер-министр Нагорно-Карабахской республики. В ноябре 1996 г. был избран президентом Нагорного Карабаха. Однако уже в марте 1997 г. он принял предложение стать премьер-министром Армении, а еще через год сменил Тер-Петросяна на его посту. Основным соперником Кочаряна неожиданно стал Карен Демирчян, возглавлявший компартию Армении (и, соответственно, республику) в 1974-88 гг. Победу над ним Кочаряну удалось одержать только во втором туре.
Позиции Кочаряна в условиях продолжающегося экономического кризиса и неурегулированности Карабахской проблемы тоже оставались непрочными. На парламентских выборах в июне 1999 г. в Армении победила Народная партия, возглавляемая К.Демирчаном. Очевидно, что одной из причин такого исхода голосования была ностальгия по советским временам, коснувшаяся многих избирателей. Демирчян был избран председателем парламента, его стали все больше прочить в будущие президенты страны.
27 октября 1999 г. в зал заседаний армянского парламента во время сессии ворвалась группа вооруженных террористов и, устроив стрельбу, убила Карена Демирчяна, двух его заместителей, стоявшего на трибуне председателя правительства Армении Вазгена Саркисяна и еще несколько политиков. Во главе террористов находился бывший журналист и активный участник национального движения Наири Унанян. По результатам расследования целью акции террористов, которые сознавали, что не смогут скрыться с места преступления, было покарать главу правительства за «некомпетентную и преступную политику». Впоследствии шестеро участников террористической группы были осуждены на пожизненное заключение, но некоторые другие амнистированы. Многим события 27 октября продолжали казаться загадочными. Появлялись версии о причастности к теракту бывших руководителей республики во главе с Л.Тер-Петросяном, турецких спецслужб и т.д., но ни одна из этих версий не получила подтверждения.
Современная политическая ситуация в Армении
В 2003 году Кочаряну удалось добиться переизбрания на президентский пост. Основным соперником Кочаряна стал сын Карена Демирчяна Степан, не занимавшийся ранее политикой, но унаследовавший от отца пост руководителя Народной партии Армении. В первом туре Кочарян получил 48,3% голосов, Степан Демирчян – 27,4%, во втором Кочарян – 67,5%, Демирчян-младший – 32,5%. После голосования оппозиция организовала выступления протеста, обвиняя Кочаряна в нарушении законодательства о выборах.
После президентских выборов Народная партия была оттеснена на периферию политической жизни (при этом Демирчян-старший официально возведен в ранг национального героя и выдающегося государственного деятеля). Оппозиционную нишу заполнили другие политические силы. Неустойчивость правящего лагеря, острота политической борьбы и господствующее при этом стремление сохранять определенную степень национального единства перед лицом мощной опасности извне являются важными слагаемыми функционирования в Армении демократических институтов.
В состоявшихся 12 мая 2007 г. в Армении парламентских выборах приняли участие 22 партии (75 депутатов Национального Собрания избираются по партийным спискам, 56 – по одномандатным округам). 5 партий преодолели пятипроцентный барьер. Победителям с трудом, но все же удалось договориться о формировании нового коалиционного правительства.
Вооруженные столкновения в Тбилиси в январе 1992 г. и возвращение к власти Э.Шеварнадзе
Первыми, полностью выйдя из-под контроля союзного центра, новые грузинские власти во главе с З.Гамсахурдиа первыми же обнаружили свою полную некомпетентность в управлении республикой. Тем более в условиях развала всей прежней системы экономического взаимодействия. К концу 1991 г. экономика Грузии оказалась почти полностью парализована. Перестали работать транспорт и коммунальные службы. Абхазия, Южная Осетия и Аджария все больше изолировали себя от остальной Грузии. По всей стране множилось число неконтролируемых вооруженных формирований. На международной арене никто не хотел иметь дело с республикой, президент которой приобрел репутацию «фашиста».
В этих условиях против Гамсахурдиа выступи многие его бывшие сторонники и союзники, включая командующего Национальной гвардией Тенгиза Китовани и руководителя военизированной организации «Мхедриони» («Всадники»), одновременно доктора искусствоведения и вора в законе Джабы Иоселиани. В январе 1992 г. в центре Тбилиси развернулись продолжавшиеся несколько недель бои между сторонниками и противниками Гамсахурдиа. В конечном итоге Гамсахурдиа и его приближенные бежали из столицы.
Победители не смогли выдвинуть из своих рядов фигуру, способную консолидировать общество и взять на себя ответственность дальнейшего управления страной. В итоге Иоселиани и ряд других мятежников сочли наилучшим вариантом сделать ставку на возвращение в Грузию Эдуарда Шеварнадзе и вручили власть ему. Весной 1992 г. Шеварнадзе возглавил созданный в Грузии Госсовет, а осенью того же года вновь избранный парламент. Стремясь стабилизировать ситуацию, Шеварнадзе прекратил силовую операцию в Южной Осетии и согласился на создание в этом регионе Смешанных сил по поддержанию мира с участием российских войск. «Партия войны» при этом требовала конфискации, и это во многом определило дальнейшие события в Абхазии.
Абхазская война 1992-93 гг.
В августе 1992 г. стороны конфликта в Абхазии перешли к открытым военным действиям. Войска Госсовета Грузии в течение нескольких дней установили контроль над всеми прибрежными городами и районами бывшей автономии, включая ее столицу Сухуми (Сухум). Однако, абхазским частям удалось закрепиться в горных районах, куда перебралось и руководство непризнанной республики. Военные действия приобрели позиционный характер. Помощь абхазам, в т.ч. посылая добровольцев на фронт военных действий, оказывали народы российского Северного Кавказа. В частности большую активность проявляли чеченцы. Получила распространение идея создания Северокавказской конфедерации с центром в Сухуми. Российское руководство официально призывало стороны к прекращению огня и предпринимало попытки к их примирению. Однако фактически Кремль занимал благожелательную по отношению к абхазам позицию, стремясь сделать эту войну инструментом давления на Грузию и показательным уроком для других бывших советских республик. В сентябре 1993 г. абхазские формирования перешли в решающее наступление и выбили противника почти со всей территории республики. В Абхазию были введены коллективные силы стран СНГ, основу которых составили российские войска. Это сопровождалось массовым исходом грузинского населения. От войны за пределы республики бежали и представители других национальностей. В результате в начале XXI в. население Абхазии составляло менее половины от числа жителей на момент распада СССР. Во время военных действий с той и другой стороны погибли тысячи человек, многие остались инвалидами. Большая часть территории Абхазии была разорена, славившиеся в СССР города-курорты разрушены. В дальнейшем около 90% оставшегося населения по-прежнему непризнанной республики приобрели российское гражданство.
Политическая борьба в Грузии в середине1990-х – начале 2000-х гг
Осенью 1993 г. Гамсахурдиа попытался вооруженным путем вернуться к власти, но его мятеж был подавлен, а сам он через несколько месяцев убит при невыясненных обстоятельствах. В середине 1990-х гг. в Грузии был восстановлен пост президента республики. В ноябре 1995 г. на него был избран Э.Шеварнадзе. К тому времени в его поддержку была сформирована новая мощная политическая партия – Союз граждан Грузии, позиционирующая себя как социал-демократическая. По итогам парламентских выборов, прошедших по смешанной системе в 1995 г., а затем в 1999 г. сторонникам Шеварнадзе удавалось сформировать относительно устойчивое депутатское большинство. В середине 1990-х гг. можно было уже говорить о начавшейся в Грузии политической стабилизации. Руководству республики во главе с Шеварнадзе удалось также решить первоочередные экономические проблемы и вывести страну из международной изоляции.
В 2000 г. Шеварнадзе был переизбран президентом, опередив пятерых соперников и получив при этом 79,8% голосов. В то же соотношение сил между сторонниками и противниками Шеварнадзе значительно различалось в разных частях Грузии. На президентских выборах 2000 г. по данным ряда социологических опросов реальную альтернативу Шеварнадзе мог составить и выйти вместе с ним во второй тур, вступивший в борьбу А.Абашидзе (на предыдущих парламентских выборах его партия «Союз возрождения Грузии» заняла второе место). Однако за день до голосования Абашидзе снял свою кандидатуру в пользу Шеварднадзе. При этом главным соперником действующего президента остался представитель возглавляемого Абашидзе политического блока «Возрождение Грузии», лидер партии «Эртоба» («Единство») Джумбер Патиашвили (был первым секретарем ЦК компартии Грузии после ухода Шеварнадзе в Москву).
Несмотря на одержанную на выборах победу, Шеварнадзе стал сталкиваться с усилением критики в свой адрес за отсутствие реального прогресса в стране. В 2001 г. в оппозицию к нему перешли ряд молодых политиков, выдвинувшихся уже в постсоветский период. Наиболее влиятельными среди них были Зураб Жвания (бывший генеральный секретарь Союза граждан Грузии и председатель парламента), Нино Бурджанадзе (председатель парламента с 2001 г.) и Михаил Саакашвили (бывший министр юстиции, возглавивший Законодательное Собрание города Тбилиси).
«Революция роз» и политика М.Саакашвили
В преддверии парламентских выборов 2003 г. Жвания, Бурджанадзе и ряд их союзников образовали блок «Бурджанадзе – демократы». Саакашвили шел на эти выборы во главе созданной им партии «Национальное движение».
После состоявшегося 2 ноября 2003 г. голосования власти объявили, что первое место, собрав 21 % голосов, занял проправительственный список «За Новую Грузию», партии Абашидзе и Саакашвили набрали по 19%, а блок «Бурджанадзе – демократы» всего 9%. Оппозиционеры, включая и Саакашвили, обвинили правящий лагерь в подтасовке. Им удалось организовать массовые выступления с требованиями отставки Шеварнадзе. Здание парламента было занято демонстрантами. На сторону оппозиции стали переходить силовые структуры. После двухнедельного противостояния Шеварнадзе заявил, что покидает пост президента. Данные события, получившие название «революции роз», за пределами Грузии первоначально рассматривались как имеющие локальное значение. Отношение к ним изменилось после того, как через год революционный кризис разразился в Украине.
На экстренно организованных в Грузии внеочередных президентских выборах (состоялись 4 января 2004 г.) выдвинутый победителями кандидат, М.Саакашвили, при наличии пяти соперников, получил, по официальным данным, 96% голосов избирателей. Успех революционных сил был закреплен на прошедших в марте парламентских выборах. Бурджанадзе вновь стала председателем парламента, а Жвания возглавил правительство. В то же время Саакашвили быстро стал превращаться в единоличного лидера страны. Окончательно это произошло после того, как в начале следующего 2005 г. в результате несчастного случая погиб З.Жвания.
Основным политическим приоритетом для Саакашвили стало обеспечение территориального единства государства и возвращение под власть Тбилиси бывших автономий – Абхазии, Южной Осетии и Аджарии. Легче других оказалось решить проблему Аджарии, лидер которой, непризнававший новые тбилисские власти, уже растерял часть былого авторитета и вынужден был реагировать на оппозиционные выступления.
Весной 2005 г. обстановка в Аджарии вновь обострилась, происходили столкновения между сторонниками и противниками Абашидзе. Официальный Тбилиси, пользуясь этим, усилил нажим на Аджарию. 2 мая по приказу Абашидзе для того, чтобы не допустить ввода грузинских войск, были взорваны мосты на реках, отделяющих Аджарию от остальной территории Грузии. Однако, это не помешало Саакашвили 5 мая объявить о введении прямого президентского правления в Аджарии. Аслану Абашидзе и его семье была обещана неприкосновенность в случае, если он «прекратит политическую деятельность и без кровопролития уедет из страны». В ночь на 6 мая Абашидзе сложил с себя полномочия и улетел в Москву.
После возвращения под свой контроль Аджарии грузинские власти активизировали действия по оказанию давления на сепаратистские режимы Абхазии и Южной Осетии. Усиление напряженности в этих регионах в целом способствует укреплению позиций режима Саакашвили.
Проблема российского влияния в Закавказье, российское военное присутствие
Развитие отношений России со странами Закавказья во многом определялось нестабильностью и продолжающимися вооруженными конфликтами, как в самом Закавказье, так и в южных регионах РФ. Так, абхазский и чеченский конфликты не раз порождали напряженность во взаимоотношениях России и Грузии, обвинявших друг друга, и не без основания, в поддержке сепаратистов. Согласие на введение миротворческого контингента, основу которого составляли российские войска, в Абхазию было вынужденным шагом для грузинского руководства. Вывод же этих войск, на котором затем стал настаивать Тбилиси, взывает противодействие абхазского населения. Стратегическое партнерство между Россией и Грузией в военной области стало невозможным, и российские военные объекты на основной территории Грузии были закрыты.
В продолжающемся Карабахском конфликте, по крайней мере, одна из сторон – Армения, готова была опереться на военную помощь России, а потому проявляла готовность участвовать в разнообразных интеграционных проектах и принимать у себя на территории российские военные объекты. Однако, в Москве отдавали себе отчет в том, что слишком большое сближение с Арменией чревато прямым вовлечением в конфликт с Азербайджаном с тяжелыми военными, экономическими и внешнеполитическими последствиями.
В условиях экономических неурядиц, политической нестабильности, обострения межнациональных конфликтов и военных потрясений у населения Закавказья в 1990-е гг. росла ностальгия по советским временам. Не случайно у власти во всех трех закавказских республиках к концу этого периода оказались те, кто возглавлял их в 1970-е гг. – Шеварнадзе, Алиев и Демирчян. Казалось бы, это должно было создать условия для развития интеграционных процессов и сближения с Россией. Однако, если шаги в этом направлении и делались, то скорее носили формальный, демонстрационный характер.
Затем довольно быстро настало время нового поколения политических лидеров. Некоторые из них, прежде всего М.Саакашвили, не только предпочитают прозападный выбор равнению на Москву, но и активно стараются способствовать вытеснению всякого российского влияния, как из Закавказья, так и из других регионов постсоветского пространства. В отличие от Балтии регион Закавказья в настоящее время не консолидирован. При наличии многих общих черт хода политических процессов все три республики придерживаются разных векторов развития. Ни один из них, тем не менее, в долговременной перспективе не ведет к интеграции с Россией.
Тема 9
Средняя Азия
Этническая карта и политические традиции Среднеазиатского региона
Древнее население Средней Азии говорило в основном на языках иранской группы индоевропейской семьи. Однако многочисленные нашествия и завоевания тюркских племен привели к тому, что большинство населения этого региона говорит сейчас на тюркских языках. К тюркской группе Алтайской языковой семьи принадлежат, в частности, узбекский, туркменский и киргизский языки. При этом узбеки, туркмены и киргизы разительно отличаются друг от друга по антропологическими типу. Язык иранской группы сохранили в Средней Азии только таджики.
Средняя Азия – один из районов на Земле, где возникали и развивались наиболее древние цивилизации. За многие столетия здесь побывали самые разные завоеватели. Наиболее сильное культурное и политическое влияние на Среднюю Азию оказал мусульманский мир и Индия. Среднеазиатские центры сами не раз оказывались ядром могущественных империй, а такие города как Бухара и Самарканд имели всемирную славу.
В XIX столетии эта территория стала объектом экспансии России, сумевшей в данном случае опередить английских колонизаторов, продвигавшихся от границ Индии. Присоединение Средней Азии к России проходило преимущественно вооруженным путем. При этом было сломлено сопротивление трех основных государств, существовавших в то время на этой территории – Бухарского и Кокандского эмиратов и Хивинского ханства, а также вольных туркменских племен. Кокандский эмират был полностью ликвидирован, а владения Бухары и Хивы, сильно урезанные в размерах, превратились в вассальные государства царской державы.
Возникавшие в Средней Азии государства почти всегда строились не по национальному принципу, а представляли собой разновидности восточных деспотий, объединенных властью той или иной династии. Для многих районов Средней Азии характерен смешанный состав населения, его чересполосица. Таджики, например, составляют большинство населения в городах Бухара и Самарканд, окруженных территориями с преобладанием узбеков (в 1924-30 гг. Самарканд был столицей Узбекистана).
Национально-государственное размежевание в Средней Азии в советский период
В условиях распада царской державы гражданская война на территории Средней Азии затянулась. Однако здесь, в отличие от Европейской части бывшей империи и Закавказья, в большинстве случаев отсутствовали в качестве самостоятельных акторов сплоченные национальные движения.
После установления советской власти были ликвидированы не только прежние губернии и генерал-губернаторства, но и вассальные государства, где тоже произошли революции. В основу нового размежевания в регионе был положен именно национальный принцип. 27 октября 1924 г. были образованы Узбекская и Туркменская ССР. В том же году появились Таджикская АССР и Кара-Киргизская автономная область. Уже в 1926 г. последняя была преобразована в Киргизскую АССР. Статус союзной республики Таджикистан получил в 1929 г., а Киргизия – по Конституции 1936 г. На территории региона остались также две автономии: в 1936 г. из состава РСФСР в состав Узбекистана была передана Каракалпакская АССР, с 1925 г. в составе Таджикистана находится Горно-Бадахшанская автономная область, составляющая почти 45% территории республики, но очень небольшую долю ее населения.
Развитие Средней Азии в структуре советской империи
Для республик Средней Азии характерны те же направления социалистических преобразований, что и для СССР в целом. Хотя зачастую принимался во внимание более низкий уровень экономического и социального развития этих территорий.
Волна индустриализации в конце 1920-х – 1930-е гг. стала началом трансформации традиционной структуры среднеазиатской экономики. Однако, первоначально, на строившихся промышленных объектах и в растущих городах работу находили в большей степени приезжие из других регионов империи, а не местные жители. Новый толчок экономическому развитию Средней Азии дала Великая Отечественная война, когда на эту территорию были эвакуированы многие предприятия и учреждения из Европейской части.
Советская власть старалась сломать традиционный уклад жизни народов Средней Азии, сохранявшиеся со времен Средневековья обычаи и нравы. Велась активная борьба с влиянием Ислама. Письменность языков народов Средней Азии была переведена сначала на латиницу, а затем на кириллицу.
В период застоя экономическое развитие, особенно рост промышленности, проходили в Средней Азии опережающими темпами, по сравнению с другими республиками Союза. Однако, при этом в абсолютных показателях, включая уровень жизни населения, они значительно уступали им.
Развитие имперской экономики способствовало узкой специализации республик, даже достаточно крупных. Так ведущей отраслью Узбекистана стало производство хлопка, в большом количестве требовавшегося, в частности, для нужд союзного ВПК. Несмотря на мобилизацию всех ресурсов (для сбора урожая хлопка на несколько месяцев отвлекались работники промышленных предприятий, студенты, учащиеся) справиться с растущими плановыми заданиями полностью не удавалось. Это способствовало развитию системы приписок и хищений.
Низкий уровень жизни, подобно тому, как это происходило в бывших колониях европейских стран, сочетался с высокой рождаемостью. Демографический взрыв, характерный для Третьего мира, в Советском Союзе дал о себе знать в первую очередь в Средней Азии. Особенно ярким примером в этом отношении стал Узбекистан. Согласно данным переписи 1989 года, в Узбекистане проживало уже почти 20 млн. человек и он занимал по численности населения третье место среди республик Советского Союза, уступая только РСФСР и Украине. Более чем двухмиллионный Ташкент, был четвертым по величине городом СССР. Одним из результатов данной диспропорции был высокий уровень скрытой безработицы в среднеазиатских республиках (официально безработицы в СССР не существовало).
В республиках Средней Азии, несмотря на проведенные преобразования и насаждаемые ценности, сохранялись сильные клановые связи, традиции семейственности и землячества. Это проявлялось в деятельности местных органов власти, формировании управленческих команд, сказывалось на эффективности их работы, способствовало коррупции и злоупотреблениям служебным положением. В конце концов, при подборе кадров на руководящие должности в республиках Средней Азии союзное руководство стало принимать во внимание, в качестве фактора благоприятного для претендента, отсутствие у него широких семейных и клановых связей. Исследователи отмечают, что это, в частности, сыграло свою роль в карьерном росте И.Каримова в Узбекистане и С.Ниязова в Туркменистане (все близкие родственники последнего погибли в 1948 г. во время Ашхабадского землетрясения).
Политическое положение и национальные конфликты в среднеазиатских республиках в период Перестройки
Первые годы Перестройки положение в Средней Азии оставалось стабильным и не характеризовалось открытым проявлением социальных и политических конфликтов. Исключение составлял Узбекистан.
Еще при Андропове в Узбекистане начало раскручиваться так называемое «хлопковое дело». В тюрьме, на судебной скамье, под следствием оказалась большая часть партийно-хозяйственной номенклатуры республики, в т.ч. ее высшего и среднего эшелонов. В начальный период Перестройки ход дела широко освещался СМИ, а следователи Генеральной прокуратуры Тельман Гдлян и Николай Иванов превратились в популярных героев СМИ и попытались сделать собственную политическую карьеру. Некоторые лидеры демократического лагеря стремились использовать их для дискредитации своих противников из числа высших руководителей Союза. Одновременно представители Узбекистана увереннее стали возвышать свой голос, требуя прекращения в республике «репрессий». На рубеже 1990-х годов «хлопковое дело» было свернуто.
В 1989 году первым секретарем ЦК компартии Узбекистана стал бывший министр финансов и руководитель Кашкадарьинского обкома Ислам Каримов (выходец из Самарканда, таджик по матери) – один из немногих, на кого Гдлян и Иванов не смогли найти никакого компромата. Прекращение волны репрессий по «Хлопковому делу» упрочило его позиции. В марте 2000 г. в Узбекистане был учрежден пост президента и Каримов был избран на него депутатами Верховного Совета республики.
Общая нестабильность в стране в конце 1980-х гг. привела к обострению межнациональных конфликтов в Средней Азии, которые в отдельных случаях проявлялись в крайних формах. Стал заметен и рост религиозного фактора – сказывалось влияние воинствующего Ислама, завоевавшего уже прочные позиции в сопредельных странах. Летом 1989 г. в Ферганской долине (Узбекистан) прошли массовые погромы турок-месхетинцев, выселенных сюда из Закавказья в сталинские времена. В феврале 1990 г. в Душанбе очередной митинг оппозиции перерос в погромы русскоязычного населения. В город были переброшены войска (части внутренних войск постоянно дислоцировавшиеся в Таджикистана в те дни участвовали в операции в Баку). После этих событий миграция русскоязычного населения из Таджикистана резко увеличилась. В июле 1990 года столкновения между узбеками и киргизами прошли в Ошской области, входившей в состав Киргизии. Русскоязычное население при этом также пострадало.
Рост национализма и влияния Ислама при ослаблении политического контроля со стороны подчинявшихся Москве органов безопасности привел в конце 1980-х гг. к появлению в республиках Средней Азии легально действующих политических организаций исламской направленности. Крупнейшей из них была партия Исламского возрождения Таджикистана.
Помимо исламистской на рубеже 1980-90-х годов формировалась и легальная национально-демократическая оппозиция. В Узбекистане этот лагерь представляли партии «Бирлик» («Единство») и отколовшаяся от нее «Эрк» («Свобода»). В Таджикистане действовало движение «Растохез» («Возрождение»), от которого потом откололась Демократическая партия.
В то же время руководство среднеазиатских республик оставалось лояльным Москве и в целом контролировало политическую ситуацию. У власти оставались в основном лидеры назначенные Москвой. Исключение составляла Киргизия, где борьба между первым секретарем ЦК республиканской компартии и председателем республиканского Совмина привела к тому, что осенью 1990 г. первым президентом был избран Председатель Академии Наук республики и народный депутат СССР Аскар Акаев. Он был достаточно близок местной партийно-хозяйственной номенклатуре (одно время занимал пост заведующего отделом науки и высших учебных заведений ЦК компартии республики), но имел большую возможность для маневра и легче мог найти общий язык с лидерами демократического движения в РСФСР и других союзных республиках.
На прошедшем весной 1991 года референдуме о судьбе Союза большинство жителей Средней Азии высказалось за его сохранение, что во многом обеспечило перевес голосов «за» в целом.
Становление политической независимости среднеазиатских государств, специфика политических режимов
Вплоть до августа 1991 г. руководители среднеазиатских республик готовы были участвовать в создании обновленного варианта Союза. В дни путча из всех среднеазиатских лидеров с его осуждением выступил только Аскар Акаев. Однако, сразу после провала путча, когда паралич союзного центра стал очевиден, руководители республик Средней Азии поспешили декларировать независимость своих государств и вновь смогли (за исключением Таджикистана) удержать ситуацию под своим контролем. Организационная слабость оппозиции и отсутствие у нее массовой поддержки дали возможность действующим руководителям трансформировать под себя прежний аппарат управления.
В этих условиях в регионе в основном были установлены режимы так называемой «управляемой демократии», при которой в стране действуют различные политические партии, проходят выборы на формально альтернативной основе, однако оппозиция не имеет реальных шансов на то, чтобы прийти к власти и вообще влиять на процесс принятия решений.
Однако в дальнейшем эти режимы эволюционировали в разных направлениях и привели к различным последствиям. В результате спектр их характеристики в Средней Азии в настоящее время очень широк – от революционной демократии в Кыргызстане до тоталитаризма в Туркменистане.
И.Каримов и политические процессы в Узбекистане после распада СССР
Сразу после провала путча в августе 1991 г. Каримов провозгласил независимость Узбекистана и назначил всенародные выборы президента. Возглавляемая им компартия Узбекистана была реорганизована в Народно-демократическую партию. На прошедших в декабре выборах Каримов получил 86% голосов, его соперник, представитель Демократической партии Узбекистана «Эрк» – 12%.
После распада СССР, Каримову, удалось в целом сохранить стабильность в республике. При этом весьма жестким было отношение Каримова к исламскому фундаментализму. Решительно пресекалась деятельность фундаменталистских группировок на территории самого Узбекистана (им было приписано совершенное на Каримова покушение), а также отрядов проникавших из Афганистана и Таджикистана. Претендуя на военное лидерство в регионе, Каримов оказывал помощь Киргизии в пресечении деятельности вооруженных формирований фундаменталистов, просочившихся на территорию этой республики из того же Таджикистана.
В Узбекистане было провозглашено строительство светского демократического государства, развернулось партийное строительство. Однако все основные партии занимают пропрезидентскую позицию и контролируются Каримовым и его администрацией. Партиям «Бирлик» и «Эрк» уже в 1992 г. было отказано в перерегистрации, ряд их лидеров впоследствии были репрессированы.
В марте 1995 г. по итогам прошедшего референдума полномочия Каримова были продлены еще на пять лет. На президентских выборах, состоявшихся 9 января 2000 года, Каримов имел только одного формального соперника и победил, собрав, по официальным данным, 91,9% голосов избирателей. В 2002 г. в стране вновь был проведен референдум, продливший полномочия Каримова до декабря 2007 г.
На парламентских выборах, прошедших в декабре 2004 – январе 2005 г. представительство в Законодательной палате получили 6 партий, при этом Народно-демократическая партия (Каримов вышел из нее еще в 1996 г., но она, как и другие продолжает его поддерживать) заняла только второе место. На первое же вышла Либерально-демократическая партия Узбекистана, имеющая наибольшее влияние в Самарканде.
В 1999 г. Каримов реформировал традиционный институт общинного самоуправления – махаллу, возложив на новые органы функции обеспечения порядка, надзора за религиозной жизнью и семейными отношениями, и создав на местах специальные вооруженные отряды «Стражей махали». Критики Каримова справедливо рассматривают данную реформу как попытку создать жесткую систему контроля и управления, охватывающую все общество.
В мае 2005 г. в одном из крупных городов Узбекистана, Андижане, расположенном в Ферганской долине произошел вооруженный мятеж, организованный оппозиционерами-исламистами. Одним из стимулирующих факторов для него стали «цветные революции» и, в частности, события в соседней Киргизии. Выступление поддержала часть местных жителей, недовольных политикой Каримова. Жесткость, с которой данное выступление было подавлено, вызвала критику со стороны стран Запада. В ответ Каримов удалил с территории Узбекистана американские военные базы (созданные в период американского вторжения в Афганистан) и предпринял ряд демонстративных шагов по сближению с Россией.
А.Акаев и становление независимой Киргизии
После августовского путча 1991 года Акаев отказался от предложения Горбачева занять пост вице-президента СССР. Как и среднеазиатские республики, призвал запретить компартию и отказаться от Советов. Киргизия взяла курс на скорейшее достижение независимости. Уже в августе 1991 года верховный совет провозгласил республику независимым, суверенным демократическим государством Кыргызстан. В октябре того же года Акаев был переизбран президентом на прямых выборах (получил 95% голосов, других кандидатов не было).
В дальнейшем Акаев стремился создавать и использовать репутацию своей страны, как «островка демократии и прав человека в Центральной Азии». Тем не менее, в реальности ситуация в Киргизии в принципе мало отличалась от «управляемых демократий» в соседних Узбекистане и Казахстане. Политическая оппозиция не обладала здесь всеми необходимыми возможностями.
На президентских выборах, состоявшихся в октябре 2000 года Акаев легко победил пять других кандидатов, собрав 74,4% голосов. Интересно, что за несколько месяцев до этого в республике прошли парламентские выборы, на которых первое место, собрав 27,7% голосов, заняли коммунисты во главе с лидерами республиканской парторганизации брежневских времен. Тем не менее, своего кандидата на пост президента коммунисты не выставили. Одна из пропрезидентских партий (их, как и в Узбекистане, в Киргизии было несколько), «Союз демократических сил», на парламентских выборах оказалась лишь второй (18,6%), третье и четвертое место заняли «технологические» партии, также в разной степени управляемые из администрации Акаева – «Женская демократическая партия Кыргызстана» (12,7%) и «Политическая партия ветеранов войны в Афганистане и участников других локальных боевых конфликтов». В любом случае, однако, по партийным спискам избиралось лишь 15 из 60 депутатов одной, нижней, палаты киргизского парламента. А по итогам референдума, состоявшегося в 2003 году, пропорциональная избирательная система в Кыргызстане была отменена вовсе. Правительство республики целиком зависело от президента.
В начале XXI века в стране нарастали экономические трудности и противоречия между более благополучным севером и более бедным Югом. На более исламизированном Юге росло недовольство засильем северян в управлении страной.
«Революция тюльпанов» и современная политическая ситуация в Кыргызстане
При подготовке и проведении новых парламентских выборов, которые должны были состояться в начале 2005 г. руководство республики особенно широко и цинично стало применять технологии политического манипулирования. Так, например, ряду лидеров оппозиции, заблаговременно отправленных послами в другие страны, было отказано в регистрации в качестве кандидатов на основании закона о цензе оседлости, требовавшего, чтобы кандидат в депутаты последние пять лет прожил на территории страны. Зато среди кандидатов в различных округах было немало родственников действующего президента (включая его сына и дочь) и людей из его ближайшего окружения.
Результаты прошедшего 27 февраля первого тура голосования оказались неоднозначны. В целом правящему лагерю во многих отношениях удалось добиться успеха. Однако налицо был и высокий уровень протестного голосования и ряд частных побед оппозиции. При этом наблюдатели от ОБСЕ и Европарламента признали прошедшие выборы несоответствующими международным нормам, а оппозиционеры начали акции протеста против широкого использования действующей властью подкупа избирателей и административного ресурса. В Бишкеке эти акции первоначально не получили поддержки, однако с 4 марта начинаются массовые выступления на Юге страны, быстро парализовавшие деятельность местных органов власти. После этого беспорядки стали происходить в Бишкеке, причем на сторону протестующих перешла значительная часть депутатов прежнего состава парламента. Несмотря на развитие кризиса в стране 13 марта был проведен второй тур парламентских выборов.
Оглашенные представителями Центризбиркома итоги голосования были неоднозначны. На первом месте по числу мандатов была поддерживающая президента партия «Вперед, Киргизия!». Однако было признано, что в парламент прошли несколько кандидатов от оппозиционного блока «Ата-Журт» («Отечество»), возглавляемого бывшим министром иностранных дел Розой Отумбаевой. Неожиданностью стало поражение на юге страны поражение бывшего премьер-министра страны Курманбека Бакиева и некоторых других оппозиционных деятелей, по итогам первого тура имевших хорошие шансы на победу. В нескольких округах выборы были признаны несостоявшимися.
Несмотря на то, что правящие круги, подводя итоги выборов, очевидно, стремились расколоть оппозицию, волна выступлений протеста в стране усилилась. В отдельных случаях митингующие захватывали государственные учреждения и брали в заложники высокопоставленных чиновников, требуя пересмотра итогов выборов. Все чаще появлялись требования отставки Акаева. Лидеры оппозиции объединили свои усилия.
Кульминацией событий стали массовые выступления протеста в Бишкеке 23-24 марта, в ходе которых демонстранты захватили Дом Правительства. Акаев вместе с семьей бежал из страны сначала в Казахстан (по матери он дальний родственник президента Казахстана Нурсултана Назарбаева, его сын одно время был женат на дочери Назарбаева), а затем в Россию. Силовые структуры оказались парализованными, в столице Киргизии началось массовое мародерство и грабежи. Остановить их смог еще один популярный лидер оппозиции, бывший министр внутренних дел и глава правительства Феликс Кулов. По требованию протестующих и решению парламента он был освобожден из тюрьмы, куда был посажен во времена Акаева по обвинению в злоупотреблении служебным положением, и сразу же назначен «куратором силовых структур».
4 апреля Акаев в посольстве Кыргызстана в Москве в присутствии парламентской делегации своей страны подписал заявление о своей отставке с поста президента. В ряде случаев на местах образовывалось сразу несколько конкурирующих центров власти. Нарастающие в стране хаос и анархию на какое-то время остановил союз двух наиболее популярных деятелей оппозиции один из которых (К.Бакиев) представлял Юг, а второй (Ф.Кулов) Север.
В дальнейшем Бакиев занял пост президента страны, а Кулов стал премьер-министром. Одним из итогов происшедшей революции (названной «революцией тюльпанов» по аналогии с событиями в Грузии и в Украине) стало соглашение о проведении конституционной реформы, приводящей к смене президентской формы правления парламентской. Однако ход этой реформы, так же, как и другие преобразования осложнился противоречиями в стане победителей. В стране вновь стали происходить массовые выступления протеста, организуемые различными вооруженными группировками. В декабре 2006 г. правительство Кулова ушло в отставку, в дальнейшем парламент отказался вновь утвердить Кулова на посту премьер-министра.
Как и в отношении «оранжевой революции» можно говорить о том, что «революция тюльпанов» не закончилась единичной сменой власти. Логика революционной борьбы продолжает определять ход политических процессов в Киргизии. При этом «революция тюльпанов» имеет ряд особенностей по сравнению с другими «цветными революциями». Одной из них является отсутствие антироссийской направленности. Российскую карту пытаются разыгрывать различные политические силы. Ф.Кулов даже выступил с инициативой о проведении референдума по вопросу образования конфедерации России и Кыргызстана.
Провозглашение независимости и гражданская война в Таджикистане
31 сентября 1991 г. под давлением оппозиционных сил с поста президента республики Таджикистан был смещен поддержавший ГКЧП первый секретарь ЦК республиканской компартии Каххор Махкамов. Новое руководство приняло указ о запрещении компартии и национализации ее имущества. 9 сентября того же года Верховный совет Таджикистана принял Декларацию о независимости республики и выходе ее из СССР.
В Таджикистане развернулась борьба между Исламской партией возрождения, опорой которой стали восточные районы страны, и прежней партийной номенклатурой, в которой быстро оказались отодвинуты на задний план немногочисленные представители демократического движения в республике. Однако отсутствие сильного лидера и единого центра управления в Таджикистане привело к тому, что развернувшаяся в стране борьба приобрела характер столкновения различных региональных и этнических группировок. Фактически сразу страна оказалась в огне гражданской войны, в ходе которой погибло около 100 тысяч человек и около 700 тысяч бежали за ее пределы.
Э.Рахмонов (Рахмон) и его политика
В ноябре 1992 г. в Душанбе вошли вооруженные отряды ополчения южной Кулябской области, и взяли власть в свои руки. Главой Таджикистана был провозглашен лидер кулябцев, бывший директор совхоза Эмомали Рахмонов (весной 2007 г. он заявил, что меняет свою фамилию на Рахмон). Вступив в союз с северянами из ходжента, Кулябцам удалось стабилизировать ситуацию. В 1994 г. Рахмонов был избран первым президентом Таджикистана (на какое-то время пост президента был упразднён).
Однако бои на территории страны продолжались. Только в июне 1997 г. руководство республики и лидеры Объединенной таджикской оппозиции подписали в Москве мирные соглашения. Представители оппозиции были включены в состав правительства, им была предоставлена треть мест в парламенте страны. Вернувшиеся из Афганистана и Пакистана боевики могли влиться в ряды таджикской армии. В том же году Рахмонов совершил хадж в Мекку. Однако соглашения эти выполнялись с трудом, и та, и другая сторона имели немало претензий друг к другу. Периодически вновь вспыхивали военные столкновения, иногда перекидывавшиеся и на территорию соседних республик. Сдерживающим фактором проникновения боевиков извне было присутствие российских войск, прикрывавших границу с Афганистаном.
В 2001 г. правительственным войскам удалось разоружить большую часть неподконтрольных отрядов оппозиции. Стабилизации политической ситуации в немалой степени способствовало свержение режима талибов в соседнем Афганистане. Однако до настоящего времени Рахмонов не контролирует всю территорию Таджикистана. Особым остается, например, положение в бывшей Горно-Бадахшанской автономной области, население которой последние годы жило в основном за счет средств главы секты исмаилитов Карима Ага-хана IV. Таджикистан по-прежнему входит в число беднейших стран мира.
В 1998 г. Рахмонов возглавил Народно-демократическую партию Таджикистана. На бойкотируемых оппозицией президентских выборах, состоявшихся 6 ноября 1999 г., Рахмонов, имея только одного, формального соперника, получил, согласно официальным данным 97% голосов избирателей и был избран уже на семилетний срок. В последующий период степень официальной политической конкуренции в Таджикистане несколько возросла. На состоявшихся в феврале-марте 2005 г. парламентских выборах (по пропорциональной системе избираются 22 из 63 депутатов нижней палаты) по официальным данным Народно-демократическая партия Таджикистана набрала 64,5% голосов, коммунисты – 20,6%, исламисты – 7,5%. В ноябре 2006 г. Рахмонов на президентских выборах имел уже четырех соперников – либерала, агрария, коммуниста и социалиста – и победил их, собрав 79,3% голосов.
Стремясь ослабить позиции исламистов в обществе и создать альтернативу их идеологии, Рахмонов в последние годы стремится акцентировать внимание на древних зороастрийских истоках таджикской нации и государственности. По этому поводу он выпустил ряд книг под своим именем и объявил 2006 г. в Таджикистане Годом арийской цивилизации.
Специфика экономической и политической ситуации в Туркменистане, С.Ниязов
Туркменистан являет собой пример бывших имперских владений, для которых распад прежней экономической системы империи изначально принес больше позитивных, чем негативных последствий. Богатые месторождения газа (третьи или четвертые по запасам в мире) принесли Туркменистану если не такое же точно благосостояние, как нефтяные запасы бывшим британским владениям на берегу Персидского залива, то, по крайней мере, обеспечили экономическую стабильность и доходы, достаточные как для обогащения власть придержащих, так и для проведения ими политики социального маневрирования. Газ, электричество, вода и соль были объявлены бесплатными для жителей республики.
На этом фоне верхушке партийно-хозяйственной элиты республики во главе с первым секретарем ЦК компартии Туркмении Сапармурадом Ниязовым удалось не только сохранить свою власть, но и, избавившись от контроля союзного центра, сосредоточить в своих руках абсолютно все рычаги управления. В короткий срок Ниязову, принявшему имя Туркменбаши – «отца всех туркмен» – удалось устранить всех своих конкурентов в борьбе за влияние в республике – начиная от лидеров преступных группировок (все туркменские «воры в законе» были расстреляны, а их казнь показана по телевидению) и кончая бывшими соратниками, многим из которых пришлось укрыться в эмиграции.
В 1992 г. Ниязов одержал победу на безальтернативных выборах, получив, по официальным данным, 98,3% голосов. На референдуме, состоявшемся в январе 1994 года срок его полномочий был продлен до 2002 г. В 1999 году парламентом было принято решение о том, что Туркменбаши должен быть президентом пожизненно. Именем Туркменбаши были названы около ста самых разнообразных объектов в республике, включая крупный город и залив Каспийского моря. День рождения президента был объявлен национальным праздником. Написанная Ниязовым книга «Рухнама» (впервые издана в 2001 г.) стала обязательной для изучения во всех учебных заведениях и трудовых коллективах. В стране был введен новый календарь, первый месяц которого также был назван в честь Туркменбаши.
Единственной политической силой в стране стала возглавляемая президентом Демократическая партия Туркменистана. Членами ее являлись все депутаты туркменского парламента (меджлиса) и все высшие должностные лица в стране. Парламент контролируется также высшим представительным органом республики – Народным советом (Халк Маслахаты), состоящим из 2507 человек. Члены правительства и другие высшие чиновники Туркменистана находились под постоянной угрозой ареста, обвинения могли быть самые разные: начиная от злоупотребления служебным положением и кончая сотрудничеством с иностранными спецслужбами (в 2002 г. широкая волна репрессий последовала вслед за объявлением о «неудавшемся покушении» на Ниязова). Многие государственные деятели в разное время были осуждены на 20-25 лет лишения свободы, в отношении некоторых появлялись сообщения, что, отбывая наказание, они якобы кончали жизнь самоубийством.
Установленный в Туркменистане режим представляет собой жесткую диктатуру авторитарного, а по многим оценкам даже тоталитарного типа. Мелочной регламентации и контролю со стороны государства в Туркменистане стали подвергаться самые разные стороны повседневной жизни. Молодым мужчинам запретили носить длинные волосы, усы, бороды, проводилась кампания против ношения золотых зубов, жители Ашхабада не должны были иметь дома больше одного домашнего животного. Балет, опера, цирк, филармония в стране были упразднены. На государственном уровне выдвигались и начинали реализовываться самые нелепые проекты, вроде строительства в пустыне Каракумы гигантского зоопарка, причем в нем обязательно должны были быть поселены и пингвины, которым, по мнению Туркменбаши угрожало вымирание в Антарктике. В 2005 г. было объявлено о закрытии всех больниц и библиотек, за исключением расположенных в столице. Все эти мероприятия не имели иной основы, кроме причуд диктатора. Подтверждением тоталитарного характера сложившегося в Туркменистане режима стали и обстоятельства, сопровождавшие неожиданную смену власти в стране.
Смена власти в Туркменистане зимой 2006-2007 гг. Современная политическая ситуация в стране
В конце декабря 2006 г. было объявлено о смерти Туркменбаши, последовавшей от внезапной остановки сердца. Сразу же стало известно имя его преемника – Гурбангулы Бердымухаммедов, занимавший до этого посты вице-премьера, министра здравоохранения и председателя Государственного совета безопасности. Председатель меджлиса, к которому власть должна была перейти по Конституции, в тот же день был обвинен в злоупотреблениях, смещен со своего поста и арестован. Оперативно были внесены изменения в конституцию, позволившие Бердымухаммедову исполнять обязанности президента, и назначены выборы главы государства, которые должны были пройти на альтернативной основе. Однако всех пятерых соперников Бердымухаммедова и его самого кандидатами назначили депутаты народного совета (Бердымухаммедов был единственный, за кого проголосовали единогласно). Живущие в эмиграции оппозиционеры к участию в выборах допущены не были. В результате прошедшего 11 февраля 2007 г. голосования Бердымухаммедов, по официальным данным, получил 89,23% голосов. По тем же данным в выборах приняли участие 98,65% избирателей. Характерно, что еще до начала подсчета голосов, несмотря на теоретически сохранявшуюся возможность проведения второго тура, была назначена дата инаугурации нового президента. Вскоре в государственном аппарате Туркменистана начались новые масштабные чистки, а на утвержденного главу государства посыпались новые почести.
Тема 10
Казахстан
Казахстан в составе советской империи: становление государственности, «переселение народов», освоение целины
Через обширные степные и полупустынные пространства Казахстана на протяжении многих веков на Европу и Среднюю Азию накатывались волны кочевников. Из их разных племен и сформировался казахский этнос, говорящий на языке тюркской группы и разделенный на несколько племенных групп (жузов). На юге население вело в основном оседлый образ жизни и занималось земледелием. В других районах основой хозяйства оставалось кочевое скотоводство. Часть казахских племен попала в зависимость от России еще в XVII-XVIII веках. Однако основная часть территории Казахстана вошла в состав Российской империи только в 1840-70-е гг.
В августе 1920 г. была образована Киргизская АССР с центром в Оренбурге, позже она была переименованная в Казахскую, а центр перенесен сначала в Кзыл-Орду, а затем Алма-Ату (бывший Верный – российский форпост в Семиречье, у границ Средней Азии). По советской Конституции 1936 г. Казахстан получил статус союзной республики. В составе республики оказались ряд районов уже подвергшихся русской колонизации. В частности весьма произвольно была проведена граница, разделившая Казахстан и Сибирь.
Расположенная вдали от наиболее неспокойных границ, обширная и малонаселенная, богатая ресурсами территория наилучшим образом подходила для перемещения реальных и потенциальных врагов империи. В 1930-40-е гг. в Казахстан отправляли не только многочисленных уголовных и политических заключенных, но и переселяли основную часть самых разных «репрессированных народов» – корейцев с Дальнего Востока, немцев из Поволжья, крымских татар, различные народы Северного Кавказа и др.
Новая волна миграции на территорию Казахстана пришлась на 1950-е годы и была связана с кампанией по освоению «целинных и залежных земель». Большая часть намеченных к освоению территорий составляли степные районы Северного и Центрального Казахстана. Поток же переселенцев шел преимущественно из Центральной России и из Украины.
Но данным переписи 1959 г. казахи составляли лишь 30% населения республики, по данным переписи 1989 г. – 39,7%. Это был самый низкий показатель доли титульной нации среди союзных республик. На территории Казахстана проживали представители самых различных национальностей. Официальная пропаганда именовала республику «лабораторией дружбы народов».
Помимо сельского хозяйства, в Казахстане в последние десятилетия существования СССР активно развивалась промышленность, прежде всего горнодобывающая. На территории республики располагались ряд важнейших стратегических объектов Советского Союза, в т.ч. космодром Байконур и полигон для проведения подземных ядерных испытаний близ Семипалатинска.
Апрельские события 1986 г. в Алма-Ате
Несмотря на то, что Казахстан рассматривался как один из самых стабильных и благополучных регионов, в т.ч. и с точки зрения национальных отношений, первые масштабные выступления против действий московских властей, имевшие националистическую окраску, в период Перестройки произошли именно в Казахстане.
В апреле 1986 г. был отстранен от своего поста и отправлен на пенсию член Политбюро ЦК КПСС, близкий соратник Л.И.Брежнева Динмухамед Кунаев, многие годы возглавлявший ЦК компартии Казахстана, а, следовательно, и всю республику. Вопреки существующей традиции и установившемуся порядку на пост нового руководителя республики был назначен не представитель титульной нации, а русский Геннадий Колбин – выходец из Нижнего Тагила, партийный функционер успевший поработать в различных регионах СССР. На следующий день, после того, как это стало известно, на центральную площадь Алма-Аты, еще носившую в тот момент имя Брежнева, с протестом вышло несколько тысяч человек, большей частью студенческой молодежи. Официально было признано, что при разгоне демонстрации погиб один человек (позже была признана гибель еще, по меньшей мере, одного).
Г.Колбин утвердился на посту руководителя Казахстана и, проводя гибкую политику, сумел удержать Казахстан от дальнейшего развития конфликтов на национальной почве и в целом поддерживать ситуацию стабильной. В то же время он никогда так и не стал «своим» для казахской элиты и в 1989 г. она поспешила избавиться от него, благословив на формальное повышение – Колбин был назначен Председателем вскоре потерявшего свое значение Комитета Народного Контроля СССР.
Н.Назарбаев
Новым руководителем республики после ухода Колбина стал Нурсултан Назарбаев. Назарбаев родился в 1940 г. в Алма-Атинской области. Окончил завод-втуз при Карагандинском металлургическом комбинате – с этим комбинатом связано начало его трудовой биографии, здесь же он потом занимал должность секретаря парткома. Назарбаев успешно делал карьеру в качестве «национального» представителя советской номенклатуры. В 1979-84 гг. занимал пост одного из секретарей ЦК компартии Казахстана. В 1984- 89 гг. – председатель Совета министров Казахской ССР. В 1989 г. Назарбаев стал первым секретарем ЦК компартии Казахстана, в феврале 1990 г. после избрания нового Верховного Совета республики, его председателем, а в апреле того же года был избран депутатами президентом Казахской ССР. Имеются свидетельства, что в декабре 1990 г. Назарбаев отказался от предложенного ему поста вице-президента СССР (в отличие от В.Ивашко за полгода до того согласившегося стать заместителем Генерального секретаря ЦК КПСС и в результате потерявшего все посты и все влияние на Украине).
Укрепление у власти в Казахстане Назарбаева означало успех сформировавшейся в республике из представителей номенклатуры советских времен национальной политической элиты. В этом смысле политические процессы в Казахстане развивались во многом так же, как и в большинстве республик Средней Азии. В то же время политические амбиции Назарбаева простирались за пределы своего геополитического региона. Будучи сторонником по своему понимаемых им идей евразийства, Назарбаев активно выступал за развитие интеграционных процессов с участием как азиатских, так и европейских республик бывшего СССР - при условии, что Казахстану в этих процессах будет отводиться особая роль.
Провозглашение независимости Казахстана
В условиях распада Союза Назарбаев приступил к реформированию политической системы Казахстана. Было объявлено о проведении всенародных выборов президента республики, которые состоялись 1 декабря 1991 г. (одновременно с референдумом и президентскими выборами на Украине). По новому законодательству глава государства в Казахстане наделялся полномочиями на семилетний срок. Назарбаев получил 98,7% голосов избирателей, назвав этот результат «мандатом народного доверия».
Заключение Беловежских соглашений вызвало крайнее неудовольствие Назарбаева, но прежде всего потому, что он не был даже проинформирован о том, что готовится их подписание. Реакция Назарбаева и лидеров среднеазиатских республик заставила инициаторов ликвидации Союза, собрать новую встречу, уже с их участием, в Алма-Ате, на которой было подтверждено участие Казахстана и республик Средней Азии в СНГ. При этом фактически Казахстан, как и другие республики бывшего Союза превращался де-факто и де-юре в полностью независимое государство.
Тенденции изменения этнополитической ситуации в Казахстане
После обретения Казахстаном независимости интересы русскоязычного населения при проведении кадровой, образовательной, языковой, культурной политики оказались ущемлены. Уровень жизни в ряде городов и районов после прекращения союзного финансирования заметно понизился, оказались закрыты многие объекты ВПК. В силу этих причин многие представители русскоязычного населения стали выезжать в Россию. Процесс этот продолжается в течение всего периода независимости Казахстана. Уезжали в массовом порядке из страны и представители других народов (например, немцы – в Германию). Отток неказахского населения и более высокий уровень рождаемости у казахов постепенно меняют соотношение титульной нации и других основных этносов в Казахстане. Кроме того, шел процесс переселения на «историческую родину» нескольких сот тысяч этнических казахов из Узбекистана, Монголии, Туркменистана и Китая. (т.н. «оралманов»). Численность казахов в Казахстане возросла до восьми миллионов человек, что составило более половины населения страны. В то же время по существующим оценкам около трех миллионов казахов не знают родной язык.
Учитывая сохраняющийся многонациональный характер общества и сознавая особую значимость для Казахстана межнациональных отношений, Назарбаев в середине 1990-х инициировал создание Ассамблеи народов Казахстана, объединявшей через десять лет своего существования 470 национально-культурных центров. Так называемые «малые ассамблеи» были созданы на региональном уровне. Формально в стране формировалась параллельная структура представительных органов, строящихся по национальному принципу. Однако в реальности система ассамблей все больше становилась частью централизованного государственного аппарата управления, инструментом контроля за процессами в национальной сфере и влияния на них.
Проблемой для казахского руководства остается также то, что при полном преобладании казахов на юге страны, русскоязычное население компактно расселено в северных, восточных и, частично, центральных районах. Отсюда опасения появления и роста сепаратистских и ирредентистских движений. Это приводит к определенным гонениям на ряд национальных организаций (например, на казаческих). В ноябре 1999 г. в областном центре Восточно-Казахстанской области г. Усть-Каменогорске спецслужбы арестовали группу граждан России и Казахстана, которые якобы готовили вооруженный мятеж с цель провозглашения области Русской автономией и последующего присоединения ее к России. Во главе группы стоял прибывший из Москвы руководитель организации «Русь» Виктор Казимирчук («Пугачев»). Большинство членов этой группы были осуждены на длительные сроки тюремного заключения.
Проблема «Севера и Юга» в Казахстане и перенос столицы
Различия в соотношении представителей титульной нации и русскоязычного населения дополнялись также различиями и противоречиями между отдельными казахскими жузами. Критику в северных районах страны вызывало то, что в Алма-Ате карьеру делали преимущественно южане. Неоднородность состава населения порождала и в какой-то мере продолжает порождать до сих пор опасность раскола страны на степной Север и тяготеющий к Средней Азии Юг.
В этих условиях Назарбаевым было принято беспрецедентное для постсоветского пространства решение о переносе столицы. Местоположением нового средоточия управления страной был определен находящийся в центральной части Казахстана областной город Целиноград. Ему было уже возвращено старое название – Акмола (Акмолинск). Однако его посчитали неблагозвучным (в буквальном переводе оно означает «Белая могила») для нового главного города страны и снова заменили: на этот раз просто словом «столица» – Астана. Процесс перевода столицы Казахстана был завершен к 2000 г.
Одновременно во второй половине 1990-х гг. была проведена реформа административно-территориального деления Казахстана, наиболее значимой частью которой стало укрупнение областей на северо-востоке и севере республики. В результате доля казахского населения почти во всех областях страны стала преобладающей.
Формирование партийной системы Казахстана. Президентские и парламентские выборы 1999 г
В Казахстане, как и в ряде других азиатских республиках бывшего Советского Союза, была сформирована пропрезидентская «партия власти». В Казахстане она получила наименование «партии Отечества». В то же время в республике были созданы ограниченные возможности для деятельности других партий – коммунистического и либерального толка. Аналогично Киргизии, в Казахстане по партийным спискам избиралось небольшая часть депутатов нижней палаты парламента (10 из 77)
В январе 1999 г. Назарбаев пошел на проведение президентских выборов на альтернативной основе. При этом наиболее весомые потенциальные соперники действующего главы республики различными способами были выведены из борьбы. По результатам голосования Назарбаев получил 79,8% голосов избирателей. Его ближайшим конкурентом оказался лидер местной компартии, собравший 11,7%.
В октябре того же года прошли выборы в нижнюю палату парламента, которые принесли победу партии власти. На втором месте с большим отрывом вновь оказались коммунисты, На третьем – аграрии, на четвертом, не намного отстав от них, – Гражданская партия. Почти половину избранных депутатов составили беспартийные.
В сентябре 2004 г. партия «Отечество» получила на новых парламентских выборах более 60% голосов и абсолютное большинство депутатских мест. В парламент прошли также еще две партии, связанные с президентом (одна из них была основана одной из его дочерей). Либеральной оппозиции при поддержке 12% избирателей удалось провести в новый состав парламента только одного своего представителя.
В декабре 2005 г. Назарбаев на президентских выборах, имея четырех соперников, набрал, по официальным данным, более 91% голосов избирателей при 77% их явке.
Современная политическая ситуация в Казахстане
Казахстан являет собой яркий пример «контролируемой демократии». Как и во многих других бывших союзных республиках, политический режим в Казахстане персонифицирован, на его черты накладывают очень большой отпечаток характерные особенности находящегося у власти лидера. Опираясь на экономическую независимость своей, богатой ресурсами страны и проводя гибкую политику, в т.ч. и в кадровых вопросах, Назарбаеву в большинстве случаев удается избегать острых конфликтов и конфронтации как на международной арене, так и внутри Казахстана. В настоящее время в республике нет политических сил сопоставимых по весу с действующим президентом. В то же время казахстанское общество остается очень неоднородным и несет в себе множество противоречий, способных найти свое проявление в политической сфере. Обостряется и борьба в ближайшем окружении Назарбаева, которая на какое-то время приобрела форму «противостояния двух принцев» (супругов дочерей президента).
Весной 2007 г. Н.Назарбаевой выступил с инициативой усилить роль парламента Казахстана, в частности при формировании правительства. Состав нижней палаты парламента был увеличен с 77 до 107 депутатов, 98 из которых теперь должны были избираться по пропорциональной системе, а 9 делегироваться ассамблеей народов Казахстана. Одновременно срок президентских полномочий предлагалось сократить с 2012 г. с семи лет до пяти. Все эти предложения, как и прочие, исходящие от президента, были приняты депутатами. И буквально вслед за этим последовала инициатива, согласно которой для первого президента Казахстана должно быть сделано исключение из конституционных правил и дано разрешение занимать пост главы государства больше двух раз подряд. Данное предложение также сразу получило одобрение казахстанских парламентариев. После этого палата была распущена Назарбаевым и на август 2007 г. назначены выборы по новой схеме. К ним же приурочены выборы в местные представительные органы.
Тема 11
Развитие международных отношений на
постсоветском пространстве
Проблема исторических и политических аналогий судьбы СНГ
Как уже отмечалось, СНГ задумывалось его организаторами как преемник СССР, объединение, которое должно интегрировать все постсоветское пространство. Несмотря на отдельные успехи на первых порах (например, присоединение к этому содружеству Грузии после прихода к власти Э.Шеварнадзе), СНГ не оправдало этих надежд и превратилось в формальное объединение, которое в реальности мало что решает на пространстве бывшего Союза.
В начале 1990-х гг. было немало разговоров о том, что только что созданное Содружество Независимых Государств может и должно развиваться по тому же пути, что и Европейский Союз и находится в одном типологическом ряду с этим объединением. И в дальнейшем, несмотря на изменения в динамике и характере интеграционных и дезинтеграционных процессов, которые произошли с той поры, как в Европе, так и в постсоветском пространстве, а также общее изменение геополитической ситуации и конфигурации сфер притяжения центров силы в мире, некоторые авторы, среди которых есть и серьезные исследователи, продолжали ставить ЕС в пример СНГ. Между тем, в каждом таком случае, игнорировались два принципиальных различия между данными объединениями.
Во-первых, все, что в первую очередь и более всего связывает страны СНГ – сохранившиеся экономические связи, советское культурное наследие, зависимость друг от друга в области вооружений и военной техники и т.д. – происходит от прошлого. Все, что более всего и в первую очередь связывает страны ЕС – общность экономических интересов, однородность существующих политических режимов, сочетающееся с геополитическими амбициями стремление отстоять и укрепить позиции европейской культуры в мире и т.д. – связано с будущим. СНГ возникло в результате и в условиях распада советской империи и представляет, таким образом, постсистемное образование. Его основной функцией неизбежно становится сохранение памяти о старом, облегчающее адаптацию к новым условиям. Создание ЕС не имело прецедента в прошлом. Это принципиально новое объединение в истории Европы, оно создавалось на новой основе и в новой конфигурации. Его развитие целиком зависит от осознания странами-участницами тех или иных новых потребностей и интересов.
Во-вторых, в создании ЕС изначально принимало участие несколько сопоставимых по экономическому и политическому весу государств – первоначально Франция и ФРГ, затем к ним присоединилась Великобритания и догнала их по многим показателям Италия. Таким образом, в ЕС отсутствовали возможности для установления гегемонии одного из участников объединения. В этих условиях даже малые страны-участницы – Бельгия, Нидерланды, Люксембург, затем Дания, Португалия и т.д. имели определенную уверенность в том, что их голос будет услышан и учтен. С расширением ЕС и вступлением в его состав все новых государств, гарантии для этого еще более возрастают. Напротив, в рамках СНГ Россия не имеет сопоставимого противовеса. В условиях развития и углубления интеграции с ней даже Украина и Казахстан пока могут претендовать лишь на роль младших партнеров.
Какого-то принципиального выравнивания соотношения сил между государствами постсоветского пространства в ближайшее время вряд ли следует ожидать. Более того, курс на централизацию власти в РФ еще более подрывает надежды на равноправное партнерство со стороны стран СНГ. С другой стороны, расширение военно-политического покровительства России, востребованного в настоящее время рядом бывших советских республик, едва ли можно считать серьезным успехом интеграции, поскольку при существующих тенденциях развития представляется сомнительным, что Россия сможет его эффективно осуществлять в долговременной перспективе, а пророссийские симпатии в странах-союзниках не столь уж сильны.
Более продуктивным представляется сравнение предназначения и судьбы СНГ с британскии Содружеством. Данное объединение тоже по замыслу его создателей должно было придти на смену бывшей империи, вобрав в себя все лучшее, что в ней было и, освободившись от ее негативных черт. Однако в результате оно лишь облегчило разъединение империи, сделало его более «цивилизованным», а затем превратилось в «клуб бывших однокашников».
Справедливости ради, необходимо отметить, что британское Содружество не только выжило и после окончания основной фазы постимперской адаптации, но в последние годы даже переживает определенный ренессанс, существенно укрепив свой авторитет среди других международных организаций и союзов. Однако связано это с тем, что оно в немалой степени способствовало распространению демократических порядков и институтов в бывших британских владениях. Примечательно, также что «ренессанс» британского Содружества происходит в условиях, когда, во-первых, прежняя имперская система давно ушла в прошлое во всех своих основных проявлениях, а во-вторых, бывшая метрополия уже не в состоянии претендовать в данном сообществе на роль гегемона. Вероятно, это имеет значимость для оценки перспектив развития СНГ. Тем более, что еще вскоре после его создания высказывалась мысль о том, что «союз с наднациональным контролем и регулированием нужен в первую очередь для защиты прав личности и прав народов». Но и тогда, и теперь к такому мнению мало кто прислушивался из реальных политиков, чему, впрочем, в немалой степени способствовали и объективные обстоятельства.
Но как бы ни складывалась дальнейшая судьба содружеств на постимперском этапе, порождаемые ими иллюзии облегчают процесс адаптации к новым условиям тем, кто исповедовал имперскую систему ценностей. По признанию английского историка Д. Лоу, специфическое предназначение Содружества для Британии состояло в том, чтобы «смягчить травму перехода к постимперской эре». Такую же роль сыграло СНГ в первые годы после распада Союза ССР.
Появление новых межгосударственных объединений на постсоветском пространстве
Отсутствие реальных результатов деятельности СНГ заставило ряд государств, в наибольшей степени проявлявших заинтересованность в развитии интеграционных процессов, образовать специализированные и более узкие по составу участников объединения. Так, в 2002 г. на основе договора о коллективной безопасности, подписанного до этого рядом государств СНГ была создана Организация Договора о коллективной безопасности (ОДКБ), членами которой стали Россия, Белоруссия, Армения, Казахстан, Киргизия и Таджикистан. В августе 2006 г. в эту организацию вошел также Узбекистан. Те же страны, за исключением Армении, входят в созданное в том же 2000 г. на основе Таможенного союза стран СНГ Евразийское экономическое сообщество (ЕврАзЭС). По сути, речь идет о создании неких аналогов Организации Варшавского договора и СЭВ.
В противовес организациям, находящимся под сильным российским влиянием ряд стран СНГ летом 2001 г. основали Организацию за демократию и экономическое развитие. Первоначально ее членами стали Грузия, Украина, Узбекистан, Азербайджан и Молдова (ГУУАМ). После выхода из этой организации Узбекистана сокращенно она стала называться ГУАМ. Антироссийская направленность этого объединения стала более ярко выраженной после событий 2003-2005 гг. в Грузии, Украине и Молдове.
Кроме того, территорию той или иной части постсоветского пространства охватывают ныне и более широкие международные объединения, включающие в себя мощные центры силы, находящиеся за его рамками. Как уже отмечалось в 2004 г. страны Балтии стали членами Европейского Союза и НАТО. Кроме того, в 2001 г. была создана Шанхайская организация сотрудничества, членами которой стали Россия, Китай, Казахстан, Киргизия, Узбекистан и Таджикистан. Целями организации было провозглашено широкое сотрудничество стран-участниц в самых разных сферах – от обеспечения мира и безопасности в Средней Азии до образования и культурных обменов.
Нетрудно заметить, что появление всех перечисленных организаций пришлось на примерно один и тот же период и стало проявлением кризиса прежних направлений интеграционных процессов. Какие из этих организаций окажутся более жизнеспособными в настоящее время судить трудно. Вероятным является также появление на пространстве бывшего Советского Союза новых двухсторонних и многосторонних государственных объединений. Дополнительным фактором в этом отношении может стать перевод в новую плоскость проблемы сохраняющихся непризнанных государственных образований, а также расколы каких-либо из ныне существующих государств.
Вопрос о конце «постсоветского» пространства
Изменение геополитических реалий, смена конфигурации межгосударственных союзов и блоков, продолжающееся отдаление бывших республик Советского Союза друг от друга с точки зрения их внешнеполитических ориентиров позволили видному российскому политологу А.Никитину в середине 2000-х гг. выдвинуть идею о том, что «термин “постсоветское пространство” пора сдавать в архив». Для этого действительно есть достаточно оснований, если рассматривать «постсоветское пространство» как некую межгосударственную конструкцию.
Однако, «постсоветскому пространству» как некоему единству, существующему на основе общего прошлого, суждена, вероятно, более долгая жизнь. Состояние этого единства не зависит напрямую от воли и выбора отдельных политиков и колебания массовых политических настроений. Скорее оно создает некие параметры политической реальности, с которыми приходится считаться различным акторам политических процессов. С другой стороны необходимо признать, что данное единство всегда сосуществовало и конкурировало с другими формами надгосударственной общности. Проблема, таким образом, заключается в их соотношении. Можно констатировать, что значимость «постсоветского пространства» в этом отношении уменьшается, однако этот процесс идет довольно медленно и не прямолинейно, что в целом соответствует имеющемуся историческому опыту.
Библиография
Авторханов А. Империя Кремля/А. Авторханов. Минск, 1991.
Адамкус Валдас. Имя судьбы – Литва/В. Адамкус //Дружба народов. 2000. №4.
Аузинь Имант. Эхо - еще не душа. Публицистические заметки последних лет/И. Аузинь // Дружба народов. 1996. №11.
Барсамов В. «Цветные революции»: теоретический и прикладной аспекты/В. Барсамов // Социс. 2006. №9.
Белецкий М.И., Толпыго А.К. Национально-культурные и идеологические ориентации населения Украины/М.И. Белецкий, А.К. Толпыго //Полис: Политические исследования. 1998. №4.
Бердяев Н. Судьба России. Опыты по психологии войны и национализма/Н. Бердяев М., 1989.
Бимен У.О. Формирование национальной идентичности в условиях мультикультурализма (на примере Таджикистана)/У.О. Бимен //Полис: Политические исследования. 2000. №2.
Бромлей Ю.В. «Этнический парадокс» современности в историческом контексте/Ю.В. Бромлей //Новая и новейшая история. 1989. №5.
Буховец О. Судьба «белорусской идеи»: из Золушек в принцессы? /О. Буховец//Дружба народов. 1994. №7.
Волков В.В. Латвия: Смена этнокультурной доминанты русской молодежи/В.В. Волков // Социологические исследования. 1998. №4.
Востриков С.В. Карабахский узел как конфликтогенный фактор Закавказья/С.В.Востриков //Полис: Политические исследования. 1996. №6.
Гатагова Л.С. Империя: идентификация проблемы/Л.С. Гатагова //Исторические исследования в России. Тенденции последних лет. М. 1996.
Гельман В.Я. Уроки украинского /В.Я. Гельман //Полис: Политические исследования. 2005. №1
Гулд-Дэвис Н., Подвинцев О.Б. Расставание с империей и отношения с внешним миром / Россия и Британия в поисках достойного правления /Н. Гулд-Дэвис, О.Б. Подвинцев/ Под ред. И.Кирьянова, Н.Оуэна, Дж.Синкера. – Пермь, 2000.
Гусейнов Г., Драгунский Д., Цымбурский В. Империя - это люди. Общий дом и неоплеменное сознание/Г. Гусейнов, Д. Драгунский, В. Цымбурский //Век XX и мир. 1990. №8.
Дерлугьян Г.М. Была ли Российская империя колониальной/ Г.М. Дерлугьян //Международная жизнь. 1991. № 2.
Евзеров Р.Д. Украина с Россией вместе или порознь?/Р.Д. Евзеров. М., 2000.
Зубов А. Балтия: трагедия сбывшейся мечты/А. Зубов // Октябрь. 1994. №2.
Зубов А.Б. Советский Союз: из империи - в ничто?/А.Б. Зубов //Полис: Политические исследования. 1992. №1-2.
Идентичность и конфликт в постсоветских государствах. М., 1997.
Ильин М.В. Слова и смысл: Деспотия, Империя, Держава/М.В. Ильин //Полис: Политические исследования. 1994. №2.
Иорданский В. Евразийская перспектива: реальность или мираж?/ В. Иорданский // Россия на новом рубеже. М., 1995.
Каграманов Ю. Империя и Ойкумена/Ю. Каграманов //Новый мир. 1995. №1.
Каппелер А. Россия – многонациональная империя. Возникновение. История. Распад/ Ю. Каграманов. М., 2000.
Капущиньский Р. Империя/ Р. Кпущиньский //Знамя. 1994. №2.
Каспэ С.И. Империя и модернизация. Общая модель и российская специфика/ С.И. Каспэ. М., 2001.
Кива А. Сверхдержава разорившая сама себя/ А. Кива //Международная жизнь. 1992. №1.
Кирилкина И.И. Состояние и основные тенденции развития белорусской партийной системы/ И.И. Кирилкина //Полис: Политические исследования. 2001. №4.
Козик Л.П., Кохно П.А. СНГ: реалии и перспективы/ Л.П. Козик, П.А. Кохно. М., 2001.
Константинов С., Ушаков А. История после истории. Образ России на постсоветском пространстве/ С. Константинов, А. Ушаков. М., 2001.
Коптыш К.Е. Трансформация политического режима в Республике Беларусь/ К.Е. Коптыш. 1990-1999. М., 2002.
Кынев В.А. Эффекты «майдана»: Политическая система Украины после кризиса 2004 г./ В.А. Кынев //Полис: Политические исследования. 2005. №1.
Ливен Д. Российская империя и Советский Союз как имперские государства/ Европейский опыт и преподавание истории в постсоветской России/ Д. Ливен. М., 1999.
Львин Б. Долой империю! Задачи национально-освободительной антиимпериалистической борьбы на современном этапе/ Б. Львин // Век XX и мир. 1990. №8.
Мирский Г. На развалинах империи. Экономические и национальные проблемы в бывшем Советском Союзе/ Г. Мирский. М., 2000.
Мотыль А. Пути империи: Упадок, крах и возрождение имперских государств/ А. Мотыль. М., 2004.
Мусхелишвили М. Партикуляристская демократия: взгляд из постсоветской Грузии/ М. Мусхелишвили //Полис: Политические исследования. 2001. №5.
Назарбаев Н.А. Евразийский Союз. Идеи, практика, перспективы 1994-1997/ Н.А. Назарбаев. М., 1997.
Национальные истории в советском и постсоветском государствах. М., 1999.
Несостоявшийся юбилей: Почему СССР не отпраздновал своего 70-летия. М.,1992.
«Оранжевая революция». Украинская версия/ сост. М.Б.Погребинский. М., 2005.
Охрименко В.С. Президентские выборы в Белоруссии: взгляд из 1997 г./ В.С. Охрименко // Полис: Политические исследования. 1997. №6.
Подвинцев О.Б. Постимперская адаптация консервативного сознания: благоприятствующие факторы/ О.Б. Подвинцев //Полис: Политические исследования. 2001. №3.
Подвинцев О.Б. Сложности постимперской адаптации консервативного сознания: постановка проблемы и опыт классификации / О.Б. Подвинцев //Полис: Политические исследования. 1999. №3.
Рагозин Н.П. Развитие партийной системы Украины/ Н.П. Рагозин//Полис: Политические исследования. 2004. №1.
Рассказов С.В. Географические представления сторон в процессе урегулирования этнополитических конфликтов в СНГ, С.В. Рассказов// Полис: Политические исследования. 2005. №2.
Салмин А.М. Союз после Союза. Проблемы упорядочения национально-государственных отношений в бывшем СССР/ А.М. Салмин //Полис: Политические исследования. 1992. №1-2.
Симонян Р.Х. Страны Балтии и распад СССР/ Р.Х. Симонян //Полис: Политические исследования. 2002. №6.
Стуруа М. Сапожки царицы Тамары/ М. Стуруа //Дружба народов. 1995. № 12.
Сулаберидзе Ю.С. Грузинский политический театр: сценаристы, режиссеры, актеры/ Ю.С. Сулаберидзе // Полис: Политические исследования. 2001. №4.
Тимуш А., Даний Т. Как живут в независимой Молдавии/ А. Тимуш, Т. Даний //Социологические исследования. 1996. №4.
Толпыго А.К. Украинские выборы: кандидаты и избиратели/ А.К. Толпыго //Полис: Политические исследования. 2001. №4.
Томенко М. Итоги парламентских выборов на Украине (политические ориентации и предпочтения населения)/М. Томенко //Полис: политические исследования. 1998. №3.
Туровский Р.Ф. Сравнительный анализ регионального развития России и Укпаины/ Р.Ф. Туровский // Полис: Политические исследования. 1999. №6.
Фадин А. Постсоветский мир: первые уроки распада. По ту сторону «грузинского урока»/ А. Фадин //Век XX и мир. 1992. №6.
Филиппов А.Ф. Наблюдатель империи. (Империя как понятие социологии и политическая проблема)/ А.Ф. Филиппов // Вопросы социологии. Т.1. (1992). № 1.
Филиппова Т., Олейников Д. Мы - в Империи. Империя - в нас/ Т. Филиппова, Д. Олейников //Родина. 1995. №1.
Фурман Д. Е. О будущем «постсоветского пространства»/ Д.Е. Фурман// Свободная мысль. 1996. №6.
Хоштория-Брогге Э.В. Межнациональные отношения в Грузии – причины конфликтов и пути их преодоления/ Э.В. Хоштория-Брогге. Тбилиси, 1993.
Хрох М. Ориентация в типологии/ М. Хрох //AB IMPERIO. 2000. №2.
Чаклайс М. Хочется и можется дышать. Ответы на вопросы «Дружбы народов»/ М. Чаклайс// Дружба народов. 1996. №11.
Шестопал Е.Б. Электоральный авторитаризм. Казахстанский вариант/ Е.Б. Шестопал // Полис. 2002. №6.
Язькова А.А. Государства Закавказья и Россия (проблемы южных рубежей России)/ А.А. Язькова. М., 1998.
Яковенко И.Г. Российское государство: национальные интересы, границы, перспективы/ И.Г. Яковенко. Новосибирск, 1999.

Ресурсы Интернет:
Информационно-справочный Интернет-портал стран Балтии «Klio» - http://www.klio.lv/center.php
Кавказский узел - [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]
Фергана.Ру - [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]
Портал Института стран СНГ - [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]
Портал Международного евразийского института экономических и политических исследований - [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]
Учебное издание

Подвинцев Олег Борисович


Политические процессы на постсоветском пространстве

Курс лекций для студентов специальностей «Политология» и «История»









Печатается в авторской редакции








Подписано в печать 20.07.07 Формат 60х84/16.
Усл. печ. л. 6,74 Уч.- изд. л. 6,5
Тираж 100 экз. Заказ





Редакционно-издательский отдел Пермского госуниверситета
614990, Пермь, ул. Букирева, 15





Типография Пермского госуниверситета
614990, Пермь, ул. Букирева, 15









13PAGE 15


13PAGE 14415




Заголовок 1 Заголовок 2 Заголовок 315

Приложенные файлы

  • doc 6907994
    Размер файла: 704 kB Загрузок: 1

Добавить комментарий