Конец прекрасной эпохи


Потому что искусство поэзии требует слов,я -- один из глухих, облысевших, угрюмых пословвторосортной державы, связавшейся с этой, --не желая насиловать собственный мозг,сам себе подавая одежду, спускаюсь в киоскза вечерней газетой.Ветер гонит листву. Старых лампочек тусклый накалв этих грустных краях, чей эпиграф -- победа зеркал,при содействии луж порождает эффект изобилья.Даже воры крадут апельсин, амальгаму скребя.Впрочем, чувство, с которым глядишь на себя, --это чувство забыл я.В этих грустных краях все рассчитано на зиму сны,стены тюрем, пальто туалеты невест -- белизныновогодней, напитки, секундные стрелки.Воробьиные кофты и грязь по числу щелочейпуританские нравы. Белье. И в руках скрипачей --деревянные грелки.Этот край недвижим. Представляя объем валовойчугуна и свинца, обалделой тряхнешь головой,вспомнишь прежнюю власть на штыках и казачьих нагайках.Но садятся орлы, как магнит, на железную смесь.Даже стулья плетеные держатся здесьна болтах и на гайках.Только рыбы в морях знают цену свободе но ихнемота вынуждает нас как бы к созданью своихэтикеток и касс. И пространство торчит прейскурантом.Время создано смертью. Нуждаясь в телах и вещах,свойства тех и других оно ищет в сырых овощах.Кочет внемлет курантам.Жить в эпоху свершений, имея возвышенный нрав,к сожалению, трудно. Красавице платье задрав,видишь то, что искал, а не новые дивные дивы.И не то чтобы здесь Лобачевского твердо блюдут,но раздвинутый мир должен где-то сужаться, и тут --тут конец перспективы.То ли карту Европы украли агенты властей,то ль пятерка шестых остающихся в мире частейчересчур далека. То ли некая добрая феянадо мной ворожит, но отсюда бежать не могу.Сам себе наливаю кагор -- не кричать же слугу --да чешу котофея...То ли пулю в висок, словно в место ошибки перстом,то ли дернуть отсюдова по морю новым Христом.Да и как не смешать с пьяных глаз, обалдев от мороза,паровоз с кораблем -- все равно не сгоришь от стыдакак и челн на воде, не оставит на рельсах следа колесо паровоза.Что же пишут в газетах в разделе "Из зала суда"?Приговор приведен в исполненье. Взглянувши сюда,обыватель узрит сквозь очки в оловянной оправе,как лежит человек вниз лицом у кирпичной стеныно не спит. Ибо брезговать кумполом сныпродырявленным вправе.Зоркость этих времен -- это зоркость к вещам тупика.Не по древу умом растекаться пристало пока,но плевком по стене. И не князя будить -- динозавра.Для последней строки, эх, не вырвать у птицы пера.Неповинной главе всех и дел-то, что ждать топора–––да зеленого лавра.
43ai — Конец прекрасной эпохи (Бродский)

Приложенные файлы

  • docx 8764748
    Размер файла: 15 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий