Я вот вчера ботинки купил

Я вот вчера ботинки купил. Удобные весьма и черные вдобавок. И как продавщица сказала в магазине, даже еще модные. А то что скидка почти в половину, так это связано с ликвидацией предприятия. Ну это она так говорит. Наверное и сейчас вон тому ослу втирает. Типо завтра наш магазин закрываеццо, а сегодня вам без этой обуви, ну как без гандонов в Таиланде. Да я что хотел-то, я ж не проверять ее пришел. Типо, что ж ты, лживая тварь, вчера песдела? Понравилась она мне просто. Ну и как-будто мимо проходил, думаю дай зайду. Прямо перед закрытием. Ну и только дверь открывать, а она сама распахивается и сталкиваюсь с Вовкой. - Майк, ты что-ли? - Опаньке, Вовка! Курнос, ты? - Бля, сколько лет! Ты где ща? - Да я недавно здесь. Два года почти жил в ебенях ваще. Сам то как? - Слушай, давай отметим. - Давай, здесь кафешка напротив, - думаю, время есть, почему бы с другом не поболтать. Ну сидим. Я ему про себя вкратце рассказал, если интересно ему в подробностях, пусть ресурс пафтыкает. Да и у него смотрю, что-то видок не очень. - Не нравиццо мне чото твой ибальнег совсем, - говорю. - Не выспалссо просто. - Гы-гы-гы, все как в молодости... - Если бы, - он отхлебнул из своего бокала, - слушай карочи. Я на часы глянул, если не очень длиная история, еще успею контакт с аццкой ликвидаторшей наладить. - В общем, разругался я со своей, послал жить ее... - Нахуй? - Ну почти... к маме и папе... ну и уехала она. Сижу один, скукота. Решил Позвонить подруге одной, туда-суда неделанной... - Вовк, извини перебью, - ногу так выставляю в проход, - зацени какие ботинки купил! - Ога, вещь! - Песдец какие зачотные. Так куда там ее не делали говоришь? - Блять, ты слушай, не перебивай... Ну позвонил, туда-суда, смихуечки и тому подобное, короче напросился на пиво. с моей стороны пиво, с ее милая улыбка. - Гы-гы-гы. В улыбку ибать пачотно. Блять, Вовк, ботинки песдец как нравюццо, - и опять покрутил в проходе шедевром обувной промышленности. - Класс, Мишк, - он даже посмотрел в нужном направлении, хотя может на туфельки официантки засмотрелссо. - Ога. - Ну слушай. У нее сидим, выпиваем, светские разговоры ведем, типо кагдила и все такое. Я ж принципиально не могу так сказать в лоб - идем ибаццо. Вообще мне кажется, когда инь и ян пьют вместе, по-любому кто-то кого-то хочет подмять... - Инь-хуинь, кста... - А ян? - Вовка иногда озадачивал своей китайской философией. - Кажеццо, хуян, так что дальше-то? Вовка закурил: - Короче, всякими намеками, легкими прикосновениями к незапретным местам, довел девку до легкого повлажнения. Тут она музыку включила, потанцевали. Я усмехнулссо, вспомнив как Вовка отжигал на дискотеках. - Представляешь, глаза фтыкали в ее глаза, - продолжал Вовка. - Вов, да тебе песдец паходу. Влюбилссо штоль? - Хуй знает... ну и тут типо у меня ноги подкосило. Лег аккуратно на диван близ стоящий, она залезла сверху и попыталась поднять. Я потихоньку ее уложил рядом, взял локон ее волос в руку. Она меня поцеловала... - А чо ей оставалось делать-то? Здоровый иблан валиццо навзничь и еще за волосы держит. - Гы-гы-гы. - Ну дальше-то что? - Настроение поднялось у меня конечно. Начал ее целовать. И так лихо и сладко мы это делали, что руки сами поползли к ширинкам. Но здесь она начинает говорить хуйню. Спрашивает, с кем я? И останусь с ней или нет? Ну я, как чесная "МАША", говорю, нет Оленька, моя хоть у мамы в данный момент, но у меня есть и все такое. И тут же успокаиваю ее, что поибаццо завсегда охота и не прочь. Вовка тяжело вздохнул. - Полежали, попесдели о чем-то, тут в каждой бутылке песдец нарисовалссо. Время спать подошло. Она показала на большую кровать в соседней комнате, мол давай туда, а я пока помыццо. Думаю окей, Оля сказала - Вова сделал! Разделся до трусов, лег. Приходит она, снимает свои труселя, ложится. Ну я давай ее доёбывать,беструсая дева рядом, а я чо усну что-ли? Хренасдва! Короче я ее и так и эдак. До четырех утра, прикинь! Даже пелотку пару раз задел, мокрющая песдец! Я посмотрел на Вовкины пальцы, которые из тарелочки, общей между прочим, выудили фисташку. Понял, что орехов мне больше не хочиццо. - Ну и? - А она мне так и не дала, такая сочная песда была. Представляешь, и не дала... Вот такие хреновые дни бывают в отношениях между инь и ян. - Да, брат... Стареем что-ли? Я вот тоже сегодня планирую тыку парить. - У меня сегодня попытка намба ту. Может это, сказать что женюсь? - Вовк, ну тя нахуй! Смари лучше какие у меня ботинки. Заглядение. - Да иди ты со своими ботинками! Я ему серьезные вещи, а он... И тут к столику подходит моя вчерашняя продавщица обуви. Которую сегодня мечтал попользовать, кстати сказать. И почему-то целует не меня, а Вовку в щечку. Он сразу такой спокойный стал. Расшаркиваццо начал, типо познакомтесь, это Майк, это Оля. Ну я приуныл естественно. Для приличия посидел еще пять минут и говорю: - Ладно молодые люди, удачи вам и счастья, а мне пора уже. - Да погоди, щас может Ольга подружке какой позвонит, - Вовка он если чо добрый блять, - А Оль, давай мухой. Светке там, или этой... как ее? - Ой и правда, я щас, - Оля свою раскладушку достает из сумочки. А у меня уже и настроение близкое к отметке песдец. Куда нахуй такое крушение надежд? - Давайте как нибудь в другой раз, - скорбно так говорю, - правда спешу. - Погоди, я тебя провожу хоть, - Вовка со мной встает из-за стола, и Оле так, - милая, я щас. Ну попрощалссо я с дамой, и у выхода Володьке руку пожал. Потом улыбнулссо: - Слы, Вовк, средство есть одно, - а сам из кармана пакетик маленький достаю, - на держи, пригодиццо. - А что это? Виагра что-ли? - стоит в руках вертит. - Силикагель это. - И что? - От мокрых пёзд помогает очень, - отвечаю... и пошел к остановке. - Слы? Сколько штук на стакан надо? - кричит, - Эй, Майк! А как же ты? Ты же тоже собиралссо сегодня? Остановилссо. На ботинки свои новые глянул. Усмехнулссо... Достаю еще один пакетик из кармана. Вовке показываю. - Да ладно, Вовк, у меня еще есть. Я ж все-таки два ботинка купил! P.S. Камраду Курносу респект.




Я тут нидавна на рисурсе креатиф один четал. Бля, уссывалссо как маленький. Такой сцуко, смишной. Ну я его распечатал и домой принес, ну там штоб Светка тоже почетала. И самое главное что в каментах, ни один камрад не сказал: мол, аффтар ты песдун. Тоесть этот метод очинь прадуктивный и полемизировать по этому поводу нехуй. Но всё равно, пока сам не попробуешь,неудостоверишссо. Кстате кто не вкурсе, быстро фтыкать "Режиссер снов". Карочи я Светке званю, грю у меня мамо в ночную сёдня, ты преходи ко мне с начофкай. Ну она у меня гражданка в вапросах полов очинь падкованная и я бы сказал даже падкая, так что два раза повторять не пришлось. Пришла пельменей принесла, пожрать типо, хозяйственная нах. Я ей говорю ты пока пофтыкай, потому как интересно и смишно шопесдец. Ну вот она пока фтыкает, прыскаеццо смехом своим задорным, я пока размышлял немного. А надо сказать, очинь заразительно она свои имоцые выражаит. Ну я с ней тоже поугарал влёхкую. Ну дочетале, сопле-слёзы вытерле, и я ей такой говорю: - Свет, сдаёццо мне, что аффтар этот песдун каких мало. Ну типо выдумаваит всё. - Канешно, зря он таг на Билана. - Прально всё, ахтунк! - И куплета такова нет. А ты слышал на рускам пестню? - За любовь любовью платить, друга нежна за хуй схватить... Пьфу, ахтунк бля. Смарю Светка замолкла. - Да лана нунах! Ищо изза этава ссориццо! Я те про крео в целом. Ну типо фабуло, хуйня помоиму. - Ну и чо. Пазитив же! - Да я не об этом! Как жы это можна так в сон к другому чилавеку заглянуть? Карочи сёдня проверять будим. - Павлег, а может ну ее? - Тибе што, есть что от миня скрывать? - и сразу на нее так грозно паглядывайу. - Да ну, чилавег же должен ночью атдыхать. А так получаиццо мозг всёравно работаит, давай лучше как в тот раз. Ты типо забалел, а к тибе медсистра прешла. Прошлый раз конешно было очинь интересно. Медсистра из Светке палучилась ниплохая, только уж больно рассеянная. Всегда чтото роняла, то таблетке, то пребор которым давление меряют. И главное дело уронит, жеппой павирнёццо и медленно паднимаит. А мне жы всё видно! Я ж типо балею, на диване лежу. А у ней халатег кароткий, а таблеток дохуя. Даже похуй что я их потом с полу жрал, аскорбинке блять. - Нее, в медсистру не хочу. Севодня буду в сон твой вторгаццо. Так что ты можешь пока плотно поесть, штоб желудок мозгу не давал заснуть и давай баеньки готовиццо. Я если чо задумал, меня не переубедить. И Светка это хорошо знаит. Поэтому со мной редко пререкаеццо. Уважаит типо. Легли мы карочи на диван. Я такой: - Всё Свет, спи нах. Только руке под адиялко не прячь. Штоб сразу контакт установилссо. - Спакойнай ноче, Павлег. - атвичает, и улыбаеццо. Ну я сморю, глаза закрыла, дышет ровно. Жду когда Морфей с ней абнимаццо начнёт. Подождал нимного, за палец ее беру. - Свет. А Свет. Ты спиш? Молчит и главное нешолохнёццо. Ну думаю, всё как у аффтара. Первоначальная стадия наступила. - Свет, ты где щас находишссо? - интересно же, что ей сниццо. Крейсир Аврора блять. А она адиялко с себя стаскиваит и гаварит: - Билан, ты мне сиське патрогай. Ух ты, думайу, как же харашо всё получаиццо, прям как аффтар описывал. А Светка любит голай спать. Наченаю ей сиське мять. Харошые сиське. А она губаме чмокаит и шепчит: - Билан, пацылуй мне саски. Цылую, куда деваццо! Чуствуйу прям ва рту увеличиваюццо. Тумбочке блять! А она адиялко еще нижи стаскиваит. Ну до пупка почти. Ну и просит, штоб я с дороги несбивалссо, но и не торопилссо. Ну я только до путеводнава знака ввиде пирсенга добралссо, чуствую што то не так. Блять, пильмени дали о себе знать. Причём у Светкеного арганизма есть такая беспезды аномалия. Она карочи, как я предупредительный залп не делаит нихуя. Тоись я всё почеснаму. Да, хуйнул, некоторое время ко мне лучше не подходить. А она патихоньку стравит чириз сикретный клапан отравленный воздух и песдетс. Ну думаю, афца. Сколько я сней па этаму поваду ругалссо! Ничиво и слушать не хочит. А то вообще в отказ пайдёт. Не я и все тут. Как ты докажышь? Икспертиза нужна блять. Встал карочи, фортачку открыл, адиялкой памахал, дизадарантам пабрызгал в радиуси двух метраф. Падхажу, опять иё за палец беру. - Свет, а Свет. Я вернулссо. А она, как будто сианс и не прерывалссо по техническим пречинам: - Билан, полижи скорее. Я ахуел такой, нихуя совпало! Как па нотам всё. Но што-то какое то самнение ко мне закралосс. Сматрю, а у Светке рисницы дергаюццо. Типо не спит, претворяеццо. - Слышь, ты, - за плечо ее тормошу, - ты это, каково хуя неспиш? И еще раз меня Беланом назовешь, песды палучишь. А она смиёццо, Бугага типо и говорит: - Всё, всё, Павлег, я уже сплю. - И на бок поворачиваеццо. Я думаю, пойду пока покурю. А она как раз заснёт. Сказано - сделано. Пашол пакурил, заодно крео ещо пафтыкал, аснавные маменты. Вернулссо я в комнату карочи, ну думаю, не проведешь меня больше. Ущипнул ее за жеппу, несильно правда. Вроде спит. Я опять ее за руку беру: - Свет. Это я нах. Прешол к тибе. - шопотом ей прям в ухо говорю. А она чмокаит губаме и говорит: - Как харашо што ты прешол. Полижы мне скарее. Блять, думаю, какой то сон у ней аднабокий получаеццо. Ну типо фантазии штоле немнога? Пра мидсистру думаити кто первонах? Думаити Светка? Ага, щаз. Могла бы хоть в снах своих там чо нить другое предумать. Или она во сне все сваи низменные прихоти хочет реализовать? Я ее редко балую правда. Только когда пьяный савсем, в пелотку ей ныряю. И чо то совсем мне ниахота. Я ей говорю: - Давай я лучши паибу. - Нет, Белан! Лижы, каму сказала! Ах ты думаю скатина какая. - Иди ты нахуй, Светка. - и абидилссо карочи. Павирнулссо к стенке и уснул. Такого количества кашмаров мне вообще никогда не снилосс! Какие то абрывки киналенты. Хичкок блять. И главнае дело как в каллейдаскопи. Только к одной картинге привыкнешь, хуякс другая уже. Помню только, что с кем то ибаллсо. Кто то мне пестню пел: "Ах ты беднае авечко. Штожы начелассо течко" но пачиму то фальшивым Светкиным голасам. Мариначько тоже сниласс, на которой висной жениццо абисчал. Какие то низнакомые тётки которые сосале мне паочириди, и даже Вупи Голдберг под самое утро. Тут я в ужосе праснулссо. Руку сую под адиялко, яйцы почисать, а трусов нету. И по опщему состоянийу арганизма понимаю что эякулировал несколько рас как минимум. А тут ещо Светко бесновато бегаит па комнати, весчичке сабираит свои. Даже халат медицинскей. - Свет ты чо? - Иди нахуй. На дуре своей безмозглой жынись. - Так это, ты чо падумала то? Я ж не контролируйу сибя во сне. Мало ли я чо кому абисчал. Я ж тибя люблю типо. - Нахуй. - и дверью хлопнула. Сижу теперь один. Скучно без Светке. Мудак ты аффтар карочи. Светка вернисс!




Вот и подошла моя семейная жизнь к логическому концу. А хуле, ибёмссо па привычке, да и не ежедневно уже. Орём блять друг на друга кто громче и кто абиднее. С какой нибудь мелочи каг начнёццо, песдец - из дома беги! Ну и что-то последний раз поорале, я уже и думать забыл, а чо я атходчевый. А моя хуяк, на стол мне бумажко ложыт. Йивиццо такова-то числа, туда-то туда-то. Йоптвайу! В сут блять! Я говорю, кто ж тебя на такой беспесды гениальный паступог то надоумил? Уж не мамуле ли твоя лупоглазая? А она, не трож маю мать, не трож маю мать. Нахуй она мне не усралась: гавно трогать - себе хуже. И опять сраццо начале. И так день за днём. Ну и сроки-то подходят! Я на работе сказал, завтра я нихуя не работнег, поэтому не ждать меня вовсе. С вечера побрилссо, а то нунах такой ибальнег, дакументы сабрал: повестку там, паспорт и рубашко пагладил. А чо? Один живу щаз. А моя у мамуле. Вот блять слово какое! Ахуеть нинавижу каг! Ну и утром к дисити чисам, песдую в сут. Настроение не очень, погода - гавно, и что-то тоскливо как-то на душе. Нахуй такие повороты в судьбе, думаю? Захожу в этот сут, все уже в сборе блять. И главное адни бабы. Свою то я давно знаю, уже представляйу, што от неё можно ожидать. А две других для меня загадка. Одна значит, как я понял, и есть судиа, статная такая баба, с сиськаме. А другая, совсем молоденькая девчушка. Ей бы прыщи на лбу подавить, кросавеца бы была беспесды. Типо сикритарь-риферент нах. Ну я к молоденькой поближе встал естественно. Хотя и судиа ничо была, но только уж строгая чириз чур. Моя сразу зырк на меня! И в глазах её исэмэски четаю. В адном значет, "кабель", а в прищуренном - "падонаг". Вот блять, никак со своим гавном не растанеццо! Собственница нахуй! А я из себя выдавливаю обаяние мелкими порциями и интелегентность ниибаццо. То есть мало того, что поздоровалссо со всеми, Превед типо, но еще и ножкой шаркнул и галантно улыбнулссо при этом, гыы блять. А девчушке даже падморгнул низаметна. Эх у ней на летсе такая гамма оттенков пробежала! С преобладанием красного. Защитная реакцыя, хуле. Прыщи-то маскировать нада. Вдруг слышу, кашляет кто-то. Кхе-кхе блять, кхе-кхе нахуй. Смарю по сторонам, а это моя с судиой хором. Подавились чтоле? Ну я своей по спине йобнул слегонца, а судиу не стал. Какая никакая а власть всё-таки. И тут понеслась, слушаеццо дело, хуё-маё и всё такое карочи. Я как под перекрёстный апстрел попал блять. Никакой поддержки со стороны. Хуле бабьё одно! Все друг за друга горой. И главное дело, только я рот открою, чтобы возразить в своё аправдание что нибудь, страшный голос такой "Малчать! Малчать сцукоблятьнахуй!" Йобаный стос! Голову в плечи втянул, рукаме муде прикрыл, как в стенке при штрафном ударе стою. И похуй уже что говорят, думаю - нахуй, нахуй всё. Побыстрее бы закончилась эта буффонада! И в голове уже мысли на отвлеченные темы. А эти трое между собой что-то песдят. Блять, вдруг слышу знакомое слово - креатиф. Я такой хуяк, насторожилссо. А моя: - И вот чтобы не быть голословной, я в качестве доказательства предъявляю вот этот вот документ. - и на стол судие бумажке аккуратно бросает. - Он вот эту хуету вечерами пишет, а потом спать мне не даёт. Ибаццо типо давай. - Ой, - секретутка опять пятнаме пошла, писать бросила, и руки со стола убрала. - Выбирайте выражения, - говорит судиа. - правельней будет совокупляццо. - Конечно правильней, а он почему то ибаццо больше любит. - Не песди, - говорю, - больше всего мне нравиццо когда хуй сасут. - Ай, - секретарь прикусила губу, и стала яростно шевелить руками под столом. - Прекратить! - судиа йобнула киянкой по столу. - Не слушайте эту сцуку. Продолжайте, пожалуйста, - тяжело вздохнула секретутка. - Настя, блять уволю нахуй! - Да пошла ты в песду, карова, дай послушать, что люди говорят! Моя видит, что процесс не в то русло заходит, опять кашлять стала. Я опять ей - йобс! Она такая: - Спасибо, Миш. А вы Настенька, не слушайте. Вы лучше почетайте. - и один экземпляр ей даёт. - Так. Перерыв десять минут. - сказала судиа и добавила шепотом - Ну Наська, сцука, песдец тебе пришол. - Атъебись, мрась, дай почетать спакойна. Я свою толкаю в бок локтем: - Ты чо совсем йобнулась? Нахуя креативы спиздила? - А чтобы все блять знали, что ты за человек. - Песдец, дура блять. - Сам мудаг. - Афца фригидная. - Казьол. - Йебало завалила нахуй. - Ты мне рот не затыкай. - Я сказал йебало. - Цк, цк, цк. - Хуле ты расцыкалась? - Цкатина ты, больше нет никто. Тут опять хуяк, киянка апстол. - Перерыв закончен. Продолжаем. - судиа встала. - Гы-гы-гы, песдец блять, щас абасцусь! - Настя, я сказала закончен перерыв. - Йоптваю, Анна Симёнавна, да идите вы в хуй! - огрызнулась секретарша, - Блять, абасцака! - Ну ка дай сюда, - судиа взяла со стола лист, - Нихуя сибе, я это что-то пропустила. Пра чо здесь? - Ахуеть, про Белана! Бляяяяяя! Анна Семёновна склонилась над Настей, и положила руку ей на плечо. - Во-во, щас мамент будет - йобнетесь. Куплет новый! ЫЫЫЫЫЫ! - Полюбуйся, что ты натворила, - тихонько говорю жене. - Я что-ли песала? - Слы, давай съибёмссо отсюда по-тихому. А то что-то предчуствия нехорошие. - А вот хуй тебе. Настенька оторвала от креатива взгляд: - А какой он? - Кто? Хуй? - жена неуверенно подняла руку и попыталась показать на пальцах. - Да нет, Белан. - Обычный, - растерявшись ответила Ленка, - в белой майке. - И чо? - Чо "чо"? - Классно лезал? Ленка пожала плечами, и с какой-то нежностью посмотрела на меня: - Да вроде бы и ничего... - Насть, ты что блять, совсем тупая? Это он ей лезал. - сказала судиа, и показала на меня пальтцем. - Ага, щаз, - Настя опять вернулась к тексту, - вот четайте : "Ну я Димин ибальник об наше одеяло вытер..." Чо бля? Съела? - Бля, ну ты и тупая. - Анна Семёновна с презрением посмотрела на секретаршу, - Хочешь следственный эксперимент устроим? - Я единственное что хочу, так это посцать! Настя встала, подошла к стоящему на полу полузасохшему фикусу, и стоя пустила туда мощную струю мочи. - Песдец блять, стряхнуть не забудь, - посоветовал я. - Ахуеть, - жена в ужасе закрыла летсо ладошками, - Миш, смотри она листком песду вытирает! - Гы-гы-гы. Зачот блять! Пока мы наблюдали, как секретарша справляла естественные надобности, судиа залезла на стол и сняла трусы: - Следственный эксперимент и ниибёт! Внутри как-то противно засосало под ложечкой. - Ленк, не могла про лифт что-ли креатиф им подсунуть? Глядишь пососале бы. - А я знала что-ли? Первый попавшийся взяла. - Не хочу я таких экспериментов. - А придёццо! - судья строго глянула на меня из-под очков. - Мне долго так сидеть? - Товарисч судиа, песду вам лезать я не собираюсь. - Ах так? За неуважение к суду, накладываю на вас административное взыскание в размере одна тысяча рублей. Настя, запиши пожалуйста. Поворачиваюсь к жене, а она рот открыла и охуела: - Говорил тебе Ленк, пошли нахуй атсуда. Здесь не только людей, здесь еще и на бабки разводят. - А если он полижет, штуку вернёте? - я когда это услышал чуть не йобнулссо. Ах ты блять меркантильная! - Там посмотрим, - улыбнулась судиа. Моя меня в бок толкает: - Чо стоишь, иди. Выручай семейный бюджет. - Да не буду я! - Анна Семёновна, пусть он мне лучше полижет, - Настя забралась на стол и села рядом с судиой. - Извини подруга, мне привкус фикуса не очень, эвкалипт или перечная мята на худой конец. - Две тыщи! Ах думаю твари, служебное положение в своих низменных целях использовать? - Так, вы какого хуя воронки свои разверзли? Я даже за деньги удовольствие вам доставлять не буду. Потому как измена нахуй. Хотите друг у друга полижите, а мы пошли. - Чо ты сейчас сказал? - жена на меня уставилась. - Чо-чо, хуй через плечо, люблю я тебя. За руку ее взял и съибались мы оттуда. А в коридорчеге уже следующая пара дожидаеццо. Я то мимо пронёсся, а моя тормознула. У бабы спрашивает: - Скажите, а ваш муж креативы пишет? - Нет, он у меня песни сочиняет. - Про еблю? - Не, про еблю вроде нет. - А про сиськи? - Было вроде что-то. А с какой целью интересуетесь? - Да так... Пусть судие споёт. - Так мы без гитары даже. - А капелла блять. Ну выбежали на улицу. - Домой или в кафешку? - А ты меня правда, ну это... как ее? - Куда уж правдивее. - и тут мобильнег звонит. - Погоди минуточку. Алло! - Ты где? - Где-где... в суде! - Хуле ты песдишь? - А ты чо по телефону, так сказать не можешь? - Я те щас скажу! Какого хуя апаздал, апездал блять? - Бля, Лен, я щас. - Куда ты щас, спи дальше. Перенесли на месяц.





Одуванчики. Начало искать где-то тут, после следопыта фтыкать Наш садег недалеко от городского парка находилссо. И нас чуть что, сразу туда на прогулку выводили. Ну и как-то раз привели нас в парк, парами разумееццо и говорят, - играйте тут. А место специально выбрали от прудов подальше. Ну мало ли... Сидим мы значит с Олегом, спинами прислонились к дереву. А деревья большие такие, ну то есть мы оба как бы с одной стороны сидим. ГалинВикторовна рассказывала, что парк пленные французы сажали. Давно еще... Ну вот, а между деревьями столько одуванчиков! Урожайный год случился. Ну и мы вроде все новости обсудили уже. И от нечего делать нюхали одуванчики. От этого кончики наших носов становились желтыми, и мы радостно смеялись и показывали друг на друга пальцем. - Желтые одуванчики классные, - сказал Олег, вытирая нос ладошкой, - а белые нинавижу. - Почему это? - удивился я. - Расскажу потом... - Парашютики же! - Ога, вот за них и не люблю... - Ну расскажи! - я дернул Олега за рубашку. - Сказал потом, значит потом, давай "кудри" делать лучше. Технология изготовления "кудрей" была очень проста. Стебелёк одуванчика расщеплялся, вставлялся в рот и при помощи одной волшебной прибаутки, говорить которую надо было без запинки, немыслимо скручивалссо. - Вагароди бапка завивала кудри, - весело приговаривали мы, а потом хвалились каждый своей загогулинкой. - А что это вы тут делаете? - спросила откуда не возьмись появившаяся Иринка. - Ничо, - сердито ответил Олег. - Кудри, Ирин, - несердито сказал я, за что получил от Олега в бок локтем. - Ну и зря, - тоненько пропищала Иринка и зачем-то показала нам язык. - Иди куда шла, - посоветовал Олег, - а не то... Он не успел пояснить, какая цепочка событий последует, если Иринка не уберёцца с наших глаз долой. Ирка видимо догадалась сама. И по-женски поспешила поделицца с ГалинВикторовной. Воспитательница сделала строгое летсо, подошла к нам и объяснила, что обижать девочек не хорошо. Олег в сердцах отбросил цветок в сторону: - Нет, ну ты посмотри,а! - Ога! - согласился я. - Я эту дуру даже дурой не назвал! - И то верно... Несправедливо как-то вышло. Мы посидели немного и помолчали. Но настроение у друга менялось всегда очень быстро. - Слушай, а вот как ты думаешь, почему "кудри" получаюццо? - Я думаю, что от слов. - А мне кажеццо от слюней. - Я не знаю, Олег. Чесно не знаю. - Ну или от воды... Пошли проверим... Вид двух мальчегов, несущих в вытянутых руках одуванчики, со стороны радовал глаз. И почти не вызывал подозрений. Но мальчеги, смешно топая сандалегами, шли в сторону пруда. И зоркий взор ГалинВикторовны моментом вычислил направление движения. - Олег, Миша! - раздался ее голос, - Быстро ко мне! - Это что же за день сегодня? - искренне удивился Олег, - еще ничего не успели совершить совсем! - Ога, - поддакнул я, вернее подогакнул, - что-то не везет нам сегодня. Мы сделали невинные рожицы, но как оказалось зря. ГалинВикторовна совсем не хотела их замечать, а просто усадила нас на лавку рядом с собой. И на словах добавила, что до конца прогулки мы будем находицца при ней. В условиях ограниченной свободы нам и так было невесело. Не очень радостно просто сидеть на скамейке и болтать ногами. А тут еще и Иринку принесло. Она подбежала что-то кокетливо пряча за спиной и сказала: - ГалинВикторовна, посмотрите что я сделала! - Покажи скорей, Ирочка, - дружелюбно улыбнулась воспитательница. Иринка протянула сплетенный из одуванчиков венок. - Уффф, - облегченно вздохнул Олег, и на ухо мне прошептал, - я уж думал она за нашим деревом надристала. - Гыыыыы, - засмеялся я в ответ совсем не шепотом. - Ах, какая прелесть! - восхитилась ГалинВикторовна, а на нас укоризненно посмотрела и добавила, - что-то не так? - Что вы, что вы, - вежливо ответил Олег, категорично выставляя перед собой ладошки, - пусть уж лучше так. - Гыыыыы, - опять рассмеялся я. - Кособокий какой-то веночег, - заметил Олег. - Его и корова будет с опаской есть, - поддержал я друга, - ога, и озираццо по сторонам. - ГалинВикторовна! Ну чо они, - выпятив губу заканючила Иринка, видимо представила как жрут её изделие. Воспитательница погладила Иринку и надела венок на Иркину же, только что поглаженную голову: - Умница, Ирочка, какая же ты умница! Беги играй, а я с молодыми людьми сейчас побеседую. Улучив момент, пока воспитательница смотрела на нас, Иринка опять показала нам язык и убежала. Олег уже хотел было спрыгнуть со скамейки и броситься за ней в догонку, но вспомнил, что мы наказаны. Он стукнул себя по коленке кулаком и обиженно поджал губы. Во время поучительной речи ГалинВикторовны, Олег смотрел куда-то вдаль и изредка согласно кивал головой. А я сидел и, поглядывая то на свои, то на Олеговы сандалеги, размышлял. Вот почему несправедливость такая? Ну почему так все? Сидели спокойно, никого не трогали. И вот так на ровном месте... Хотя способность Олега находить приключения на свой тощий зад и нетощую обувь иногда удивляла... И вот тут видимо ГалинВикторовна допустила самую непростительную ошибку: - Олег, ты поступил не достойно! - именно этими словами закончила воспитательница свою нотацию. Нельзя так было говорить! Просто нельзя!!! - Мишк, помнишь ты хотел узнать, почему я не люблю белые одуванчики? - с серьезным летсом спросил меня друг. - Конечно помню, - ответил я. - Карочи, смотри и запоминай... Олег выждал паузу. Потом сделал невинные глаза и произнес: - ГалинВикторовна, а хотите я вам фокус покажу? - Конечно хочу, - ответила воспитательница. - Для этого мне нужен белый одуванчик, - сказал скорбно начинающий престедижитатор. - Поскольку ты наказан, то за одуванчиком отправиццо Ирочка, - сказала воспитательница, и тут же захлопала в ладоши и закричала, - дети, все ко мне, Олег будет показывать фокус. Вся группа собралась. А Иринка принесла нужный аксессуар. Олег слез со скамейки, взял в руки одуванчик и произнес: - Растения, знают и чуствуют где находиццо его часть. В этом месте я понял, что Олег говорит когда-то кем-то сказанные слова. Причем говорит своим шестилетним языком. - Так вот, - продолжал Олег, - каждый цветок, завсегда найдет свою частичку, если у него есть чем искать. - Ребята, тихо! - прикрикнула ГалинВикторовна, - все внимательно слушаем Олежку. - Олег, может не надо? - на пониженных тонах поинтересовался я, как-то предчувствуя что случиццо страшное. - Она заслужила это, - так же негромко ответил Олег. Друг оторвал часть стебелька и протянул его воспитательнице: - Спрячьте его на себе, - тут он отвернулссо. А я, в надежде на то, что фокус строиццо на третьем летсе, во все глаза смотрел и запоминал, куда спрячет его ГалинВикторовна. Воспитательница, не мудрствуя лукаво... (блять, откуда я в шесть лет знал такие слова?). Карочи, она значит, спакойно так, берёт этот кусочег стебелька, и прячет его себе в лифчег, и говорит: - Ребята, внимание. Сейчас Олег покажет фокус! - Всё? - спросил Олег и тут же повернулссо, - сейчас я его быстренько найду. Я стоял и незаметно делал Олегу знаки. Я оттопыривал рубашку у себя на груди, я показывал руками, но Олег почему-то на меня совсем не смотрел. И слово "Сиськи" не слышал. Может потому что я тихо шептал. Олег, как минер, или как шаман, водил одуванчиком возле воспитательницы. Он хмурился и прислушивался к какому-то внутреннему голосу. Когда цветок стал описывать круги возле сисек ГалинВикторовны, я уже начал успокаиваццо. Вот еще немного и он найдет стебелек. Но Олег двинулся выше. Плечи, шея и наконец голова... Цветок кружился около летса воспитательницы. А она следила за ним глазами. - Откройте рот, - произнес в полной тишине Олег. - Зачем? - А вдруг вы туда спрятали... - Не туда, - ответила ГалинВикторовна, но рот открыла... Я никогда не забуду выражения Олеговых глаз. Это был взгляд победителя. С каким наслаждением он засунул в раскрытый рот воспитательницы одуванчик! И еще всегда буду помнить три "парашутика" которые прилипли к нижней губе ГалинВикторовны. Три белых десантника на красной губной помаде советского производства... ********* Олег стоял в углу. А я не стоял. Сначала не стоял. А потом пошел и сказал ГалинВикторовне, что когда Олег дал ей в рот, я в душЕ хохотал как сумасшедший. И хотя воспитательница ничего в ответ не сказала, а только переглянулась с нянечкой, а та глупо захихикала, я пошел и занял свободный угол. За окном продребежжал трамвай. Олег глянул на меня и вопросительно взмахнул головой. Я показал ему один палец. "Первый" ходил на Волгу. По Чапаева тогда ходили трамваи...



Пра Крысо. У миня на работе есть один чюваг, реально называеццо Юрей Антонаф, прикинь! Только нехуя думать, что я в саюзе кампазитараф работайу. Просто тёзко-аднафамилец маиво любимава певца. Так вот, у этого самого чювака есть такая беспесды асобинность. Он если какую нибудь исторею иль там случай из жызни захочит рассказать, абизательна два раза расскажыт. Тоесь сначало адин рас повествует, пасмиёццо, патом сразу фтарой рас, тожы самое, и опять смиёццо. Для закрепления материала типо. Как в телепередаче для пендосских дибилаф пад названием телепузеки. Прям слово в слово. И фсегда начинает такиме словаме: авот была адинрас такая эсторея. Я эту хуйню давно прасёк, и паэтому как только услышу словосочетания типо: адинрастакаяэстория, я сразу палец в одно ухо хуяк, штобы моск неперегружать. И палучаеццо што я адин рас слушал. А тут он такую беспесды правдивуйу историю задвинул, што я пожалел дажы што ухо заткнул. Кричу дайте две, бля! А хуле, сам мудаг виноват. Он чё абязан штоли три раза рассказывать? Карочи расскажу как запомнил. Хорошо што память у миня харошая. Слушай, камрад. Карочи случилась на работе какая-то карпаративная вечеринко. Ну этат Юрей Антонаф сначала в атделе у себя принял как следовает. А потом уже вместе со всеми в актовом зале догнался нехуйово. И захотелось ему присунуть адной девушко. Ну в актовам зале, даже если и в углу, как то даже неудобно. Потому как заебут саветами. И он гаварит избраннице, пашли ка мне. Ну в атдел типо. Дамой штоле её вести? Домажыжына! Еще падеруццо. Ну он со стола там винишко, закуске набрал, штоб в перерывах между палочькаме было чем горло прамачить. И к сибе, а пелотке гаварит, а ты потом через недолгий прамежуток времени приходи, типо канспирацыя. Ну естесственно интимнаю апстановку создал. Шторке задвинул, хуле первый итаж, лампу настольнуйу фключил. Со стола прибрал. Бутылачьку на тумбачку, закусь рядом, карочи фсё к разврату готово. А мебель надо сказать старого образца, тоись снизу тумбачко, а надней типо полочке, штоб разное гавно туда складывать, атчёты фсякие. Пелотка пришла без опоздания. И дверь за собой на ключег-то и закрыла. Штоб идиллия случилась. Ну они есстественно па рюмашечке, за близкое знакомство типо. Цыловаццо там, мацаццо, друг друг за эрогенные зоны хватайут, потому как прелюдия. Вопщим дошли они до кондиции. Ну Юрей ее на столе расположыл в позе пентаграммы, звизда по-нашиму. Сиське ей щупаит и хуем половым ибёт. А ана такая крикливайа попалась, и он ей нет-нет да ладошкай ротонду прикрывает, штоб неспалиццо. А ана мало того крикливайа, еще и ибливая шопесдетс. Аргазмы хуйарит адин за другим. Типо паибёццо нимного, хуйак, кончет, и так несколько рас. А у Юрея от выпитого какойто ступор в организме случился, как будто кран какой перекрыли на семявыводящих путях. Он ибёт, а наибаццо не можыт. Ну стал он тогда по сторонам фтыкать. И смотрит такая хуйня. Охуенная крыса вылазиит аткудато и нахуй к тумбачке бижыт. Правиряет там на наличие фкусностей. и ат радасти дажы в ладоше хлопаит. Хуле, сыр бля, калбаса тожы имееццо. Но только это видимо мужык был. Потому как сразу к бутылке. Фстал на задние ноги, нюхаит горлышко - алкаш бля. А хуле, бутылка тижолайа, типо как испод шампанскава. Ну крыс пафтыкал немного и съёб. А Юрей фсё ибёт. Тут хуякс, шорохи опять у съестных припасов. Хуясе, крыс падружку привёл, или друга паменьше размером, можыт у крыс тожы ахтунг имееццо. И сразу к бутылке. Адин значит на полачку што павыши тумбачки забралссо и другому кричит типо тожы сюда залезай. Ну тому два раза павтарять нинада нихуйа, выпить жы ахота, хоть и пидар. И Юрей начинает реально ахуивать. Адин крыс значит свой хвост засовываит в бутылко, шывелит там нимного, дастайот и другу сваиму на блять, пей кросавчег. И так у них это быстро получаиццо и красиво шопесдетс. Этож надо какой палёт мысли, хоть в крысиной башке хуй разгонишссо! Маленькая типо. Один значит напилссо, и ани поменялись местами в этой беспесды охуетительной ролевой игре. Карочи напились крысо, по кусочегу сырка наебнули и дамой к мами. Или паибаццо на радостях. Охуев от увиденново Юрей решает пакурить. И пасцать если палучиццо, из фстатово то попробуй с трёх папыток напремер! Хуй сможышь. Прекращает ибаццо, гаварит я щаз - и в сартир. Ну схадил пакурил, там в зал к астальным заглянул типо здесь я ищщо и неибусь нискем. Вазвращаиццо, периварачиваит девушко раком, штобы угол наклона половово хуя изменить и штоб силу тренийа увеличить. И давай иё ибать па-новаму. Вдруг смотрит на стол, хуясе, бутылко и фужеро стоят. Ну он ибёт иё, а сам штото думаит, как жы эта бутылко тут очутилассо? И карочи в самый атветствинный мамент, когда Юрей уже гатов был извергнуть фантан иссибя. Девушко бирёт фужеро и наченает пить. Хуй её знаит мож в горле пересохла, можыт просто дагнаццо? Юрей ат таково как начил бливать. На причёску её нннаа! На спину - хуякс! Дажы себе на жывот и нимнога на половой хуй папал. Ну баба сразу арать типоеблан, мудаг и фсётакое. А Юрей пока она арала, сабрался и съёб. Вот такая беспесды правдивайа история.




Дары волхвов 2007. В последнее время я что-то стал сентиментальный шопесдетс. Ну конечно не так как жена. Та вообще, когда "Титаник" затонул, бля дохуя народу погибло, ей хоть бы хуй, а Дикапря стал пузыри пускать, - песдетс, намотала на кулак конкретно. Главный герой, хуле! И вот мало-помалу я стал замечать за собой такие особенности. Чаще всево в пендосских фильмах они ярко проявляюццо. Как какой-нибудь трагический или пафосный момент, типо когда наши победили, хуяк, и комок к горлу. Не до слёз конечно, но как-то не посебе. Блять, с кем поведёшссо... Сидим как-то ужин едим, я и говорю: - Лен, я недавно книжко четал, вернее перечитывал, так вот она до глубины души меня потрясла. - Ой, я тя умоляю. - Не, серьёзно. - Прям книжку? А то ты в последнее время только в мониторе читаешь, и смеёшься как дурачок. Ну бывает иногда со мной такое, когда пазитиф конешно, правда редко в последнее время. - Прям настоящую книжко, бумажную. - Страницы не языком перелистывал? (Она тоже иногда некоторые четает.) - Зачем изыком? Пальтцаме. - а сам думаю, за цобаку ответишь, блять. - Ну? - Чо ну? - Про что книга? - О*Генри. - Про какого Генри? - Песатель такой... - Ааа. - Так вот, там значед чюваг адин с жыной жил. - Ты челоыеческим языком можешь разговаривать? - Фсмысле? - Ты не обращал внимания как ты общаешССО? МальчЕГ, Цобако, КотЕГ. Неужели нельзя нормально говорить? - А чо, прикольно, каг пишеццо - таг и говориццо. И наоборот. Ты слушай не перебивай, интересно ща будет... - Ну ладно, только постарайся хотя бы правильно предложения строить. - Ну вот, жына такая, хуё-маё, пайду ка я падараг таму чюваку куплю. Там у них празнег ниибаццо, рождиство типо. А чото с баблом у ней напряг случилссо. Так нимнога бабосов фсиво. Доллар с мелачьйу. - Это ж сколько на наши деньги? Рублей сорок что-ли? - Хуйво низнаит, раньше мож курс другой был. Давно дело было карочи. Адин хуй, нехватало у ней слегонца. Ну она такая, тоси-боси, делать нехуй, ходит просто по магазинам, фтыкает на прелафки... - Что, спиздить что-то хотела? - Да не, просто ходит, приценяеццо. Типо эт скока стоит? А эт? А хуле, не хватаит адин хуй. Хоть палавину пакупай. - Чего половину? - Да я это так просто сказал. А у них ф семье ценностей, бля мало было савсем. Правда у того чювака чисы были ахуеть какие дарагие. - Роллекс? - Не, не роллекс, эт точно. Павел Буре наверно... - Так это ж хоккеист? - А ты откуда знаешь? - Клип видела с Лель. - А это кто? - Ты один хуй не знаешь, давай дальше... - Ну вот она и присмотрела к чисам этим цэпочьку из драгаценнава матириала. По-моему платино. А несрастуха жы с финансаме! И она карочи, чють не плачит. Бля, как жы это тот чюваг биспадарка? Ахуеть! Ну она ришытельная была ниибаццо, если чо задумает, обизательно выполнит. И прадафцу гаварит, таг блять, вот эту весчичько вы со всеобщева абазренийа снимите, штоб никто не приобрёл, а йа ща с лавешкаме пабыстраму вирнусь. Типо атлажыте пажалусто. - И что? - А сама ана была валасатайа, блять песдетс проста. - Вся что-ли? - Не, не фся. Галава толька, ну тя нахуй нипирибивай. Это типо фтарая дастапримечательность ихней семьи была. Такие красивчатые волосья, песатель аж сказал, што каг вадапад. И она шмырк в парикмахерскуйу. Типо каму валосья, нидорого нах, па сходнай цыне. А там тоже барыги блять, а концы у вас не сечоные, а окраске не подвергалисс? Цену сбавляйут, пидарасы. А ана такая, нихуя, фсё пачеснаму, тавар высшый сорт. Карочи пастриглась она, и ей еще денег дале. - Сколько дали? - А я откуда знаю? Аффтар об этом умалчивает. Спецыально наверно, а то хуяк и несоответствие, критеги сразу такие, так блять, идити учить матчясть. Ну эт не важно. Карочи хватило ей на цэпочьку, и на пажрать ищо осталось. Пришла эта тётко дамой, и стала таво чювака дожыдаццо. Типо ходит туда-суда, пережываит, што это он задержываеццо? Ахота ей уже падараг этот падарить и забухать папаразнечнаму. - А он не идет? - Неа. Апаздываит штота. - Вот, все вы мужыки кобели, она значит ждет, а он шляеццо. - Не, он нармальный был. Чюткий и харошый, палажытельный ва фсех атнашениях. - Ну и где он. - Где-где... Щас уже, падажди. Хуяк, звук такой. Тук-тук, типо в дверь. Жына превед, кагдила? Йа вернулссо, и ща тибе кое што скажу. - А там в прехожке темно, он не видит нихуя, и таг наощупь гаварить наченает. Дарагайа жына, типо в этат празнечный день, хачу я тибе падарить вот этот свёртаг. И из карманов достает и на стол кладёт. А тётко радастнайа такая, ура блять, ща заценю. Астарожна разварачиваит бумагу упаковочную, и ахуиваит. Там значит гребни, из настаящей чирипахи сделанные. Адин бальшой, два поменьше... - Заколка чтоли? - Ну типо тово. А ей же некуда их пристроить, валос-то нет уже. Так осталось нимнога. И чювак тоже невзначай внимание на причоску абратил. И стоит, каг будто ему в ибач дали, или паддых. Ахуел тоже. А тётко плачет, говорит, вот блять неожидала, вот бля пасибо тибе за падараг и не сцы, волосья у меня быстро растут... - Да, дела... - Ну успокаивает она его, чото ещо втирает, типо есле фсе волосы сложить, то в день они на метр отрастают. Прикинь! И пока тот не опомнилссо, хуяк ему. За то у меня для тебя вот чо есть, зырь! И цэпочку ему под нос суёт, давай к чисам прикрепим сичасже... - А он? - А он вообще поник, после этого. Голову повесил и грустит. Говорит, чисы я продал в скупке, штоб гребни тебе купить... Вот ведь, типо он ей, а она ему. И главное дело, аффтар потом в последнем апзаце, таких слов хороших про них наговорил, што я аж мурашкаме покрылссо, и комок к горлу подкатилссо. Типо, вот они - настоящие молодцы блять... И нахуй я этот апзац опять вспомнил. Сижу в окно смарю, апять впечитления миня накрыле. Думаю про себя, вот я бы смок таг? И анализирую. Ну комп, палюбому не продал бы, телик и дивиди тоже. А велосипед продал бы... Нахуй он мне зимой? И скользко и холодно рассекать на нем. Ленка тоже замолчала. Тоже в окно сморит. Видимо тоже зацепила ее история эта. Тоже наверное на себя ситуацыю примеряет... Молчим. Только вилки по тарелкам скрябают. Чувствую затягиваеццо пауза, надо как-то разрядить. В плечо жену толкаю: - Лен, ты чо? - А? Да задумалась немного... Кстати, давай тыщу, схожу в парикмахерскую... Постригусь.





Креветки. Што-то наверное зря я тёще тогда позвонил. А хуле, жыну как подмениле после этого. Огрызаеццо, кидаеццо, хуйню обидную говорит. Каг цобака стала карочи. И наказала она меня, атлучиф от песды. Даже за деньге нидаёт. Говорит, а кто тебя знает, может ты ещо кому должен? И настали для меня беспесды тижолые времена. Сложно жыть без песды, асобинна когда привык уже. А чо, конституция то сформировалась уже, организму не докажешь, што песда песде. Ему вынь да положь. Хуй фстаёт и стоит блять. А руки уже не те, но выручали ниаднакратна, в частности левая. Драчить пачотна, но ибаццо пачотней на порядок выше. И стал я тогда думать, каг бы мне излофчиццо. А сцуко хитрая стала, нипаддаёццо на правакации сексуального характера ввиде достатого из штаноф хуя. Каг будто и не замечает вовсе. Ходит блять по сторонам фтыкает, а на мой иксбицыанизм похуй ей. Тогда решил я на жифца больше не ловить. А тут што-то выходные наступиле. Она в холодильнег хуяк, а там яйцы имеюццо. Ну она мне и говорит: - А вот еслеб была бы баночка консервов, я б салатик соорудила. - Нивапрос, - отвечаю, - до магазина расстояние нибальшое. Я щас. А ты пока картошки отвари. Курточку свою любимую накинул, пакетег из целлулоида прихватил и отправилссо за покупкаме. А в магазине продафщица молоденькая - Аксаначька, я её фсигда па имини называю, а она смущаеццо пачимуто. Может её ваще нитаг завуд, хуйвознаит карочи. Захожу в магазин, поздоровалссо громко, потомушто вежливость никагда нипамишаит и к прадафщице обращаюсь: - Аксаначька, дай ка мне кансервав. - Она блять зарделась апять и палезла по прилафкам. А я што-то задумалссо и пачимуто спамироф фспомнил. Они мне разную паибень шлют на почтовый ящег. Хуйвонизнает, как мысли устроены? Ниставо ниссиво каг йобнет в голаву. И ниабычное слово стало вертеццо у меня на изыке. - А вот к примеру афродизиакоф нет ли у вас в ассортименте? - спрашиваю. - Простите, што вы щас только што сказале? - Ну этих, как их, афродизиакоф. - Вроде не привозили, - атвичает, а по летсу сразу видно, што по произнесению этого слова в её присуцтвии я у ней перванах. - Плохо, - говорю, - мне сейчас надо позарез. - А давайте я щас позвоню и узнаю. Достаёт свой мабильнег и кому-то начинает вапросы каверзные задавать. Типо где их можно надыбать поскорее, потому как клиент прав и ниибёт. Ну поговорила она нимнога и мне значит сообщает, што в чистом виде, каг бы их в наличии нет, но в морепродуктах их доебеней матери. И тут миня как осенило штоле: - Так, мне тогда агромную силётку, вот этаво капчонава леща, крабавых палочег две упакоффки и фсьо. Умница Аксаначька вместо гатичнаво фсьо, пива еще дала. И я уже вроде и расплатилссо и спасибо сказал, смарю какой-то яркий пакетег лежит в маразилке. Креветки блять! - Ну-ка кросавецца, давай мне ещо этих марских тараканоф в нагрузку, а то штото кажеццо удельная доля афродизиакоф критически мала блять. Аксаначька и рада стараццо. Прихожу домой, пакетег с покупкаме на стол определил, а жына сразу такая: - Послали за кансервами, чо напокупал-то? - Слы? Я тебе нихател говорить воопщем-то, но скрывать дальше смысла асобова нет. - Чо такое? - Карочи, мне надо креветкаме усиленно питаццо. - Ахуеть! А омарами не надо? - Можно фпринцыпе, но в нашем магазине их нет штото. Она пока на стол собирала, задумалась нимнога, а потом хуяк: - А чо за неапходимость? - Чото у меня хуй нифстаёт больше, - атвичаю, а сам низаметно по диривяшке стучу. - Ну значит не хочет. - Как так? Фсигда хотел, а щас песдец штоле? - А как ты заметил-то? - Диск свой любимый вчера фтыкал и нихуя. - Может ты невнимательно смарел просто? Хуясе, я этот фильм наизусть уже выучил. Точно знаю на какой минуте кто кого ибать будет, и какие падручные срецтва используюццо при этом. Молча сидим морепродукты поглощаем. Я со скорбным ибальнегом, если чо. Ну она первая не вытерпела: - И много надо их сожрать? - Незнаю, грам пиццот наверно. - Так здесь фсево полкило. - Я вот и думаю, может ты мне свою долю отдашь? - а сам с тоской наблюдаю, каг популяция креветок в тарелке уменьшаеццо. - С каково это хуя? - А я тебе в обмен свою картошку. Смарю у ней на летсе какая-то работа мозга отобразилась: - Нихуя не пойдёт, нечестно так. - Сама подумай, оно тебе надо? - А чо? - А ничо! Песда фстанет блять! - Как это? - у ней даже изо рта адин рачок выпал нахуй. Я для вида многозначительную паузу сделал: - Я тебе што, доктар штоле? Ну начнёт напрягаццо и дастигнет максимально дапустимых размероф. И будешь ты тогда Елена па-прозвищу "Агромнайа Песда". Слы, ради такого случая возьми моих креветог фсех до адной. Она так недоверчиво на меня покосилась, и выдавила иссибя: - Да ну тебя нах, песдишь ты всё! - Ну посмотришь потом. Тем временем обед подошел к своему логическому концу. Тоесть от креветог остались только нефкусные доспехи, панцырь типо. Я хуяк, останок один беру в руки и начинаю рассматривать внимательно, каг ботанег: - Ленк, нахуя ты им голову ела? - А чо нельзя штоле? - Блять, у них в голове как раз и сконцентрирована песдоувеличительная хуйня! Теперь жди. Лучше сразу раздеццо, а то лосины твои парвёт фклочья! Она странно как-то на меня поглядываит, но нет-нет и на песду свою взор вперит. А я ж нихуя неуспокаиваюсь: - Слы, давай пока не поздно песду штангенцыркулем измерием. Для истории типо. А то ща попрёт каг на дрожжях. Жына нахохлилась и молчит. Я же нагнетаю апстаноффку: - Это, как ево, ничо не давит пока? Сопит чото в ответ. Я ей зеркало несу: - Лен, на посмотри последний рас на чилавеческую песду нормальных размероф. Щас вместо неё губастый монстр появиццо. - а сам на чисы фтыкаю, - ща ещо минут десять и добро пожаловать в наш дом, Песда-исполин! - Хватит подъёбывать, я чо креветок штоли никогда не ела? - Голову жрать не следовало просто. - Да иди ты! - а сама зеркало берёт и в ванную на рывках. Я следом за ней. Ну она вроде как отвернулась, приспустила свои красные обтягивающие трекошки и пустилась в созерцание промежности. - Ну и чо ты песдишь? Нормальная песда. - Хуясе нормальная, глянь-ка вот тут, - и пальцем ей показываю. Ну и дотронулссо карочи. Её каг будто током йобнуло. Вся напряглась каг струна. Ну типо как когда барэ бирёшь, ладу так на сидьмом. - Где? - спрашивает, а голосок дрожит. - Где-где, у тибя на бараде. - Чо это ты имеешь ввиду? - Твою интимную причоску, это не про тебя ли мой любимый (не ахтунк) певец Чиж пел? Калакольчег фтваих валасах звучид сольдиезам... - Дураг, где тут калакольчег то? - А у меня есть каг раз пара бубенцофф... ******* Минут через питнаццоть, довольное летсо жыны, авободифшимссо ртом произносит: - Врун блять. - Обоснуй, пжалста. - Ну, што не стоит... - Ааа! Ты вон про што. Это креветкам спасибо. - А на меня штото не подействовали, мне наверно с картошки ибаццо захотелось.





О вежливости. Ну вот и дожили. Сегодня в автобусе место уступили. Маленькая девочка-школьница. Класс, так скажем, первый, ну максимум второй. С огромным ранцем на спине. Со смешными веснушками на носу. Не успел пройти в салон дальше, как гласила раньше надпись возле двери. Сейчас эта надпись, умело подправленная каким то умником, предлагает по возможности родить слона. Не в этом дело... Смешная девчонка встала с сиденья и звонким голосом, почти на весь автобус весело сказала: - Садитесь, пожалуйста. - Сиди-сиди, малышка, - отвечаю, - мне не далеко. - сам стою. - Садитесь, пожалуйста,- повторяет, и смотрит на меня чистыми детскими глазами. Стоит уже рядом. Вдвоем с ней смотрим то друг на друга, то на единственное свободное место. - Спасибо тебе, девочка, - искренне так говорю, и иду на хитрость. - Мне всё равно скоро выходить. А сам про себя думаю, это не тебе спасибо, а твоим родителям. Кто они, эти замечательные люди? Сколько им лет? Пускаюсь в вычисления и размышления. Видимо рождённые при Брежневе. Детство в эпоху перемен. А смогли воспитать в своём ребенке, наверное самое главное в жизни - уважение к старшим. Мысленно благодарю их. Как, наверное, они гордятся своей дочерью. Тут же представляю своего ребёнка в этой ситуации. Мой сейчас в третьем. Он поступил бы аналогично. Стою размышляю дальше. Да, самое главное воспитание, всё таки, как не крути, дает семья. Потом школа. Следом телевизор. Каким вырастет поколение, выросшее на телепузиках и покемонах? Что станет с тобой, милая девочка, лет через шесть-семь. Вон посмотри, чуть сзади сидят две. Обе смотрят в окно, никого не замечают. Уступишь ли ты мне место, когда подрастешь немного? А девочка всё стоит рядом, место пустует. Наклоняюсь к ней и шепчу на ухо: - Ты не смотри, что у меня борода, я еще очень молодой! - а сам уже мысль о бритье лелею. Приду домой и точно побреюсь. Лет десять сразу долой. Девочка недоверчиво так поглядывает на меня, что то видимо в уме прикидывает. Но садится. Автобус тем временем доезжает до центра. Освобождается место у окна. И я быстренько его занимаю. Дальше еду, смотрю в окно и радуюсь в душе: "Иди ты нахуй, девачька, сама сиди рядом с этой обоссавшейся бабушкой."






Фотохудожнег. Что-то с того времени как со Светкой рассталссо, настали для меня тижолые времена. Хуле, в училище не сунешссо, Саныч сразу песды даст. Рекламный бизнес тоже прошел стороной. Хотя с Мариначькой встречаимссо время от времени. "Копирайтер" и "Властелин сновидений" фтыкать, кто не в курсе. Ну и драчу самостоятельно, когда у ней дела. Это что же получаеццо, жизнь то проходит! Одно и то же. Днём - телек, вечером - биседка с поцанаме. Ну не могу я без дела, чувствую загибаюсь совсем. Как же самореализоваццо то? И тут Мариначька звонит, бля говорит, Павлег, я тибе песдетс какую работу нашла. Будешь в фотосалоне работать. Там какой-то ниибаццо фотографических дел мастер, со смешным именем Альберд. И ему как раз требуеццо толантливый подмастерье. Типо, быстра принеси подай, пашол нахуй нимишай. А хуле, чо я фатапарат в руках не держал? Светкиным мабильнегом охуенные снимки делал. Даже в стиле ню. Ну это когда голые бабы. Ну пришел я в этот фотосалон, ибать! всё чинно, красиво, на стенках какие-то репродукции в хароших рамках. И этот Альбертег прикольный мужик, только ибанутый слехка. Я как понял, все люди от искусства с прибабахом. И этот такой сцуко вёрткий, такой блять падвижный! Носиццо по студии, как скорый поезд "стрела", только от софитов уворачиваеццо. А на ходу, меня уму разуму учит. - Знаете ли вы, маладой чиловег, что такое фотоискусство? - Меня вообще-то Павлег завуд, - отвечаю. - Так вот, - продолжает, - это рисунок светом. Понимаете? Светом. Асёл, блять, и так скучаю без Светке, он ещо кирзовыми сапогами па больным мазолям топчеццо. Карочи загрустил я что-то, и не слушал его нихуя. Так, абрыфки фраз. Игра света и тени. Передать духовный мир. Мгновение ты прекрасно, и много чево ещо. Потом мы еще немного поспорили насчет - плёнка блять, или цыфра. Он типо мастер старой школы, туда-суда, нули и еденицы не так передают мир как эмульсия. И ещо какие-то витиеватые фразы я от него слышал. Каждый остался при своем мнении в итоге. По мне - цыфровиг рулит. Сразу видно чо получаиццо. И целиццо удобно. Шанс снять друга с палавиной галавы практически нулю равен. И тут заходит такая блять бизнес-леди. Типо сделайте мне ахуенно красивых фотаг. Йоптвайу, я как ее увидел, отпрянул в замешательстве. Такая несимпатичная, шопесдетс! А баба говорит, чтобы всё было видно. Брошка там, сирёшки, браслеты. Хадячая йувелирная лавка карочи. А Альберд ее усадил на стул, и давай круги вокруг нее нарезать. Здесь поднимити, там вот таг, и руками до нее дотрагиваеццо. Блять, атважный фотохудожнег! Хотя как сказать, я когда маленький был, тоже жабу в руках держал. Альбертег потом стал светом баловаццо, там выключит, здесь врубит на полную. Зонтики разные двигает туда сюда. А я думаю, хуле ты мечешссо? Такую бабищу только в кромешной темноте надо фотографировать. Чорный квадрат, и ниибёт. Чтобы самому не бояццо. Или в фотошопе башку отрезать и другую приставить. Ким Бессинджер напремер. А чо, зачотная эта Ким. Страшилища как раз с ней одного возраста. Ей то адин хуй, главное чтобы цацки были заметны. А Альберд колдует над ней! Тюфу, блять! Говорю вам - цыфра форева! Наибалссо он с ней как следует. Минут сорок. А она ещо молча не сидит нихуя, скажыти а это будет видно? И на свои несметные подбородки показывает. А можно чтобы на перстне лучик играл? Ибать! На такие ручищи вратарские перчатки только надевать. Лучше хоккейные, лавушку и блин. А ей лучег! Хуючег, тебе между пальцаме! И сиськи выпячивает, модель блять! Одна достопримечательность у ней. Пятый номер, хуле. Вообщем когда она ушла, у меня совсем настроение испортилосс. Нахуй мне такая работа? Каждый день душевное потрясение испытывать! Приобщилссо блять к прекрасному. А Альберд, сцуко, толи психолог ниибацца, толи мысли умеет четать на расстоянии, такой гаварид: Типо, Павлег не сцы, такие уродины не каждый день, а после обеда здесь будет что-то наподобие цырка. И ещо про модельное агенство и какое-то портфолио сказал. Я этого "послеобеда" еле дождалссо. Ходил, то и дело на чисы поглядывал. А время, как нарошно медленно тянулось, и Альберд заибал своими вычурными речаме. Но хоть научил плёнку заряжать в камеру, и осветительными пребораме пользоваццо. Типо это фронтальный, этот заливочный, адин вообще контровый. Прикинь, контр-лайт! Контрл-альт-дел, блять! Мне асобинно точечьный свет понравилссо. Каг солнечный зайчег карочи, типо фонарега хуёвина. Бляяяя! Когда они вошли, мне показалось, что я в Идем попал. Райский сад нах. Столько зачотных пелоток я никагда оптом не видел! Семь или восемь, я аж со счёту сбилссо. А когда на рыженькую нимфу пасмарел, у меня аж дыхание перехватило. Вот это да! Вот это я понимаю! Ахуенная работа у меня, бля буду! Образ мерзкой бизнес-леди моментом улетучилссо и канул в небытиё. А Альбертег каждую знает по имени, цылуеццо в щёки с каждой. Превед, кагдила, давно не видел типо. На меня пальтцем показал, говорит, это Павлег, мой памощнег. Прошу любить и жаловать. Я его даже зауважал за такие слова. Хотя хуй ево знает, что означает слово "жаловать". Сказал бы сразу, любить и ибаццо, напремер. Пока он в студии что-то переставлял, мне было поручено напоить пелоток кофием. Я чайнег нагрел, и давай каг афициант. Будьте любезны, пажалсста, преятного аппетиту. А рыженькую, я сразу запомнил каг завуд. Элиза! Блять, помните Битховин напесал сюиту? Про нее. Потому что эта милодия у меня в башке заиграла сразу. И этой самой Элизе я стал оказывать всяческие знаки внемания. Ну, то улыбнусь ей скромно, то смешное летсо сострою. То незаметно дотронусь до нее, а потом чо нах? эт не я. Гы-гы-гы. А в кофе, всем по адной ложке сахара положил, а ей аж читыри. Правда она попробовала, и пить не стала. Какие-то калории, говорит, лишние. Ну и ладно. Я ж как лучше хотел! Я фтыкал на пелоток и радовалссо. А они бесцеремонные такие, кофе допили, и стали раздеваццо. Бляяя! При мне! Я думал у меня галава атарвёццо! Я так ей крутил из стороны в сторону. Хуле, глоза разбигаюццо! Одна краше другой. И не стесняюццо ни капли. У меня хуй сразу встал и дрожать начал. Чувствую, не совладаю со своим организмом, накинусь на ближайшую и выибу от всей души. Со стороны это будет выглядеть каг беспесды неадекватный паступог. Поэтому я зажмурилссо и съибалссо в туалет, от соблазна подальше, к рукам своим поближе. Вернулссо в студию через минут пять, а шоу в самом разгаре. Пелотки паочереди различные позицыи принимают, а Альбертег хуярит по ним короткими очередями из никона своего. По пять кадров блять! И мне кричит, быстро заряжай другой! Типо вдохновение у него. А мне же посмотреть охота! Хотя что там смотреть? Модели блять, специально песду прикрывают рукаме, боком поворачиваюццо, левой сиськой правую маскеруют, правой - левую. Из двух сисег только одну и видно блять. Никакого хардкора карочи. Ну вот. И что-то я обратил внимание, две как-то в сторонке стоят. Не принимают участие в съёмках. А потом сразу сообразил, они из общего ансамбля выбиваюццо. У них пёсды небритые совсем! Я к ним подхожу и давай их совестить. Что это ещо за безалаберное отношение к пелоткам своим? Это что ещо за кудряшка Сью нахуй? Ну-ка, бегом в парикмахерскую, блять! А они такие на полном серьезе, это спецыально Альбертег попросил, в стиле ретро чтобы! Какое нахуй ретро? Это чо ещо за бирмудские триугольнеги? Заблудиццо можно даже с радаром! Быра в комнату личной гигиены и привели себя в порядок! И одной ещо по жеппе шлёпнул вдогонку. Они что-то насупились, но ушли. Хуле, я сказал! А Альберд с одной моделью возилссо. Полумрак интимный такой устроил. Нихуя не видно! Только слышно камера - чик бля, чик нахуй. Я хуяк фонарег, и давай ей в песду целиццо. Такой мощный паток люменов прямо на пелотку ей абрушил! Этот уёбок, как заорёт: Павел, не мешай! Типо луч этот нарушает целостность композиции. Ну у нас разные видно понятия по концептуальным вапросам построения кадра, и я нихуя с ним спорить не стал. Подошел к Элизе поближе, типо телефончег попросить. А она такая, нихуя, свой никому не даю, если хочешь давай свой, я потом сама позвоню. Делать нечего, дал. Сам лично проследил, как она меня сохранила - Павлег типо, фотограф ниибаццо. Потом я смотрю, Альбертег по сторонам стал озираццо. Ищет кого-то. И как раз отправленные мной на эпиляцию падрушки вернулись. Он сразу к ним подбегает и пёсды их с близкого расстояния рассматривать наченает. Вдруг как закречит! Как же таг? Я же прасил! У меня заказ! Я смекнул, что к чему, и пошёл насвистывая проверить лампочку одну, что-то она тускло светила. А Альберд бегает по студии, кречит, я умываю руке бля! И смишно и картинно их заламывает, хотя и не умытые ещо. И съибалссо куда-то. А за ним все, кто отснялссо. Остались только две свежевыбритые и я. Стоят такие, нихуя не поймут. Для чего спрашиваеццо волосню растиле? Как ни крути, попали впросаг. И мне говорят, что же нам делать теперь? Хуле, песда это не башка, парик хуй прицепишь! Я им отвечаю, не сцать. Как что делать? Работать блять! Только сразу забудьте всё чему вас училе. За дело берёццо ниибаццо мастер Павлег. Свет поставил, камеру в руки, фонарег между ног. Неудобно нихуя, но ничо! И давай команды отдавать: - Так, работаем... - Да не мельтеши ты так, я прицелиццо не могу, замри. - Вот так, ровно встань. Руки по швам! - Улыбаемссо. Не на паминках. - На стул сядь, ноге раздвинь. Шире. Шире ещё, нихуя не порвёшь. Теперь хорошо. - Отчётливей песду покажи, хуле ты её прячешь? - Чо, слова такого не слыхала? - Не краснеть, блять, не краснеть кому сказале! Плёнка то цветная, чо я потом ретушировать обязан? - Сиськаме поиграйссо! Хорошенько поиграйссо говорю! Хуле как в деццком садеке! - Теперь жеппу давай, булки раздвинь. Маладетс! Умницца! И тут обиженный фотограф влетаит. Вы что тут устроиле? Ну ка вон атсюда! И меня за шкирку и в дверь. А у меня в руках фотик его. Ну я в коридорчеге поразмыслил, и думаю, ща я тебе за такое некорректное обращение, отомщу. Пошел в сартир. И как мой любимый герой Бивис, начал своего капитана щёлкать. И в профиль, и в анфас - по-всякому карочи. Зашол напоследок в студию, фотиг в руки ему сунул и говорю, пока бля. А он такой, ты мне фотосессию испортил нах, и какими то высокопарными словаме усомнился в моих умственных способностях. Я тогда говорю ему потихоньку, слы? нахуй иди! И ушел... Я ушел. Ну не сраслось и в этот раз, чо тут поделаешь? Карма чтоли какая? Хуйнипайми! Невезучий я какой-то. Одно радует, с Элизой познакомилссо. Сижу дома вечером, звонка её дожидаюсс. Тут хуяк, званог. Номер мне нихуя не знакомый. Ура, думаю, наконец-то! Рыжеволосая Элиза нах! - Алло, - говорю, - Павлег у аппарата. А оттуда голос мужской: - Это Альберд. Как хорошо, что я твой номер нашол. Павлег, я проявил сегодня плёнки, у меня нет слов! Особенно последняя! Это ты себя же фотографировал? Я ничего подобного раньше не видел, я до сих пор нахожусь в возбужденном состоянии. Нам нужно обязательно встретиться! - Слы, педораз, иди нахуй! - На твой? С огромным удовольствием. Карочи теперь каждый день палучаю длинные исэмэски, пра то, как мне при встрече атсасут с праглотам. Ахтунк! Ахтунк, сцуко! Блять, давно бы выкинул симку к ибеням. Да всё жду... Вдруг Элиза всё-таки позвонит...



День рождения (ДээР). Вот опять, как много лет назад, захлопываю дверь со словами "я скоро, ма". Еще многое надо успеть. Такая традиция сложилась, нарушать не хочется. Сегодня ночь со второго на третье июня. На лестничной площадке сталкиваюсь с Лариской. - Куда это мы такие нарядные? - На день рождения, Ларис, - окидываю ее взглядом, - ты кстати тоже отлично выглядишь. - Спасибо, Миш. - Не за что. - А почему без подарка, без цветов? - в глазах чуть уловимая ревность, хотя с чего бы. - По дороге куплю... слушай, может со мной? - Ой, я с радостью, давно никуда не ходила. Подождешь? - Не вопрос, только побыстрее. Стою у лифта, курю. Вторую уже. Крутится перед зеркалом наверное. Баба хуле. - Ну наконец-то. - Быстро я? - стоит улыбается, что делала столько времени не понятно. Найдите десять отличий. Невнимательный стал в последнее время. Нашел только три. Чуть ярче губы, чуть длиннее ресницы, чуть выше ростом. Ага, туфли значит. А где остальные семь? - Да уж, - третью неначатую еще сигарету отправляю обратно в пачку. - Нам ко скольки? - спрашивает и как-то чисто по-женски поправляет воротник моей рубашки. - Успеем, - отвечаю, немного поморщившись от этого "нам". Может одному надо было всё-таки? Как в прошлом году. В лифте прижимается, хотя место свободное есть. Лифт четырехместный, а нас двое. Да ладно, я не против: - Миш, а куда мы идем? - и в глаза заглядывает. - На дээр, - отвечаю... Опять это "мы"... - А к кому? - К имениннику. - Мужчина значит? - Совсем наоборот. Пауза. Выходим на улицу. Только каблучки ее по асфальту цок-цок-цок. - А кто она тебе? - Даже не знаю как и объяснить, - а сам думаю, хорошо что не "нам". Прогресс. - А давно ты ее знаешь? - С 84 года. - Класс. Срок как-никак. А что мы ей подарим? Блять! Опять это "мы". А правда, что ей подарить? Как обычно наверное... Заходим в магазин. Лариса смотрит на прилавки. - Миш, а что если... - Девушка, - обращаюсь к продавщице, недослушав что там если, - нам пожалуйста две бутылки портвейна "Кавказ" и шоколад. И пакет. Лучше с ручками. Удивленную и оторопевшую Лариску всё-таки удается вывести на улицу. - Как? - Тссс, - прикладываю палец к ее губам. - А подарок? - умудряется как-то произнести. - Да ладно, чем не подарок? - Хм. Вот не люблю я это "хм", даже еще больше чем "пашолнахуй". Глупое слово какое-то. Или даже не слово. Звук. - Хотя знаешь, - Лариса начинает рассуждать, - главное же внимание. Правда же? - Ты о чем? - Ну портвейн. - Он "Кавказ" называется, а не "Внимание". - А еще помнишь "Улыбка" была раньше? - Ага, - улыбаюсь в ответ, - Давай через скверик пройдем. - А далеко еще? - Совсем нет. Лариска пытается узнать сколько народу будет, и вообще что за люди. Молча беру ее за руку и увлекаю с дорожки под дерево. Старая ветвистая липа... Широко распахнутые глаза... - Ты чего? - Минутку, Ларис. - Миш, ты чего? - Будешь? - Ты что дурак? - направление ее взгляда очень красноречиво. Чуть ниже пряжки ремня. - Почему сразу дурак? - приподнимаю пакет, бутылки тихонько звякают. - Здесь что-ли? - в голосе лёгкая дрожь. Достаю портвейн, зубами срываю пробку. Лариса берет бутылку из моих рук и делает маленький глоток. При этом смешно запрокидывая голову. По губам стекают багровые капли. Смешно вытирает их ладошкой. Отдает мне бутылку... Вкус вина и Ларискиной помады. Волшебное сочетание. Может надо было поцеловать ее пока не вытерлась? А я как алкаш. К бутылке блять. Прислонившись спиной к дереву ощущаю как терпкое вино обжигает горло. Свободной от бутылки рукой расстегиваю ремень. Пуговицу на джинсах. Молния ползет вниз повинуясь уже Ларискиным пальцам. Холодное вино согревает изнутри, а прикосновение к хую прохладных женских рук обжигает, заставляет вздрогнуть. Легкое касание теплых и влажных губ к головке. Язычок на уздечке. Затем плотное кольцо перламутровых губ начиная от головки по всей длине, почти до основания. Лариса сосет медленно, чуть причмокивая, когда почти вынимает хуй изо рта. А затем жадно втягивает его назад. Глаза ее прикрыты. Легкая юбочка задралась, оголив ее ноги. Наверное неудобно ей вот так на корточках. Могла бы и на колени встать, но тогда бы я не видел, как она массирует через трусики свою пизду. Я время от времени отхлебываю из горлышка. И вино тоненькой струйкой проникает в меня, постепенно заполняя, туманя голову и заставляя еще больше расслабиться. Я пьянею. Мне кажется, что и Лариске достается немного алкоголя. Она входит во вкус, всё убыстряя движения. Ловлю себя на мысли, что вот еще бы закурить сейчас. Но это было бы совсем верх неприличия. По-свински как-то. Вдруг еще пепел на голову попадет... Хотя он лёгкий, сдуть можно. Лариса на секунду освободив рот, делает большой глоток вина. И тут же заглатывает опять мой хуй. Прохладными от "Кавказа" губами и языком. Класс. Лучше бы она конечно чаю горячего хлебнула. Но термос вот не взяли с собой. А так, новые ощущения конечно, но на любителя. Покойнику в рот никогда не давали? Ну вот и я о том же. Поднимаю ее. Лариса упирается руками в дерево, чуть оттопырив попку. Поднимаю ее юбочку, стягиваю до колен трусики и почти сразу вхожу в нее сзади. Бутылку отдаю ей. Одной рукой вполне можно за дерево держаться. А я за жеппу лучше уж двумя. Ритмично и глубоко начинаю ее ебать. "Flesh on flesh, sweat on sweat Hot as hell, cold as steel" Лариса начинает постанывать и сама насажывается на мой хуй с каждым разом все сильнее и сильнее. Немного увиличиваю темп. Лариса пытается отхлебнуть из бутылки, но не может. Горлышко еле слышно стучит о ее зубы. Вино капает, да что там капает, льется на траву. Я останавливаюсь в ней, она жадно глотает портвейн. "Sex on sex, blood on blood Smooth as glass, lost in space" Вино играет роль катализатора ее оргазма. Чувствую как стенки ее пизды обхватывают мой хуй и бешено пульсируют. Лариса кусает губы... Хорошо что свои... Я жду ее последнего толчка и начинаю потихоньку доёбывать: - В меня не кончай только. - Угу, - отвечаю, значит ей в меня можно, а мне нельзя, ну-ну. "Two animals, machine to machine you got Some primitive feel" Вовремя достаю свой хуй и выстреливаю куда-то в сторону. Открываю вторую бутылку, сразу отпиваю почти половину. Лариска натянула трусики и поправила юбку: - А что подарим теперь? Шоколадку? - Блять, точно! Забыл совсем, - достаю из пакета шоколад, ломаю его и жру. - Миш! - Чо, Миш? - Как же теперь? - Да нахуй ей наша шоколадка? У ней и так всё заебись... Пойдем что-ли? - Куда? - Куда-куда... Домой пошли... - А как же день рождения? - Как нибудь без нас управится. Доро... - Сам дурак! - Зовут ее так. Доро... "Two animals, machine to machine Spinnin' in circles, spinnin' inside the wheel" Цок-цок-цок. Ларисины туфельки по асфальту. - Обидится наверное? - Кто? - Ну Доро твоя. - Прошлый год вроде не обиделась. - Так ты и впрошлом году не попал? - Ага. Так же вот шел-шел и не дошел. - Ёбырь, блять. - Один я был. И песня была другая. Вот эта. All I want it your love it’s the stuff where dreams come from all I want it your love take me there with your magic touch all I want is your love can't get enough - Ну и что? Причем тут "мэджик тач" - Что? Портвейн выпил, подрочил и домой пошел. P.S. 3 июня 1964 года родилась Доро Пеш.




Как я в поезде ехал. Чото захотелось мне в столицу поехать. Ну пошел, купил билет. А чо? Типо щас билеты на поезд везде продаюццо. Шел как-то, смарю! Хуясе, кассо! Ну я туда заглянул, там тётка такая сидит и фтыкает в окошечко. А в окошечке уже я типо. Вежливое такое тётко. Пажалста там, извинити. Я тоже по-русски говорю. Воопщем случились у нас (кто про еблю подумал - мудаг блять) товарные отношения. Мне за нимнога денек дали бумажку, где все чин чинарём написано. Вот Эмгимайк поедет в Москву. И время там и номер поезда и чо только нет. А самое главное, потомушто я проибал и зачотных мест не было нихуя. И было у меня место "сораг". Вот я в нумерологию слабо верю, но кто хоть раз каталссо на поезде на этом блять месте - в курсе. Карочи боковое верхнее. А еще и лето. А еще и жара. А еще блять за спиной у всех нормальная такая хуёвинка, ну чтобы аблакачиваццо на нее, а у меня стоп-кран. Комфортно яибу, ащущать позвонками металический девайс нерегулярной геометрической формы. Вот он мне нужен там? А еще при посадке я заприметил, что стюардессо мало того что страшная, у ней еще варикозное расширение вен на ноге в виде острова Ирландия. Ну я на карте видел, как она выглядит, на политической. К чему это я? А вспомнил, она часто просто ходила мимо. Ну чтобы народ не срал на остановках, она хуяк и закроет туалет. У ней ключ такой магический от всех дверей, как у Гарри Поттера. Хотя хуй знает, был ли у ачкастава апездала такой ключ? Напротив меня баба сидела (кто про еблю опять подумал, тоже мудаг). Потому что она беспринцыпным поеданием бананов воопще всю тягу к прекрасному отбила. Ну куда нахуй так грызть? Ты что же алчная такая-то а? Я конечно воспитанный человек, вслух ничего не сказал, но после третьего банана стал нервно оглядываццо в поисках путей отступления. А отступать некуда, позади стоп-кран. Она карочи сначало нацелиццо, всю свою злобу на мужской род соберёт в свой рот, в районе резцов сконцентрирует его, потом хуяк. Каг цобако блять, гав блять, ой пижжю - йопс молча, и нет половины. А я же впечатлительный, сразу себя на месте банана преццтавляю... Можно было курить в тамбур умчать конечно, или забраццо на полочку и аттуда держать уже оборону. И вот нахуя я туда залез? Оттуда такие мне виды открылись. На месте номер 26 ехала девачка. Как я понял девачка-эксгибиционист. Потому что одета она была в юбку такой же ширины как чемпионский пояс Валуева, только без страз. Ну и естественно на мое обозрение выставлялись различные ракурсы молодой пелодки. Через кружафчеги канешна, но это еще больше распаляло мой моск. И главное перед сменой экспозиции она подавала звуковой сигнал. Ну там, то кашлянет, или там с полки упадет нивзначай... А рядом, вот иногда как бывает-то в жизни. Ну совпадение типо. Карочи, один солдат ехал из отпуска, а другой ваще дембель. Бляяя! Вот где был песдец. Причем, когда они братались, я этот момент пропустил, потомушто драчил в туалете. Ну а чо, не вытерпел. Куда нахуй такие подйомы переворотом? Я про место номер 26 все. Причем тот, который из отпуска ехал, наверное в армейской разведке служил. Потому что сразу вычислил, где еще в составе находюццо солдаты. Он куда-то сгонял пабыраму, потом прибегает, и дембелю говорит: - Бля, там в соседнем вагоне воины едут! - И чо? - Одевай форму, пойдем к ним, типо. - Ну нахуй. Я спать... С этими словами дембель включил радио на полную и забылссо счастливым сном. А дискотека началась. И тут первое что я вспомнил, это был камрат Бабик. Потому что Ласковый май блять. Играла наверное та самая кассета, которую Разин самолично раздавал по поездам, и которая завалялась у поездного диджея с тех самых времен. Все бы ничего, но нашлась барышня, которая видимо девственности лишилась под "Белые розы". И она начала тупо петь. А ее дети, в количестве трех, стали танцевать. Танцевали они также хуёво, как пела их мамаша. Правда танцевать на второй полке кроме как хуёво никак нельзя. Там ваще нельзя танцевать! Ну они хоть не громко плясали. Что вообщем-то не помешало одному из танцоров, во время исполнения одного готичного па, зарядить прямо в поющий ибальнег мамаши... На этом закончилссо и танец и пестня... ... Потом свет выключили. А я не спал. Но кстати не зря. Потому как сделал открытие. Ну не то что открытие, а типо эротической фантазии хуёвинка. Смысл в чем. Вот например пелотка идет по проходу, смотрит Эмгимайк лежит, или другой какой падонаг. Так вот чтобы сделать ему минет, не надо ни на колени вставать, ни приседать. Подходи гордо несгибаясь и соси. Удобно же... Но никто из пелоток радости открытия со мной не разделил. Даже девочка с места №26. И даже обладательница политической карты Ирландии на ноге. Хотя может это и Австралия была...




Последний романтик - 2. Начало тут [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] - Какая у Вас интересная фамилия! - Папе спасибо, - выныриваю из синих глаз, быстро пробегаю по шее вниз, спускаюсь в ложбинку между грудей, взбираюсь быстро на холм, который слева. Сходу натыкаюсь на бейджик. Мариночка. Ага... - Вот пожалуйста ключ, - протягивает мне грушу, задерживаю ее руку в своей. - А до которого часа Вы, Мариночка, работаете? - и опять нырьк в синеву. - До семи, а что? - Есть отличное предложение. Поужинаем вместе? - Я подумаю, - улыбается, чуть ли не во весь рот. - Если что, номер мой знаете, - пытаюсь острить, - звоните... Поднимаюсь в номер. Кровать, тумбочка, телевизор, шкаф. Всё как обычно. Не раздеваясь ложусь на кровать. С пульта включаю телевизор. Минут сорок смотрю какую-то ерунду. Надоело, да и думы разные лезут в голову. Душ! Раздеваюсь и туда. Теплые струи сильно бьют в грудь. Подставляю под них лицо. Вода действует успокаивающе. Мысли о том, что обошелся с Алисой по-свински, утекают в зарешеченное отверстие в полу. Хотя грудь саднит. Вот ведь стерва, вцепилась как кошка. Ничего, заживет... Может позвонить, извиниться? Ага, щаз! Стук в дверь отрывает от размышлений. - Кто? - высовываю голову из душа. - Обслуживание номеров, - доносится из-за двери. - Открыто, - кричу,- заходите. В ответ тишина. Выключаю воду, наскоро вытираюсь. Полотенце на бедрах, босиком иду к двери: - Говорю же - "открыто", - протягиваю руку к дверной ручке. Та, в свою очередь, почему то молниеносно движется в мою сторону, увлекая за собой дверь. Хрясь! Дверь бьёт в голову. Бляаа! Делаю инстинктивно шаг назад, рукой прикрывая рассеченную бровь. Дверь захлопывается, и на ее фоне вырисовывается рыжая копна волос. - Привет, романтик, - слышу знакомый голос. Удар, бейсбольной битой по опорной ноге в область колена, заставляет поближе рассмотреть структуру ковра на полу. Лежу и пытаюсь проанализировать где намудили ткачи, потому что коврик, если что, - говно. "Ну и что разлёгся? Забьёт к ебеням!"- это мой внутренний голос. Пытаюсь встать. Это у меня почти получается. Даже принимаю боевую стойку, не помню как называется, но очень нелепую и, как оказалось, не совсем эффективную. В глазах почему то темнеет, и я плашмя падаю на кровать. Проваливаюсь куда то в темноту. Прихожу в себя от того, что какой то мудацкий певец орёт во всё горло. Пытаюсь сообразить где я. Обстановка незнакомая. Постепенно кадры, мелькающие в голове, складываются в почти стройную картину. Аэропорт, рейс Саратов-Москва, ларёк с цветами, такси, Алиса и почему то лошадь с хуем. Пробую пошевелить рукой - хер, тогда другой - хуй! С ногами такая же беда. Короче через некоторое время осознаю, что шевелить могу только хуем, и еще немного моргать одним глазом. - Очухался, романтик? - на до мной зависает рыжее облако, ответить не могу - рот заклеен как окна на зиму. Поэтому киваю головой. - Сейчас я сниму скоч, но предупреждаю - попробуешь разинуть пасть пошире, попробуешь салат "Морские камушки", рассказать как готовится? Поскольку человек я очень сообразительный, до меня сразу доходит, что делают его при помощи бейсбольной биты. Поэтому махаю усердно головой. Алиса одним рывком срывает скоч. От депиляции хочется орать, но зубы очень жалко, поэтому мычу. - Слушай сюда. Сейчас мы с тобой будем играть в игру. Правила очень простые, делаешь всё что я скажу. Нарушения караются поучительной палочкой. Усвоил? - Алиса... - Так "да" или "конечно да"? - Конечно да, - отвечаю сквозь зубы. - Вот и умничка, итак - пьеса, хуй знает в скольки действиях. Называется... название сам придумаешь поромантичнее. Акт первый. "Усталый путник и пещера". Действующие лица и исполнители: язык и пизда. Напоминаю, зубы сегодня только как ингридиенты к салату. Не могла по-человечески попросить! Пришла бы так и спокойно сказала: "а не хотите ли, сударь, отведать пиздятинки?" Нахуя это членовредительство? Я так завсегда пожалуйста. Насиловать то зачем? Но делать нечего. Еще раз пытаюсь освободить руки. Эффект отрицательный. Тогда расслабляюсь, попытаюсь получить удовольствие. Смотрю как Алиса раздевается. Стрип-шоу было бы на высшем уровне, если бы не музыкальное сопровождение в лице уёбка, который пел по телевизору с какими то балеринами в группе поддержки. Алиса медленно снимает с себя короткую юбочку, затем футболку. Аккуратно вешает их на спинку стула. Забирается на кровать. Встает надо мной, покачивая бедрами. Мысль о самостимуляции в самолёте кажется нелепой. Силы мне сегодня походу пригодятся. Алиса расстёгивает лифчик и снимает трусики. Садится на меня верхом. Единственная незафиксированная часть моего тела, давно приняла боевую готовность. А от прикосновения к ее ягодицам стала нетерпеливо подрагивать. Но по сценарию этого ёбаного режиссёра, заслуженный артист саратовской области Хуй Роман Тика, в первом акте не участвует. И еще вопрос, появится ли он в последующих. Как в пословице про Магомета, пещера идёт навстречу путнику. Тот топчется при входе и начинает исследовать из какой породы пещера. Тычется как слепой котенок то в одну стенку, то в другую. Затем подпрыгивает и хватается за выступ над самым входом. Алиса издает тяжелый вздох. И начинает водить пиздой по моему лицу. "Сцуко, землетрясение!" орёт усталый путник, и почему то мечтает спрятаться полностью в недрах этой вибрирующей горы. Алиса тем временем садится на нос, и ее лобковая кость сильно давит мне на переносицу. Дышать становится нечем. Вот думаю, заебись, смерть от асфиксии, захлебнулся нахуй в пизде. Уже подумываю где и чем воздуха хватануть. "Блять, скорее бы ты кончила что ли",- думаю про себя, но припомнив как она вырубилась в прихожей, прихожу в ужас. Прощай нахуй, рамантег! К моему безмерному удивлению и удовлетворению, воздух дали. Дали также неожиданно, как дают воду после отключения. Перевожу дыхание. - Нахуя я тебе дохлый? Чуть не задохнулся в пизду!!! В ответ тишина, наверное вырубилась. У меня есть чуть меньше минуты, чтобы опять попробовать освободить руку. Хуй! Тоскливо в упор разглядываю оплёванную давеча пизду. Метаморфозы, произошедшие с ней,просто феноменальные. Треугольник куда то съебался. Нихуя себе думаю, реалтрансхаер наоборот. Надо будет запатентовать свою харкотину. Алиса в это время приходит в себя: - Акт номер два. Действующие исполнители - Те же, входит Анус.- голос режиссёра возвращает меня на сцену. Алиса опять садится мне на рот. И понеслась. Вся эта оральная ебля начинает меня раздражать, и я придумываю охуенно хитрый план. Сейчас я тебя дорогая моя Алиса надую, как в детстве надувал лягушек. Сейчас я тебе фаллопиевы трубы продую нахуй. Я конечно не Турчинский, грелку порвать не могу, но дыхалка будь здоров. Набираю через нос побольше воздуха и выдыхаю ей в пизду. Эх, были бы руки свободны. Хуй бы ты с компрессора слезла! - Ах ты гандон! - слышу. Дальше как в замедленной съёмке. Над лицом зависает Алисина пизда... и пердит!!! Не жопа нихуя, а пизда! Прямо мне в летсо!!! Губы при этом смешно так колеблются. Но мне почему то нихуя не смешно. Не, если б я такое увидел, например по телевизору, я бы полюбому упустил в штаны от смеха, потому что нет ничего абасцачней на свете, чем пердящая пизда. Но так как пёрнули не в чужое, а моё летсо, мне стало обидно, шопесдетс. И я загрустил... Грустил я не долго, потому что Алиса слезла с меня и взяла в руки биту... Мой второй приход к действительности, был почти как первый. Опять конь, почему то рыжий, администратор Марина, аэропорт, таксист... - Будь здоров, смотри не кашляй, - голос Алисы откуда то издалека врывается в мой мозг. Она стоит в дверях, уже одетая. - Не шевелись, и всё будет хорошо, может быть... - Алиса, подожди не уходи, - прошу ее, и со страхом гляжу на целофановый пакет, перемотанный липкой лентой, который находится на моем неудовлетворённом друге. - Какая я тебе нахуй Алиса? - она возвращается и кладет мне на живот свою визитку, - звони, если повезет. Хлопает дверь. Пытаюсь прочитать визитку. Сильно скосив глаза всё же читаю: " САЛЮТЫ и ПРАЗДНИЧНЫЕ ФЕЙЕРВЕРКИ " коммерческий директор: Алла Хакбар.





Нина Ивановна, как всегда вовремя, приступила к работе. Вот уже на протяжении двадцати восьми лет она работала старшим библиотекарем в ПТУ №16. Больше всего на свете она любила книги. Она могла часами сидеть за своим столом и сквозь толстые линзы очков смотреть на буквы, которые складывались в слова, а те, в свою очередь, в предложения. Переживала вместе с героями и представляла себя на месте героинь. Прочитав книгу, она бережно ставила ее на полку и обязательно проводила по корешку переплета указательным пальцем. Она не прощалась с книгой, нет. Она говорила ей до свидания. Надписи появились месяц назад. Может быть чуть раньше, но заметила она их месяц назад. На ее любимых книгах! На последней странице. Корявым почерком. Надписи содержали такие слова, которые не то что произносить, читать было стыдно. Вообщем глупость и бред, но Нина Ивановна очень любила свою работу и поэтому очень переживала. Она усердно замазывала надписи текст-корректором, но надписи упрямо проступали из под белой липкой жижи. Она купила пачку безопасных лезвий и аккуратно вырезала письмена, рожденные воспалённым больным мозгом и корявыми руками. Но она резала книги. И каждое прикосновение острой стали к бумаге воспринимала как прикосновение к венам. Она посмотрела на стопку книг лежащую на краю стола. Она убила надписи. Но каждая засела ей глубоко в душу. Она помнила их наизусть. Пушкин. Сказка о рыбаке и рыбке. "Аффтар сасал у деда и лезал у бапки"Пушкин. Дубровский. "Аффтар педораз патамушта пра дупло" Тургенев. Муму. "Аффтар ибал сабачку и учил гирасима матерным славам"Лермонтов. Парус. "Аффтар тожы педораз патамушто фстричаетца слово галубой" Пушкин. Сказка о мёртвой царевне. "Аффтар некрофил. Ибал дохлуйу пелотку"Гоголь. Нос. "Аффтар балел сифелисом, патамушто нос атвалился" Гоголь. Мертвые души. "Аффтар тожы некрафил патамушта мьортвые" Маяковский. Стихи. "Аффтар педораз патамушта стихи" Полевой. Повесть о настоящем человеке. "Аффтар ел гной у лётчега" Русская народная. Репка. "Аффтар заафил патамушта жывотные". -Господи! Какой моральный урод! Какой аффтар? Автор народ!- Нина Ивановна потёрла виски... План мести был уже давно готов. Она сразу вычислила преступника. И сразу вынесла приговор. Она знала, что он придет сегодня. Она сжала в побелевших пальцах лезвие и... аккуратно подточила карандаш. Затем она открыла последнюю страницу томика Грибоедова "Горе от ума" и каллиграфическим почерком написала:"Вася Ниибёдов - ЧМО и ПТУшнег"





Про клюшкошайбу. Начало искать гдето тут - "Про ногомяч" называеццо. Вот за что я Маринку люблю, так это за ее тягу к спорту. И вообще, фигура у нее очень спортивная. Не то что там - плечи как у пловчихи, или там голеностоп развит, как у тех кто сначала жеппой виляет на ходу, а потом ленточки грудью рвет. И летсо у ней одухотворенное, совсем не такое как у метательниц ядра. Ну и холодильник у нее хороший... А фигура у нее хоккейная, да-да именно хоккейная. Вот вы думаете, песдец защитнег паходу. Злобная квадратная челюсть вперед выдаёццо, руки там как краги. Не так всё. Про фигуру потом расскажу карочи. А вот прическа совсем не спортивная. Обычная лохматая голова, разноцветными полоскаме разукрашеная. У меня знакомая была, я ее Корри Штильман звал. Ну она обижалась конечно, говорит, что за Корри такое? Ну я потом обйаснил ей, говорю у тебя пречоско, каг шлем хоккейный, только ССМ не написано. А она не отстает, а почему именно Штильман? А я ибу штоле, вот возникла такая ассоцыацыя и все тут. И ничо с собой не могу поделать. Ну ладно... Так вот. Сижу опять как-то на лавке. А жарища опять на улитсе. И не успел я пиво распахнуть и влить в себя, как слышу кто-то зовет меня ласковым голосом. Типо Эмги, Эмгима, Эмгимаееек. Протяжно так и зазывающе. Ну я голову поднимаю, с балкона свешиваеццо симпатичное Маринкено летсо и рукаме машет вдобавок. И я такой тоже обрадовалссо, кричу - вот так удача! Конечно удача, полчаса уже сижу на этой лавке под балконом. Внимание к себе привлекаю всячески. Ну и естественно поднимаюсь к ней. И пиво пьём. А у ней всегда в холодильнике есть. Вот у меня никогда не залеживаеццо. Оно у меня до дома не дотягивает. Ну вернее до дома оно уже переработанное доставляеццо. Это я про пиво. Маринка вот любит про спорт поговорить. И так намекает: - А помнишь, мы про футбол с тобой в тот раз? - Марин, ну вот что хорошева, жарища, они потные бегают. Давай севодня про клюшкошайбу лучше... - А давай... Ты первый. Я долго думать не стал, вспомнил своево любимого рок-певца, и загадочно так: - Чиж! - и фтыкаю на Маринку. - Мы же про спорт вроде договаривались? - Ну я и говорю, Чиж, по пендосски знаешь как будет? Siskin! - Что-то не знаю я такого хоккеиста. - Конечно не знаешь, он за молодежно-юношеский "Аллахакбарс" играет, - тут главное уверенно говорить, на интеренет можно сослаццо, ну чтоб поверила. А для убедительности, я еще показал как правильно эта фамилия пишеццо. Правда не на спине, а на груди Маринкиной пальтцем. Особенно хорошо у меня точки над "и" получились. И слева и справа. Маринка задумалась немного, и маечку свою сняла. А я продолжаю: - А вот в Детройте вратарь есть такой, не основной правда - Стефан Лив. - Ну и что? - Так вот пусть он на скамеечке запасных пока потусуеццо, - и застежку лифчега - чик! - А как же без вратаря? - Ну пусть другой постоит, например Томаш Поперле из Коламбуса, видишь как соски вперед попёрле? - Низачот, он под первым номером играет. - Ну а где ты вратаря с третьим номером видела? - С четвертым, - обиженно так поправляит. - Тем более с четвертым. Пока пауза повисла, в основном Рич Пиверлей из Нешвилла на площадке отжигал. Тоесть по стаканчику пивка в молчании выпили. Да в штанах моих небольшой Холмстрем образовалссо. А ее же ход. Я уже переживаю, вдруг нью-йоркского рейнджера Гомеса вспомнит. Тем более что зовут его Скотт. Вот совсем не хотел чтоп отгомосечили паскотски. И нипаскотски я тоже против. Маринка хоть и любит немножко Доминик, но за ахтунг я ей всяко Гашек в лоб устрою или в Челиос. В лоб она не хотела, поэтому у ней сначала в глазах такой "Флеймз" загорелссо и она загадочно так произносит. - Микка Кипрусофф... - Что? - Ну этот как ево, Бакашихуа... - Биструсофф, так биструсофф, - понятливо так отвечаю, почему бы не показать хуа раз дама просит, - на замену выходит Брент Кран, номир 35. - Гыыыы, - смиёццо, - какие тут 35, хорошо если 15 от силы. - Ну Малкин он еще пока, ты ево пока немножко Ручински, знаешь какой Шишканов получится! И даже Твердовский!!! Ну она пока в атаку не кидаеццо. И правильно делает, потому что если много пива Пит (№51 Каролина), захочеццо О'Салливан (№12 Лос Анджелес). Я и пошел. Пока Сакик в туалете, заодно и сигаретку Смолински. А Маринка в ванную, и там Душине принимала. А потом и я Колайайково помыл. Хоть и не Чернквист был, а нравиццо мне когда Чистов. В спальне естественно сначала Петтингер (Вашингтон Кэпиталлз №18) и прочая Ласкала. Я ж не Жидлицки какой, на ласку асобинна. А Маринка на кроватку в позе звизды Брыкс, типо "Старз" блять, "Даллас" нахуй. То есть пора уже и Исбистер, да и Пруха тоже пора. Я эту Теему сразу просёк. Куда нахуй такой выбор поз? Селяне практическе. И решил пока Куни на площадку вывести. Говорю, где тут у тебя Конопка? И языком по ней Лалим-Лалим. Маринка сразу Окойн кричит и Олли Йокинен. ну я чуть натиск поубавил... Вспомнил! Я ж про фигуру хотел рассказать, про хоккейную. Карочи, вот если на Маринку сверху смотреть, то почти как хоккейное поле получаеццо. Ну пупок там - центр поля, сиське - круги такие в зоне соперника. Ну я на нее сверху сел, и клюшкой по точке вбрасывания постукиваю. А клюшка у меня под левую руку если чо. В юности просто частенько Микаэль Самуэльсон, да и щас иногда. Ну карочи вбрасывание я выииграл, короткий пас, дрибблинг небольшой. Хоп! И в игру вступает вротарь. Мариночка ротик свой Корразини, и я ей туда Дацюк. Перед этим намекнул, чтобы Зубов подальше держалссо, а Жовановски вообще эту игру пропустил. Но Маринка молодец, хорошо Розиваль. И мой Юрчина даже касалссо ее Легланд. И как она только узнала что я Илья Брызгалов скоро? - Янне Нинимаа! - кричит освободившимся ртом, и моего Хуселиуса сразу за опасную игру во вротарской удалили. А чо делает удаленный игрок на скамеечке штрафников? Прально, плюёццо. Ну и на простынку Семин и припечаталссо. Вместо того чтобы Мариночку Маккормик. Я конечно некоторое время олицетворял собой символ клуба Падающие листья из Торонто, но Маринка играла за "Каролину Харрикейнз". Ураган по-нашему... в постели. И ко второму периоду я уже скоро был готов. Она Набоков повернулась, а я ее сзади прессингую. Как Ткачак На Зингере. А она так умело корпус ставит, что я на самый Крайчек (№5 Ванкувер) скатилссо. Ну и чуть непесданулссо. Но гол забил. Потом я наверное от скуки, говорю: - Марин, а вот представь, что у меня на спине две пятерки нарисованы, и зовут меня не Майк, а Сергей. И фамилио у меня Гончар. А твоё Страка. - Ну и? - Неплохо бы Глинку помесить немного. - Ты хоть шайбу плашмя-то не запихивай, - опасливо так говорит. - Не бойссо, - отвечаю, - я на Пол Кария. Ну и в Зедник ее Плихал. Потихоньку конечно, а не со всей Друри. И так я Яркко Рууту! Кончил карочи... ...На работу я чуть-чуть не Проспал. Хорошо Маринка разбудила. Ну и пока я на кухне Чаянек пил и Кобасью ел, она такую речь мне говорит. Готовилась наверное все утро: - Вот ты думаешь, что всегда будешь Янг. А уж недалеко и до Седин. - Даниель или Хенрик? - уточняю. - Не перебивай. Я вот тут подумала, что каждый человек своего счастья Ковальски, и Лекавалье его надо пока горячо. - Копецки, - думаю про себя, начинаеццо. - Ну а что? Вот как ты живешь? Стив Руччин в основном, а иногда Билялетдинов. Так не долго до парочки Скудери - Каппанен. - Они в разных командах играют. - Ты молчи, слушай, - в наступление идёт, - Все просто - Марек Сватош, Дрю Фата, Олаф Кольциг, и вместе Алексей Житник. И если бы ты на это Павелски, то тебе от моево Папино, который Главач чего то там: и Ломбарди, и Лакутюр и даже Макларен. И всегда и Хеннеси, и Каберле. - Каберне, ты хотела сказать? А нах? - Чо нах? Вот ты кто сейчас? Майк Модано, вернее Мудано, а будешь Майк Риччи. - А нах? А она глазки сузила и стала похожа на песдоглазова Ютаку Фукуфуджи, который за королей Лос Анджелеса играет. Потом как начнет всех Скоттов перечислять. И Мунро, и Апшелл, и даже Нидермайера. Причем последнюю фамилию специально коверкала. Ну а я доказал что неправильно она ее произносит. И чтоб слова с делом не расходились, прям на кухне Маринку и выиб. Потом сказал "ПРЕВЕД", добавил уже как-то по инерции "Недвед" и на Дворжак вышел. Ну и мимо балкона Маринкинова иду. Смотрю, опять голова ее появляицца: - Майк, как Пётр будешь - Щасливый! Одумайссо! - А нах, - отвечаю. - Ну чо занах-то? - чуть не плачет. - Анахайм - чемпион, Марин!!!





Переводчег. Что такое жизнедеятельностиь падонка? Типо он только и делает, што ибёт пелотаг, пьёт пиго и фтыкает рисурс. Ну иногда курит шышки. А хуле, если это ему нравиццо! Каждый жывёт каг хочит, и ниибёт. В идеале конешно лучше всё сразу, аднавременно тоись. У меня такое один раз было. Летом бля. Не до конца правда, но предпосылки были ниибацца. Сижу фтыкаю как-то аську и пиво пью. Два из трёх ниплахой ризультат. В дабавак с дифчонкой па имини Аксана веду переговоры нащщёт паибаццо. Хоть виртуальная ебля меня мало заводит, практически никаг, но за неимением риальной, сайдёт. Пижжю пра сибя разные глупасти, типо саморекламой занимаюсь. Мистер Куннилингус 2006 и фсё такое карочи. А у меня такая беспесды асобинность, если пра еблю наченаю думать - сразу хуй фстаёт. Только подумаю, хуяк - ирекцыя. А хуле, лето! И мой лучший друк сразу пастроил сибе шатёр, причом в качестве стройматериала использовал ситец маих же симейных труснякоф. Сижу я значит, в адной руке пиво, в трусах хуй, готовый к любым поворотам судьбы. А чо, он приученый уже - или засунут куда небудь, или затеребят. И Аксане правой рукой мессаги атправляю, каг было бы зачотно, фстретиццо и в тот же вечер радосна паибаццо. Тут хуяк, звуки какие-то из мультимидийных аксыссуароф. И саапщение: пользователь такой-то, блять просит афторезацыю. Ну я сразу, чо бля? кто такой нах? Прикинь, мужык. Думаю, нахуй мне он не упал. И место жытельства и праписка у ниво турецкая. Страна типо Турцыя. Ну я ему вежливо так: иди нахуй. Нипалучишь ничиво ат миня. А он такой настойчевый. Пишет, по-английски "Hi" нах, што блять за "ни"? Ибанутый изык какой в Пендоссии, толи дело наш "ПРЕВЕД". А дальше турок просит, памаги мне сиччасже. Хэлп типо. Блять порылссо видно в моей инфе изрядно, у меня там три изыка указано. Переведи с английскаво на русский вот это блять предложение. А слова такие витиевато-выебонистые, столбег штоле какой, пра любовь карочи. Я думаю, нихуя сибе! Чо я Корней Иваныч Чукофский, литературными переводами промышлять? И жына ещо заходит. У ней превычка полы мыть вечером. Типо когда пол влажный - не таг жарко. Я Аксане сразу, типо погоди, я пока пожрать схожу поем. Хуле, жына заметит маи буквы, песды сразу даст в переноснам смысле. И закрыл портал, про намечающуюся еблю. А турок нихуя не унимаеццо. Переведи и фсё тут! Ну ладно, хуй с табой. Напесал я ему близкую па смыслу фразу на русском, штоб отйибалссо он от миня. А хуй то стоит! И жына на меня касые взгляды наченает кидать. Чо апять блять дрочешь? Я такой нихуя, вот с чилавегом из самой Турцыи кибербеседу веду. А она, а чо хуй фстал? Бля, говорю, картинго на главной прекольная. Зырь! А там толи абнавления прашли, толи чо, воопщем картинго савсем другая. Типо лозунг, все на барьбу с ахтунком. И какие то педоразы наресованы. Йоптвайу! Она каг давай смийаццо! Я сразу в атказ, нихуя нещитаеццо и ниибёт. А хуле, у меня казус, как то надо выходить из ситуацыи. Не буду же я ей Аксанину хистори показывать, ну штоб нелепые обвинения в ахтунге снять. Хорошо турок выручил. Ты бля, грит, мне па русски не пеши нихуя, а пеши русские слова английскеми буквами. Транслит типо. Я уж ему таг обрадовалссо! Чесно, вручную ему напесал. Нахуй афтотранслитерацыю, конфуз же надо как-то маскировать. Жыне говорю видишь? Браццкая помащь типо. Ну она пафтыкала немного и вроде успокоилась, дальше полы моет. Забыл сказать, у ней такой зайоб имееццо, который апсолютна не идёт в разрез с моим мировоззрением. Бывает ниставо ниссево каг накинеццо, давай ибаццо и фсё тут. А хуле, нормальный зайоб. Жызненый. Карочи она пока под столом мыла, прельстилась на моево друга. А может просто хотела разрушить зародифшееся самнение. Как так типо? Мой муж и фсё бля! Фсем сасать. И наступил вскоре беспесды кульминацыонный мамент моей падоначей жызни. Я сижу фтыкаю рисурс, пью пиво, а жына пацталом заканчивает подготовительные манипуляцыи к сасанию палавова хуя. Аблизываит галофку, штоп блистела. Ибать мой хуй! Апять этот чурек, ха-ха бля, вот ищо переведи. А я то ему уже нихуя не рад, ну памог разок - харош нах! Будь здароф и удачи тибе в нелёхкой янычарской жызни. Сетуацыя то поменялась в корне, в маю пользу типо. И главное дело, стехи, видимо Шыкспира, в Эмгимайкоффском переводе, он кому-то задвинул, а больше не знает нихуя! Паэтаму шлёт уже галимую хуйню. Как на фкладышах от жувачки "Лав из". Помните может, там мальчег девачьке какую нибудь хуйню скажыт, типо любофь это: Слаткий йад щастья и надежды... Трепетное ожыдание... Наркотег, от которава самые тижолые паслеццтвия... Или ищо чо нить. А жувачка - гавно, если чо. Чуть палучше истонской. "Пипармундика Калев" блять. Та ваще песдетс! А жына у меня любит, когда сасёт, штобы я ей волосаме на галаве игралссо. Ну там, почисать или за ухо прядь определить. Каг в парнухе, штоб камере не мешало. Тоись руке мои по идее заняты. Ну и пифка нет-нет атхлебнуть нада. Чем я атвет то турку настрочу, хуем штоле? Тоже немагу, он как раз изыковой барьер преодолел только что. Турок блять такой назойливый! Ну видишь ты, не атвичают тибе, значет занят нах. Што нада та? Нет блять, хеллокает, уот зе проблем? Вас ист лос бля? А у меня из слоф нерусских в памяти астались только "йа, йа, натурлих", и "о йес". Турку похуй, неунимаеццо, аська хахакает блять вавсю, аж жына на миня испадлобья нидавольно паглядываит. Думаю, ща я пиристану ей башку чисать, хоть калонки выключу. Только руку убрал, жына как подхватиццо! Савсем блять совисти у тибя нет! Пашол ты ф песду тагда! И сйибла. Ну йобаный рот! Каг же так? Чуть-чуть ведь бля аставалось. Осталссо я карочи с апслюнявленным хуем несолоно хлебавшы. И такое зло миня взяло! Ну блять турецкая, за эту ниаконченнуйу пьесу для габоя с аркестром, ты блять поплатишссо! Эх, я тибе щас дам прикурить! Я щас тибе такую блять "Шипку" устрою нахуй! Фспомнишь, педораз, великое сражение и аднаимённые балгарские сегареты, которые я первый рас папробавал. Вот тибе мой атвет. Дасловный перевод тоись. И хуярю: "Любовь это... Низаметно вытереть казюльку ап днище ее стула, и уколоццо ап ее засохшую, блять". И атправил, ему миссагу эту, а его самово - в игнор. Успокоилссо нимнога, надо же что-то с хуем делать! Хуле думать, драчить и ниибёт! Набираю Аксаначьку, типо я уже поел и гатов продолжыть апщение. А ана мне такая гаварит: Слы, Эмгимайк, ты же вроде силён в английском? Што блять за слово такое нипанятное - "KAZYULKA"?



Хозращот. Вот так вот блять. Месяц в подвешенном состоянии. Вроде пока женаты, а вроде уже и нет. Живу в одно человеческое летсо, цобака и которасы не всчет. Ну жена заходит после работы, переодеццо типо и йадком побрызгать. Но иногда даже нормальным йазыком разговаривает. Хуй ее знает, от погоды что-ли зависит? А я же привык к ней, песдец просто! Да и общаццо охота. С цобакой много не попесдишь, он соглашаеццо со всем - мудак блять. Да чо я песдун-то какой? Про общение какое-то понёс блять! Нахуй оно мне? Больше всего ибаццо хочеццо. Ну Ленка придёт, и ходит жеппой виляет. Дразниццо типо. Когда повезёт ухвачу, но чаще уворачиваеццо, цкатина. Я ей тогда прямиком в лоб: - Ленк, давай ибаццо. - Ацтань. - Не, ну правда! - Я не хочу. - говорит. Хуле, ждать пока захочет, это песдец. У нас потребности в ебле разные. - Эх, бля, ну ты не хочешь, я хочу. - Ну и ибись тогда, я то при чем? - Йоптвайу, побыстрому паибались и нормуль, все здоровы, ничего личного типо. - Когда мне понадобиццо, я дам тебе... - Чо фпендюрить? - Знать. И тут у ней в глазах, хуяк, какая-то ниибаццо искорка штоле загорелась. И она такая: - Хочешь? Денег давай тогда. - Погоди-ка, давай сначала прейскурант утвердим, и ассортимент предоставляемых услуг. - типо про грибы еще помню ниибаццо, не говоря уже про футбольный мячег. - Ну ладно. Что там у нас самое дешевое? Я плечаме пожал, подумал типо: - Ну падрачить наверно. - Что я? Своими руками? - Нет, ногаме блять. - Сотка! - Гы... Йебанись! Дваццать и ниибёт. Две хрустящие бумажки с видами города Красноярска. - Ну хоть полтинник? - Ладно хуй с табой. Что у нас дальше по списку? Жена глаза кверху подняла, и наверно на потолке прочитала: - Ну наверно паибаццо. - Ахуеть! Что же ты перескакиваешь? А между сиськаме? Я даже научное слово знаю "нарвасадата". - Двести! - Слышь, ты наверно встань что-ли... - Зачем это? - Я тебе кланяться щас буду. О, великая ниибацца гаспажа, и всё такое! - Гы-гы-гы. А чо? - Двести будет когда полноценный второй будет, а ща извини, соточка. - Ты совесть имей! - Желтенькая такая, с лошадкаме. - сказал я и запел - "Лошаткаме кантааарэээ" - Ладно пусть сотка, только на меня не кончать. - А куда тогда? - Куда хочешь. - Ну я между сиськаме и хочу. Блять трудно с бабаме разговаривать, ахуеть каг. Ну она продолжает: - Так, потом значит у нас идет - паибаццо в письку. - Минутачку! Давай придерживаццо канонов. В порядке возрастания, пажалста. Сколько у нас там минет? - А что минет разве не самый дорогой? - Йоптвайу, у любой праститутки спраси. - Я что с ними общаюсь что-ли? - Ну подружке своей, Светке позвони. - Я твоих друзей трогаю? - Дык они и не сосут... - Триста! Я такой охуел от неожиданности: - Фриске, ты? - Не поняла? - Я что-то тоже. - Ну двести, только обычный. - она обиженно поджала губы, - А если по уздечке языком и по яичкам, тогда триста. - Так и запишем. Обычный - 200, яично-уздечный - 300. Только угадай с трёх раз, часто-ли я лишнюю сотку на ветер выбрасывать буду? Я лучше на эти деньги два раза ручной массаж хуя куплю. - Паибацца в письку - пиццот! - Погоди-ка, можно я тебя за волосы дерну? - Зачем это? - Да слышал, Бритни Спирс побрилась наголо недавно. Парик ща носит. - А я причё... Гы-гы-гы... Иди ты в песду! - Бу-га-га! Гыыыыыы! Тебе скока лет? Я за пиццот: две по шестнадцать куплю. - Мудак, блять! - Не пижжю, 16+17. - Давай так, за пиццот - сначала минет, а потом в письку. - Комплексный абед чтоле? Ну ладно хуй с тобой. И завершает вершину нашего хитпарада, ж-ж-жеппа! - Штука! - Да свиданио! Это што, за близость к гавну чтоле надбавки? - Ну не хочешь, как хочешь. Я пошла, а то мамуля ждёт. В этом месте я отвернулся, потому что спазм исказил маё доброе летсо. - Погоди, я тоже хочу одну цену назвать. - Какую? - Куннилингус - полторы! - Ну нахуй. - Не хочешь не покупай. Но если что, бартерные сделки приветствуюццо. - на часы поглядел, - Ладно давай, мне еще креотив песать сёдня. Ну и ушла она карочи. Где-то через час, звонок такой на мобильнег - жена, кто ж еще.. Беру так нехотя: - Я слушаю. - Миш, я тут подумала, действительно в жеппу дороговато, давай за семьсот! - Лады, я тоже пяццот на свои услуги скину. Кладу трубку и говорю: - Так, девочки, звонили из конкурирующей фирмы. Ваш профсоюз, оказываеццо, объявил неделю скидок. Но я не гандон какой-нибудь, поэтому как договаривались. Триста и ниибёт... Но и не лох, обирать себя не позволю. Поэтому, ты - идешь на кухню жарить картошку, ты - пока полы можешь пропылесосить, а ты соси, милая, соси, не отвлекайся...




Фокусник. Одну из самых верхних строчек моего хит парада разных хуёвин, которые неблагоприятно влияют на мою нервную систему в плане пораздражать, являюццо загнутые страницы книги. Я если такую хуйню замечу, сразу начинаю волноваццо. Ну и ругаццо. С женой естественно. Это у нее манера такая. Я в основном стараюсь запоминать номера страниц, но и по тексту нахожу место ниибаццо. Типо книжке я люблю, и стараюсь к ним бережно относиццо. Заняться в больнице было особо нечем. Особенно после обеда. Можно было правда посечь с бапками модный сериал по дебилятору, только нуйвонах. Соседи по палате тоже скучале и от нехуй делать рассказывале дибильные байки. Я по-первости их слушал, типо о бля! тема для креатива. Хуясе, шесть рыл в палате, каждый по две-три истории расскажет, можно каг Зилёный Чванг хуярить бизастановочно месяц блять. Только хуй я угадал. Баян на баяне и ещё блять саратофской гармошкой погоняет. Карочи забил я на это дело и обычно четал. К слову сказать качиствинный песатель О*Генри. Очень криативный чюваг, хоть и пендос. Или англечянин. А мои соседи рассказале свои истории раза по два и песдетс, заняццо нечем. Решили они тогда в карты играццо. Собрались значед Славег, Пятьднейнесрал и Нечипоренко ф дурака сразиццо. Славег - это такой вёрткий дедушко, Пятьднейнесрал - реально мужык не мог опростаццо пять дней. Хули, кашу ебошил каждый день и добафки просил ещо. Славег ему слабительного у медсестры выпросил потом. Нечипоренко - настоящая фамилия Нестеренко, но он в первый день намудил с анализаме. Поставил баночьку с сцакаме около двере, а проходифшая по каридору старушко разыграла стандартное положение и зафудболела ее нахуй. Поэтому и привязалась к нему эта фамилия извесного дохтора по моче. - Эмгимайк, будишь с наме играццо? - Не... я из бальшово спорта ушол давно, мастер-классы не даю нихуя. - Ааа, ну ладно, - отъебались от меня почему-то сразу. Я лежу фтыкаю в книжку, интересно бля. Карты так тихонько по столу шлёп, шлёп, шлёп. И вроде и не мешают мне сильно. Ага, блять! Не долго я радовалссо. Они карочи, как кто останеццо, наченают устраивать разбор блять палётоф: - Тут надо было вот таг ходить, здесь симёрачьке и всё бля! И каждый сцуко эндшпиль такая вот хуйня. Смиюццо, друг на друг апзываюццо, дураг и фсё такое. То есть я шесь-семь апзацев четаю спакойно, патом О*Генри идёт на тумбачьку, а я слушаю каг надо было пад караля ходить сцуко чирвями блять! Да что ты будешь делать! Заебале они миня очинь сваими выкрикаме с места. Пора атправлять это казено в преморский край нахуй! Встаю я значит с койки и гаварю: - Что-то сдаёццо мне, вы нихуя неправельно играете. - О! С наме хочешь посостязаццо? - Славег такой давольный, улыбаеццо. - Я ж сказал, я не играю. - А что же тогда? - Пятьднейнесрал на меня злобно смотрит, типо хули тогда лезешь блять, иди нахуй отсюдова. - Дайте карты на минутачьку. Беру колоду в правую руку. Прикидываю как на весах. Дальше большим пальцем левой руки делаю фрррррррччч. Типо как в машинке для считания банковских ассигнаций. Кидаю колоду на стол и трагическим голасам абъявляю: - Здесь триццать пять карт. - Как так? - Хуйво знает как! Но одной не хватает. - Пиздишь! - Нечипоренко берет колоду и начинает считать. - Бля! И правда триццать пять! Опять беру карты в руки. Запоминайте, два раза повторять не буду! Блять словаме плохо объясняеццо, показывать надо! Ну лана, попробую как-нибудь. Опять прикидываю сколько весит. Зажимаю колоду между большим и факъюнным пальтцем левой руки, так штобы дама, или валет какой нибудь, сваими глазаме изучали линии любви и жызне на ладоне. Сжымаю пасильнее пальтцы, штобы колода прогнулась. И по одной хуярю их на стол. Типо тоже ффрррррррччч! Быстро так, все до одной, рубашкой сцуко ап стол. - Здесь не хватает дамы... Скорее всего червей. - и гордо ухожу утолить потребность арганизма в никатине. Когда я вернулссо, Славег то ли пасьянс раскладывал, то ли в девятку играл. Но на том месте, где по идее должна быть дама червей, была сцуко дыра! На меня смотрели три пары глаз и я на чють-чють асчутил себя ниибаццо Ким Ир Сеном, который только что сказал песдоглазым братьям патриотическую речь, про то каг мы дадим пендосцам реальных песдюлей. - Эмгимайк, как это ты? - Ну как... Вообщем, вес полной колоды - величина постоянная, константа блять. И более-менее опытный игрок, путём нехитрых манипуляцый, сразу обнаруживает нехватку. Достаточно просто взять карты в руки. - Ух ты! А как угадал, что именно дамы нет? - Здесь сложнее. Но тоже взвешиванием. Карты делают в основном офсетной печатью. И если взять и сравнить напремер десятку и туза одной масти, то десятка тяжелее. Краски больше ушло. С каменным летцом наблюдаю, как быстро разошлись по рукам выше перечисленные карты. - Да ну, хуйня! Одинаково! - первым окончил взвешивание Пятьднейнесрал. - Не... правда, эта вот действительно тяжелее! - Славег взбодрилссо, - ща угадаю... Дисятка! Открывает, нихуя не угадал - туз! - Нука я ещо раз... - А как же с картинкаме? - прервал его опыты Нечипоренко. - С картинками сложно. Жолтой краски много... и синей, она с толку сбивает. Поэтому только зрительная память. - Блять, ты же их того... быстро! - Ну и что? Читыри вальта, читыри дамы, и каралей тоже читыри. Всего двинаццать карт. Лехко! Разошлись короче все по своим кроваткам. Хуле, колода не полная, дажы ф казла не сыграешь. Я ложусь и спокойно четаю "Дары волхвов". Вот блять кросавчег этот О*Генри! Так сцуко завирнёт сюжет. А развязка - хуяк, и ниожыданно! Жалко только кароткие россказы, быстро кончаюццо. И запоминаешь по названиям, на каком остановилссо. Хотя теперь можно и не запоминать. У меня же теперь закладка есть. А хуле, дама червей...




Спор. Я спорю редко. Только когда на сто пятьдесят процентов уверен. Только не надо думать, что я всегда не прав. Просто когда есть даже маленькая вероятность проигрыша, ну ее нахуй. Зачем кому то что то доказывать. А тут такое дело... Просто вынудили. Жена моя в данный момент не работает. Ну типа дома сидит хуё-маё, пожрать там сготовить, с мелким уроки поучить. А тут осень случилась. Грибы. Она, как Барыкин, прыг на велосипед, и в лес и там охотица потихоньку. Места у нас я вам скажу! Обалдеть! Короче, прихожу с работы, жена сидит грибы перебирает. Ножиком по ним скрябает, всякую херню счищает, моет в тазу. Я так деловито заглядываю в тазик, не хило! Будет чем похрустеть под водочку. Да и жареных, походу наверну, как следует. С картошечкой. Ну я ее в щечку - чмок, и говорю: - Молодец. Много сегодня. - а сам смотрю на столе стопудово мухоморы лежат. - А эт нахуя? - Ну их в водке замачиваешь, потом суставы натираешь. И не болят. - Ну-ну. -отвечаю, знаем мы эту народную медицину. - Не представляешь, столько грибов!!! - возбужденно так, щечки раскраснелись. Охотница, хуле. - Сколько банок из этого получится? - просто так интересуюсь. - Трехлитровых штуки две. - И как они называются? - Песочники. А там еще подберезовики на кухне. Захожу в дом, переодеваюсь и на кухню. Смотрю, полна раковина грибов. Крепкие такие. С красными шляпками в основном. Ужин будет я ебу!!! Я, если что, в грибах кое что понимаю. Беру сигарету, выхожу во двор. - Слышь? А куда подберёзовики дела? - Ты что, ослеп что-ли? В раковине, уже мытые. - Так это подосиновики, - отвечаю уверенно. - Я что, не знаю что собираю что-ли, по-твоему? - Ага, а я тогда Фидель Кастро Рус, - усмехаюсь в бороду. - Я то, наверное, лучше знаю! Ну знаешь, ну и хуй с тобой. Какая разница, подберезовики, подосиновики - жрать можно больше одного раза и заебись. А она не успокоится никак. Ходит и ерничает. - Тоже мне грибник великий! Грибы-то знаешь как растут? - Лен, отъебись. - Ты думаешь приходишь в лес, а там уже в баночках? Маринованные? - Да успокойся ты! Думаю, нахуй я сказал? Сейчас заведется, хуй остановишь! В конфронтации вступать не люблю. Пошел телик включил. Лежу пультом щелкаю. Забегает, тычет мне в нос грибом: - Значит это, что по-твоему? - Подосиновик. - Ха-ха-ха, ну уморил! Бля, уверен что прав по-любому. Лень просто в интернет лезть. Говорю: - Отстань. - и дальше в телик смотрю. - Давай поспорим! - бля, вот доебалась. - На чо? - Если проиграешь, даешь мне на мелирование. - это такая модная покраска волосьев разноцветная, если кто не в курсе. - А если выиграю? - Ха-ха!!! - Не, я серьезно, допустим выиграл я? - Помечтай! - Всякое может быть. - Выбирай, что хочешь, я уверена на тыщу процентов, что это подберезовик. - Мне и не надо ничего, особенно... Хуй ево знает. У меня всё есть. - Что зассал? - неунимается. - Не зассал. - гордо отвечаю, а сам на штаны все же глянул. - Очко жим-жим? Ну это она зря. Встаю с дивана, руку протягиваю: - Давай, если выиграю я, ты мне сто королевских миньетов. - Да хоть двести!!! - азартная шопесдец. Как охота голову то разукрасить! Мне штуку не жалко, жена всё-таки, но только не в этот раз. Потому что на моей стороне - истина. Сын подбежал, объяснили ему условия спора, правда королевские миньеты были заменены щелбанами, по курсу один к одному, для полноты и целости восприятия и чтобы не загружать детский мозг. Он, естественно, разбил. Жена курточку на себя, гриб в карман, и к маме. К тёще тоесть. Я беру пачку стикеров, маркер, и нумерую их от единицы, до ста. Типа билет на получение услуги "Миньет королевский", одна штука. На предъявителя. Не нихуя, именной, тоесть на меня. Сижу в голове так прикидываю, охуеть! Миньет, рублей пять выходит. И когда захочу!!! Оторвал билетик, позвольте поковырять у вас во рту пиписькой! Что то долго нет, неиначе консилиум по идентификации гриба. Где то через полчаса возвращается. Под мышкой книжка. По лицу не поймешь, но раз книжку принесла, будет доказывать. Ну проиграл, так проиграл. Зря только бумагу испортил. Вот бля! - На, читай знаток. - и показывает мне на картинку. - Денежки пришлите. - Ща, почитаем, - беру уныло книгу. Углубляюсь... Сказать, что меня наебали, вообще ничего не сказать. Сломав в изумлении брови, поднимаю глаза на жену: - Хуй тебе, а не денежку. - Как это так? - Ты мне мозги не еби! Сама то читала? - Читала, - и главное дело уверенно так, но чую блефует! - Ну и что? - Вот смотри - Подберезовик розовеющий. - и пальцем мне на картинку тычет. Я начинаю искать, сцуко, десять отличий. - Бля, - я когда волнуюсь, всегда блякать начинаю, - ты чего мне какую то хуйню подкладываешь? Тут цвет вообще другой. Уж красный цвет то я могу отличить. - Это книжка старая, выцвела картинка, - блять, на всё ответ готов, поди репетировала с маменькой своей. Я страницу переворачиваю, вот они мои дорогие! Подосиновички! Один в один. - А на этой странице не выцвела нихуя? - А ниебёт. Я нашла их под березой, значит подберезовик. - Ты это, бля, знаешь как грибы размножаются? Спорами. Ветер куда подует, они туда и летят нахуй! - Я выиграла, я выиграла! - Слышь, победитель бля, знаешь что в книжке написано? - читаю - Подберезовик розовеющий назван так, потому что розовеет на изломе... Ну что ломаем? - Ломай. - А подосиновик - синеет. - хуяк его пополам и ждем... Вот уж проверка нервов, я вам скажу. Когда от тебя уже ничего не зависит. А ты сидишь и ждешь, и мысленно повторяешь: "синей, сука! синей, блядь!" Или розовей, в зависимости от того на чьей ты стороне. Прошло минут пять. Синеет!!! Ура!!! Выиграл!!! Отрываю листочек с номером один. Протягиваю. Извольте приступить к выполнению альтернативных супружеских обязанностей! - Хуй тебе! - Как это так? Я же выиграл? - Ну выиграл, так и соси сам у себя. - Минуточку, бля, это спор, бля. А если, бля, проспорил, бля, то это как карточный, бля, долг, бля. - ну волнуюсь в лёгкую, хуле! - Серёж, - орет сына, - Серёженька, сынок, мы с папой на что спорили? Ну естественно мелкий, прилетает - ну на щелбаны типо. Я стою нахуй, от такого вероломства не то что блякнуть, воще бля, ни одного слова сказать не могу... Средний палец ставлю на предохранитель (это большой типо), целюсь и в лобешник ей ннааа! Со всей дури! И пошел сердиться на кухню... А там еще 99 билетов на столе. Это ж надо так наебали! Спорил то на другое, а получил... Ну я своё один хуй возьму... ...С тех пор прошел почти месяц. С женой я не сплю. Она у меня наказана. А я теперь ебу футбольный мячик. А хуле? Выгрыз один многоугольник, нарисовал глаза там, нос. И ебу. Встаю перед женой, отрываю билет и понеслась. Сколько там осталось? Семьдесят два, семьдесят три? Ебанные грибы...





Найти принца. Настя переживала. Настя не могла найти себе места. На работе отвечала невпопад, дома нервно курила в открытую форточку. Пятьдесят тысяч! Пусть рублей, но все равно сумма. Можно в Египет в отпуск махнуть, можно новую шубу... Потратить найдется на что, вот только... *** Подруг у Насти не было. Последняя отличилась тем, что на праздновании ее, Настиного, дня рождения уединилась на балконе с Настиным же парнем и радостно сосала тому хуй. Естественно посланы были оба, несмотря на подружкины "полминета не в счет" и жениховые "я думал это ты". После того случая Настя с головой ушла в учебу. Институт, аспирантура, затем работа. А когда стукнул тридцатник и четвертый десяток, день за днем, стал размениваться, Насте ужасно захотелось замуж. Потому что женщина с годами из загадки превращается в страшную тайну ©... *** Кто-то с работы посоветовал ей разместить анкету на сайте знакомств, что Настя сразу и сделала. Сначала было много виртуальных ухажеров. Но дальше переписки дело не шло, а хотелось чего-то настоящего и теплого. Доходило и до реальных встреч. Но сетевые мачо на поверку оказывались скучными ботаниками, а виртуальные "холостые" плейбои через час вскакивали с постели и торопились домой к реальным женам. Эйфория сменилась унынием. Но тут появился он. Георгий, 37 лет, светило медицины какой-то частной клиники за океаном. Который по каким-то срочным делам был в данный момент в ее родном городе. Настя боялась спугнуть свое долгожданное счастье, умело держала дистанцию и на реальную встречу не торопилась. Общались в сети подолгу и на различные темы. И тут... И тут это сообщение. От какой-то пендосской сучки. Кэролайн, блять, 34 года, Нью Йорк нахуй! На ломаном русском: "50000 рублей той, кто переспит с моим мужем Георгием, который в данный момент проживает в Таганроге. Главное условие получения денег - фотография совокупления." Первое, что ощутила Настя, это шок. И этот козёл женат. А потом успокоилась, и что такого? Она и до этого спала с женатыми. За так практически. А тут такие деньги. Подумаешь, фотку сделать! Легко... А как же Георгий? Он значит здесь, пока ухаживает за больной матерью, естественно без бабы. Легкая добыча. А эта пендосска получит фотографии, разведется и отхватит офигенный куш. И за труды всего две штуки? Сука пендосская, меркантильная тварь. Хуй тебе! Вот сейчас прямо позвоню и предупрежу. А там глядишь, он сам с такой стервой разведётся, и... Настя нашла в телефоне номер, который уже давно был бережно сохранен, и по которому она все не решалась позвонить: - Алло! Георгий? Это Анастасия с сайта знакомств, мы с Вами переписывались. Нам нужно срочно встретиться... Это очень важно, по телефону нельзя... Георгий, санитар "Первой Советской больницы", отвозил в морг труп, когда запиликал телефон. Готичным кроссовком, которые в народе называют "фестивалки", притормозил колесо каталки. Спокойно выслушал взволнованный голос, вздохнул тяжело. Достал из кармана замусоленный блокнотик, сделал там какую-то пометку и ответил: - Фотоаппарат у тебя есть, или свой брать? ЗЫ: Школьница, респект (сама знаешь за чо)




Дуэт. - У меня компьютер не грузится! - голос в трубке был до боли знакомый. - Опишите проблему. - Про какой-то системный диск спрашивает по-нерусски. - Ваш адрес? - спросил я, хотя вопрос можно было и по телефону решить. Вынь из дисковода дискетку, дурища! Но до конца работы целых два часа. А тут такой шанс пораньше свалить. - Скажите, а это очень серьезно? - Видимо да, я сейчас подъеду. По-быстрому оделся и, послав воздушный поцелуй секретарше Леночке, которая выполняла и функции диспетчера, я удалился. Заказ почти рядом с домом. Вот так удача. Заехал в маркет по пути. Стандартный набор: пельмени, колбаса, бутылка водки, сок. Пятница как никак. Короткий звонок. Дверь открылась сразу. - Фирма "Интерсервис", вы звонили сегодня... - Оперативно вы работаете. Проходите. Однокомнатная милая квартирка, в тихом районе. У окна компьютерный стол, рядом синтезатор "YAMAHA". Старенький, но как миди-клавиатура сойдет. Комп новый. Ну точно, торчит дискетка. Усмехнулся про себя, баба хуле. Комедию ломать не стал, через секунду пошла загрузка. - И это всё? - Всё. Сейчас еще в одном месте подправлю, чтобы уж наверняка. А Вас не Ирина зовут? - Ирина. А как Вы... - А Вы меня совсем не помните? - перебил я ее. На ее лице отразились потуги обращения к памяти, и я смилостивился, - Музыкалка, оркестр народных инструментов. - Мишка? Неужели это ты? Ты тогда самый маленький был. Вот так встреча! - Ага, у меня еще подставка была, помнишь? - Правда не узнала, вырос, возмужал. Ирина Петрова - солист нашего оркестра. Сколько слез и спермы было пролито из-за нее в детстве! Лучшая аккордеонистка в музыкальной школе. Но разница в возрасте! Всего каких-то три года. Но когда тебе всего двенадцать, эта разница как пропасть. Мама, ну почему ты не родила меня пораньше? И вот она передо мной. Ира, Ирина, Иришка! Ну и где сейчас эта разница, когда мне тридцать? А я ведь тебе тогда говорил... - Слушай, а давай отметим? - предложила она. - Пуркуа бы не па, только один звонок сделаю. - Телефон там. А я сейчас на стол соберу. Мы сидели друг против друга и предавались воспоминаниям из детства. - Помнишь, в "Чардаше" Монти было место, после шестой цифры, когда оркестр замолкал, и оставались только ты и я? - Ага. И ты спецыально фальшивил на репетиции именно в этом месте. - Чтобы играть с тобой подольше. - Я знала... Поэтому и не сердилась. - А помнишь, когда на концерт ездили, я тебе всегда место занимал в автобусе? - Помню, конечно. - А ты никогда со мной не садилась... - Ты что, девчонки и так надо мной смеялись. Вон твой сопливый воздыхатель... А помнишь как ты подрался? Ты так и не сказал почему. Я и сейчас не скажу. Как объяснить свой по-детски рыцарский поступок? Когда пацаны из второго сопрано обсуждали самую лучшую девочку на свете: "А Ирка, уродина бля! На морду ничо, а одна сиська больше другой!" Невытерпел. Сжал кулаки и пошел в атаку. Хотя знал, что победить шансов никаких. Но нос ему я всё же разбил, с единственного удара. А потом... - Ну хватит о больном. Сама то как? - Закончила музыкальное училище. Сейчас преподаю в нашей школе. На жизнь хватает. - А на личном фронте? Ты вроде с Лешкой встречалась? - Мы поженились когда мне стукнуло восемнадцать. Через месяц разошлись. Потом второй брак. Тоже неудачно. Хоть квартира эта осталась. Детей, как видишь, нет. Ирина замолчала. То ли выпитое сыграло злую шутку, то ли нахлынули какие-то чувства, но на ее глазах выступили слёзы. А я сидел, как дурак, и смотрел. Как катятся по ее щекам слезинки, оставляя за собой влажные дорожки. Как капают на стол, причем, следуя каким-то своим законам, совершенно не попадая в рюмку с водкой. И почему-то мне совсем не хотелось подойти, обнять, успокоить. А просто тупо подвинуть рюмку. Как подставляют таз под струю воды при протекающей крыше. - Ир, ненадо... - ляпнул я, так и не найдя нужных слов. - Понимаешь, всё дело во мне... Ты ведь обратил тогда внимание, что у меня левая грудь больше правой? - Ну не на столько она и больше. - соврал я, хотя раньше разница была заметной. - Они практически одинаковые, - она рванула на груди кофточку, одна из пуговиц покатилась по столу, - смотри! - Ну? - Что ну? Видишь? - Э... типо да. Ты ее уменьшила чтоли? Или наоборот? Ну накачала. - Дурак, они всегда были одинаковые... Я в левую чашечку лифчика носовой платок подкладывала. - Зачем? - Меха... - На груди? - На аккордеоне... Когда их разводишь, они как раз стимулируют сосок. Левый сосок. В период сексуального созревания, это был очень сильный раздражитель. Я ведь много тогда репетировала... Так врач сказал... - Ну и? - Когда я впервые это почувствовала, я даже потеряла сознание... - Ааа, и что в этом плохого? - Я не могу и не умею по-другому... Только так я испытываю оргазм. Я смотрел на нее и не знал что делать. - Я не понял, для чего ты мне это рассказываешь? Хочешь чтобы я тебе сасок пососал? Гавно вапрос. - Нет, у тебя всё равно не получится. Только я и аккордеон. - А моя роль в этом какая? - я призадумался. В голове рисовались эротические картины. Голая Ирка лабает на своем "Вельтмайстере". Я спереди... нет блять! Спереди нельзя, еще хуй прищемит аккордеоном своим. Тогда я сзади - тоже хуй! Ей играть будет неудобно. Вообщем, как я не старался, себе там места не находил. Выручила Ирина: - После того, как я кончу, еби меня сколько хочешь! - А пока ты играешь, мне что делать? Телевизор посмотреть? - Я незнаю... Пауза... Друг на друга не смотрим... Мудак, осёл, жалкий паяц! Тебе выпал такой шанс. Хули ты строишь из себя? Ну есть у нее своеобразный заёб, но сам то далеко от нее ушел? Музыкант блять! Может лучше тоже открыться? Сказать? А будь что будет! - Ир, только знаешь что? - Что, Миш? - Ты на меня только не смотри... - Хорошо. Хочешь я спиной к тебе сяду? И вот я снова, как много лет назад, завороженно смотрю на лучшую аккордеонистку нашей школы. Волосы сзади собраны в пучок, шея от этого кажется еще длиннее и изящней. В детстве я раздевал ее глазами, теперь мне этого делать не нужно. Ирина абсолютно голая. Я тоже. Первый аккорд... По спине ползут мурашки, не от холода, а от дивных звуков... Монти. "Чардаш"... По партитуре, я вступаю только в седьмой цифре. А пока Ирина играет под аккомпанемент стука соседей в стену. Мелкие никчемные люди... Даже не попадают в такт... Я уже готов, еще несколько пассажей и... Сколько раз дома я представлял этот момент. Диск в музыкальном центре. Я - с треугольником на хую. Не знаете что такое треугольник? Это мой инструмент. Как колокольчик. Когда бьешь по нему маленькой металлической палочкой, раздаётся чудесный звук. Динннннь! Колебания передаются даже через нить, к моему сверхчувствительному хую. Достаточно всего двух-трёх ударов. Играй, Ирина! Я умоляю! Играй!!! PS Имена персонажей и названия фирм случайны и ниибёт.





Нумерология. Серый вечер серой зимы. Серый скучный вид из окна. И только одно вновь и вновь притягивает мой взор. Окно в доме напротив. Третье сверху и третье слева. Яркий элемент серой матрицы. С вечно незадёрнутыми шторами. С вечно, горящим до поздна торшером. Наверное на трёх ногах. Оказывается я часто встречал её на улице, но никогда не обращал внимания. Серый силует, каких тысячи в почти милионном городе. Тоже сером. И ничего не подсказало, не заставило обернуться. А вдруг это она? Та девушка в окне. Я увидел её в минимаркете. В том, что через дорогу. Она стояла в очереди передо мной. Невысокая, очень стройная, с ровными красивыми ногами. В ее корзинке лежала различная снедь, а сверху... Три пакета молока. Три! Я вздрогнул. Цвета стали возвращаться. - С вас триста три рубля, - безразличным голосом сказала кассирша. Девушка протянула четыре сотеных бумажки. Таких же желтых, как зубы прыщавой бабы за кассой. - Поищите мелочь, десяток вообще нет, - голос кассирши с каждым произнесённым словом становился раздраженным, - нечем сдачу сдавать совсем! Девушка раскрыла кошелёк. - Извините... Одни сотки... - И что прикажете мне делать? Пауза затягивалась. Две монеты - рубль и двушка, звякнув, упали в тарелочку для сдачи. - Вот возьмите, - моё благородство иногда выкидывает фортели. - Спасибо Вам огромное, - девушка обернулась и посмотрела мне прямо в глаза. Цвета стали ярче. Голубые глаза. Розовые, с оттенком перламутра, чуть приоткрытые, губы. - Незачто. - Я обязательно верну... - Будет Вам... Глупости какие... Кассирша нервно заёрзала на своем стуле: - Проходите, не задерживайте очередь! - Извините, - девушка одарила меня трёхрублёвой улыбкой и исчезла в дверях. Я поставил пустую корзину на прилавок. - Вам как всегда? Три "Винстона" и... - И "Тройку", - перебил я внезапно ставшей услужливой кассиршу. Цвета насыщались. Рассовав сигареты по карманам, я выбежал на улицу. Догнать. Завязать разговор. Пока цвета не растворились, не померкли. Это точно она! Точно!!! Моргнув фарами, резко рванула с места старенькая бэха. Тоже тройка. За рулём она. И номер, хоть и забрызганный грязью, но 003. И цвет вполне различимый - желтый. Третий в радуге... Машина скрылась за углом. Я поднял воротник пальто и неспеша направился домой. Заглянул к соседу-пенсионеру: - Держи, Саныч, свою "Тройку". Как только ты их куришь? - За то - одну в день выкуриваю, а ты три... Деньги только на ветер. Не зайдешь? Давно в шахматы не играли. - Как нибудь в другой раз... Сомнений быть не может. Это она... Она! Слишком много совпадений. И эта ее особенность. Поразившая меня в тот день, когда увидел ее впервые в окне дома напротив... Совсем маленькая деталь... Первая в цепи звеньев совпадений. Вселившая в меня надежду... Ровно через три дня мы встретились. Она казалась мне какой-то беззащитной и беспомощной. Именно так и выглядит девушка с домкратом в руках... Перед машиной на трёх целых колёсах. - Я вижу у Вас проблема? - А Вы, похоже, мой ангел спаситель, - она неуверенно, но мило улыбнулась, - представляете третий раз одно и тоже колесо. Правое заднее. - Запаска есть? - я уверенно взял из её рук домкрат. - Конечно. - Меня Михаил зовут. Балонный ключ где у Вас? - но увидев как она смутилась сказал, - Хотя я лучше сам, откройте багажник. - А я Надежда... - наши глаза опять встретились. - Очень красивое имя. Минут через пять, я положил в багажник пробитое колесо. - Ну вот, хозяйка, принимай работу. - Огромное тебе спасибо. Я посмотрел на свои руки, затем по сторонам в поисках снега. Ебучая зима. - Ой, ты весь испачкался, - в ее глазах я заметил искорки, - пойдём, я в этом подъезде живу. Лифт не работал. Мы шли пешком по лестнице, и она о чём-то весело болтала. Я шутил в ответ. - Ну вот и пришли. - мы остановились перед дверью с двумя тройками. - Тридцать три, - почему-то вслух сказал я. Она пожала плечами, и открыла ключом дверь. - Проходи, раздевайся. Ванна там. А я сейчас чайник поставлю. Или может коньяк? - Ты ведь за рулём? - Я сегодня уже никуда не поеду... ... Мы долго сидели и разговаривали. Ниочём, и в то-же время обо всём. И казалось, что мы знакомы очень давно. Свет, от действительно трёхногого торшера, играл в рюмках с коньяком и в ее глазах. Всё было просто и логично, как моя любимая цифра - три. Так же просто она разделась. Я не мог оторвать взгляда от ее груди. Цвет растворился. Всё стало опять серым. - У тебя... - мой голос звучал как-будто со стороны, - это у тебя родинка на груди? - Да. Правда милая? - Незнаю... наверно... - я встал и направился к двери. - Что-то не так? - Всё так... просто я думал... что это у тебя третий сосок. - Зачем? - сколько неподдельного удивления было в этом вопросе! - Хуй его знает зачем. - я открыл дверь, - Зачем у меня три яйца? PS Имена персонажей случайны и ниибёт. PSS Местоположение родинки, на левой груди кста, тоже.






Камешки. Как же я по тебе соскучился! Всего неделю не видел, каких то семь дней, а сердце сжимает, как в тисках. И голос дрожит, и я умело маскирую свое состояние односложными фразами. И вообще, стараюсь больше слушать, ведь мне так нехватало твоего непосредственного общения. Как прожил ты эту неделю без меня? Мне было очень трудно. И больно. Маршрут как обычно. Театр или цирк, кафе, прогулка по парку, и наша любимая игра. Мы ведь с тобой консерваторы, сынок. Как было трудно менять свою жизнь. Неожиданно и бесповоротно. Но не мы с тобой были инициаторами. И всё что у нас осталось, эти встречи по воскресеньям. - Рассказывай, какие новости? - А мама кота веником побила. - Да ты что? - Ага, а он обиделся и три дня домой не приходил. Вернулся только вчера, худой и голодный. Я ему молока налил. Идёт снег. Сын лепит снежок и кидает мне в спину. Смеется. - Пап, а сегодня мы будем играть в камешки? - Обязательно будем. Ну-ка поищи скорей. - Так ведь снег кругом! - А помнишь, "мы не боимся трудностей..." - ... И обязательно их преодолеем." - продолжил сын наш девиз. - Ну и хорошо. Просто замечательно. Сын побежал по аллее, а я смотрел ему вслед. Смешной мальчуган. - Ура! Нашел! - Молодец, сынок! Ты у меня настоящий следопыт! - Посмотри пойдёт? - сын протянул мне камешек. Обычный гравий, который смотрелся на детской ладошке в вязаной варежке, как драгоценный камень. - Конечно пойдет. Самый раз! - я положил камешек в карман, - побежали быстрей, догоняй! На бегу я незаметно выбросил камень, который нашел сын. Ведь у меня уже был приготовлен свой камешек. Чуть поменьше грецкого ореха, который нашел по пути к когда-то нашему, а теперь его дому. Маленький камешек, вмерзший в грязный стоптаный снег. - Пап, я всегда хотел спросить, а почему камешек нельзя прятать в моей комнате? - Потому что так будет нечестно, ты же все укромные места знаешь. А я, получается, всегда на выезде играю. - И почти всегда проигрываешь. - в голосе чувствовались обиженые нотки, - Ты мне что специально поддаешься? - Конечно же нет. Только никак не могу найти это твое секретное место. - А хочешь я тебе скажу? - сын остановился и посмотрел мне прямо в глаза. - Тогда будет не интересно играть, - ответил я, хотя прекрасно знал это место. Я сам его показал сыну. Батарея в когда-то нашей, теперь ее спальне. Есть там такие перекладинки между секциями. Некоторое время идём молча. Сын тянет меня за руку. - Пап, а пап... я тебя всё равно люблю... - Я тебя тоже, - на глаза наворачиваются слёзы, а к горлу подкатывает противный комок. Наклоняюсь к сыну. - Правда, очень люблю. - Что опять снежинка в глаз попала? - сын проводит варежкой по моей щеке. - Ты же знаешь, мужчины не плачут, они просто огорчаются. - А как называется твой одеколон? - вот уж детская непосредственность! - Какие-то сигары, даже кажется золотые. - А мама говорит, что от тебя какашками пахнет. А я не верю, это у ней в комнате так пахнет. А ты хороший, и я тебя люблю. Пап, домой пора, а то не успеем в камешки поиграть! Конечно поиграем. Пока на улице зима, почему бы не поиграть в эти самые камешки. А ведь совсем скоро весна. Растает снег, и наши камешки, под лучами солнца превратятся в банальное собачье говно. Но это будет весной. А пока... камешкам самое место - между ребрами батареи в спальне бывшей жены.



Спасти мир. Вот какое зачотное название придумал я для этаво крео. Пафосное может нимнога, но похуй. Вчетайтесь как следует: "Спасти мир". Каково? Сразу ассоцыацие, типо Брюс Виллис хуярит в атдалённые ебеня, палучив сикретное задание. Но нихуя не пра пиндосов будит. А если вдумаццо, нахуя его спасать? Мир, по крайней мере, адно из значений этаво слова, это кагда и так заибись. Типо все дружна жывут, и все щасливы. Спасать нада вайну! Хотя её тоже каг спасать нипайму? Чото я запуталссо в определениях, спасатель блять, Шойгу нахуй. Вообщем лежал как-то на диванчеге в паталок фтыкал. И думал про то, как устроены семейные атнашения. Вот живут люди напремер, типо любят друг-дружку сночало, потом хуяк, - враги блять нахуй. Ну может там кто-то пернул в недозволенном месте, или при ком нибудь постороннем. Или артистично рыгнул. Чтож из-за этого разводиццо чтоле? Хуй ево низнает? Мне лично, как раз выше перечисленные действия инкриминируют. Ну по-первости я конешно стиснялссо нимнога жыны сваей. Хуле, прислушиваюсь к ней, - ангел блять, а не чилавег! Не рыгает, не пердит, сморкаеццо исключительно в платочег или в раковину. Казюльке за собой смывает всегда. Если напореццо как свенья, - не блюёт, - всё в себе держыт. Как будто и не в деревне родилась вовсе. Прикинь, я фтыкал ее свидетельство о рождении низаметно, абасцалссо сразу скоропостижно, причем лёжа. Место рождения: село "Посёлок". Ахуеть! Вот кто придумал, креатифщег был ниибаццо! Блять, ну назови ты там красиво: диревня "Песдобрейка", или там село "Агромные сиське". А то "Посёлок"! Хуёлок, блять! Ну вот, чото атвлёкссо... И я поначалу, правильный такой. Ну там, пёрнуть - на балкон, если нидай бог рыгнуть - то с закрытым ртом. Песдец карочи. насилие над личностью яибу. И придумал я тогда очень артистичный спосаб рыгания. Тоесть не просто хуйнул и всё. А в этот момент еще слово какое нибудь сказать. И чтоб на букву "Б" начиналось, ну чтобы звучало хорошо. Сночала я пендосские авиалинии рекламировал. Вроде российскаво пивка папьёшь, как патриот должен по идее "Ту-134" прорыгать. А я нихуя, - "Бооооинг" блять! И так прекольно получаеццо. Ну типо, как когда на гитаре квартаме ебошыш, и на пидаль нажымаиш ещо. Помните гатичное слово "премочко", кто был пузачосом вкурсе. Хароший драйв получаиццо. Потом другие слова разучил. И очень у меня хорошо получалось, вроде бы нейтральное - "бабушко". Но это я так думал. А тёща сразу в этом бизабидном наборе букв, заприметила экспансию на свои честь и достоинство. Карочи жына мне говорит: - Ты не мог бы, при мамуле, не употреблять это слово? - А што за пречина то? - Не говори и всё. Вообще никогда! - А как например я ребёнку скажу, сходи к "маминоймаме" штоле? Хуй выговоришь, читыри буквы "м" в адном слове! У Мавроди и то три было... - Что вроде? - Песдец... В твоём роде все гениальные шопесдец! - ну как-будто лизнул, а всё равно она на меня как-то злобно посмотрела. Ну и стал я исправляццо. А привык уже. Без слова, которое на "Б" начинаеццо уже и рыгать то ниахото. И как-то сидели пиво пили, у тёщи во дворе. Ну и приспичило мне. Ну набрал воздуху пабольшы, как выдам: - БаааБууу...- карочи, ниуспел закончить, смарю на меня родственники с какой-то неприкрытой неприязнью смотрят. Ну я и выкрутилссо, как смог. Воопщем получилось у меня песдец какое словосочетание - "Бабу бы". И еще с такой модуляцией в конце. Песдец блять! Лучше бы я опять про бабушку сказал! Началось, как так бля, при жене, такие закидоны! Йоптвайу! Как понесли в два горла арать. Ну я долго не стал всякую хуйню слушать и патихому урыл. Ну и с того момента начал я замечать, что жына моя после посещения мамуленых аппартаментоф как-то странно выглядит. Зомбируеццо карочи. Я уж ей и так и эдак. Типо што случилось? Леночка-хуеночка, тоси-боси. А похуй. Как подменили вообщем. А тут празнег случилссо, пасвищонный тёщеному вылезанию из песды. Ну я ей падараг там зачотный, с функцией караоке между прочим, побрилссо ещо вдобавог. Палажытельный ва всех отношениях зять. И гаварил тосты разные и называл ее мамо, хоть и трудно было шопесдец. Ну и что с того, что я ей интермедию "Гроната" показал? Ну ты посмейся: гыгыгы там, или гугугу, если ибанутый нимнога. Опять же некоторые ваще гггггг смиюццо. Нет блять, обиделась нахуй. Губу свою верхнюю, эпиллированную в честь празнега, нижней накрыла, так и сидела до вечера. А я чо? Вышли на улетсу пакурить, я и говорю: - Смари, мамо, прекол! - Ну и из пальтцев своих сооружаю кольцо. Соединил карочи показывающий и ништяковый вместе. И тёще говорю: - Дёрни за кольцо! - ну пообъяснял немного, как надо правильно. - А чо будет? - Увидишь, - отвечаю. Ну значит она как-будто дёрнула, я размахиваюсь и делаю вид, вроде как гронату кидаю. Командую: Ложись! Ну она не то что залегла, но нимнога согнулась. Типо как в окопе сидит. Ну я выждал положеные десять сикунд, уши закрыл ладошкаме... Как пёрну блять! А тёща то за бруствером окопалась. А бруствер в непосреццтвенной близости от моей жеппы располагалссо... Вот тибе и гыыыы блять. Хотя может и не из-за этого разводимссо. Я ж, если копнуть поглубже, добрый сам по себе. Не люблю все эти конфликты-хуикты. Плохой мир лучше харошей войны ©. Кто-то из великих сказал. Ну и спасать надо, хуй ево знает чего. Мир штоле? Ну как-то так. А тут и реклама как раз по дебилятору в тему. Там значит, то машинке врежуццо друг в дружку, кайены паходу. То йобнеццо кто нибудь из людей. А виноваты знаете кто? Хуй угадаешь с первова раза. Бананы блять! И слоган такой типо: "Бананза! съешь банан - спасешь мир!" Ты спросишь, а причем тут бананы? Да ни причем! Ибаццо ахота просто... Вот и сижу. Наклеил на хуй этикетку с гламурными словаме "бонанза" и жду когда Ленка с работы придет. Хуй ее низнает, может видела рекламу, может нет? А чем чорт нишутит, может моя уловка и сработает... Что сколько весит. Вот Маринка чем мне нравиццо, так это нипасреццтвенностью. Слово какое то двусмысленное правда, гавнянную подоплёку имеет. Типо корень "посрет-нипасрёт", как-то так карочи. Но будет не про гавно. Про сиське будет. Про нормальные харошые сиське. Вернее не так. У Маринки атличные сиське и про них щас расскажу. Одна моя знакомая очень кичилась формой и размером своей груди. Бахвалилась радасна и кричала "у миня фтарой". Фтарой? В жеппе пальчиком парой! Я конечно объяснял ей и нудно доказывал, что если левая сиська первава размера, а правая тоже первава, то вместе нихуя нифтарой. А паралон в чашечках лифчега канешна приятный наощупь, но ибаццо лучше голышом. А вообще пелотки не довольны своиме сиськаме. Маленькие хотят увеличить, большие наоборот. Правда была одна, так та очень своиме гордилась. Но сйебла с рисурса на век. А у Маринки стремящийся к пятому четвертый. И чота как-то ибалесь мы с ней в позе Омар Хуям, она на дивани значит омаром, а я на полу стою и ибу ее, хуям типо. И долго завершить не могу. Дополнительный стимул нужен. А она кроме как орать на подушку, да жеппой трясти, - нихуя не умеет и не делает больше ничо. Там надо было всего-то - до ийиц дотронуццо в нужном месте и все. Только что иякулированный Эмгимайк добрый и спакойный. А так, чота злой я был. Ну думаю, щас замечание сделаешь, еще абидиццо, с ритма сабьоццо. Пока объяснишь ей что да как, она коктями своими вкрофь меня раздерёт. Кому тогда нужен будет Эмгимайк? Разве что самому себе. И решил я ей сиське потрогать тогда. Ну наклонилссо немножко, снизу их приподнял так на ладошках и ибу дальше. А Маринке это нововведение понравилось. Блять, ну что за язык такой русский, опять двусмысленность возникла. Нововведение нахуй. Короче я ее тем же хуем что и прежде ибу. А она в ответ атчотлива так стала жеппой на меня наседать, чувствую щас уже я выплесну заряд бодрасти. И как-то я на месте ношкаме засучил нетерпелива, как ап чота как уибусь под диванчегом! Сцуко такая обида вазникла! Вот как-будто я фортепианщег ниибацца. Сижу хуярю в клавишы. Башкой трясу в такт. А в зале пелотки сидят в модных одеждах, некоторые с брошкаме или там другое какое гламурное колье. Ждут нидаждуццо какда же можно уже одной рукой ап другую поударять и паарать типо "браво, бис, маладец, пашли ибаццо". А я перед заключительным аккордом, нилофка так хуяк, и крышку захлопнул. И типо по ней пальтцаме со всей дури - "йопс!" Вроде как мажорный и жизнеутверждающий унисон должен получиццо, а получаеццо "тук-тук, вайдите бля". Или, раз уж зашол разгавор о музыке, что-то еще вспомнил. Карочи вот если на русском языке - "пестня", на итальянском знаете как будет? Кансоне блять! Ну и чота кансоне у меня случилось нихуя не белиссимо. Так чота хуй пайми чо, ритенуте какое-то. Говорю я значит Маринке, ну после того как хуй уже вытер как полагаеццо, гигиена же: - Блять чота уибалссо я нехило в процессе ибания. И ношка у меня саднит теперь. - Ну што уж ты, какой нилофкий - еще не отойдет от ебли, так, общие фразы говорит. - Говорю, что за хуёвинка у тебя находиццо под спальным ложем? - Кде? - так перевешиваеццо и на пол взирает. - Кде-кде! - передразниваю, - в рифму сказать? Что это еще за дополнительный источник травматизма? Ноутбук штоле? И карочи извлекаю такой сцуко плоский дивайс. Тижолый блять. И смотрю на нево озабочинна. А Маринка такая сразу, типо ура, заибись и харашо. Нихуя себе, думаю, вот это номер. Эта паибота металлическая нанесла мне лёхкое ранение и ей за это еще и респекты говорят. Но оказалось, что это просто васторк радасти паповаду открытия местонахождения напольных весов, а не ехидное злораццтво посвященное членовредительству Эмгимайка. Ну Маринка вспорхнула так, установила эти весы перед зеркалом пачимуто, и давай производить измерения. То есть встала на весы, крутиццо на них, как на такой хуёвинке под названием диск "Грацыя" и фтыкает - то в зеркало, то на стрелко. И чтото у ней там несрастаиццо в вычислениях, потому что летсо не очень довольное. И началось: - Да я жырная толстая тьотка, да я каг карова и нистройная каг бирёсско, - уничижытельно так причитаит, типо с такой целью, чтобы я тоже вспохватилссо и стал вокруг нее бегать и говорить - бля да ты што, нихуя нитаг и ни сцы. А я не тороплюсь выступать с аправержением, и хитро на нее поглядываю, жду чо дальше будет. Хотя по программе дальше фитнес, диета и еще разные пищевые сжигатели жыра. Маринка и перечислила это все. Ну может не попорядку, но зато по каждому пункту тему раскрыла. И в конце выдала резюме: - Ты чо малчишь? - Дык, я не владею ситуацыей, чо стрислось-то? - Лишний килограмм! - Песдец, ну и чо такова та? - Как чо! Жывот!!! - А по-моему - сиське! - Гы-гы-гы, дурак... Ну я встаю, подхожу и смотрю - на весах цыфра 60. Нормальная цыфра, чо нада та? А она нихуя, писят девять и ниибёт. - Марин, - говорю, - если ты и поправилась, то это в области сисег. А с сиськаме я тебе мудрить не позволю, потому как приятные они на вид весьма. - Ой, как это? - Ну вот, как ты думаешь, сколько одна сиська весит? - Грамм пиццот наверно, - отвечает и руками их начинает трогать. - А вот я имею неоспоримые доказательства, что каждая отдельно взятая грудь весит ровно килограмм. - Да ну, ну максимум шыссот грамм. Я немного задумалссо, но потом сказал, что хоть Маринка и хозяйка своих сисек, и что она даже в праве иметь собственное мнение по вопросу нетто и брутто. Но это мнение неверно в корне, и принципиально идет в разрез с моим. Прямо так и сказал: - Не песди, Марин. Начались схватки... Истина спешила родиццо, а мы друг другу говорили аргументы, спорили типо. Ну и под конец решили вычислить вес персей, путём взвешивания. Маринкин метод я сразу отмел как не очень правильный и изобилующий погрешностями. Да и потом, лежащая на боку деушко, с сиськаме на напольных весах это немного смешно. Пижжю, это песдец как смешно! Тем более что весы как раз и показывали чтото около полкило. А это обстоятельство никак не работало на мой афторитет исследователя. По объему вытесненной жыдкости измерять свои сиське Маринка тоже отказалась. Говорила что она совсем не Архимед, и никак не хотела окунать их в полное ведро. Ну я тоже согласилссо, потомушто допустим саму грудь можно как то по формуле еще рассчитать, а с соском как быть? Он же пиздюк, нихуя неоднородный. То висит такой сморщенный, а то хуяк, и как мрамор. Ну и карочи решили мы, я говорю: - Ты давай вставай на весы, а я буду твои сиське в невесомости держать. Типо они будут силу тяжести на мои руки оказывать. - Ога, - отвечает. И оба на стрелку смотрим. А она, блядь такая, ну стрелка то есть, на 59 тормознула и песдец. Неуспела Маринка на своем встроенном калькуляторе вычислить свою правоту, я ее немножко за сиське вверх и потянул. Стрелочка хуяк, и на 58 уже и дальше движеццо неумолимо. Вместе с сиськаме вытягивалось и Маринкено летсо, а когда она сообразила чо к чему, сказала сакраментальною фразу: - Чо ты тянешь вверх, блять? Больно же, асёл! - Победителей не судят и ниибёт, - ответил я. - Я тебе щас хуй твой взвешивать буду, - зло так сказала и куда то на кухню урыла. - Ога, давай, - кричу ей, и как светило науки ниибаццо видвигаю гипотезу - я думаю что грамм сто он весит. - А щас мы и узнаем, - а сама за спиной чтото прячет. А я смотрю в отражение в зеркале и говорю очень спокойно, но с дрожью в голосе: - Я тебя прошу, дорогая моя Марина, ни в коем случае не использовать для взвешивания хуя, вот этот замысловатый прибор. Потому что хуй и безмен китайского произвоццтва с аццким крючком на конце - вещи нихуя несовместимые. А она рассмиялась так по-доброму, и хуй мы на напольных весах тоже взвешивали. Я стоял, а она его сначала руками вниз тянула, а потом и головой. И карочи если верить стрелке, хуй у меня весит два килограмма. Пачотна беспесды. Правда если быть точным до конца - 1,995. Ну пять грамм минус случилось потом. Куда деваццо-то? Плюс минус это погрешность измерения. А Маринка стала весить 60 килограмм и пять грамм.




Случайные встречи Сижу на работе. Утро. Корпорация только начинает просыпаться. Народ подтягивается обычно к десяти. А пока тихо. Главбух за стенкой начинает рабочий день с кофе. Да и я пожалуй не буду оригинальным. В это время, с девяти до десяти, из кабинета лучше не выходить. Около двухсот вежливых людей с утра - слишком большая нагрузка на мой речевой аппарат. Каждому по привету, сам с приветом окажешься. Поэтому курю в открытое окно. Есть конечно люди, которых действительно рад видеть. А в основном серая масса. Пусть разбредутся по своим кабинетам и кабинетикам, рассядутся по своим местам. А потом если случайно встретимся в коридоре... Случайно!!! Вот тогда и получите моё "здрасьте". А сейчас хуй... Так, время уже десять. Можно и размяться. Нехотя выхожу в коридор и сталкиваюсь с ней. Волосы распущены, юбка чуть выше колен, высокий каблучок. Открытая и искренняя, а не вымученная как у многих, улыбка: - Доброе утро. - Действительно доброе, Катенька, - отвечаю, - Хорошо выглядишь сегодня. Комплимент не остается незамеченным. Краснеет. Смущается. Чуть отводит глаза. Затем вскидывает их на меня: - Спасибо, - чуть шепчет и спешит по коридору. А день-то налаживается! Здорово, что повстречал именно эту девочку, а не скажем Олю из бухгалтерии. Каблучки цокают удаляясь. Точно знаю, что через несколько шагов обернётся. Поэтому останавливаюсь и жду. Ну вот, как я и говорил. Эти милые случайные встречи... Вот каков процент вероятности, что первой кого я увижу, будет она? Не знаю. Хотя, может кто-то там наверху, специально дергая за нити, сводит и разводит людей... Теперь настроение гораздо лучше. И время кажется бежит быстрее. Телефонный звонок. Какие-то проблеммы вырастают из ничего. Терпеливо объясняю по телефону, что нужно сделать. И в какой-то момент просто говорю в трубку: "Сейчас подойду!" Открываю дверь, оппаньки! Опять она. Опять эта милая улыбка. Не скрываю, что и сам рад ужасно: - Катюш, опять ты? - Ага. - Тебе очень идет этот цвет, мне очень нравится, - вру безбожно, а куда деваться? - Спасибо, ты очень любезен, - а она искренне, хотя кто их знает? Третий раз встречаемся опять неожиданно. Это как-будто едешь на машине, и внутренний голос говорит: "Поверни здесь". А тебе туда не нужно совсем, но поворачиваешь... И в жопу тебе въезжает "Камаз", груженый тротуарной плиткой: - Кать, это уже тенденция... - Да уж, третий раз встречаемся. - Смотри, еще раз, и... - Что и? - Начну верить, что не случайно ты мне попадаешься. И вот тогда держись... - Посмотрим... Конечно посмотрим. Бесцельно болтаться по коридорам не буду, хотя шансов на "случайную" встречу несоизмеримо больше. Но привык играть по правилам. По своим правда правилам... ...Радости моей нет предела. Только вышел в коридор и опять она. Не в силах сдержать улыбки, смотрю в ее серые глаза: - Я предупреждал? - Да. - Тогда пойдем. Если бы она спросила куда, или если бы я взял ее за руку. А так, она просто идет за мной. Остановилась чуть сзади, пока я открывал дверь ключом. Зашла вслед за мной и захлопнула дверь. Английский замок сухо щелкнул. Не говоря ни слова приближаюсь к ней. Блеск на губах от "Лореаль", блеск в глазах - наверное от рождения. Целую ее... Отвечает... Ее руки обвивают мою шею. Мои - нагло задирают юбку вверх. Теперь мне мешают только ее трусики. Но я не тороплюсь. Глажу ее бедра. Отмечаю про себя с удовлетворением, как она вздрагивает от мимолетного прикосновения пальцев к пизде. Еще чуть-чуть. Поднажмем вот здесь теперь. Исследую ее тело. Грудь правда маловата. Да и грудью можно назвать с большой натяжкой. Причем натягивать начинать надо со спины. Этакий собирательный образ. Возбужденно дышит. Течет. Пора... Расстегиваю ширинку. Хуй, почувствовав на мгновение свободу, устремляется из одного плена в другой. Потрясающе! До чего же мне нравятся девушки с узкими бедрами! Вхожу в нее медленно, слежу за ее реакцией. Почему-то мне кажется, что им в этот момент немного больно. "Ебацца не больно. Ебацца заебись."- успокаиваю себя. А она принимает меня полностью. И даже с какой-то легкой иронией в глазах: "и это все?". Также снисходительным взглядом отвечаю: "это даже странно очень, хуй пизды всегда короче" С восторгом замечаю, как Катя прикусывает губу. Значит не так ты и мал, мой маленький друг. Ебать стоя конечно прикольно, но не люблю. Пойдем ка милая на стол. Осторожно переношу ее. Вот здесь гораздо удобнее. Сначала медленно погружаю в нее своего молодца. Затем так же медленно выхожу. Катя начинает тихо стонать. Подношу палец к ее губам. Тссс! Главбух не дремлет. Пусть считает спокойно. Итак, наращиваем темп. Постепенно. Торопиться ненадо. Ага. Вот здесь значит у тебя кончалка. Поработаем над этим как следует. Щекочу ее клитор. Катя глубоко дышит, на носу выступают капельки пота. Ну что, дорогая, погнали! С силой всаживаю в нее свой хуй... Ааааааааа! Ее крик теряется в моей ладони. А зубы нихуя не теряются. Блять! Даже и не знаю куда теперь кончать. По обыкновению все завершается минетом. А здесь начинаю опасаться. Ты что же как зверёныш дикий? Катюш, а, Катюш? Целую ее в губы. Она вся светится и сияет. Понравилось сучке. Теперь моя очередь. Целый хуй конечно лучше половины, но очень хочется дать ей в рот. Да и она не против. Хотя про половину напиздил, если уж и хуйнёт, то под самый корень. И как только умещается весь? А ее язычок выписывает немыслимые пируэты. Ну вот и я уже скоро... Учись, как кончают настоящие мужики. Стоически. Без звука. Хотя, если это потешит твое самолюбие... Ну, так и быть, ммммм... И заметь, никого не сожрал при этом. А вот у тебя сегодня на обед протеиновый коктейль... - Тебе понравилось? - глупый вопрос, который можно было и не задавать. Все написано на ее лице. Протягиваю ей салфетку. - Очень, - почему-то шепотом отвечает, с голосовыми связками что-то случилось наверное. - Умничка. - А давай, это будет нашей традицией? Если три раза встречаемся случайно, - акцент делает на "случайно", - на четвертый идем ебацца. - Ебацца на работе? - удивленно спрашиваю. - Ну вот как сегодня, случайно, - поправляет на себе одежду. - Хорошо, договорились, - открываю дверь и выпускаю ее, - Только специально не подкарауливать. - Ага. *** Беги, малыш. Беги, Катюша. Уговор дороже денег. Но если честно, шансов у тебя на еблю номер два - ровно ноль. Вру. Почти ноль. Если уж действительно, вмешается его величество СЛУЧАЙ, тогда всегда пожалуйста. Едва ли я буду теперь "встречать" именно тебя... А помнится, когда ставили этот агрегат ко мне в кабинет, я громче всех орал: "нахуй он мне не упал!" А вот и пригодился. Стоп! А это что еще за красавица идет? Ага, Оксаночка... Ну-ну... Вот с ней-то меня и сведет случай.

О чувстве юмора. У моей жены есть подружка одна, называеццо Светка. Так вот, если они друг-другу начнут звонить, туши свет, тридцать минут отдай. О чём они там говорят, незнаю. Но иногда смеюццо. То есть смех, как естественная реакция организма на абасцаку какую-нибудь, присутствует. Свою-то я давно знаю, ей палец покажи, причем любой, смеяццо начинает. А Светку ни разу не видел. Так пару раз по телефону говорил. Вежливая блять. И эсэмески писал. Один раз прихожу, а жена угарает в голос прям. - Ты чо? - интересуюсь. - Шеф звонил бывший, говорит вернись на работу. Посещаемость магазина растёт, а выручка падает. Светка короче эта сейчас на ее месте работает. Магазин по продаже запчастей для автобусов-иномарок. Ну там Ман-хуян, Сетра-хуетра, Скания-хуяния. А магазин расположен блять в месте дислокации автобусов. Парк карочи. Ну моя там много проработала, больше меня наверное в механизмах понимает, а Светка тупит немного. Водилы соберутссо и к ней. - Свет, а амортизаторы топливных насосов на "Сканию" есть? Ну ты если не знаешь, так и скажи. Ахуйвознаит! Я бы например, в отделе косметики тоже блять корки мочил бы: Дайте тени пжалста, а я им хуяк губнушку. Ну если не копенгаген, как говориццо. А эта нихуя: - Щаз пасмарю, - и по складу лазиет ищет. Нет нихуя! - А ща в компьютере гляну, как говорите называеццо? По-моему привозили недавно. Водилы смеюццо и уходят. И друг-другу рассказывают, прикол типо. Хуяк потом другие придут, тоже какую нибудь хуйню спросят. Моя говорит: - Представляешь, сучка какая, вчера звонила, и не рассказала, как ее подъёбывают. Говорит всё ништяк. А я моментом сообразил: - Какой у ней номер? Ну сотовый типо. - и на сайт оператора залазию. И с этого сайта отправляю СМС. "Новые и б/у амортизаторы топливных насосов." и телефон ее рабочий. Минут через пять Ленке звонок. Ну она громкую связь включает: - Представляешь, щас мудила один СМС прислал, чтоб у него яйцы отсохли! - Ну и зачитывает. - А с какого номера? - Короткий какой-то. 0674 вроде. - Так это "Билайн". Реклама типо. - И номер магазина наш. А у меня как раз спрашивали недавно, раз пять. Че эт хоть такое? - Ну ты позвони, узнаешь. Бля, песдетс, я в пополаме... Следом отправляю другую, опять с сайта: "Срочно продам отсохшие яйца, б/у, недорого. Какой-то мудило." Больше она не звонила... Целый день... А тут как-то один песдоглазый юноша, барана мне привез. Подарок или взятка хуйвознаит? Классный баран - молодой. Ну я прикинул, что в одну харю его никак не съем, если даже жрать буду всегда. Решил короче устроить праздник. Беру телефон, звоню Борисычу: - Алло, ты баран..., - специально паузу делаю. - И я тебя тоже рад слышать, - отвечает. - Ты дослушай, хуле обижаццо? Ты баран есть любишь? - Йоптыць, конечно. - Карочи, щас он в ванной у меня лежит, когда искупаееццо, на костер пойдет сохнуть. Вечером жду. Договорились вообщем, Люся - жена его, через час примчала. Там салаты, туда-сюда. А Борисыч, как раз мою захватит, она что-то в Саратов как-раз ездила, и к шести будет. Да, совсем забыл, было лето. Специально акцентирую, а то опять какой-нибудь ниибаццо критег отправит матчасть учить, типо фивраль, дождь со снегом, и всё такое карочи. Бугага! Вообщем, баран измельчилссо и в огромном тазу вместе с луком и приправами находиццо. Костёр горит, угли чтобы были. Классно когда свой дом. Хочешь бомбу взорви, никто и слова не скажет, потому как частная собственность. Тут моя звонит, я со Светкой типо приеду. Со Светкой так со Светкой. Веселее будет нах. Ну приехали они значит, моя говорит: - Эт Светлана. - ну знакомит типо. Я такой: - А меня Михаил, мудило типо, очприятно. Ну нормальная так пелотка. Из той породы: жеппа есть - сиськи необязательно. На летсо приятная, но с него водку не пить. Сели по-первой вмазали, за знакомство и за встречу. Баран поспел к тому времени. Всем весело, всем харашо! А Светка сидит улыбаеццо, компанейская такая ниибаццо. Ну я говорю слушайте анекдод: - Мужик приходит домой и жене грит: - Жена у меня к тебе три вопроса. - жена такая: - В жеппу не дам. - Ну тогда у меня два вопроса. Все блять как стали пацталом смияццо. Хуй успокоишь. И тут Светка с каменным летсом: - Тихо чтоле все, дайте чилавеку до конца рассказать, - и ко мне обращаеццо - А какие два вапроса? Ну думаю, клиника блять, бывает нах: - Водки налить? - говорю. Беру бутылку в руки. Молчит, в глаза мне смотрит, чувствует пауза затянулась: - А жена чо? - Моя? Будет, - сам не знаю как сдержать ржач, - когда она отказывалась? - Ааа... Плесни чуть-чуть... Хватит, хватит... А последний вопрос? Ну тут я не выдержал и убежал нахуй. Типо мяса ещо принести и поржать незаметно. Почему-то многие со мной пошли. Особенно Борисыч. Так сцуко быстро побежал! Вперед меня блять... Корочи жрали мы и пили долго. Барана так и не доели, хотя стали потом сковородками жарить. Один хуй много осталось. Настала пора спать ложиццо. Люся с Борисычем в летней. Светка по плану на кровати сына. Мы с женой и сыном на своей. Ага, щаз. Смотрю мелкий зевает. Я его хуяк, иди спи скорей сыног. И в его комнате укладываю. Охота же с двумя бабами поспать! Прикольно же! Приходят значит подружки, спать-то охота, третий час уже. - Ой, Лен, а там кто-то спит. - Миш, Женьку переложи к нам, там Света ляжет. - Не буду я детский сон тревожить, - отвечаю, - здесь все уместимссо. Чур я посередине! Я не знаю, что такое "ступор", по-моему это деталь механизма какая-то, но на Светкином летсе он отобразился нихуёво. А делать то нечего! Я разделся и лёг. Кому ненравиццо может на полу разместиццо. Меня конечно к стенке подвинули, чтоб не мечтал. Светка с краю, жена посередине. Но наличие посторонней пелотки в непосредственной близости, меня возбудило до нельзя. Ворочался полчаса, потом надоело, достал гандон и жене, как близлежащей, вдул. Завязал потом его на узел и на пол бросил... Утром просыпаюсь, бабы уже чай пьют. Ну я оделся, обёртки от гандона взял, узелок с полу подобрал. Захожу на кухню, демонстративно мотыляю резиновым изделием. В мусорку хуяк его. Светку в щечку - чмок: - Ты сегодня ночью была просто великолепна...





Когда трамваи ходили по Чапаева. Хор. Искать [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] Вот стоит мне только куда-нибудь отлучиться, всегда какая нибудь новость произойдет. Вроде всего недельку в садик не ходил. А чо, у мамы отпуск, ну и поехали мы к бабушке. На поезде поехали. В деревню. Олег как меня увидел, сразу подбегает такой. Ну поскользнулссо, понятное дело. Не упал правда. Равновесие хорошо мой друг держит. Иногда конечно. И с ходу: - Мишка, нам капец! - Чо это? - а сам начинаю припоминать, что натворили неделю назад. Вроде ничего особого. - Не сидеть нам теперь за верандой. - Чо, сломали? Или сгорела? - Ты чо, дурак? Стоит как миленькая, - Олег сделал скорбное летсо, - у нас теперь хор. - Какой еще хор? - я уставился прямо в центр грусти Олега, который был сосредоточен в районе глаз. Друг шмыгнул носом и показал пальцем на какую-то незнакомую тётку: - Вот она - причина наших несчастий. - А кто это, - спросил я, пристально уставившись на какую-то очкастую женщену. - Это КлараОлегавна. Она играет на пианино и заставляет нас петь. - Гыыыы, ну и чо, петь хорошо ведь. - Петь хорошо, когда хочеццо. Или когда песня хорошая, про разведчегов например. Или когда попел немного и харош, а не целый час... Я задумалссо, а потом как рассмиюсь. Олег на меня поглядывает, хмуриццо чота, думает наверно что над ним. Ну я чтоб поддых не получить, говорю: - А ты вдумывалссо в ее имя? Клара - Але - гавна. - Гы-гы-гы, гавна... точно гавна... - Олег продолжал улыбаццо, потом резко прекратил, видимо прикинув, что это "гавна" от его имени корни берет. Или окончания... Не знаю карочи. - Ты не растраивайся, - успокаиваю его, - может у тебя сын родиццо. - Ну да, - немного успокоилссо он, - или я вообще не жынюсь никогда лучше. А тем временем раздались хлопки в ладоши воспитательницы, и нас парами повели в зал где пианино стояло. За пианиной уже гордо сидела КлараОлегавна, и щурилась при этом. И почему-то еще ногой топала по педальке. - Вот гляди, щас начнёццо, - грусно сказал Олег. Олег не наврал, потому что и правда началось. КлараОлеговна была очень своеобразной. Уставившись в клавиши она яросна их давила, изредка поварачивая к нам летсо. А мы сидели на стульчиках, как раз за ее спиной. Голова у ней повернуццо к нам ровно не могла. Но она умело это компенсировала, как-то непостижимо переместив рот на одну щеку. И этот рот смотрел точно на нас. И в нас пел. Громко пел. Продюсеров в то время не было. И подбором репертуара она занималась видимо сама. И мы глядя с Олегом в этот поворачивающийся перекошенный рот начали смияццо. Потому что в хите про мальчега, который отлынивал от сельхоз работ, в слове "картошку" ее губы выписывали несравненные кренделя. Еще надо отметить, что концертмейстером она была никаким. Не признавала не септаккордов, ни тем более субдоминант. Вся гармоническая последовательность строилась на трёх аккордах. Их них мажорным был только "Ми". К тому же она тянулась ко всему светлому. И иногда вместо черной соль диез, уверенно брала просто соль, отчего ее произведения носили лёгкий оттенок незаконченности и пагубно влияли на несформировавшийся музыкальный вкус ребят. И чота мы с Олегом разошлись нинашутку. Балуемссо практическе. И карочи ей наверно надоело это, потому-что сингл про стоящую в поле кудрявую берёзку она оборвала на полуслове. То есть одно "люли" спела, а вместо второго серьёзно сказала: - Так, почему вместо того чтобы петь, шкодите? - Потому что песня нам нинравиццо, - честно сказал Олег. - Интересно, - глаза КлараОлегавны смерили нас сверху донизу, - всем ребятам нравиццо, а вам почему? - Мы про будёновцев любим, - поддержал я друга, - или про компас например. - Про какой еще компас? - удивилась КлараОлегавна. Мы с Олегом переглянулись и запели очень модную в то время пестню: Надеждо - мой компас земной Аудачо ноградо засме-е-ласть... Правда пел в основном я. А Олег широко улыбалссо, хлопал ресницами и в ладоши. И вообще в конкурсе инсценированной пестни ему не было равных. Полное отсутствие слуха и голоса он сполна возмещал способностью жестикулировать. Он с точностью до милиметра мог показать местоположение "незнакомой звезды" которая светит с неба, а на словах "оторваны от дома" делал такое жалостливое летсо, что мне хотелось бросить петь и за руку его туда отвести. КлараОлегавна внимательно посмотрела на нас, а потом почему-то спросила мнение остальных ребят. Те радасна загалдели. Модную пестню все хотели петь и музыкальный руководитель сказала: - Хорошо, ты будешь солист, - и показала в меня пальтцем. - Я без Олега не буду, потому что мы друзья. - Отлично, куплет поёте вы вдвоем, а припев все вместе хором. - Про компас только мы с Мишкой должны петь, - подал голос Олег. - Другие ребята тоже хотят, - парировала КлараОлегавна, и мы смирились. Пианино издало некое подобие вступления, то есть КлараОлегавна по очереди проиграла известные ей аккорды, потом поменяла их местами и сыграла в обратной последовательности. Затем повернула к нам насколько возможно голову, переместила опять свой рот и сказал им букву "И". Мы весело запели... Я думаю, что именно с нашего с Олегом дуэта был полностью скопирован в последствии "Модерн Токинг". Я старательно пел, правда не бабским, но тоже звонким голосом, а друг рядом щерилссо и отплясывал. Олег конечно не сочинял музыку и слова, и гитары у него не было. Хотя когда ему нечего было показать руками, он делал вид, что как раз на ней и играет. Разницы между гитарой и балалайкой он особой не видел. Пели мы очень хорошо, несмотря на трёхаккордовый аккомпанимент и аццкие виртуозные проигрыши. Два раза пели. А потом КлараОлегавна сказала, что хор может идти в группу, а соответственно и гулять, а мы с Олегом должны как Штирлиц астацца. Потому что надо было репетировать. Мы перглянулись и спели еще три раза. К третьему разу мы уже не радовались слову "смелость", и "компас" тоже был уже похуй. Хоть мы и вдвоем про них пели, а не хором... Тяжелую долю артистов мы обсудили естественно за верандой. Начал Олег: - Чота у меня руки болят от пения такова. - А у меня чота изыг балит. - Ваще, зачем ты ее вспомнил, пестню эту? - Ога, зря... - Может откажемся пойдем? Придем и скажем, извините типо, но мы не будем певцами. - Неудобно как-то. Получиццо что мы с тобой слабаки. Олег задумчиво почесал голову: - И чо делать теперь? Каждый день что-ли так выкладываццо? - Может слова давай забудем? - предложил я, хотя наверное сам себе предложил. - Гыыы. Или давай вообще другие петь. - Точно, - я перешел на шепот,- Пра пизду можно. - Ха-ха-ха, про незнакомую. Ога! - Опасно правда... - Это точно... Накажут сразу... ************* На следующей репетиции сначала пели опять деццкие песни. Про елку которую срубили, про кузнечега которого сожрали. А "Надежда" умирала последней. И как раз к ее кончине поспела ГалинВикторна. Она стояла в дверях и умилялась. А мы вышли на середину и Олег объявил: - Музыка Александры Пахмутова, слова Николая Добронраува... пестня - Надежда! - и сам себе зааплодировал. Если бы Пахмутова слышала, как вольно обращаеццо с нотами КлараОлегавна, она бы открыла крышку рояля и, положив туда голову, с радостью бы ее захлопнула. А если бы Добронраув слышал наши с Олегом слова, засунул бы в свою пишущую машинку галстук и стукал бы клавишу "табуляцыя" до полной асфиксии. Но они не слышали. Зато появилссо еще один слушатель. Заведующая. Заметив ее появление мы предусмотрительно не стали петь про пизду. А то бы она нам сразу пришла. Мы в этом месте просто многозначительно улыбнулись. За то потом я довольно отчетливо спел: "Снова между нами борода". А Олег очень неплохо показал, каким образом она от его подбородка и по какой траектории между нами прошлась. КлараОлегавна видимо не раслышала, или просто не подала виду. А ГалинВикторна почему-то стала озираццо по сторонам. Мы продолжали... Во втором куплете Олег перед словом "издалека" очень умело ввернул букву "п", отчего КлараОлегавна взяла первый в жизни субдоминантаккорд, но продолжала играть, как ни в чем не бывало. А ГалинВикторна стала кашлять. И наверно не раслышала, как "скупые телеграммы" превратились в тупые. Перед третьим куплетом, пока пелся припев, мы собрали волю в кулак и решили идти до конца. Хотя и пианистка и слушатели кидали на нас многообещающие взгляды... Короткий проигрыш пролетел незаметно. И мы в два голоса заорали: И забыть, как Брежнева, нельзя... На этом музыка закончилась... Начался концерт. ГалинВикторна подбежала к нам, почему-то без цветов, взяла за руки и отвела в группу... ... Мы стояли и смотрели через окно на трамваи. Ну из углов конечно. А потом мы сказали что больше не будем. Ну петь типо. А Олег спросил, почему про Ленина можно петь, а про Брежнева нельзя. А ГалинВикторна не смогла нам ответить и простила. И тогда мы положили на подоконник локти, ладошками подперли головы, и весело перебивая друг друга, кричали: - Первый! Пятнадцатый! Опять первый!!!


...По Чапаева тогда еще ходили трамваи... На букву "Пэ". Как-то ГалинВикторовна нам сказала, чтобы мы пришли в садег нарядные. Правда что тут нарядного мы с Олегом не поняли. Белый верх, черный низ. Но форма одежды не оспаривалась, да мы и не боялись особо потерять свою индивидуальность. Хотя когда я пришел, то в мешанине черно-белых тонов спутал Олега с другим мальчегом. И мальчег тот почему-то растроилссо. Обиделссо на дружеский подзатыльник. Олег бы низачто не обиделссо. Потомушта друг. Воспитательница предупредила нас насчет того, чтобы не пачкаццо по возможности, и повела на прогулку. А нам с Олегом надо было срочно за веранду. Ну мы и скрылись потихоньку, пока пары строились. Вообщем нам надо было всего минутку. Потомушта я узнал новое слово. И хотел его другу сказать. Я убавил громкость рта и сказал: - Олег, я знаю новый мат. - Ух ты! - обрадовалссо Олег, потомушто был очень любознательный, - скажи скорей. - Это слово - "пидарас", - произнес я почти шепотом. - Гы-гы-гы, - засмеялся Олег, потом стал серьёзным и посмотрел на меня с недоверием, - а это точно мат? - Точно, - отвечаю. - А ты откуда знаешь? - Я вчера слышал, как старшие пацаны на одного говорили, и тот очень обижалссо. - Конечно обидно, - Олег шмыгнул носом, - Кому приятно пиздарасом быть... - Гыыыыыы, и пиздадвасом тоже... - Ахахаха! И пиздатрисом. ЫЫЫЫ!!! Мы радовались, потому что умели считать до десяти. Хотя потом и не очень складно получалось. А ГалинВикторовна не радовалась. Это я по ее летсу заметил. А Олег не заметил, потомучто у него нет на спине глаз. Нас вывели за руки из-за веранды, и поставили в строй. И повели куда-то гулять. Мы задумчиво топали сандаликами по асфальту. - Как ты думаешь, - спросил меня Олег, - ГалинВикторовна матери расскажет? - Не знаю... - Ну может она забудет? - Хорошо бы... Я отвечал односложно, потому что тоже переживал. Информация, что "ваш сын выучил новое слово" не очень понравилась бы моей маме. А кроме того получалось, что из-за меня и другу влетит. - Слушай, - Олег вывел меня из размышлений, - а вот как на бабу говорить? - Что говорить? - Ну вот он - пидарас, а она? - Гыыыыы, не знаю. - Наверное правильно будет - пидарасса... В это время, идущая впереди Иринка обернулась к нам, внимательно на нас посмотрела и громко закричала: - Галина Виктаравна! А чо они опять глупости говорят? Воспитательница строго на нас посмотрела, но мы состроили такие невинные рожи, что она нам даже замечание не сделала. И правильно, а то бы она, в свете последних открытий в области русского языка, стала в наших глазах как раз этой самой пидарассой. Олег некоторое время шел молча. В его взгляде, направленном точно на острые Иринкины лопатки, было столько ненависти, что ее хватило бы на сто таких Иринок. - А если маленькая? - шепотом спросил друг. - Что маленькая? - Ну не выросла еще? - Маленькая будет пидараской, - так же тихо ответил я, хотя в применении к Иринке наверное употребил бы слово пидарасочка. - Точно, - Олег мотнул головой утвердительно, - она и есть. Иринка на этот раз просто подбежала к воспитательнице и что-то ей стала шептать на ухо. Они по очереди смотрели в нашу сторону, а мы делали вид, что нас это не касаеццо. И занимались своими делами. Твердо решив в случае обвинений все отрицать и говорить, что ей все послышалось. И что она ябеда... ... А уже после тихого часа нас отвели в актовый зал. Потомушто не зря нас нарядными попросили придти. Типо чтобы показать родителям, что нас здесь дошкольно воспитывают, пока те работают. И сегодня как раз открытый урок, и пусть порадуюццо на что их отпрыск горазд. Ну мы с Олегом сразу впереди сели и довольные ржом. А ГалинВикторовна подходит к нам, и хоп, на второй ряд нас пересаживает. Мы такие удивились, ничо себе думаем, что за притеснения? А в зале уже народу много. Мамы стоят, папы чьи-то. Все чота улыбаюццо, шепчуццо. Я свою маму сразу заприметил. А Олег и маму и папу. А папа у него высокий. Такая башка кудрявая выше всех торчит! И начался урок. ГалинВикторовна всем рассказала, что мы выучили новую букву. Мы то с Олегом давное ее уже знали. Букву "Пэ". Ну и воспитательница стала говорить, типо а кто эту букву нарисует. Мы руки тянем, хочем чтобы наши родители порадовались за нас. А нас и не вызвали к доске. А другого мальчика вызвали. И хвалили потом еще и хлопали ему. Все хлопали, только не мы. Решила тогда ГалинВикторовна усложнить задачу: - А скажите мне, дети, какие у вас дома имеюццо предметы на букву "Пэ", - и весело на всех смотрит. И сразу лес рук. И мы тянем конечно. Со второго своего ряда тянем. - Нуко, Сирёжа, скажи. - Пианино, - говорит Сирёжа, как раз тот который утром на меня обиделссо. - Пидарас, - говорит Олег тихим голосом, - плохое слово придумал. - Ога, - так же тихо отвечаю, - мы лучше скажем. - Молодец, - говорит воспитательница, - садись, пять! А еще кто ответит? Ну и опять мы руки поднимаем, типо спросите нас. А нас как будто и нет в зале. Я уже на Олега смотрю, вроде не прозрачные мы. А все мимо. - Полка! - Умница, садись пять! - Паркет! - Хорошо, тоже пять! - Приёмник! - Пиздюк! Моё слово сказал! - зло зашипел мой друг, и стукнул себя кулаком по коленке. - Тише ты, Олег, ГалинВикторовна на нас смотрит... - Отлично, Павлик! - Павлик-хуявлик... И уже почти все сказали на букву "Пэ". - Я щас скажу "посуда", - говорит мне Олег. - Ога, вроде не было еще. - Ну кто у нас еще не отвечал? - воспитательница на всех фтыкает, - А вот Ирочка нам скажет сейчас... Ну Ирочка эта встает, платьице свое поправляет и тоненьким голосочком: - Посуда... - Пппасматри, какая пппративная пппидораска! - от негодования Олег стал заикаццо, - ппприсвоила пппосуду мою! - Вот ведь, ппподслушала опппять - согласилссо я с другом. - Великолепно! Пять с плюсом, садись Ирочка! - Еще и с ппплюсом? - Олег растеряно посмотрел на меня. А родители зааплодировали и громче всех Иринкина мама. А когда овации стихли, громко сказала: - Ирочка, чудо а не ребенок! - Конечно чудо, - съязвил Олег, - дома почти не срёт. Только по выходным и праздникам. Ну чем не чудо? - Гы-гы-гы, - засмиялссо я. - Нас что вообще спрашивать не будут что-ли? - удивленно произнес Олег, - пора с этим кончать. И значит встает мой лучший друг. За плечи сажает только что вызванного мальчега обратно на стульчик. На ходу отшвыривает мою руку, потому что я пытался его задержать. Прелазиет через ряд стульчиков впереди и выходит на самую середину. В зале становиццо тихо. - Теперь скажу я, - заявляет Олег. - Хорошо, - испуганная ГалинВикторовна пытаецца держаццо непринуждённо, - скажи, какое слово ты знаешь на "Пэ" ? Олег набрал побольше воздуха и очень громко крикнул: - Ленин!!! По нашим рядам прошел какой-то шорох. Потом он добралссо до родителей. Папа Олега пыталссо спрятаццо за Олегову маму, но у него ничего не получалось. Куда такой здоровый? И кудрявый еще. - Олег, почему Ленин? - воспитательница пыталась найти хоть какой-то выход. - Потому что на "Пэ", - твердо стоял на своем друг. Я смотрел то на Олега, то на его папу. И папа как раз в этот момент шепотом сказал другое слово, которое на "Бэ" начинаеццо, хотя он может хотел сказать - "пляяяяя". - Ну Олег, Ленин же на буковку "Эл", - испуганно пролепетала воспитательница. - У вас может и на "Эл", а у нас дома - на букву "Пэ", правда пап? - Олег подмигнул отцу. Я в ужасе закрыл летсо ладошками. А сквозь пальцы все равно видел, как Олегов папа, не отличавшийся оригинальностью, опять повторил тоже слово. - Пппочему, Олежка, ппочему на "Пэ"? - ГалинВикторовна судорожно хватала ртом воздух. Олег сделал многозначительную паузу, артистично вскинул голову вверх и произнес: - Патамушта партрет! ******************* Мы шли домой. Мы с Олегом впереди, наши родители чуть сзади. И слушали, что они там говорят: - Вы своего в какую школу? - У нас шестая рядышком... - А мы в дваццоть седьмую наверно... - Ога... - Ну да... И нам было немножко грустно. Вот и расходятся наши пути... Как на пересечении Чапаева и Кутякова налево поворачивал "пятнадцатый", а направо "первый" маршрут... Тогда еще по Чапаева ходили трамваи...





Копирайтер. Меня тут Саныч, мастаг наш, с практике выгнал. Говорит иди и штоб духу тваво небыло, прикинь! Бля, абидна, за хуйню выгнал. Я сначала на газовой сварке вентилем балавалссо, пацанам агнимёт показывал. Он заметил и давай апзываццо. Типо асёл, мудаг и всё такое карочи. А я не люблю когда апзываюццо, ты подойди и скажы мол нинада таг. И всё, какие вапросы то? Ну я тогда к "копейке" ево сраной, прям к глушаку трубу трёхмитровуйу приварил. Да чё там приварил, так ткнул два раза илектродам, штоб держалось. Ну шутка йумора типо. Аткуда я знал што глушак этот гнилой впесду? Эх бля он и орал, я иво аж у кеоска где сегареты продаюццо слышал. Иблан там, апять асёл, хуле славарный запас нибальшой у ниво. И штоп мать, типо в училище завтра прешла, хуё-маё... Ну я матери ничо истествинна не сказал, а сам сижу и думаю. Вот же невизуха. Пацаны там какие-никакие бабки срубят, а я как мудаг, буду всё лето хуи пинать. И от безысходнасти в газету фтыкаю. Смарю, хуясе! Рикламному агенству срочно требуеццо копирайтер. Зарплата ахуительно харошая. И тилифон. Ну я прекинул, чё за хуйня? Ну думаю наверно на ксероксе копии делать, а чё на кнопку - тык и сиди кури. Эт те не жылезки таскать. Сварщег, бля. Хуярщег! Ну и на радостях тилифон наберайу. А ис трупки такой женский голас. Прихадити завтра к сталькита чисам па такомута адрису. И захватити с сабой резюме и письмо рикамендательное. Йоптвайу! Я таких слов-то, только от нее и слышал. Ну думаю, так просто схожу. Один хер из дома сваливать нада, мать типо ругаццо будит, чё не в училищи, чё не в училищи... Гаварю, ма, ты мине рубашку пагладь, а то в футболке стрёмна какта. Утром ровно к дивити прихажу па адрису. А там, бля! Офис-хуйофис! Ахранщег стаит у входа. Говорит куда, бля, стой нахуй, а то ща застрилю. Я гаварю, минутачьку, я па абйявлению, на работу устраиваццо. Мне пропуск выписале аднаразавый и прапустиле. А там всё таг красива сделана! Разныйе люди ходют тудасуда. Я тожы хажу как баран, на таблички, которые на двирях красуюццо, фтыкаю. Ну нашол которуйу нада, пастучалссо. Слышу аттудо голос, вхадити типо. Ну я причесалссо ищо рас, и захожу. А там тётко сидит красивайа шопесдетс. Я таких только по телеку и видел, и то нескалькарас. Гаварит ана мине таким валшебным голасам, сичас Вас Сиргей Питрович примит, присядьти пжалста. А мне уже этот Сиргей Питрович и вхуй ниупёрссо, я бы вот так сидел и смарел на ниё. Эта ж нада такой радиццо! Придставляйу как иё радителям павизло. Каждый день видят такое савиршенство! Я сижу зырю на ниё, чуть слюни не пустил. А хуле, ибач сам сабой аткрылссо, и нехочит закрываццо. Бля буду непижжю, я б на такой сразу жынилсо, дажы на биременной. А ана кнопачьку на столе нажымаит и гаварит, Сиргей Питрович к вам типо насчёт работы. И вдруг аткуда нивазьмись, голас такой,- пусть заходет. Я аж испугалссо влёхкую. Захожу, а там такой дядечко, дёрганный какой то, бегаит па кабинету, и на какуйу то дуру злобно паглядываит. А дура та страшная бля, песдес просто. Это просто уёбище какоето! Я б такую только под страхом самой лютой казни сагласился бы ибать и то в маске сварщега. Какая то углаватайа, сисег нет, рожа вапще я ибу, прыщавая вдабавак. А самое главнае до такой степене криваногайа, што кажеццо если она сместит нимнога центр тяжысти в какую нибудь сторану, то укатитццо атсюдава нахуй. Карочи падбигаит этот дядько ко мне. И такие слова праизносит культурныйе и витиеватыйе, што я и не въехал нихуя. Этож нада так над радным изыком издеваццо! Я только аснавныйе тезисы и запомнил. Типо нам нужна новайа кровь, свежыйа струйа, а то у нас застой ниибаццо. Нихуйа папал, думаю. Они здесь нахуйарили низнай чо, а я разгребай штоле? А он неунимаеццо, бегаит как в тиатре, рукаме жыстикулирует, паближы падбижал и фтыкает на меня. Патом начинает: Как вы думаити маладой чилавег, в чём ваша работо будит заключаццо? Я и рта ниуспел раскрыть, как он за меня уже атвичайет. Правельно. Нам в креативный атдел нужын чилавег с нистандартным мышлением, инергичный и целиустримлённый. Штобы для рикламы саздавать слоганы. А я ибу штоле што это такое? Дядько всё бегаит, к дуре той абращаеццо, што у нас с мебелью "Дакота", типо сроки нанасу и всётакое. А дура та стоит, с ноги на ногу переминаеццо и молчит. Я думаю пра сибя, стой ты блять ровно, ниваляшка хуева! И хочеццо мне пад ниё башмак падлажить, которым вагоны астанавливайут. А потом проста забил на ниё, не буду ловить если чо, катись бля. А она всё молчит. Тогда он ко мне апять подлетаит, а вы как думаити? А чо я должен думать пра вашу ибучую мебель? Вапще ни пра чо недумаеццо, в глазах рибит только от ваших стремительных пиримещений и ат иё пакачиваний. Говорю а чо? Он хуяк, астанавился. Ну придумай чонибудь, штоб интересна и складна! Я про сибя думаю, кричалку штоле? Если так, то песдец вам и вашей кампании, я вам столька напридумывайу, за год неперекричити. Спрашивайу: - какая мебель то? - Мяхкая! - атвичает. А я такой сходу: - Мебиль "Дакота" - вставать ниахота! Дядько аж падпрыгнул! По ляжкам сибя хлопаит. Улыбаиццо. И опять нипонятные слова говорит, типо самородок, как тонко подмечинно, васхетительно! Всмысле хвалит меня, што я молодец нахуй. Я стою гордый шопесдетс, тожы наченайу скромно таг улыбаццо. Еслип меня Саныч, мастаг наш, так каждый день называл, у меня давно шыстой разряд былбы. Сиргей Питрович наконец то успакоилссо, пазвал па микрафону ту красивуйу тётечку и велел ей быстро меня аформить. Ну там анкета, дакументы. И на рубушку мне такую табличко прикрепили типо Павлег, стажор ниибацо криативнава атдела. Это были самыи беспесды щасливые минуты маей жызне. Я апять смарел на красивуйу тётко и дажы узнал как иё завуд. Хуле, у ней тожы табличко имееццо - Мариначька сикритарь риферент нах. А та дура криваногайа оказалась типо мой нипасрецтвенный начальнег. Вера Тыркина нахуй. Меня мысль посетила, што она когда паспарт получала, палюбому букву Д, на Т поменяла, причём за деньге. Ну ввела она меня в курс дела, посадила за кампутер, сказала сиди пока фтыкай. В отделе там ищо нескалька чилавег было. Кто сидит, кто ходит взад-назад или кругами, венчаюццо типо. Творческий працесс это у них называеццо. Я немношко пригляделссо, и понял што все здесь вместе взятыйе просто ибанутыйе на всю голаву. Тоись ис той породы люди, которые ниставо-ниссево вазьмут и песню какую нибудь запоют, или начнут громко смияццо. Или ваапще друг-друга хватайут за локоть или лезут абнимаццо и цыловаццо. Карочи чмоки и сплашной ахтунк. А я всё пра Мариначьку думаю. А тут эта блядь, туда-суда перед глазами. Такой разительный кантраст, такая блять беспесды барьба пративапаложнастей! Антитеза блять. Ну я штоб моск неразорвало, пакурить съёб, успакоиццо типо, с утра некурил йопт, и волнавалссо ищо вдабавок. В сартире ихнем пакурил, пасцал заадно. Стою думаю, как жы мне павизло. И таг многа новово узнал. Будет чо пацанам в биседке вечиром рассказать. А я пока в сартир шол, к Мариначьке заглянул, просто таг. Дверь аткрыл, голаву туда засунул, а сам сибя рукой за волосы назад типо вытаскивайу. И рожу смишнуйу сделал. И абратно когда - тожы заглянул, типо мне никто низванил? Она аж ахуела. Тут я смекнул, што она дура, патамушта она дажы неулыбнуласс. Хуле рас чуства йумара нет, иво не купишь ни за какие бабосы. Ну я б адин хуй на ней жынилссо. Красивайа! Вазвращаюсь на рабочие место, а начальнег мой с кем то па тилифону разговариваит. Ну я слух свой настроил на ее звукавуйу валну и слушайу. А там типо базар такой, всё у нас гатова, можно забирать, пускать в праизвоцтво нах. И так между прочем майу кричалку гаварит. Пра мебиль. А на том канце провода радуюццо, хвалют иё. Риспект вашей кампании, и всё такое. Вера эта трупку кладёт, и хуйарит к стене. А там у них типо как турнирнайа таблица по ногомячу. Только вместо команд там фамилие разныйе. И она бирёт толстый такой фламастир, они иво пачимуто маркир называйут. И напротев сваей фамилии в адной клетачьке хуйарит слово "дакота". А я думаю: нихуя сибе дакота, ктото наибал кавота. И ат сазнания того, што наибале именно меня, мне какта стало нипасибе. Ах ты думаю сцуко уродливайа! Чужыми руками ништяки загребать? Абидно, бля! Ну ничего, я тибе устройу. А она как нивчём нибывало, Павлег, а посмотри еще вот проэкт нижнива белья, мож предумаешь чо? И на стол мине фатаграфийе кладёт. Хуясе, чо тут думать? Бельё Си Пять, всем охота показать! А у меня асоббинность такая есть, изык иногда вперёд мазгоф срабатываит. Ну тоись я не хитрый нихуя. И карочи вслух это сказал. А она сразу к тилифону: Си пять? Это из рикламнава агенства Вера Тыркина биспакойет. Как вам нравиццо вот такой слоган? И опять мою кричалку туда гаварит. Ну не блять? Поговорила и апять к стенке щемиццо. И апять, блять, напротев сваей фамилийе зачот ставит. меня такое зло взяло, ах ты думаю блидина какая! Тибе маи лавры спакойно жыть нидайут? На чужом гарбу хочишь в рай забисплатна? И главна нисправидлива как! Ну написала бы там внизу - Павлег и хуярь хоть бизастановачно! Как жы капирайты? Этож как панимать, какоето пирацтво чтоле? Где тут законы об аффтарских правах? А ей похуй, ищо говорит пасмари, Павлег. И опять мне на стол картинке ложыт. И апять я мудаг бесхитростный выпалил: Наши супир трактора - пашут сноче даутра. Да што ты будешь делать, рот хоть стэплиром защёлкивай! И апять такая жы картина. Тилифон, бла-бла-бла, стенка, клетачька, бонус нах! И што характерно мимо маих варот снова. Ва мне всё аж забурлило. Я в тубзик, говорю, а то чо-то пакурить хочеццо. Ну па пути к Мариночке заглянул конешна. Дверь аткрывайу, а сам принизилссо и кагбудто я маленький ростам, чуть ли не у самаво парога голову прасовывайу. А кагда назад шол, наабарот на стул забралссо, высокий типо баскитбалист. А ей адин хуй. Сидит только глазами хлопаит. Да, бля думаю, один всего чиловег нормальный во всей кампании и та песдец дуранах. Хуй тибе а не свадьба тагда. Возвернулся я корочи, только присел, апять - двацыть пять. Павлег, а Павлег, а каг ты думаишь вот пра это? И снова мне штото падсовывайет. Я отвичаю, Вера, ёпт, падаждити пака. А она, я тибе не Вера, а ВерСанна. Нихуя сибе, я ахуевайу, эта ище и дискрименацыя папалавому признаку штоле здесь працвитает? Харашо грю, ВерСанна, вы мне лучши пакажыти в кампутере, где там у вас все праекты храняццо. И я в спакойнай апстановке, всё вам сделайу. Только скажыти этим ибланам, штоб несильно кричале, а то мишайут и мысль отгоняют типо. Ну она мне показала, где у ней наработки по клиенцской бази храняццо, ахтунг разогнала, типо тихо все, гаварит, а то песдец тагданах. И мне апять, в трёх икземплярах распичатай, как палучиццо и съебла на какуюто важнуйу ниибаца встречу. Вот тут то я атарвался. Хоть и бальшой был абъём работы, я никогда в жызне так увлечённо не трудилссо! У миня кагбудто крылья вырасле! Хуйарил как крылатый конь-пигас. Аромат ат Ниноричи пахнит как кокашке птичьи. Носишь джынсе ат Вирсаче - неграм хуй сасёшь на даче. В стирку никладёшь Калгон значет штопаный гандон. А хуйаришь добрый сок - скоро блять придёт ебок. Брызгал Антиперспирантам - са сваим ибался братам. У тибя палярез шыны - значит дрочешь ты в кабини. Ну нискладно некоторые палучаюццо, я ж не Тютчив нихуя! Карочи наибошыл целых три листа сцуко, распичатал, па папачькам разложыл. На стол начальнигу палажыл. Ибланам сказал я типо на сависчание, скора буду. И ушол. Напоследок к Мариначьке заглинул. Пацылуй ей ваздушный паслал. А ей хотьбычо! Веки сваи слепит - разлепит. Рисницами ветир ганяит нах. Аж бумажке на столе шывеляццо. Или можыт она так дышыт томна? Хуй иё нипайми. Загадка бля. Прероды нахуй. И съёб я карочи аттудава. Пашараёбилссо нимного я па гораду. Перожков паел в закусачной. К сими в биседку прихажу, там уже все ждут. И гаварят, ну ты бля дал. Гы-гы-гы. Саныч бля так арал, где бля Павлег? Я им атвичаю эт хуйня, слушайте што са мной случилосс. И расказывайу им папарядку. Ани грят, пездишь. А я им, да идити вы тагда! А сам дамой. Прихажу, а дома у миня на кухне сидит знаити кто? С мамой маей чай пьёт? Пральна! Мариначька! Ну и типо, грит ты маладец. Сиргей Питрович так ругалссо, и на эту дуру арал, шо песдетс. А я иё пирибиваю, спрашывайу а у тибя случайна дитей нету? Она атвичаит нет. А я ей тогда, ну пошли тогда ка мне в комнату, я тибе штото пакажу. А она улыбаиццо. Значит не дура. Жынюсь тагда нах. Висной наверно.





Про репку, конкурс и пр. (каг кофе ф пакетеках три в адном) Мне тут недавно в каментах к моему доброму во всех отношениях креативу "Дары волхвов 2007" камрады попросили напесать про репко. Олбанскайу народнайу скаску блять. Падъйибнуле типо. А хуле, в каждой шутке есть нимножка правды чтоле. Или как-то таг. А мне не похуй про что песать? Могу и про репко. Только надо креативней подойти к этому вапросу, и будет тогда мне зачот. Или другие какие ништяки в виде дрочева на ваш срач. Ибо грешен. Ибо драчю. Пересказать скаску на другом языке, может любой апездал мало-мальски знающий олбанский. И будет абасцака. Когда я был совсем маленький и был у сваей бабушке, нашол я эту скаску на иностранном. Славянский вроде, только над палочькаме точьке вместо букафки "И". Эх вот я смиялссо. Реально ф штаны упустил от рефрена "Тягоне та тягоне, вытягнуть неможуд". А на олбанском ваще вилы будуд! Только я пойду нимнога дальше. Выебнуццо ахота же! Прецтавьте вот такую ситуацыйу... Допустим, хуяк на главной абйивление "Камрады хуяторы и фтыкатели, а напешите-ка сачинение на тему русских народных сказог. Пра репко, напремер. Наша ридкалегия рассмотред сцуко, и самым толандливым - Репспегт нах, самым блять плахим - в репу. Ну и типо праходит нимнога дней. Хуяторы валнуюццо, фтыкатели тоже пережывайут. Наканец вывешывайут на главной сцылко. Галасавадь там! А там типо загаловаг "Пра репко", А нижы три высера...


********************** Номинант номир адин. ********************** Пасадил адин дедужка репку. Вырасла репка такая сцуко агромнайа. Хуй ево низнает чем поливал? Палюбому пестицыды или силитра какая нибудь. А хуле, зема скора. Запасы блять нада делать. Папиздил дедужка на агарод за урожаим. Как к репке приблизилсса ахуел проста. Ибать какая бальшайа. Стал он тащидь репку. Ногами упираецца, руками хватаит. С натуги аж пернул нескалькарас. Не получаецца у нево ничево,только фспател зря. Пашол он тагда к бабужке и гаварид ей фкрадчевым голасам типо, небудити ли вы таг любезны и фсё такое карочи, но настала пора использовать ваше тело ввиде тяговой силы. Вежливый он был этот дедужка иногда. Рас сказал, два сказал. Бапке похуй. Тогда он каг закречит, щас палучишь песды каг следовает, быра блять на помащ, сцуко! Бапка быстро смекнула чо к чиму и тоже пашла. Трусливайа была ана. Выстроились они в такой последовательности. Сначала репка, патом дедужка, а за ним бапка. Установили тактильный контакт друг с другом и и па-физическим законам силу применяйут. А хуй! Плотно репка сидит. Стали они тагда внучьку звадь, эй, типо, как тя там, иди к нам скорее, а то никаг. А внучька тоже такая ленивайа, шопесдец. Немогу, кречит, месичьные у миня. Ах ты блять такая, ибаццо значит нихуя не месячьные, а репку тинуть пречина физиологическаво характера? Нука бигом марш, каму сказале! Делать нехуй, пристроилась ана в конец очереди, прям за бапкой и нос воротит. Хуле бапка старая, баня рас в ниделю нах. И парфюмом принцыпиально не пользуеццо. Тянут, тянут - хуй наны! Стали они цобаку звать. Жучька, ка мне, кричат хорам. Жучька такая ахуела, к каму бижать не знает, растеряласс нимнога. Патом смекнула правда, что от нее требуецца. Ибать-калатить, апять такая жы беда. Репка даже не шелохнёцца. Устали они скоро, дышут тижыло, цобака аж повизгиваит жалостливо. Стали они тогда кошку звать, ксс-ксс, типо, на пинка! Кошка добрайа, хуле не памочь. Укусила она цобаку за хвост, у той аж глаза вылезли и чуть было внучьке в жеппу не залезли, на манер шареков для анальных забав. И давай тянуть. Не глаза блять Жучькены, а всё это построение из людей и жевотных. А хуюшки! Стоит репка, каг памитник ленину. На века блять! Плачет дедужка, плачет бапка... Не, бля, перепутал, нитак бля, эт ваще не из этой скаски, хотя тоже настроение у них полюбому испортилосс. Но астался у них всё же паследний джокер в колоде. Опять унижаццо перед супиргироической мышкой па имени Майти Мауз. Придити бля, памагити бля, нижайше вас просимо типо, дарагой таварисч Мыш. Тот сразу туткактуд. Чо бля ниможыте без миня никаг? О процентном соотношении в виде отката договорилссо, и блять сразу за дело. Хуяк, поднатужылись все, и выдернуле репку. Вот и кончилссо расскас, а кто слушал - маладетц! ********************** Номинант номир два. ********************** На дачу так на дачу. Животные достали, видите-ли телевизор там черно-белый. От цветного у них зрение садится. Да и сам давно не был. И урожай бы собрать, а то добрые люди помогут. Утром в машину провиант загрузили и поехали. Кошка с собакой на заднем сидении тихо сидят. За всю дорогу только один раз голос подали. Когда сосед обогнал. - Видел? - собака говорит. - Вольник на классике нас сделал, - кошка подъебывает. - Ну видел, тоже на дачу наверное. - куда торопиться думаю, погода прекрасная, природа - чудо. Вообщем без приключений доехали. Я пока машину в гараж ставил, собака сразу к садовым посаждениям. Кошка тоже от нее не отстает. Ходят по участку прикидывают, сколько центнеров с гектара. Я уже и на стол собрал, перекусить с дороги, а их все нет. Позвал - не идут. Особое приглашение надо блядь. Вышел в огород и сам чуть не ёбнулся. Сидят напротив охуенной репки и головами качают. Собака меня увидела и говорит: - Мичуринец юный, как её теперь тянуть? - Тут трактор надо, - кошка поддакивает, - "Кировец" и неебёт! Попробовал вырвать репку руками - хуй. Стою репу чешу. - По-моему баба нужна, лучше две. - Куда тебе две? - собака спрашивает. - У нас когда две бабы в доме, какая-нибудь хуйня случается. - вторит кошка. - Заебали, подъебщики! Как в сказке надо! Неужели не читали? - Я Хемингуэя люблю. - огрызается собака. - И я фольклёр не очень, про рыбалку что-нибудь или книгу кулинарную. И боком, боком в дом ушли. Оставили один на один с проблеммой природного характера. Я решил сделать второй подход к снаряду. Поднатужился как следует. Снаряд не взорвался, но звук получился отменный. - Ты там колорадского жука моришь? - собака в окошко кричит. - Пошли жрать, куда ты на голодный желудок! - кошка тоже переживает. Плюнул я на репку. Правы животные, подкрепиться не мешает. Что-нибудь придумаем. Кошка уже стол сервировала по-своему. Любит чтобы вилка слева от тарелки лежала. Сидим молча. Первая кошка не вытерпела: - Может подкоп сделаем? Собака потом корень перекусит. - Почему это я? - У тебя зубы больше. - Не буду я землю жрать. - собака говорит, и на меня смотрит, - а у него крепче, он блендаметом чистит. Я чуть не поперхнулся. - Может лучше ножовкой? По металлу. В гараже точно есть. - пытаюсь отмазаться. - Лобзика нет там? - До завтра пилить будешь. - А мы по-очереди. - Я пас, - кошка говорит, - футбол сегодня. Собака со стола убрала, крошки языком слизала: - Может за соседом сбегать? Он тебе за лампочку еще должен. - Нет уж, как нибудь сами, - что-то как его увижу, тоскливо на душе становится. - Ну его на хуй! Ни поговорить, ни песен попеть! - кошка встревает - Опять падать начнет, крыжовник весь помнёт... Часа два голову ломали. А хули языком пиздеть, делать надо! Репка так и стоит. - Может бензопилой? На кубики порежем и амба. - собака, когда до футбола полчаса остаётся, гениальной становится. - И перевозить удобно, в багажнике перекатываться не будет. - кошке тоже видимо надоело. - Тащите тогда! - Не... как-нибудь сам, бензином от нее воняет! Для обоняния не очень полезно. - От машины значит не пахнет, бляди? Домой пешком побежите! - Знает на какие кнопки нажать, - собака кошке говорит, - пошли за пилой. - Хули тут скажешь, - кошка отвечает, - хозяин! ********************** Номинант номир три. ********************** - Мишаня! ... Миш! ... Мишк, йоптвайумать! - Ну чево ещо? - Ты свою задницу отлепишь когда-нибудь от компьютера? Сидит блять гыгыкает! Иди сюда! Йопт, неиначе катаклизм природный случилссо, потому-что надрывные нотки в голосе присутствуют. Вихрь, буран или цунами. Или ноготь сломала. Выхожу на улицу, пузо чешу. Сталкиваюсь с женой. - Я говорила тебе не пускать сцобаку в огород? - Я и не пускаю. - Зимой пускал? - Ну было пару раз. - Нихуя себе пару раз, весной куда ни ткни - везде гавно. - Удобрение типо. Для повышения всожести и созревания. - Иди блять полюбуйся, какая дура выросла. Смотрю и гордость за себя и сцобаку испытываю, такая качественная репка созрела. - Какая же она дура, может у ней гигантизм просто. - Вот и дёргай сам. Ну подошел, попробовал. Не поддаётся. - Лен, походу корень длинный. Я где-то слышал, до десяти метров может быть, при хороших условиях. И прочный, как провод! - и съебаццо уже собралссо. - Ты куда? - Посоветоваццо надо. - тут хуяк, в голове мысль ниибаццо, - Пойду у камрада спрашу, он в географии рубит, бля буду. А то что-то у меня предчуствия нехорошие. И опять за комп. Дела свои делаю. Нахуй мне она усралась эта репка, надрываццо ещо! И что-то я так увлёкссо, что совсем про всё позабыл. Бля, голос такой страшный, еще хуже чем в первый раз: - Я что тут одна что-ли должна корячиццо? Тьфу нах, иду. По пути сигаретку зацепил, вышел на пенёчек присел и курю. А жена у меня длинноногая, а халатик коротенький, а я то самый низенький пень выбрал! И фтыкаю. Вот красотища-то где, и калоши на босу ногу совсем ее не портят. - Лен, а Лен, - а она молчит, пыжиццо - Ленк что-ли! - Ну чего? - Асуньсьон! - Чего? - Я тут просто подумал, если предположить, что корень этой ебучей репки - прямой и растёт строго перпендикулярно, то при нормальном раскладе он вылезет с противоположной стороны земли как раз там. В Асуньсьоне. Город такой. Расчот верный, погрешность метров пиццот всево. Камрад глобус спецыально спицей протыкал, для чистоты эксперимента. Цени. - Как говоришь город называется? - Асуньсьон, прикинь как назвали! Смишно и даже иротично немного. - Что же тут эротичного? - А я тебе щаз пакажу. - метнулссо к ней, трусики с нее стянул, и с размаху засадил. Она сначала ойкнула, а потом на репку облокотилась. Соображает в стереометрии, чтобы угол вхождения хуя правельный был. Или чтоб не тёрло, или точка G там какая-то? Неуспел я как следует насладиццо, слышу калитка - хлоп... Бля! Сын из школы вернулссо. И прямиком в огород. Какого хуя спрашиваеццо? Зайди домой, отдохни сначала, пажри в канце концов. Нет блять! И ибальнег такой удивлённый, типо чо это вы тут делаете? Ленка сразу такая шепотом: - Палимся, ой песдец как палимся! - Нихуя, - это я ей, тоже шепотом, а потом сыну - Превед! Кагдила? Каг школа? Специально быстро говорю, чтобы он ничего вставить не успел. (Блять, двусмысленная какая-то фраза получилась, но хуй с ней, другой всё равно не знаю.) - А мы тут репку тянем. - продолжаю,- Помнишь как в сказке? Бабка за дедку, дедка за репку... - ибать какой я обманщег, мы её ритмичными движениями ещё мгновение назад глубже пихали. Песдец Асуньсьону нах! - Я так и понял, - пиздюк отвечает, - только вы неправильно стоите, дедка сначала должен, а за ним уже бабка. - Точно! Ты смотри какой маладетс! А я чувствую, что-то ничего у нас не получаеццо! Видишь, Лен, неправильное взаиморасположение просто. У ней как раз ступор кончилссо, обрела способность к общению. - Жень, ты иди пока переоденься, а потом поможешь нам. - Да... внучки-то у вас всё равно не хватает, ну девочьки, как в сказке. Может сцобаку вам пока пригласить, всё равно же не правильно стоите. А мы сегодня как раз проходили, от перемены мест слагаемых... - Давай живей, умник - обрываю его, - здесь не математика, а физика... Только он скрылссо, я как начал свиркать! Откуда только скорость такая взялась! А то-ли переволновалссо, то-ли еще чего, чувствую не укладываюсь в подаренный отпрыском промежуток времени. И жена еще, советы дельные даёт, типо давай быстрей уже. А это ничуть не способствует семяизвержению, советчица блять! Слышу дверь скрипнула, у меня секунд пять еще. Мало нах! Ору на весь двор: - Жень! Сцобаку отпусти заодно! - там карабин тугой на цепи, минуты две проибёццо, и то дело. А сам ибу, как в последний раз. - Пап! Никак! - сын орёт. - Не отцепляеццо! Блять, и я что-то никак. Ну чую сдвиги есть, скоро уже. - Цепь ослабь немного, - кричу в ответ. А-а-а! Ну, последний бросок! Есть!!! Уффф!!! Класс... Заправилссо по быстрому и опять на пенёк. Типо перекур. И похуй что жена обзываеццо, дурак типо, невоздержанный, и еще ниандерталетс. Но рожа при этом довольная. Сын с сцобакой в огород заходит. - Ну давайте помогу вам, так уж и быть. - Щас отдохну немного, - отвечаю, - а то притомилссо чуть-чуть. А жена такая: - Нет уж, ну её эту репку! Пусть растёт пока... Потом ко мне подходит, подмигивает, и загадочно так: - Асусьон говоришь? PS: Слово "пр." в названии означает не "прочее", а готичьное "пиар". Всем пропеаренным превед, и творческих успехов. PPS: Отдельный респект камраду xz-zx, за продырявленный гнутой спицей глобус.




Москва-Саратов (домой) Вот интересная штука время. Оно то тянеццо, как традиционый спонсор всех тусовок. То летит, как сцуко аццкий истребитель. К примеру неделя. Так посмотришь, особенно в начале, неделя это вроде очень много. Полноценных семь дней. И уезжать-то еще не завтра и можно радоваццо и наслаждаццо каждой минутой... А вот стоит только осознать, что назад нихуя нехочеццо, наступает переломный момент. Время начинает бежать, как панк от гопнеков... И что тут не делай, что не придумывай - нихуя не получаеццо затормозить его, хотя бы немножко. Вообщем, как не старалссо я, наступил день отъезда. Это только половой акт можно растягивать, и то не до бесконечности. Растянутый и прерванный - разные вещи, кста. Вокзал... Сколько народу! Все куда-то бегают, что-то жрут, кто стоя, а кто на ходу. Кто дрыхнет, не обращая на гнусавый голос больной гайморитом девушки, никакого внимания. Хотя можно ей низачот поставить. Я про девушку. А хуле она ниразу в минусовую фонограмму не попадает? Уже и мелодия закончилась давно, на какой-то ёнике там мастерски заполыскивают сначала. И вот наконец-то вступает солист: "Поист едет вонтуда, на платформу номир два". В караоке специально там колобок флажками машет, ну чтоб ниабосраццо в самом начале пестни. А у них, наверно так задуманно, партитура таким образом расписана. Потому что и так нихуя непонятно, а под музыку ваще песдец палучиццо... Вокзал... Весь народ, который там тусуеццо, можно разделить на группы. Уезжающие-приезжающие и встречающе-провожающие. Есть еще элита, этих опасаццо надо. А хуле, нераслышал "Пабиригись" - получил железной тележкой в область колена в лучшем случае. Потому как тележки разные бывают. Которые повыше, особенное на мущщин влияние оказывают. А вообще, хуёвая энергетика у вокзала. Кто уезжает - волнуеццо, каг бы поезд не песданулссо под аткос. Кто приехал - радуеццо, што паездка прошла нормально, но тоже переживает, а не переборщил ли с алкоголем во время пути следования. Самый заибись это тем которые встречают. Радуюццо чота, рукаме машут, смиюццо. Потом этими же руками абнимаюццо. И цылуюццо чем недавно смеялись. А вот провожающие грустят блять! И выбрасывают свой негатив в атмосферу. Мне тут кореш один умную мысль сказал. Карочи на вокзале нинадо находиццо. Сел в кафешке напротив и кури там, пожри заодно. Осталось пять минут - биги в поезд. Быстро беги блять! Чтобы никакая энергетика тебя не зацепила. Ну и по сторонам надо фтыкать аккуратно. Это потому что энергетика железной тележки в районе хуя, гораздо ощутимее печали старушки, провожающей дочу на заработки на вакантную должность проституки. Ну и вот стою я на перроне, жду пока посадку объявят. Народ тоже толпиццо. Я то на них внимания не обращаю, есть чем заняццо. Девушка хорошая провожает меня, добрые слова говорит, типо с полки не песданись и по составу нишляйся. А то прищемит между вагонаме. Я тоже ей чото отвечаю. Иногда даже впопад. И краем глаза замечаю такую картину. Маленький мальчик, при помощи какой-то пожилой бабушки, достаёт из комбинезона хуй и начинает сцать прямо на тормозные буксы. И главное такое давление у него, такой напор! Хуйвонизнает, может гипертония в запущенной форме, и уж всяко не простатит. Хлещет каг из ведра. И как в таком маленьком мальчеге поместилось столько? Его может деццким пивом кормили накануне, Балтико с буквой "О". А тут и так на душе неспокойно, еще абосцанная букса на сознание давит. А чо, заклинет по дороге и превед Эмгимайк. По железнодорожной насыпи чота неохото валяццо. С ускорением причем... Хорошо девушка меня отвлекла, как-то пальчиками провела мне по эрогенным местам незаметно, и упустил я из виду засцанца. А тут и проводница сказала, что можно уже в вагон ломиццо. Ну я сумочку определил на самую верхнюю полку, фтыкаю на соседних пассажиров. Вроде все интеллигентные свиду. Правда один был какой-то неадекват. Там фенечке избисеро, сирёшке блять, цепочке. Хуйнипайми, эмо какое-то вроде. Не страус вроде, но башку прятал под одеялку, потом правда. А я что-то окинул взором вагон, смарю мест свободных дохуя. Думаю заибись, где хочешь там и сиди типо. С эмо чота неохота рядом, еще научит какой-нибудь хуйне. Или я его... Или научу или ёбну. В окошко смотрю, йоптвайу! Оцепление блять! Война нахуй! Какие-то воины в обмундировании бегают строем. И голос проводницы подтвердил мои логичные умозаключения: "Нам песдец!" Правда она не ко мне обращалась, а к ночальнегу поезда. И короче, в вагоне, который и так пах хуйнипайми чем, запахло как в нетленке, куда недавно уважаемого Кирзача с его Кирзой положили. Куда нахуй дваццоть пять бойцов плюс сержант и маёр в добавок? А солдатов видимо только наловили, сапоги только со склада. И озонировали шопесдец. Уж лучше печальный эмо напротив. Хотя тоже нуевонахуй. Чтобы молодой боец не свалил в середине маршрута, командир окружил личный состав вниманием и заботой. Сам сел в одном конце вагона, а сержанту сказал: - Песдуй туда... - Куда? - Карове пад муда, - потомучто маёр неабязан рубить в зоологии, а должен уметь считать до дваццотипяти. И дабы нехватка и недостача не обнаружилась в пункте конечного назначения, сержант фтыкал на соратнеков с готичного места №37, что у самого сартира. Солдаты были еще груснее чем эмо. И беспрестанно бегали курить в тамбур или посцать. На что проводница сказала: - Нуко блять, сцыте в адном месте, - чем самым провела границу между гражданским и военным населением вагона, выделив им самый дальний толчок. Я кстати несколько раз нарушал эту границу, и гордо сцал в доблестном военном туалете. Потомучто проводница мне неуказ, и приказы маёра я мог обсуждать сколько угодно. Маёра это хождение по естественным надобнастям сразу напрягло. И чтобы развеселить молодых солдат, он заставил их чистить пряжки ремней иголками. Обрисовал фронт работ, охарактеризовав качественный показатель гламурным "штобблистелокагукотяйцы", маёр принялссо дрюкать сержанта на предмет раздачи постельных принадлежностей сказав только одно "ничевонипраёбываеццо"... А за окошком зеленые насаждения бежали в противоположную движению сторону. И под аццкое шмурыганье металла об металл народ стал потихоньку засыпать. Тут и колесы по рельсам, и иголки по пряжкам... Солдаты хором мечтали о шкурке нулёвке или о драчовом напильнеге на худой конец. И мечтательно закатывали грусные глоза и прекращали глупое занятие. С тоской глядя в след красивой пелодке с пирсенгом на пупке. А эта блять, так и сновала туда-суда. А пирсенг был ввиде креста. Хуйзнаит, фашыстка может какая. Или шпеон... А среди ночи, когда все мирно спали, дал знать о себе мальчег засцанец. Главное сначала он не подавал никаких признаков существования. Ну может букса иногда поскрипывала, напоминая о нем. А ночью он стал просиццо к маме. И до того жалобно, что я тоже потом к ней захотел. С другим визитом. И маёр тоже захотел. Потому что он встал и сделал бабушке замечание. А еще добавил, что если мальчег не заткнёццо, то он его клонирует, возьмет клона за ноги и отхуярит бабушку, маму, и сержанта заодно. Хотя сержант нипричем, но суббординация позволяет совершить такой поступаг. Вообщем весело было. Да только я почему-то не смиялссо. Толи энергетика вокзала меня зацепила нипадеццки. Толи очень врезался в память образ... Маленькая, хрупкая и какая-то одинокая, среди тысяч людей, фигурка, провожающей меня девушки...




Сыр. Смотрели мы как-то с сыном телевизор. И там, хуяк, реклама. Сыр блять. Красивый такой, питательный на вид и с дыркаме вдобавок. Рекламисты они такие сцуко коварные люди. Так замутят! Освещение там, ракурс правильный и другие спецэффекты, что не то что купить, но пожрать охота полюбому. Я то знаю, например, что вместо молока специально разведённую извёстку снимают, типо молоко хуёво выходит на снимках. Вместо чая - тоже какой-то динатурат. А ребёнку-то не объяснишь. - Пап, что-то жрать охота. - Ну сходи бутерброт сделай. - А у нас есть такой сыр? - Такого точно нет, там колбасный валялссо вроде. - Я с дырками хочу. - Без дырок полезнее. - Как это? - Полезнее и всё. Я вот всегда дырки выплёвываю. Йоптвайу, в поговорке не даром говориццо, раз воробей улетел, хуй ево теперь из пушки застрелишь. Ну слово типо. Началось блять: - Пап, а зачем ты дырки выплёвываешь? Они что не вкусные? - Ну ты сам посуди. Сыр с дыркаме. Сыр я съедаю, а дырки - нет, выплёвываю. - А почему? - Ну сам догадайся. - Всё равно не пойму. - Тогда проехали. Ну смотрим дальше. А тут хуяк, опять блять этот сыр. Да что ты будешь делать? С завидным постоянством впихивают. В час раза читыри. Затоварка на складе чтоле? - Пап, ну всё таки? - Чо? - Ну дырки. - Жень, отстань. - Не ну правда! Скажи что-ли! - Иди лучше у мамы спроси. Минут через двадцать благоверная приглашает меня на тетатетный разговор по душам. И по ее виду сразу догоняю, что будет он не из лёгких. - Ты зачем ребёнку мозги засираешь? - и бровями своими выщипанными на меня шевелит. - Йопт, как я засираю-то? - Ну про дырки. - А чо тут непонятного? В его возрасте пора уже уметь решать элементарные логические задачи. - Ишь ты блять, какой умный! Взял бы да и объяснил ребёнку популярно. - Ты знаешь что такое аксиома? - Причём тут геометрия? - Некоторые вещи не требуют доказательств и объяснений, их надо или понять, или если чего-то не хватает - фтыкать как есть. - Это же ребёнок! Маленький еще. - Хуясе маленький. - Ты в его возрасте всё понимал? - Конечно понимал, у меня же нет твоих генов. После минутной паузы, осмыслив последнюю мою фразу, она уже было, раздув ноздри, набрала побольше воздуха, но тут во дворе громко залаяла сцобако. И мысль потерялась наверно, потому что жена выпалила: - А у тебя сцобако - дура. - ей когда сказать нечего, она всегда на личности переходит. - Это ты к чему? Во-первых не дура, а дурак. У нас кобель. А во-вторых, он не дурак, добрый просто. - Бисталковый блять. Только жрёт и срёт. Песдетс думаю, уже нихуя не смешно получаеццо. Опять паибаццо не дадут. То одно, то другое, из-за какой-нибудь хуйни как начнёццо, всё блять - торба. А хуле, в этом году еще ниразу. Я про паибаццо. Но я не очень люблю, когда в мой огород камнями начинают кидаццо. И пошёл в атаку: - А у тебя блять, коты - пидарасы. - Они не пидарасы, они братья. - Нихуя, если один брат другому жопу лижыт, это уже не братство, это уже блять чистейшей воды гомосечество. Ахтунк карочи! - Ты уже заёб всех своим ахтунком! - Ещё раз блять увижу, песдец нах. Йобну. - потом подумал и добавил, - пассивного йобну. - Почему именно пассивного? - Нехуй чтобы... Которасы блять... Котосеки нах! - Вот-вот, послушать нечего. Двух слов связать не можешь. Аргументировать надо умело! - и дразниццо, ну типо меня копирует, - "Нехуй чтобы"... Тьфу! - Ты зато охуенно аргументируешь. - Да уж получше тебя. - Правильно, таких как ты - всего трое. - Чо? - Ничо! Трое говорю. Ты, Никодим и еще в песде один. - Гы-гы-гы. А кто такой Никодим? Хорошо улыбнулась, может еще обломиццо паибаццо. А я отходчивый. Поорал и забыл. - Про дырки-то объяснила? - Какие дырки? - В сыре которые. - А то! Между прочим нормальным языком. Чтоб ребёнку понятно было. - Ну и почему? Почему я их выплёвываю? - Хуй тебя знает, я сказала... чтобы не пердеть.





Последний романтик. Постучали как всегда неожиданно и настойчиво. Кого это черти принесли? А может ангелы? Открываю Аську. Пользователь с номером бла-бла-бла просит добавить его в Ваш контакт лист, и прочая херь. Смотрю в инфу. Алиса. 26 лет. Не замужем. Интересы как и у всех: музыка, кино, театр. Театр? Ну-ну, добро пожаловать тогда. Тычу ОК. Аська говорит "Жбииууу". Сразу же мерзко "хахакает": - Вы правда романтик? - Правда... Но можно и на ты. - Прямо так сразу я не могу. - Как Вам будет угодно, (с остервенением давлю "шифт", что бы акцентировать слово "вам") - Все вы так говорите, а на самом деле... - Я никогда не вру. Я действительно романтик. - Я конечно не верю, но может быть вы убедите меня в обратном? (Ага делать мне больше не хера, время час ночи, но отвечаю) - Ну что ж, держитесь. (Пододвигаю клавиатуру поближе, сажусь поудобнее) - Рад Вас видеть, Сударыня! - и я вас даавно рада видеть - А я уже и не смею побеспокоить Вас. (Что пишу, сам не знаю! Первое что в голову придет ) - какой вы вежливый - Маме спасибо. Может быть я немного старомоден??? (Смайлики ставит. Хе-хе) - возможно... но зато очень оригинален и это чертовски приятно - Я так и знал, мне мама всегда говорила - Это верная тактика. Alisa 1:03 ( Ага, вот у нее и кончились слова, к суфлёру театралочка!) RoM 1:05 Могу я пригласить Вас на танец ? Правда Онлайн танец. (Вот это я сказанул! Представляю как она охерела!) Alisa 1:06 это как? (Нет не охерела, охуела! Ночка будет интересной. Лечу на кухню, наливаю кофе.) - Очень просто: Я подхожу к Вам. Вы сидите среди таких же красивых подруг, но я их не замечаю для меня сегодня только Вы, в шикарном длинном платье... с приколотой веточкой жасмина на груди... И... подавив смущение, говорю... "Простите великодушно мою самоуверенность... Но по-моему следующий танец мы просто должны танцевать вместе". - красота[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть картинку ] (Это понятно, по другому не умеем). - Так "да" или... о боже... где мой старый револьвер??? Я пущу себе пулю! (Куда я ее пущу то? В палец, наверно!) - Сударь, вы так милы... что я не в состоянии вам отказать[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть картинку ] (Умница, на лету всё схватывает) RoM 1:15 В это время толпа завистников, оставив свои праздные разговоры, буквально замерли... и не сводят с нас глаз... а я беру Вас за руку, нежно, но в то же время властно, веду Вас в самый центр зала. (Смайлик что ли какой воткнуть?) Alisa 1:16 мы танцуем вальс? RoM 1:17 Разумеется... Штраус... Сказки Венского леса. Alisa 1:17 (радасный смайлег) (Ну я так не играю, я ей такие слова, а она мне колобков каких то!) - Ваша рука в моей... Глаза в глаза... Это я впитал с молоком матери, это чувство ритма. - Вы великолепно вальсируете, сударь! Кто вас обучал? - С такой великолепной партнершей просто невозможно танцевать плохо! (Вот уж лизнул так лизнул!) - Мерси - Я ощущаю через великолепный шелк Ваш дивный стан... Но не могу позволить себе вольностей... Ведь на нас смотрит весь зал. Но в моих глазах Вы читаете,- как мне хотелось бы увезти Вас от этого общества! как мне хотелось бы быть с Вами наедине... Увы танец окончен... И глупые музыканты уже попрятали свои незамысловатые скрипки... Alisa 1:27 Ах, как жаль, что танец заканчился.. он пролетел, как одна секунда RoM 1:29 Спасибо, Алиса. Спасибо за эти несколько минут счастья. - Мы обязательно встретимся с вами в другой раз, сударь[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть картинку ] - Разумеется, только я вынужден покинуть этот город. Как это не прискорбно... Скажите Вы будете мне писать??? (Натанцевался танцор блять, дальше то что?) - А вы будете вспоминать меня? - Конечно!!! Могу я просить Вас об одной маленькой услуге? Могу я в память о нашем вечере просить всего лишь пустяк ? - ну если это действительно пустяк... то конечно - Не будете ли Вы столь любезны подарить мне эту веточку жасмина... в память о нашем танце? - да... конечно RoM 1:54 Счастье ,которое переполнило меня столь безгранично, что очень хочется кричать от радости... но... увы... светское общество, будь оно неладно... И я, приняв этот милый цветок, благоухающий, и помнящий прикосновение Ваших рук... конечно же сохраню... Достаю сигарету, иду на кухню. Сон куда то улетучился. Пожрать что ли? Кидаю три яйца на сковородку. Хорошо завтра не на работу. Утром высплюсь. Часиков до двух. Возвращаюсь за комп. RoM 2:24 ... И она оставила его... вернувшись к своим подругам, которые безудержно хохотали и радовались... А он, вернувшись домой, поставил этот великолепный цветок в вазу и долго ухаживал за ним, пока он совсем не зачах... и после этого он сделал из него гербарий... И часто, открыв книгу стихов Есенина, любовался на него... старый сентиментальный дурак... Alisa 2:27 нет... всё было не так... (Тоже не спит Интересно как она выглядит? Фото надо попросить потом.) - Тогда твоя версия? - они писали друг другу нежные письма с признаниями... любили друг друга... и умерли в один день - Вот это я понимаю! Класс!!! (Нихуя себе! Нахуй надо!) Alisa 2:29 он погиб на войне, а она умерла в эту секунду с горя[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть картинку ] - Печально, но радует... А пока он не погиб, у них были еще встречи??? - редкие... короткие... но очень страстные - И конечно же ОНЛАЙН, или в то время не было компьютеров ??? - нет... не было конечно.. всё было настоящим... принцессы... цветы... письма... любовь - Ах! Как все волшебно!!! Слушай, а может он не пошел на войну??? - а куда он тогда уехал? - Просто в командировку. Может он инженер был. - тогда не было инженеров - Действительно, если и были то в основном военные. (Что то она моего романтического героя умертвить хочет, я так легко не сдамся!) - Ну тогда он был врачом, и уехал в экспедицию лечить папуасов от несварения желудка. - хорошо - Но только давай договоримся, - они его не съели. (Чувствую, как она стирает приготовленное предложение. Как я ее!) - тогда он там заболел неизвестной лихорадкой и умер (Блять, это мания какая то!) RoM 2:42 а от лихорадки у него была прививка. (Хуй тебе!) Alisa 2:43 так он выжил что ли??? и остался жить с папуаской, а ей сообщили о смерти и она умерла с горя так? -Нет, он ей присылал бусы и национальные костюмы того племени, вот только бумеранг он никак не мог отправить. - жалко только одно... бусы и костюмы папуасов не были модны[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть картинку ] и она складывала их в большой красивый сундук - А потом когда он всех вылечил - вернулся, правда у него серьга была в ухе, а в руках копье, и бумеранг за поясом Alisa 2:47 (смишной смайлег) (Опять колобок...Без десяти три, спать пора) RoM 2:48 За готовность к романтике получаешь ПЯТЬ С ПЛЮСОМ. - я оценила это мерси - Видимо сказывается твоя любовь к театру. - возможно - Алиса, вынужден оставить тебя. Давай договоримся, как будет свободная минутка, стучись. Я всегда рад с тобой пообщаться. Договорились??? - лучше ты стучись RoM 2:54 И ты найдешь время для меня??? Alisa 2:54 конечно жеприятных снов В течение месяца мы переписывались почти каждый день. Естественно обменялись фотографиями. Если верить Жыпегу, брошенному в мой почтовый электронный ящик, Алиса была миниатюрной (160 см), рыжей (скорее всего крашенной) довольно таки симпатичной, с огромными карими глазами, девушкой. С очень хорошо развитой грудью вдобавок. Часто болтали ниочем, обсуждали последние новости и телепередачи. И вот однажды... - Алиса, у меня к тебе просьба небольшая. - Я вся внимание - У меня командировка в ваш город. Как там у вас с гостиницей? - Ой! Ура!!! Надолго? - Как управлюсь... Ты не ответила - Слушай, а зачем гостиница? Приезжай ко мне! (Опаньки! ) - ??? (Тут у меня слова кончились) - С аэропорта, сразу на такси, и ко мне. Вот адрес... И телефон на всякий случай. Чужой город встречает шумом и гамом. И киоском с цветами. Долго стою, выбирая между розами и хризантемами. Останавливаюсь всё же на последних. Ловлю такси, называю адрес. Еду и радуюсь. Водитель через зеркало поглядывает на мой букет, многозначительно улыбается. Пытается навязать себя в качестве собеседника. Не до него сейчас... Пытаюсь придумать первую фразу. Дальше пойдёт как по маслу. Главное первое слово... Приехали. Так, второй подъезд, третий этаж. Через одну ступеньку быстро оставляю лестничные пролёты позади себя... Вот и дверь... Звоню... Цветы к дверному глазку... Шаги за дверью приближаются и глазок темнеет. Секундная пауза. За дверью слышу: "Ой!" и звук открывающегося замка. Жыпег не обманул моих ожиданий. В дверях стоит нимфа. В простом халатике, в смешных, с пумпончиками, тапочках на босу ногу. Улыбается. Прижала руки к груди: - Вы... ах, извини... ты... Романтик? - Совершенно верно, это тебе,- протягиваю ей букет, чуть не добавив глупое "на!". - Что же мы в дверях? А почему ты не позвонил? Я с работы отпросилась на сегодня! Ой! Я совсем не готова! - берет меня за руку и тянет в квартиру. "Ты не готова? А я в самый раз!" От ее прикосновения вздрагиваю не только я. Надо было в самолете эякулировать на всякий случай, или в такси. А то всякое бывает! Алиса суетится, что то щебечет: - Куда же цветы? - в одной руке букет, в другой всё еще я. Не отпускает. - Раздевайся, проходи, я сейчас! - пытается высвободить руку," ага, сейчас..." - Я уже ее держу. И смотрю прямо в глаза. Молчу, как дурак! Что же делать? Надо как то разрядить обстановку. Букет она всётаки определила на старую стиральную машинку, которая почему то стояла в прихожей. Пытается высвободить руку, куда там! Сто восемьдесят - рост, килограмм - вдвое меньше! Легко приподнимаю ее. Она от неожиданности вскрикивает. Целую ее в губы. Смотрю в глаза. Я никогда их не закрываю, когда целуюсь. В глазах Алисы испуг, недоумение, страх и искорки. Затем не вижу в них ничего... Она их просто закрывает. Обнимает меня руками за шею, ногами за туловище. Одной рукой высвобождаю из брюк, вставший по стойке смирно хуй, другой отвожу в сторону , похую в какую сторону, влево или вправо, лишь бы не мешали, ее трусики. Вхожу в нее сразу. Алиса стонет и пытается спрыгнуть. Куда там! Крепко держу ее в объятиях. Не переставая целовать. А снизу орудую. Она постепенно привыкает к инородному телу внутри себя, оживает. А то я уж думал все будет как с резиновой куклой! Растстёгивает мне брюки, они падают на пол. Умница, Алиса. Начинает, насколько ей позволяет неудобное положние, движения. Чувствую еле уловимый, легкий аромат чистой, но уже потёкшей, пизды, который дурманит, пьянит и заставляет всё сильнее насаживать ее тело себе на хуй. Алиса теряет тапочек со смешным пумпончиком, но мне почему то не смешно. За первым, следом устремляется второй! Чтоб не скучал, блять! А я знай своё, ебу как миленький! Алиса усердно колотит меня голыми пятками по ягодицам. Пытается найти там ступеньки чтоли? Насколько я помню их раньше там не было... До встречи с ней... Теперь наверное будут! Алиса входит во вкус. Скачет уже как заправский кавалерист. Да и конь у нее, что надо... "Конь! Из жопы вонь!" - почему то приходит на ум, и я улыбаюсь глупо, как даун. Расслабился, блять! Чувствую, пиздец, прискачет сейчас к финишу первая, догонять надо! Пускаюсь в догонку... Поздно блять! Мудак! Алиса царапает мне шею, вонзает свои коготки мне в грудь, кричит... Хуем чувствую, как что то тёплое, вязкое обволакивает его и начинает пульсировать... Долго... Я останавливаюсь и жду. Алиса теряет сознание, роняет голову мне на плечо... Вот тебе, романтик хуев... Еби дальше как хочешь! Аккуратно и бережно, в то же время подталкивая иногда снизу хуем, опускаю Алису на стиральную машину. Всё таки я сделал неаккуратное движение. Она просто стекла с хуя. Ну и хуй с ней. Пизжу, хуй то со мной, типа ну ее! Снимаю с нее трусы. Развожу ноги пошире. Доёбываю уже без интереса, скучно поглядывая по сторонам. На хуй я этого коня вспомнил? Кончаю в нее так мощно и так долго, что кажется, не держи я ее руками, она опять соскользнет с хуя и улетит, как воздушный шарик, замысловато меняя траекторию. Уф! Вытираю свой покрывшийся испариной лоб, ее трусами. Затем, ими же, свой хуй. Сделал дело - прячься нахуй! Застёгиваю ширинку. С ужасом осознаю, что за время нашего знакомства сказал всего одну фразу. Алиса открывает глаза: - Романтик? - Совершенно верно... Это я. - Головка от хуя! - откудато из под жопы, достает букет и наотмашь мне по еблу - НННАА! Мысленно благодарю сам себя за то, что не выбрал розы, смотрю как медленно осыпаются лепестки на пол. - Романтик? Я тебя... спрашиваю?- всхлипывает... - Да... - Ты очень гадкий, мерзкий и очень ёбкий ёбырь-террорист! Я совсем не так себе всё представляла! Думала ужин при свечах, хуё-маё! А ты!!! Романтик!!! Коршун, блять!!! - Да, - опять отвечаю глупо,- ро-ман-тик! - Иди на хуй, ро-ман-тик!, - смешно по слогам так растягивает. И опять букетом норовит по еблу... Хуй тебе. Перехватываю ее руку. Отнимаю букет. Кидаю куда то в комнату. Опять развожу ее ноги, набираю полный рот соплей, и плюю ей на пизду. Хуй его знает зачем, просто в тот момент мне кажется, что это обидно, шопесдетс... Прямо на пизду, на этот ёбанный мной недавно, кудрявый треугольник: - Сама иди на хуй! - и, хлопнув дверью, ухожу... Ловлю такси. В гостиницу. Хорошо что номер забронировал. Хуй их знает, этих баб! Доехали быстро, минут за пять. Захожу в холл, девушка за стойкой смотрит прямо на меня. Я ныряю в ее голубые глаза и говорю: - Добрый день, сударыня. Я номер бронировал, вчера... - и улыбаюсь ей ласково и приветливо. - Здравствуйте. Извините, как ваша фамилия? - Тик, -отвечаю,- Роман Тик.


Грущщег. Я вот все лето дома просидел, ну как сидел, ниработал карочи. Ну а чо? Куда не устроюсь, всегда что-то приключиццо. Да и не моё это наверно, все эти фотосалоны и рекламные агенцтва. В личном тоже - хуйнипайми. Хотя с Мариначькой встречаемся иногда.А со Светкой как рассталссо, так как отрезали. Не звонит ваще песда. Ниразу блять. Ну и чота раз сижу дома. Хоп! Мобильнег дилинь-дилинь! Смарю, Мариначька. Ну и говорит, типо Павлег пошли сходим куда-нибудь. Ну я сразу на выход, а там сосед мой в коридорчеге. И тоже такой приветливый. И сходу мне: - Павел! - ну это он меня так называет, - а не помог бы ты мне в одном важном деле? - Цена вапроса - сотка, - говорю. А хуле, он толи комерс какой, толи чо. Для нево сотка ваще не деньги. Я уж чиста пасасеццке демпингую. - Договорились, - отвечает, - я тут девайс приобрел, коробку бы на мусорку оттащить надо. И показывает на такую агромную коробку. Я не знай, чо там лежало раньше, но на картонном комбинате ее наверно две смены клеили. Бля, вот прибор там лежал раньше! Как у бабки моей был телевизор "Рубин" совецкова произвоццтва, только еще громаднее. И главное сосед говорит: - Мы щас вдвоем по-быстрому, а то неудобно одному. - Да лана, помогу, - сотка на дороге не валяеццо же. И тут жына ево высовываеццо, и типо сколько я тебя могу ждать, туда-суда. И он чота сник как-то весь, виноватыми глазами на меня посмотрел и грусть свою оценил в еще одну бумажку с лошадками. А чо? Она ж не очень тяжелая, коробка-то, в лифт вот только не лезет. Зато по лестнице весело кувыркалась. Ну и выхожу я во двор, коробку волоку за собой. А там уже Мариначька стоит. Ну и сразу: - Вы чо, стиральную машынку купиле? - радасная такая. - Нет, - говорю, - сотовый блять! - Ы-ы-ы! ЗдОрово! - Ну здравствуй, - отвечаю, и в щечку ее поцеловал. - Да я не в смысле превед, а типо молодцы вы. - Да я понял, - отвечаю, - а я вот вежливый ниибацца. И чота стою я с этой коробкой каг дурак. До мусорки переть ваще не охота. Была бы металлическая, только отвернись нинадолга, ее уже не было бы в наличии. А картон кому нахуй? И тут мысль мне - хуяк! Напрямик в голову! И я стал вокруг коробки ходить, и бороду чесать. Ну подбородок то есть. Присяду, и меряю ее, ну пальцами. А чо, старинная русская мера. Пядь, равняеццо 17,78 см. Батанег один сказал, а я запомнил чота. А Мариначька не поймет в чем дело. То на меня, то на коробку палит. А спросить толи стесняеццо, толи ваще неинтересно ей. Ну я еще пару кругов сделал вокруг коробки и говорю: - Не пойдет! - Что не пойдет? - Да Санёг просил коробку ему подарить. - А ему зачем? - Так у нево же цобака. - И чо? - Конуру он ей сделает, вот чо! Мариначька недоверчиво посмотрела, и видимо попыталась представить размер цобаки, но почему -то сказала: - Намокнет картон осенью... - А Санёг ее фольгой обклеит. - А-а-а, - протянула задумчиво Мариначька, - а почему тогда не пойдет? - У нево агромная цобака, боюсь непоместиццо. - А что за порода? - Сенбернар у нево. Я карочи крышку приоткрыл, внутрь смотрю. А Мариначька чота в уме прикидывает. Я ей и говорю: - Слы? Будь другом, давай померяем? Главное чтобы она там стоя умещалась. - Ты чо дурак? Сам лезь в свою коробку и меряй. - Нельзя мне. У Санька сцука... 85 сантиметров в холке. Мариначька задумалась над цифрами и говорит: - Ну и как я туда залезу? - Ну давай я ее набок щас положу, ты заберешься, а потом я переверну ее, - тут главное с серьозным летсом говорить. - Ога, щас! - отвечает, видимо испугалась, - за что я там держаццо буду? - И то верно, пошли тогда. Подтаскиваю коробку к скамейке. - Давай, залазь на лавку и прыгай сверху. - Павлег, ты меня только держи. - Марин, туфли сними только, весь пол каблуками продырявишь. Ну и прыгнула она туда и стоит. Я ей говорю: - Прячься, мне крышку надо закрыть. - А я там не задохнусь? - Нисцы, вон дырок сколько, - ну и демонстративно ей голову измеряю, пядью опять же, линейки же нет с собой. И ножиком еще одну дырку вырезаю. Ну она присела там, я крышку и закрыл. - Ну чо? - Чо-чо? - Удобно? - Ну вроде бы. - Марин, смари какова тебе соседа подселили? - Где? Не вижу... Слышу зажигалкой там чиркает, хуле свет не провели еще в теремок. Как бы пожар ненаделала. Или хуй необожгла. - Дурак, - шепчет изнутри. - Прикинь, зато средь бела дня. Экстремально! Кругом народ ходит... Здрась, тёть Вер! - а потом опять шепотом, - классно же, Марин? - Угу, - мычит в ответ, и впрямь классно. И стою я значит, ну типо тащил как-будто коробку и устал. Прислонился к ней передом, ну чуть поддаю иногда задом, а руки по бокам коробки. А Мариначька там внутри стараиццо. А я привык, ее там за ушком почесать, или челку с глаз убрать. А вместо этого геометрические формы целлюлозно-бумажного изделия ощущаю. А тут откуда нивазьмись Санёг. И такой, превед Павлег, кагдилла, чо в каропке? А я чо ему скажу? Там лежит мая Зануссь, и я с ней сичас ибуссь? Хорошо успел Мариночьку предупредить шепотом. Типо сильно нишуршы и без подобострастия пожалусто там внутри. Ну а этот иблан, хотя я на нево не в обиде, сам также поступил бы, как йобнет по каропке. Ногой! Мне карочи перестали сосать сразу. Ну я сверху на крышку прилег так, чтобы у друга от внезапного открытия ящега пандорры инфаркцыя не случилась. И как можно спокойнее говорю: - Мудак ты, Саша, если ты щас хоть один жидкокристаллический индикатор мне разбил, тебе песда. А он, извини, я не знал, я думал пустая. Хуле пустая? Ну попробовал он ее приподнять конешно. Мариночька вес имеет все-таки. Попыжился он немного и урыл потихому... А в коробке слышу какое-то движение началось. Ща вылезет моя недососавшая и все тогда. И я нарочно так кричу на всю улетсу: - Здрась, дядь Сереж! А Марина выйдет? - слышу движение прекратилось. - Кто там? - голос из коробки меня спрашивает. - Кто-кто! Отец твой вон идет! - шепчу сверху, - сиди не высовывайся. - Бляяя! - Мариночька говорит. - Да ненадо мне помогать, я сам типо, Маринке превед передавайте, - кричу опять. - Бляяя! - Мариночька опять чота повторило это слово. - Ты давай продолжай, совсем чуть-чуть осталось, - это я опять шепотом. И только я что-то тепловлажное ощутил опять, чувствую кто-то меня по плечу так легонько - тук-тук. Ну я всем корпусом не могу же повернуццо! И башка нихуя не на шарнирах. Ну глянул так в бок нимнога... И чота Мариначькино "Бляяя!" у меня с губ и сорвалось. И прямо в Светкено летсо и угодило. А я ж не видел ее сколько! Мы ж с ней вот с таких лет! И она напротив меня встает и говорит: - Павлег, я тут думала долго... А в коробке же звукоизоляции нет нихуя! Ладно там пенопласт был, или стекловата какая. Сосед наверно корабликов наделает флотилию целую, педораз. И Мариночька каждое слово слышит же! Ну и начинаю скрябать по коробке ногтями. Глушу "радио свободы" так сказать. А Светка, прям на полном серьезе, говорит люблю тебя Павлег, и жить без тебя нимагу. А я в ответ только коробку чешу. А хуй мне там внутри исправно сосут. Я уж и губу закусывал и думал о постороннем, а конец адинхуй неминуем. Светка чота говорит, правельные слова вообщем. И в упор на меня смотрит. А мы же с ней давно уже знакомы-то! И не один раз она мой ибальнег во время кончины видала. Ну как-то он у меня непроизвольно искажаеццо чтоли. И вот я ево скривил, хоть и старалссо очень непринужденно выглядеть. А Светка: - Павлег, что с тобой? - Чота с серццем,- говорю, - вызови скорую скорей... - Ой, Паш, щас... - Да не по сотовому! Вон аффтомат там за углом... И только она вроде бы уже побежала, смотрит... на лавке туфли стоят. И она тоже встала... И не только она, блять! Толи я коробку чесать перестал, пока за грудь хваталссо театрально, толи Мариначьке там уже надоело сидеть... Нннаа! Сюрпрайс блять! Светка в слезы, мне паиблу хлоп! Мариначька тоже сообразила по какой щеке для симметрии надо приложиццо... Одно хорошо, когда створки раскрывались, я хуй, пользуясь случаем, вынул. И спрятал от глаз подальше. И чота мысли у меня такие, что он мне теперь только напасцать... На неопределенный срок. Да ладна, прарвемссо!!! ЗЫ: За "пядь" - пасиб, батанег! Бугага!





Режиссер снов. Тут у моей недавно день рождения случился. Ну естесственно встал вопрос о подарке. Я где то недели за две начал усиленную разведку. Беру телефон и давай родственников обзванивать, может они знают какая у благоверной мечта. Понимаете возраст уже не тот, дарить абы что. Ну там чтобы и память, и для дома польза была. Звоню Борисычу. - Сергей, у Ленки днюха скоро, а что подарить не знаю. - Йопт, цветы купи. - Да ну, цветы завянут, а я хочу чтоб память осталассо. - Ну сам тогда спроси, что ей жизненно необходимо. - А как же тогда сюрприз? Так же не интересно будет. - А ты во сне спроси. - Как это? - Ну приезжай ко мне, узнаешь. Я ноги в руки, и к нему. Он на стол кидает книжку, читаю - Патриция Гарфилд "Технология сновидений". Ну и говорит: - Вот это обязательно прочитай, я там главы основные отметил, но если будет время, осиль от начала до конца. Тут в основном теория, а практика простая ниибацо. Как только первая фаза сна наступает, берешь испытуемого за левый мезинец, ну чтобы контакт установить тактильный и вторгаешься в его сон. Задаешь вопросы, получаешь ответы. Немного психологии и фантазии, и можно очень умело контролировать сновидения, и получить нужную информацию. - Да ну, хуйня по-моему. - отвечаю. - Нет, далеко не хуйня, работает на 90%. Вот ты скажи, она во сне разговаривает? - Было несколько раз, - говорю. - Ну вот. - Так это кошмар был! - Правильно, потому что ее сном никто не руководил, и она сама загнала себя в тупик. Здесь надо очень тонко действовать. Сначала узнать где все происходит, потом кто рядом, это самое главное. А потом подстраиваешься под ее собеседника и понеслась. С легким недоверием еду домой, по пути не переставая думать и переваривать информацию. И тут вспоминаю случай семилетней давности. Одна наша общая знакомая, как-то говорит моей жене, ты типа Люсе больно ничего не рассказывай, никаких там женских секретов. Ну моя, как это? А так, ее Борисыч за мезинчик ночью хвать, она ему всё и выложит. Так же припомнилось с какой лёгкостью угадывалось проведение ежегодной встречи выпускников Люсенькиной группы. То есть бывшие одногруппники вваливаются в кафе, дабы догнаццо и усугубить, а за соседним столиком сидит, как ни в чём ни бывало Борисыч. То есть разврат пресекался на корню и в зачаточном состоянии... Приезжаю домой, книгу - в руки, жопу - на диван. И всё - меня нет. Жена ходит недовольная, она вообще переживает, если я ничем полезным не занят. Причем полезное или бестолковое занятие определяет она. - Что больше заняться нечем? - а сама норовит название прочитать. - Это по работе, - говорю, а сам рукой второе слово прикрываю - Видишь написано "Технология", на той неделе доклад нужно сделать. - Ааа, - вроде успокоилась, - долго еще? - Ну может час, полтора. И так я увлекся, до того мне интересно стало, что стал на часы поглядывать, скорее бы ночь. Ну чтоб проверить на практике полученные знания. - Лен, - кричу, - ты спать не хочешь, случайно? - А ты еще книжку почитай, я может к утру и управлюсь. Бля, иду помогать на кухню. Я, если что, люблю готовить. Но только иногда. А то заибут. Свари то, пожарь это. На Новый год, на именины, ну еще на восьмое марта какое нибудь неибаццо мясо приготовлю, а так хуюшки. Ну вроде бы дела все переделали. Слава яйцам! - Пошли спать, - предлагаю. - Не, щас концерт будет по второму каналу. Ну я такой, бляя, это песдец, я их не смотрю, и естесственно никого там не знаю. Зато жена наизусть помнит, кто из какой фабрики, кто с кем ибалссо год назад, и кто у кого сосёт в нынешнее время. Сижу со скучным лицом, тоже фтыкаю, неинтересно, но в любой ситуации ищу что нибудь положительное. - Лен, а это кто? - Ты чо? Это же "Звери" - А чо он так дышит? Его в жопу ебут что-ли? А это? - Отъебись, не мешай. - Как Сирень будет, позовёшь карочи. - встаю, иду на кухню чайку попить. - Бля, сколько раз повторять, не Сирень, а Жасмин. А мне один хуй, я только Жанну Фриске знаю, и то потому что она на необитаемом острове отжигала и в кино снимаеццо. А так мне Чиж нравиццо. Но его редко показывают. А концерт полтора-два часа отдай. Ну я закрепил еще теорию, книжку полистал. И сижу уже подкованный в данном вопросе яибу. - Лен, может это, как его, совокупимся что-ли? - Нет, что-то голова болит, давай завтра. Ну завтра по-любому ловить нечего, опять нажреццо как свинья, или я... Короче легли спать. А она у меня засыпает легко и непринужденно. Это я бывает, встану покурю, схожу посцать, телек фтыкаю, неспиццо и всё тут. А эта, голову на подушку, через минуту уже ручки-ножки задёргались. Первая фаза сна, это так в книжке трактуеццо, наступила. Я ее аккуратненько так за мезинец беру, говорю: - Привет. Молчит, бля. Ну я посильнее палец сдавливаю: - Аллё, бля, привет нах. Блять, похуй. Думаю сильнее нельзя, а то еще палец оторву. Звоню Сергею, типо иди ты нахуй со своими сеансами гипноза. А он мне, ты это правый от левого отличаешь? Блять, асёл! Точно, не ту руку трогаю. Ищу другую, альтернатива типо. Йоптыць, под подушкой! Осторожно, как минер, лезу под подушку и наощупь определяю самый маленький палец. Ну наконец-то! - Привет. - опять начинаю, попытка номер два нах. И тут, о чудо, улыбеццо так во сне, губами шевелит и достаточно внятно так произносит: - Ой привет, я так рада! Хули ты рада? Хуй тебя знает, кто там к с тобой здороваеццо. У меня же монитора нет для наблюдения! - А ты где? - спрашиваю. - На концерте. И тут мне приходит в голову очень умная мысль: - А назови меня по имени, - и сам уже такой гордый ниибаццо. Сейчас узнаю всё как надо. - Димачька, - и рожа довольная такая во сне. Бля, ну Дима, а дальше то как? - Ну и кто я? - пытаюсь докопаться до истины. - Ты мой любимый певец. Ну вот, приехали. А сам судорожно начинаю припоминать известных мне Дим из шоубизнеса. Харатьян? Маликов? Малежег? Не, этот вроде вообще не Дима. Да кто, бля? Хочется уже разбудить и спросить. Что за Дима то? Но будить нельзя, во-первых второй раз можно не установить контакт, а в самых главных, кто мою жену будит - долго не живет. Будильники, например, ломаются почему-то. С высоты падают. - Э, а фамилия у меня как? - от безвыходки так произношу. Паузы большие нельзя делать, а то наступит фаза номер два - глубокий сон, хуй докопаешься тогда. - Билан, - говорит, - Ты что, забыл что-ли? Хуясе, забыл, сам только узнал! - Да нет, просто тебя проверял, а то меня часто путают, с этим как его? - в недрах мозга копаюсь, а хули артистов не знаю никого! - А можно автограф? - Конечно можно, а на чем написать? - заибись, контакт налаживаеццо, уже руки мысленно потираю, одна же типо занята, палец держит. А она ночнушку на груди хуякс! - Вот здесь. - и опять лыбиццо. Ах ты думаю, блять какая! Чужому мужыку сиське показывать? Но делать нечего, жалко не могу за маркером сгонять, нельзя связывающую нить из пальцев разрывать, а то бы я ей написал там. Хуй например, или песда, если места хватит. Вожу ей указательным пальцем по сиськам, пишу типо, стараюсь, как в первом класе. Ну там, чтоб без ошибок и красиво получилось. А она так томно дышит, и наверно похотливо поглядывает на меня из сна своего. Ну дописал я. А она не прячет сиськи свои: - Спасибо, - говорит, - теперь точно мыться не буду. Ты чо, думаю, охуела что-ли? Ну хочешь увековечить, татуировочку там сверху забабашь. Но гигиену не трожь, блять. А она такая: - Дим, а спой мне? А я у этого певца одну песню только знаю, и то потому, что она у жены на мобильнике стоит. Реалтон, нах! Ну и начинаю типо отмазаццо, я как-бы немного устал, горло болит тоже в лёгкую. А она пристала, спой бля, и всё тут. Ну у меня слух там, голос имеетссо. Но слов то не знаю нихуя! А она смотрю уже губу нижнюю выпячивает, а я ее повадки изучил уже за десять лет-то! Ну думаю, сейчас не запою, она сирену свою включит. А слов-то один хуй не знаю! Но начинаю, а-капелла блять, на мотив самой ниибаццо известной на всю Европу песни: "Лири-сири чу ю, эт сапли лифчег гоу! Нари-хари чу ми, хуяк бля, ин май соул. Хачи-пачи ю ту, нагаме нага вно! ви нах бля дизайрлисс чу ду, сцуко нах ибаццо чу ду, Ю сэй, но моо!" - Ой, а я такого куплета не слышала, - говорит. - Вырезали, - отвечаю, - а то не укладывался в отведенное время. Регламент типо. Балерина бы задохнулась в рояле нах. - Ааа, понятно. Ну хоть пронесло. Так, пока не поздно быстро про подарок узнаю, и спать. А она на спину переворачивается, ноги разводит, свободной рукой ночнушку хуякс вверх. Я хуй его знает, непоследовательно как-то. Скачет с пятого на десятое. Что у ней там в голове? Ну и сон, ибать его в рот! - Дим, полижи мне там! - и опять дышит с предыханиями блять. Нихуя сибе! Я значит, второе место на "Интервидении" занял, занял бы и первое, если бы, как финские хуи, в маске был, и должен какой-то стареющей провинциалке песду лизать? Ты чо, гребёнка хуева, охуела что-ли в корягу? И главное со мной значит у ней приступы мигрени, а с Биланом значит - на пожалусто? Но делать нехуя, сломил гордыню свою, полез. А палец не отпускаю. Неудобно шопесдетс. Кое как пристроился и давай наяривать. А она стонет, радуеццо! Не каждый день известный ниибацо певец песду лижет! А я такие двойственные чувства испытываю! С одной стороны, вот он я, вот жена, бля, моя. А с другой, вот блять какая-то коварная и не верная нихуя стерва, и мудаг, который ей в песду слюни пускает. А мне потом туда хуем тыкать! - Ой, Дима, еще, еще, давай еще чуть-чуть. Ну этот Дима хуярит яибу. Такой сцуко витиеватый язык у него. Скороговорки говорит прямо туда. А ей, сцуке нравиццо. Свободной рукой голову сильнее прижимает. - Ох, ах, аааааа, мммммм... Класс... А хуле, дело мастера боиццо! Ну я Димин ибальник об наше одеяло вытер и говорю: - Что тебе на день рождения подарить? - Ты мне уже подарил, - шепчет. Хуясе, я что же это, зря не сплю, оральным сексом с спящими людьми занимаюсс? И всё напрасно что-ли? - Не, - говорю, - всё таки, что ты хочешь? А сам только и думаю, хоть бы не второй раз, а то у ней бывает такое, давай и всё! - Ну я не знаю. - А ты подумай. - Ну эпилятор можно. Нихуя попал, губа не дура! Он стоит бля, больше чем винчестер в кампутер. Прибор такой, чтоб можно было на ногу полотенце кидать, и чтоб оно плавно так скользило и не зацеплялось ни за что. Я то нах, расчитывал ну рублей на пиццот, ну штука максимум. Хуле, у Билана по-любому зарплата больше чем у меня! Ну я говорю типо ладно, мне пора уже. Палец отпускаю, она на бочок повернулась и я сзади пристроилссо к ней. Они значит наибались там не хило, а я спать что-ли, не дрочимши даже? Ну проснулась конечно: - А это ты? До утра не мог дотерпеть? Охуевшая рожа, я тут такую ниибаццо парнуху только что видел! Как тут терпеть то? Утром по-быстрому встал, и свалил за подарком. Возвращаюсь, а она слышу по телефону с кем то разговаривает. Ну и обрывки фраз типо: сон, классно, лизать, автограф. Я захожу и говорю: - С днём рождения, дорогая. Вот тебе подарок. Там цветы естественно, и ниибаццо модная тушь для глаз, ну там объем и калории карочи. - Ой, спасибо. Я давно такую мечтала-хотела. И давай рисовать. А сама напевает, настроение хорошее. - Ты зря вчера концерт не смотрел, там Биланчег песню пел, вообще один куплет новый. - Да знаю я, слышал типо. - а про себя думаю, я даже автора слов знаю лично. Подхожу к ней, а она нарядилась уже, декольте там, всё такое. И на сиськи ей фтыкаю. - Ты что это уставился? - а сама прячет типо. - Показалось, - говорю, - думал что-то написано у тебя там. Потом гости пришли. Сели за стол. Ну и понеслась. Поздравления, пожелания. Только по второй налили, за родителей типо, - звонок. Я такой: - Иди, это наверное тебя, опять. Ну она идет открывать. Слышу голос: - Елена Николаевна? Вот здесь распишитесь, пжалста. Жена заходит в руках сверток, ленточкой перевязанный. Она его потихоньку открывает. Смотрит, а там внутри станок для бритья и пачка лезвий "Рапира". И открытка. Я через плечо ее читаю: "Дорогой Елене, за чудесный вечер. Всегда твой Дима Билан." Хуясе, у Билана почерк, как у меня оказываеццо...






Урбанистические байки. "Лоск". Начало фтыкать [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] Вера Ивановна, смешно изогнувшись, потирала укушенную икру и материлась. Ее сестра ахала и охала и перечисляла медицинские препараты, которые по ее разумению должны были помочь. Сергей Петрович сначала молча слушал и переминался с ноги на ногу, но когда словесная последовательность "сучка-зеленка, блять-мазь Вишневского, пизда-анальгин" пошла по второму кругу, прокашлялся и намекнул: - Посцать надо, и все пройдет. Однотипные женщины мгновенно замолчали, переглянулись, затем поочередно посмотрели на открытую ширинку Сергея Петровича. Вера Ивановна была глубоко против, чтобы малознакомый мужчина сцал ей на ногу. Ее сестре было в общем все равно, но в обмене мнениями она приняла сторону укушенной. В результате чего интеллигентный дяденька с открытой ширинкой был вычеркнут из числа пайщиков второй бутылки водки и послан нахуй. Сергей Петрович гордо удалился, тем более бутылка была у него. *** Антону всю ночь снились эротические видения. И он даже эякулировал бы во сне, как когда-то случалось в юности, если бы не одно "но". В роли женщины, грациозно перемещавшейся по вагону и сосущей хуи у мужской его половины, была его Нинка. Он часто просыпался и с неприязнью поглядывал на мирно посапывающую у стенки жену. Ниночка причмокивала. Утром, разбитый и не выспавшийся, Антон первым делом пошел на балкон. Закурил и потянулся к бельевой веревке. - Здрасьте, дядь Антон, - раздался сверху вежливый голос. - Блять, щегол! - мент крутил в руках сломанную бельевую прищепку, - чо разорался с утра? Урод, сцуко! - Ыыыыы! Что же вы какой неловкий? - Смари теперь сверху, чтоб никто не спиздил. Урод, блять. - Антон тоскливо глядел на лежащую на асфальте кофточку жены. Быстро натянув трикошки и футболку, Антон по лестнице спустился и вышел во двор. - Я тебе говорил, чтоб никто не спиздил? - поинтересовался раздосадованный мент у радостной головы на седьмом этаже. - А я кричал. - Хули ты кричал? - Я кричал "не трогайте, пожалуйста". - Ну и? - А она не послушала... - Кто, блять? - Собачка. - Мудак, надо было "фу" кричать. - Ыыыыы... *** А в это время маленькая собачка, смешно подпрыгивая и путаясь в важной улике, повернула за угол. Она не носила кофточек, но от этой так вкусно пахло теплыми каплями! Вера Ивановна, под ручку с сестрой, возвращалась из поликлиники. Перспектива получить сорок уколов ее не прельщала, и поэтому она искренне обрадовалась бегущей навстречу собачке. - Лови эту суку, - скомандовала она сестре. - Кс-кс-кс, - первое, что пришло в голову проксыкала та. Количество ног у сестер и у собачки совпадало. Даже если учесть, что одна из ног была густо намазана зеленкой, женщины передвигались довольно проворно. Но все-таки, чтобы уравнять шансы, сестрам надо было бы сбросить одной пятнадцать, другой на пять лет поменьше. Или одинаковое число килограммов. Или Вера Ивановна должна была в тот раз укусить собачку, а не наоборот. Инстинкт самосохранения в мозгу животного победил гурмана и с мыслями: "Ну их, эти теплые капли, вечером еще будут" собачка разжала зубы и на повышенной скорости скрылась. Нина Ивановна подобрала трофей, встряхнула и примерила на сестре. То ли боялась испачкаться, то ли из-за отсутствия зеркала. Благо сходство фигур позволяло. Кофточка хоть и была модной, но чтобы быть в пору любой из сестер, должна была быть изготовлена из латекса. - Ну и зачем она тебе? - Отстираю, будет как новая, - ответила Вера Ивановна, - Лоск есть, пятен нет! *** Антон засиделся на работе допоздна. В перерывах между писаниной он то и дело включал принесенную Ренатом лампу. - Блять, надо же! - искренне удивлялся он, ногтём поскрябывая только одному ему видимые пятна. - Всё играешься? - спросил заглянувший в кабинет Ренат, - пошли по пивку что-ли? - Не, сегодня не могу, Нинка опять опоздала на электричку, встретить надо. - Смотри прибор не проеби. - Да нахуй он мне, забирай, не нужен уже. - Решил без суда и следствия? Бугага!!! - Да ну тя нахуй... *** Механический голос объявил: - Следующая станция конечная - "Нахабино". Осторожно, двери закрываются. Сергей Петрович встал с места и пошел по вагонам. Увидев одинокую женскую фигурку, он улыбнулся. На ходу расстегивая ширинку, молча подошел и сел напротив. Ниночка тяжело вздохнула, встала на коленки на грязный и заплеванный пол и взяла в рот. "Сегодня постараюсь проглотить", - подумала она, проведя языком по хую Сергея Петровича. Но на всякий случай, в ее сумочке в полиэтиленовом пакете таяло мороженое... ЗЫ: Огромный респект Элетричкиной за помощь в изучении матчасти тележек. Блять, всё перепутал нахуй! Гыыыыыыы!





Урбанистические байки. "Персил". Вот как иногда бывает, живет человек себе размеренной такой жизнью и все у него хорошо. Потом, бац, то ли сам накосячит, то ли добрые люди помогут. Не со зла, без всякого умысла. Нечаянно даже. И понеслась... Короче, все началось с того, что Вера Ивановна сломала ноготь. Приехав в столицу погостить к сестре, такой же дородной, хоть и двоюродной и моложе на пять лет тётке, Вера Ивановна вставила московскую симку и тупо уставилась на экран. Все забитые в память телефона номера, естественно, куда-то исчезли. Но приезжую это ничуть не смутило, номер она помнила наизусть. Поочередно тыкая мясистым пальцем в кнопки, Вера Ивановна не заметила, как отслоившийся ноготь вместо последней девятки незатейливо надавил на соседнюю восьмерку. А Сергей Петрович в этот момент, нервно озираясь, сцал. И завибрировавший в заднем кармане брюк телефон, не доставил радости сцущему Сергею Петровичу. Оборвав струю на полпути, он спрятал хуй и дернул собачку молнии вверх. Молния взяла и сломалась. Телефон продолжал вибрировать: - Алё, - Сергей Петрович взял трубку, хотя номер был ему не знаком. Потому что он был очень воспитанным. - Ирина? - ничуть не удивившись, что сестра говорит мужским голосом, спросила Вера Ивановна, - я приехала... - Хуина, - оборвал ее вежливо Сергей Петрович и нажал клавишу с красной трубкой. - Сам мудак! - вставила между гудками отбоя приезжая женщина. Второй раз номер она набрала правильно... А Ниночка спешила на электричку. Потому что ее муж Антон был ревнивым, а еще ментом. И совсем не любил, когда жена задерживается с работы. До отправления электропоезда оставалось совсем чуть-чуть, и Ниночка заметно прибавила ходу. Затормозить она не успела и со всего маху влетела в тётку, с аппетитом пожирающую мороженое. - Блять, куда несешься? Глаза пиздой что ли обшиты? Не видишь, люди ходют? - мирно спросила Вера Ивановна, с тоской глядя, как ее пломбир стекает по Ниночкиной кофточке. - Понаехало быдло, - также дружелюбно ответила Ниночка, и пока визави набирала полные лёгкие воздуха для последующего обмена мнениями, заспешила к первому вагону. - Осторожно, двери закрываются, - услышала Ниночка и совсем расстроилась. Следующая электричка будет через сорок минут... ... Сергей Петрович тоже не успел. Потому что врожденная интеллигентность не позволяла ему разгуливать с расстегнутой ширинкой. А с журналом "Пентхауз", в том месте где она разверзлась - позволяла. Но киоскер не отличался проворностью, и время было упущено... А Антон, тем временем дожидался свою супругу Ниночку, и убивал время. С шестого этажа он плевал на сидевшую прямо под его балконом маленькую собачку. Не потому что он не любил животных, а просто ему было скучно. СМС жены отвлекла его от интересного занятия. Пока он читал, что Ниночка опоздала на электричку и ее надо бы встретить, собачка успела куда-то убежать. Сорок минут пролетели незаметно. Сергей Петрович листал журнал, Ниночка носовым платочком пыталась оттереть пятно на кофточке, Вера Ивановна ела уже пятое мороженое. А пятнадцатилетний Коля слушал музыку... *** Антон стоял на перроне и курил. Электричка была последней, и народу на конечной станции вышло немного. Первой из вагона, виновато улыбаясь, вышла Ниночка. Пока она улыбалась и придумывала с чего начать оправдательную речь, каблучок ее туфельки зацепился о выбоину на перроне. И она бы упала, если бы не услужливый Сергей Петрович. Правда тому пришлось, прежде чем поддержать Ниночку за локоток, переложить журнал подмышку. Ниночка поблагодарила интеллигентного мужчину, но тот почему-то поспешно скрылся. Видимо проследив красноречивый взгляд Антона, который упирался в открытую ширинку Сергея Петровича. И даже не заметив, как недочитанный "Пентхауз" выскользнул и упал на асфальт. А Коля был ловким мальчиком, и ему нравились голые тётки. Вере Ивановне они тоже нравились, но она была не такой ловкой, как Коля. - Представляешь, - Ниночка поцеловала мужа в щеку, - какая-то корова испачкала мне кофточку. - Нуну, - только и промолвил Антон, сопоставляя ментовским мозгом цепочку фактов. - Гы-гы-гы, - рассмеялась добрая Вера Ивановна. - Ух ты, вот так удача, - воскликнул Коля, листая журнал. - Обидно, всего раз одела, - продолжала Ниночка. "Так, полупустой вагон, мужик с расстегнутой ширинкой, и характерные пятна на кофточке, Нинка не глотает, все сходится..." - угрюмо размышлял про себя Антон. - Ты такая же, ничуть не изменилась, - радовалась Вера Ивановна, тиская в объятиях себеподобную женщину. - Ух ты, вот так удача, - продолжал радоваться Коля, который не отличался оригинальностью. Перрон опустел, и только вернувшийся через несколько минут Сергей Петрович некоторое время олицетворял собой одну известную поисковую систему. Потом плюнул, и отправился в ближайший магазин за водкой. Ниночка всю дорогу жаловалась мужу, предлагая немыслимые проекты насильственной стерилизации подобных жирных бабищ. А Антон шел насупившись. Его прямолинейный мозг рисовал картины, как его Нинка, присев на корточки, отсасывает у попутчика. А может и стоя на коленках на заплеванном и грязном полу вагона. Антон думал, как бы потактичнее спросить супругу, например: "Дорогая, а зачем ты сосала чужому мужику хуй?" "Ниночка, так ты значит хуесоска у меня?" "Милая, а не въебать ли мне тебе с ноги?" Так, обуреваемый своими мыслями, но, все-таки придумав гениальный план, Антон с супругой добрался до лифта: - Подождите, подождите, - сказала просунувшаяся в двери кабины голова Коли, который жил этажом выше. - Давай быстрей, щегол, - дружелюбно нажав на "Стоп" ответил Антон, - не в курсе, что это у нас под балконом всегда собачка сидит? - Неа, - ответил воспитанный Коля, и углубился в журнал, который ему преподнесла судьба в лице Сергея Петровича. - Смотри у меня, - на всякий случай предупредил подозрительный Антон... Дома Ниночка первым делом бросилась в ванную застирывать кофточку. Это вселило в ревнивого супруга еще больше подозрений. Грустно слушая, как шумит вода в ванной, он снял телефонную трубку: - Ренат, привет, - сказал Антон. - Антоха, салам, - ответили на том конце провода. - Ренат, у меня к тебе дело. Помнишь, мы на мокруху ездили, ты какой-то хуёвинкой светил синей. И приговаривал "ога, конча!" - Ну? - Так вот она мне нужна. - Гыыыыы, нахуя? - Я не знаю, как тебе сказать. - Гыыыыы, чо блять, кончил аж сам не понял где? - Да ну тя нахуй! - Слы, я хоть и татарин, но ты мне по-русски хотя бы можешь объяснить? - Да мне проще тебе объяснить, что такое подзалупный творожок. Скажи, дашь? - Кажется понял, Нинка что-ли? Тогда тебе и табельное оружие потребуется. Гыыыыы. Ладно, завтра заходи... Ниночка вышла из ванной, напевая: - Один раз "Персил"... - Всегда "Персил", - вторил ей Коля, этажом выше. Хотя "персил" он не всегда, а лет с дести. - Ренат, а если постирает? - интересовался в трубку Антон. - Ну, вот за ночь высохнет, - сказала Ниночка, вывешивая постиранную кофточку на балкон. - Ух ты, вот так удача, - не переставал удивляться неоригинальный Коля количеству сперматозоидов на ладошке. - Ну, до связи, - Антон повесил трубку. - Антоша, кушать будешь? - спросила Ниночка... - Бляяя, ахуенный журнальчег, - пробормотал довольный Коля. В ванную он не пошел, еще очень свежи были воспоминания. Тогда его увидела бабушка, и ее возглас "Внучег!" до сих пор стоял в Колиных ушах. А из лица бабушки получился неплохой баннер на одном из ресурсов. Осторожно, чтобы не расплескать, он открыл балкон. Выставил руку, как можно дальше за перила, и ноготком стал соскабливать сперму с ладошки... *** Когда Вера Ивановна вместе с сестрой отправилась за второй бутылкой водки, ее внимание привлек сцущий Сергей Петрович. А когда они уже втроем возвращались из магазина, ей в ногу вцепилась маленькая собачка. Собачка была не бешеная, а просто расстроеная. Потому что теплые капли не упали по обыкновению на асфальт, а спокойно подсыхали на свежевыстиранной кофточке Ниночки. ЗЫ: "Персил" - за пеар должен, блять. Поисковые системы, вас это тоже касаеццо. © MGmike эМГэМайк [email protected] <--- Спамир, нипрабиццо тебе сквось антиспамирное абароно!



"Подражая Есенину" В конце месяца в нашем исследовательском институте обычно была такая особенность, незнаю кто и придумал, поработать по выходным. Прихожу как то в субботу, сразу к Светке. - Свет, я тут стихи написал. Тебе... - Ой, мне? Я даже и не знаю, так тронута! - Хочешь почитаю? - Конечно, спрашиваешь тоже. - Только я буду в бумажку заглядывать, извини наизусть не выучил еще. - Хорошо. - Только ты сядь пожалуйста, а то я случае чего убежать не успею. А так лишних три секунды форы... Достаю из кармана перфокарту, сложенную вдвое. Специально в счётный отдел бегал, выбирал где поменьше дырочек. А то писать неудобно, карандаш проваливается в ямки, ломается. - Предупреждаю, только без рук.- встаю перед ней. Начинаю: - Шайнара ты моя, Шайнара! - Погоди, почему Шайнара? Может Шаганэ? - Свет, я хуй его знает, вчера кассету принесли, сборник какой то. А фспомнил! "Дино макси топс" Или "Дайно" я немецкий же учил, не знаю как правильно. Так вот там начало такое: Тупц-тупц-тыщ, Шайнара гопстоп кендууует, Шайнара. - А я то здесь причем? - Можно я тебя так буду называть? - С какой это стати. Мне Света больше нравится. - Нихера, вот смотри, например лежишь ты на пляже. И я такой, спускаюсь с моста и кричу "СветаАА!". Сколько свет на меня посмотрит? Прально, сто тыщ, иль там двадцать. А крикну я "ШанарААА!", ты сразу поймёшь что это тебя. А все остальные, о бля, чё за хуйня? Где нахуй? Кто такая? Реклама опять же. - Ладно, зови как хочешь. - Ты слушай, не перебивай. -Шайнара ты моя, Шайнара От того что с "горпарка" я чтоли Или просто такая пора Захотелось нажраццо да боли - А что такое "горпарка"? - Свет, что мне в тебе больше всего нравится, так это умение слушать. Это район такой, живу я там. - Ааа! - Хуй на! Слушай давай: -Завалиться на хату к тибе Прищемить тебе бОшку диваном И дубиною дать по манде Покормить опосля тараканом. - Ну, пиздец тебе. - Спокойно! Договорились же без рук. Поэта каждый может обидеть,- а сам делаю шаг назад, к низкому старту готовлюсь. В мясорубку засунуть твой нос Крутануть пару раз и оставить На жывот вылить деццкий панос А потом его скушать заставить. - Ты, как всегда в своем репертуаре. - Да ладно, чё ты обижаешься? Где ты слово "Света" здесь услышала? Эт ваще про Шайнару! Дослушай до конца, а потом делай что хочешь,- говорю уже спокойно так, рассудительно. Чё она мне сделает? Ну зажмёт в углу. Чё ж я, как дурак стоять буду? Хоть титек нащупаюсь вдоволь. В пылу борьбы! - Ладно давай дальше. -И из ложки саплями поить Изодрать твои сиськи в кравищу Кислоты тебе в жопу налить Паука положить на спинищу... Шайнара ты моя, Шайнара! Может это от видика чтоли Посмотрел я шесть фильмов вчера Извращацца охота до боли. - На Есенина похоже. Оригинально! - Гинально!, - ору радостно. - Чё-чё? - Сама же сказала - ори "гинально", вот я и ору. - А чё за фильмы то были? - Да не помню уже, нам кабельное провели, как начнут часов в шесть, так до утра почти. - Ааа... - Свет, пошли поебёмся што ли? А то что-то хуй встал. Как титьки твои увижу, всегда так. - Ты что дурак? - А что тут такого? Я ей значит стихи, а она... - На работе же? - Ну и чё? Щас все свалят по домам, а мы останемся и... - Иди на хуй! - Жадина-гавядина салёный агурец, по полу валяиццо никто тибя не ебст! - Начальник же отдел закрывает. Сейчас всех выгонит по домам. - Погоди, я ща! Со всех ног бегу на первый этаж. Там туалет рядом с цехом. Цех сегодня не работает. Заебись туалет, я всегда туда срать бегаю, или на лифте. Единственный который закрывается изнутри. Возвращаюсь, довольный. - Свет, пошли. Место ништяк! - Отъебись...- говорит, а сама заинтересовалась. Все уже домой сваливают, ее зовут, Свет пошли говорят. Не я щас тут одну схему закончу, отвечает. "А читыри" блять. Схема соединений нахуй. -Карочи, жду тебя на первом этаже. Рядом с питятпервым цехом,- шепчу ей на ухо,- фсем пака! - это уже громко. Лечу вниз. Проверяю замок. Работает. Жду. Если хочет ебацца придёт. Потому что до проходной покороче дорога есть. Бля точно. Цокает по лестнице сапогами. - Заходи быстрее, а то спалят! - Да я домой! - Не пизди, бешеной собаке семь вёрст не крюк? - Ну я просто покурить. - В мужском туалете? Ну-ну. Давай быстрей. - Тут светло. Я стесняюсь... - Тут светло, а там воняет, там еще и срут иногда... - Поклянись, что никому не расскажешь. - Чтоб мне на рельсах уснуть...,- а сам плащик с нее стягиваю уже, бросил на скамейку в курилке. Завожу её в сартир, дверь оставил приоткрытой. Первый раз с ней как никак. Хоть рассмотреть, что да как! Наощупь я не люблю. Поставил раком. Юбку задрал, колготки вместе с трусами, одним движением - хуяк вниз, до колен. Хуй достал из штанов. Поводил по жопе для приличия, и сразу всадил по яйцы! Ннна!. Она ой! Я ебу. Хорошо так, размашисто. Хлюпает прикольно. Скользит заебись. - В меня не кончай. - Ага,- говорю, а сам чувствую - скоро уже. Ускорился. Светка в стенку руками упёрлась и жопой на меня наступает. Что-то стонет по своему. Мне весело и харашо! Ну ка,Ну ка, Ну ка,НУУУ-КАААА! АААА! Вынимаю... вовремя, вроде успел! Кончаю в темноту. Выхожу на свет, в раковине хуй сполоснуть. Светка следом, встала у соседней раковины. Смотрим друг на друга через зеркало. Довольная! Думаю про себя "Спасибо тебе, нахуй Есенин, вдохновил". Глаза опускаю, нечерез зеркало уже. Йопц, на сапоге у Светки смотрю Кончинка моя. - Свет, смотри чё на сапоге! - Блять! Новые совсем! - Нихуя не будет, носицца будут лет сто, ты только равномерно распредели. Она платок достала из сумки, вытирает. Я на свой хуй смотрю. Блять в кравище. - Ты чё не сказала что месячные у тебя? Я б не стартанул! - Дурак, я первый раз. - В двадцать восемь лет? Заебись. - Всё некогда было. Да и стихи ты мне первый написал.



Родственник. Вот и указатель. Какой-то обшарпанный, но еще читаемый - "Буровка 10км". Я свернул на грунтовку. Жена, которая молчала всю дорогу и смотрела прямо перед собой, закурила. Опять будет стряхивать пепел на коврики, овца. Я недовольно покосился на нее. Она почувствовала на себе взгляд, и наши глаза встретились: - Неужели так трудно было сделать фотографию? - недовольным голосом спросила она. - Времени не было... - Я тебя год просила. - В следующий раз как-нибудь... - На свои креативы у тебя всегда находится время, а то что я прошу, тебе похуй. - Ну не совсем похуй, едем же. Хотя вариантов убить эти выходные была масса. - Бессовестный... Дальше я не слышал, потому-что прибавил громкость. Несколько минут в салоне звучал только голос Чигракова: - У нее был парень гитарист и певец, о нем говорили это полный вперед. Он играл буги-вуги, пел блюз и рок-н-ролл... Он курил ана... Палец жены оборвал его на полуслове. - Подъезжаем уже. Выключи... - Интересно, как можно выключить выключенное? - В тебе вообще что-ли ничего святого нет? На этот раз я спорить не стал. А как обычно нажал на тормоз. Скажем так, не очень плавно. Хоть на проселочной дороге больно не разгонишся, но жена, которая презирает ремни безопасности, все же уткнулась руками в панель. Ученая блять. - Ты что охуел? - Суслик, - спокойно ответил я, и резко рванул с места. Жена вжалась в кресло, мягкий подголовник привычно отвесил ей подзатыльник. - Где? - Показалось... Я остановил машину у старого сельского кладбища. Жена взяла с заднего сидения глупые цветы из пластика и пакет. - Ты идешь? - Я лучше здесь подожду. Она уверенно зашагала между могил... Через полчаса зареванная жена хлопнула дверцей, спугнув приобнявшую меня дрему. Всхлипывая она опять достала сигарету. - Почему ты опять не пошел? - Это твой... - я запнулся, - твой отец. - Ну и что? - Да я и не знал его вообще. Да и не люблю я эти мероприятия. По щекам жены текли слезы. Она казалась какой-то беззащитной, и я обнял ее. Точно так же, как несколько лет назад... *********** Мы лежали в постели. Ее голова у меня на плече. - Лен, тебе хорошо со мной? - Очень, милый... - Но ты же видишь, что что-то не так. - Мне правда очень хорошо с тобой. - Но... - Мне достаточно того, что ты со мной рядом. Ты такой нежный, такой ласковый. - Может я что-то не правильно делаю? Ты только скажи... - Все так... Тридцать процентов женщин, вообще не испытывают оргазм. - Я не хочу, чтобы в их числе была моя жена. Она всхлипнула и я ощутил, как ее слезы капают мне на грудь. - Врач говорил, что после рождения ребенка все наладится само-собой. - Лен, перестань. Успокойся, - я сильнее обнял ее. - Я даже не знаю, что это такое... Я не настоящая... Я никогда... Никогда... Она рыдала. Горько и безутешно. Моя милая, дорогая, молодая жена. Лена, Леночка, Алёнушка... Красивая, но фригидная холодная женщина. Ошибка санитара-дефлоратора... Сука, кто же тот педораз? Убил бы мразь... - Лен, а как у тебя было в первый раз? - Было очень больно... - Необузданный деревенский друг? - Нет... отец. - Отчим? Убью суку. - Нет. Родной отец... - Я тогда на каникулы к нему приехала. После второго класса... Я очень любила его, и скучала. А он напился и лег со мной. Говорил, что это будет нашей маленькой тайной. Заставлял трогать ему член, и целовать. Потом снял с меня трусы и начал водить там пальцем. Говорил, что это очень приятно. А мне было страшно. Потом он забрался на меня и с силой вошел... - Ты рассказала матери? - Я боялась, что если расскажу, она меня больше не пустит к отцу. - Блять какой это отец? Ёбаный педофил. Урод убогий, сука! Насиловать свою дочь! - Я очень любила его... Он хороший, только пил много. - Педораз блять! - я с силой ударил кулаком в стену. В руке что-то хруснуло... События той ночи пронеслись у меня перед глазами. Травмпункт. Гипс. Бессилие и злоба. И невозможность что-то поменять. После рождения сына, чуда не произошло. Она так и осталась холодной... *********** - Ну что, поедем домой? - сказала жена. Вроде успокоилась. Я завел мотор и развернулся. - Подожди, я сейчас. Я вышел из машины и направился в сторону кладбища. Могилу нашел сразу. Принесенные женой искусственные цветы, служили маяком. Деревянный крест с табличкой "Малов Николай" и цифры... - Ну здравствуй, педофил. Здравствуй, педораз. Будем знакомы? Я расстегнул ширинку и достал хуй... Я ссал на могилу, ссал на глупые цветы из пластика, ссал на прошлое, которое, увы, не мог изменить. Скрипел зубами от злости и ссал на могилу больного алкоголика, ебавшего каждое лето собственную дочь. Затем расстегнул ремень и спустил джинсы... Присел... Потом передумал, встал и застегнулся: - Ладно, блять. Срать не буду, живи сцуко. Хоть сосать её по-человечески научил. Сосёт она действительно великолепно.





Три желания. Часть Пять и три четверти. фтыкать после "Одуванчиков" Как-то погуляли мы, пообедали и наступил тихий час. Ну мы с Олегом на раскладушках лежим и шепчемся потихоньку. С открытыми глазами между прочим. С закрытыми неинтересно. Кто нибудь подойдет, типа воспитательницы, и тайну нашу узнает. Да и уснуть можно так запросто. А мы же большие уже... ГалинВикторовна зашла к нам и напомнила, что название "тихий час" происходит от слова "тихо". И что тот кто не согласен с такой постановкой вопроса, может часок постоять в уголке. Но все равно молча. И уже только она собралась куда-то отправицца по делам, тут хоп! Раздаёцца писклявый Иринкин голос: - ГалинВикторовна! А правда, что если во сне поймать белую лошадку, она исполнит три желания? Мы с Олегом сразу такие переглянулись и удивленно стали поднимать головы с подушек. А воспитательница, видимо в деццтве только и занималась, что носилась по лугам за лошадками, подходит к Иринке и говорит: - Конечно правда, Ирочка. - Тогда я щас быстро усну и наконец-то её поймаю. - А что ты у неё попросишь? - ГалинВикторовна присела рядом с иркиной раскладушкой и поправила одеяло. Список Иринкиных желаний был готов наверное уже давно, потому что она сразу стала перечислять: - Во-первых, хочу настоящие крылья, чтобы летать как птица... - Тааак, - многозначительно протянул Олег и загнул один палец. - Во-вторых, чтобы мы с Мишкой поженились потом, - продолжала Иринка. - Ты слышал? - прошептал Олег. - Ога, - ответил я и покраснел даже немного. Я же еще не решил для себя на ком из них женюсь, на Ирке или на ГалинВикторовне. Но скромная девочка, своим вторым желанием, отбирала напрочь надежду на щастливую семейную жизнь у своей воспитательницы. И на белое платье с фатой тоже. Перед тем как огласить свое последнее желание, Иринка заметно стала стесняцца. И даже покрутила головой в нашу сторону. Наконец она произнесла, довольно тихо: - И чтобы у меня никогда не было козюлек! - Ты посмотри на нее! - воскликнул Олег, и свесил голову с раскладушки. - Непонятное желание какое-то, - согласился я с другом. Олег хотел что-то сказать, но опустил голову и замолчал. Как будто прислушивался к чему-то. Потом поводил носом и задвинул свои сандалеки подальше под раскладушку: - Значит какашки ей не мешают жить, а козюльки значит мешают? - Правильно, - ответил я, - они же в голове находяцца. - По-моему... - начал было Олег, но воспитательница строго посмотрела на нас, и у Олега начисто пропала потребность в обсуждении особенностей Иринкиного организма. Строго погрозив напоследок нам пальтцем, и сказав про милые сновидения, ГалинВикторовна вышла и потихоньку закрыла за собой дверь. Мы выждали паузу, потому что разок уже попались на такую уловку, и ждали когда дверь откроецца снова... Она открылась через минуту. Голова воспитательницы посмотрела на нас и исчезла. Олег приподнялся и сел: - Ну и что будем делать теперь? - спросил друг. - А чо? - искренне удивился я. - Да как "чо"? - Олег хлопнул себя по коленке, - вот щас поймает она лошадь и всё! Через некоторое время женишься на крылатом чудище без козюлек... Я попытался представить Иринку с крыльями и зажмурил глаза. Увиденное мне очень понравилось. Иринка в костюме снежинки на новый год. Маленькая девочка в юбочке из белых кружавчиков. И такие же воздушные крылышки сзади. Вспорхнув ими, Иринка улетела, а вместо нее я увидел друга: - Ну и как? - Олег укоризненно посмотрел на меня, - представил? - Ога, - ответил я тихо, - красиво! - Чево-чево? - начал возмущацца Олег. - Идут ей крылья, - так же тихо ответил я. - Ну ты даешь! Я тебя не узнаю! Хочешь за ней с веником ходить? Пух подметать что-ли по всей квартире? - Дурак ты, Олег! Пух у козы... Олег поводил ладошкой по подушке, что-то нащупал и вытащил перышко: - А это тоже из козы? - друг протянул руку, - Вот это ты будешь собирать каждый день. Пух с крыльев сыпацца будет. - Ну может не будет, - предположил я. - Не сыпеццо только у самолёта, - категорично отрезал Олег. Я опять зажмурился. Маленькой девочке совсем не шли крылья истребителя. Даже с большими красными звездами не шли... Олег хлопнул меня по плечу. - Ты идешь? - спросил меня друг. - Куда? - Куда-куда! Лошадку прогонять! - Олег пытался достать из под раскладушки свои многострадальные сандалеки. - Может не надо? - Эх, ты! Я смотрел как мой друг застегивает пряжки на сандаликах и ощутил недобрые предчувствия. А Олег встал, еще раз на меня посмотрел и сказал: - Сам погибай, а товарища выручай. И мне стало стыдно: - Олег, подожди! Я с тобой... ... Иринка видимо вплотную приблизилась к белой лошадке, потому что улыбалась во сне. Мы вплотную подошли к постели Иринки. Из нас двоих улыбался только Олег: - Сейчас-сейчас, - приговаривал Олег, - поймаешь ты лошадку, ога! - Как же она с козюльками всю жизнь-то мучацца будет? - все-таки переживал я за Иринку. - Все живут и ничего, а она... - Олег шмыгнул носом, - подумаешь, принцесса! Мы взялись за раскладушку обеими руками и по команде стали ее приподнимать. - Хороший должен поучиццо "самосвал", - заметил Олег. - Ога, Ирка лехкая, - ответил я. - Гыыыы! Как пух! - начал смеяцца Олег. - Гыыыы! - вторил я. Самосвал не получился. Внезапно открывшаяся дверь, заставила нас вздрогнуть. Иринка тоже вздрогнула. Потому что раскладушка сначала грохнулась на пол. Чо мы дураки её держать что-ли? А потом с грохотом сложилась. Ну как сложилась? Ножка одна подогнулась и все... ******* Мы стояли и слушали как за окном звенят трамваи. Из углов слушали, разумеецца... А потом ГалинВикторовна подошла и спросила, будем мы ещо или нет. Мы конечно переглянулись с Олегом сначала и сказали, что не будем. И нас простили. - А я знаю почему мы так мало в углу стояли, - шепнул я Олегу, глядя на отъезжающий от остановки трамвай. - Почему? - А ты заметил, как ГалинВикторовна неожиданно появилась? - Ога, точно! - Олег почесал голову, - Откуда узнала, как ты думаешь? - Мне кажецца, она сама хотела Ирку разбудить! Ну чтобы она не поймала ту лошадь. Почему это одним всё, а другим ничего! - Гыыыы, точно!- рассмеялся Олег. А ГалинВикторовна, как раз в это время, отчитывала за какую-то ерунду знаете кого? Правельно! Ирку! А та стояла и виновато кивала головой. А Олег многозначительно улыбнулся и сказал: - Соперницы, хуле... З.Ы. Агромный респект Машеньке Островской за помощь при напесании этого крео.
MGmike эМГэМайк. Когда трамваи ходили по Чапаева. Компот. Начало искать [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] Сидим опять с Олегом за верандой. Довольные такие. Смиёмссо. Хоть и некрасивую письку видели, зато настоящую. Живую. И воспоминания о первой в нашей жизни пизде приятно согревали душу. И почему-то приятно щекотало внизу живота. У меня по крайней мере. Олег-то по этому поводу не высказывалссо, а больше тупо ржал. И приговаривал: "ништяк", "пизда", и еще "подлинная пизда". Ну Олег уже очистил свой сандалег, успокоилссо немного, рукавом вытерссо и говорит: - А вот преццтавь, когда она вырастет, какая она станет? - Кто такие она и она? - пытаюсь понять смысл его слов. - Ну девка эта... и пизда ее. - Девка будет жырная, - немного подумав, отвечаю. - А пизда? И тут я вообще задумалссо. Потому что тогда, по одному увиденному экземпляру, трудно было судить о всемирной популяции пёзд и как они эволюционируют в процессе развития. Правда я другими словами тогда подумал. Типо, "а я откуда знаю?", а в слух сказал: - Тоже жирная, - моя уверенность и категоричность не давали девке никаких шансоф, на похудение пизды по крайней мере. - Гы-гы-гы, - засмиялссо Олег. - Точно, - поддакнул я, хотя особого различия между худой и упитанной пиздой тогда не видел. Мы замолчали. Смотрим перед собой. Вдруг Олег как подпрыгнет: - Слушай, а вот бы у ГалинВикторовны, - он перешел на шепот, - письку увидеть. - Ога, - отвечаю я, - хорошо бы. - А помнишь, как мы трусы у ней увидели? - Когда белые что-ли? - уточнил я цветовой оттенок, потому что мы два раза видели. - Нет, когда под лестницей стояли. - Помню конешна. Розовые... Мы опять задумались. Олег опять первый не вытерпел: - А ГалинВикторовна сцыт... Должна... Нисамненна должна. - Конешно сцыт, все люди сцут. - А где она в садеге сцыт? - Где-где, у тибя на бараде, - передразнил я, - в туалете канешна. Где ж еще? - Чо то я ниразу не видел, - сказал Олег потирая подбородок, - Ниразу ваще... - Потому што она с нянечкой сцыт. Одна сцыт, другая на шухере стоит. А один раз с Иринкой даже. Потому што нянечка не хотела наверное в тот рас. - Да ну! - Вот тебе и "дану". Ирка сама рассказывала. - И чо, Ирка видела что-ли? - Чо она могла видеть? - Ну письку! - Ты чо! Она же у двери, на карауле стояла. Я ей говорю, Ир, дай пройду, а она, туда нельзя, туда нельзя... А потом когда ГалинВикторовна вышла, говорит, вот теперь иди... А я уже расхотел и не пашол. Олег недоверчиво посмотрел на меня, потом как закричит: - Я знаю!!! - Нуко? - В тихий час она сцыт. Точно говорю. Одна сцыт. Нянечка после обеда уходит. Точно уходит. Не будет же она Ирку будить! Ира вставай, пошли сцать, штоле? - А ведь правда! - Я тебе точно говорю! Давай севодня не уснем. Как только она туда пойдет, мы потихонечку за ней... И увидим! - А если она не захочет? - Чтобы мы увидели? - Гы-гы-гы... Пасцать не захочет... Олег тупо уставилссо на меня. - Как это не захочет? - более растерянного летса я никогда не видел. - Ну ты что, всегда хочешь штоле? - Блин... Точно... Плохо... - Ога, - и тут я вспомнил, меня прямо осенило, - Олег, я знаю что надо. - Что, Мишк? - Мы ей в обед "третье" свое отдадим! Она выпьет, и точно захочет! - Ну ты молодец!!! - Олег хлопнул в ладоши, а потом меня по спине, - отличный план! *********** На обед был рассольнег. И мы с Олегом всем своим соседям за столом рассказали, что перловка это девчачьи письки. Только очень маленькие. Потому што мы видели. И потому што похоже. Когда нам дали второе, мы уже ничего не говорили. Потому што рисовая молочная каша ни на что не была похожа. Да и второе замечание от ГалинВикторовны нам было ни к чему. А на третье был компот... Наш любимый с Олегом компот. С яблоками. Не какой нибудь там тягучий кисель. И уж совсем не кипяченое противное молоко... После вязкой и очень неприятной каши, от которой во рту было не очень комфортно, хотелось осушить стакан залпом, в три-четыре больших глотка, потом пальцем достать вареною дольку яблока и отправить ее следом. Но у нас с Олегом был план. И я с жалостью смотрел на свой стакан, который нужно было отдать... А Олег на свой... - Мишк, - зашептал Олег через весь стол, - а, Мишк? - Что? - так же тихо ответил я другу, который смотрел на меня просящими глазами. - Я прямо капельку! Одну! - в его взгляде сквозила мольба. Я покачал головой отрицательно. - Ну я немножко! - продолжал умолять друг. - Нельзя, Олег, - я сделал строгое летсо. - Я чуть-чуть и все, - сказал он и поднес стакан ко рту. Олег макнул губы в компот, облизнулссо. Потом, не сводя с меня глаз, сделал маленький глоточек. Мне кажется даже, что в тот миг я увидел, как компот течет из головы друга через шею и прямиком в его пузо. А потом Олег просто виновато отвел глаза в сторону, запрокинул стакан и выдул его полностью. Затем он выудил вареный сухофрукт и громко с каким-то противным "хлююююп" сожрал его. Я с тоской наблюдал, как опустел его стакан, неумолимо отдаляя меня от пизды. Громко крикнув "спасибо" и все так же пряча свои глаза, Олег встал из-за стола. И опустив голову побрел. А я даже не посмотрел ему вслед... А просто встал и отвесил ему поджопнег. Деццким сандалегом совеццкого производства... Прямо вот этим гатичным убийственным ребром и отвесил... С пыра... По Олеговой тощей жеппе... *********** На этот раз соседний угол пустовал. А я стоял опять в том, из которого ничего не видно. За окном прогромыхал трамвай. Как я не вытягивал шею, ничего увидеть не мог. Олег за моей спиной подошел к окну и облокотился на подоконнег. Он шмыгнул носом, зачем-то кашлянул и тихо сказал: - Пятнадцатый, Миш... © MGmike эМГэМайк mgmike(кампот)udaff.com <--- Спамир
MGmike эМГэМайк. Когда трамваи ходили по Чапаева. Каг я Олега песать учил. Когда-то давным-давно по улице Чапаева ходили трамваи. Я был совсем юный. Посещал деццкае дашкольное учреждение именуемое садег. Там со мной случались беспесды важные сабытия и зачотные истории. Надо сказать, мне там очинь нравилось находиццо, тоисть канцертов па поводу "нихачу я мама в этот ибучий садег" никогда не закатывал. Причин было многа. Первая причина это мой друк Олег. Фтарая - девачка Иринка, каторая мне нравилась почему-то даже больше чем Олег. Третья - васпитательница ГалинВиктаравна, каторую я любил больше их вместе взятых. И даже хотел на ней потом жыниццо. Сидим как-то с Олегом за вирандой. Это у нас там место тайное было. Ну там чтобы секрет какой рассказать. Или слово какое нецензурное шепотом произнести. Потому как в группе за подобные высказывания можно было лехко загреметь в угол. И часок другой полюбоваццо казюлькаме, оставленными предыдущими любителями русской словеснасти. Цензура была яибу. - Слушай, а вот ты когда вырастешь, кем будешь? - Я матросом, - ответил Олег, палочкой очищая свой сандалег. - Нее, матросом фигова, солдатом лучше, - возразил я. - Солдаты в бисказырках не ходят, - многозначительно сказал Олег, выбрасывая палочку подальше, - у них пелотки. - Ну и чо, зато там звизда есть. А я наверно солдатом буду. Жалко что дружба наша на этом закончиццо. - Почему это? - Ну ты же на корабле будешь, а я в окопе, - я шмыгннул носом. - Может это, вместе пойдём? На корабль, - Олег с надеждой посмотрел на меня. Я немного подумал: - Нет, на корабль не пойду. Там знаешь какие бывают бури. Улетит твоя бисказырка в дальние страны. - Ты чо совсем что-ли? Ленточки для чего? - Пелотка всё равно лучше. - А мне зато якорь нравиццо больше чем звизда. А знаешь почему? - Олег зашептал мне на ухо, - потомушто звизда - пизда. - Дурак, разве можно так на звизду говорить? Звизду Ленин придумал. - А пизду тогда кто? Гитлер штоле? - Гы-гы-гы. Точно! Гитлер наверно. Сидим молчим. Олег толкает меня в плечо: - Мишк, а как пишеццо "пизда"? - А тебе зачем, ты всё равно читать не умеешь. - Ты мне покажи какие там буквы просто. Я во дворе мальчишкам нарисую. Рисовать то я могу. - А чо ты сам ненаучишься четать и песать? - я с превосходством посмотрел на друга. - Лень чтото. В школе через год всё равно научат. Я тяжело вздохнул, друк как-никак просит. - Ну ладна. Ты куда палочку дел? - Выкинул. - А чем я тебе буду песать, - я перешел на шепот, - хуем штоле? - Хи-хи-хи, хуем, - тоже зашептал Олег, - Щас другую найду. Олег встал, посмотрел по сторонам, и отломив веточку от куста протянул мне. - Эта пойдет? - Должна вроде бы, - я встал и сандалеком разровнял песок. Олег присел на корточки рядом. Сделав умное летсо, и усердно помогая себе языком я начал песать. Большими печатныме букваме. Палочкой на песке. Гатичное слово "П N З Д А"! - Вот запоминай, - я отошел немного в сторонку и залюбовалссо собственным произведением. - Ух ты, молодец, - Олег с лёгкой завистью посмотрел на меня, - и это и есть та самая пизда? - Ога, вот так она и пишеццо. - Вот интересно, буквы как буквы. Обычные вроде. И тут хоп, пизда. Дай ка мне палку, я щас свою нарисую. Олег старательно рядом с моей пиздой вывел свою. Хоть он и очень старалссо, моя пизда была куда красивее. А у него какая-то неровная и перекошенная получилась. - Олег, ну не так. - я забрал у него палочку, - вот эту букву, как домег которая, надо песать ровнее. Вскоре к двум пёздам добавилась третья. Потом четвертая. И вскоре всё пространство за верандай было исписано пёздами. Мы стояли и гордо смотрели на пёзды. Хлопали друк-друга па спине и смиялись. - Ну вот, я тебя и научил песать. - Да, - радасна ответил Олег, - Последняя ваще харошая палучилась. - Ога, ровная. Жалко только что стирать придёццо. - А зачем? - Ты чо!!! Это же мат... - Ну пусть еще немножко побудут, а потом сотрём... Тихо, Ирка идёт. Мы сделале, каждый по своему, непринужденное летсо. Я стал насвистывать и водить по небу глозаме, а Олег просто нахмурил брове. За веранду зашла Иринка. - Ой, мальчеги, а я вас ищу, - радасна сказала она. - Паищи нас лучше на горке пока, - зло ответил Олег. - Олег ну чо ты? - я дернул его за рукав, и тихо, чтобы Ирка не слышала, добавил, - чо ты всегда на ние арёш? - Дифчонка, - так же тихо ответил мой друк, - нидавиряю я ей. - Миш, Олег... Ой, а что это у вас тут? - Иринка пыталась заглянуть за наши спины, но мы, взявшись за руки, как доблестные стражнеги ее не пускале. Иринка смешно вставала на цыпочки, но так и не смогла увидеть наши тайные натпеси. Махнув на нас рукой, и почему-то назвав нас на прощание дурачкаме, причом нафик, весело убежала. Прямо так и сказала: "Дурачки нафик!" - Сама дура, - сказал Олег сжав кулаки. - Ирка, - мечтательно произнес я. - Вот иди и цылуйссо с ней. - Чо это? - А ничо. Ябеда она. - Неее, - протянул я, - Ирка красивая. - Кстати, Ирка твоя тоже пизда. И тут такое зло меня взяло. - А ты знаешь кто? - я уставилссо на ниво. Я даже хотел сказать что он сам хуй, но промолчал, друк всё таке. А с хуем что-то дружить совсем не хотелось. Вместо этого я сказал: - Иди стирай свои пизды. А то щас спалят. - А ты свои... И только мы радасна стали пылить сандалегаме, как к нам низаметно подкралась настоящая пизда. Переодетая по случаю в ГалинВикторовну. - Вы что это тут делаете? - раздалссо за спиной голос воспитательницы. Мы резко повернулись и опять встали плечом к плечу. Мы даже вставале на цыпочки, как нидавно Ирка, а Олег даже подпрыгнул два раза. Но как мы не старались, разница в росте и возрасте между Иркой и ГалинВикторовной сказалась почему то не в нашу пользу. - Так, - строго сказала воспитательница и почему-то смотрела на меня, хотя прочитала скорее всего Олегову нировную пизду, - чьи это тут художества? Мы стояле, низко апустив головы. А ГалинВикторовна, молча, своими туфляме, уничтожила оставшиеся пизды, взяла нас за руки и отвела в группу. Там, как регулирофщег, указала на противоположные углы. Мы понуро отправились каждый в свой. Олегу как всегда повезло. Из его угла было видно окно. Ну это если не строго в угол фтыкать. А я хоть и у окна стоял , как не пытался, ничего не видел. Только слышал. За окном прогромыхал трамвай: - Первый или пятнадцатый? - спросил я Олега. Тот скосил глаза и пожал плечами: - Низнай. Красный какой-то. - Ну одна или две цифры? - кого я спрашиваю, он только сегодня научилссо пизду песать, а я с цыфраме еще лезу. - Да ну тебя... - Граждане наказанные! Разговорчеги в углах прекратили! - воспитательница строго взглянула на нас. В этот самый момент мне чтото не хотелось на ней жыниццо совсем. Ни сейчас, ни патом. Если родители забирут нас домой из углов, завтра большую часть времени проведем стоя. С ремнем шутки плохи. - Ну так кто же из вас напесал? - воспитательница в который раз задала вопрос, на который мы молчале каг рыбы. - Это не я, - первый не вытерпел Олег, - я и песать то не умею. - Олежка свободен. - Предатель, - прошипел я. - ГалинВикторовна, Мишка тоже не песал, - друк подошел к ней и посмотрел прямо ей в глаза. - А кто же тогда? - Это не мы... Это знаете кто? - Олег перешел на заговорщецкий тон, - это Гитлер. - Какой еще Гитлер? - Ну фошыст самый главный... Воспитательница засмиялась: - Ладно, свободны оба. Мысль о жынитьбе постепенно стала возвращаццо обратно в мою голову. - Но надеюсь, самый главный фошыст больше так не будет? Мы сиделе на лавке и болтале ногаме. - Олег, знаешь почему нас простиле? - Почему? - Я тебя ниправельно научил. Не так "П N З Д А" пишеццо. - А как жы? - Ну я всегда эту букву путаю, вот смотри как правельно. А которую я раньше песал, это ваще немецкая буква. Буква "N", "НЭ" по-нашему. mgmike(N)udaff.com <--- Спамир, хуже фошыста блять! Это сообщение отредактировал MGmike - 26.04.2007 - 19:48


[[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]]

Пипшоу. Начало искать тут [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] Что-то задержался я один раз в садег, после завтрака меня привели. Потому что куда-то водили меня по делам. Ну поздоровался с воспитательницей, маме помахал ручкой и бегом к своим. А все дети во дворе уже гуляют. Я смотрю такой, не понял, где Олег-то? Даже на горку залез, чтобы повыше. Нет нигде. И стою я значит на горке. Иринка ко мне подбегает: - Миш, здравствуй, - говорит, а сама ко мне на верх лезет, радостная такая. - Ааа, Иринка, привет! - ну тоже я обрадовалссо конечно. - Я думала ты не придешь сегодня. - Дела, Ир, - важно ответил я и еще летсо такое гордое сделал. Почему-то мне тогда казалось, если человек выпячивает нижнюю губу и перестает шмыгать носом, то это гордо песдец как. А Иринка представляете дура какая, берет и в щеку меня цылует. Ну ладно там за верандой, на горке-то нахуя? Народ-то хоть и делает вид, что каждый занят ниибаццо, а все равно фтыкают незаметно. - Ир, ты чо? - и начинаю щеку оттирать, хотя она губнушкой принципиально не пользовалась, но мне тогда казалось, что отпечаток у меня остался на поллетса. - Ничо, - говорит, - просто захотелось. - Побежали в одно место, - шепчу ей. За веранду только забежали, Иринка опять губы трубочкой сделала. И приближаеццо. Ну я глаза зажмурил, слышу кашель какой-то странный, Иркино "ой" и топот сандалеков. По очереди открываю глаза, Олег стоит и щериццо еще. - Привет, - Олег говорит. - Дароф, - отвечаю. - Гы-гы-гы. - Чо гы-гы-гы? - Смешно мне с тебя, вот и гы. - Да ну тебя... Олег об кирпич сандалег очистил, потом подмигнул мне заговорщецки: - Я придумал, - шепчет. - Чо придумал то? - Ты чо забыл что ли? Ну как письки у девок смареть. - Ааа! - Хотя я смарю тебе уже и нинада. - Чо это нинада? - я такой напрягссо весь. - Ну ты ж с Иркой цылуешссо. Она тебе и так пакажыт. - Да пашол ты... - Эх ты, друг ещо называеццо... Отвернулссо гад такой, коленки опхватил руками и сидит. Обидился наверное. Ну молчим сидим. Я его локтем так толкаю в бок и говорю: - Олег, ну чо ты? - Аццтань. - Расскажи. - Пра чо? - Ну пра письки. Он усмехнулссо так хитро и что-то думает про себя. Ну я тоже задумалссо, что он там мог придумать-то? Сижу рассуждаю, как же девчачьих писек насмотреццо вдоволь. И какие то мне фантастические ситуации рисуюццо. Как будто доверило Министерство здравоохранения именно нам с Олегом делать прививки всем девчонкам. И мы, посовещавшись недолго, постановили, что их нужно делать аккурат в жеппу. И Олег значит шприцы фтыкает, а я на письки просто смотрю. И я уже хотел с ним поделиццо, как было бы здорово, если б такое вот случилось, как он не вытерпел и говорит: - Ладно, слушай. - Ога, давай. - Карочи, забегаем в туалет, и вот так встаем, пальцем паказываем, сморим и смиёмссо, - при этом он вскочил, и даже показал, как правильно нужно смияццо и как палец держать. Я такой ахуел нимнога от этого гениально простого плана, тупо на него фтыкаю и глазами хлопаю. Я тогда не знал слова "креативность" и алгебру тоже не знал. Но Олежкина креативность, сцуко нагло стремилась к валявшейся на левом боку восьмерке. А рядом с восьмёркой уныло находилссо еще и знак минус. - Олег, ты чо, совсем дурак? - Чем тебе не нравиццо? - друг насупилссо, и мне что-то представилось, как наверно ему обидно сейчас, может он этот план всю ночь думал. - Нас же спалят. Причем сразу. - За то письки увидим. - Ога, тебе опять достанеццо угол из которого окно видно... - Ну хочешь ты в него встанешь? Ты пойми, зато письки увидим! - Не нравиццо мне что-то... Гавно твой план вообщем. Тут Олег встрепенулссо, и как выпалит: - А вот если бы у нас была шапко-нивидимко! - И чо тогда? - Нас же никто не видит! Встали бы у стенки, и стояли бы себе смотреле. - Только вот нет у нас шапок таких... - Да... Жалко... И меня как будто осенило! Кричу: - Придумал!!! - Ты чо арёшь-то? - Олег недовольно на меня посмотрел, - хочешь чтобы нас обнаружили здесь? - Блин, - зашептал я, - помнишь, у нас в группе коробка стоит большая? - Ну стоит. - Мы ее незаметно поставим в туалете, сами туда заберёмссо и через дырочку будем смареть. Нас же не видно будет! Олег с завистью на меня посмотрел, хлопнул меня по плечу, поднялся и сказал: - Ништяк план, пошли быстрее... Надо успеть пока все гуляют. Как мы намучались с этой коробкой! С содержимым мы быстро разобрались, тупо вывалив на пол какие-то плакаты свернутые в трубочки и прочую наглядную агитацию. Но коробку надо было еще доставить в туалет. Да и амбразуру в толстом картоне пальцем проковырять не удавалось никак. Олег тут же нашелссо и у какого то иблана выменял ржавый гвоздь на пару гильз от мелкашки. С гвоздем дело у нас пошло быстрее. - Ну что, потащиле? - спросил меня Олег, когда в коробке зияло две приличных дыры. - Нет, ты иди отвлекай ГалинВикторовну, а я как нибудь сам. - Хорошо, - шепотом сказал Олег и отправилссо показывать воспитательнице какой-то аццкий матросский танец, по-моему "яблочко". Танцор из него был очень хуёвый, но он это очень умело компенсировал широкой улыбкой и громкими хлопками в ладоши. Я понял, что времени у меня маловато, потому что долго на эти пляски смотреть было невыносимо. Осмотревшись по сторонам, я начал свой трудный путь. Грузчик из меня был такой же, как и из Олега танцор. Но мысль о письках добавляла мне уверенности, ловкости и силы. С горем пополам я дотащил коробку до туалета и приоткрыл дверь. - Миш, ты зачем ее сюда тащишь? - спросила меня, хуй знает откуда появившаяся Иринка. - ГалинВикторовна сказала выкинуть, - не совсем сразу нашелссо я, - отойди не мешай. Иринка посторонилась и с любопытством смотрела, как я водрузил коробку напротив девчачьих отхожих мест: - А че же ты ее на мусорку не оттащил? - Куда сказали туда и оттащил. - Ну-ну, - только и сказала Ирка и тут же умчала. Олег всё еще танцевал, хотя на него уже никто и не смотрел. Я высоко оценил его самозабвенную самоотдачу общему делу и стал делать ему секретные знаки. Типо скрещивал руки буквой "Х", махал ими пофсячески, потому что шоу было песдец какое низачотное. Наконец он устал, а заодно и заметил, как я семафорил. - Готово? - спросил подбежавший ко мне начинающий танцор. - Ога, тихо только... *************** Мы сидели в коробке и ждали когда же нам начнут показывать письки. Но что-то никто в туалет не хотел. И мы стали волноваццо и даже немного переживать. Смотрели каждый в свою дырочку, но шоу почему-то не начиналось. Мы начали уже было шептаццо, как дверь приоткрылась. - Тихо, - прошептал я, - смари внимательно. - Ога, - тихо ответил Олег, - сейчас будет пизда. Пизду нам всё таки показали, одну на двоих. Правда обладательница пизды в наших хитпарадах самых красивых девчонок группы была на самом последнем месте. Была сцуко толстой и очкастой. Не пизда... Девочка... Но это была наша первая с Олегом пизда. Мы на нее смотрели и любовались бы долго, но Олег зачем-то вспомнил свой первоначальный план просмотра девчачьих пизд. То ли пизда на него так подействовала, то ли от избытка переполнявших его чувств, он с шумом распахнул крышку каробки, встал во весь рост, выставил вперед палец и радасна засмийалссо. Почему-то я поступил также. Друг же все таки. Потом мы опять спрятались и стали ждать следующую пизду... *************** Пизда не пришла. Пришел пиздец. Как две капли воды похожий на ГалинВикторовну. Пиздец нас извлек из посылки и отправил изучать перпендикулярность стен в местах соединения. Хотя мы очень стойко держались своей версии, что сексуальной подоплеки в нашем беспесды неоднозначном поступке нет, и что мы аццкие мастера спорта по игре в прятки, нам почему-то не поверили. ...Мне опять не повезло, хотя Олег и обещал... За окном прогромыхал трамвай. Я вопросительно глянул на друга. Он показал один палец. Значит первый номер... Первый номер ходил на Волгу. На вокзал ходил номер 15. Каг йа за деньги ибалссо или хозращот в действии. Начало фтыкать [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] Нашел - не радуйссо, потерял - не плачь. Что-то эта пословица мне на ум пришла недавно, а чо, глубокий философский смысл таит в себе русский фольклёр. Ну это так типо, преамбула штоле. Короче, нашел я на днях пиццот российских рублей. Только не надо думать, что я как ниибацца следопыт, хожу и черчу по асфальту носом, в поисках потерянных денег. Случайно нашел. Пошел с цобакой поиграццо, куртку свою любимую надел, ну и команды различные отдаю. Сидеть там, лежать, беги или стой блять. А он хитрый пёс, за послушание ништякоф требует, и на карманы мои косиццо. Я руку туда хуякс, бумажко лежыт. Обана! Пиццот! Я естественно сильно не стал радоваццо, хотя когда обнаружил нехватку этих денег, кажеццо грустил немного. Точно не помню уже. Ну и стал я придумывать, куда сей клад определить. Поскольку денежка числилась в пропавших без вести с осени, тоесть была как-будто бы проёбана, решил я реально ее праибать. А тут и жена пришла с работы. А я как раз еды наготовил вкусной. Ну за ужином я ей и намекнул, что платежеспособен ниибаццо. И в подтверждение своих чесных слов, банкнотой возле ейного носа поводил: - Ленк, что там у нас за пиццот? Если мне не изменяет память, это как раз радостная ебля орально-генитального характера. - Ну вроде так. - Значит у меня сейчас в руках пропуск для моего друга в две твои дырки? - Ага. - В качестве бонуса требую включить в список предоставляемых услуг, весёлое троганье сисек и других выступающих мест, типо жеппы. Она со стола прибрала, что-то там в голове посчитала. Я конечно не телепат, но весь ход ее мысли мне был весьма понятен. Типо, я неибалссо давно, сексуально голодный мущщино и всё такое. Разрядка наступит в скором времени, максимум минут десять уйдёт на всё. Пиццот рублей за десять минут нихуёво, как ни крути. - Ладно, но деньги вперёд. - вынесла она решение, - Щас посуду помою... - Хорошо, - отвечаю, - поссы да помой. - Гы-гы-гы, дурак. - Бу-га-га! Каламбурчег типо. И я пока курил, что-то вспомнил один пендосский фильм с Камерон Диаз в главной роли. Там один чюваг другому советовал, всегда спускать пар перед важным ниибаццо свиданием. Ну я и воспользовалссо этим почти бесплатным советом, стоимость ВХС-кассеты не всчёт типо. Достал одноглазую змею и хорошенько ее подоил. Ну в ванную зашел, хер сполоснуть, а жена уже готова к ебле за деньги. Стоит вытираеццо полотенцем и спрашивает: - Какие трусы предпочитаешь? - Ибаццо будем без трусоф! - решительно сказал я, но сцуко иротика она такая занимательная вещь! Вот взять к примеру нудистский пляж. Я хуй знает, сам не был ниразу, но видел по дибилятору. Видал ли ты там хоть одного хуя с реально вставшим хуем? Понятно, что на таком пляже чужие хуи тебе похуй, тебе даже пёзды похуй, потому как доступно ниибаццо. Вот они лежат себе на песке, я про пёзды. А все ходят и пох! Зато очень дохуя народу толпиццо у раздевалок. Потому как мне кажеццо, нудисты дрочат на одетых. Ну это я штото отвлёкссо. Короче не знаю как вас, а меня вид песды через различные выибонистые кружафчеги заводит на порядок выше, чем обыкновенная голая песда. И пошел я выбирать спецодежду для жены. Она разложила трусняки свои, ну я пальцем и ткнул в трусы нарядной расцветки. - Вот эти! - Полтинник накинешь, чулки одену. - специально тварь хочет визуальными образами сократить время ебли. - Ну нахуй, - отвечаю. Я чуткий шопесдец! - Как хочешь, - почему-то разочарованно говорит. - Не сцы, не замёрзнешь! Взял я супругу за жеппу в кружафчегах и к кроватке отвёл. Села она на краешек и с моим хуем стала играццо. Цылует его, изыком лижет и рукаме трогаит. Приятно мне от этого и хорошо. Можно было бы на этом и остановиццо, но меня стала душить жаба. Хуле, оплачен комплекс услуг? И ниибёт! Отстранил я ее, сиське ей помял ласкава, и потехонечку песду её из гипюрового плена освободил. И что-то захотелось мне вкусить сочной песды. Думаю, раз уж пошли такие договорные отношения, хоть немного финансовое благосостояние поправлю. И она как-бы не против. То есть никаких защитных реакций, типо сведения и зажимания ног не наблюдаеццо. Наоборот, распахнула форточку пошырше (а может шырее). Йоптвайу! Как же я старалссо! И не зря. Вскрикнула она тихонечко и достигла ниибацца пика своей низменной страсти. И я испытал гордость какую-то штоле, хуй нипайми какое-то чувство. Подождал немного пока оклемаеццо чуть-чуть, и начал уже её ибать. Дарагой падонаг! Хоть раз в жизни попробуй паибать свою падругу за деньги. То что ты отдаешь ей всё зарплату и ибёшь когда захочешь, это всё хуйня. А вот так незатейливо по схеме товар-деньге-товар. Бляяя! Вот где я оторвалссо! Всё о чем мечтал в самых непристойных иротических фантазиях, всё блять реализовал. Какие только она позы не принимала по моему хотению! Я её значит паибу немного, потом говорю, соси типо! Деваццо ей не куда, сосёт! Потому как оплачено. Надоест сосание, опять ибу. А время то идет, уже полчаса ибёмссо. А я спецыально, думаю о разных вещах, к ебле совершенно неотносящихся. Ну там, про тещу например, или про работу. Кстати, если на работе думать о ебле, а в процессе ебли о работе, то время быстрей бежит и незаметней. Короче наибалссо я как следует, и жену в добавок заибал. Штоб знала каким трудом деньги достаюццо! Поставил её раком и завершил почти часовой половой акт. Пошли мы покурить: - Слы, ты денежки то верни. - С какого хуя? - Я тебе што за так лезал? - А тебя никто не просил. Инициатива типо твоя и ниибёт. - Базара нет, - говорю, - штото после такой качественной ебли, совсем не хочеццо копейки считать. - Так что если еще захочешь, всегда пожалуйста. - Ты тоже, если будет желание соснуть, заходи. - Помечтай. Копи денюжки. - Бля, Лен, ты же знаешь, я ибаццо люблю больше чем работать. - Гы-гы-гы. Ну и собираеццо она значит уже сваливать, я ей нежно так: - Лен, а это что, типо наша теперь тайна будет? - Всмысле? - Ну что мы с тобой ибёмссо. - Ну вроде того. - Романтика блять... Ладно, пока. Она только за калитку, я сразу сотовый в руки и тёще звонить: - Алло, - изменнённым голосом вещаю, - это вас из турагентства биспакойут. Вы путёвку выиграли на сказочные пляжи Гренландии... - Хватит дурью то маяццо! - Хуле, продвинутая тёща, а кто определители придумал мудаг блять. - Ой мамо, а это вы? Ты чо звонишь-то? - Клоун блять. - Не, серьёзно, я по какому вопросу. Помнишь я у тебя в долг пиццот рублей брал? - Ну... - Чо ну! Доча, твоя заходила, я её попросил... она тебе передаст. mgmike(лохматоецобаконьюфаундлинд)udaff.com <--- Спамир - гандон.

Приложенные файлы

  • doc 3458745
    Размер файла: 685 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий