Актуальные проблемы судебного разбирательства (Бычков А_И_



"Актуальные проблемы судебного разбирательства"(Бычков А.И.)("Инфотропик Медиа", 2016)
Документ предоставлен КонсультантПлюсwww.consultant.ru Дата сохранения: 13.12.2016  
АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ СУДЕБНОГО РАЗБИРАТЕЛЬСТВА
А.И. БЫЧКОВ
КонсультантПлюс: примечание.
Статья А.И. Бычкова "Смешанный договор в гражданском праве РФ" включена в информационный банк согласно публикации - "Юрист", 2012, N 20.
Бычков Александр Игоревич, практикующий юрист, автор семи монографий: "Смешанный договор в гражданском праве РФ", "Использование векселя в гражданском обороте", "Заемное обязательство в гражданском обороте: проблемы правоприменения", "Банковский депозит: о рисках и преимуществах", "Инвестиции в условиях кризиса и их судебная защита", "О рисках и спорах по кредитному договору", "Квартирный вопрос. Приобретение, осуществление и защита права собственности на квартиру" - и более 600 статей по различным вопросам гражданского, трудового и финансового права.
ВСТУПИТЕЛЬНОЕ СЛОВО
Книга, которую вы держите в руках, посвящена исследованию проблематики современного российского процессуального права. Не вызывает никакого сомнения, что процессуальные нормы выступают тем механизмом, который приводит в действие материальное право в случаях, когда по тем или иным причинам в результате конфликта спорящие стороны вынуждены обращаться в суд. Происходит это довольно часто, о чем свидетельствует и высокая нагрузка наших судов.
Участники гражданского оборота в современной России постоянно обращаются в суды за защитой своих прав, нарушенных или оспариваемых интересов. Процессуальное право предоставляет им для этого достаточно богатый и обширный инструментарий, в рамках которого они могут выбрать наиболее эффективные средства своей правовой защиты. С учетом множества самых разнообразных споров, разрешение которых выпадает на долю отечественных судов, можно с полной уверенностью и без всякого преувеличения сказать, что полноценное существование материального права без права процессуального невозможно, поскольку именно к нему обращаются участники спора в случае невозможности его разрешения без обращения в суд. Это также указывает и на их доверие к судебной системе, без которого возможность отправления эффективного правосудия фактически исключается.
Огромное значение для развития современного процессуального права имеют и правовые позиции российских судов всех уровней, направленные на оптимизацию процессуальных возможностей участников гражданского процесса, облегчение им доступа к правосудию в целях получения надлежащей судебной защиты. Достаточно в связи с этим упомянуть подход, который в настоящее время поддерживается в судебной практике, о том, что в случае неясности, неопределенности существа иска суд обязан разъяснить истцу процессуальные последствия его действий, выяснить, какой иск им подан, на чем основан, предоставить время для изменения (уточнения) заявленных требований.
Без преувеличения особую значимость в этой книге имеет и та тема, затронутая автором, которая возникла в связи с появлением в современном мире, в частности на постсоветском пространстве, ряда непризнанных (частично признанных) государств, которые имеют свои органы публичной власти. Данная ситуация является неизбежной правовой реальностью, не считаться с которой становится невозможно. Возможность признания принимаемых судебными органами таких непризнанных государств судебных решений пока находится под большим вопросом и требует системного осмысления и выработки сбалансированных решений с целью защиты прав и законных интересов обычных людей, которых бывает просто незаметно среди больших геополитических игр мировых держав. В любом случае фигура простого человека должна иметь приоритетное значение, поскольку в настоящее время граждане непризнанных государств объективно лишены доступа к эффективному правосудию и смогут его получить лишь в результате согласованной воли политических элит заинтересованных стран.
Важное практическое значение для правильного разрешения споров имеет вопрос пределов судейского усмотрения, которое в целом выступает положительным фактором, позволяющим свершиться правосудию в ситуации, когда закон умалчивает относительно должного поведения. Однако для обеспечения стабильной судебной системы и правопорядка в стране судейское усмотрение, на наш взгляд, должно сводиться к правильному выбору подлежащих применению правовых норм и их толкованию для уяснения действительного смысла, но не к правотворчеству, поскольку оно не отнесено к компетенции суда.
Немаловажным нам представляется институт обязательности исполнения судебных актов как неотъемлемая часть правовой культуры общества. В этом смысле автор, опираясь на сложившуюся судебную практику, убедительно показывает в своей книге, в каких случаях участники гражданского оборота вправе рассчитывать на получение от суда различных преференций в части исполнения судебных актов (отсрочка и рассрочка исполнения, изменение порядка и способа исполнения судебного акта), а когда в их несоразмерных просьбах будет отказано, что не может рассматриваться как лишение или ограничение права на судебную защиту. Преференции с целью обеспечения справедливого баланса интересов участников спора могут предоставляться только в исключительных случаях, наличие которых необходимо доказать заинтересованной стороне.
Пожалуй, одной из немаловажных проблем, затронутых в книге, являются вопросы надлежащей компетенции российских судов общей юрисдикции и арбитражных судов, которые были одними из самых дискуссионных во все времена. Следует выразить поддержку применяемому в судебной практике подходу, согласно которому участники гражданского оборота не могут быть поставлены в ситуацию правовой неопределенности в случае, когда вопросы подведомственности и подсудности споров с их участием недостаточно урегулированы законодательством.
Большой интерес для читателей, несомненно, будут иметь приведенные автором различные юридические казусы, встречающиеся в судебной практике, анализ и обобщение которых представлены в книге. В частности, вопросы участия самого суда в судебном разбирательстве заслуживают серьезного внимания с учетом сложившихся реалий, хотя, на наш взгляд, эту проблему следует решить законодательным путем на основе принятия конкретных и непротиворечивых правовых норм. Суд является исключительно органом отправления правосудия и не должен участвовать в каких бы то ни было спорах в качестве организации, тем более что это всегда ставит под сомнение объективность любого суда, разбирающего дело с участием другого суда.
Книга будет интересна широкому кругу читателей и в первую очередь всем тем, кто сталкивается с необходимостью участвовать в судебном разбирательстве. Изложенные в ней в доступной форме основные правовые позиции судов и обобщающие выводы самого автора по различным проблемам процессуального права предоставляют возможность использовать готовые решения возникающих проблем или, как минимум, дают хорошую почву для дальнейших размышлений и поиска оптимальных вариантов.
Лемонджава Р.Р., помощник судьи
ВВЕДЕНИЕ
В современном гражданском обороте, к сожалению, не все споры, конфликты и разногласия удается разрешать без помощи суда. Переговоры, переписка, примирительные процедуры, привлечение медиаторов и иных посредников не всегда дают положительные результаты, поэтому единственным выходом в такой ситуации остается обращение в суд.
При подготовке и ведении дела в суде важно вовремя раскрывать требуемые доказательства, добиваться их истребования судом в случае невозможности представить их самостоятельно, отстаивать свою позицию, обосновывая ее вескими аргументами и подкрепляя достаточными доказательствами, возражать против доводов своих процессуальных оппонентов. Участник спора всегда должен учитывать, что в обязанности суда входит лишь обеспечение равных процессуальных возможностей для всех участвующих в деле лиц, но суд не может быть более рачительным о его правах и интересах, чем он сам.
В советское время действовал другой подход, согласно которому активная роль в судебном процессе отводилась самому суду, наделенному обширными полномочиями по выяснению всех обстоятельств дела в интересах законности. Так, еще в ст. 5 ГПК РСФСР 1922 г., утв. Постановлением ВЦИК от 10.07.1923, было установлено, что суд обязан всемерно стремиться к уяснению действительных прав и взаимоотношений тяжущихся, почему, не ограничиваясь представленными объяснениями и материалами, он должен, посредством предложенных сторонам вопросов, способствовать выяснению существенных для разрешения дела обстоятельств и подтверждению их доказательствами, оказывая обращающимся к суду трудящимся активное содействие к ограждению их прав и законных интересов, дабы юридическая неосведомленность, малограмотность и тому подобные обстоятельства не могли быть использованы им во вред. При этом суд разъясняет обращающимся к нему сторонам их процессуальные права и необходимые формальности, предупреждая о последствиях, связанных с процессуальными действиями или упущением их.
Однако такой подход к судопроизводству остался в прошлом, и в настоящее время действует принцип состязательности, в силу которого стороны судебного разбирательства должны самостоятельно отстаивать свои права и законные интересы, потому что за них никто это делать не будет. Можно легко проиграть суд даже при очень хороших шансах на победу, если неправильно повести дело и дать своему оппоненту все козыри в руки. Поэтому в любом судебном процессе себя всегда нужно вести активно, отстаивая свою позицию.
Однако активность также не должна быть чрезмерной, поскольку недобросовестное поведение в судебном разбирательстве (заявление необоснованных ходатайств, встречных исков, попытка искусственного изменения подсудности, нарушающая баланс интересов сторон, пророгационное соглашение, ущемляющее интересы одного из участников такой процессуальной сделки, и иные формы злоупотребления процессуальными правами с целью затягивая процесса) судами всегда пресекается за счет использования различных процессуальных инструментов (применение принципа эстоппель, наложение судебного штрафа, отказ в удовлетворении ходатайств, взыскание в гражданском процессе компенсации за фактическую потерю времени, отнесение на нарушителя судебных расходов по делу независимо от исхода судебного разбирательства и др.) и учитывается при принятии решений.
Современное российское процессуальное право периодически меняется за счет добавления в него новых институтов и норм, появления специализированного Суда по интеллектуальным правам в системе арбитражных судов, нового административного судопроизводства, но еще чаще и порою неожиданно меняется судебная практика его применения, которую необходимо тщательно изучать, чтобы можно было прогнозировать возможные риски и в конечном итоге успех того или иного дела.
Достаточно в связи с этим привести показательный пример с подведомственностью разрешения споров. Общеизвестно, что арбитражные суды рассматривают дела, связанные с предпринимательской и иной экономической деятельностью, между коммерсантами. На практике возможны различные ситуации, когда подведомственность определить не так легко, потому что если критерий субъектного состава сомнений не вызывает, то критерий характера спора не так очевиден и размытость процессуальных правил приводит к подаче исков не в те суды. Так, если раньше, до упразднения ВАС РФ, иски банков против заемщиков-коммерсантов и поручителей - физических лиц, владельцев компаний-заемщиков рассматривали арбитражные суды, то после его закрытия такие споры стали рассматривать исключительно суды общей юрисдикции, хотя сами нормы процессуального законодательства РФ остались прежними.
В процессе подготовки к судебному разбирательству истец должен не только сформировать доказательственную базу, выбрать компетентный суд и надлежащий способ защиты своего права, но и обеспечить свои исковые требования, поскольку без принятия обеспечительных мер он может просто не получить исполнение принятого в его пользу судебного акта, поскольку ответчик не будет дожидаться окончательного решения, а заранее выведет свои активы с целью защиты их от взыскания. Обеспечив же свои исковые требования, участник спора получает возможность провести судебное разбирательство в относительно спокойной и комфортной для себя обстановке, а в случае неисполнения принятого в его пользу судебного акта он сможет также взыскать компенсацию с проигравшей стороны за ожидание исполнения (астрент, судебная неустойка) и при наличии к тому оснований еще и компенсацию из бюджета за нарушение права на судопроизводство в разумный срок.
Важную роль для успешного ведения судебного процесса играет умение участника спора использовать имеющуюся у него доказательственную базу в своих интересах, для чего он должен пользоваться соответствующими средствами доказывания (аудио- и видеозаписи, свидетельские показания, электронные документы, экспертное заключение, пояснения специалиста и иные доказательства), которые позволят ему максимально эффективно отстаивать свою позицию по делу. В тех случаях, когда самостоятельно определенные доказательства он получить не может, например сведения о бенефициарных владельцах офшорной компании, осуществляющих в отношении оформленных на нее активов конечный контроль в силу непубличной структуры владения ее акциями и особого режима функционирования офшорной юрисдикции, необходимо оперативно заявлять суду ходатайство об их истребовании.
Участники спора для эффективной защиты своих прав должны также учитывать специфику отдельных судебных процедур, позволяющих им в ускоренном порядке получить доступ к правосудию (заочное, приказное и упрощенное производство), восстановить утраченное судебное производство, особенности приостановления и прекращения производства, условия осуществления поворота исполнения судебного акта в случае его отмены вышестоящим судом, а также порядок получения преференций от суда на случай проигрыша судебного дела (отсрочка и рассрочка исполнения судебного акта, изменение порядка и способа его исполнения).
Обсуждая с оппонентом условия заключения мирового соглашения, участник спора должен учитывать особые последствия такой процессуальной сделки, исключающие возможность дальнейшего предъявления новых или дополнительных требований, связанных с первоначальным иском, в силу уже упоминавшегося нами принципа эстоппель. Это не лишает его права специально оговорить в мировом соглашении перечень требований, которые сохраняют свою силу, либо заключить отдельное соглашение вне рамок судебного процесса и исполнительного производства, которое с учетом определенных ограничений признается допустимым в силу принципа свободы договора.
Помимо ключевых вопросов судебного разбирательства, волнующих широкую юридическую общественность в силу своей сложности и непредсказуемости направлений в развитии судебной практики, в настоящей работе также уделено внимание некоторым увлекательным проблемам, возникающим в судебной практике: выступление в судебном процессе суда в непривычном для него качестве участника спора; тайна совещания судей; обязательность ношения мантии при отправлении правосудия; попытка должников уйти от ответственности по долгам перед банком с иностранным участием по мотиву того, что его владельцы - резиденты иностранных государств, входящих в североатлантический альянс НАТО, что свидетельствует о финансировании банком враждебного блока и госизмене с его стороны; смешные юридические казусы, а также использование доктрины, судебных прецедентов, энциклопедий, словарей и справочников при разрешении споров.
Обо всех этих, а также многих других интересных практических вопросах мы расскажем нашим читателям в настоящей книге с приведением различных примеров из сложившейся в настоящее время судебной практики начиная с 90-х гг. Безусловно, в рамках одной книги рассмотреть многие актуальные процессуальные вопросы просто не представляется возможным, да мы и не ставили себе такую задачу, однако часть из них мы все же попытались осветить и надеемся, что представленные рекомендации окажутся полезными нашим читателям.
СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ
АПК РФ - Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации
ВАС РФ - Высший арбитражный суд РФ
ГК РФ - Гражданский кодекс Российской Федерации
ГПК РФ - Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации
ЖК РФ - Жилищный кодекс Российской Федерации
КАС РФ - Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации
КоАП РФ - Кодекс РФ об административных правонарушениях
СК РФ - Семейный кодекс Российской Федерации
ТК РФ - Трудовой кодекс Российской Федерации
УК РФ - Уголовный кодекс РФ
ФАС - Федеральный арбитражный суд
ФАС России - Федеральная антимонопольная служба России
ФССП России - Федеральная служба судебных приставов России
Глава I. ВЕДЕНИЕ СУДЕБНОГО ДЕЛА
§ 1. Действующие лица
Главными действующими лицами судебного процесса являются истец и ответчик. Центральной фигурой судебного процесса выступает истец (заявитель), который инициирует его начало подачей иска (заявления). Если без ответчика в деле еще можно обойтись (например, процедура установления факта, имеющего юридическое значение, восстановление прав на утраченные ценные бумаги и другие виды особого производства в гражданском процессе), то без истца (заявителя) процесс невозможен.
Перед обращением в суд истец должен понимать, обладает ли он правом на иск, т.е. имеется ли у него подлежащий судебной защите охраняемый законом интерес, поскольку в ином случае его требования будут оставлены без удовлетворения (Постановление ФАС Поволжского округа от 02.12.2008 по делу N А57-691/08-39): например, в случае оспаривания акционером сделок компании, совершенных ею в период до приобретения им данного статуса либо после приобретения статуса, который в дальнейшем был аннулирован в связи с признанием недействительным договора о покупке пакета акций (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 20.01.2016 по делу N А40-26432/12), или подачи косвенного иска к органам управления общества о возмещении причиненных последнему убытков <1>, если такой иск заявлен акционером, владеющим менее чем 1% размещенных обыкновенных акций, поскольку небольшой миноритарный пакет не предоставляет ему такого права (Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 20.07.2015 по делу N А56-24312/2014).
--------------------------------
<1> Васильева Т.А. Косвенный иск в цивилистическом процессе (сравнительно-правовое исследование). М.: Статут, 2015.
Однако по причине отсутствия права на иск не может быть отказано в иске в том случае, если владелец доли в уставном капитале компании оспаривает свое исключение из нее (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 11.03.2016 по делу N А41-83370/2014), поскольку в противном случае, учитывая характер заявленных требований, такой отказ приведет к лишению его права на судебную защиту, гарантированного ст. 46 Конституции РФ и международными правовыми актами - ст. ст. 7 - 8 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 10.12.1948, и др.
В случае приобретения пакета акций в порядке наследования или при разделе общего супружеского имущества переход права собственности на ценные бумаги сам по себе, без отражения соответствующих данных в реестре акционеров не влечет автоматического возникновения статуса акционера, поэтому до его оформления право на иск отсутствует (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 15.07.2015 по делу N А40-102887/11). Вместе с тем выяснение данного вопроса относится уже к процессу судебного разбирательства, на стадии принятия иска к рассмотрению отсутствие статуса акционера у истца не будет являться препятствием для принятия иска к рассмотрению.
При оспаривании сделок организации бенефициаром целой группы компаний, зарегистрированных в офшорных юрисдикциях, которые по цепочке владеют акциями организации, сделки которой он намеревается оспаривать, ему для подтверждения своего права на предъявление иска необходимо подтвердить владение такой корпоративной структурой и наличие полномочий действовать от имени всех компаний. К числу таких доказательств, в частности, могут быть отнесены нотариально заверенные переводы на русский язык свидетельств о регистрации компаний, трастовые декларации, отчеты и др.
Отметим при этом, что принципиальная возможность оспаривания сделок организации конечным бенефициаром подтверждена в Определении Верховного Суда РФ от 27.05.2016 N 305-ЭС15-16796, хотя ранее арбитражные суды ее отрицали, учитывая в том числе и отсутствие признания контроля со стороны конечного бенефициара от самих компаний, участвующих в цепочке владения организацией (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 30.10.2015 по делу N А40-95372/14-48-612). Теперь считается, что конечный бенефициар имеет законный интерес в сохранении активов своих компаний, поэтому он вправе оспаривать их сделки.
Можно привести и другой показательный пример: наличие материально-правового интереса, дающего право на обращение в суд с заявлением о признании гражданина безвестно отсутствующим или об объявлении его умершим, может быть не только у его родственников, заинтересованных в получении государственной финансовой поддержки и разрешении различных личных и имущественных вопросов, но и у иных лиц, например у его кредиторов, которые смогут реализовать право на судебную защиту и исполнение судебного акта за счет его имущества (Апелляционное определение Московского областного суда от 15.06.2015 по делу N 33-14111/15), работодателя, которому необходимо произвести увольнение и нанять нового сотрудника или закрыть штатную единицу (Определение Приморского краевого суда от 21.05.2014 по делу N 33-4878/2014).
В заявлении материально-правовой интерес заинтересованного лица, обратившегося с просьбой признать гражданина безвестно отсутствующим или объявить его умершим, должен быть обоснован должным образом. При этом у заявителя должна отсутствовать возможность добиться восстановления своих прав иным путем. Если, например, ему необходимо добиться прекращения начисления платы за электроэнергию и коммунальные ресурсы, то он это может сделать без инициирования рассматриваемой судебной процедуры, просто подав иск к управляющей компании о перерасчете платы (Апелляционное определение Суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 22.12.2014 по делу N 33-3180/2014).
Наличие материально-правового интереса предполагает не простую заинтересованность истца в том или ином вопросе, разрешение которого определенным образом он для себя видит принципиальным, а наличие конкретных доказательств того, что затрагиваются его права и законные интересы.
В связи с этим подлежат отклонению такие надуманные иски, как требование об отмене результатов президентских выборов и выборов в парламент РФ, об обнародовании данных о расправе над царской семьей (Определение Верховного Суда РФ от 04.12.2011 N ГКПИ11-2107), об отмене решения Священного Синода Русской Православной Церкви о причислении к лику святых Николая II и членов его семьи (Определение Верховного Суда РФ от 16.05.2003 по делу N 5-Г03-37), об отмене решения государственной комиссии о захоронении в усыпальнице Романовых останков царя Николая II и членов его семьи (Определение Верховного Суда РФ от 15.07.2003 N КАС03-317), о признании недействующим Декрета СНК РСФСР от 13.07.1918 "О национализации имущества низложенного российского императора и членов бывшего императорского дома", политического акта, на основании которого в период изменения государственного строя произошла национализация находившегося в частной собственности российского императора и членов бывшего императорского дома движимого и недвижимого имущества, после завершения этого процесса исчерпавшего свою силу (Определение Конституционного Суда РФ от 23.04.2013 N 583-О). Такие требования не направлены на восстановление нарушенных или оспариваемых прав истца, поскольку оспариваемые им акты не затрагивают его прав и законных интересов.
В арбитражном процессе, кроме того, иск может быть заявлен истцом в интересах группы лиц (гл. 28.2 АПК РФ), например при защите прав группы инвесторов, владельцев компании, производственных и потребительских кооперативов, собственников жилых помещений в многоквартирном доме, собственников помещений в нежилом здании по вопросу пересмотра кадастровой стоимости.
В последнем случае, несмотря на то что у каждого из собственников свой экономический интерес в пересмотре кадастровой стоимости здания в связи с различной площадью помещения и размером доли в праве общей собственности, что влияет на размер их налоговых обязательств перед бюджетом по налогу на имущество, все они преследует общую цель изменить базу для расчета налога <2>. Каждый из них в дальнейшем, после установления кадастровой стоимости всего здания в размере его рыночной стоимости, сможет добиваться пересмотра объема своих платежей по данному налогу, тем более что в рамках кадастрового спора такие вопросы не подлежат разрешению (п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2015 N 28 "О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении судами дел об оспаривании результатов определения кадастровой стоимости объектов недвижимости").
--------------------------------
<2> Ярков В.В. Групповой иск в административном судопроизводстве: Краткий комментарий // Арбитражный и гражданский процесс. 2015. N 11.
Положения данной главы направлены на обеспечение доступа к правосудию неограниченного количества лиц, участвующих в правоотношении, из которого возникло требование. Целью правовой конструкции групповых исков является упрощение судебного процесса в случае, когда необходимо обеспечить защиту прав и законных интересов множества лиц, привлечение которых к непосредственному участию в судебном разбирательстве нецелесообразно и может привести к затягиванию процесса, в связи с чем положениями указанной главы предусмотрен специальный способ представления интересов группы лиц.
Как отмечает В.В. Ярков, условиями отнесения споров к категории групповых исков являются: многочисленность или неопределенность участников группы, не позволяющая привлечь или делающая затруднительным привлечение их всех к рассмотрению дела в порядке процессуального соучастия, однородность предмета и оснований требования участников группы, одинаковый способ защиты, общий ответчик и наличие угрозы нарушения прав участников группы в случае рассмотрения их дел в индивидуальном порядке <3>.
--------------------------------
<3> Ярков В.В. Групповой иск в проекте единого ГПК России // Вестник экономического правосудия в Российской Федерации. 2015. N 8.
Из содержания ст. ст. 225.10, 225.12 АПК РФ следует, что лицо, обратившееся в защиту прав и законных интересов группы лиц, действует как истец в интересах каждого из участников группы лиц и пользуется соответствующими процессуальными правами и обязанностями. Отсюда следует, что в случае участия в деле группы лиц не требуется уведомление всех участников такой группы о совершении в ходе судебного разбирательства процессуальных действий, достаточным является извещение об этом лица, обратившегося с групповым иском (Постановление ФАС Уральского округа от 09.04.2014 N Ф09-1811/14). При желании каждый из участников группы лиц может подписать иск, однако это не дает ему статус соистца, если из содержания иска усматривается, что он подан в порядке защиты группы лиц (Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 17.02.2015 по делу N А56-28967/2014).
Необходимо учитывать, что положения действующего АПК РФ не предусматривают возможности выхода одного из участников из состава группы лиц в ходе судебного процесса, если он решит отказаться от получения судебной защиты, на что обращается внимание в юридической литературе <4>, поэтому следует действовать осмотрительно перед принятием решения об участии в рассмотрении судебного дела в составе группы лиц.
--------------------------------
<4> Туманов Д.А. О групповых исках в Концепции единого Гражданского процессуального кодекса РФ // Вестник гражданского процесса. 2015. N 4.
Вторым ключевым участником судебного процесса является ответчик, прерогатива выбора которого принадлежит самому истцу, самостоятельно под свою ответственность принимающему соответствующее решение о том, к кому он предъявляет свои требования (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 12.10.2015 по делу N А27-18267/2014). Для правильного определения ответчика по делу истец должен учитывать, каков характер спора и кто перед ним несет ответственность за нарушение его прав. Он должен также иметь в виду, что далеко не всякий субъект может выступать ответчиком в суде, поскольку для этого необходимо обладать процессуальной правоспособностью.
Если, например, договор, из которого возник спор, подписал руководитель филиала или представительства какого-либо структурного подразделения, то ответчиком по иску будет сама компания. Это вызвано тем, что такие структурные части сами по себе в гражданском обороте не выступают и не действуют самостоятельно, они не обладают самостоятельной правоспособностью, отличной от правоспособности создавшей их компании. В связи с этим различные отделы, департаменты, воинские части и т.п. не могут выступать надлежащими ответчиками по делу. Можно привести следующие показательные примеры из судебной практики, когда неверное определение надлежащего ответчика по иску стоило истцу проблем:
- суд установил, что Пермский краевой совет Российской оборонной спортивно-технической организации является постоянно действующим руководящим органом данной организации. Юридическим лицом является сама организация, а совет такими признаками не обладает. При таких обстоятельствах суд на основании п. 1 ч. 1 ст. 150 АПК РФ прекратил производство по делу (Постановление ФАС Уральского округа от 13.07.2006 по делу N Ф09-6060/06-С5);
- поскольку нижестоящими судебными инстанциями при производстве по делу не были истребованы документы об образовании воинской части и наделении ее имуществом, о ее положении в структуре военного округа, то не был решен вопрос о ее статусе как юридического лица, в связи с чем состоявшиеся судебные акты были отменены, а дело направлено в суд первой инстанции на новое рассмотрение (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 10.11.2003 по делу N Ф04/5694-1247/А03-2003);
- войсковая часть не является юридическим лицом и не обладает процессуальной правоспособностью, что исключает возможность ее участия в судебном деле, поэтому производство по такому делу подлежит прекращению (Постановление ФАС Поволжского округа от 09.12.2008 по делу N А12-3016/08), либо суд может предложить истцу произвести замену ненадлежащего ответчика, а также выяснить, в состав какого объединения, соединения, округа входит войсковая часть, исследовать юридический статус такого органа и определить, кто конкретно в данном случае является распорядителем бюджетных средств для войсковой части, оказав ему при необходимости содействие (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 19.02.2001 по делу N Ф04/446-75/А45-2001);
- служба вспомогательного флота ТОФ (войсковая часть 69126) не имеет своего расчетного счета, а также каких-либо иных счетов, не имеет в своем распоряжении собственных денежных средств, ее финансирование осуществляется только целевым назначением по смете Министерства обороны РФ на выплату денежного довольствия и заработной платы, что исключает возможность предъявления к ней иска (Постановление ФАС Дальневосточного округа от 02.03.1998 по делу N Ф03-А51/98-1/104);
- любое структурное подразделение ГУ МВД России по региону не является самостоятельным юридическим лицом, не имеет своего баланса и лицевых счетов, соответственно, самостоятельно не сможет исполнить принятое против него судебное решение, т.е. не может отвечать по предъявленному к нему иску (Апелляционное определение Волгоградского областного суда от 11.02.2016 по делу N 33а-2262/2016), и др.
Неверное определение ответчика по делу не является слишком уж большой непоправимой проблемой. Однако ошибка ведет к потере времени, а если надлежащий ответчик в этот момент выводит свои материальные активы или вообще начинает процесс ликвидации, то еще и к невозможности получить реальное исполнение судебного решения. В связи с этим истцу изначально при подготовке иска необходимо правильно квалифицировать возникший спор и определить надлежащего ответчика во избежание проблем.
При выборе ненадлежащего ответчика в процессе разбирательства дела до принятия решения судом первой инстанции по существу он вправе ходатайствовать о его замене, суд также вправе сам предложить ему произвести такую замену. При отказе истца на замену ненадлежащего ответчика суд рассматривает дело к привлеченному ответчику и отказывает по этому основанию (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 14.12.2015 по делу N А40-218733/14). Ответчиков перед истцом может быть сразу несколько, если для этого имеются соответствующие основания, в частности, если перед кредитором по условиям обязательства помимо основного должника также должны отвечать поручители и залогодержатель, которых он также вправе привлечь к участию в деле на стороне ответчика (ст. 56 АПК РФ).
Если по характеру возникшего спора ответчика по делу нет, то свои нарушенные права истец может защитить с помощью специальной судебной процедуры (установление факта, имеющего юридическое значение, в порядке особого производства). Так, например, в том случае, когда невозможно установить лицо, распространившее порочащие сведения (например, из-за невозможности идентифицировать лицо, распространившее сведения в сети Интернет), заявление о признании таких сведений не соответствующими действительности рассматривается в порядке особого производства (п. 11 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.03.2016).
Аналогичная позиция также содержится в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц": судебная защита чести, достоинства и деловой репутации лица, в отношении которого распространены не соответствующие действительности порочащие сведения, не исключается также в случае, когда невозможно установить лицо, распространившее такие сведения (например, при направлении анонимных писем в адрес граждан и организаций либо распространении сведений в сети Интернет лицом, которое невозможно идентифицировать).
Такое заявление рассматривается в порядке особого производства об установлении факта, имеющего юридическое значение, и спора о праве в данном случае нет (п. 2 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел об установлении фактов, имеющих юридическое значение, утв. информационным письмом Президиума ВАС РФ от 17.02.2004 N 76). Данная судебная процедура в доктрине получила название добровольной (бесспорной) юрисдикции, в которой у суда более активная процессуальная роль, чем в исковом (ординарном) производстве, где действуют принципы равноправия и состязательности сторон <5>.
--------------------------------
<5> Добровольная (бесспорная) юрисдикция в России и за рубежом (Восточная и Западная Европа, Латинская Америка, Китай) / Под ред. В.В. Аргунова. М.: Статут, 2014. С. 61.
Другими участниками судебного разбирательства являются третьи лица. Специфика их статуса предопределяет и усеченный объем процессуальных прав и обязанностей, который также зависит от их роли в процессе, а именно: заявляют они или нет самостоятельные требования относительно предмета спора.
Третьи лица с самостоятельными требованиями относительно предмета спора могут вступить в процесс до принятия судом первой инстанции решения по существу спора, который начинается с самого начала. Они пользуются всеми правами и обязанностями истца, включая право на получение компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок (п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.03.2016 N 11 "О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок"), кроме обязанности по соблюдению претензионного или иного обязательного досудебного порядка урегулирования спора. Наличие у такого третьего лица тех же прав и обязанностей, что и у истца, однако, не дает ему права действовать в процессе от имени истца, в частности, не дает права приобщать к материалам дела документы от имени истца (Постановление ФАС Московского округа от 05.05.2014 по делу N А41-22754/09).
Третье лицо может быть изначально привлечено к участию в деле либо вступить в него в дальнейшем на основании ходатайства, которое могут подать истец, или ответчик, или само третье лицо. При отказе в его привлечении соответствующее определение может быть обжаловано в десятидневный срок с момента его принятия (ст. 50 АПК РФ). Следует учитывать, что обжалование в суд кассационной инстанции постановлений суда апелляционной инстанции, принятых по результатам рассмотрения жалоб на определения суда первой инстанции, законом не предусмотрено. При этом необходимо иметь в виду, что в отношении указанных определений могут быть заявлены возражения при обжаловании судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, в суде апелляционной инстанции, суде кассационной инстанции или при пересмотре дела в порядке надзора (п. 6.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 28.05.2009 N 36 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции").
Третье лицо с самостоятельными требованиями существенно отличается от соистца или соответчика, поскольку если требования соистца всегда направлены к ответчику по первоначальному иску, а требования соответчика направлены к истцу или соистцу по встречному иску, то требования третьего лица с самостоятельными требованиями на предмет спора могут быть обращены и к истцу, и к ответчику, и к ним обоим одновременно.
Требования соистцов по первоначальному иску и требования соответчиков по встречному иску всегда тесно связаны между собой, между тем требования третьего лица и соистца всегда имеют взаимоисключающий характер, хотя и могут быть идентичны, например требование о признании права собственности на вещь по различным основаниям. Третье лицо заинтересовано в таком материально-правовом разрешении спора, которое исключает удовлетворение требований как истца, так и ответчика по делу (Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 23.06.2015 по делу N А56-51937/2013).
Третьи лица без самостоятельных требований могут вступить в дело на стороне истца или ответчика, пользуются их правами и обязанностями, кроме изменения предмета и оснований иска, увеличения и изменения исковых требований, отказа от иска или его признания, заключения мирового соглашения, предъявления встречного иска, а также заявления требования о принудительном исполнении судебного акта. Определение об отказе в привлечении третьего лица без самостоятельных требований обжалуется в таком же порядке, что и в отношении третьего лица с самостоятельными требованиями (ст. 51 АПК РФ). Аналогичные нормы для гражданского процесса установлены в ст. ст. 42 - 43 ГПК РФ.
Третьим лицом с самостоятельными требованиями относительно предмета спора будет кредитор наследодателя, участвующий в деле о признании права собственности на наследственное имущество, по иску одного наследника к другому. Он может добиваться исключения соответствующего имущества из наследственной массы для обращения на него взыскания или передачи его кредитору на условиях договора с наследодателем. Третьим лицом без самостоятельных требований можно назвать компанию, привлекаемую к участию в деле акционером, который оспаривает решение, принятое на общем собрании акционеров по вопросу одобрения крупной сделки. Такой иск права и обязанности компании не затрагивает, поскольку на решения ее волеобразующих органов она повлиять все равно никак не может. Однако привлечь ее к участию в деле необходимо, чтобы как самостоятельный субъект она была в курсе принятого решения по вопросам, относящимся к ее хозяйственной деятельности, а также при необходимости в ходе судебного разбирательства могла бы дать нужные пояснения, представить документы и иные доказательства.
Привлечение третьих лиц к участию в деле на стадии судебного разбирательства является правом суда, которое он реализует по своему усмотрению (Постановление ФАС Уральского округа от 18.04.2011 N Ф09-1784/11-С1), сообразуясь с задачами судебного разбирательства, предметом доказывания, целесообразностью их участия в деле и иными факторами, которые влияют на процесс, в частности, учитывает, не приведет ли привлечение большого количества третьих лиц к участию в деле к необоснованному затягиванию процесса. Отказ суда в привлечении в качестве третьего лица сам по себе не может являться безусловным основанием для отмены принятого решения, если нет иных существенных обстоятельств, что не лишает возможности такое лицо в самостоятельном порядке урегулировать свои разногласия с оппонентами (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 26.11.2015 N Ф09-9412/15).
Третьи лица, участвующие в деле, могут быть допущены не ко всем процедурам, если соответствующие особенности установлены специальными законами. Так, не будет считаться нарушением закона непривлечение арбитражным судом представителя акционеров должника, в отношении которого им возбуждено дело о банкротстве, и представителей его работников, участвующих в деле в качестве третьих лиц без самостоятельных требований, к участию в обособленных спорах по установлению требований отдельных кредиторов, по рассмотрению отчетов конкурсного управляющего о ходе конкурсного производства, по вопросу о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц. Поскольку такие третьи лица уже привлечены к участию в деле, нет никакой необходимости их отдельно привлекать к участию в обособленных спорах (Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 21.12.2015 по делу N А56-67786/2010).
Отметим, что определенные ограничения по участию третьих лиц в судебных процедурах предусмотрены также в зарубежных правопорядках. Так, к примеру, в административном процессуальном праве Германии суд может установить срок не менее трех месяцев на подачу третьим лицом ходатайства о вступлении в дело, если предполагаемое количество таких третьих лиц составляет более 50 человек <6>. В российском процессуальном праве таких ограничений нет, вместе с тем суд вправе отклонить ходатайство о вступлении в дело третьего лица со ссылкой на то, что его права и интересы не затрагиваются, притом что такое лицо не лишено возможности защищать свои права в самостоятельном порядке, что способствует достижению эффективности правосудия и недопущению затягивания процесса рассмотрения дела.
--------------------------------
<6> Административное процессуальное право Германии - Verwaltungsrechtsschutz in Deutschland: Закон об административном производстве; Закон об административных судах; Закон об административных расходах; Закон о доставке административных решений; Закон об исполнении административных решений: Пер. с нем. / В. Бергман, введ., сост. 2-е изд., перераб. М.: Инфотропик Медиа, 2013. С. 119 - 120.
Специфика статуса третьих лиц в судебном процессе заключается в том, что они могут участвовать в нем для воссоздания полноты картины тех или иных событий, которые связаны с предметом разбирательства, при необходимости могли выступить, а также отстаивать свои права и законные интересы. Однако третьи лица обладают ограниченным набором процессуальных прав и обязанностей, поскольку их участие в деле является второстепенным, в отличие от основных действующих лиц - истца и ответчика, без которых процесс в принципе невозможен.
Суд обязан учитывать этот важный аспект при рассмотрении дела, он не вправе вынести решение против третьего лица по существу заявленных требований, оставляя его в этом процессуальном качестве и не изменив статус на ответчика, поскольку в противном случае его решение может быть отменено или изменено в этой части вышестоящим судом (Апелляционное определение Астраханского областного суда от 10.09.2014 по делу N 33-2830/2014), это касается не только первоначального, но и встречного иска, заявленного к третьему лицу, статус которого для разрешения дела суд обязан изменить (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 03.02.2016 N Ф05-18330/2015).
Так, к примеру, по иску землепользователя к коммерческой организации об оспаривании результатов проведенного межевания смежные землепользователи, чьи права и законные интересы могут быть затронуты решением по такому делу, должны быть привлечены к участию в деле как соответчики, но не как третьи лица, поскольку в таком случае они лишаются значительного объема своих процессуальных полномочий (Апелляционное определение Ставропольского краевого суда от 09.10.2015 по делу N 33-6727/15).
Вступая в процесс не в том качестве, в котором оно должно участвовать, третье лицо лишается возможности воспользоваться всей полнотой процессуальных прав, вытекающих из статуса ответчика по делу, не может эффективно отстаивать свои законные интересы (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 06.11.2008 по делу N А21-4688/2007), поэтому оно должно не дожидаться, когда суд решит изменить его процессуальный статус, а самостоятельно заявить мотивированное ходатайство об этом, чтобы ускорить свое вхождение в дело в нужном процессуальном качестве.
Таким образом, при наличии к тому оснований статус третьего лица может быть изменен судом на ответчика по делу, в отличие от истца или даже соистца, которого суд не вправе отстранить от участия в деле или изменить его статус, поскольку закон такой возможности не предусматривает (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 25.09.2012 N А10-3714/2011).
Третье лицо может вступить в процесс при рассмотрении дела вышестоящим судом, если вынесенным судебным решением затрагиваются его права и законные интересы, что дает ему право на подачу соответствующей жалобы. Так, например, владельцы компании - вексельного должника, директор которой признал иск о взыскании задолженности по векселю, вправе обжаловать в апелляционном порядке судебное решение, доказав, что в обществе был корпоративный конфликт и директор злоупотребил своими правами, а конечным индоссантом (держателем ценной бумаги) является офшорная компания, с которой будет затруднительно взыскать обратно выведенные средства (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 29.12.2015 N Ф09-686/15).
Как выше мы уже отметили, непривлечение третьего лица к участию в деле является безусловным основанием к отмене решения на основании п. 4 ч. 4 ст. 288 АПК РФ только при условии принятия такого решения о его правах и обязанностях (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 01.02.2016 N Ф05-20100/2015), в противном случае оно может быть оставлено в силе (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 01.12.2014 N Ф05-12563/2014). Правом на участие в деле, а также на обжалование принятого по нему судебного решения, в том числе по мотиву его принятия о правах и обязанностях не привлеченного к участию в деле третьего лица, не наделены любые лица, которые просто заинтересованы в исходе судебного разбирательства, но никакого отношения к нему не имеют.
Так, к примеру, супруга заемщика не вправе обжаловать вынесенный против него судебный акт по мотиву нарушения ее прав, поскольку в данном случае непосредственно ее права таким решением не нарушаются, никаких обязанностей не возлагается. Не являясь стороной кредитной сделки, супруга заемщика лишена права оспаривать ее условия, приводить возражения по существу предъявленных к нему банком требований, поскольку такой набор прав имеется только у самого заемщика, что не лишает его супругу возможности урегулировать все свои разногласия с ним в самостоятельном порядке (Апелляционное определение Саратовского областного суда от 01.12.2015 N 33-7686).
Можно привести и другой показательный пример недопуска к участию в процессе третьего лица, права которого не затрагиваются судебным решением, принятым без его участия. В случае смерти плательщика ренты его права и обязанности в порядке универсального правопреемства переходят к наследникам, которые принимают квартиру и несут обязанности по договору ренты. При их отказе в выполнении данных обязанностей или уклонении от их исполнения получатель ренты вправе в судебном порядке отказаться от договора ренты и вернуть себе квартиру (решение Октябрьского районного суда г. Архангельска от 20.01.2012 по делу N 2-238/2012).
Такие действия получателем ренты и наследниками плательщика ренты, являющимися членами одной семьи, даже могут быть осуществлены согласованно с целью вывода квартиры из наследственной массы и исключения возможности для кредиторов умершего наследодателя требовать обращения на нее взыскания. Их взаимоотношения с наследодателем получателя ренты не касаются, который сам их должником не является, никаких обязательств в связи с долгом на себя не принимал. Кредитор наследодателя, в свою очередь, стороной договора ренты не является, никаких прав и обязанностей по нему не приобретал, действиями получателя ренты его интересы не затрагиваются (решение Петродворцового районного суда г. Санкт-Петербурга от 29.08.2011 по делу N 2-824), что исключает для него возможность участвовать в судебном деле по расторжению договора ренты и обжаловать судебный акт, принятый по итогам его рассмотрения. Кредитор не лишен возможности удовлетворить свои требования за счет иного имущества наследодателя, а при его отсутствии на его счет относится риск неполучения исполнения.
Участие гражданина в деле в качестве третьего лица исключает необходимость выступления его как свидетеля по делу, поскольку, направляя для участия в нем своего представителя и отзыв на иск, он тем самым в полной мере уже реализует свои процессуальные права и обязанности. В связи с этим он вправе не явиться в судебное заседание для дачи свидетельских показаний, поскольку вместо них он может дать отзыв или же вообще отказаться от дачи каких-либо пояснений, что также является его правом, которое он реализует по своему усмотрению. Его при этом нельзя оштрафовать за неявку в судебное заседание для дачи свидетельских показаний (Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 02.10.2015 по делу N А66-9195/2012).
Отметим также, что самому истцу может быть удобно указать определенное лицо как третье лицо по делу, если для этого имеются основания, что позволит ему избежать необходимости обеспечить его явку в процесс, тем более когда речь идет о необходимости привлечения большого количества участников. Третье лицо будет вправе просто направить в суд свои пояснения, которые тот будет обязан учесть как одно из доказательств по делу, в то время как представление в таком порядке свидетельских показаний не допускается. Свидетель обязан для дачи своих показаний в судебное заседание явиться лично и дать расписку о том, что он предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Однако истец должен постараться обеспечить направление отзыва от всех третьих лиц с ходатайствами о рассмотрении дела в их отсутствие или при их присутствии, чтобы не затягивать процесс.
Третьи лица могут признать иск полностью или в части, однако такое заявление без поддержки ответчика по делу суд не положит в основу для принятия решения и просто учтет как одно из доказательств по делу. Поскольку исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре (п. 2 ст. 199 ГК РФ), соответствующее заявление, сделанное третьим лицом, по общему правилу не является основанием для применения судом исковой давности. Вместе с тем заявление о пропуске срока исковой давности может быть сделано третьим лицом, если в случае удовлетворения иска к ответчику возможно предъявление ответчиком к третьему лицу регрессного требования или требования о возмещении убытков.
Здесь необходимо также учитывать, что если в деле несколько соответчиков, то заявление о пропуске срока исковой давности, сделанное одним из них, для остальных необязательно, если только в силу закона или договора либо исходя из характера спорного правоотношения требования истца не могут быть удовлетворены за счет других соответчиков, например в случае предъявления иска об истребовании неделимой вещи (п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности").
Привлечение участника гражданского оборота к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, а не ответчика может иметь целью лишение его возможности использовать имеющиеся у него как у ответчика средства правовой защиты (предъявление встречного иска, заявление о пропуске срока исковой давности и др.). При этом его участие в деле в дальнейшем лишит его права обратиться в суд с теми же требованиями и по тем же основаниям, которые уже были предметом судебного исследования, поэтому ему следует заявить ходатайство об изменении его статуса с третьего лица на ответчика (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 17.02.2004 N Ф04/737-100/А03-2004).
Такое положение вещей недопустимо как при изначальном формировании истцом состава лиц по делу в своем иске, так и при выборе специальной судебной процедуры, которая исключает участие в деле третьего лица как ответчика, например в случае оспаривания им постановления органа местного самоуправления об отказе в предоставлении земельного участка: по правилам гл. 24 АПК РФ такое требование предъявляется к публичному органу власти, а иные заинтересованные лица, которые также хотели бы претендовать на земельный участок, в рамках такой процедуры могут только рассчитывать на статус третьего лица по делу, что, естественно, не позволяет им в полной мере защитить свои права и законные интересы. Такой спор в связи с этим не подлежит разрешению по правилам гл. 24 АПК РФ и может быть рассмотрен по правилам искового производства (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 05.06.2015 N Ф09-2614/15).
Однако недопустима и противоположная ситуация, когда тот или иной участник гражданского оборота заявляется истцом при подаче иска как ответчик по делу, в то время как по характеру заявленных требований и с учетом роли такого участника в споре он должен обладать статусом не ответчика, а третьего лица. Так, например, при оспаривании выданной доверенности ответчиком по делу должен выступать сам доверитель, который наделил определенными полномочиями поверенного, но не последний, который в процессе исполнения поручения всего лишь реализовывал его волю. Поверенный не может и не должен отвечать по такому иску, поэтому суд с согласия истца заменяет его на надлежащего ответчика, исключая из процесса или оставляя в нем как третье лицо, прекращая производство по делу при отказе истца от иска к такому лицу, либо при нежелании истца отказаться от иска или произвести замену ответчика отказывает в иске (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 04.09.2014 по делу N А40-150711/13-22-859).
Судебные издержки, понесенные третьими лицами, участвовавшими в деле на стороне, в пользу которой принят итоговый судебный акт по делу, могут быть возмещены им исходя из того, что их фактическое процессуальное поведение способствовало принятию данного судебного акта. При этом возможность взыскания судебных издержек в пользу названных лиц не зависит от того, вступили они в процесс по своей инициативе либо привлечены к участию в деле по ходатайству стороны или по инициативе суда (п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела").
Если же третье лицо никаких активных действий в процессе не совершает, не влияет на него, то нельзя считать, что его процессуальное поведение повлияло на принятие судебного акта по делу, что исключает и его право на компенсацию понесенных судебных издержек (Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 21.08.2014 N Ф03-3633/2014). Это относится к третьим лицам, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора, так как они не могут рассматриваться как лица, в пользу которых принимается судебный акт, поскольку не имеют собственного правового интереса в споре, материально-правовые притязания со стороны истца к ним отсутствуют и субъектами спорного правоотношения, ставшего предметом рассмотрения в суде, они не являются (Апелляционное определение Архангельского областного суда от 14.05.2015 по делу N 33-2082/2015).
В заключение необходимо сказать несколько слов о специфике спора, в котором участвуют иностранные лица. Статус компании, содержание ее правоспособности, ответственность, внутренние отношения с владельцами и иные вопросы определяются ее личным законом, т.е. по праву страны, где компания учреждена (ст. 1202 ГК РФ). Если же иностранная компания осуществляет предпринимательскую деятельность преимущественно на территории РФ, то к требованиям об ответственности ее владельцев, иных лиц, которые вправе давать обязательные к исполнению указания, применяется российское право или по выбору кредитора личный закон иностранной компании (ч. 4 ст. 1202 ГК РФ).
Как следует из п. 30 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.06.1999 N 8 "О действии международных договоров Российской Федерации применительно к вопросам арбитражного процесса", правовой статус иностранной компании, как правило, подтверждается выпиской из торгового реестра государства или иными эквивалентными доказательствами юридического статуса, признаваемыми в качестве таковых в соответствующем государстве. Это, к примеру, могут быть устав компании, выписки из реестра регистрации (Постановление ФАС Дальневосточного округа от 01.03.2012 N Ф03-693/2012), сертификаты (Постановление ФАС Дальневосточного округа от 02.04.2004 N Ф03-А51/04-1/203) и другие документы, легализованные или апостилированные <7> с нотариальным переводом на русский язык. Без консульской легализации документы принимаются, если это предусмотрено международным договором с участием иностранного государства (п. 5 Обзора практики разрешения споров по делам с участием иностранных лиц, утв. информационным письмом Президиума ВАС РФ от 25.12.1996 N 10).
--------------------------------
<7> Для стран - участниц Конвенции, отменяющей требование легализации иностранных официальных документов, заключенной в г. Гааге 05.10.1961.
Кроме того, при установлении юридического статуса иностранного лица необходимо учитывать, что могут существовать различные способы написания наименования одного и того же иностранного лица: на государственном языке страны личного закона лица, в транслитерации, в переводе. В уставе и выписке из реестра иностранной компании ее наименование может быть указано, к примеру, на японском языке, в коммерческом обороте она может указывать свое наименование на английском для удобства, а также для выполнения требований при проведении международных банковских операций (п. 28 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел с участием иностранных лиц, утв. информационным письмом Президиума ВАС РФ от 09.07.2013 N 158, далее - информационное письмо N 158).
Участвовать в гражданском обороте в юрисдикционных процедурах в России могут только действующие компании, сведения о которых содержатся в реестрах. Так, в одном деле английская компания обратилась в арбитражный суд с заявлением от 16.07.2012 о включении своих требований в реестр кредиторов, основываясь на соглашении об уступке прав по договору займа. Между тем данная компания 13.03.2012 была исключена из реестра компаний Великобритании, 05.10.2012 подала заявление об административной реституции, которое было удовлетворено, и она вновь была включена в реестр компаний 18.10.2012.
С учетом этого, что компания-кредитор была зарегистрирована в Великобритании, применимым правом для определения ее статуса являлось право Великобритании. Статья 1000 Закона о компаниях 2006 г. (Companies Act, 2006) определяет, что, если регистрирующий орган "имеет разумные основания полагать", что компания не ведет бизнес или не функционирует, он может, после отправления двух уведомлений по почте и предупредительной публикации в правительственном вестнике, исключить название компании из государственного реестра. После публикации уведомления об этом в правительственном вестнике компания считается распущенной. Однако ответственность (если таковая имеется) каждого директора, управляющего менеджера и других работников компании остается в силе и ее можно применить точно так же, как если бы компания не была ликвидирована.
Английская компания в период с 13.03.2012 по 05.10.2012, до восстановления ее в реестре, не имела правомочий на участие в арбитражных судах РФ, так как приобретать права и принимать на себя обязательства компания не могла ввиду отсутствия статуса юридического лица и, как следствие, отсутствия гражданской правоспособности. При таких обстоятельствах действия, совершенные от имени данной компании в период с 13.03.2012 по 05.10.2012, в том числе директором компании, не имеют правовой силы. Следовательно, заявление о включении в реестр кредиторов должника, поданное от имени английской компании в арбитражный суд 16.07.2012, было подано от неправоспособного лица, в связи с чем не подлежало удовлетворению (Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 13.03.2013 по делу N А22-2232/2011).
Официальные документы, подтверждающие статус иностранного юридического лица, должны исходить от компетентного органа иностранного государства, содержать актуальную информацию на момент рассмотрения спора (п. 25 информационного письма N 158). Так, в одном деле суд указал, что ксерокопии документов, подтверждающих государственную регистрацию английской компании "Novokom Limited", заверенные только ее печатью, не отвечают установленным требованиям. Кроме того, архивная копия свидетельства о регистрации была датирована 26.05.2010, в связи с чем содержащиеся в ней сведения могли устареть, что должно учитываться при установлении правового статуса участвующего в деле лица. В связи с невыяснением статуса английской компании окружной суд отправил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции (Постановление ФАС Московского округа от 07.02.2014 по делу N А40-10813/2013).
Согласно ст. 1191 ГК РФ при применении иностранного права суд устанавливает содержание его норм в соответствии с их официальным толкованием, практикой применения и доктриной в соответствующем иностранном государстве. В целях установления содержания норм иностранного права суд может обратиться за содействием и разъяснением в Минюст РФ и иные компетентные органы или организации в РФ и за границей либо привлечь экспертов. Лица, участвующие в деле, могут, а предприниматели, если их обязал суд, должны представлять документы, подтверждающие содержание норм иностранного права, на которые они ссылаются в обоснование своих требований или возражений, и иным образом содействовать суду в установлении содержания этих норм.
Доказать содержание иностранного права в интересах лиц, участвующих в деле, поскольку закон предусматривает, что, если содержание норм иностранного права, несмотря на принятые в соответствии с настоящей статьей меры, в разумные сроки не установлено, применяется российское право. Следует учитывать, что сторона, не исполнявшая возложенную на нее судом обязанность по представлению сведений о содержании норм иностранного права, не вправе впоследствии ссылаться на неустановление арбитражным судом содержания иностранного права, если арбитражный суд принял достаточные меры для его установления (п. 18 информационного письма N 158).
Для подтверждения в судебном процессе содержания норм иностранного права заинтересованным лицам необходимо представлять не только заключения компетентных специалистов, содержащие анализ юридических норм и судебных прецедентов по рассматриваемому делу, но также и текст самих нормативных актов зарубежных стран, нотариально заверенный перевод на русский язык всего закона или иного правового акта или его части, которая касается спорного вопроса (Постановление ФАС Московского округа от 31.10.2012 по делу N А40-77461/11-45-684).
Однако следует всегда учитывать специфику соответствующего правопорядка, нормы которого подлежат применению при разрешении спора в российском суде. Так, в одном деле при оценке заявления о включении требований в реестр кредиторов, основанных на гарантии, подчиненной праву Великобритании, апелляционный суд посчитал, что представленные в материалы дела заключения специалистов не содержали ссылок на законы, подлежащие применению, а содержащиеся в них выводы носили предположительный характер.
Не соглашаясь с такими выводами, окружной суд отметил, что в заключениях имелись ссылки на прецеденты как составную часть законодательства Великобритании, а в качестве приложений были представлены выдержки из них. Поскольку гарантия соответствовала праву справедливости, т.е. прецедентному праву Великобритании, окружной суд удовлетворил заявление о включении основанных на них требований в реестр требований кредиторов (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 13.05.2013 по делу N А56-70903/2010).
Участниками судебного процесса могут представляться различные заключения специалистов по вопросам применения иностранного права, которые могут друг другу противоречить. Критический характер заключения, в котором подвергаются сомнению выводы специалиста, давшего другое заключение, не лишает его юридической значимости. В такой ситуации суд должен принять меры к выяснению действительного содержания норм иностранного права, воспользовавшись механизмом, заложенным в ст. 1191 ГК РФ, так как свои выводы он не может основывать на одном из заключений, поскольку второе ему противоречит (Постановление ФАС Дальневосточного округа от 11.01.2012 N Ф03-3393/2011).
В своем решении по существу спора российский суд должен ссылаться не на сами заключения, которые являются доказательствами по делу, а на конкретные нормы иностранного права, подтверждающие или опровергающие обоснованность заявленных требований.
Так, в одном деле, рассматривая возражение ответчика о прекращении права залога в связи с ликвидацией немецкого коммандитного товарищества, суд его отклонил, поскольку из содержания заключения специалиста следовало, что правовым последствием реорганизации коммандитного товарищества путем внесения его долей в уставный капитал хозяйственного общества и приращения всего имущества коммандитного товарищества к имуществу общества в соответствии с нормами § 738 Гражданского уложения Германии, § 105 и § 161 Торгового уложения Германии является не ликвидация без правопреемства, а реорганизация. Поскольку коммандитное товарищество было не ликвидировано, а реорганизовано, то и право залога не прекратилось, а перешло к его правопреемнику (Апелляционное определение Московского городского суда от 22.07.2013 по делу N 11-13481).
Иностранные судебные решения могут признаваться и приводиться в исполнение на территории РФ при условии, что они носят окончательный, а не промежуточный характер (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 23.06.2014 N Ф07-3299/2014), поскольку недопустимо признание и приведение в исполнение иных, помимо окончательных, решений, актов судов иностранных государств, принятых ими до рассмотрения спора по существу (п. 26 Обзора практики применения арбитражными судами предварительных обеспечительных мер, утв. информационным письмом Президиума ВАС РФ от 07.07.2004 N 78).
Основу данной процедуры составляет Конвенция ООН о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений, заключенная в г. Нью-Йорке в 1958 г., конкретизирована процедура в гл. 31 АПК РФ. В ст. 244 АПК РФ приведен закрытый перечень оснований для отказа в признании и приведении в исполнение иностранных судебных решений (невступление в законную силу, нарушение правил извещения, истечение срока давности для вступления в силу и др.). Самым распространенным основанием для отказа является противоречие иностранного судебного решения публичному порядку РФ, который основывается на фундаментальных правовых принципах, обладающих высшей императивностью, универсальностью, особой общественной и публичной значимостью.
Например, на территории РФ не может быть признано и приведено в исполнение иностранное решение о взыскании неустойки по неисполненному контракту, заключенному в результате коммерческого подкупа уполномоченного лица предприятия (п. 2 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел о применении оговорки о публичном порядке как основания отказа в признании и приведении в исполнение иностранных судебных и арбитражных решений, утв. информационным письмом Президиума ВАС РФ от 26.02.2013 N 156, далее - информационное письмо N 156).
Можно привести и другой пример: экстерриториальное применение Окружным судом г. Лимассола Республики Кипр публичного законодательства своей страны к сделке, совершенной между российскими организациями на территории РФ, предметом которой выступали доли в уставном капитале другой российской организации, без привлечения к участию в деле покупателя в сделке, который не давал согласия на юрисдикцию кипрского суда, может нанести ущерб суверенитету РФ и препятствует признанию и приведению в исполнение такого иностранного судебного решения (Постановление Президиума ВАС РФ от 23.10.2012 N 7805/12).
При рассмотрении заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение иностранного судебного решения российский государственный суд принимает во внимание содержание процессуальных гарантий в зарубежном праве. Так, к примеру, сам факт непривлечения третьих лиц к участию в деле при вынесении иностранного судебного решения при наличии в иностранном праве норм, позволяющих таким лицам обжаловать судебное решение, не свидетельствует о нарушении иностранным судебным решением публичного правопорядка РФ и не исключает возможности его признания и приведения в исполнение на территории РФ.
Равным образом не является препятствием наличие принятых арбитражными судами РФ судебных актов, содержащих взаимоисключающие с иностранным судебным решением выводы, поскольку в российском правосудии такая практика, когда по иску о присуждении принимается решение о его удовлетворении, а впоследствии другим судом принимается решение о признании сделки, на основании которой заявлялся такой иск, недействительной, не считается противоречащей основам правопорядка (Постановление Президиума ВАС РФ от 08.10.2013 N 6004/13).
Российский суд признает и приводит в исполнение на территории РФ иностранное судебное решение и при отсутствии между РФ и соответствующим государством, в котором было вынесено судебное решение, многостороннего или двустороннего договора о правовой помощи, если установит, что в таком государстве признаются и исполняются решения российских судов. Такое положение вещей основывается на принципах взаимности и международной вежливости. В подтверждение принципа взаимности могут быть представлены соответствующие судебные акты иностранного государства с нотариально заверенным переводом на русский язык, ссылки на источники, где они размещены (например, сайт иностранного суда), заключение специалистов о соблюдении принципа взаимности иностранными судами государства, в котором было вынесено судебное решение, с указанием конкретных прецедентов (Постановление ФАС Московского округа от 29.07.2009 N КГ-А41/6930-09).
Отметим, что в белорусском судебном процессе при отсутствии международного договора по общему правилу применяется презумпция взаимности, согласно которой предполагается, что белорусские судебные решения признаются и исполняются за пределами данной республики, пока не доказано обратное, что, конечно, значительно упрощает заявителю возможность получить исполнение принятого в его пользу судебного решения (по материалам судебной практики, обобщенной Верховным Судом Республики Беларусь 23.12.2014, по гражданским и экономическим делам о признании и исполнении решений иностранных судов и иностранных арбитражных решений) <8>.
--------------------------------
<8> Судовы веснiк. 2015. N 1.
Признание и приведение в исполнение на территории РФ иностранных судебных решений может быть затруднено или даже невозможно вследствие определенных внешнеполитических факторов. Так, в нашей практике был случай, когда один житель непризнанной Приднестровской молдавской республики пытался взыскать заем с процентами по расписке с другого жителя данного региона, который постоянно проживал в Москве в своей квартире и здесь же работал. Регистрация по месту жительства при этом была у заемщика и на территории Приднестровья, что заимодавцу давало право возбудить исковое производство и получить решение в этой республике. Однако такое иностранное судебное решение автоматически не признавалось на территории РФ и подлежало легализации через процедуру выдачи исполнительного листа.
Сложность ситуации для заимодавца была связана с тем, что официально позиция РФ по отношению к непризнанной республике заключается в том, что наша страна участвует в поиске путей решения приднестровской проблемы на основе уважения суверенитета, территориальной целостности и нейтрального статуса Республики Молдова при определении особого статуса Приднестровья, как это закреплено в п. 49 Концепции внешней политики РФ, утв. Президентом РФ 12.02.2013, и в п. 1 Указа Президента РФ от 07.05.2012 N 605 "О мерах по реализации внешнеполитического курса Российской Федерации".
В письме Минюста России от 26.09.2014 N 06/86999-МТ "О возможности принятия российскими нотариусами для совершения нотариальных действий документов, исходящих из государственных образований, не признанных Российской Федерацией самостоятельными субъектами международного права" обращено внимание на то, что международное право не запрещает государствам признавать действительность некоторых юридических актов органов, осуществляющих фактическую власть на неподконтрольных официальной власти территориях.
Так, по вопросу признания в Российской Федерации действительности документов, выданных приднестровскими органами власти, МИДом России отмечается, что РФ признает суверенитет и территориальную целостность Республики Молдова, поэтому никаких официальных сношений с Приднестровьем - непризнанным государственным образованием - по линии правовой помощи по общему правилу она иметь не должна. Однако игнорирование некоторых юридических действий, например регистрации рождения, смерти и брака, может нанести ущерб жителям той или иной территории.
Практика признания официальных документов, выданных непризнанными государственными образованиями, подтверждается в том числе решениями международных судебных органов (например, Консультативное заключение Международного Суда ООН "О юридических последствиях продолжавшегося, несмотря на Резолюцию Совета Безопасности 276 (1970), присутствия Южной Африки в Намибии", Постановление Европейского Суда по правам человека от 18.12.1996 по делу "Лоизиду против Турции").
При этом в определенных случаях можно было бы также руководствоваться Протоколом о взаимном признании действия на территории Приднестровья и Республики Молдова документов, выдаваемых компетентными органами Сторон, от 16.05.2001 (документ не дезавуирован молдавской стороной). В соответствии с ним Республика Молдова, помимо свидетельств о регистрации актов гражданского состояния, удостоверений личности и паспортов, признает действительными и другие документы, выдаваемые компетентными органами Приднестровья: водительские удостоверения, свидетельства о регистрации автотранспортных средств и номерных знаков; документы об образовании; документы, выдаваемые и удостоверяемые нотариальными учреждениями; свидетельства о государственной регистрации юридических лиц; трудовые книжки, документы о трудовом стаже, а также пенсионные документы и иные документы, выдаваемые соответствующими органами.
Поскольку официально Приднестровскую молдавскую республику Россия не признает как самостоятельное государство, хотя и всячески ее поддерживает, логичным будет непризнание на территории РФ и судебных решений данной республики, чтобы не ухудшать отношения с Молдавией. В связи с этим заимодавцу, несмотря на неудобство ведения судебного процесса в России, целесообразно подать иск все-таки здесь, а не в Приднестровье, чтобы получить реальную, а не иллюзорную судебную защиту.
В заключение отметим, что ранее в СССР существовал довольно простой порядок признания и приведения в исполнение судебных решений советских судов на территории стран, входящих в социалистический лагерь: для этого подавалось ходатайство в соответствующий иностранный суд, но через советский суд, принявший решение, которое нужно было исполнить (п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 19.06.1959 N 2 "О вопросах, связанных с выполнением судами договоров с иностранными государствами об оказании правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам"), что для заявителя значительно упрощало процесс исполнения принятого в его пользу судебного решения. В настоящее время в связи с многополярностью современного мира каждое государство, обладающее суверенитетом в отношении контролируемой им территории, устанавливает свой порядок признания и исполнения иностранных судебных решений.
§ 2. Выбор компетентного суда
Одним из ключевых вопросов, связанных с ведением судебного дела, является определение компетентного суда. В первую очередь необходимо учитывать установленные правила подведомственности споров, которые определяют, суд какой юрисдикции - общей или арбитражной - компетентен рассматривать тот или иной спор. Критериями отграничения споров, подведомственных арбитражным судам, от дел, составляющих сферу компетенции судов общей юрисдикции, являются субъектный состав и характер спора.
В силу п. 1 ст. 27 АПК РФ арбитражному суду подведомственны дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности. Арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием юридических лиц, индивидуальных предпринимателей, а в случаях, предусмотренных АПК РФ и иными федеральными законами, - с участием РФ, субъектов РФ, муниципальных образований, государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, образований, не имеющих статуса юридического лица, и граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя (п. 2 ст. 27 АПК РФ).
Кроме того, к компетенции арбитражных судов относятся дела, прямо названные в законе (специальная подведомственность): дела о банкротстве, корпоративные споры, споры об отказе в государственной регистрации, об уклонении от государственной регистрации юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и т.д. (ст. 33 АПК РФ).
В случаях, когда в законодательном акте подведомственность определена альтернативно (суду или арбитражному суду) либо когда имеется указание о рассмотрении требования в судебном порядке, следует руководствоваться тем же правилом, исходя при этом из субъектного состава участников и характера правоотношений, если иное не предусмотрено законом (п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ, ВАС РФ N 12/12 от 18.08.1992 "О некоторых вопросах подведомственности дел судам и арбитражным судам").
В судебной практике в качестве экономических можно выделить споры, связанные с осуществлением физическим лицом своих корпоративных прав в компании. Эти дела по своей природе имеют экономическое содержание и подлежат рассмотрению в арбитражных судах. Такой подход применялся до упразднения ВАС РФ в 2014 г. В соответствии с п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 09.12.2002 N 11 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации" арбитражным судам подведомственны споры между участниками хозяйственного общества и обществом, вытекающие из деятельности общества и связанные с осуществлением прав и выполнением обязанностей участником общества.
Спор, вытекающий из договора поручительства, заключенного физическим лицом - единственным учредителем (участником) общества в целях обеспечения сделки этого общества, имеющей экономический характер, также имеет экономический характер. Арбитражный суд вправе рассматривать спор, возникший из экономических правоотношений и связанный с предпринимательскими отношениями между основным должником (юридическим лицом) и поручителем (физическим лицом), к которым предъявлено имущественное требование о солидарной ответственности по договорным обязательствам. Договор аренды, поручителем по которому выступает физическое лицо, единственный учредитель юридического лица - стороны по сделке, связан с осуществлением физическим лицом экономической деятельности по управлению юридическим лицом (Постановление Президиума ВАС РФ от 13.11.2012 N 9007/12).
В другом деле две компании заключили договоры купли-продажи акций. Физическое лицо выдало гарантию продавцу в обеспечение исполнения перед ним обязательств покупателя, которого физическое лицо контролировало, по указанным договорам. Поскольку договоры купли-продажи акций были направлены на изменение состава акционеров, сама гарантия считается выданной в обеспечение сделок экономического характера, спор, вытекающий из гарантии, носит экономический характер. Рассмотрение такого спора подведомственно арбитражному суду (Постановление Президиума ВАС РФ от 20.04.2010 N 17095/09).
Аналогичный подход ранее можно было встретить и в практике судов общей юрисдикции. Саратовский областной суд по одному делу отметил, что спор о взыскании с поручителей заемщика - юридического лица задолженности по кредитному договору подлежит рассмотрению в арбитражном суде, если указанные поручители - физические лица являются учредителями заемщика (Апелляционное определение Саратовского областного суда от 02.10.2012 по делу N 33-5700).
В приведенных примерах физические лица предпринимателями не являлись и сами непосредственно не занимались предпринимательской деятельностью. Указанную деятельность осуществляло хозяйственное общество, участниками которого они выступали, а вот само участие в обществах позволяло им заниматься деятельностью, связанной с управлением делами в нем: принятие решений по вопросам финансово-хозяйственной и иной деятельности, получение дивидендов или ликвидационной стоимости в случае ликвидации общества и т.д. Такая деятельность, связанная с реализацией физическим лицом - участником общества принадлежащих ему корпоративных прав, по своему содержанию является экономической, поскольку оно опосредованно через участие в компании занималось коммерческой деятельностью.
В приведенных примерах иски предъявлялись к поручителям - физическим лицам наряду с основным должником (юридическим лицом), физические лица по делу выступали в качестве соответчиков. Этим, видимо, и был обусловлен выбор в пользу арбитражной юрисдикции, куда один предприниматель предъявил иск к другому о взыскании кредитной задолженности (коммерческий спор), заявив в качестве соответчиков участников компании-заемщика, спор с которыми имел экономическое содержание. Рассмотрение данных требований в рамках одного дела в арбитражном суде направлено на реализацию эффективного и своевременного отправления правосудия.
Однако после упразднения ВАС РФ практика изменилась, и теперь подобные споры с участием физического лица могут рассматривать исключительно суды общей юрисдикции в силу прямого указания ч. 4 ст. 22 ГПК РФ. Применительно к приведенной ситуации, где поручитель - физическое лицо являлся владельцем компании-заемщика, наличие между ними общего экономического интереса само по себе не подтверждает правомочность рассмотрения дела арбитражным судом, поскольку выдача поручительства не является предпринимательской деятельностью.
При этом суд в любом случае должен учитывать не только характер спора, но и субъектный состав (п. 1 Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 22.05.2013, ответ на вопрос N 1 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 1 (2015), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.03.2015).
Этот подход касается любых случаев выдачи поручительства физическим лицам по коммерческим обязательствам - договоры займа, поставки, аренды, иные хозяйственные договоры (Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 23.09.2015 N Ф03-3457/2015), а также определения подведомственности для отдельных судебных процедур, например для выдачи исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда: определение компетентного государственного суда, в который следует обращаться в рамках указанной процедуры, зависит от подведомственности самого спора, который рассматривал третейский суд (Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 02.11.2015 N Ф10-3432/2015). При этом взыскатель не сможет поставить вопрос о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, принятого против компании и гражданина, в арбитражном суде отдельно в отношении компании, поскольку закон такой возможности не предусматривает (ответ на вопрос N 2 Разъяснений по вопросам, возникающим в судебной практике, Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 1 (2016), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 13.04.2016).
В случае если иск предъявлен исключительно к физическому лицу, даже если он и связан с экономической деятельностью последнего, спор все равно подлежит рассмотрению судом общей юрисдикции, поскольку отсутствует такой важный критерий, как субъектный состав, который мог бы сделать спор подведомственным арбитражному суду, хотя в судебной практике имеется и иная позиция на этот счет.
Так, к примеру, Московский городской суд по одному делу указал, что требование физического лица к банку о возмещении убытков и морального вреда, нанесенного ему в результате недобросовестного управления активами, о признании недействительной инвестиционной декларации к договору доверительного управления ценными бумагами и средствами инвестирования в ценные бумаги подведомственно суду общей юрисдикции. По мнению данного суда, каких-либо требований, вытекающих из осуществления предпринимательской или иной экономической деятельности, из содержания поданного искового заявления не усматривается (Определение Московского городского суда от 12.09.2012 по делу N 33-12007).
Если истец все-таки подал иск и к компании, и к поручителю - физическому лицу, то в судебном заседании следует отказаться от требований к поручителю, чтобы иметь возможность завершить рассмотрение спора с основным должником, а к солидарному должнику предъявить требования в суд общей юрисдикции в самостоятельном порядке. Также необходимо учитывать, что наличие у физического лица статуса индивидуального предпринимателя не мешает ему вступать в правоотношения вне сферы предпринимательской деятельности (к примеру, пользование коммунальными ресурсами для личных нужд, покупка бытовой техники и пр.). В таких ситуациях они действуют как обычные граждане, на них распространяется статус потребителя. Можно привести следующий показательный пример.
При взыскании задолженности по кредитному договору с физического лица необходимо выяснить, был ли соответствующий договор заключен им в сфере предпринимательской деятельности или нет. Указание в анкете физическим лицом при оформлении договора сведений о роде своей деятельности как предпринимательской само по себе не означает, что кредитный договор был им заключен в качестве индивидуального предпринимателя (Кассационное определение Саратовского областного суда от 15.02.2012 по делу N 33-921). Спор двух предпринимателей по возврату выданного займа будет рассматривать суд общей юрисдикции, если они заключили и исполнили сделку как граждане без указания статуса (Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 27.10.2015 по делу N А19-21415/2014).
Определенную ясность по вопросу определения надлежащей подведомственности привнесли разъяснения, изложенные в п. п. 1 - 2 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утв. Президиумом Верховного Суда РФ от 16.03.2016.
Если сторонами спора о защите деловой репутации являются юридические лица или индивидуальные предприниматели в сфере, не относящейся к предпринимательской и иной экономической деятельности, такой спор относится к компетенции судов общей юрисдикции (например, иск коллегии адвокатов против интернет-компании либо иск одной компании к другой о признании недостоверными сведений об отказе исполнять тарифное соглашение, вытекающий из трудовых отношений).
К компетенции арбитражных судов относится рассмотрение дел о защите деловой репутации в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности независимо от субъектного состава участников спорных отношений (иск компании и заместителя директора в ней против другой компании и председателя ее совета директоров, который утверждал о попытке рейдерского захвата этой компании).
Таким образом, для определения подведомственности учитываются характер спора и его субъектный состав в совокупности, однако в зависимости от конкретной ситуации один из критериев (субъектный состав) может отсутствовать, поскольку определяющее значение имеет характер спора как связанного с предпринимательской или иной экономической деятельностью, хотя суды по-разному оценивают данный критерий:
- спор заимодавца-гражданина с заемщиком-компанией по поводу возврата займа относится к компетенции суда общей юрисдикции даже в том случае, если заимодавец является одним из участников данной компании (п. 6 раздела IV "Процессуальные вопросы" Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 1 (2016), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 13.04.2016);
- спор гражданина с иностранной компанией и ее руководителем по поводу биржевых сделок может быть отнесен к компетенции суда общей юрисдикции, хотя он, очевидно, имеет экономическое содержание (Постановление ФАС Московского округа от 22.05.2013 по делу N А40-86428/12-10-798);
- виндикационный иск гражданина к компании по поводу нежилого помещения, используемого в коммерческой деятельности, может быть признан подведомственным арбитражному суду (Постановление ФАС Центрального округа от 10.01.2013 по делу N А09-364/2012), хотя в другом деле суд может посчитать, что иск гражданина к компании о разделе нежилого помещения должен рассматривать суд общей юрисдикции (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 13.12.2007 по делу N А56-3789/2007);
- спор гражданина, не имеющего статуса индивидуального предпринимателя, с банком по поводу исполнения сделки РЕПО (продажа ценных бумаг с условием об обратном выкупе) относится к компетенции суда общей юрисдикции, поскольку, по сути, в данном случае между сторонами имеются отношения по кредитованию с предоставлением ликвидного обеспечения (Апелляционное определение Нижегородского областного суда от 10.06.2014 по делу N 33-4730), и др.
Не влияет на отнесение спора к подведомственности арбитражного суда возможное использование имущества в предпринимательской деятельности в будущем, если на момент возникновения спора такая деятельность ответчиком не ведется, статусом предпринимателя он не обладает (Апелляционное определение Красноярского краевого суда от 09.06.2014 по делу N 33-5467/2014). Если же спор изначально имеет экономический характер (например, оспаривание сделок с нежилыми помещениями), то даже предъявление иска к предпринимателю как к обычному гражданину не изменяет подведомственности спора как подлежащего рассмотрению в арбитражном суде (Апелляционное определение Новосибирского областного суда от 12.09.2013 по делу N 33-7238/2013), и уж тем более, если он такого статуса не имеет (Постановление Президиума Московского городского суда от 15.06.2012 по делу N 44г-69).
Как видно из приведенных примеров из судебной практики, суды в целом соглашаются с тем, что для определения надлежащей подведомственности в первую очередь имеет значение характер спора и только затем его субъектный состав, поскольку арбитражный суд вправе рассматривать спор с участием гражданина, не имеющего статуса предпринимателя, так же как и суд общей юрисдикции вправе рассматривать спор между коммерческими организациями, если он не связан с осуществлением предпринимательской деятельности (оспаривание предписаний МСЧ России, прокуратуры и др.). Это означает, что субъектный состав является вторичным критерием для определения подведомственности и сам по себе на ее определение не влияет.
Сложнее обстоит дело с определением характера спора, поскольку в судебной практике отсутствует единообразие по вопросу о том, какие дела имеют экономическую направленность, а какие нет. Исходя из анализа даже тех судебных актов, что мы привели, нельзя проследить логику судов в выборе решения данного вопроса. Есть определенность в настоящее время только по отдельным делам, например об участии в споре между кредитором и должником, являющимися коммерсантами, поручителя - физического лица. Такой спор, даже несмотря на участие в деле поручителя с учетом своих экономических соображений, которые он учитывал при принятии на себя обязательства, подлежит рассмотрению судом общей юрисдикции.
Экономический характер спора можно вывести из следующих правил: 1) он должен быть очевидным, а не предполагаемым (например, возможное использование имущества в будущем для ведения коммерческой деятельности); 2) связь с предпринимательской или иной экономической деятельностью должна быть непосредственной, а не опосредованной (например, споры по вопросам труда, хотя и связаны с ведением бизнеса, все же главным образом непосредственно связаны с трудовыми отношениями, которые складываются у предпринимателя с его работниками, а также иными лицами, а вот требования о компенсации вреда, причиненного действиями коммерсантов окружающей среде в связи с осуществлением ими экономической деятельности, подлежат рассмотрению в арбитражном суде, хотя сама сфера не связана с предпринимательством (Определение Верховного Суда РФ от 25.11.2015 N 306-ЭС15-10433)); 3) экономическая деятельность участников должна осуществляться ими систематически с целью извлечения дохода, а не по разовым сделкам, даже если исполнение по ним разделено по частям (например, исполнение сделки с форекс-дилером).
Позиции самих сторон по вопросу подведомственности споров с их участием не имеют значения, равно как и наличие статуса предпринимателя, поскольку коммерческим можно считать также спор с участием лица, которое ведет предпринимательскую деятельность, хотя и не зарегистрировано в данном качестве (п. 4 ст. 23 ГК РФ).
При неясности процессуальных правил применительно к конкретному спору, если время и обстоятельства дела не позволяют ждать, истец может одновременно подать иски в арбитражный суд и в суд общей юрисдикции, чтобы не упустить возможность получить то, что ему причитается от ответчика. При этом к одному из исков он может не приложить документ об уплате государственной пошлины, чтобы получить возможность посмотреть, как пойдет дело в другом суде.
В судебной практике хотя и поддерживается позиция о том, что отклонение иска по причине нарушения правил подведомственности, которые вследствие их неясности были неочевидны для истца, недопустимо (Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 18.02.2015 N Ф08-10504/2014), поскольку это влечет нарушение его права на судебную защиту, однако лучше не рисковать и не надеяться на лояльное отношение судов.
В судебной практике иногда можно встретить достаточно либеральный подход судов к участникам спора, например восстановление срока на подачу жалобы при его пропуске, если суд, решение которого обжалуется, ошибочно в нем указал срок на ее подачу (Определение Верховного Суда РФ от 17.03.2016 по делу N 305-ЭС15-15932). В Определении Верховного Суда РФ от 21.04.2016 N 301-КГ15-20284 суд признал заслуживающим внимания довод заявителя кассационной жалобы о том, что, если в государстве существуют две судебные системы и одна из них отказалась рассматривать спор из-за отсутствия компетенции, вторая судебная система обязана принять дело к своему производству без исследования вопроса о компетенции. Однако на такие преференции лучше изначально не рассчитывать и заботиться о надлежащей защите своих интересов самостоятельно.
Подведомственность суду соответствующего спора определяется на момент подачи и принятия к производству искового заявления (Постановление ФАС Дальневосточного округа от 15.09.2011 N Ф03-3766/2011). Следовательно, прекращение физическим лицом статуса индивидуального предпринимателя после обращения в арбитражный суд не влечет прекращения производства по делу.
Правовое значение для правильного определения подведомственности имеет наличие статуса предпринимателя именно на момент обращения с иском в суд (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 14.12.2010 по делу N А45-3291/2010), поэтому дело не подлежит прекращению (Постановление ФАС Московского округа от 20.06.2014 N Ф05-5633/2014), в том числе и в случае, когда коммерсант, инициировавший судебный спор в арбитражном суде, в дальнейшем выбывает из него в связи с уступкой своего права по обязательству физическому лицу, не являющемуся предпринимателем (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 19.07.2013 по делу N А45-18814/2010).
На практике иногда возникает ситуация, когда спор, подведомственный суду общей юрисдикции, последний отказывается принимать к своему производству. Арбитражный же суд, куда затем обращается заявитель, также ему отказывает, мотивируя свой отказ тем, что спор ему неподведомственен. Однако окружные арбитражные суды считают такой подход ошибочным и направляют дела на новое рассмотрение именно в арбитражный суд, который отказался принимать дело, исходя из следующих соображений.
Президиум ВАС РФ неоднократно указывал на недопустимость ситуации, в которой лицо не может реализовать предусмотренное законом право на судебную защиту (Постановления от 29.05.2012 N 17607/11, от 21.10.2008 N 7131/08). Это право гарантировано ст. 46 Конституции РФ.
Прекращение производства по делу со ссылкой на неподведомственность спора арбитражному суду в случае, когда имеется вступивший в законную силу судебный акт суда общей юрисдикции с отсылкой на арбитражную подведомственность спора, неправомерно, поскольку препятствует осуществлению заявителем гарантированного законодательством права на судебную защиту. Наличие вступившего в законную силу судебного акта суда общей юрисдикции о прекращении производства по делу по аналогичному иску означает необходимость рассмотрения арбитражным судом данного дела при обращении заявителя. Прекращение производства по мотиву того, что дело ему неподведомственно, не допускается, поскольку ущемляется право заявителя на судебную защиту.
Этот спорный вопрос с неясностью правил подведомственности споров должен быть решен в Кодексе гражданского судопроизводства, где будет предусмотрена возможность передачи с согласия истца дела из одного суда в другой при нарушении правил подведомственности исходя из единства права на судебную защиту, что для истца существенно снижает издержки, связанные с неправильным выбором компетентного суда <9>.
--------------------------------
<9> Ярков В.В. Юридические факты в цивилистическом процессе. М.: Инфотропик Медиа, 2012. С. 294 - 300.
Участнику спора для защиты от необоснованных возражений процессуального оппонента о неподведомственности дела суду следует также сослаться на принцип эстоппель, который позволяет такие возражения отклонить. Эстоппель (от англ. "estop" - лишать права выдвигать возражения) представляет собой правовой принцип, в силу которого лицо утрачивает право ссылаться на какие-либо факты в обоснование своих требований и возражений при наступлении определенных обстоятельств. Применение указанного принципа позволяет внести определенность в правоотношения коммерсантов, защитить их от необоснованных требований и претензий, не нарушить их разумных ожиданий относительно поведения контрагентов, сделать гражданский оборот более стабильным и предсказуемым.
Данный правовой принцип имеет широкую сферу применения, используется в области материального и процессуального права и позволяет добросовестным участникам гражданского оборота обезопасить себя от неожиданных притязаний контрагентов, которые, несмотря на достигнутые договоренности, могут выдвигать свои возражения и требования повторно или же заявлять новые требования. Применение эстоппеля позволит отклонить такие притязания без рассмотрения их по существу, что является эффективным средством правовой защиты.
Проиграв в суде первой инстанции спор, некоторые участники гражданского оборота при обжаловании судебного акта в вышестоящих инстанциях приводят в подтверждение своих доводов самые различные аргументы, среди которых, в частности, используют довод о том, что суд при разрешении дела нарушил правила подведомственности, поскольку он вообще не имел права его рассматривать.
Действительно, никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом (ч. 1 ст. 47 Конституции РФ). Вместе с тем при рассмотрении дела в вышестоящих судебных инстанциях такой довод будет отклонен, поскольку в целях соблюдения принципа правовой определенности нарушение правил подведомственности не является основанием для отмены судебного акта и прекращения производства по делу при условии, что стороны не ссылались на неподведомственность дела и были согласны на рассмотрение дела арбитражным судом (Постановление Президиума ВАС РФ от 28.04.2009 N 13798/08).
Для суда в такой ситуации совершенно очевидно, что сторона, проигравшая судебный спор, пытается использовать всевозможные доводы, чтобы отменить принятое против нее судебное решение. Однако такой важный аргумент, как нарушение правил подведомственности, обязательно должен быть заявлен суду первой инстанции. Если же он ему не заявлялся, сторона спора участвовала в заседаниях, приводила свои аргументы и доказательства, активно реализовывала все свои процессуальные права и обязанности, то оснований для выдвижения такого аргумента в дальнейшем не имеется. Иными словами, участвуя в разбирательстве дела определенным судом и не заявляя по этому поводу никаких возражений, в дальнейшем участник спора теряет право выдвигать возражения по поводу того, что данному суду соответствующее дело неподведомственно.
Такие действия свидетельствуют о признании ими компетенции арбитражных судов на рассмотрение возникшего спора посредством конклюдентных действий, что соответствует понятию компетентного суда в международно-правовом и национально-правовом понимании, а также влекут за собой потерю права на возражение в отношении подведомственности спора, соответственно, в дальнейшем при возможном обжаловании данного постановления стороны в силу принципа эстоппель не вправе ссылаться на неподведомственность настоящего дела арбитражным судам (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 11.02.2015 N Ф09-9903/14). Возможность применения принципа эстоппель в арбитражном процессе, в том числе и по вопросу определения компетентного суда, была подтверждена Президиумом ВАС РФ в Постановлениях от 22.03.2011 N 13903/11, от 23.04.2012 N 1649/13, от 24.06.2014 N 1332/14.
Другим, не менее важным аспектом выбора компетентного суда является соблюдение правил подсудности спора. Действующее процессуальное законодательство РФ дает участникам гражданского оборота в ряде случаев возможность определять подсудность своих споров в допустимых пределах. Следует иметь в виду, что попытки истца искусственно изменить подсудность в своих интересах всегда пресекаются судами с отнесением на него всех неблагоприятных последствий.
В судебном процессе подсудность определяет, суд какого уровня компетентен рассматривать соответствующий спор. Стороны вправе заранее определить подсудность споров по договоренности, за исключением случаев, относящихся к исключительной подсудности. Так, все иски о правах на имущество, прочно связанное с землей, подлежат рассмотрению в суде по месту его нахождения. К ним, в частности, относятся требования о признании права собственности, виндикационный иск, раздел имущества, признание недействительной сделки об отчуждении недвижимости и др. (Постановление ФАС Уральского округа от 29.11.2010 N Ф09-2382/10-С6).
Однако сюда не относятся иски, носящие не вещный, а обязательственно-правовой характер, а именно: о расторжении договора (Определение Ленинградского областного суда от 20.08.2015 N 33-4313/2015), о понуждении к его заключению (Апелляционное определение Московского областного суда от 03.04.2013 по делу N 33-7641/2013), о возмещении убытков, причиненных изъятием недвижимого имущества для государственных или муниципальных нужд (Апелляционное определение Верховного Суда Республики Мордовия от 07.11.2013 по делу N 33-2413/2013), и др.
Для целей определения исключительной подсудности споров следует учитывать, что закон различает недвижимое имущество и имущество, прочно связанное с землей, в отличие от арбитражного процесса, где речь идет просто о правах на недвижимое имущество (п. 1 ст. 38 АПК РФ). Воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания хотя и отнесены законом к недвижимым вещам (абз. 2 п. 1 ст. 130 ГК РФ), однако не являются имуществом, прочно связанным с землей(Апелляционное определение Московского городского суда от 20.03.2014 по делу N 33-8881).
Если в одном иске соединяются исковые требования, подсудные суду по месту нахождения ответчика и по месту нахождения недвижимости (например, иск о расторжении брака и о разделе квартиры), все дело рассматривается в суде по месту ее нахождения. Кроме того, следует иметь в виду, что исключительная подсудность касается не только недвижимости, но действует также и в отношении движимого имущества в ситуации, когда дело касается освобождения имущества от ареста (Определение Верховного Суда РФ от 08.12.2015 N 5-КГ15-172).
Применительно к такому виду имущества, как доля в уставном капитале хозяйственного общества, местом его нахождения следует считать место нахождения самого общества (Апелляционное определение Новгородского областного суда от 18.11.2015 по делу N 2-4890/15-33а2380). Доля в уставном капитале компании относится к такой группе объектов гражданского оборота, как имущественные права (ст. 128 ГК РФ), идентифицируется применительно к самой компании, поэтому и местом нахождения имущества для целей определения подсудности следует определять место нахождения самой компании (Апелляционное определение Московского городского суда от 18.02.2014 по делу N 33-3253).
Споры о правах на недвижимое имущество следует отличать от споров, где дело хотя и касается недвижимости, но нет спора о праве на нее, например иски о признании недействительной записи в ЕГРП относительно вида ее разрешенного использования (Определение Калужского областного суда от 02.10.2014 по делу N 33-3108/2014), об обращении взыскания на предмет ипотеки (Апелляционное определение Московского городского суда от 06.06.2013 по делу N 11-15876/2013), которые рассматриваются по общим правилам подсудности. Если истцом заявлены требования о правах на различные объекты недвижимости, иск может быть подан в суд по месту нахождения любого из них по выбору истца, как это прямо следует из п. 10 ст. 29 ГПК РФ (Апелляционное определение Московского городского суда от 04.02.2014 по делу N 33-5823/14).
Кроме того, необходимо учитывать, что дело, принятое судом к производству с соблюдением правил подсудности, подлежит разрешению этим судом, даже если в дальнейшем оно ему станет неподсудно, в частности в связи с отказом истца от ряда исковых требований (Определение Оренбургского областного суда от 24.12.2014 N 33-8024-2014).
Закон не допускает возможности изменения в договорном порядке лишь исключительной подсудности и ничего не говорит об альтернативной. Вместе с тем в ряде случаев суды указывают на недопустимость изменения и такого вида подсудности, как, например, недопустимость ограничения прав потребителя в договоре с банками, страховыми компаниями и иными коммерческими организациями, недопустимость включения оговорки о подсудности в конкретном суде в договор присоединения, где отсутствует возможность влиять на содержание его условий, которые могут быть приняты только в целом, и свобода договора сводится к праву отказаться от заключения такого договора (Кассационное определение Московского городского суда от 19.04.2012 N 4г/2-2560/12).
При заключении пророгационного соглашения (определение подсудности в договорном порядке) стороны могут указать конкретный суд либо включить формулировку, позволяющую его достоверно установить (например, по месту нахождения/месту жительства одной из сторон). Можно указать два суда по выбору истца, в том числе один из них третейский. Условие о подсудности должно быть сформулировано таким образом, чтобы возможность обращения в конкретный суд за разрешением спора была очевидной и не вызывала сомнений: словосочетание "споры могут быть рассмотрены судом" не подходит, поскольку оно не устанавливает определенную подсудность (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 08.02.2011 по делу N А33-13302/2010).
В отношениях между коммерсантами исходя из принципа свободы договора (ст. 421 ГК РФ) допускается заключение пророгационного соглашения, предметом которого будут являться все их будущие споры, а не какие-то конкретные споры определенной категории, а вот с участием граждан, которые являются более слабой стороной и пользуются повышенной защитой со стороны государства, как справедливо по этому поводу отмечает М.А. Рожкова, недопустимы соглашения о подсудности в отношении возможных в будущем споров <10>.
--------------------------------
<10> Рожкова М.А. Юридические факты гражданского и процессуального права: соглашения о защите прав и процессуальные соглашения / Исслед. центр частного права. М.: Статут, 2009. С. 268.
Наименование суда во избежание недоразумений следует указывать точно, хотя в судебной практике к формальным ошибкам суды относятся некритично, обращаясь в таких случаях к восполнительному толкованию, устанавливая гипотетическую волю сторон, которая отвечает на вопрос, как бы стороны урегулировали спорную ситуацию, если бы она была очевидна для них на момент заключения договора <11>.
--------------------------------
<11> Байрамкулов А.К. Толкование договора в российском и зарубежном праве. М.: Статут, 2016. С. 210.
Так, например, в одном деле стороны заключили пророгационное соглашение, согласовав в качестве компетентного "коммерческий суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области", и суд не признал это нарушением, установив, что в переводе на английский язык "арбитражный суд" переводится как "commercial court", а "третейский суд" - как "court of private arbitration" (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 24.02.2014 N Ф07-11057/2013).
Нельзя просто указать на подсудность споров судам конкретного региона РФ, поскольку в таком случае условие о подсудности не считается согласованным (Апелляционное определение Московского городского суда от 10.09.2012 по делу N 11-20279). На практике возможны проблемы с определением подсудности, если на дату обращения в суд сторона договора свое место нахождения изменила.
В связи с этим не ясно, какой суд будет компетентным для разрешения спора - по первоначальному месту нахождения или по новому месту нахождения? Аналогичный вопрос возникает и в случае перемены лиц в договоре или в обязательстве, от места нахождения которых зависит подсудность. На практике этот вопрос разрешается довольно просто: дело должно рассматриваться судом по первоначальному месту нахождения соответствующего контрагента договора, поскольку именно его стороны имели в виду, согласовывая подсудность.
В силу ст. 384 ГК РФ при уступке права требования к новому кредитору переходят права в том же объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, в частности права по обеспечительным сделкам, на проценты и др.
Поскольку условие о подсудности спора существовало на момент уступки, новый кредитор им также связан (Определение Курского областного суда от 03.04.2014 по делу N 33-864-14г.), так как права и обязанности в части определения подсудности споров также переходят к нему (Апелляционное определение Московского городского суда от 20.11.2013 по делу N 11-37505). В пользу такого вывода также будет свидетельствовать указание в самом договоре адреса стороны, по месту нахождения которой определяется суд (Апелляционное определение Московского городского суда от 18.10.2013 по делу N 11-34826/13).
Новый кредитор не вправе настаивать на рассмотрении дела в суде по месту своего нахождения в отсутствие соответствующей договоренности с должником (Апелляционное определение Московского городского суда от 12.12.2013 по делу N 11-40517), который вправе рассчитывать на разбирательство в первоначально согласованном суде (Постановление ФАС Московского округа от 12.10.1998 по делу N КГ-А40/2583-98).
Аналогичным образом должен решаться вопрос и в случае смены места нахождения/места жительства стороной договора, от которой зависит определение подсудности, поскольку стороны имели в виду конкретный суд на момент заключения договора. В противном случае можно было бы вопреки согласованной воле сторон пророгационного соглашения выбирать любой удобный суд, для чего было бы достаточно просто сменить место нахождения. В связи с этим изменение места нахождения стороны спора, от которой зависит определение суда, компетентного рассматривать спор, не изменяет первоначально согласованную подсудность споров (Апелляционное определение Московского городского суда от 30.07.2015 по делу N 33-26937).
Следует учитывать, что подсудность споров не изменяется, если в компании полномочия ее единоличного исполнительного органа передаются другой управляющей компании. Государственная регистрация юридического лица осуществляется по месту нахождения его постоянно действующего исполнительного органа, а в случае отсутствия постоянно действующего исполнительного органа - иного органа или лица, уполномоченных выступать от имени юридического лица в силу закона, иного правового акта или учредительного документа, если иное не установлено законом о государственной регистрации юридических лиц (п. 2 ст. 54 ГК РФ).
Поскольку при передаче полномочий руководителя компании, при смене руководителя место ее нахождения не изменяется (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 14.03.2016 N Ф09-11849/15), то и на подсудность споров с ее участием это никак не влияет.
В определенных случаях в рамках установленных правил истец при подготовке к спору может выбирать между судами, в том числе различного уровня. Так, например, в гражданском процессе мировому судье подсудны дела по имущественным спорам, за исключением дел о наследовании имущества и дел, возникающих из отношений по созданию и использованию результатов интеллектуальной деятельности, при цене иска, не превышающей 50000 рублей (п. 5 ч. 1 ст. 23 ГПК РФ).
При желании вести процесс в мировом суде истец может заявить не все свои требования, а только лишь их часть, соблюдая установленную верхнюю границу, - заявить только основной долг, а проценты или неустойку взыскать отдельным иском. Дополнительно к имущественным требованиям компенсацию морального вреда можно вообще заявить в любой сумме, поскольку она не влияет на определение подсудности дела мировому судье. Это связано с тем, что требование о взыскании компенсации морального вреда производно от основного имущественного требования (п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.01.2015 N 2 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств").
С одной стороны, такой подход приведет к необходимости вести два процесса, однако с другой - на мировые суды приходится меньшая нагрузка, чем на районные, поэтому в них есть шанс пройти процесс быстрее и получить исполнительный лист. И наоборот, если более оперативным в конкретном случае является районный суд, можно заявить требования большего размера, чтобы соблюсти процессуальные требования. Однако, управляя подсудностью, главное не упустить из виду и другие аспекты.
Так, например, при заключении у мирового судьи мирового соглашения по заявленным требованиям истец в силу принципа эстоппель теряет право на предъявление любых дополнительных требований, поскольку в этом случае считается, что свой конфликт с ответчиком он заключением мирового соглашения урегулировал в полном объеме (Постановление Президиума ВАС РФ от 22.03.2011 N 13903/10). Такой подход не нарушает баланс интересов участников спора, поскольку они заключают мировое соглашение, исходя из существующих реалий и рассчитывая на ликвидацию спора полностью, без риска для себя предъявления дополнительных требований со стороны процессуального оппонента. В ином случае мировое соглашение могло бы быть вообще не заключено (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 09.10.2014 N Ф05-11011/14).
Риск негативных последствий несет кредитор, который обладал соответствующим правом и должен был понимать, что судебная защита должна быть максимально эффективной и способствовать восстановлению его нарушенных прав, а мировое соглашение должно влечь прекращение конфликта как из основного обязательства, так и из всех дополнительных, связанных с ним обязательств. Выдвигая же новые требования, соответствующая сторона спора действует непоследовательно и нивелирует последствия прекращения спора, что противоречит правовой природе мирового соглашения (Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2015 N 09АП-10188/2015). Во избежание такой ситуации в тексте мирового соглашения обязательно нужно оговаривать, какие требования у истца сохраняются.
Помимо довода о нарушении правил подведомственности использование принципа эстоппель позволит также отклонить довод о нарушении подсудности спора, если будет установлено, что соответствующее возражение у проигравшей спор стороны появилось только на стадии, когда решение было принято против нее, притом что при рассмотрении дела судом первой инстанции она активно участвовала в процессе и на это обстоятельство не ссылалась.
Указанные действия свидетельствуют о признании ею компетенции соответствующего суда посредством конклюдентных действий, что влечет за собой потерю права на возражение (эстоппель) в отношении подсудности спора (Постановление Президиума ВАС РФ от 23.04.2012 N 1649/13). Данный принцип вводится и в проект Кодекса гражданского судопроизводства с целью ограничения подачи возражений против неподсудности или неподведомственности споров со стороны ответчика моментом первого заявления по существу дела во избежание злоупотреблений процессуальными правами <12>.
--------------------------------
<12> Ярков В.В. Проблемные вопросы регулирования компетенции в проекте Кодекса гражданского судопроизводства Российской Федерации // Вестник гражданского процесса. 2015. N 1.
Такой подход в отечественном правопорядке не является новым, его можно было встретить также и в царской России. Так, п. 1 ст. 572 Устава гражданского судопроизводства 1864 г. предусматривал на этот случай, что незаявление ответчиком своевременного довода о неподсудности ведет к тому, что производство по делу будет продолжаться так же, как если бы оно было подсудно данному суду <13>.
--------------------------------
<13> Васьковский Е.В. Учебник гражданского процесса. М., 2003. С. 154.
Эстоппель может быть применен также против довода о том, что некомпетентным является государственный суд, и в случае, когда речь идет о третейском суде. Даже если третейский суд был аффилирован со вторым участником спора, само по себе это обстоятельство не свидетельствует о нарушении им принципов беспристрастности и объективности при отсутствии конкретных и достоверных доказательств того, что такой участник может действительно влиять на принимаемые судом решения (Определение Верховного Суда РФ от 09.02.2015 по делу N 310-ЭС14-4786).
Поэтому если участник третейского разбирательства при рассмотрении дела третейским судом не ссылался на отсутствие у того компетенции, а, напротив, активно участвовал, приводил свои доводы и возражения, заявлял ходатайства, представлял доказательства, т.е. фактически признавал компетенцию суда, либо в ходе третейского разбирательства сначала подал документы по существу дела и только потом стал заявлять об отсутствии у данного суда компетенции рассматривать спор, то оснований отменить принятое таким судом решение не имеется (Определение Верховного Суда РФ от 08.02.2016 N 306-ЭС15-13927). Иными словами, если ответчик не считал выбор аффилированного с истцом третейского суда обстоятельством, свидетельствующим о возможном нарушении его прав, и не указывал о таком нарушении при разрешении спора третейским судом, заявил об этом только в процедуре исполнения состоявшегося не в его пользу третейского решения в государственных судах, он теряет право на возражение об отсутствии у третейского суда компетенции рассматривать спор.
При подобных обстоятельствах знание об аффилированности и умолчание об этом факте в третейском разбирательстве в целях оспаривания компетенции, заявление об этом в государственной процедуре с целью дезавуирования третейского решения может быть оценено как недобросовестное процессуальное поведение со стороны такого субъекта (Определение Верховного Суда РФ от 19.03.2015 по делу N 310-ЭС14-4786, А62-171/2014).
Надлежащим волеизъявлением на выбор арбитража как компетентного суда будет также факт ведения с ним переписки юристом материнской компании, представляющим интересы дочерней компании (участника спора). Вступая в переписку с ним, арбитраж мог учитывать подконтрольность дочерней компании материнской, общие цели их деятельности, в том числе возможность материнской компании давать указания дочерней. Исходя из этого, юрист контролирующего общества, взявший на себя обязанность представлять интересы дочернего, выполняет таким образом свои служебные обязанности, и его полномочия явствуют из обстановки, в которой он действует (п. 1 ст. 182 ГК РФ) <14>.
--------------------------------
<14> Бычков А.И. Третейские суды. О процедуре разбирательства // Финансовая газета. 2015. N 9.
Данные обстоятельства влекут за собой потерю дочерним обществом как участником спора права ссылаться на его недолжное уведомление о назначении арбитра или об арбитражном разбирательстве либо на невозможность по другим причинам представить свои объяснения (Постановление Президиума ВАС РФ от 24.06.2014 N 1332/14).
Доказательством согласования арбитражной оговорки можно также расценивать конклюдентные действия сторон, например, при оформлении заемных отношений путем размещения на сайте заимодавца общих условий с присоединением к ним заемщика путем направления на его счет символического платежа в размере 1 рубль в назначении платежа можно указать на акцепт таких условий и принятие арбитражной оговорки, что не противоречит п. 3 ст. 7 Федерального закона от 29.12.2015 N 382-ФЗ "Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации".
Помимо указанных аспектов принцип эстоппель может быть использован в противовес доводу недобросовестного участника спора о том, что он не был надлежащим образом уведомлен о времени и месте судебного разбирательства, если такой довод заявляется на стадии кассационного обжалования судебного акта, притом что в суде апелляционной инстанции он не заявлялся (Постановление ФАС Московского округа от 10.12.2012 по делу N А40-97061/09-78-446Б).
Так, в одном деле от имени компании в суде апелляционной инстанции участвовал представитель по доверенности, он же подавал апелляционную жалобу, делал заявления по существу спора. При этом в суде апелляционной инстанции компания не заявляла о ненадлежащем уведомлении ее о судебном процессе, данный довод был приведен только в суде кассационной инстанции.
Полномочия же представителя действовать от имени компании в суде кассационной инстанции не оспаривались, заявлений о подложности доверенности на данной стадии пересмотра сделано не было, данный довод был приведен только в рамках надзорной жалобы.
Совокупность такого рода действий компании суд надзорной инстанции расценил как утрату права ссылаться на возражения в отношении ненадлежащего уведомления при молчаливом одобрении действий (принцип эстоппель). Действия компании являются злоупотреблением правом, поскольку она инициировала пересмотр дела по существу в суде апелляционной инстанции и в ситуации неблагоприятного исхода такого пересмотра стала заявлять о наличии процессуальных оснований для отмены судебных актов в связи с ненадлежащим уведомлением в суде первой инстанции. При таких условиях (в ситуации участия представителя компании в разбирательстве дела в суде апелляционной инстанции и отсутствия заявления об оспаривании его правомочий в суде кассационной инстанции) нельзя было сделать вывод о том, что компания была лишена возможности предоставить доводы в свою защиту (Определение ВАС РФ от 28.10.2011 N ВАС-8661/11).
Отметим также, что ранее путем заявления требований на сумму свыше 50000 рублей можно было подавать иск в районный суд, лишая тем самым ответчика возможности использовать процедуру апелляционного разбирательства, поскольку в ранее действовавшей редакции ч. 1 ст. 320 ГПК РФ было предусмотрено, что в апелляционном порядке обжаловались только решения мировых судей.
Истец также имеет возможность управлять подсудностью споров в ситуации, когда перед ним отвечает не один, а несколько ответчиков, каждый из которых имеет разное место нахождения или место жительства, что дает ему право подать иск в суд по месту нахождения одного из них. Однако данным правом нельзя злоупотреблять, на что было обращено внимание в п. п. 5 и 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 N 42 "О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством".
На практике нередко, чтобы изменить подсудность споров, банки, лизинговые компании и иные хозяйствующие субъекты без ведома должника заключают договор поручительства с третьим лицом, аффилированным или просто подконтрольным им, чтобы иметь возможность подать иск по месту нахождения такого третьего лица, учитывая, что правила § 5 гл. 23 ГК РФ не исключают возможности заключения договора поручительства без согласия должника и процессуальное соучастие даст возможность предъявить иск по месту нахождения одного из ответчиков по выбору самого истца. Такая юридическая уловка, направленная на манипуляции с подсудностью, по справедливому определению Э.А. Гатауллина, отвечает букве закона, но противоречит его духу <15>.
--------------------------------
<15> Гатауллин Э.А. Маргинальная юриспруденция. Постановка проблемы на примере манипуляций с подсудностью // Корпоративные споры. 2005. N А.
Если суд установит, что единственной целью такой обеспечительной сделки было изменение подсудности спора с должником, он на основании ч. 3 ст. 130 АПК РФ выделяет требование в отношении должника в отдельное производство и передает его в суд по месту нахождения должника или определенный соглашением должника и кредитора, так как истец, обратившись в суд по месту нахождения поручителя, злоупотребил процессуальным правом на выбор подсудности для данного дела (ч. 2 ст. 41 АПК РФ), с возложением на истца всех судебных расходов по делу вне зависимости от результатов рассмотрения дела (ст. 111 АПК РФ) и несением истцом неблагоприятных последствий ведения процесса с ненадлежащим ответчиком, если тот ему неподконтролен.
О том, что единственной целью заключения договора поручительства является изменение территориальной подсудности дела, может свидетельствовать совокупность таких обстоятельств: 1) между поручителем и должником отсутствуют какие-либо отношения (корпоративные, обязательственные, родственные и др.), объясняющие экономическую цель выдачи поручительства за должника; 2) иск по обязательству, обеспеченному поручительством, предъявлен в суд, который расположен в месте нахождения истца либо в непосредственной близости к нему, либо отличается от суда, указанного в договоре кредитора и должника (ст. 37 АПК РФ), либо расположен таким образом, что личное участие должника в рассмотрении дела может быть существенно затруднено.
О недобросовестном (искусственном) изменении подсудности спора могут свидетельствовать и иные обстоятельства, среди которых можно отметить следующие.
Разбирательство любого дела по существу происходит на стадии основного заседания, однако в ряде случаев можно сразу понять, что один из заявленных истцом ответчиков является ненадлежащим, при этом истец не заблуждается на этот счет, поскольку должного обоснования относительно необходимости участия такого соответчика в процессе не приводит (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 22.01.2015 по делу N А40-178115/2013), требование к нему не является самостоятельным (Кассационное определение Магаданского областного суда от 10.09.2010 N 78М-3216/375/10) либо вообще не предъявляется (Определение Кузнецкого районного суда Пензенской области от 03.03.2015 по делу N 2-336/2015), что очевидно свидетельствует о наличии у него единственной цели - получить возможность обратиться в конкретный суд.
Интересный пример с недобросовестным изменением подсудности приводят И.Г. Медведев и В.В. Ярков: наследник с целью выведения из-под юрисдикции швейцарского суда разрешения спора с кредиторами наследодателя по поводу хотя бы самолета обеспечил его перелет и базирование в России, что дало ему основания говорить об исключительной подсудности спора российскому суду по месту нахождения воздушного судна. Несмотря на то что такая рокировка не имела успеха в швейцарском суде, взыскание на данное имущество наследнику удалось существенно затруднить <16>.
--------------------------------
<16> Медведев И.Г., Ярков В.В. О некоторых проблемах разрешения международных наследственных споров // Закон. 2014. N 8.
Поскольку специальных правил в законе для таких случаев нет, считается, что иск подан с нарушением правил подсудности, поскольку он направлен на обход закона <17>. При наличии возможности суд выделяет требование к одному из ответчиков в отдельное производство, а при ее отсутствии - возвращает иск (решение Арбитражного суда г. Москвы от 17.04.2015 по делу N А40-172810/14), если нарушение выявлено на стадии его принятия к рассмотрению, либо передает в другой суд по подсудности, если нарушение выявляется в ходе разбирательства (п. 3 ч. 2 ст. 39 АПК РФ).
--------------------------------
<17> Суворов Е.Д. Обход закона. Сделка, оформляющая обход закона. М., 2008. С. 65 - 70.
Несмотря на то что противодействие любым попыткам недобросовестного изменения подсудности споров во многом зависит от дискреционных полномочий суда, на что справедливо указывает А.Р. Султанов <18>, участникам судебного разбирательства следует самим проявлять в необходимых случаях инициативу и заявлять соответствующие ходатайства для защиты своих прав и законных интересов. Они также должны учитывать действующие правила об объединении и разъединении судебных дел, чтобы должным образом быть готовыми к судебному процессу.
--------------------------------
<18> Султанов А.Р. Иски и манипуляции с подсудностью // Иски и судебные решения: Сборник статей / Отв. ред. М.А. Рожкова. М.: Статут, 2009. С. 181.
С целью процессуальной экономии и эффективного правосудия суд по своей инициативе или по ходатайству сторон спора может объединить в одном процессе несколько судебных дел или, наоборот, выделить в отдельное производство одно или несколько дел. О том, в каких случаях это может произойти. Согласно ст. 130 АПК РФ арбитражный суд первой инстанции вправе объединить несколько однородных дел, в которых участвуют одни и те же лица, в одно производство для совместного рассмотрения. Такие дела должны быть связаны между собой по основаниям возникновения заявленных требований и (или) представленным доказательствам, либо существует риск принятия противоречащих друг другу судебных актов. Данная норма направлена на обеспечение быстрого и правильного разрешения дела с наименьшими затратами сил и средств.
Объединение судебных дел в одно или их разъединение в любом случае является правом суда, а не обязанностью, которое он реализует по своему усмотрению (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 16.12.2014 по делу N А40-187255/13), исходя из задач правосудия (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 02.04.2014 по делу N А40-122569/2013). При этом определение арбитражного суда об отказе в удовлетворении ходатайства об объединении дел в одно производство, о выделении требований в отдельное производство может быть обжаловано лицом, подавшим соответствующее ходатайство, в срок, не превышающий 10 дней со дня вынесения данного определения, в арбитражный суд апелляционной инстанции. Кассационную жалобу на такое определение подать уже нельзя (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 03.04.2015 по делу N А40-1998/14).
Выделение одного или нескольких дел из одного осуществляется судом в случае, если раздельное рассмотрение заявленных требований он признает более целесообразным: например, при оспаривании акта, включающего в себя положения как нормативного, так и ненормативного (индивидуального) характера, суд вправе выделить требования в части положений ненормативного акта в отдельное производство (п. 3.5 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 58 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении арбитражных дел об оспаривании нормативных правовых актов").
А вот такое требование, как оспаривание части решения налоговой инспекции об утрате права на использование УСН, суд в отдельное производство выделять не станет, поскольку оно тесно связано с другим требованием - о размере налоговых обязательств и о правомерности привлечения к налоговой ответственности, и их совместное рассмотрение является более эффективным (Постановление Президиума ВАС РФ от 09.10.2012 N 5594/12).
Суд не вправе выделить в отдельное производство требование о признании недействительной государственной регистрации права собственности за ответчиком, если такое требование изначально было соединено истцом с требованием о признании права собственности на имущество за ним. Первое требование обосновывается нарушением вещного права, без установления наличия которого нельзя сделать вывод и о недействительности зарегистрированного права ответчика (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 01.03.2005 по делу N А05-14171/03-24).
Если истцом заявлены требование о признании недействительным договорного условия о взимании комиссии за выдачу займа и требование о взыскании ее суммы с заимодавца в качестве неосновательного обогащения, суд не вправе выделить их в отдельное производство, поскольку они взаимосвязаны и без решения вопроса о правомерности спорной комиссии нельзя будет сделать вывод о возможности взыскания неосновательного обогащения.
При оспаривании двух сделок с недвижимостью суд не должен выделять их в отдельное производство, поскольку суждение о правомерности последующей сделки можно будет вынести на основе анализа первоначальной. В обоих приведенных примерах совместное рассмотрение требований отвечает задачам процессуальной экономии и эффективного правосудия, что делает невозможным их раздельное рассмотрение.
Суд не вправе выделять в отдельное производство и передавать на рассмотрение суда иной юрисдикции требование, которое ему хотя само по себе было неподведомственно, но в связи с его соединением с иным, подведомственным ему, требованием подлежало рассмотрению данным судом.
Так, например, в случае, если в одном заявлении соединено несколько требований, связанных между собой по основаниям возникновения или представленным доказательствам (ч. 1 ст. 130 АПК РФ), одно из которых подсудно Суду по интеллектуальным правам, а другое - иному арбитражному суду первой инстанции, все дело подлежит рассмотрению Судом по интеллектуальным правам (п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 08.10.2012 N 60 "О некоторых вопросах, возникших в связи с созданием в системе арбитражных судов Суда по интеллектуальным правам").
Аналогичным образом суд общей юрисдикции, в который, к примеру, банк подал иск к заемщику-коммерсанту и поручителю - физическому лицу о солидарном взыскании ссудной задолженности, процентов за пользование кредитом и неустойки по кредитному договору, не вправе требование банка к заемщику выделить в отдельное производство и передать его на рассмотрение в арбитражный суд. Данные требования невозможно разделить, в связи с чем суд общей юрисдикции обязан их принять к своему производству (ч. 4 ст. 22 ГПК РФ).
Здесь следует отметить, что раньше, до упразднения ВАС РФ, подобные дела нередко попадали на рассмотрение в арбитражные суды, поскольку деятельность гражданина-поручителя, согласившегося отвечать вместе с заемщиком-коммерсантом, суды считали экономической, что вне зависимости от его статуса давало основания арбитражным судам разрешать соответствующие споры.
Так, в одном деле суд пришел к выводу о том, что спор, вытекающий из договора о поручительства, заключенного физическим лицом - единственным учредителем (участником) общества в целях обеспечения сделки этого общества, имеющей экономический характер, также имеет экономический характер. Арбитражный суд вправе рассматривать спор, возникший из экономических правоотношений и связанный с предпринимательскими отношениями между основным должником (юридическим лицом) и поручителем (физическим лицом), к которым предъявлено имущественное требование о солидарной ответственности по договорным обязательствам. Договор аренды, поручителем по которому выступает физическое лицо, единственный учредитель юридического лица - стороны по сделке, связан с осуществлением физическим лицом экономической деятельности по управлению юридическим лицом (Постановление Президиума ВАС РФ от 13.11.2012 N 9007/12).
Однако в настоящее время практика изменилась, и такие споры может рассматривать только суд общей юрисдикции (п. 1 Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 22.05.2013).
Суд вправе из одного дела выделить любые требования, не только когда соединены разные требования (о признании права собственности на имущество и об истребовании его из чужого незаконного владения), но также и в ситуации, когда заявляется одно общее требование. В частности, из дела о взыскании общей суммы долга с неустойкой суд вправе выделить требование о взыскании дебиторской задолженности за отдельные периоды. Такая необходимость может быть вызвана в случае, если суду по разным периодам предстоит исследовать обширную доказательственную базу, что может привести к чрезмерному затягиванию процесса (Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 11.08.2015 по делу N А19-3833/2013).
Суд, скорее всего, откажет в объединении двух дел, если субъектный состав по ним различается, поскольку в этом случае судебный процесс может затянуться и стать неэффективным (Постановление ФАС Московского округа от 24.09.2010 N КГ-А40/657-10). Суд также откажет в выделении требований из общего дела, в котором участвует несколько субъектов, если совместное рассмотрение всех требований в одном деле является более продуктивным (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 05.06.2014 по делу N А56-47062/2013): например, требование целой группы акционеров об оспаривании решения совета директоров компании об одобрении крупной сделки.
Объединение дел в одно производство и выделение требований в отдельное производство оформляются определением и допускаются до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в арбитражном суде первой инстанции. После этого рассмотрение дел производится с самого начала, соответственно, заново начинает течь и процессуальный срок рассмотрения дела.
При вынесении арбитражным судом определения об объединении дел в одно производство данный срок начинает исчисляться заново со дня поступления в суд искового заявления (заявления) по последнему из дел, которые были объединены. В случае выделения требования в отдельное производство срок рассмотрения дела начинает исчисляться заново только при рассмотрении выделенного требования. При этом общая продолжительность судебного разбирательства для целей определения в соответствии со ст. 6.1 АПК РФ разумного срока судопроизводства исчисляется с учетом периода времени, истекшего до наступления названных обстоятельств (п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 N 99 "О процессуальных сроках").
При объединении судебных дел они поступают на рассмотрение тому судье, кто раньше всех принял иск к производству. Применительно к делам о банкротстве следует учитывать такой важный нюанс, как различие в применяемых процедурах. Так, если в отношении должника возбуждено два дела о банкротстве и самое первое из них было начато по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, то оба дела объединяются в одно, при этом применяются правила об упрощенной процедуре без применения наблюдения, финансового оздоровления и других процедур (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 13.06.2013 по делу N А05-13115/2008).
Суд может объединить два уже начатых дела даже в случае, если каждое из них подлежит рассмотрению в отдельной процедуре. Так, в одном деле могут быть объединены дела об установлении факта принятия наследства и о признании права собственности на наследственное имущество, первое из которых рассматривается в порядке особого производства, а второе - в общеисковом порядке (Апелляционное определение Хабаровского краевого суда от 27.09.2013 по делу N 33-6585).
Рассмотрение каждого из этих дел в отдельности нецелесообразно, поскольку они направлены на достижение одного и того же правового результата - получение права собственности на имущество. Аналогичным образом решается вопрос в отношении требований об установлении факта владения имуществом и признании права собственности на него в силу приобретательской давности и в отношении любых иных требований. Они могут быть как изначально соединены в одном иске истцом (Постановление ФАС Центрального округа от 13.03.2003 по делу N А35-3552/02С13), так и в дальнейшем объединены судьей.
В одном производстве суд вправе объединить два и более судебных дела, поскольку законом их количество не ограничено. Однако суд обязан разрешить все заявленные требования по существу, а не их часть (Постановление ФАС Дальневосточного округа от 15.07.1997 по делу N Ф03-А73/97-1/497).
Участнику спора может быть выгодно рассмотрение судом различных дел без их объединения, например в случае, когда рассмотрение одного из них близится к завершению и принятое по нему решение, вступившее в законную силу, он сможет использовать как доказательство во втором деле, в том числе как имеющее преюдициальное значение в соответствии со ст. 69 АПК РФ.
Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение его стабильности и общеобязательности, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности (Постановление Президиума ВАС РФ от 20.11.2012 N 2013/12).
В этой ситуации ему следует возражать против объединения дел в одном производстве, сославшись на то, что это приведет к затягиванию судебного разбирательства и не отвечает задачам эффективного правосудия. Помимо этого, ему также следует заявить ходатайство о приостановлении производства по второму делу до тех пор, пока не будет разрешено по существу первое дело на основании п. 1 ч. 1 ст. 143 АПК РФ. В том же случае, когда оба дела находятся на одинаковых стадиях рассмотрения, участнику спора, наоборот, будет выгодно заявить ходатайство об их объединении, чтобы сократить свои временные и финансовые издержки (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 07.10.2011 по делу N А75-2753/2008).
§ 3. Предъявление иска
Перед обращением в суд истец в ряде случаев, которые предусмотрены законом или договором, обязан соблюсти обязательный претензионный или иной досудебный порядок рассмотрения споров (например, иск к перевозчику может быть подан только при условии предварительного обращения к нему с письменной претензией). В арбитражном процессе возбуждение дела возможно только в случае, если истцом был соблюден претензионный порядок урегулирования спора, который по общему правилу составляет 30 дней, если иной срок не согласован сторонами. В их интересах установить в договоре меньший срок, например 7 дней, чтобы не ждать длительный срок в ситуации, когда очевидно нежелание должника добровольно исполнить свои обязательства перед кредитором. Претензионный порядок касается дел из гражданских правоотношений и не затрагивает административные дела, споры о товарных знаках, о взыскании компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок и иные споры, указанные в ч. 5 ст. 4 АПК РФ.
Никаких требований к формулировке условия договора об обязательном претензионном порядке урегулирования спора в законодательстве нет. Однако судебная практика исходит из того, что претензионный порядок можно признать установленным в случае, если в договоре определены конкретные требования к форме претензии, а также к порядку и срокам ее предъявления и рассмотрения (Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 02.02.2012 по делу N А53-5502/2011) <19>, что особенно важно в свете соблюдения ч. 5 ст. 4 АПК РФ, поскольку в противном случае суд может оставить поданный иск без рассмотрения с указанием на несоблюдение претензионного порядка.
--------------------------------
<19> Коняхин Н. Разрешение споров в претензионном порядке // Юридический справочник руководителя. 2012. N 12.
Иной досудебный порядок может быть сторонами согласован, например, в виде медиативного соглашения, заключенного в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 27.07.2010 N 193-ФЗ "Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)". При отсутствии доказательств соблюдения такого досудебного порядка урегулирования конфликта поданный иск подлежит оставлению без рассмотрения (Апелляционное определение Московского городского суда от 02.09.2014 по делу N 33-18033).
При подготовке иска к подаче истец должен не только обосновать в нем свои доводы, но и указать доказательства, которые подкрепляют его позицию по делу. Он не обязан раскрывать все свои доказательства сразу еще на стадии подачи иска <20>, поскольку закон такой обязанности для него не предусматривает (Апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда от 09.07.2015 N 33-12419/2015) и не дает суду право на этом основании возвращать иск или оставлять его без движения (Апелляционное определение Тамбовского областного суда от 26.10.2015 по делу N 33-3411/2015), поскольку проверка наличия всех доказательств, на которых основаны заявленные требования, несвойственна стадии возбуждения дела и отсутствие каких-либо доказательств не может свидетельствовать о несоблюдении истцом требований, предъявляемых к подаче иска (решение Верховного Суда РФ от 14.03.2016 N ДК16-5).
--------------------------------
<20> Молчанов В.В. Собирание доказательств в судебном процессе. М.: Изд-во МГУ, 1991. С. 33; Скуратовский М.Л. Подготовка дела к судебному разбирательству в арбитражном суде первой инстанции. М.: Волтерс Клувер, 2007. С. 97.
Доказательства могут быть представлены истцом в дальнейшем уже при подготовке дела к судебному разбирательству (Апелляционное определение Воронежского областного суда от 17.12.2015 по делу N 33-7128) или в ходе судебного разбирательства (Определение Костромского областного суда от 25.01.2016 по делу N 33-215), но никак не на стадии принятия иска к рассмотрению, когда суд еще не оценивает представленные истцом доказательства.
Более того, он может ими в принципе изначально не располагать, для чего будет вправе заявить ходатайство об их истребовании с приложением доказательств самостоятельного обращения за их получением и отсутствия ответа на него или отказа в представлении (Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 22.09.2015 по делу N А66-11997/2014), которое подлежит разрешению судом. Наличие такого ходатайства тем более свидетельствует о том, что у суда нет оснований на стадии принятия иска к рассмотрению требовать от истца представления доказательств (Апелляционное определение Волгоградского областного суда от 20.03.2014 N 33-3089/2014) и перекладывать на истца негативные последствия отсутствия соответствующих доказательств, поскольку это нарушает принцип состязательности судебного процесса и означает невыполнение судом его обязанности по оказанию содействия участникам спора в реализации их прав (Определение Верховного Суда РФ от 23.03.2016 N 305-ЭС15-15840).
Отметим, что данный подход о недопустимости требовать от истца раскрытия всех доказательств еще на стадии подачи им иска был заложен еще в советское время. Так, в абз. 2 п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РСФСР <21> от 12.12.1964 N 25 "О некоторых вопросах, возникших в практике применения судами Гражданского процессуального кодекса РСФСР" на этот счет было предусмотрено, что отказ судьи в принятии заявления по соображениям материального права, в частности по мотивам истечения срока исковой давности и преждевременности требования, является незаконным отказом в правосудии, грубо нарушающим право на обращение в суд.
--------------------------------
<21> Гражданский процессуальный кодекс РСФСР от 01.10.1964. Прим. автора.
По возможности все имеющиеся у истца доказательства, которые он собрал для ведения дела, следует представлять в суд сразу, если только речь не идет о тех доказательствах, которые представляются не сразу, а впоследствии в зависимости от поведения его процессуального оппонента.
Одним из ключевых вопросов, которые истец должен учесть при подготовке к участию в судебном разбирательстве против ответчика, является принятие обеспечительных мер с целью обеспечения исполнения будущего судебного акта. На практике многие недобросовестные должники, зная о наличии у них непогашенных долгов и неисполненных обязательств, не только не стремятся рассчитаться с кредиторами, но и всячески противодействуют им. Для этого они выводят свои активы на третьих лиц, чтобы у кредитора не было возможности добиться реального исполнения принятого в его пользу судебного решения. Такое положение вещей делает для кредитора необходимым не просто обращение в суд за защитой своих нарушенных прав, но и принятие мер к обеспечению иска.
Обеспечительные меры допускаются на любой стадии арбитражного процесса, если непринятие этих мер может затруднить или сделать невозможным исполнение судебного акта, в том числе если исполнение судебного акта предполагается за пределами РФ, а также в целях предотвращения причинения значительного ущерба заявителю. Целью применения обеспечительных мер является стабилизация правового положения сторон по делу, с тем чтобы создать реальные условия для исполнения судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 30.08.2010 N А19-706/10).
Заявить такое ходатайство необходимо сразу, чтобы впоследствии ответчик не принял мер к выводу своих активов. В зависимости от ситуации истец может также заявить в одном ходатайстве о необходимости применения не одной, а сразу нескольких обеспечительных мер, если этого требуют обстоятельства. Закон не содержит никаких ограничений по этому поводу. Например, он вправе поставить вопрос об аресте в пределах суммы исковых требований имущества ответчика, находящегося у него или третьих лиц, а при его недостаточности также денежных средств на счете ответчика (Постановление ФАС Московского округа от 19.08.2011 N КА-А41/8530-11), как имеющихся, так и тех, что будут поступать на его счет (Постановление ФАС Поволжского округа от 04.08.2015 N Ф06-26055/2015).
Однако ответчик со своей стороны может потребовать от истца предоставления встречного обеспечения, которое в случае отказа в удовлетворении иска сможет покрыть его убытки, связанные с принятыми обеспечительными мерами, например, если речь идет о скоропортящемся товаре либо о необходимости оплачивать хранение товара на таможенном складе, если целью испрашиваемой обеспечительной меры является его арест (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 23.03.2016 по делу N А40-158146/2014).
Так, в одном деле окружной суд согласился с доводами ответчика о необходимости предоставления истцом встречного обеспечения в виде уплаты определенной денежной суммы на депозитный счет суда, поскольку по требованию истца изначально был наложен арест на скоропортящийся товар и ответчик был вынужден нести расходы по его хранению. Кроме того, истцом была иностранная организация, что также свидетельствовало о затруднительности взыскания с нее убытков в случае отказа в иске и снятия обеспечительных мер (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 10.04.2015 по делу N А40-92170/2014).
Ответчик вправе взыскать с истца свои убытки, причиненные принятием обеспечительных мер, например в виде ареста его имущества, при условии что они действительно создали ему препятствия в его использовании (Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 04.09.2015 N Ф01-3083/2015). Это возможно даже в том случае, если оно находилось в залоге, поскольку данное обстоятельство само по себе не означает безусловной невозможности распоряжения имуществом, поскольку продажа предмета залога допускается с согласия залогодержателя либо залог может быть вообще снят путем реструктуризации долга или его погашения (Постановление Президиума ВАС РФ от 06.09.2011 N 2929/11).
Для взыскания убытков, причиненных обеспечительными мерами, ответчик должен доказать все те же обстоятельства, входящие в стандарт доказывания по иску о возмещении обычных убытков: их факт и размер, вину нарушителя, наличие прямой причинно-следственной связи между его противоправным поведением и наступившими негативными последствиями, принятые меры к уменьшению размера убытков (Постановление ФАС Московского округа от 15.04.2014 по делу N А40-82386/10-23-697). Сама по себе отмена судебного акта и определения суда о применении обеспечительных мер не является достаточным основанием для возмещения убытков, если не доказаны названные обстоятельства (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 17.09.2015 N Ф09-6067/15).
При определении размера убытков, вызванных невозможностью для ответчика использовать в предпринимательской деятельности свое имущество, принимается во внимание дата вступления в силу определения суда о принятии обеспечительных мер, поскольку ранее этой даты возможность его использовать не ограничивается (Постановление ФАС Дальневосточного округа от 23.09.2013 N Ф03-4066/2013). Помимо этого, суд также учитывает характер и длительность обеспечительных мер (Определение Верховного Суда РФ от 14.09.2015 N 307-ЭС15-3663).
Вместо убытков можно взыскать денежную компенсацию (п. 1 ст. 98 АПК РФ), однако принципиально от убытков она не отличается, поскольку с учетом требований добросовестности и разумности суд при установлении оснований для ее присуждения и определении ее размера учитывает степень, объем и характер негативных последствий для ответчика по делу, против которого были приняты обеспечительные меры (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 23.12.2014 N Ф09-2372/14), что по стандарту доказывания сближает ее с убытками.
Определение суда об их принятии обязательно следует обжаловать не только с указанием мотивов, по которым заявитель считает их принятие незаконным, но и с приведением доводов о том, какие для него в этом случае возникают негативные последствия (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 08.02.2016 по делу N А45-4954/2015), чтобы в дальнейшем была возможность сослаться на обжалование определения суда при рассмотрении иска о возмещении убытков (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 26.05.2015 N Ф09-1589/15).
В состав убытков могут быть включены не только реальный ущерб или упущенная выгода, но и уплаченные ответчиком в пользу третьих лиц суммы обеспечительного платежа, штрафов, иных компенсаций в связи с невозможностью распорядиться своим имуществом (Постановление ФАС Дальневосточного округа от 08.10.2013 N Ф03-4631/2013), поэтому истец с учетом конкретной ситуации спора должен предварительно оценить перспективы своего дела и возможные негативные последствия для ответчика, которые именно ему придется компенсировать в случае отказа в иске.
Наиболее распространенной обеспечительной мерой является наложение ареста на денежные средства, находящиеся на счетах ответчика в кредитных организациях и даже на депозитных счетах подразделений ФССП России, которые причитаются ему самому как взыскателю по другим делам с его должниками (Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 30.10.2003 N А82-198/2003-Г/9), что позволяет истцу в комфортных условиях судиться с ним и гарантированно получить удовлетворение своих требований в пределах арестованной суммы на счете. В такой ситуации даже длительный срок судебного разбирательства не является значительным препятствием для восстановления его нарушенных прав, поскольку рано или поздно он все равно получит то, что ему причитается.
Арест может быть наложен на любые денежные средства ответчика, даже если речь идет о заработной плате, которая для него может быть единственным источником дохода. Закон не содержит запрета ни на обращение взыскания на деньги должника на его счете в банке, ни на наложение на них ареста (Определение Приморского краевого суда от 13.01.2014 по делу N 33-629, 33-11615). Арест на деньги, как и на любое иное имущество, суд вправе наложить даже в том случае, если ранее он уже был наложен и сохраняет свою силу, поскольку законом возможность принятия судом обеспечительных мер не поставлена в зависимость от наличия аналогичных мер, принятых ранее, в том числе в рамках рассмотрения уголовного дела (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 13.03.2015 N Ф05-1791/2015).
Однако при обосновании необходимости наложения ареста на зарплатный счет истцу следует не только ограничить свои притязания суммой исковых требований, но и учитывать обязательства ответчика по социальным выплатам (например, алименты) в связи с нахождением у него на иждивении иных лиц, поскольку обеспечение иска не может привести к полному игнорированию интересов ответчика, который вправе рассчитывать на сохранение ему минимального дохода, необходимого для поддержания жизни (Определение Приморского краевого суда от 04.02.2015 по делу N 33-868). В качестве ориентира можно использовать официальные величины, например уровень прожиточного минимума в соответствующем регионе с учетом количества находящихся на иждивении у ответчика человек.
В ходатайстве о наложении ареста на денежные средства ответчика истец указывает, какие неблагоприятные последствия для него возникнут в случае, если данная обеспечительная мера не будет принята: значительный размер суммы долга, длительное неисполнение обязательств, вывод активов ответчиком и т.д. (Постановление ФАС Дальневосточного округа от 18.02.2014 N Ф03-7268/2013). Такие факторы, как просто наличие задолженности и опасения истца о том, что он не сможет получить свои деньги от ответчика, не связаны с реальностью исполнения судебного акта и сами по себе не являются достаточным основанием для принятия обеспечительных мер.
Точно так же суд не примет утверждения истца о наличии у него убытков в связи с непогашением ответчиком долга перед ним, о возможной приостановке деятельности, о возможности перехода в другие банки на обслуживание или использования других счетов, возможной регистрации другого юридического лица и т.п., поскольку в отсутствие конкретных доказательств указанные обстоятельства не подтверждают наличие веских оснований для принятия обеспечительных мер (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 02.07.2010 по делу N А33-1318/2010). Подобного рода утверждения, не подкрепленные реальными доказательствами, являются предположительными и голословными, поэтому суд их просто не станет рассматривать всерьез.
Обосновывая свои соображения относительно необходимости наложения ареста на деньги ответчика на его счете, истцу в ходатайстве необходимо указать конкретные обстоятельства, которые, по его мнению, могут затруднить или сделать невозможным исполнение судебного акта: значительный размер долга и его длительное непогашение ответчиком, наличие возбужденных в отношении ответчика исполнительных производств, судебных дел, по которым он также выступает должником, наличие конкретных доказательств вывода активов (смена адреса и владельцев компании, руководителя на номинальных лиц, которые присутствуют еще в значительном количестве компаний, реализация имущества и т.п.).
В качестве доказательств суд принимает во внимание бухгалтерский баланс и отчет о прибылях и убытках ответчика, распечатки скриншотов с сайтов судов и Федеральной службы судебных приставов, с сайта ФНС России, с сайта банкротств и другие документы и сведения, из содержания которых усматриваются тяжелое материальное положение ответчика и более чем вероятная перспектива неисполнения судебного акта, что свидетельствует о необходимости принятия обеспечительной меры (Постановление ФАС Московского округа от 21.10.2009 N КГ-А40/10799-09).
В такой ситуации основания для применения ареста имеются, поскольку в противном случае истец не сможет добиться исполнения судебного акта. Указанные аргументы, подкрепленные конкретными доказательствами того, что исполнение судебного акта против ответчика может оказаться затруднительным или стать невозможным, могут помочь истцу добиться применения обеспечительной меры. Такие обстоятельства свидетельствуют о разумных предположениях истца о вероятности недобросовестных действий ответчика по выводу активов и нежеланию исполнить судебный акт (Постановление ФАС Дальневосточного округа от 18.02.2014 N Ф03-7268/2013).
Затруднительный характер исполнения судебного акта либо невозможность его исполнения могут быть связаны с отсутствием имущества у должника, действиями, предпринимаемыми для уменьшения объема имущества. Суд пойдет истцу навстречу в случае, если тот представит доказательства недобросовестности ответчика, совершения им действий, очевидно направленных на отказ от исполнения своих обязательств и вывод активов с целью недопущения обращения на них взыскания.
Об этом, в частности, могут свидетельствовать такие факты, как: смена адреса компании на другой регион, смена в ней владельцев и директора, смена наименования, перезаключение договоров с контрагентами, вывод активов, переоформление специальных прав и разрешений, проведение добровольной ликвидации без соблюдения установленного порядка (уведомление кредиторов, включение их требований в промежуточный ликвидационный баланс и др.). Сам факт нахождения должника в процессе ликвидации, неосуществление им предпринимательской деятельности, отсутствие дохода в совокупности могут свидетельствовать о том, что в дальнейшем исполнение судебного акта может быть затруднено (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 06.04.2011 по делу N А78-5226/2010).
Однако в случае нахождения должника в ликвидации кредитору все-таки необходимо быть готовым к тому, что суд может отклонить его заявление о принятии обеспечительных мер. Удовлетворение его требований к должнику возможно не в процессе его ликвидации, а при отсутствии или недостаточности имущества в рамках дела о банкротстве. При игнорировании ликвидационной комиссией должника требований кредитора он также не лишен права требовать их включения в промежуточный ликвидационный баланс должника в судебном порядке. В связи с этим сам по себе факт нахождения должника в процедуре ликвидации не свидетельствует о невозможности исполнения принятого против него судебного акта в дальнейшем. Однако кредитору в любом случае заявление о применении обеспечительных мер все равно следует подать.
В такой ситуации суд, скорее всего, примет обеспечительную меру в виде запрета регистрирующему органу и должнику на проведение действий, связанных с закрытием компании. Суд отклонит доводы должника о том, что такие меры являются избыточными, поскольку в данном случае очевидно намерение последнего уйти от погашения долга и спасти свое имущество (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 16.04.2015 N Ф09-1234/15), исполнение судебного решения может быть затруднено (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 16.04.2015 N Ф09-1234/15) и запрет регистрирующему органу вносить в ЕГРЮЛ запись о ликвидации компании направлен на сохранение существующего состояния отношений сторон спора, позволяет обеспечить исполнение будущего судебного акта по делу (Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 15.04.2015 по делу N А53-22068/2014).
В данной ситуации помимо обеспечительной меры кредитору нужно также предпринимать и иные действия, чтобы затруднить должнику процесс закрытия компании: подать заявление регистрирующему органу, в полицию, заявить иск о включении его требований в промежуточный ликвидационный баланс. Можно также подать иск к регистрирующему органу и должнику о признании незаконной ликвидации. Само по себе такое требование не приведет к восстановлению его прав, однако до завершения его рассмотрения должник не сможет закрыть компанию, поскольку регистрирующий орган будет дожидаться судебного решения.
В целях предотвращения причинения значительного ущерба заявителю обеспечительные меры могут быть направлены на сохранение существующего состояния отношений (status quo) между сторонами. Обеспечительные меры должны соответствовать заявленным требованиям, т.е. быть непосредственно связанными с предметом спора, соразмерными заявленному требованию, необходимыми и достаточными для обеспечения исполнения судебного акта или предотвращения ущерба (Постановление ФАС Московского округа от 03.10.2011 по делу N А40-67214/10-10-521).
Истец также может в качестве подтверждения тяжелого материального положения ответчика и совершения им целенаправленных действий по выводу активов использовать публикации в СМИ и иных источниках информации при отсутствии в них же опровержения такой информации, свидетельские показания бывших сотрудников и контрагентов ответчика и др. Если по факту уклонения ответчика от погашения долга истец обратился в полицию, то в качестве доказательства по делу можно будет также использовать постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Привлечь должника к ответственности не удастся, поскольку неисполнение им обязательств перед кредитором свидетельствует о наличии между ними спора, который подлежит разрешению в порядке гражданского судопроизводства, однако наличие в его действиях признаков преступления не подтверждает.
Помимо оценки обоснованности самого заявления о принятии обеспечительных мер суд также будет учитывать и иные заслуживающие внимания обстоятельства, в частности, не будет ли применение той или иной обеспечительной меры нарушать права и законные интересы третьих лиц. Так, например, суд отклонит просьбу истца о запрете третьим лицам и кредитным организациям, в которых ответчику открыты счета, производить безакцептное списание денежных средств. Во-первых, при наличии у третьих лиц (ФНС России, сами кредитные организации, лизинговые компании и др.) такого права они не могут быть в нем ограничены, притом что права самого должника и кредиторов защищены специальным порядком удовлетворения поступающих к счету требований в порядке очередности (ст. 855 ГК РФ).
Кроме того, в случае нахождения должника в процедуре банкротства таким запретом будут нарушены права кредиторов по текущим требованиям, которые не являются реестровыми, например со стороны налоговых органов. Закон не содержит положений, исключающих возможность взыскания в бесспорном порядке текущей задолженности по налогам и сборам за счет денежных средств должника в банках в процедуре наблюдения, а также текущей задолженности по денежным обязательствам при наличии к тому законных оснований (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 09.08.2011 по делу N А56-95413/2009).
Заявляя ходатайство о применении обеспечительной меры, истец должен иметь в виду необходимость соблюдения принципа соразмерности своих требований предмету иска. Согласно п. 13 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 N 55 "О применении арбитражными судами обеспечительных мер" обеспечительные меры, применяемые арбитражным судом, и суммы встречного обеспечения должны быть соразмерны имущественным требованиям, в обеспечение которых они применяются. Оценка соразмерности производится арбитражным судом в числе прочего с учетом соотносимости права и интереса, о защите которых просит заявитель, стоимости имущества, на которое истребуется арест, либо имущественных последствий запрещения должнику совершения определенных действий.
В связи с этим с большей долей вероятности арбитражный суд удовлетворит ходатайства истца о наложении ареста на денежные средства ответчика, если истец потребует арестовать деньги в пределах суммы основного долга, наличие и размер которого подтверждаются достаточной совокупностью доказательств (акты сверки, справки, акты, первичные документы бухгалтерской отчетности и т.д.). А вот в части таких требований, как неустойка, ходатайство о наложении ареста истцу лучше не заявлять, поскольку подобные небесспорные требования, как правило, удовлетворяются не в полном объеме либо вообще отклоняются. В связи с этим ради таких требований суд, скорее всего, не станет применять обеспечительные меры, поскольку он создаст затруднения ответчику в осуществлении хозяйственной деятельности, способной генерировать ему доход.
В связи с этим в предмет ходатайства о наложении ареста на деньги ответчика на его счете следует включать только сумму основного долга, что отвечает критерию соразмерности. Арбитражный суд вправе также наложить арест на средства, которые имеются на счете ответчика, а также поступят на его счет в будущем, в пределах заявленной суммы исковых требований. Ответчик вправе возражать против применения к нему обеспечительных мер, указывая на то, что истец не доказал наличие оснований для их применения.
Такие возражения должны быть мотивированными, простого указания на то, что применением обеспечительных мер будет затруднена его хозяйственная деятельность, недостаточно. Суд в таком случае может просто указать на то, что арест на денежные средства является временной вынужденной мерой, направленной на обеспечение исполнения судебного акта, в пределах суммы исковых требований, до окончательного разрешения по существу спорной ситуации. Наложение ареста на деньги на счете ответчика не является их произвольным блокированием или изъятием, поскольку по окончании спора ответчик не лишен права требовать возмещения причиненных ему убытков, а в период рассмотрения дела пользоваться той частью денег на счете, которая превышает арестованную сумму (Апелляционное определение Кемеровского областного суда от 01.04.2014 по делу N 33-3726).
Наличие у ответчика неисполненных обязательств перед другими контрагентами также не является безусловным основанием для отказа в применении обеспечительных мер. Если из содержания искового заявления и представленных в материалы дела доказательств суд видит наличие серьезных оснований для применения обеспечительных мер, то с большей долей вероятности он их использует (Апелляционное определение Липецкого областного суда от 11.08.2014 по делу N 33-2148а/2014). Если для суда очевидно наличие у ответчика перед истцом непогашенного долга, притом что последний свои возражения не сможет подкрепить конкретными доказательствами и аргументами в пользу того, что долг не является бесспорным, по нему вышел срок исковой давности и имеют место иные обстоятельства, которые исключают возможность удовлетворения иска, то суд, скорее всего, примет сторону истца.
В зависимости от характера спора истец вправе поставить перед судом вопрос о применении различных обеспечительных мер, которые будут соразмерны его требованиям и преследовать законную цель обеспечения исполнения будущего судебного акта: запрет на совершение распорядительных и регистрационных действий с имуществом, запрет голосовать спорным пакетом акций на собраниях акционеров, запрет на опубликование произведения или на его распространение до разрешения спора об авторстве этого произведения (п. 44 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума ВАС РФ от 26.03.2009 N 5/29 "О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации") и др.
Перечень возможных обеспечительных мер не является исчерпывающим, поэтому с учетом характера спора и конкретных обстоятельств дела это могут быть любые оперативные меры, которые позволят сохранить существующее положение вещей и не нарушить разумный баланс интересов участников судебного разбирательства (Определение Верховного Суда РФ от 21.10.2015 N 305-ЭС15-15412).
Так, участник спора вправе поставить вопрос о приостановлении вступления в силу принятого против него судебного акта, если он сможет доказать, что непринятие этой меры причинит ему ущерб, например, если его процессуальным оппонентом выступает иностранная компания. Если в ее пользу будут присуждены денежные средства, то при отмене принятого в ее пользу судебного акта их возврат может оказаться затруднительным или даже невозможным (Определение ФАС Восточно-Сибирского округа от 09.11.2009 N А33-14345/2008), поэтому нахождение истца на территории иностранного государства суд само по себе посчитает достаточным для приостановления исполнения принятого в его пользу судебного акта (Определение Суда по интеллектуальным правам от 18.03.2016 N С01-239/2016).
Однако участник спора не сможет приостановить вступление в силу решения о приостановлении действия лицензии, которое уже само по себе выступает специальной ограничительной мерой, направленной на обеспечение заявления лицензирующего органа о лишении лицензиата лицензии в судебном порядке. Принятие обеспечительной меры по приостановлению действия данного решения приведет к нарушению баланса частных и публичных интересов, к нарушению императивных норм действующего законодательства (Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 14.03.2016 N Ф10-196/2016).
Несмотря на то что перечень возможных обеспечительных мер не является исчерпывающим, истец не вправе в качестве обеспечительной меры просить суд приостановить исполнительное производство. Это связано с тем, что вопросы применения обеспечительных мер регулируются гл. 13 ГПК РФ, тогда как вопросы приостановления исполнительного производства рассматриваются в соответствии со специальной нормой, содержащейся в ст. 440 раздела VII ГПК РФ. Об этом же сказано и в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.11.2015 N 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства".
При этом различается не только регулирование этих процессуальных процедур разными нормами процессуального права, но и их содержание: меры по обеспечению иска принимаются судьей единолично без извещения лиц, участвующих в деле (ст. 141 ГПК РФ), а вопросы о приостановлении исполнительного производства разрешаются судом, в районе деятельности которого исполняет свои обязанности судебный пристав - исполнитель, с извещением взыскателя, должника, судебного пристава - исполнителя (ч. 1 ст. 440 ГПК РФ), что предполагает разный объем процессуальных прав участвующих в деле лиц. Следовательно, под видом принятия мер по обеспечению иска не может быть разрешен вопрос о приостановлении исполнительного производства.
Хотя установленный ст. 140 ГПК РФ перечень возможных мер по обеспечению иска и не является закрытым, исчерпывающим, позволяющим судам (судьям) исходя из конкретных обстоятельств дела и существа спорных правоотношений применять иные меры по обеспечению иска, законодатель установил четкий критерий соответствия мер по обеспечению иска целям, предусмотренным ст. 139 ГПК РФ (Апелляционное определение Омского областного суда от 25.11.2015 по делу N 33-9137/2015). Данный подход в полной мере применим и к арбитражному процессу.
Закон не исключает возможности применения и такой обеспечительной меры, как запрет истцу обращаться в другие суды на территории иностранных государств. Такие антиисковые обеспечительные меры представляют собой запрет участвовать в судебном разбирательстве, адресованный конкретному участнику спора, но не самому суду <22>. В отечественной доктрине признается допустимым использование российскими судами названной обеспечительной меры, поскольку она не противоречит закону, учитывая, что перечень обеспечительных мер не является исчерпывающим, притом что ее целью является запрет на незаконную попытку изменения компетенции и юрисдикции российского суда <23>.
--------------------------------
<22> Шак Х. Международное гражданское процессуальное право: Учебник. М., 2001. С. 377.
<23> Ярков В.В. Применение антиисковых обеспечительных мер российскими судами: почему бы и нет? // Закон. 2014. N 8.
Заявителю следует учитывать, что при отказе в иске ответчик сможет взыскать с него свои убытки, причиненные применением обеспечительных мер. Рассматривая такое требование, суд учитывает длительность обеспечительной меры, размер убытков ответчика и реально принятые им меры к их уменьшению. Так, к примеру, наложение ареста на объект недвижимости препятствует обращению на него взыскания по требованию банка к заемщику. Лишает его возможности инициировать проведение публичных торгов, оставления имущества за собой в случае признания торгов несостоявшимися, что очевидно свидетельствует о том, что банку были причинены убытки, вызванные длительной невозможностью получить удовлетворение своих требований за счет заложенного имущества (Определение Верховного Суда РФ от 25.03.2016 N 308-ЭС15-18503).
Принятые судом обеспечительные меры могут быть заменены другими мерами, если они не позволяют обеспечить исполнение будущего судебного акта либо в процессе их исполнения выяснилось, что они неоправданно ущемляют права и законные интересы лица, в отношении которого они были приняты судом (ч. 1 ст. 95 АПК РФ). Замена одной обеспечительной меры на другую не должна нарушать разумный баланс интересов участников спора, должна соответствовать его предмету, соотноситься с кругом ответчиков по делу и основаниями их привлечения в качестве таковых. Новая обеспечительная мера, помимо этого, должна быть необходимой и достаточной для исполнения судебного акта в том случае, если заявленные исковые требования будут удовлетворены, должна также обеспечивать фактическую реализацию целей обеспечения иска, таких как исключение возможности неисполнения судебного акта и предотвращение причинения значительного ущерба сторонам.
Так, например, в рамках рассмотрения дела о защите исключительных прав на средства индивидуализации запрет ответчику осуществлять права администрирования доменного имени может быть заменен запретом регистратору доменных имен проводить в отношении его какие-либо регистрационные записи, в том числе вносить те или иные изменения в соответствующий реестр доменных имен (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 18.01.2016 по делу N А40-155357/2012).
Истец при отсутствии у него информации о конкретном имуществе ответчика, на которое можно обратить взыскание, вправе подать одновременно с иском или уже в процессе его рассмотрения ходатайство о принятии мер по обеспечению иска в виде наложения ареста на принадлежащее должнику на праве собственности имущество и на денежные средства, находящиеся на счетах, открытых на его имя в банках и в иных кредитных организациях, в пределах суммы исковых требований. В ходатайстве не следует просто указывать на просьбу принять обеспечительные меры в отношении всего имущества должника, поскольку суд его, скорее всего, отклонит по причине неуказания в нем конкретного перечня имущества, на которое накладывается арест, что не позволяет сделать вывод о соразмерности принимаемых мер (Апелляционное определение Московского городского суда от 30.10.2015 по делу N 33-38499/2015).
При удовлетворении такого ходатайства судом определение суда с исполнительным листом можно будет передать в соответствующее территориальное подразделение ФССП России. Это, конечно, не позволит оперативно наложить арест на имущество должника, как это возможно сделать при наличии информации у кредитора о конкретном имуществе, принадлежащем должнику.
Перед подачей иска в суд необходимо выбрать надлежащий способ правовой защиты, чтобы не было затруднений в отстаивании своих интересов. Статьей 12 ГК РФ предусмотрены способы защиты, перечень которых не является исчерпывающим. Иные способы могут определяться законом. Как отмечает В.В. Витрянский, все названные в ст. 12 ГК РФ способы защиты права носят универсальный характер и могут быть применены для защиты, как правило, любого субъективного гражданского права <24>.
--------------------------------
<24> Витрянский В.В. Новый Гражданский кодекс и суд // Хозяйство и право. 1997. N 6.
Вместе с тем возможность выбора лицом, полагающим свои права нарушенными, того или иного способа защиты предполагает необходимость учета им характера допущенного нарушения, поскольку выбранный способ должен вести к восстановлению нарушенного права и удовлетворять материально-правовой интерес. Наличие такого интереса выступает необходимым условием предоставления судебной защиты. Право каждого на судебную защиту его прав и свобод, в том числе на судебное обжалование решений и действий органов государственной власти и органов местного самоуправления (ст. 46 Конституции РФ), не предполагает возможность выбора гражданином или объединением граждан по своему усмотрению любых способов и процедур судебной защиты, особенности которых применительно к отдельным категориям дел определяются исходя из Конституции РФ федеральными законами (Определение Конституционного Суда РФ от 21.04.2011 N 450-О-О).
Гарантируя каждому судебную защиту прав и свобод, Конституция РФ одновременно предусматривает, что порядок судопроизводства определяется федеральным законодательством (ст. ст. 71, 76). Тем самым предполагается, что заинтересованные лица вправе обратиться в суд за защитой нарушенного или оспариваемого права либо охраняемого законом интереса лишь в установленном порядке, что не может признаваться нарушением права на судебную защиту. Закрепленные законодателем требования - при обеспечении каждому возможности обратиться в суд - обязательны для заявителя (Определение Конституционного Суда РФ от 19.10.2010 N 1308-О-О).
Способ защиты нарушенного или оспариваемого права должен быть соразмерен и адекватен допущенному нарушению, способствовать реальному восстановлению нарушенного права. В ином случае суд может иск отклонить, если только из его содержания очевидно не будет следовать преследуемый материально-правовой интерес. Как разъясняется на этот счет в судебной практике, в случае неясности, неопределенности существа иска суд обязан разъяснить истцу процессуальные последствия его действий, выяснить, какой иск им подан, на чем основан, предоставить время для изменения заявленных требований (Определение Московского городского суда от 22.06.2011 по делу N 33-15705).
Истец не вправе требовать от суда обязать органы исполнительной власти принять те или иные распорядительные решения, поскольку к компетенции суда разрешение таких вопросов не относится, учитывая, что в РФ действует принцип разделения властей (Апелляционное определение Белгородского областного суда от 20.08.2013 по делу N 33-2834).
Компетенцию судебной ветви власти составляет отправление правосудия в порядке конституционного, гражданского, уголовного, арбитражного и административного судопроизводства (гл. 7 Конституции РФ) с целью разрешения споров и защиты частных и публичных интересов. При отправлении правосудия суды не вправе вмешиваться в сферу компетенции других ветвей власти, поскольку каждая ветвь власти самостоятельна и независима от другой. Так, в частности, суды правомерно отказывают в удовлетворении таких требований, как:
- требование обязать Департамент имущества г. Москвы принять распорядительный акт (распоряжение) о передаче имущества, поскольку суду такое право не предоставлено (Постановление ФАС Московского округа от 25.09.2008 N КГ-А40/8830-08), при этом истец не лишен возможности разрешить спор о праве с органом власти, выбрав должный способ защиты;
- требование Председателя и депутатов Думы Приморского края к заместителям Председателя указанной Думы о признании недействительным их распоряжения о переносе заседания, поскольку законодательный орган власти субъекта РФ самостоятельно решает вопросы организации своей деятельности и суд не вправе вмешиваться (Определение Верховного Суда РФ от 21.03.2000 N 56-Г00-5);
- требование прокурора о признании незаконным бездействия местной администрации, связанного с непринятием нормативного правового акта (Постановление ФАС Центрального округа от 19.02.2003 по делу N А14-7625/02/206/19);
- требование о признании незаконным бездействия Руководителя Комитета по законодательству ГД ФС РФ, связанного с оставлением без рассмотрения просьбы о толковании смысла текста п. "г" ч. 2 ст. 78 УИК РФ, поскольку суд не вправе в порядке гражданского судопроизводства давать оценку действиям или бездействию парламента РФ, связанным с законотворческим процессом (Апелляционное определение Московского городского суда от 24.08.2012 по делу N 11-18467), и др.
Как видно из приведенных примеров, обращение в суд возможно в случае, когда права и обязанности, статус участников и иные элементы правоотношений уже законодательно определены, но бездействие соответствующих государственных или муниципальных органов создает препятствие в их реализации. Если же законодательное регулирование отсутствует, то требование о принятии правовых актов не подлежит удовлетворению, поскольку иное нарушало бы самостоятельность законодательного органа власти.
Так, в одном деле суд признал обоснованными требования прокурора в защиту интересов неопределенного круга лиц о признании незаконным бездействия администрации и возложении на нее обязанности поставить на кадастровый учет земельные участки, на которых расположены городские леса, оформить право собственности на них, организовать муниципальный контроль за ними и разработать лесохозяйственный регламент.
Суд указал на то, что невыполнение администрацией возложенных на нее обязанностей может привести к нарушению прав неопределенного круга лиц на благоприятную окружающую среду, при этом требования прокурора не ущемляют самостоятельность органов местного самоуправления, направлены на понуждение в судебном порядке исполнить возложенные на них законом обязанности и не могут рассматриваться как вмешательство в исключительную компетенцию органов местного самоуправления (Определение Верховного Суда РФ от 06.11.2013 N 83-КГпр13-8). Тот же самый подход относится и к Президенту РФ, и к Правительству РФ, оспаривать действия или бездействие которых не допускается ни в гражданском судопроизводстве, ни в административном (Определение Липецкого областного суда от 24.02.2016 по делу N 33-562/2016).
Тем более нельзя ставить вопрос об отрешении Президента РФ от должности по причине невыполнения или ненадлежащего исполнения им своих обязанностей (Апелляционное определение Тамбовского областного суда от 10.07.2013 по делу N 33-2005), поскольку в силу гл. 4 Конституции РФ он наделяется определенными полномочиями, осуществление которых является его прерогативой, поэтому суд не вправе вмешиваться в его деятельность, судебный контроль в принципе не призван проверять его деятельность (Определение Арбитражного суда Саратовской области от 07.04.2016 по делу N А57-5476/2016). Это не лишает гражданина возможности выражать свою гражданскую позицию любым иным образом с учетом границ дозволенного поведения, в том числе участвуя в различных общественных проектах, выдвигая свои инициативы, а также оспаривая действия иных лиц, которые не наделены неприкосновенностью (Апелляционное определение Московского городского суда от 28.08.2015 по делу N 33-31152).
В судебной практике сложился и широко применяется подход, согласно которому не допускается обжалование в суде в порядке гражданского судопроизводства действий (бездействия) Президента РФ, а также подчиненной ему Администрации и ее должностных лиц. Обосновывается данный подход следующим.
Согласно ст. 80 Конституции РФ в установленном Конституцией РФ порядке Президент РФ обеспечивает согласованное функционирование и взаимодействие органов государственной власти. В силу ст. 91 Конституции РФ Президент РФ обладает неприкосновенностью, и поэтому он не может быть привлечен к любой установленной федеральным законом ответственности, в том числе и к гражданско-правовой ответственности.
В этой связи и обжалование в судебном порядке действий государственных органов и их должностных лиц, находящихся в непосредственном подчинении Президенту РФ, а также предъявление исков к данным государственным органам, их должностным лицам на практике означает прямое либо косвенное вмешательство в конституционно-правовую и иную деятельность Президента России как главы государства, обладающего неприкосновенностью и осуществляющего верховную государственную власть в РФ, что недопустимо и нарушает основы конституционного строя РФ и принцип разделения властей, закрепленный в ст. 10 Конституции РФ (Апелляционное определение Белгородского областного суда от 20.08.2013 по делу N 33-2834).
Кроме того, по мнению судов, не допускается также обжаловать в порядке гражданского судопроизводства действия должностных лиц Администрации Президента РФ, поскольку "руководство Администрацией Президента РФ осуществляет Президент РФ в соответствии с Положением об Администрации Президента РФ, утв. Указом Президента РФ от 06.04.2004 N 490, который обладает неприкосновенностью". Администрация Президента РФ обеспечивает его деятельность и контроль за исполнением его решений, поэтому действия (бездействие) ее сотрудников обжаловать нельзя.
Такую позицию можно, в частности, увидеть в Апелляционных определениях Красноярского краевого суда от 31.07.2013 по делу N 33-7160/2013, Московского городского суда от 06.08.2013 по делу N 11-25231, Санкт-Петербургского городского суда от 11.12.2013 по делу N 33-19483/2013 и др. Исключение составляет разве что только Оренбургский областной суд, который в Кассационном определении от 11.05.2011 по делу N 33-2994/2011 в удовлетворении требований о признании незаконным бездействия Президента РФ отказал по мотиву того, что бездействия допущено не было и на свое обращение истец получил ответ.
Исходя из занимаемого Президентом РФ места в системе органов государственной власти, а также его конституционного статуса, Конституция РФ закрепляет неприкосновенность Президента РФ (ст. 91), а также другие правовые средства, которые обеспечивают свободное и ответственное осуществление Президентом РФ принадлежащих ему конституционных полномочий и непрерывность функционирования института главы государства (Постановление Конституционного Суда РФ от 11.07.2000 N 12-П). Неприкосновенность является не личной привилегией, а особенностью высокого конституционно-правового статуса Президента РФ, которая гарантирует ему иммунитет, в том числе от судебного разбирательства, поэтому его решения, действия (бездействие) действительно не могут быть обжалованы в порядке гражданского судопроизводства.
Иным образом обстоит дело в случае, когда дело касается должностных лиц Администрации Президента РФ. Их решения, действия или бездействие могут быть обжалованы в порядке гражданского судопроизводства, поскольку гарантии неприкосновенности на них не распространяются. Отметим далее, что порядок и вопросы компетенции Администрации Президента РФ и ее должностных лиц определены действующим законодательством РФ, право граждан на подачу запросов регламентировано Федеральным законом от 02.05.2006 N 59-ФЗ "О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации", поэтому при отступлении от установленных правил заинтересованные граждане или организации, считающие свои права и законные интересы нарушенными, вправе обратиться в суд за судебной защитой. Иной подход необоснованно расширяет перечень лиц, обладающих неприкосновенностью, что Конституцией РФ не предусмотрено, и ведет к умалению права на судебную защиту, что недопустимо.
Помимо недопущения вмешательства судов в сферу компетенции законодательной и исполнительной ветвей власти необходимо иметь в виду, что никакие действия (бездействие) судей, судебных органов и органов судейского сообщества, за исключением случаев, прямо предусмотренных федеральным законом, не могут быть предметом самостоятельного судебного разбирательства в порядке гражданского судопроизводства. Иное означало бы незаконное вмешательство судьи в профессиональную деятельность своих коллег, нарушение принципа независимости судей, их неприкосновенности и подчинения только закону (Апелляционное определение Волгоградского областного суда от 17.01.2014 N 33-470/2014, Кассационное определение Московского городского суда от 29.10.2013 по делу N 4г/2-10267/13).
Нельзя подать иск против иностранного государства и его дипломатических представительств и консульских учреждений, поскольку они пользуются судебным иммунитетом (Апелляционное определение Московского городского суда от 10.07.2015 по делу N 33-23357/2015).
Судебный иммунитет иностранного государства не касается случаев, предусмотренных ст. ст. 5 и 6 Федерального закона от 03.11.2015 N 297-ФЗ "О юрисдикционных иммунитетах иностранного государства и имущества иностранного государства в Российской Федерации": наличие международного договора, соглашения, в том числе третейского, заявления в российском суде или уведомления данного суда; подача иска в такой суд или вступление в процесс для участия в разбирательстве по существу спора. Иностранное государство также не пользуется иммунитетом в случае, если его участие в судебном процессе вызвано переходом к нему прав и обязанностей по сделке от коммерческой организации, зарегистрированной и ликвидированной в таком государстве.
Так, в одном деле права по кредитному договору и выданным в его обеспечение гарантиям от обанкротившегося чешского Инвестиционного и Почтового банка перешли к Чешской Республике в связи с ликвидацией Чешского консолидационного агентства, которое было учредителем данного банка. В данном случае спор не связан с властными полномочиями Чешской Республики, поскольку он изначально возник из правоотношений между коммерческими организациями. Чешская Республика добровольно перевела на себя права и обязанности закрытого банка, в том числе и те, что связаны с разрешением разногласий и споров между ней и ее контрагентами (Постановление ФАС Поволжского округа от 12.07.2011 по делу N А55-34769/2009).
Приведенный пример касается ситуации, когда действует так называемый ограниченный (функциональный) иммунитет, освобождающий его носителя от обязанности отвечать по искам только в определенных случаях, что можно увидеть в следующих примерах из судебной практики.
Один гражданин обратился в суд с иском к Евразийскому банку развития об отмене дисциплинарного взыскания и изменении основания увольнения, компенсации морального вреда. Нижестоящие судебные инстанции прекратили производство по делу, ссылаясь на то, что Евразийский банк развития не может быть привлечен к участию в настоящем деле в качестве ответчика, поскольку обладает на территории РФ иммунитетом "от любого судебного преследования" и "от любой формы судебного вмешательства". Однако с такой позицией не согласился Верховный Суд РФ.
Евразийский банк развития является международной организацией, созданной и действующей на основании Соглашения об учреждении Евразийского банка развития от 12.01.2006 Устав Евразийского банка развития является неотъемлемой частью Соглашения. Согласно п. 1 ст. 31 Устава Евразийского банка развития банк обладает иммунитетом от любого судебного преследования, за исключением случаев, не являющихся следствием осуществления его полномочий или не связанных с осуществлением этих полномочий. Иски против банка могут быть возбуждены только в компетентных судах на территории государства, в котором банк расположен, либо имеет филиал, дочерний банк или представительство, либо назначил агента с целью принятия судебной повестки или извещения о процессе, либо выпустил ценные бумаги или гарантировал их.
Таким образом, иммунитет банка распространяется на случаи, являющиеся следствием осуществления его полномочий или связанные с осуществлением этих полномочий. Под осуществлением полномочий предполагается осуществление банком своих основных функций, закрепленных в Соглашении и Уставе, которые обусловлены его целями. Так, банк призван способствовать становлению и развитию рыночной экономики государств - участников Соглашения, их экономическому росту и расширению торгово-экономических связей между ними путем осуществления инвестиционной деятельности.
С учетом изложенного суд пришел к выводу о том, что иммунитет банка является ограниченным (функциональным) и распространяется только на деятельность Евразийского банка развития по выполнению функций и достижению целей, предусмотренных Соглашением и Уставом банка. Трудовые отношения между истцом и Евразийским банком развития, из которых возник настоящий спор, не являются следствием осуществления банком своих основных функций, поскольку само по себе трудоустройство производится именно в целях осуществления банком своей деятельности, в связи с чем не охватывается иммунитетом.
Следовательно, вывод нижестоящих судов о наличии у Евразийского банка развития абсолютного иммунитета от любого судебного преследования и от любой формы судебного вмешательства сделан с существенным нарушением закона и основан на неправильном применении и толковании норм материального права. Верховный Суд РФ также признал несостоятельным и отклонил довод представителя ответчика о том, что трудовой спор между истцом и ответчиком не подлежит рассмотрению в судах РФ, поскольку на основании трудового договора спор должен рассматриваться в соответствии с внутренними нормативными документами банка. В соответствии с ч. 1 ст. 46 Конституции РФ каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. При этом суд принял во внимание, что внутренние нормативные акты банка не содержали какого-либо доступного для истца способа эффективной защиты своих трудовых прав.
При таких обстоятельствах суд пришел к выводу о том, что данный спор, во-первых, подлежит рассмотрению в российском суде и, во-вторых, Евразийский банк развития не обладает судебным иммунитетом, поскольку спор касается его трудовых отношений с работником, в то время как характер судебного иммунитета банка является не абсолютным, а ограниченным (функциональным) (Определение Верховного Суда РФ от 27.12.2010 N 5-В10-108).
Аналогичным образом и в другом деле суд пришел к выводу, что иск об обязании возвратить имущество на общую сумму 3300000 долл. США, заявленный к Межгосударственной телерадиокомпании "Мир", подлежит разрешению в российском суде и данная компания не пользуется абсолютным иммунитетом. Ее иммунитет от судебного вмешательства и исполнительских действий носит функциональный характер, обусловлен задачами и функциями компании, закрепленными в международном договоре о ее создании и уставе.
Сам спор связан с осуществлением международной компанией коммерческой деятельности. В материалы дела не были представлены доказательства того, что все имущество, приобретенное по договору, в том числе и ценные бумаги, должно использоваться в целях осуществления профессиональной, т.е. направленной на реализацию основных уставных целей, а не вспомогательной коммерческой деятельности. В связи с этим отсутствуют и основания для распространения функционального иммунитета на все правоотношения сторон по спорному коммерческому договору (Постановление Президиума ВАС РФ от 20.01.2004 N 13111/03).
Помимо этого, не допускается оспаривание действий контрагента по неисполнению договорных обязательств, поскольку сама по себе констатация нарушения не способствует реальному восстановлению права (Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 22.12.2015 N Ф08-9051/2015). Однако можно оспорить предписание государственного органа, в которое тот оформил гражданско-правовое требование к исполнителю контракта, поскольку вопросы исполнения контракта не могут быть разрешены в таком порядке, влекущем для исполнителя санкции за неисполнение предписания в соответствии со ст. 19.5 КоАП РФ (Определение Верховного Суда РФ от 26.02.2015 N 305-КГ14-2126).
Кредитор вправе добиваться обращения взыскания только на имущество своего должника и иных обязанных вместе с ним в силу закона или договора лиц. Однако он не вправе ставить вопрос об обращении взыскания непосредственно на имущество компаний, конечным бенефициаром которых выступает его должник, поскольку в гражданском обороте указанные лица действуют самостоятельно и компании не отвечают по долгам своего бенефициара своим имуществом, что не лишает кредитора возможности добиваться обращения взыскания на акции компаний, посредством которых функционирует структура владения его активами (решение Октябрьского районного суда г. Орска от 28.01.2014 по делу N 2-30/2014).
Однако следует учитывать, что вопросы принадлежности акций иностранной компании бенефициару и обращения взыскания на них по его долгам не относятся к компетенции российских судов (Определение ВАС РФ от 22.04.2014 N ВАС-4138/14), поэтому судиться кредитору придется в иностранном суде по месту нахождения (Постановление ФАС Московского округа от 28.08.2013 по делу N А41-35957/12), поскольку местом нахождения эмитента акций является иностранное государство (Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.09.2013 N 09-АП-30202/2013-ГК). Этим такой случай отличается от ситуации, когда речь идет о споре о передаче акций иностранной компании между резидентами РФ при заключении и исполнении сделки между ними на территории РФ, поскольку в данном случае спор наиболее тесно связан с территорией нашей страны (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 11.12.2015 по делу N А40-81328/15).
Кредитор должен учитывать специфику законодательства офшорных юрисдикций, поскольку созданная с участием офшорных компаний сложная корпоративная структура владения активом, который "упакован" в целую цепочку компаний, позволяет в ряде стран выводить имущество из-под действия норм наследственного и семейного права, которые не могут влиять на передачу актива в траст. Законы других стран не могут влиять на действительность траста, если он был учрежден с соблюдением установленного порядка офшорной юрисдикции <25>. Обращение взыскания на такой актив будет крайне затруднительным.
--------------------------------
<25> Канашевский В.А. О праве, применимом к офшорным трастам, и об их признании // Закон. 2013. N 4.
Таким образом, непосредственно на имущество иностранных компаний, бенефициар которых является должником, кредитор не вправе ставить вопрос об обращении взыскания. То же самое касается и российских компаний, которые не отвечают по долгам своих владельцев, если со стороны самих компаний не было допущено недобросовестных действий, что давало бы основания для применения доктрин проникновения за корпоративную вуаль (ответственность владельцев компании по ее долгам) и обратного проникновения (ответственность компании по долгам ее владельцев), на чем следует остановиться отдельно.
По общему правилу в гражданском обороте каждое юридическое лицо действует самостоятельно. Оно работает как самостоятельный субъект, хотя и во многом зависит от воли своих владельцев, которые определяют ключевые направления его деятельности, распределяют выручку и др. Любая компания способна быть истцом и ответчиком в суде, имеет обособленное имущество и самостоятельно участвует в обороте, несет ответственность по своим обязательствам. Она не отвечает по долгам своих владельцев, равно как и они за нее никакой ответственности не несут, если до банкротства только ее не доведут. Такие базовые принципы знает каждый юрист, однако далеко не все знают, что помимо случая банкротства и добровольного принятия владельцем компании на себя ответственности по долгам компании (например, выдача поручительства) есть и еще один примечательный нюанс.
Суд при возникновении спора может посмотреть как будто сквозь компанию и, невзирая на ее формальную самостоятельность, привлечь к ответственности ее владельца. В доктрине гражданского права это называется очень изящно - срывание корпоративной вуали. Международное право признает общую обособленность юридических лиц на национальном уровне, кроме случаев, когда "корпоративная вуаль" выступает только как средство или движущая сила для обмана или уклонения (Постановление Европейского суда по правам человека от 09.10.2014 по делу "Лисейцева и Маслов" против Российской Федерации", жалобы N 39483/05 и 40527/10). Проще говоря, коммерсант не может прикрываться своей компанией с целью злоупотреблений. В таком случае суд видит за компанией непосредственно его самого как нарушителя.
Впервые на возможность применения в российском правопорядке доктрины срывания корпоративной вуали было указано в Постановлении Президиума ВАС РФ от 24.04.2012 N 16404/11. ныне упраздненный высший суд, не отмененные правовые позиции которого сохраняют свою силу, рассматривал дело о взыскании долгов с компаний, подконтрольных латвийскому банку. Через них он фактически в России вел деятельность. Иностранный банк не создал филиал или представительство, а работал через российские компании.
С этой целью были оборудованы офисные помещения, адреса которых указывались на коммерческих документах, в рекламной продукции, в интернет-ресурсах как адреса представительств банков. Данные помещения использовались для обслуживания лиц, заинтересованных в услугах банков, именно в этих помещениях представлялись необходимые документы от имени банков в целях предоставления банковских услуг и оказывались услуги.
У потребителей банковских услуг в РФ формировалось представление о том, что два представительства (в Москве и Санкт-Петербурге), указанные на официальных сайтах банков в различных доменных зонах среди прочих представительств банков в иностранных государствах, являются легальными представительствами банков в РФ. При этом в результате указания в поисковой интернет-системе наименования латвийского банка система первым выдавала сайт в доменной зоне РФ, содержащий информацию об этом банке, его услугах, которые доступны в РФ через два представительства в Москве и Санкт-Петербурге.
Данные компании фактически функционировали как представительства банков, реализующие их услуги в России. У потребителей услуг существовала возможность совершать сделки по месту нахождения представительств без прямого контакта с головными офисами банков в Риге. Это свидетельствовало о том, что предпринимательскую деятельность на территории РФ осуществляет именно латвийский банк, используя аффилированных лиц (доктрина срывания корпоративной вуали).
В приведенном деле суд производство по делу прекратил, поскольку вопрос выдачи срочных депозитов, составляющих невозвращенный долг, должен был разрешать иностранный суд. Однако суть совсем не в этом, а в том, что компанию можно признать филиалом иностранной организации, даже если та официально ее материнской структурой не является. Достаточно установить, что фактически вся деятельность велась такой компанией от имени и в интересах иностранной организации, т.е., по сути, она фактически и была ее подразделением. Соответственно, на материнскую компанию можно и долг ее неофициального "подразделения" повесить на основании применения доктрины срывания корпоративной вуали.
Такой подход к оценке факта наличия представительства или филиала юридического лица исходя из обстоятельств конкретного дела соответствует современной международной практике, в частности практике Суда справедливости Европейского союза (г. Люксембург).
Так, в деле SAR Schotte GmbH v. Parfums Rothschield (дело N 218/86, решение от 09.12.1987) Суд справедливости Европейского союза указал, что филиал или представительство считаются существующими даже в том случае, если юридическое лицо не имеет собственного юридически оформленного подразделения на территории иностранного государства, но тем не менее ведет деятельность на данной территории. Для этого оно использует в своих интересах независимую компанию со сходным наименованием, которая заключает сделки от своего имени и фактически выступает в качестве подразделения этого юридического лица.
Как выше мы уже отметили, компании не отвечают по долгам своих владельцев, если только со стороны самих компаний не было допущено недобросовестных действий, что давало бы основания для применения доктрин проникновения за корпоративную вуаль (ответственность владельцев компании по ее долгам) и обратного проникновения (ответственность компании по долгам ее владельцев). Эти доктрины заключаются в следующем.
Согласно концепции снятия корпоративного занавеса, также именуемой концепцией протыкания корпоративной вуали, проникновения за корпоративную вуаль и т.п., при наличии определенных условий ответственность за нарушения со стороны компании возлагается на лиц, полностью ее контролирующих. Такой подход используется в случае, если компания является всего лишь их "орудием", формальным прикрытием для недобросовестной деятельности. Использование компании как "альтер эго" (фасада, инструмента) владельцем направлено прежде всего на привлечение контролирующего лица к ответственности по обязательствам контролируемой им компании (или наоборот).
Иными словами, в данном случае речь идет о случаях отказа от применения принципа отделения имущества компании и имущества ее участников, игнорирования юридической самостоятельности юридического лица и праве кредиторов компании распространить ответственность на личное имущество ее участников, менеджеров или иных лиц, контролирующих юридическое лицо, за счет их личного имущества. Таким образом, эта доктрина защищает интересы кредиторов юридического лица. Сама конструкция юридического лица не может использоваться вопреки ее назначению, т.е. для создания самостоятельного хозяйствующего субъекта и для ведения коммерческой и иной деятельности. В приведенной ситуации дело касается случая, когда юрлицо используется во вред интересам добросовестных участников оборота. Владелец компании ею прикрывается, чтобы извлечь для себя необоснованные льготы и преференции. В этом случае с него может быть сорвана корпоративная вуаль, и за свои действия он будет отвечать сам.
Доктрина "обратного проникновения" основывается на том, что кредиторы участника компании (как правило, единственного) получают возможность обратить взыскание по его личным долгам на имущество контролируемой им компании, что в качестве исключения допускает судебная практика отдельных западноевропейских стран, например Швейцарии.
Если владелец полностью контролирует свою компанию, то этого еще недостаточно для того, чтобы применить рассматриваемые доктрины. В любом случае изначально суд исходит из того, что каждый из них действует самостоятельно. Вступая в отношения с кем-то одним из них, именно к нему контрагент и приобретает права и обязанности по сделке. Сопутствующее участие при совершении сделки второго субъекта (компании или владельца) не означает его участие в самой сделке. Если, например, владелец компании заключил сделку как гражданин, а оплатил услуги контрагента со счета своей компании, то она в этой сделке не участвует. Более того, если в назначении платежа компания не указала, что платит за своего владельца, то она еще и получает право на возврат платежа как ошибочно перечисленного (ст. 1102 ГК РФ).
Так, в одном деле гражданин заказал выполнение работ в принадлежащем ему доме, оплатив их стоимость со счета принадлежащей ему компании. Затем сама компания взыскала уплаченную сумму с подрядчика, основываясь на том, что договор на выполнение работ с ней так и не был заключен. Гражданин специально вел переговоры, позиционируя заключение сделки от компании, чтобы потом иметь возможность взыскать обратно деньги в компанию. Отклоняя довод подрядчика о том, что компания-плательщик была полностью подконтрольна заказчику работ, суд отметил самостоятельность участия компании в гражданском обороте.
Помимо этого, суд также указал на невозможность создания обязанностей для компании, поскольку она не являлась стороной обязательства между заказчиком и подрядчиком. В платежном поручении отсутствовало указание на исполнение денежного обязательства заказчика. Кроме того, суд отметил наличие возможности у подрядчика взыскать неосновательное обогащение, образовавшееся на стороне заказчика в связи с уклонением от оплаты фактически принятых работ (Постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 27.03.2015 по делу N А33-2867/2014).
При выводе активов с одной компании на другую с переоформлением работников в ее штат, перезаключением договоров и переоформлением прав нельзя привлечь к солидарной или субсидиарной ответственности владельцев новой компании, равно как и ее саму, поскольку в отсутствие такого права в законе или в соглашении между сторонами это невозможно (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 10.02.2014 N А33-6328/2013).
Несмотря на то что новая компания создается для замены прежней, чтобы бросить ее с долгами и начать все с чистого листа, никаких требований к новой компании кредитор заявлять не вправе. Передача ей всех активов, перезаключение договоров с контрагентами - это те действия, которые очевидно свидетельствуют о недобросовестности бывших владельцев брошенной компании, тем более если они в том же составе заходят в новую компанию, не скрывая тем самым свои намерения бросить предыдущее юрлицо. Однако, сами по себе такие действия, хотя они явно недобросовестные, не дают оснований для привлечения их и новой компании по долгам предыдущей. Доктрина срывания корпоративной вуали здесь вообще неприменима.
Этим частные споры отличаются от дел с участием налоговых органов, которые вправе взыскивать задолженность по налогам и иным обязательным платежам с взаимозависимых лиц по отношению к налогоплательщику, на которых он перевел бизнес, в том числе даже если в отношении таких лиц возбуждено дело о банкротстве, что не рассматривается судами как нарушение прав конкурсных кредиторов таких лиц (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 03.02.2016 N Ф09-11058/15).
Отметим, что пострадавший кредитор не лишен возможности поставить перед судом вопрос о недействительности заключенных между своим должником и новой компанией сделок по причине их мнимости (п. 1 ст. 170 ГК РФ), если имеются доказательства в пользу того, что активы не передавались либо переоформлялись фиктивно, передача имела место между теми же лицами, которые фактически контролировали компании. Юридическое лицо есть не что иное, как фикция, искусственное образование, обособленное имущество. Оно создается его учредителями для участия в имущественном обороте, в случае создания коммерческой организации, в том числе и для получения прибыли (п. 1 ст. 50 ГК РФ). При этом учредители (участники) юридического лица получают в отношении его имущества права, необходимые для удовлетворения своих имущественных интересов.
В связи с этим, если участниками обеих компаний являлись одни и те же лица, то, несмотря на фактическое исполнение мнимых сделок по выводу активов, к реальной цели, для достижения которой заключаются подобные сделки, они не привели. Они были заключены исключительно с целью недопущения обращения взыскания на имущество, принадлежащее должнику, владельцы которого путем учреждения нового искусственного образования создали лишь видимость смены собственника имущества. Совершение действий по оплате имущества, государственной регистрации права собственности на приобретенное имущество не привело к реализации цели договора купли-продажи - передаче имущества от одного реального собственника имущества к другому.
Подобные действия следует квалифицировать на основании положений ст. 10 ГК РФ как злоупотребление правом совершения формально законных действий с целью воспрепятствования кредитору в получении причитающихся ему денег (Постановление ФАС Московского округа от 12.07.2004 N КГ-А40/5183-04). По рассматриваемому основанию можно оспорить не только договор купли-продажи, мены, но и иную сделку, направленную на формальное отчуждение с целью вывода активов, например внесение имущества в уставный капитал компании (Постановление ФАС Поволжского округа от 12.12.2011 по делу N А72-8529/2010).
Кредитор также вправе оспаривать ликвидацию своего должника, если она проводится с нарушением закона (его требования не включаются в промежуточный ликвидационный баланс, ему не направляется извещение о ней и др.). Он вправе также оспаривать реорганизацию путем присоединения к другой компании или слияния с ней, если имеются достаточные основания для вывода о том, что такие действия очевидно являются недобросовестными. В частности, об этом могут свидетельствовать следующие обстоятельства:
- в процессе реорганизации участвует значительное количество других юридических лиц;
- в состав правопреемника, образуемого в результате реорганизации, вводятся номинальные участники/акционеры и директор;
- правопреемник не наделяется никаким имуществом или ему передаются незначительные активы, которых недостаточно для ведения коммерческой деятельности;
- реорганизация сопровождается сменой места нахождения на другой регион;
- имеет место иная сопутствующая атрибутика (отсутствие персонала, каких-либо иных ресурсов, необходимых для занятия предпринимательской деятельностью, несдача отчетности, отсутствие счетов в кредитных организациях и т.д.), характерная для так называемых фирм-однодневок, которые не ведут коммерческой деятельности и тем более не планируют обслуживать долги перед своими кредиторами (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 29.06.2015 N Ф06-24907/2015).
Как видно из вышеприведенных примеров из судебной практики, по большей части суды отказываются применять рассматриваемую доктрину. Владелец компании и она сама в гражданском обороте действуют самостоятельно. Это некая общая презумпция, которую нужно опровергнуть, а заодно с этим еще и доказать ряд иных юридически значимых обстоятельств. Необходимо установление целого комплекса факторов, среди которых можно отметить следующие:
- условием применения доктрины является решение вопроса о привлечении к ответственности материнской компании по долгам дочерней или ее подразделения (филиала и представительства, в том числе неофициальных, как мы видели выше), владельца компании по ее долгам (Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 19.05.2015 N Ф03-1778/2015) или обращение взыскания на имущество компании по долгам владельца, поскольку только эти вопросы составляют сферу ее применения;
- вовлеченность в спор из сделки или иного основания одновременно и компании, и ее владельца (например, владелец компании получает товар, а с ее счета без договора перечисляет деньги, чтобы потом их попытаться взыскать как неосновательное обогащение);
- подконтрольность компании этому владельцу и возможность принятия управленческих решений, расходования ее денег;
- отсутствие иных лиц, способных определять принимаемые компанией решения, либо они имеются, но при этом действуют исключительно в интересах владельца;
- при участии в споре нескольких компаний в их составе должно быть одно и то же контролирующее лицо, которое определяет их действия;
- недобросовестность действий владельца компании в отношении своего кредитора, получение от него исполнения и нежелание выполнять свои обязательства по сделке;
- наличие у владельца компании намерения использовать ее в отношениях с кредитором исключительно ему во вред.
Если данные обстоятельства имеют место, то у кредитора есть шанс доказать свою правоту и добиться применения в его споре с должником доктрины срывания корпоративной вуали. Это можно увидеть из следующего примера.
Суд в одном деле отказал компании в удовлетворении требования о взыскании с исполнителя, оказавшего услуги, неосновательного обогащения. С исполнителем сразу две организации, подконтрольные одному и тому же владельцу, заключили два договора. Оплата прошла от одной из них, а результат работ от исполнителя приняла другая компания. Первая компания, которая перечислила деньги, стала требовать их назад со ссылкой на то, что для нее исполнитель ничего не сделал.
Суд ее иск отклонил, отметив следующее. Владелец обеих компаний сам создал ситуацию правовой неопределенности в вопросе об определении надлежащего лица, обязанного оплатить оказанные услуги. Это проявилось в том, что он заключил два договора и провел оплату от нескольких подконтрольных ему компаний. В такой ситуации суд посчитал, что в действиях одной из его компаний, истребующей неосновательное обогащение, имеются признаки злоупотребления правом, что влечет отказ в иске (Постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 26.05.2015 по делу N А75-3259/2014).
В приведенном примере недобросовестность действий со стороны компаний, подконтрольных заказчику услуг, была очевидна. Все компании заключили с исполнителем договоры и провели частичную оплату, что подтверждало их общую осведомленность о предмете сделки и согласованный характер общих действий. Подобное поведение участников гражданского оборота направлено на создание видимости безосновательного получения денежных средств исполнителем. В данном случае имеется аффилированность между всеми компаниями, поэтому последующее инициирование данного судебного процесса является злоупотреблением процессуальными правами со стороны компании, истребующей неосновательное обогащение. Такое недобросовестное требование не подлежит судебной защите. А вот в самом первом случае, когда компания просто перечислила деньги без договора, такого не было. Поскольку договор она не заключала, ей достаточно было просто заявить о том, что платеж направлен ошибочно.
Аналогичным образом и еще в одном деле суд не усмотрел оснований для применения данной доктрины, поскольку несколько вовлеченных в процесс компаний в своем составе имели различных контролирующих лиц, т.е. у них не было единого субъекта контроля, который бы определял их действия. Суть спора была в том, что должник не рассчитался с кредиторами и был признан банкротом. Никакого имущества для погашения долгов у него не было, однако все его активы были заблаговременно переведены на две другие компании. Они и стали работать вместо должника с теми же партнерами, под теми же товарными знаками, с тем же самым персоналом, даже фирменное наименование у одной из них осталось то же для удобства, за исключением организационно-правовой формы.
Однако у новых компаний были новые владельцы, которые к прежней истории отношения уже не имели, хотя, как мы видели из вышеприведенного примера, даже те же владельцы компаний не дают оснований кредитору наказать новые компании. По этой причине суд отклонил довод о необходимости применения рассматриваемой доктрины со ссылкой на то, что в данном случае нет единого контролирующего субъекта, который бы определял действия всех компаний (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 13.04.2016 по делу N А03-14308/2015).
Доктрина срывания корпоративной вуали при наличии оснований для ее применения предоставляет следующие возможности участникам гражданского оборота: 1) отклонить иск, заявленный одним из участников группы, преследующим общий интерес, но формально использующим свое самостоятельное участие в отношениях с ответчиком; 2) добиться привлечения к ответственности по долгам компании ее контролирующих лиц и наоборот, причем даже без возбуждения дела о банкротстве. Однако на практике, как видели, можно встретить применение только первого случая использования доктрины, ко второму наши суды, видимо, еще недостаточно готовы и лояльно позволяют уходить от ответственности недобросовестным должникам. Возможно, в будущем эта тенденция изменится в лучшую для кредиторов сторону.
В настоящее время в российском правопорядке возможность привлечения к субсидиарной ответственности владельцев компании по ее долгам существует только лишь в рамках банкротства такой компании (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 21.01.2015 по делу N А40-52404/14-104-447). При этом они должны ее довести до такого состояния своими виновными действиями (бездействием). В противном случае оснований для возложения на них указанной ответственности не имеется.
Нельзя заявить иск о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц, которые имели фактическую возможность управлять компанией, если в отношении ее дело о банкротстве не возбуждалось, поскольку доведение до него выступает необходимым основанием их ответственности (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 21.01.2015 по делу N А40-52404/14-104-447). Недопустимым будет также поставить этот вопрос до завершения процесса формирования конкурсной массы должника, поскольку размер субсидиарной ответственности контролирующих лиц в этом случае не может быть достоверно определен, учитывая характер данного вида ответственности как дополнительной, наступающей только при недостаточности имущества основного должника (Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 05.05.2015 по делу N А56-9862/2009).
Если же производство по делу о банкротстве должника было возбуждено, его конкурсная масса была сформирована, то при недостаточности имущества контролирующее лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности по его обязательствам и в том случае, даже если должник был ликвидирован, поскольку никаких изъятий на этот счет закон не предусматривает (Определение Верховного Суда РФ от 07.12.2015 N 307-ЭС15-5270).
Недобросовестные участники гражданского оборота с целью ухода от ответственности могут накануне действий по выводу активов сменить директора и участников компании, поставив вместо них номинального директора и участника и бросив ее. Формально передав ему документы по акту приема-передачи с печатью, они тем самым пытаются переложить риск невыполнения обязанностей руководителя и владельца компании по неподаче заявления о признании компании банкротом на другое лицо. Как показывает практика, если до момента такой рокировки компания признакам несостоятельности не отвечала, то оснований считать проведенные фактические и регистрационные действия фиктивными у суда не будет (Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 06.11.2015 по делу N А56-33863/2013).
Следует учитывать, что вопрос о привлечении к субсидиарной ответственности лиц, контролирующих компанию, т.е. имеющих фактическую возможность определять ее действия (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ), может быть поставлен только при условии, что они действовали от ее имени и входили в состав ее органов управления (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 02.10.2015 N Ф05-6465/2014).
Здесь следует особо отметить, что рассмотренный вопрос о применении в российском правопорядке названной выше доктрины имеет особую значимость для более эффективной защиты прав и законных интересов участников гражданского оборота, которые могут отстаивать их и при отсутствии специальных средств правовой защиты с позиций добросовестности, разумности и справедливости. В основе права (jus), как справедливо отметил Е.А. Суханов, лежит нравственная категория справедливости, не имеющая экономического содержания и потому необъяснимая с экономических позиций <26>.
--------------------------------
<26> Суханов Е.А. О частных и публичных интересах в развитии корпоративного права // Журнал российского права. 2013. N 1.
Пострадавший кредитор не лишен возможности поставить перед судом вопрос о недействительности заключенных между своим должником и новой компанией сделок по причине их мнимости (п. 1 ст. 170 ГК РФ), если имеются доказательства в пользу того, что активы не передавались либо переоформлялись фиктивно, передача имела место между теми же лицами, которые фактически контролировали компании. Юридическое лицо есть не что иное, как фикция, искусственное образование, обособленное имущество. Оно создается его учредителями для участия в имущественном обороте, в случае создания коммерческой организации, в том числе и для получения прибыли (п. 1 ст. 50 ГК РФ). При этом учредители (участники) юридического лица получают в отношении его имущества права, необходимые для удовлетворения своих имущественных интересов.
В связи с этим, если участниками обеих компаний являлись одни и те же лица, то, несмотря на фактическое исполнение мнимых сделок по выводу активов, к реальной цели, для достижения которой заключаются подобные сделки, они не привели. Они были заключены исключительно с целью недопущения обращения взыскания на имущество, принадлежащее должнику, владельцы которого путем учреждения нового искусственного образования создали лишь видимость смены собственника имущества. Совершение действий по оплате имущества, государственной регистрации права собственности на приобретенное имущество не привело к реализации цели договора купли-продажи - передаче имущества от одного реального собственника имущества к другому.
Подобные действия следует квалифицировать на основании положений ст. 10 ГК РФ как злоупотребление правом - совершение формально законных действий с целью воспрепятствования кредитору в получении причитающихся ему денег (Постановление ФАС Московского округа от 12.07.2004 N КГ-А40/5183-04). По рассматриваемому основанию можно оспорить не только договор купли-продажи, мены, но и иную сделку, направленную на формальное отчуждение с целью вывода активов, например внесение имущества в уставный капитал компании (Постановление ФАС Поволжского округа от 12.12.2011 по делу N А72-8529/2010).
Кредитор также вправе оспаривать ликвидацию своего должника, а также реорганизацию путем присоединения к другой компании или слияния с ней, если в процессе реорганизации участвует значительное количество других юридических лиц, с введением в состав убыточного правопреемника номинальных участников/акционеров и директора, со сменой места нахождения на другой регион и с иной сопутствующей атрибутикой (отсутствие денежных средств, имущества и иных активов, персонала, ресурсов, необходимых для занятия предпринимательской деятельностью, несдача отчетности, отсутствие счетов в кредитных организациях и т.д.), характерной для так называемых фирм-однодневок, которые не ведут коммерческой деятельности и тем более не планируют обслуживать долги перед своими кредиторами (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 29.06.2015 N Ф06-24907/2015).
Участники гражданского оборота при отстаивании своих законных интересов должны не ограничиваться очевидными способами защиты права, а быть активнее и учитывать иные возможные средства правовой защиты. При изъятии у государственного унитарного предприятия или государственного учреждения собственником его имущества тех или иных объектов, используемых ими для ведения предпринимательской деятельности, с целью уберечь их от взыскания по требованиям кредиторов к ним можно предъявить иск о привлечении к субсидиарной ответственности (Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 19.01.2016 по делу N А56-33953/2011).
Кондикционный иск может стать эффективным и действенным способом защиты прав участника гражданского оборота в ситуации, когда отсутствует возможность восстановить его права посредством использования иных, предусмотренных в ст. 12 ГК РФ, способов правовой защиты, в частности, когда подрядчик не может взыскать задолженность по контракту с муниципальным учреждением, у которого имущество изъято публично-правовым образованием, а последнее нельзя привлечь к субсидиарной ответственности по долгам.
Так, в одном деле подрядчик выполнил по государственному контракту работы по капитальному ремонту здания и инженерных сетей бюджетного учреждения. Поскольку работы были оплачены не полностью, подрядчик пытался взыскать долг в суде, предъявив иск как к учреждению, так и ко второму ответчику, которым он считал публично-правовое образование, являющееся собственником имущества учреждения. Однако оснований для привлечения к субсидиарной ответственности публично-правового образования суд не нашел, поскольку бюджетное учреждение заключило договор подряда с целью выполнения капитального ремонта здания, в котором осуществлялась его уставная деятельность, т.е. действовало оно как юридическое лицо, приобретающее по сделке соответствующие права и обязанности.
Согласно положениям п. 2 ст. 120 ГК РФ бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, как закрепленным за бюджетным учреждением собственником имущества, так и приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет выделенных собственником имущества бюджетного учреждения средств, а также недвижимого имущества.
Собственник имущества бюджетного учреждения не несет ответственности по обязательствам бюджетного учреждения. Вместе с тем необходимо учитывать, что в результате выполнения спорных работ по капитальному ремонту увеличилась стоимость имущества - здания, находящегося у бюджетного учреждения на праве оперативного управления, на которое согласно п. 2 ст. 48 ГК РФ муниципальное образование имеет право собственности.
Увеличение стоимости имущества влечет возникновение у собственника учреждения обязанности по ее оплате в силу положений, предусмотренных ст. 210, п. 2 ст. 296 ГК РФ. Закрепление публично-правовым образованием недвижимого имущества за бюджетным учреждением на праве оперативного управления с одновременным исключением данного имущества из числа объектов, на которые может быть обращено взыскание, а также субсидиарной ответственности по долгам учреждения не должно влечь неосновательного обогащения публично-правового образования как собственника имущества в виде увеличения его стоимости при неисполнении учреждением обязанности по оплате спорных работ. Указанное увеличение стоимости имущества, пока не доказано иное, признается равным стоимости спорных работ (Постановление Президиума ВАС РФ от 01.10.2013 N 3911/13).
Если истец не может истребовать свое имущество виндикационным иском из-за того, что его нельзя идентифицировать как индивидуально определенную вещь, то он не лишен возможности взыскать с ответчика, которому она была передана, неосновательное обогащение в размере ее стоимости и при условии, что она находится у ответчика. В противном случае может быть предъявлен только виндикационный иск к третьему лицу (Постановление ФАС Центрального округа от 20.04.2012 по делу N А09-4960/2011), которое не состоит с истцом в обязательственных отношениях и не может отвечать по кондикционному иску. Также отметим, что, если истцу отказано в удовлетворении виндикационного иска по мотиву пропуска срока исковой давности, что погашает его материальное требование к ответчику вне зависимости от законности владения имуществом, он уже не вправе истребовать кондикционным иском неполученные доходы от использования такого имущества (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 11.07.2014 по делу N А33-14943/2013).
По делам об оспаривании ненормативных правовых актов антимонопольного ведомства заявитель должен учитывать, что оспаривать он вправе далеко не все исходящие от него юрисдикционные акты, на что было обращено внимание в п. п. 1 - 4 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.03.2016. Так, нельзя оспаривать акт проверки, который, закрепляя результат ее проведения, сам по себе не порождает прав и обязанностей лица, поскольку не устанавливает факта нарушения антимонопольного законодательства, не содержит обязательного для исполнения требования, а лишь фиксирует признаки выявленных нарушений, в связи с чем не подлежит оспариванию в судебном порядке. Зато можно оспаривать приказ о проведении проверки, предупреждение о прекращении нарушений, решение и предписание антимонопольного органа.
Для наглядной иллюстрации выбора истцом ненадлежащего способа защиты своего нарушенного права можно привести следующий показательный пример. В 2012 г. на экраны вышел комедийный фильм "Дублер" в главной роли с Александром Реввой, известным юмористом и резидентом шоу "Comedy club". В фильме высмеивались закулисные интриги, сплетни, слухи и недостойное поведение, царящие в мире шоу-бизнеса. Одним из отрицательных персонажей фильма был герой по имени Михаил Стасов, который олицетворял собой все негативные черты человека - жадность, позерство, жульничество, обжорство и т.п. По замыслу создателей киноленты, данный персонаж являл собой собирательный образ и, по их утверждениям, не имел никакого отношения к известному российскому эстрадному певцу, хотя и внешне, по мимике и иным характерным особенностям был очень похож на него.
В итоге вышедший на экраны фильм стал поводом к судебному разбирательству, где истец защищал свои честь, достоинство и репутацию, считая, что в фильме было незаконно, без его согласия использовано его изображение, что является прямым нарушением ст. 152.1 ГК РФ. Истец обратился в суд с требованиями к прокатчику о защите права на охрану изображения в порядке ст. 152.1 ГК РФ путем взыскания компенсации морального вреда, обосновывая свои требования тем, что в художественном фильме без его согласия было использовано его изображение. Светская премьера фильма прошла в кинотеатре, после чего изображение истца стало доступно неограниченному кругу лиц. Изображение использовано не в государственных, общественных или иных публичных интересах и явно не необходимо для их защиты. Ответчик, осуществив неправомерное использование изображения истца, причинил и продолжает причинять ему моральный вред, который обязан компенсировать истцу на основании ст. ст. 12, 150, 151, 152.1, 1099, 1100, 1101 ГК РФ.
Ответчик считал, что персонаж фильма Михаил Стасов представляет собой собирательный образ российского шоумена - эстрадного исполнителя, так как указанный персонаж специально создан внешне максимально похожим на истца, скопирован с него, создан с использованием наиболее характерных индивидуальных признаков внешности истца, при этом ему специально приданы негативные черты поведения, создан отрицательный образ. В фильме не были использованы фотографии истца, видеозаписи с участием истца, произведения изобразительного искусства, в которых запечатлен истец. Не использованы также какие-либо фрагменты таких фотографий, видеозаписей или произведений изобразительного искусства. Истцом в исковом заявлении и представителями истца в судебном заседании конкретно ни одного указания на такое использование не сделано. Следовательно, право истца на охрану его изображения по смыслу ст. 152.1 ГК РФ не нарушено.
Утверждение об использовании изображения истца в качестве образа отрицательного героя Михаила Стасова, по мнению ответчика, не соответствует действительности, поскольку фильм - аудиовизуальное художественное произведение, созданное в жанре сатирической комедии, описывающей закулисный мир и нравы современного эстрадного искусства, в котором использованы различные приемы, свойственные этому жанру: сарказм, ирония, гротеск, гипербола, пародия и другие. Персонаж фильма Михаил Стасов представляет собой собирательный образ российского шоумена - эстрадного исполнителя. Данный образ - произведение, результат творческого труда авторов фильма, авторов произведений, созданных для фильма и использованных в нем, актера - исполнителя роли. Указанный образ создан в том числе и посредством переработки в форме пародии сценического образа истца, который создан и давно обнародован истцом, широко растиражирован и доступен неограниченному кругу лиц.
При таких обстоятельствах на основании п. 3 ст. 1274 ГК РФ создание произведения в жанре литературной, музыкальной или иной пародии либо в жанре карикатуры на основе другого (оригинального) правомерно обнародованного произведения и использование этой пародии либо карикатуры согласия автора или иного обладателя исключительного права на оригинальное произведение не требуют и осуществляются без выплаты ему вознаграждения. Создатель образа не ограничен в использовании и сохранении отдельных элементов оригинала.
Отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований, суд исходил из следующего. Согласно ст. 152.1 ГК РФ обнародование и дальнейшее использование изображения гражданина (в том числе его фотографии, а также видеозаписи или произведения изобразительного искусства, в которых он изображен) допускаются только с согласия этого гражданина. Такое согласие не требуется в случаях, когда использование изображения осуществляется в государственных, общественных или иных публичных интересах; изображение гражданина получено при съемке, которая проводится в местах, открытых для свободного посещения, или на публичных мероприятиях (собраниях, съездах, конференциях, концертах, представлениях, спортивных соревнованиях и подобных мероприятиях), за исключением случаев, когда такое изображение является основным объектом использования; гражданин позировал за плату.
В соответствии со ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. В случаях и в порядке, которые предусмотрены законом, личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежавшие умершему, могут осуществляться и защищаться другими лицами, в том числе наследниками правообладателя.
Нематериальные блага защищаются в соответствии с ГК РФ и другими законами в случаях и в порядке, которые ими предусмотрены, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения. Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
В силу п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.
В приведенном деле истец ни в своем исковом заявлении, ни при рассмотрении дела не представил доказательств использования в спорном фильме фотографий, видеозаписей или произведений изобразительного искусства со своим изображением. Исследовав представленные письменные документы и просмотрев художественный фильм, суд пришел к выводу о том, что в фильме не были использованы фотографии истца, видеозаписи с его участием и произведения изобразительного искусства, в которых истец запечатлен, а также их фрагменты.
При этом суд указал, что в художественном фильме роль Михаила Стасова играет загримированный актер, черты которого имеют схожесть с истцом. Исполнение роли актером подтверждается также титрами к данному фильму. Однако данное обстоятельство не свидетельствует об использовании изображения истца в толковании ст. 152.1 ГК РФ. Суд не принял представленные истцом акты экспертного исследования, поскольку разрешение вопроса об использовании изображения гражданина осуществляется судом и носит правовой характер, для чего специальные познания не требуются. При этом изложенные в данных актах выводы противоречили буквальному содержанию ст. 152.1 ГК РФ.
В актах, а также в заключениях специалистов было указано, что речь идет о совпадении характерных признаков и элементов, но в них отсутствовали выводы о тождестве изображений истца и героя фильма. На исследование специалистам представлялось фото истца в публичной жизни в качестве эстрадного артиста, а не обычного гражданина. В художественном фильме был использован сценический образ артиста, исполнителя из мира шоу-бизнеса. В фильме использовался сценический образ, осуществление пародии на сценический образ не является воспроизведением изображения истца, существующие образы не тождественны.
Кроме того, отметил суд, как следует из контекста и содержания фильма образ Михаила Стасова имеет признаки пародии.
Согласно разъяснениям, изложенным в п. 35 совместного Постановления Пленумов Верховного Суда РФ, ВАС РФ N 5/29 от 26.03.2009 "О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", в силу п. 3 ст. 1274 ГК РФ допускаются без согласия автора или иного обладателя исключительного права на оригинальное произведение и без выплаты ему вознаграждения создание произведения в жанре литературной, музыкальной или иной пародии либо в жанре карикатуры на основе другого (оригинального) правомерно обнародованного произведения и использование этой пародии либо карикатуры.
В связи с этим автор оригинального произведения не вправе запрещать использование своего произведения указанным способом на основе положений части четвертой ГК РФ. В случае если пародия или карикатура порочит честь, достоинство или деловую репутацию автора оригинального произведения, он вправе защищать их в порядке, установленном ст. 152 ГК РФ. При таких обстоятельствах, руководствуясь ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, суд пришел к выводу о том, что в художественном фильме использовано не оригинальное изображение истца, что предполагало необходимость получения его согласия, а показана пародия на собирательный образ российского шоумена - эстрадного исполнителя, созданная на основе переработок различных образов.
Доказательств того, что образ был переработан не в целях создания пародии или что в спорном фильме использованы фотографии истца, видеозаписи с его участием и произведения изобразительного искусства, в которых истец запечатлен, а также их фрагменты, истцом в нарушение ст. ст. 12, 56 ГПК РФ не было представлено. В связи с этим исковые требования о компенсации морального вреда были отклонены, поскольку изображение истца в смысле ст. 152.1 ГК РФ ответчиком в художественном фильме не использовалось.
Суд также отклонил довод истца о том, что использование изображения истца в фильме осуществлено через изображение индивидуальных элементов и признаков внешности истца в таких произведениях изобразительного искусства, как грим, персонаж и исполнение роли персонажа Михаила Стасова, включенных в видеозапись фильма как сложного объекта, поскольку в ходе рассмотрения дела истцом не было доказано тождество его изображения и героя фильма (Апелляционное определение Московского городского суда от 30.08.2013 по делу N 11-27507).
Ошибка истца заключалась в выборе ненадлежащего способа защиты права. Статья 12 ГК РФ не ограничивает истца в выборе способов правовой защиты, перечень которых не является исчерпывающим. Вместе с тем выбранное средство юридической защиты должно отвечать характеру допущенного нарушения и способствовать реальному восстановлению нарушенных прав. В ст. 152.1 ГК РФ речь идет именно об изображении самого гражданина, т.е. воспроизведении его образа как человека посредством фотографирования или видеосъемки. Правовая защита, предусмотренная названной статьей, распространяется именно на изображение гражданина. В рассматриваемом деле само изображение истца ответчиком не использовалось.
Ответчик, отталкиваясь от изображения истца, его сценического образа, в художественном фильме создал карикатурный образ в исполнении комедийного актера. В фильме был скопирован сценический образ истца и представлен в гипертрофированном виде с целью усиления комического эффекта. Для этого некоторые особенности поведения, манеры общения, мимика истца были воспроизведены в фильме для узнаваемости истца.
В данном деле истцу следовало заявить просто требование о компенсации морального вреда, обосновав его тем, что в фильме он был изображен в комичном виде, создающем негативное впечатление о нем у неограниченного круга лиц. За счет использования ряда элементов (манера общения, мимика, поведение и т.п.) образ героя в фильме очевидно свидетельствует о том, что его создатели имели в виду именно истца. Об этом также свидетельствует имя персонажа. Такое требование отвечает характеру допущенного нарушения, поскольку снятым фильмом нарушаются личные неимущественные права истца в связи с тем, что в фильме он изображен в качестве отрицательного персонажа, негативно, что повлекло возникновение у него нравственных страданий в связи с ущемлением достоинства личности, чести и доброго имени.
В качестве доказательств помимо исследования в судебном заседании фильма истец мог бы представить заключения специалистов, ходатайствовать о назначении экспертизы, ставить вопросы перед специалистами и экспертами не о том, было или нет использовано его изображение, а о том, имеет ли сходство персонаж фильма с ним, его сценическим образом, какие художественные приемы использовались при создании фильма, какая цель в результате была достигнута, а именно, какое впечатление складывается от этого образа.
Помимо этого, истец мог бы использовать такой инструмент, как проведение социологического опроса среди различной аудитории с целью выявить отношение к персонажу фильма, насколько он соотносим с истцом и его сценическим образом, какое впечатление у опрашиваемых респондентов сложилось о персонаже и об истце, изменилось ли к истцу у них отношение после просмотра фильма и т.д. Результаты социологического опроса он смог бы использовать в качестве одного из доказательств по делу. В качестве ответчиков по делу истцу следовало бы привлечь не только кинопрокатчика, но и организацию - создателя фильма, поскольку его личные неимущественные права нарушаются не только действиями прокатчика, но также и действиями самого создателя фильма.
Таким образом, необходимо в каждом конкретном случае выбирать надлежащий способ защиты права, поскольку в противном случае даже при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о нарушении прав истца, выбор им не того способа защиты может повлечь отказ в иске. В приведенном примере ошибка истца заключалась в том, что вместо требования о защите права на изображение ему следовало заявить иск о компенсации морального вреда в связи с созданием у широкого круга лиц негативного мнения о нем.
Для такого рода случаев ст. 150 ГК РФ о возможности присуждения компенсации морального вреда является универсальным средством правовой защиты, в отличие от таких специальных способов, как защита права на изображение, а также защита чести, достоинства и деловой репутации, которые могут быть использованы только в ситуации, когда для этого имеются необходимые основания.
Истец не ограничен в выборе способов защиты своего нарушенного права, учитывая, что перечень возможных средств правовой защиты не является исчерпывающим в связи с многообразием жизненных ситуаций. Так, например, если взыскатель злоупотребляет своими правами и полученный из суда исполнительный лист против должника несколько раз предъявляет в различные банки, где у того открыты счета, то последний вправе обратиться с самостоятельным иском о прекращении взыскания по выданному исполнительному листу (Определение Верховного Суда РФ от 09.03.2016 N 310-ЭС15-17354). Такой способ защиты права является допустимым, поскольку у должника отсутствует иная возможность добиться прекращения исполнительного производства.
В ситуации, когда заемщик, получивший кредитную карту, не располагает точной информацией о размере своего долга, а банк ему ее не дает, не раскрывая всей информации, надлежащим способом защиты права будет подача иска о признании кредитной задолженности отсутствующей и кредитного договора исполненным. В рамках такого дела банк в своих возражениях будет обязан раскрыть информацию о размере долга заемщика, что позволит ему погасить сумму долга и проценты за пользование ею, а в части остальных сумм добиваться их снижения.
В приведенном примере использование такого способа правовой защиты преследует цель не освобождения заемщика от кредитного бремени, а возбуждения судебного производства, в рамках которого он сможет получить достоверную и исчерпывающую информацию о действительном размере своих обязательств перед банком, который не станет ее скрывать, учитывая риск удовлетворения иска заемщика при отсутствии с его стороны возражений и документальных доказательств. Кроме того, для такой ситуации, когда банк не предоставляет заемщику информацию, законом специального способа защиты прав не предусмотрено, что и делает возможным его использование. Иным образом обстоит дело в случае, когда специальное средство правовой защиты в законе имеется.
Ранее мы уже отмечали, что уникальная ситуация сложилась на территории Крымского полуострова, которая позволила ряду заемщиков в судебном порядке добиться признания кредитных договоров с украинскими банками, покинувшими Крым, прекращенными. В настоящее время такая возможность уже утрачена, поскольку порядок обслуживания долгов крымских заемщиков перед украинскими банками существенно изменился в связи с принятием Федерального закона от 30.12.2015 N 422-ФЗ "Об особенностях погашения и внесудебном порядке урегулирования задолженности заемщиков, проживающих на территории Республики Крым или на территории города федерального значения Севастополя, и внесении изменений в Федеральный закон "О защите интересов физических лиц, имеющих вклады в банках и обособленных структурных подразделениях банков, зарегистрированных и (или) действующих на территории Республики Крым или на территории города федерального значения Севастополя" <27>.
--------------------------------
<27> Бычков А.И. О рисках и спорах по кредитному договору. М.: Инфотропик Медиа, 2016.
Украинские банки не вправе взыскивать с крымских заемщиков долги по кредитным договорам иначе, чем путем обращения в Фонд защиты вкладчиков. Если они или иные лица, которым они поручили ведение дела в суде или уступили свои права требования к заемщикам, все-таки обратились с иском в суд, то он подлежит оставлению без рассмотрения (Определение Симферопольского районного суда Республики Крым от 17.02.2016 по делу N 2-77/16), поскольку считается, что не соблюден обязательный досудебный порядок разрешения спора (Определение Джанкойского районного суда Республики Крым от 08.02.2016 по делу N 2-480/16).
Поскольку специальным законом урегулирован порядок погашения кредита для крымских заемщиков украинских банков, они уже не вправе требовать признания кредитных договоров прекращенными. Теперь суды также стали указывать на то, что уход украинских банков из Крыма является тем обстоятельством, которое делает временно невозможным обслуживание кредита, но не освобождает заемщика от данной обязанности (Апелляционное определение Севастопольского городского суда от 14.01.2016 по делу N 33-89/2016).
Выбор конкретного способа защиты нарушенного права зависит от вида нарушения и фактических обстоятельств дела. Так, например, если с заказчика была взыскана задолженность по договору подряда в большей сумме, чем подрядчик был вправе рассчитывать, при этом возможность заявить о своих возражениях он упустил, не явившись в судебный процесс, он не лишен возможности заявить отдельный иск в самостоятельном порядке, учитывая, что его действительное состояние расчетов с заказчиком было иное.
В нашей практике был случай, когда подрядная организация по заключенным с заказчиком договорам в полном объеме выполнила все свои обязательства, однако оплату своих работ получила не всю. Между ними были заключены два договора подряда, по каждому из которых заказчик внес предоплату, а в дальнейшем сделал еще несколько платежей, но в полной сумме не расплатился.
При этом заказчик все последние платежи отправлял с указанием в назначении платежа одного и того же договора подряда, в связи с чем по одному договору образовалась переплата, а по другому так и осталась висеть задолженность. Акты сверки взаиморасчетов стороны не подписывали, но фактическое состояние расчетов было таково, что у заказчика был долг за вычетом всех произведенных платежей.
Поскольку должник своевременно с кредитором не расплатился, тот решил его проучить и подал в суд иск о взыскании всей задолженности целиком по тому договору подряда, по которому образовалась существенная недоплата. Про другой договор подряда он ничего не сообщал, поскольку формально по нему платежи проходили и задолженности не было.
Ввиду того что должник по своему юридическому адресу не находился и судебные извещения не получал, на сайте арбитражного суда ход рассмотрения дела не отслеживал, судебное разбирательство состоялось в его отсутствие и решение было вынесено против него исходя из имеющихся в распоряжении суда доказательств. В дальнейшем, как только судебное решение вступило в законную силу, кредитор предъявил его для исполнения в обслуживающий должника банк на основании ст. ст. 8 и 70 Закона от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", и тот в тот же день деньги в полной сумме списал в пользу кредитора.
Через несколько дней с кредитором связался должник и стал требовать возврата излишне списанных денег, ссылаясь на недобросовестность кредитора. Последний спустя некоторое время суммовую разницу вернул, но заставил должника понервничать. Оценивая такую ситуацию, можно отметить следующее. Отменить принятое против него судебное решение, да еще и вступившее в законную силу, в суде апелляционной инстанции должник уже не сможет, поскольку он был надлежащим образом извещен о дате, времени и месте судебного разбирательства, но на процесс не явился, своих представителей не направлял, возражений на исковые требования не представил.
Документы, подтверждающие перечисление им денег и фактическое отсутствие задолженности в части суммы, он в апелляционный суд представлять не вправе, поскольку данная судебная инстанция принимает новые доказательства только при условии, что заявитель обоснует невозможность их представления в суд первой инстанции либо тот факт, что заявитель их представлял в суд первой инстанции, но в их принятии ему было отказано (п. 2 ст. 268 АПК РФ).
Кроме того, простых возражений об отсутствии задолженности было бы недостаточно, поскольку спор между сторонами разрешался в судебном порядке. В данном случае должник смог бы заявить свои возражения только в виде встречного иска. При таких обстоятельствах должник сможет вернуть свои деньги только в рамках отдельного судебного разбирательства, обратившись с иском о взыскании неосновательного обогащения <28>, поскольку в данном случае произошло увеличение имущества заказчика без установленного законом или сделкой основания за счет уменьшения имущества подрядчика <29>, поскольку в данном случае на стороне заказчика происходит недолжное абсолютное увеличение объема его имущества, проявляющееся в росте актива (реальное поступление имущества) <30> за счет исполнения подрядчиком хотя и существующего обязательства, но с превышением его действительного размера <31>.
--------------------------------
<28> Бычков А.И. Граница дозволенного между правомерным и неправомерным пользованием чужими деньгами // Финансовая газета. 2014. N 8.
КонсультантПлюс: примечание.
Монография Д.А. Ушивцевой "Обязательства вследствие неосновательного обогащения: вопросы теории и практики" включена в информационный банк согласно публикации - Слово, 2006.
<29> Седугин П.И. Обязательства, возникающие из неосновательного приобретения или сбережения имущества // Советская юстиция. 1983. N 12. С. 20; Ушивцева Д.А. Обязательства вследствие неосновательного обогащения. Вопросы теории и практики. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Статут, 2008. С. 104. Гражданское право: В 4 т. / Отв. ред. Е.А. Суханов. 3-е изд., перераб. и доп. М.: Волтерс Клувер, 2006. Т. 4: Обязательственное право. С. 701 - 702.
<30> Климович А.В. Охранительные обязательства: Учеб.-метод. пособие. Иркутск: Иркутск. ун-т, 2004. С. 227.
<31> Флейшиц Е.А. Обязательства из причинения вреда и из неосновательного обогащения. М.: Госюриздат, 1951. С. 223.
Выбор надлежащего способа защиты права напрямую зависит от характера допущенного нарушения, с которым можно соотнести выбираемое средство правовой защиты и оценить, позволяет ли его использование реально восстановить нарушенные права. Так, например, при незаконном списании акций или иных ценных бумаг со счета они могут быть возвращены обратно с помощью особого иска - о восстановлении корпоративного контроля. Такая ситуация на практике возможна в результате незаконного списания принадлежащих акционеру акций на основании подложных документов: регистрирующему органу, специализированному регистратору или депозитарию представляются документы, которые в действительности владельцами бизнеса не подписывались. На основании таких документов, содержащих недостоверные сведения, списываются акции или переводятся доли в уставном капитале общества. Затем они формально отчуждаются в пользу третьих лиц, дробятся, в составе нескольких пакетов, затем еще раз отчуждаются, с тем чтобы в конечном итоге осесть у конечного приобретателя, усложнив для владельца бизнеса механизм защиты своих интересов.
Сложность положения истца в рассматриваемой ситуации связана с тем, что он как первоначальный и действительный владелец ценных бумаг сам не состоит ни в каких отношениях с их конечным приобретателем <32>.
--------------------------------
<32> Лебедев К.К. Защита прав обладателей документарных ценных бумаг (материально- и процессуально-правовые аспекты разрешения споров, связанных с отчуждением бездокументарных ценных бумаг). М., 2007.
Статья 12 ГК РФ предусматривает такой способ защиты гражданских прав, как восстановление положения, существовавшего до нарушения права. В области корпоративных отношений реализация данного способа защиты может выражаться в виде присуждения истцу соответствующей доли участия в уставном капитале хозяйственного товарищества или общества исходя из того, что он имеет право на такое участие, которое имел бы, если бы ответчик соблюдал требования законодательства РФ, действуя добросовестно и разумно. Данный способ защиты права предполагает необходимость доказать наличие и законность положения, которое желает восстановить истец (Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 27.01.2009 по делу N А32-11917/2007-55/274-2008-16/37).
Как справедливо отмечается в юридической литературе, реальная хозяйственная практика и гражданский оборот не могут приостановить свое существование до момента, когда наконец отыщется законодательное решение. Поэтому пробел в законе начинает заполняться результатами поиска эффективной защиты нарушенных прав, предпринятого судебной практикой. В частности, С.В. Сарбаш указывает, что "...восстановление корпоративного контроля посредством восстановления положения, существовавшего до нарушения права (ст. 12 ГК РФ), возможно применить независимо от того, каким именно способом участник юридического лица был лишен указанного контроля".
Этот способ защиты "...как бы вбирает в себя все другие способы защиты, широко применяемые на практике: виндикация и признание права собственности, признание сделки недействительной и реституция, защита нарушенного преимущественного права покупки, признание недействительными различных корпоративных актов, корпоративных записей в системе ведения ЕГРЮЛ, признание недействительной реорганизации и учредительных документов и т.д." <33>.
--------------------------------
<33> Сарбаш С.В. Восстановление корпоративного контроля // Вестник гражданского права. 2008. N 4.
В случае незаконного лишения владельца принадлежащих ему долей или акций он вправе обратиться в суд с требованием о восстановлении корпоративного контроля. Можно воспользоваться таким способом защиты, как восстановление положения, существовавшего до нарушения права (ст. 12 ГК РФ). В рамках указанного способа пострадавший владелец бизнеса вправе оспаривать, к примеру, записи в ЕГРЮЛ, внесенные на основании подложных документов, а может потребовать восстановить прежние записи и т.д.
Указание на недействительность соответствующих записей в ЕГРЮЛ преследует цель создания определенности в правоотношениях сторон. При разрешении подобных споров арбитражные суды исходят из того, что в случае внесения изменений в государственный реестр на основании документов, не соответствующих закону, следует удовлетворять требование заинтересованного лица о признании незаконными записи о государственной регистрации и последующего внесения изменений в сведения ЕГРЮЛ. Такое требование подлежит удовлетворению, даже несмотря на то, что формально налоговый орган действовал правомерно - осуществил регистрацию при представлении заявителем всех документов, требуемых Федеральным законом от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 06.07.2012 по делу N А22-1543/2011).
Погашение (аннулирование) регистрационных записей, внесенных в ЕГРЮЛ, на основании недействительных решений общего собрания участников ООО не обеспечивает восстановление нарушенных прав участника в полном объеме, поскольку представляет собой цифровое отображение в реестре действий регистрирующего органа по внесению соответствующих сведений. При доказанности факта незаконного прекращения статуса участника у конкретного лица оно имеет право в соответствии со ст. 12 ГК РФ использовать такой способ защиты, как восстановление записи о нем в ЕГРЮЛ как об участнике ООО - восстановление корпоративного контроля (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 14.05.2012 по делу N А70-5927/2011).
Таким образом, владельцы бизнеса, незаконно лишенные корпоративного контроля при оформлении подложных документов, могут, не оспаривая все последовательно совершенные незаконные сделки, предъявить иск к конечному приобретателю, к которому в результате их совершения перешли принадлежащие настоящим владельцам доли или акции, и виндицировать их (информация Управления Судебного департамента при Верховном Суде РФ в Приморском крае от 2008 г. "Способы судебной защиты прав акционеров в случае необоснованного списания акций со счета их владельцев").
Миноритарные акционеры акционерного общества (далее - АО), права которых были нарушены недобросовестной эмиссией, в результате которой принадлежащие им пакеты акций были "размыты" до еще меньших значений с существенным понижением корпоративного контроля, вправе по этому основанию оспаривать решение общего собрания акционеров, мотивировав свою позицию следующими соображениями.
При размещении дополнительных акций законодательством предусмотрен специальный способ защиты интересов прежних инвесторов перед новыми - это преимущественное право приобретения акций. Согласно п. 1 ст. 40 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" (далее - Закон об АО) при закрытой подписке акционеры, голосовавшие против увеличения уставного капитала или не принимавшие участия в голосовании, имеют преимущественное право приобретения части размещаемых акций пропорционально количеству акций тех категорий (типов), которыми они владеют.
Посредством данного института акционерам предоставлена возможность как минимум сохранить имеющийся у них объем корпоративного контроля. Однако если они не примут в этом участия, то ни у общества, ни у преобладающих инвесторов не возникает обременительной обязанности по возврату им ранее осуществленных инвестиций. Иной подход означал бы создание канала оттока из компании привлекаемых ею инвестиций, когда сумма средств, привлеченных по подписке, была бы меньше сумм, подлежащих выплате акционерам, отказавшимся от приобретения дополнительных акций. Проведение такого размещения ценных бумаг является экономически бессмысленным.
Принятие общим собранием акционеров решения о внесении изменений и дополнений в устав общества в связи с увеличением количества объявленных акций само по себе не ограничивает права акционера и, соответственно, не порождает у него права требовать выкупа принадлежащих ему акций общества. Тот факт, что акционер в силу материальных или иных причин не мог или не хотел реализовать право преимущественного приобретения дополнительных размещаемых акций, свидетельствует либо о его ограниченных финансовых возможностях, либо о нежелании воспользоваться предоставленным правом, но не об ограничении его прав. Следовательно, принятие общим собранием акционеров решения об увеличении уставного капитала АО путем размещения дополнительных акций не порождает у акционера, голосовавшего против такого решения, права требовать выкупа принадлежащих ему акций АО (Постановление Президиума ВАС РФ от 21.03.2006 N 13683/05).
Таким образом, факт размещения дополнительных акций сам по себе права акционеров не нарушает. Однако нарушением будет такая эмиссия, в результате которой происходит "распыление" существующих акций. Количество принадлежащих акционеру акций существенно уменьшается, что ведет к уменьшению его влияния на принятие АО решений, то есть к снижению корпоративного контроля над АО. Решение о дополнительном выпуске акций должно быть направлено на действительное привлечение средств для увеличения уставного капитала АО. А вот решение об увеличении уставного капитала, принятое с единственным намерением перераспределить между акционерами голоса на общем собрании, не соответствует предусмотренным Законом об АО целям размещения дополнительных акций.
Пунктом 7 ст. 49 Закона об АО акционеру предоставлено право обжаловать в суд решение, принятое общим собранием акционеров с нарушением требований Закона об АО, в случае если он голосовал против принятия такого решения и указанным решением нарушены его права и законные интересы. Если оспариваемым решением собрания существенно нарушены права акционеров, степень влияния которых на принимаемые обществом решения значительно уменьшилась, эти акционеры вправе решение общего собрания АО обжаловать в суд. Признаками недобросовестной эмиссии являются привлечение незначительного объема дополнительных средств по итогам размещения акций и одновременно с этим существенное изменение общего количества эмитированных обществом акций (Постановление Президиума ВАС РФ от 06.04.2010 N 17536/09). В деле, которое было рассмотрено Президиумом ВАС РФ, дополнительно привлекались средства в сумме всего лишь 9371 руб., в то время как общее количество акций существенно увеличилось (к предусмотренной ранее 971 обыкновенной акции дополнительно выпускались 9710 привилегированных акций).
Оспариваемое решение об увеличении уставного капитала АО путем размещения дополнительных акций затрагивает права лиц, которые приобрели акции в результате проведенной эмиссии. Однако защита интересов уже имеющихся акционеров, которые в результате дополнительной эмиссии ценных бумаг утратили корпоративный контроль, имеет приоритет по сравнению с защитой прав лиц, которые приобрели акции в результате такой эмиссии. Если будет установлено, что размещение акций не преследовало законной цели привлечения в АО инвестиций, а было направлено на приобретение корпоративного контроля над АО одними акционерами в ущерб другим, то решение об увеличении уставного капитала путем размещения дополнительных акций может быть признано незаконным. Кроме того, АО не лишено возможности даже при аннулировании дополнительного выпуска акций вновь провести эмиссию, не нарушая при этом прав акционеров (Постановление Президиума ВАС РФ от 09.03.2010 N 13358/09).
В приведенных делах защита интересов акционеров хотя и была сопряжена с определенными трудностями, но в целом затруднений не представляла, учитывая наработанную судебную практику. Гораздо сложнее обстоит дело в ситуации, когда мажоритарные акционеры компании, собирающиеся совершить сделку, которая влечет за собой возникновение у миноритарных акционеров права на выкуп по рыночной стоимости принадлежащих им пакетов акций вне зависимости от согласия остальных акционеров и самого общества, располагая такой инсайдерской информацией, с целью минимизации объема своих финансовых обязательств проводят через подставных лиц скупку акций по невысокой цене и уже после этого проводят нужную сделку.
Если бы миноритарные акционеры такой информацией располагали, то очевидно, что они бы воздержались от продажи своих пакетов по невысокой цене, чтобы выждать время и выручить большую сумму. Формально такие действия не являются нарушением действующего законодательства, хотя и могут при определенных обстоятельствах рассматриваться как недобросовестная практика поведения - использование инсайдерской информации о возможности выкупа акций по рыночной стоимости с целью минимизации расходов путем скупки акций через сторонние организации до возникновения права на выкуп. Однако действенных и эффективных инструментов по противодействию таким операциям в настоящее время действующим законодательством РФ не предусмотрено.
Если в операциях по скупке акций на стороне покупателя участвуют лица, аффилированные с эмитентом или одним из мажоритарных акционеров или находящиеся с ним в семейной или служебной связи, то можно попробовать подать иск о признании сделок купли-продажи недействительными по мотиву допущенного при их заключении злоупотребления правом (ст. 10 ГК РФ), чтобы вернуть владение пакетом акций и предъявить требование о его выкупе эмитенту по рыночной цене. Однако миноритарный акционер будет не вправе поставить вопрос о пересмотре цены покупки своего пакета акций, поскольку закон такого способа защиты не предусматривает.
Если возможность предъявить требование о выкупе акций по рыночной цене уже утрачена, можно поставить вопрос о возмещении мажоритарным акционером убытков в сумме, составляющей разницу между ценой покупки у миноритарного акционера акций и их рыночной стоимостью, определенной для целей выкупа. Однако по такому иску нужно будет доказать, что негативные последствия для истца возникли именно по вине мажоритарного акционера, в интересах которого у истца скупались акции, что он знал о предстоящем решении на общем собрании акционеров, которое обязательно повлечет за собой возникновение права на выкуп акций.
Помимо выбора надлежащего способа защиты нарушенного права истец также должен выбрать должную судебную процедуру, поскольку неверное определение вида судопроизводства для него чревато отказом в иске по данному основанию. Так, клиент банка, несогласный со списанием денег со своего счета на основании исполнительного листа в рамках исполнительного производства, вправе заявить требование о возмещении убытков в порядке искового производства, но не вправе оспаривать действия банка в порядке гл. 24 АПК РФ со ссылкой на то, что банк выполнял публичные функции, поскольку банк к числу государственных и муниципальных органов не относится (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 26.11.2010 по делу N А45-7086/2010).
Истец для удобства и экономии своего времени вправе в одном исковом заявлении соединить сразу несколько требований, что позволит ему оперативно разрешить ряд конфликтных ситуаций со своим оппонентом, а не участвовать в параллельных судебных процессах. Однако воспользоваться таким правом он может только при соблюдении ряда процессуальных требований, о которых мы расскажем в настоящей статье.
Согласно ст. 130 АПК РФ соединение в одном исковом заявлении сразу нескольких требований допускается только в том случае, если они связаны между собой по основаниям возникновения или представленным доказательствам. Объединить несколько однородных дел в одно производство вправе суд по своей инициативе или по ходатайству участвующих в деле лиц, если имеются названные основания, а также в иных случаях возникновения риска принятия противоречащих друг другу судебных актов.
Приведенная норма направлена на обеспечение быстрого и правильного, с наименьшими затратами сил и средств разрешения спора и исключения возможности противоречивого разрешения однородных требований. Соединение в рамках одного иска сразу нескольких требований дает истцу возможность оперативного разрешения сразу нескольких споров против ответчика, что оптимизирует его временные и финансовые затраты на ведение судебного процесса. Для соединения в одном иске сразу нескольких требований истец должен учитывать следующее.
По основаниям возникновения могут быть связаны такие требования, как взыскание суммы основного долга и сопутствующих сумм (неустойка, штрафные проценты, возмещение убытков), т.е. такие требования, которые возникли из одних и тех же правоотношений. В приведенном примере неустойка и иные санкции тесно связаны с основным требованием по взысканию задолженности, вытекают из него.
В одном иске могут быть соединены требования о взыскании неустойки за поставку оборудования и о понуждении к выполнению работ по его установке, которые хотя и вытекают из различных договоров (поставка и подряд), но при этом эксплуатация оборудования без комплекса монтажных работ невозможна (Постановление ФАС Московского округа от 16.02.2010 N КГ-А40/317-10).
В данном случае исковые требования вытекают из разных доказательств, но при этом тесно связаны между собой по основаниям возникновения, их совместное рассмотрение в рамках одного дела является целесообразным, поскольку нет смысла требование о неустойке или о понуждении к выполнению работ выделять в отдельное производство, что не отвечает задачам процессуальной экономии, поскольку суд был бы вынужден возбуждать отдельные дела по требованиям, которые могли быть рассмотрены в том же деле, что и связанные с ними требования.
Тесная связь исковых требований может также проявляться в проистекании одного требования из другого. Например, требование о признании недействительным договора о предоставлении охранных услуг может быть соединено с требованием об освобождении охранной организацией вверенной ей территории, поскольку второе требование вытекает из первого и по своей сути является последствием признания договора недействительным (Постановление ФАС Дальневосточного округа от 13.06.2007 N Ф03-А73/07-1/1978).
По представленным доказательствам могут быть соединены такие требования, которые между собой хотя тесно и не связаны, но основаны на одних и тех же доказательствах, например требования кредитора к должнику и поручителю, вытекающие из одного смешанного договора, в котором представлены обязательства с должником (например, связанные с поставкой товара, выполнением работ, предоставлением имущества в аренду и др.) и договор поручительства, по которому поручитель принимает на себя обязательство отвечать за основного должника.
Само по себе удобство для истца предъявить в рамках одного иска сразу комплекс требований к одному ответчику и оперативно решить с ним все спорные вопросы не является достаточным основанием для использования данного процессуального права. Если, к примеру, истец не согласен с предварительными решениями таможенного органа о классификации его различных товаров, представленных отдельными группами, притом что доказательственная база по каждому решению различная, то оснований для подачи одного иска не имеется (Постановление ФАС Московского округа от 31.07.2009 N КА-А40/6792-09).
В рамках одного дела не получится рассмотреть требования о сносе сразу нескольких самовольных построек, если все объекты построены в разное время, имеют различное функциональное назначение, т.е. не входят в один хозяйственный комплекс, имеют различную правовую природу, а именно являются как объектами недвижимости, так и объектами движимого имущества.
В данном случае совместное рассмотрение требований о сносе всех самовольных построек не приведет к более быстрому и правильному разрешению спора, а, напротив, осложнит его рассмотрение в связи с необходимостью оценки обоснованности требования в отношении каждого объекта в отдельности ввиду их несвязанности между собой (Постановление ФАС Центрального округа от 30.04.2009 по делу N А14-16890/2008/20/63/4).
Одной из причин, по которой суд может отказать в рассмотрении объединенных исковых требований, является возможность затягивания судебного процесса в связи с необходимостью по каждому требованию исследовать свою доказательственную базу, притом что все требования различны и обладают особой спецификой. Так, суд откажет в рассмотрении в рамках одного иска дела об оспаривании сразу нескольких сделок, даже и между теми же сторонами, если каждая из сделок оспаривается по самостоятельному основанию и доказательства различны и при этом между оспариваемыми сделками отсутствует взаимосвязь, например, нельзя среди них выделить первоначальную и последующую сделки, которые можно было бы оспорить как взаимосвязанные (Постановление ФАС Поволжского округа от 06.04.2009 по делу N А55-15928/2008).
Такая ситуация влечет за собой затягивание судебного процесса и может затруднить полное, объективное и всестороннее рассмотрение дела по существу (Постановление ФАС Московского округа от 13.11.2009 N КГ-А40/11992-09). Раздельное же рассмотрение заявленных исковых требований будет способствовать полному и всестороннему выяснению всех обстоятельств дела. В каждом конкретном случае суду необходимо будет установить факт существования обязательств сторон по каждой конкретной сделке, исследовать доказательства, относящиеся к исполнению каждой из них, и вынести соответствующее решение (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 04.06.2009 N Ф04-3268/2009(8019-А45-11)).
Суд не примет уточнение иска, даже если между первоначальными исковыми требованиями и дополнительно заявленными присутствует связь, если к моменту подачи уточненного иска разбирательство по первоначальному иску уже почти завершено. В таком случае принятие уточненного иска привело бы к стимулированию участников спора к недобросовестному поведению и к неоправданному затягиванию спора, что не отвечает задачам эффективного правосудия и процессуальной экономии (Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 14.10.2013 по делу N А79-4027/2013).
В связи с этим при отсутствии у истца доказательств обоснованности соединения в рамках одного иска комплекса требований суд его возвратит (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 26.05.2009 N Ф04-3024/2009(7162-А45-13)). Как видно из приведенного примера, связь исковых требований усматривается только из оснований их возникновения и представленных доказательств, подтверждающих их обоснованность. Такое обстоятельство, как одинаковый субъектный состав лиц по каждому требованию, не имеет правового значения и не учитывается судом.
Так, иск страхователя к страховой компании с требованиями о выплате сумм страхового возмещения по различным страховым случаям подлежит возврату, поскольку в данном случае основания возникновения данных требований (разные страховые случаи) и представленные доказательства (разные страховые полисы, постановления, справки и др.) исключают возможность их разрешения в рамках одного иска (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 05.07.2007 N А33-4125/07-Ф02-4055/07).
Если по одному из соединяемых исковых требований законом или договором установлен обязательный претензионный порядок, то перед обращением в суд истцу его следует соблюсти либо, если дело не терпит отлагательств (истечение срока исковой давности, необходимость принятия обеспечительных мер и др.), подать иск с одним требованием, а затем либо подать еще один, либо увеличить исковые требования по первоначальному иску (ст. 49 АПК РФ).
Соединение исковых требований не может изменять установленные законом правила подсудности и подведомственности споров, что обязательно должно учитываться истцом. Так, он вправе в одном иске соединить требование о признании незаконными действий судебного пристава с требованием о возмещении причиненного ему вреда на основании ст. 1069 ГК РФ. Оба названных требования имеют одно основание возникновения - инициированную заинтересованным лицом проверку действий на соответствие закону, при этом установление незаконности действий влечет применение ответственности - взыскание убытков.
Таким образом, применение ответственности производно от результата оценки действий, что указывает на связанность требований о них, что позволяет соединить требования об оспаривании действий судебного пристава - исполнителя и о возмещении вреда от его действий в одном исковом заявлении. Вместе с тем одновременное обращение с такими требованиями должно производиться с соблюдением правил о подсудности.
Согласно ч. 6 ст. 38 АПК РФ заявление об оспаривании действий (бездействия) судебного пристава - исполнителя подается в арбитражный суд по месту нахождения судебного пристава - исполнителя. Соединение названного заявления с требованием о возмещении вреда не может изменить установленной законом исключительной подсудности, поэтому оба требования подлежат рассмотрению в арбитражном суде по месту нахождения судебного пристава - исполнителя (Постановление Президиума ВАС РФ от 23.04.2007 N 16196/06).
В гражданском и арбитражном процессе можно также соединить требования, каждое из которых подлежит разрешению в отдельной судебной процедуре, поскольку закон для этого никаких препятствий не содержит. Так, например, в рамках одного иска можно соединить сразу два взаимосвязанных требования - об установлении факта принятия наследственного имущества и о признании права собственности на него: первое требование рассматривается в порядке искового производства, а второе - в порядке особого производства. В этом случае все заявленные требования подлежат разрешению в порядке искового производства, поскольку между ними прослеживается взаимосвязь, являющаяся обязательным условием соединения таких требований в одном исковом заявлении.
Судья, получив такое исковое заявление, не вправе настаивать на необходимости оформления каждого из требований в отдельном заявлении, рассматриваемом самостоятельно, так как такой подход повлечет за собой возбуждение двух гражданских дел, имеющих одинаковый правовой результат, поскольку, согласно действующему законодательству, установление факта принятия наследства является основанием для получения свидетельства о праве на наследство и последующей регистрации права собственности на такое имущество, что аналогично результату удовлетворения иска о признании права собственности на имущество, полученное по наследству (Апелляционное определение Хабаровского краевого суда от 27.09.2013 по делу N 33-6585). Возврат такого иска, если заявителем были соблюдены правила подсудности и подведомственности, условия соединения требований, законом не предусмотрен, поэтому суд обязан его принять к производству и разрешить по существу (Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2005 по делу N А56-49682/2004).
Иным образом обстоит дело в случае, когда речь идет о требованиях, рассматриваемых по правилам КАС РФ, ст. 136 которого допускает соединение только административных требований в одном административном исковом заявлении. Все остальные требования, даже если они и связаны с административным требованием, подлежат разрешению в порядке гражданского или арбитражного судопроизводства.
Нежелание суда рассматривать иск, в котором соединены различные требования, каждое из которых подлежит рассмотрению в отдельной судебной процедуре, не отвечает задачам эффективного судопроизводства и процессуальной экономии, поэтому является незаконным.
Невыполнение правил соединения исковых требований дает суду право возвратить истцу поданное исковое заявление (п. 2 ч. 1 ст. 129 АПК РФ). Отказ суда в рассмотрении нескольких требований в рамках разрешения одного иска не препятствует истцу обратиться с соответствующими требованиями в самостоятельном порядке. Если же суд все-таки примет к рассмотрению объединенный иск в отсутствие на то оснований, то при обжаловании его решения ответчику нет смысла ссылаться на это обстоятельство, поскольку оно не является основанием к его отмене (п. 8 информационного письма Президиума ВАС РФ от 22.12.2005 N 99 "Об отдельных вопросах практики применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации").
В ходе судебного разбирательства истец в случае необходимости вправе уточнить заявленные исковые требования: увеличить или уменьшить иск либо изменить его предмет или основания. Такие процессуальные права позволяют истцу скорректировать свою правовую позицию по делу и добиваться защиты своих интересов в изменившейся ситуации. Однако для уточнения иска ему следует учитывать определенные требования.
Истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований (п. 1 ст. 49 АПК РФ). Как видно из содержания приведенной правовой нормы, уточнить свои требования истец сможет в суде первой инстанции или в апелляции, если апелляционный суд отменит решение суда первой инстанции и перейдет к рассмотрению дела по правилам, предусмотренным для разбирательства дела в суде первой инстанции. В ином случае оснований для рассмотрения уточненного иска в апелляционном суде, так же как и в иных вышестоящих судебных инстанциях, не имеется (Постановление ФАС Центрального округа от 07.05.2010 N Ф10-1436/10).
Если уточненный иск в канцелярию суда первой инстанции сдан уже после оглашения резолютивной части судебного акта, то оснований для отмены решения по мотиву нарушения норм процессуального права в данном случае не имеется (Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 09.10.2014 по делу N А79-1666/2013).
Если же истец до окончания рассмотрения дела по существу заявил ходатайство об уточнении иска, однако суд его немотивированно отклонил, в дальнейшем при обжаловании вынесенного решения в вышестоящих судах истец может ссылаться на это обстоятельство как на основание для отмены решения. Данное процессуальное нарушение могло привести к принятию неправильного решения, что является основанием к его отмене (Постановление ФАС Поволжского округа от 05.12.2012 по делу N А65-25808/2011).
Уточнение иска может выражаться в следующем: увеличение или уменьшение исковых требований (например, увеличение суммы неустойки на дату принятия судом решения или, наоборот, добровольное уменьшение неустойки в связи с ее завышенным размером), изменение предмета или оснований иска (требование о взыскании в качестве неосновательного обогащения платы за фактическое пользование имуществом в случае признания недействительным договора аренды).
Уточнение исковых требований допускается как по первоначальному иску, так и по встречному, который предъявляется в суд по общим правилам искового производства и на который распространяются те же самые правила, что и на первоначальный иск. Поскольку истец вправе уточнять свой первоначальный иск, аналогичными правами пользуется и ответчик по делу в отношении своего встречного иска. Уточнение исковых требований не влияет на срок исковой давности, не течет на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита (п. 1 ст. 204 ГК РФ). По смыслу ст. ст. 199, 200 ГК РФ, увеличение истцом размера исковых требований до принятия судом решения не изменяет наступивший в связи с предъявлением иска в установленном порядке момент, с которого исковая давность перестает течь.
Вместе с тем, если судом принято заявление об увеличении иска в отношении задолженности за периоды, которые при обращении с первоначальным требованием не заявлялись, срок исковой давности по измененным требованиям перестает течь с даты заявления таких требований, а не с даты предъявления первоначального иска (п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности").
Заявив к ответчику определенное требование, истец до момента подачи уточненного иска связан им и поэтому, представляя в материалы дела расчеты и доказательства, должен учитывать, что без уточнения иска он не сможет претендовать на взыскание в свою пользу сумм, больших, чем заявлено по иску, даже если из указанного расчета и представленных документов очевидно наличие у него такого права.
Так, в одном деле суд взыскал с ответчика в пользу истца задолженность по оплате потребленной тепловой энергии за конкретные периоды времени, как и было указано в иске, несмотря на то что из расчетов истца и представленных актов, счетов-фактур, акта сверки, переписки сторон и иных доказательств по делу следовало право истца на взыскание с ответчика больших сумм за разные периоды времени. Поскольку истец первоначальные требования не скорректировал, суд был не вправе выходить за пределы заявленных исковых требований (Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 06.10.2010 по делу N А29-10690/2009).
Истцу до реализации своего права на уточнение заявленных исковых требований по делу предварительно следует оценить, не повлечет ли это для него негативные последствия. Так, перед уточнением иска в процессе рассмотрения дела о банкротстве конкурсный кредитор должен учитывать, что соответствующее заявление будет считаться поданным в момент предъявления суду, что учитывается при определении последовательности рассмотрения заявлений о признании должника банкротом. Это не касается случаев увеличения размера исковых требований или изменения оснований иска (п. 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве"), поскольку здесь происходит только корректировка сумм либо уточнение состава фактических обстоятельств, на которых конкурсный кредитор основывает свои требования к должнику.
При изменении истцом предмета исковых требований он должен учитывать установленные законом правила подсудности и подведомственности разрешения споров, необходимость соблюдения претензионного порядка и иные обязательные требования и в случае необходимости заблаговременно принимать соответствующие меры (например, направить ответчику претензию по новому требованию).
Если истец изменяет предмет иска таким образом, что спор становится подсудным другому суду (например, сформулированное в результате уточнения иска требование о взыскании неосновательного обогащения в виде стоимости выполненных работ, которое рассматривается по месту нахождения ответчика в случае признания незаключенным договора подряда, содержащего условие о рассмотрении споров в конкретном суде), то суд по общему правилу его все равно должен рассмотреть, поскольку дело, принятое судом к своему производству, должно быть им разрешено по существу, даже если в дальнейшем оно ему станет неподсудным (п. 1 ст. 39 АПК РФ). Это не касается правила об исключительной подсудности, в силу которой спор рассматривается только определенным судом. Поскольку в данном случае оснований, предусмотренных п. 2 ст. 39 АПК РФ, для передачи дела в другой суд не имеется, при этом суд не вправе рассматривать дело, подсудное другому суду, истцу, скорее всего, будет отказано в принятии уточненного иска.
При уменьшении исковых требований за счет исключения тех или иных сумм (части суммы основного долга, неустойки, штрафных процентов) истцу в своем ходатайстве об уточнении иска будет нелишним указать, что он именно уточняет иск, а не отказывается от части соответствующих требований, чтобы в дальнейшем не доказывать, что у него не было подобного намерения (Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 13.08.2014 по делу N А14-2866/2014).
Истец при необходимости может изменить по выбору предмет (материально-правовое требование к ответчику) или основание (фактические обстоятельства, на которых он основывает свои требования) иска, но не вправе произвести одновременное изменение и предмета, и оснований иска, поскольку закон такой возможности не предусматривает (Постановление ФАС Дальневосточного округа от 14.05.2014 N Ф03-1693/2014). В этом случае ему следует обратиться в суд с новым иском, в котором и сформулировать свои дополнительные требования (Постановление Президиума ВАС РФ от 11.05.2010 N 161/10).
Так, к примеру, исполнитель по договору об оказании аудиторских услуг, получив от заказчика уведомление об отказе от договора в одностороннем порядке, может с ним не согласиться и подать в суде иск о признании его недействительным, мотивировав злоупотреблением правом, допущенным заказчиком. В ходе судебного разбирательства исполнитель может понять, что первоначально заявленный иск будет отклонен, поскольку право заказчика на односторонний немотивированный отказ от договора возмездного оказания услуг гарантировано законом (п. 1 ст. 782 ГК РФ). Тогда он захочет изменить свои требования и настаивать на компенсации ему фактически понесенных расходов до момента получения уведомления об отказе заказчика от договора.
Однако в данном случае исполнитель меняет одновременно и предмет иска (требование о взыскании компенсации фактически понесенных расходов вместо требования о признании уведомления об отказе от договора недействительным), и его основание (в первоначальном иске это были доказательства наличия в действиях ответчика признаков злоупотребления правом, а по новому требованию - доказательства оказания истцом услуг ответчику и наличие у него документально подтвержденных расходов). Поскольку в данном случае истцом, по сути, заявляется новое требование, он не может его адресовать суду в этом же деле под видом уточнения иска. Истец в данном случае будет вправе обратиться заново в суд с новым иском.
Суд не примет уточненный иск, если в нем истец ставит вопрос не об уточнении своего требования, а фактически заявляет новые требования, которые им ранее не заявлялись, притом что их основания отличаются от оснований первоначально заявленных исковых требований (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 16.03.2012 по делу N А45-9588/2011).
Так, например, если истцом заявлен иск об устранении препятствий в пользовании железнодорожным путем, то дополнительно заявленное требование о возмещении убытков, причиненных таким нарушением, суд не примет, поскольку ранее такое требование им не заявлялось и оно является новым (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 14.02.2011 N А78-5287/2010). Истец был не лишен возможности соединить указанные требования сразу в одном иске при его подаче, поскольку они связаны между собой по основаниям возникновения (нарушение режима пользования имуществом) и представленным доказательствам.
Суд не примет уточненный иск при изменении предмета первоначального иска, если им заявляется дополнительное требование, притом что основания обеих редакций иска совпадают только частично, но очевидно, что оба требования являются самостоятельными (Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 03.10.2013 по делу N А64-4514/2012).
Так, к примеру, если истец изначально требовал признать его право постоянного (бессрочного) пользования на земельный участок, а затем в дополнение к первоначальному требованию заявил уточнение и потребовал признать незаконным решение инвестиционного комитета при главе администрации о выделе данного участка другому лицу, то суд такой уточненный иск не примет, поскольку основанием второго требования является сам факт принятия решения, который при подаче первоначального требования истцом во внимание не принимался (Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 17.07.2015 по делу N А43-17049/2014).
Если же истец изменяет что-то одно в иске - предмет или основания, - то суд примет такое ходатайство, поскольку другой элемент иска остается прежним. В ситуации, когда истец требовал взыскания штрафных процентов за определенный временной период, а затем увеличил их сумму за счет периода начисления, суд примет его уточненный иск, поскольку меняется только предмет иска. При этом суд учитывает, что ответчик располагал информацией о наличии задолженности перед истцом, в связи с чем он должен был предполагать и о праве истца взыскать с него штрафные проценты по день фактического погашения долга. Уточнив свой иск, истец не привел новых доказательств, которые бы не были известны ответчику, в связи с чем принятием уточненного иска права ответчика не нарушаются (Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 24.02.2009 по делу N А43-15869/2008-8-449).
Суд примет уточненный иск, если вместо взыскания неустойки истец станет требовать взыскания с ответчика штрафных процентов, поскольку в данном случае меняется только материально-правовое требование, притом что основание иска (нарушение ответчиком денежного обязательства) остается прежним и никаких новых требований истец не предъявляет (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 03.12.2012 по делу N А75-2127/2012).
Аналогичным образом истцу не будет отказано в принятии уточненного иска в ситуации, когда требование о взыскании с ответчика задолженности за выполненные работы он заменит требованием о взыскании с него неосновательного обогащения. Такая необходимость может возникнуть, если договор подряда, на котором истец первоначально основывал свое требование к ответчику, будет признан незаключенным или недействительным. В такой ситуации истцу целесообразно заявить ходатайство об уточнении исковых требований, оснований для отказа в удовлетворении которого не имеется (Постановление ФАС Московского округа от 16.04.2012 по делу N А40-61216/11-62-547).
Не будет считаться изменением одновременно и предмета, и основания иска ситуация, когда истец первоначально заявил иск об истребовании из чужого незаконного владения ответчика акций, а затем подал уточненный иск, в котором вместо акций просил истребовать доли в связи с тем, что АО было преобразовано в ООО и акции были погашены. Несмотря на то что предмет иска был сформулирован иным образом, основания в данном случае не изменились, поскольку причиной обращения истца в суд за судебной защитой послужили неправомерные действия ответчиков, связанные с лишением его корпоративного контроля над компанией, первоначально существовавшей в виде АО. В рассматриваемой ситуации защита возможна путем подачи иска о присуждении доли участия (пакета акций), исходя из того что истец бы имел такое участие, если бы его право не было нарушено неправомерным поведением ответчика. Поскольку в данном случае основания иска остаются прежними, суд обязан принять уточненный иск (Постановление Президиума ВАС РФ от 10.04.2012 N 15085/11).
Процессуальные возможности ответчика по делу не ограничены одними только лишь возражениями по существу заявленных к нему требований. Он вправе предъявить встречный иск. Согласно ст. ст. 137 - 138 ГПК РФ ответчик вправе до принятия судом решения предъявить к истцу встречный иск для совместного рассмотрения с первоначальным иском. Предъявление встречного иска осуществляется по общим правилам предъявления иска. Встречный иск может быть принят судом к рассмотрению при наличии следующих условий: 1) встречное требование направлено к зачету первоначального требования; 2) удовлетворение встречного иска исключает полностью или в части удовлетворение первоначального иска; 3) между встречным и первоначальным исками имеется взаимная связь и их совместное рассмотрение приведет к более быстрому и правильному рассмотрению споров. Аналогичные правила предусмотрены и для арбитражного процесса (ст. 132 АПК РФ).
Таким образом, встречный иск предъявляется для защиты от первоначального иска, в частности, если его удовлетворение исключает удовлетворение первоначального иска (Апелляционное определение Тверского областного суда от 04.09.2012 по делу N 33-3002).
Встречное требование может быть направлено к зачету первоначального в следующей ситуации: допустим, истец предъявил требование к ответчику о взыскании задолженности за поставленную продукцию, которую последний в нарушение условий договора поставки своевременно не оплатил. Однако у ответчика к истцу есть встречное требование о взыскании с истца убытков в размере стоимости его расходов, понесенных для устранения недостатков поставленной продукции, право на осуществление которого было ему прямо предоставлено договором поставки. Кроме того, ответчик может потребовать взыскания с истца предусмотренной заключенным между ними договором неустойки за нарушение истцом срока поставки продукции.
Как видно из данного примера, сторонами спора в обоих случаях являются те же лица - истец и ответчик, только в одном случае истец - кредитор по своему первоначальному иску, а в другом - кредитор уже ответчик по своему встречному требованию. Оба требования (первоначальное и встречное) вытекают из одного и того же правоотношения - договора поставки, при этом встречное требование о взыскании денежных средств в качестве убытков и неустойки направлено к зачету первоначально заявленного требования о взыскании задолженности, которое также по своей правовой природе является денежным.
Можно привести и другой пример, когда суд пришел к выводу о том, что встречный иск направлен к зачету первоначального: к примеру, требование ответчика к истцу о компенсации расходов на содержание помещения в ответ на его требование о взыскании дохода от сдачи такого помещения в аренду (Апелляционное определение Пермского краевого суда от 15.08.2012 по делу N 33-7173).
Отметим также, что если суд по результатам рассмотрения встречного иска придет к выводу о его обоснованности полностью или хотя бы в части, то в соответствующем объеме истцу будет отказано по его первоначальному требованию (например, истец требовал взыскания с ответчика 70000 рублей, а суммарный размер требований ответчика к нему - 40000 рублей, с которым согласился суд, уменьшив в связи с этим присужденную в пользу истца по первоначальному иску сумму на 40000 рублей до 30000 рублей соответственно).
Можно привести и другой пример ситуации, когда удовлетворение встречного иска исключает полностью или в части удовлетворение первоначального иска: признание недействительными договоров купли-продажи части нежилых помещений и договора аренды с правом выкупа этого имущества по встречному иску исключает возможность признания права собственности на него по первоначальному иску, поэтому встречный иск должен быть принят к рассмотрению (Определение Верховного Суда РФ от 25.07.2006 N 14-в06-3).
Однако ответчику следует учитывать, что для зачета в судебном процессе его требований к истцу он должен такие требования заявить именно в форме встречного иска. Простых возражений для этого будет недостаточно. После предъявления иска к лицу, имеющему право заявить о зачете, данное право может быть реализовано только путем заявления встречного иска (Постановление Президиума ВАС РФ от 07.02.2012 N 12990/11).
Так, в одном деле суд правомерно удовлетворил иск о взыскании расходов на ремонт нежилого помещения в части суммы, поскольку истцом было документально подтверждено несение расходов на приобретение стройматериалов для ремонта нежилого помещения, находящегося в общей долевой собственности сторон. А вот довод ответчика о том, что он также понес расходы на ремонт нежилого помещения, суд отклонил, отметив, что он не может служить основанием для производства зачета расходов ответчика в счет взыскиваемых истцом денежных сумм, так как ответчиком встречные исковые требования в порядке ст. 138 ГПК РФ заявлены не были (Апелляционное определение Иркутского областного суда от 09.01.2013 по делу N 33-62/2013).
Если между встречным и первоначальным исками имеется взаимная связь и их совместное рассмотрение приведет к более быстрому и правильному разрешению споров, то суд вправе принять встречный иск к рассмотрению. Для выявления такой связи суд при рассмотрении ходатайства о принятии встречного иска принимает во внимание предмет и основания обоих исковых требований.
Самым наглядным примером ситуации, когда между первоначальным и встречным исками имеется взаимная связь, является однородный характер обоих исковых требований: например, требование о признании права собственности на процентную долю в жилом доме, заявляемое как истцом, так и ответчиком (Апелляционное определение Тамбовского областного суда от 03.09.2012 по делу N 33-2220).
Можно привести и другой пример наличия между двумя исками взаимной связи, которая дает основания для принятия встречного иска: суд, рассматривающий иск об оспаривании договора, в случае заявления кредитором встречного иска о взыскании по этому договору принимает его к производству, так как между встречным и первоначальным исками имеется взаимная связь и их совместное рассмотрение приведет к более быстрому и правильному разрешению дела в соответствии с п. 3 ч. 3 ст. 132 АПК РФ (п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 N 57 "О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств").
Однако если ответчик, заявляя ходатайство о принятии встречного иска, не докажет наличия между встречным и первоначальным исками взаимной связи, то в удовлетворении данного ходатайства ему будет отказано.
Так, при рассмотрении одного дела суд, удовлетворяя исковые требования о выселении ответчика из служебного жилого помещения без предоставления другого жилого помещения, исходил из того обстоятельства, что спорное жилое помещение по своему правовому статусу является служебным, предоставлено на основании договора найма служебного жилого помещения ответчику на период его работы. При этом судом был сделан вывод об отсутствии установленных законом условий для принятия встречного искового заявления, так как затраты на ремонт служебного жилого помещения не являются юридически значимыми для решения вопроса о наличии права пользования данным помещением; истец по встречному иску не лишен права предъявления данных требований в качестве самостоятельного иска (Определение Пермского краевого суда от 24.12.2012 по делу N 33-11340).
Не могут рассматриваться в качестве встречных исков следующие требования:
- требование о признании сделки недействительной по отношению к первоначальному требованию о выделе доли из состава общего имущества, поскольку данные требования имеют самостоятельное значение и между собой никак не взаимосвязаны (Апелляционное определение Саратовского областного суда от 23.10.2012 по делу N 33-6086);
- требование к работнику о возмещении материального ущерба по отношению к требованию самого работника об оспаривании основания увольнения, поскольку такое требование не направлено к зачету первоначального требования и удовлетворение встречного иска не исключает полностью или в части удовлетворение первоначального иска (Определение Пермского краевого суда от 03.10.2012 по делу N 33-8900);
- требование о признании недействительными отдельных положений кредитного договора по отношению к требованию о взыскании задолженности по нему, поскольку оба таких требования являются самостоятельными, каждое из них имеет свои предмет и основания (Апелляционное определение Хабаровского краевого суда от 29.08.2012 по делу N 33-5146);
- требование об изменении условий договора об участии в долевом строительстве по отношению к основному иску о взыскании неустойки и компенсации морального вреда за ненадлежащее исполнение договора участия в долевом строительстве (Апелляционное определение Краснодарского краевого суда от 09.08.2012 по делу N 33-15897/12);
- требование о возмещении ущерба, причиненного протечкой, когда суд сослался на отсутствие предусмотренных законом оснований полагать данные требования обоснованными предметом и основанием иска о взыскании задолженности по оплате жилья и коммунальных услуг, поскольку вопрос о наличии у ТСЖ каких-либо встречных имущественных обязательств перед ответчиком к моменту подачи им иска о взыскании задолженности по оплате жилья и коммунальных платежей не был разрешен в установленном законом порядке, в связи с чем не имелось и оснований для производства зачета таких обязательств при определении суммы задолженности ответчика (Определение Санкт-Петербургского городского суда от 20.09.2012 N 33-12139/2012).
Как видно из приведенных примеров из судебной практики, к выводу об отсутствии между двумя исками взаимной связи суды подталкивают следующие обстоятельства: 1) разрешение спора по встречному требованию не входит в предмет доказывания по первоначальному требованию, по каждому из них должна быть сформирована своя доказательственная база; 2) оба иска между собой никак вообще не соотносятся, имеют совершенно разные предмет и основания, каждое требование самостоятельно по отношению друг к другу; 3) для рассмотрения встречного иска законом установлены особые правила подсудности или процедура рассмотрения, которые отличны от правил, предусмотренных для первоначально заявленного требования.
Как раз в самом последнем нашем примере (Определение Санкт-Петербургского городского суда от 20.09.2012 N 33-12139/2012) суд совершенно верно отметил, что разрешение спора о возникновении деликтных обязательств ТСЖ перед ответчиком не входило в предмет доказывания по первоначальному требованию и не могло повлиять на оценку характера выполнения ответчиком своих обязанностей по оплате жилья и коммунальных услуг. Кроме того, отказывая в принятии встречного искового заявления о взыскании расходов на восстановительный ремонт квартиры, связанных с причинением ущерба от протечки в квартиру с кровли многоквартирного дома, суд правильно принял во внимание следующие обстоятельства: данный иск неподсуден районному суду, заявлен по истечении длительного времени после указанной в нем даты причинения вреда, а рассмотрение данных требований в рамках возникшего спора об исполнении обязательств по содержанию жилого помещения и оплате коммунальных платежей не будет способствовать более быстрому и правильному рассмотрению дела.
На основе анализа и обобщения сложившейся в настоящее время судебной практики можно выделить и другие основания, при наличии которых суды приходят к выводу об отказе в принятии встречного иска, хотя такие основания прямо в законы и не названы. Это следующие обстоятельства:
- нецелесообразное совместное рассмотрение обоих исков, так как это не приведет к более быстрому и правильному урегулированию спора: указанные в обоих исках основания и предмет исковых требований, доказательства, на которых они основаны, свидетельствуют о том, что при их рассмотрении у суда возникнет необходимость установить и оценить различные юридически значимые обстоятельства и с учетом этого исследовать различные доказательства, что приведет к затягиванию процесса и осложнению дела. В качестве примера можно назвать встречный иск о признании договора страхования недействительным в ответ на требование о взыскании страхового возмещения (Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 28.03.2013 по делу N А17-4531/2012);
- наличие препятствий процессуального характера для принятия встречного иска: например, по предмету встречного иска уже имеется вступившее в законную силу судебное решение о том же предмете и между теми же лицами (Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 22.01.2013 по делу N А43-10581/2012);
- необходимость исследования большего количества доказательств в случае принятия встречного иска к рассмотрению (Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 24.10.2012 по делу N А79-12216/2011);
- обращение ответчика со встречным иском спустя продолжительное время после подачи истцом первоначального иска (например, спустя 6 месяцев), поскольку в таком случае принятие встречного иска не направлено на обеспечение соблюдения процессуального срока рассмотрения первоначального иска (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 09.02.2012 N А10-874/2011), а напротив, приведет к нарушению принципа осуществления судопроизводства в разумный срок (Постановление ФАС Московского округа от 22.04.2013 по делу N А40-45658/12-102-420), и др.
Отметим также, что критерий соблюдения разумных, установленных законом сроков для рассмотрения гражданских дел для судов является очень важным и значимым. Даже если встречный иск направлен к зачету против первоначального, но его принятие может привести к затягиванию процесса и нарушению срока рассмотрения первоначального иска, то, вероятнее всего, суд откажет в его принятии (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 23.08.2011 N А19-3964/2011).
Это тем более вероятно, что определение об отказе в принятии встречного иска отдельно не обжалуется, отказ в его принятии не является безусловным процессуальным нарушением, по которому судебный акт может быть отменен, и, что, пожалуй, самое главное, ответчик, встречный иск которого не принят судом к своему производству, не лишен права обратиться с самостоятельным иском. Его право на судебную защиту, гарантированное ст. 46 Конституции РФ, таким образом, не нарушается.
Ответчику необходимо иметь в виду, что в случае, если суд откажет ему в принятии встречного иска, это не лишает его права вновь предъявить свои требования отдельным иском по общим правилам, предусмотренным процессуальными нормами (Определение Московского городского суда от 16.10.2012 по делу N 33-7048).
Определение об отказе в принятии встречного иска по мотивам отсутствия условий, предусмотренных ст. 138 ГПК РФ, обжалованию в суд апелляционной или кассационной инстанции не подлежит, поскольку не препятствует реализации права на обращение за судебной защитой путем предъявления самостоятельного иска и возбуждения по нему другого производства в соответствии со ст. ст. 331, 371 ГПК РФ (абз. 3 п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2008 N 13 "О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции").
В связи с этим после получения отказа в принятии встречного иска ответчику следует, не теряя времени, предъявить иск к истцу в суд по общим правилам искового производства. В этом новом процессе теперь уже он сам станет истцом, а его процессуальный оппонент - ответчиком. По первоначальному же иску ответчик не лишен, кроме того, права представлять относимые и допустимые доказательства в обоснование своих возражений (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 10.12.2012 N А19-14055/2012).
Следует учитывать, что ответчик вправе заявить только один, а не несколько встречных исков сразу. В п. 16 Ответов на вопросы судов, подготовленных судом округа по результатам совещания по вопросам применения норм права, возникающим в судебной практике судов, входящих в Западно-Сибирский округ, состоявшегося 03.10.2014 на базе Арбитражного суда Республики Алтай, в том числе в режиме видеоконференц-связи, утв. Президиумом Арбитражного суда Западно-Сибирского округа 10.10.2014, приведено мнение о том, что такого права у ответчика нет, поскольку отсутствие прямого запрета нельзя расценивать как разрешение. Под вторым встречным иском подразумевается новый иск, который имеет не только иной предмет требований, но и иные основания иска. Иначе подача такого иска может рассматриваться как уточнение первоначального, а не как второй самостоятельный иск.
В юридической литературе предлагается ограничить возможность ответчика предъявить встречный иск, разрешив это сделать только до завершения предварительного судебного заседания и до начала судебных прений, но только при условии, что он сможет обосновать невозможность предъявить встречный иск ранее <34>. На наш взгляд, необходимости во внесении в процессуальное законодательство РФ таких изменений нет, поскольку они необоснованно ограничивают права ответчика в выборе средств защиты, учитывая, что ему может потребоваться дополнительное время для подготовки встречного иска и концентрации необходимой доказательственной базы для обоснования его правомерности.
--------------------------------
<34> Пацация М.Ш. Предъявление нескольких встречных исков по одному судебному делу: pro et contra // Закон. 2013. N 9.
Кроме того, при злоупотреблении ответчиком своим правом на подачу встречного иска суд может его просто не принять, мотивировав свой отказ необоснованным затягиванием процесса рассмотрения дела и указанием на то, что ответчик был не лишен возможности предъявить его ранее и уже тем более не лишен права предъявить свои требования к процессуальному оппоненту в самостоятельном порядке. Более подробно о таких дискреционных полномочиях суда мы расскажем в следующем параграфе.
§ 4. Добросовестное поведение в судебном процессе
Добросовестное и разумное осуществление процессуальных прав и обязанностей является стандартом поведения в судебном процессе. Однако на практике участники споров нередко его нарушают, что приводит к неблагоприятным последствиям для них же самих. Лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. Злоупотребление процессуальными правами влечет за собой для этих лиц предусмотренные законом неблагоприятные последствия (п. 2 ст. 41 АПК РФ). Аналогичные правила содержатся и в п. 1 ст. 35 ГПК РФ.
Одним из таких негативных последствий является отнесение судебных расходов по делу на лицо, которое нарушило обязательный претензионный или иной досудебный порядок, злоупотребляло своими правами или не выполнило обязанности, что привело к срыву судебного заседания, затягиванию судебного процесса, созданию препятствий для рассмотрения дела и принятия законного и обоснованного судебного акта (ст. 111 АПК РФ).
По этим же причинам суд может также отказать в удовлетворении заявления или ходатайства в случае, если они не были своевременно поданы лицом, участвующим в деле, вследствие злоупотребления своим процессуальным правом, за исключением случая, если заявитель не имел возможности подать такое заявление или такое ходатайство ранее по объективным причинам (п. 5 ст. 159 АПК РФ).
Так, суд оставит без удовлетворения ходатайство о назначении экспертизы, если оно поступит слишком поздно, когда судебный процесс уже близится к завершению, например за 1 день до истечения предусмотренного ст. 154 ГПК РФ двухмесячного срока рассмотрения гражданского дела (Апелляционное определение Белгородского областного суда от 14.01.2014 по делу N 33-73).
Суд, скорее всего, отклонит ходатайство участника процесса об отложении судебного разбирательства для того, чтобы он мог сформировать свою правовую позицию по делу, если ранее заседание для этой цели уже откладывалось (решение Суда по интеллектуальным правам от 30.10.2014 по делу N СИП-764/2014). Не будет считаться злоупотреблением правом предъявление такого ходатайства в случае, если ранее отложение судебного заседания происходило по ходатайству иных участников процесса, представивших дополнительные доказательства или заявивших новые доводы, либо по инициативе самого суда (Постановление ФАС Поволжского округа от 25.01.2010 по делу N А72-2775/2009).
Суд, исходя из принципа состязательности и равноправия сторон, обязан создать необходимые условия для того, чтобы они могли реализовать свои процессуальные права и обязанности в полной мере и с достаточной эффективностью отстаивать свои интересы. Однако именно самим сторонам принадлежит активная роль в судебном процессе, поскольку суд не может быть более рачительным об их правах, чем они сами. Стороны должны самостоятельно предъявлять все свои доказательства и заявлять все значимые доводы заблаговременно, чтобы в дальнейшем у суда не было оснований их отклонить.
Пассивное поведение ответчика в арбитражном процессе, в каком бы виде оно ни проявлялось (неявка в заседания, непредставление возражений на предъявленные требования и доказательств, подтверждающих обоснованность таких возражений, несвоевременное ознакомление с материалами дела и пр.), заведомо ставит стороны спора в неравное положение. Неучастие в судебных заседаниях, непредставление доказательств и незаявление доводов по существу спора возлагают на соответствующую сторону риск неблагоприятных последствий, в том числе в виде возможного вынесения судебного акта против нее (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 29.12.2015 N Ф05-18604/2015).
Так, например, в одном деле, оценивая процессуальное поведение истца, суд отметил следующее. Истец в своем иске сослался лишь на перечисление аванса, не приложив к иску даже договор, регулирующий правоотношения сторон. Вместе с тем при такой подготовке иска представитель истца, будучи извещенным о дате и месте предварительного заседания, не явился в предварительное заседание, не заявил возражения против перехода к рассмотрению спора в судебном заседании суда первой инстанции.
Поэтому ссылка истца на незаконное завершение подготовки по делу в его отсутствие и отсутствие доказательств направления ему представленных ответчиком двусторонне подписанных документов не основана на законе. Неявка истца в предварительное заседание является его выбором процессуальной позиции по делу. Истец, избравший такую пассивную процессуальную позицию, несет риск наступления последствий его неявки в заседание, в данном случае в виде отказа в удовлетворении иска (Постановление ФАС Московского округа от 21.08.2013 по делу N А40-147261/12-123-288). Отметим также, что участник процесса считается надлежащим образом извещенным и в том случае, если он находится в местах лишения свободы, поскольку и в этом случае он не лишен возможности вести дело через представителя (Апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда от 24.10.2013 по делу N 33-16044/2013).
Аналогичным образом поступит суд и в случае, если ответчик не явится в процесс, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте судебного разбирательства, своего представителя и отзыв на иск с приложением соответствующих доказательств не направит, об отложении судебного разбирательства по уважительным причинам ходатайства не заявит и в целом в процессе займет пассивную позицию. В таком случае, если требования истца будут подтверждены представленными в материалы дела доказательствами, учитывая пассивное поведение ответчика по делу, суд, скорее всего, примет решение против него, поскольку тот сам несет риск негативных последствий такого поведения, что в дальнейшем лишит его права ссылаться на то, что его доводы не были учтены при принятии судебного решения.
Так, в одном деле суд удовлетворил иск поставщика к покупателю о взыскании задолженности по дистрибьюторскому соглашению и процентов за пользование коммерческим кредитом, установив факт поставки товара в отсутствие надлежащей оплаты. При этом суд указал на пассивное процессуальное поведение покупателя в деле, который, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте судебного разбирательства, явку своего представителя в судебные заседания не обеспечил, обязанность по предоставлению отзыва не исполнил (ст. 131 АПК РФ).
Исходя из принципов равноправия сторон и состязательности в арбитражном процессе (ст. ст. 8 и 9 АПК РФ), а также положений ст. 65 АПК РФ об обязанности доказывания, отсутствие со стороны ответчика возражений в части подписания товарных накладных, акта сверки неуполномоченным лицом следует квалифицировать как отсутствие возражений относительно предъявленных к нему требований (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 26.10.2012 по делу N А27-2695/2012).
Пассивное поведение участника процесса и невыполнение им самим определенных действий лишает его в дальнейшем права ссылаться на соответствующие обстоятельства при попытке пересмотреть вынесенное против него судебное решение. Так, например, поведение ответчика, который был заблаговременно уведомлен о слушании дела, не явился в судебные заседания и не ходатайствовал об отложении слушания по делу, не направил документы в адрес суда, в дальнейшем обжалуя судебное постановление по этому основанию, свидетельствует о проявлении неуважения к суду, а дальнейшее отложение слушания по делу привело бы к нарушению прав других участников процесса, добросовестно реализующих свои процессуальные права (Апелляционное определение Ставропольского краевого суда от 18.11.2015 по делу N 33-7742/2015).
Исключение составляют случаи, когда дискреционные полномочия суда позволяют ему, даже несмотря на пассивное поведение сторон в процессе, в интересах законности и необходимости соблюдения разумного баланса интересов сторон принять определенные решения, в частности о снижении размера заявленной неустойки за нарушение обязательств или размера судебных расходов по делу, поскольку пассивное поведение проигравшей стороны не исключает обязанности суда оценить заявленные требования с позиции их разумности и обоснованности (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 30.10.2014 N Ф05-8100/2013).
В определенных законом случаях на нарушителя также может быть наложен судебный штраф (гл. 11 АПК РФ): неисполнение обязанности представить истребуемое судом доказательство по неуважительным причинам либо неизвещение суда о невозможности представления доказательства вообще или в установленный срок, неявка в судебное заседание лиц, которые были обязаны по указанию суда на него явиться, высказывание в адрес судей оскорбительных и беспочвенных суждений, неоднократное заявление ходатайств об отводе судей по надуманным основаниям и др.
В качестве злоупотребления правом, влекущего отказ в удовлетворении заявленных стороной процесса ходатайств, могут рассматриваться любые без исключения процессуальные действия участников судебного разбирательства, в том числе неявка по судебным извещениям или необеспечение возможности их получения по заявленному адресу места жительства или места нахождения (Определение Ленинградского областного суда от 12.02.2014 N 33-701/2014), непредставление доказательств или их неполное раскрытие, позднее накануне окончания судебного процесса заявление тех или иных ходатайств, встречных исков, дополнений, отзывов и возражений, иных процессуальных документов.
Если сторона по делу заявляет ходатайство, то помимо оценки его содержания с точки зрения обоснованности и возможности удовлетворения суд также учитывает и другие немаловажные аспекты, такие как: время предъявления, которое он соотносит с датой начала судебного процесса, наличие реальной возможности заявить его ранее, в том числе имело ли место отложение судебного разбирательства для того, чтобы стороны могли изучить доказательства и аргументы друг друга, представить в необходимых случаях дополнительные доказательства, скорректировать свои позиции.
Так, если участник судебного процесса заявляет ходатайство об отложении судебного заседания для того, чтобы он мог представить дополнительные доказательства по делу, но при этом ни в тексте самого ходатайства, ни в своем устном выступлении в заседании не смог пояснить, о каких конкретно доказательствах идет речь и каким образом они могут повлиять на правильное рассмотрение дела, то такое ходатайство суд отклонит, поскольку очевидно, что его удовлетворение может привести к необоснованному затягиванию судебного процесса и ущемлению прав и законных интересов его процессуального оппонента (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 13.09.2011 по делу N А19-105/11).
Наиболее показательный пример злоупотребления процессуальными правами можно увидеть в п. 4 раздела II "Процессуальные вопросы" Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 4 (2015) от 23.12.2015, согласно которому если из обстоятельств дела следует, что заявление ответчика об оставлении иска без рассмотрения в связи с несоблюдением истцом досудебного порядка урегулирования спора направлено на необоснованное затягивание разрешения возникшего спора, то суд на основании ч. 5 ст. 159 АПК РФ отказывает в его удовлетворении.
В рассмотренном в данном обзоре деле заказчик взыскивал с подрядчика суммы неотработанного аванса по нескольким договорам подряда. В судебном процессе подрядчик вел себя очень активно, обратившись к суду сразу с несколькими ходатайствами, а именно: о выделении в отдельное производство требований по разным договорам подряда и об объединении требований по данному делу с требованиями по другому делу, о проведении дополнительных экспертиз. Помимо этого, подрядчик предъявил встречный иск к заказчику о взыскании задолженности за выполненные работы, представил проект мирового соглашения, которое так и не было заключено. В связи с разрешением указанных процессуальных вопросов рассмотрение дела по существу неоднократно откладывалось.
Впоследствии подрядчик вообще заявил о необходимости оставления иска заказчика без рассмотрения в связи с несоблюдением им досудебного порядка урегулирования спора, предусмотренного договорами подряда. Однако недобросовестный подрядчик опоздал с заявлением такого ходатайства. Будь оно предъявлено им еще в самом начале процесса, суд с большей долей вероятности бы с ним согласился.
Однако в середине процесса с учетом уже прошедшего срока рассмотрения дела отсутствие у подрядчика изначально возражений на рассмотрение дела судом, а также отсутствие обоснования невозможности своевременного оформления ходатайства об оставлении иска без рассмотрения по уважительным причинам, активного участия в процессе и реализации своих процессуальных прав в совокупности свидетельствовали о том, что подрядчик не имел действительного правомерного интереса в оставлении предъявленного к нему заказчиком иска без рассмотрения.
По смыслу п. 8 ч. 2 ст. 125, ч. 7 ст. 126, п. 2 ч. 1 ст. 148 АПК РФ претензионный порядок урегулирования спора в судебной практике рассматривается в качестве способа, позволяющего добровольно без дополнительных расходов на уплату госпошлины со значительным сокращением времени восстановить нарушенные права и законные интересы. Такой порядок урегулирования спора направлен на его оперативное разрешение и служит дополнительной гарантией защиты прав. Однако в рассматриваемом случае из поведения подрядчика не усматривалось намерения добровольно и оперативно урегулировать возникший спор во внесудебном порядке, поэтому оставление иска без рассмотрения привело бы к необоснованному затягиванию разрешения возникшего спора и ущемлению прав одной из его сторон.
Аналогичным образом поступил суд и в другом деле применительно к подсудности спора, указав, что злоупотребление правом со стороны ответчика прослеживается в том, что большинство его ходатайств в суде первой инстанции были направлены либо на приостановление дела, либо на отложение судебного разбирательства по существу. Практически все ходатайства поданы им исключительно в судебных заседаниях без приложения каких-либо доказательств и всегда сопровождались просьбой о предоставлении времени для окончательного формирования правовой позиции по заявленным ходатайствам, а также сбора необходимых доказательств. Все ходатайства были заявлены ответчиком поочередно, чтобы еще больше потянуть время, поэтому указание в жалобах в вышестоящие суды при обжаловании судебного решения на нарушение правил подсудности было отклонено (Постановление Президиума ВАС РФ от 23.04.2012 N 1649/13).
Участники судебного разбирательства должны также обязательно соблюдать принцип состязательности, который проявляется в создании для спорящих сторон равных процессуальных возможностей для защиты своих прав и законных интересов. Нарушение данного принципа дает основание участникам судебного разбирательства добиваться пересмотра принятых против них судебных актов.
Принцип состязательности проявляется в следующих аспектах (ч. 3 ст. 123 Конституции РФ, ст. 9 АПК РФ): 1) стороны спора вправе знать об аргументах друг друга до начала судебного разбирательства; 2) каждому участнику процесса гарантируется право представлять доказательства суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств.
Участники процесса несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, а суд, рассматривающий дело, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет сторонам спора их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения ими процессуальных действий.
Суд также оказывает содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела. В случае неясности, неопределенности существа иска суд обязан разъяснить истцу процессуальные последствия его действий, выяснить, какой иск им подан, на чем основан, предоставить время для изменения заявленных требований (Определение Московского городского суда от 22.06.2011 по делу N 33-15705).
При этом эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения тех или иных процессуальных действий (Определение Московского городского суда от 07.04.2015 N 4г/6-3409/2015, 2-9495/14).
Как видно из содержания приведенной нормы права, активная роль в процессе отводится самим участникам, а не суду, который только исследует представляемые сторонами доказательства и дает им правовую оценку, а также оценивает их доводы. Суд связан заявленными исковыми требованиями, руководит процессом, а не занимает сторону истца или ответчика, не выполняет их функции. Содействие судьи участникам процесса сводится к организационной помощи для наиболее эффективной правовой защиты, а не к выполнению за них их процессуальных обязанностей.
Своими действиями суд не вправе ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 13.03.2009 N А19-4783/08-23-Ф02-840/09). Суд не может быть более рачительным в защите прав сторон, чем они сами (Апелляционное определение Верховного суда Республики Северная Осетия - Алания от 28.04.2015 N 33-359/15).
От степени активности участника процесса зависят перспективы разрешения спора, а также подход суда к размеру взыскиваемых судебных расходов. Это вызвано тем, что доказательственная деятельность активной и пассивной сторон в судебном процессе неодинакова, обусловлена их процессуальным положением, в зависимости от которого определяются объем и качество представляемой доказательственной базы, подготавливаемых процессуальных документов (исков, заявлений, отзывов, ходатайств, пояснений и др.), их активность и временные затраты представителей в судебных заседаниях. Временные затраты и сложность дела в связи с этим для них неодинаковы, что учитывает суд при решении вопроса о разумности и обоснованности судебных издержек (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 06.06.2014 N С01-334/2014).
На основе анализа материалов сложившейся судебной практики можно выделить следующие наиболее типичные случаи нарушений принципа состязательности в судебном процессе: 1) принятие судом не всех доказательств по делу; 2) оставление без рассмотрения ходатайств, в том числе о пропуске срока исковой давности; 3) их немотивированное отклонение; 4) рассмотрение дела в отсутствие надлежащего извещения сторон; 5) рассмотрение дела судом в отсутствие подтверждения истцом раскрытия перед ответчиком представляемых в обоснование исковых требований доказательств при наличии заявления ответчика о том, что такие доказательства у него отсутствуют и исковые требования ему неизвестны; 6) необъективность суда, выражающаяся в выполнении им функций одного из участников процесса.
Суд в любом случае обязан принимать к рассмотрению все представляемые сторонами доказательства, если они отвечают требованиям относимости и допустимости. Он не вправе принять доказательства только одной из сторон, а второй в принятии доказательств отказать. Отказ в приеме доказательств в любом случае должен быть мотивированным (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 25.03.2009 N А33-8887/08-Ф02-1071/09).
Аналогичным образом суд обязан рассматривать все поступающие от участников процесса ходатайства, поскольку отказ от их изучения нарушает принцип состязательности процесса, что влечет за собой возможность неполного исследования обстоятельств дела и неприменения либо неправильного применения норм материального права (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 01.06.2011 по делу N А67-4761/2010). Все поступившие ходатайства суд обязан оценить и принять по ним решение.
Так, например, в одном деле суд округа отметил, что немотивированное отклонение ходатайств о вызове эксперта в судебное заседание и о назначении повторной экспертизы, притом что без правильного определения рыночной цены спор между сторонами не мог быть разрешен по существу, привело к нарушению принципа состязательности сторон, поэтому принятый по делу судебный акт подлежал отмене (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 15.05.2015 N Ф05-3628/2015).
Исключение составляет случай, предусмотренный ч. 5 ст. 159 АПК РФ, которой установлено, что арбитражный суд вправе отказать в удовлетворении заявления или ходатайства в случае, если они не были своевременно поданы лицом, участвующим в деле, вследствие злоупотребления своим процессуальным правом и явно направлены на срыв судебного заседания, затягивание судебного процесса, воспрепятствование рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта, за исключением случая, если заявитель не имел возможности подать такое заявление или такое ходатайство ранее по объективным причинам.
Последствие такого злоупотребления заключается в том, что суд в таком случае вправе отказать в удовлетворении заявления или ходатайства, податель которого может избежать этого, доказав, что своевременной подаче заявления или ходатайства помешали объективные причины (в этом случае его действия не рассматриваются как злоупотребление правом).
Злоупотребление правом со стороны ответчика, например, может прослеживаться в следующем. Большинство его ходатайств в суде первой инстанции были направлены либо на приостановление дела, либо на отложение судебного разбирательства по существу. Практически все ходатайства поданы им исключительно в судебных заседаниях без приложения каких-либо доказательств и всегда сопровождались просьбой о предоставлении времени для окончательного формирования правовой позиции по заявленным ходатайствам, а также сбора необходимых доказательств. Все ходатайства были заявлены ответчиком поочередно (Постановление Президиума ВАС РФ от 23.04.2012 N 1649/13).
Нарушением принципа состязательности будет также принятие судебного решения в отсутствие ответчика, не извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства либо о продолжении судебного заседания после объявленного в нем перерыва (Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 13.09.2013 по делу N А32-3894/2013).
Нарушением принципа состязательности будет не только рассмотрение дела в отсутствие надлежащего извещения сторон, но и его рассмотрение по уточненным исковым требованиям или возражениям, с которыми стороны не были ознакомлены: например, рассмотрение спора в отсутствие оригинала заявления истца об изменении предмета иска, а также в отсутствие безусловных доказательств направления (вручения) ответчику копии уточненного иска при наличии заявления ответчика о том, что такие уточнения им не были получены и рассматриваемые исковые требования ему не были известны (Постановление ФАС Московского округа от 21.07.2014 N Ф05-6961/2014).
Рассмотрение уточненного иска в отсутствие ответчика и без отражения этого факта в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, является недопустимым, поскольку в таком случае ответчик об изменении иска (увеличение размера требований, изменение параметров расчета и др.) узнает только из полученного судебного решения, что лишает его возможности озвучить свою позицию по измененным исковым требованиям и подкрепить ее необходимыми возражениями и доказательствами (Постановление ФАС Центрального округа от 05.10.2012 по делу N А68-326/2012).
Поэтому при получении от истца уточненного иска без доказательств его своевременного получения ответчиком и при его неявке в заседание суд должен отложить разбирательство (п. 11 информационного письма Президиума ВАС РФ от 22.12.2005 N 99 "Об отдельных вопросах практики применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации"). Также суд не вправе переходить в основное разбирательство по существу при наличии возражений лиц, участвующих в деле (абз. 3 п. 27 Постановления Пленума ВАС РФ от 20.12.2006 N 65 "О подготовке дела к судебному разбирательству").
Если же ответчик надлежащим образом уведомлен о времени и месте судебного разбирательства, но фактически извещение не получил (например, из-за ненахождения компании по юридическому адресу), то на него относится риск негативных последствий, связанных с отсутствием извещения. В такой ситуации, не будучи извещенным о судебном разбирательстве, он не будет иметь возможности изучить суть дела и оценить обоснованность предъявленных к нему требований, подготовить свои возражения по ним и сформировать достаточную доказательственную базу, заявить встречный иск при наличии к тому оснований и использовать иные средства своей правовой защиты.
В силу п. 3.1 ст. 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.
Нежелание представить доказательства должно квалифицироваться как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (Постановление Президиума ВАС РФ от 06.03.2012 N 12505/11).
В случае, когда участник спора вообще не был извещен о времени и месте судебного разбирательства вследствие необеспечения им получения юридически значимых сообщений по адресу, заявленному в ЕГРЮЛ, он в принципе не может опровергнуть ничего из того, что заявляет его процессуальный оппонент.
Не опровергнув представленные истцом доказательства и заявленные доводы, не представив своих доказательств и не заявив аргументов, ответчик с большей долей вероятности получит судебное решение против себя, поскольку суд не будет защищать его сторону в процессе в силу принципа состязательности, где каждая из спорящих сторон действует самостоятельно, определяя параметры своего процессуального поведения.
При отсутствии в судебном заседании представителей ответчика при наличии доказательств его надлежащего и своевременного извещения суд будет не вправе опровергать доказательства и доводы истца, поскольку в его обязанности это не входит, учитывая, что он руководит процессом, а не отстаивает права одной из сторон (Постановление Президиума ВАС РФ от 15.10.2013 N 8127/13). Поэтому на участника процесса, пропустившего судебное разбирательство из-за неполучения информации по причине неполучения корреспонденции, возлагается риск соответствующих негативных последствий.
В частности, он не сможет заявить о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям и добиться отказа в иске по данному основанию, которое не требует рассмотрения дела по существу. Впоследствии же, когда ему станет известно о принятом против него решении, в апелляционной инстанции он уже не сможет заявить этот довод, поскольку суду первой инстанции он не заявлялся.
В связи с этим, даже если участник гражданского оборота по каким-то причинам не находится по своему юридическому адресу, он должен обеспечить получение всей деловой корреспонденции, а также отслеживать информацию по судебным делам из доступных источников: картотека арбитражных дел на сайте www.arbitr.ru, сайт районного суда по месту своего нахождения и др. Это позволит ему принять оперативные меры к защите своих прав. Помимо этого, в договорах с контрагентами и в переписке с ними, в официальных документах, на своем сайте и в других источниках ему следует указывать не только юридический, но и фактический адрес, чтобы в дальнейшем иметь возможность сослаться на то, что у его оппонента имелись сведения об актуальном адресе, куда могли направляться все официальные извещения.
Помимо этого, при выявлении случаев нарушения законности суд вправе направить частное определение в соответствующие организации или соответствующим должностным лицам, которые обязаны в течение месяца сообщить о принятых ими мерах. Если поведение сторон процесса содержит признаки уголовно наказуемого деяния, тогда суд извещает об этом органы дознания и следствия (ст. 226 ГПК РФ, ст. 188.1 АПК РФ). Частное определение может быть вынесено в адрес самого суда со стороны вышестоящей судебной инстанции.
Так, если при рассмотрении дела суд апелляционной инстанции установит, что судом первой инстанции не проводилась подготовка дела к судебному разбирательству или такая подготовка была проведена не в полном объеме либо были допущены другие нарушения, которые привели к неправильному рассмотрению дела или к нарушению сроков его рассмотрения, суду апелляционной инстанции необходимо реагировать на допущенные нарушения вынесением частного определения (п. 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.06.2012 N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции").
Примечательно, что в СССР использование данного процессуального инструмента было подчинено цели противодействия проявлениям бюрократизма, протекционизма, ведомственности и местничества, на что прямо было обращено в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 29.09.1988 N 11 "О практике вынесения судами частных определений (постановлений)". Суды, строго защищая законные права участников процесса, должны были вместе с тем решительно пресекать всякого рода проявления сутяжничества, направленного на затягивание и затемнение процесса путем злоупотреблений и недобросовестного использования своих процессуальных прав (п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 05.09.1952 N 8 "Об устранении фактов волокиты в деятельности судов").
§ 5. Целесообразность заключения мирового соглашения
Заключение мирового соглашения является наиболее оптимальным способом разрешения судебного спора. Оно может быть заключено по взаимному согласию участников спора с целью прекращения возникшего конфликта на взаимоприемлемых условиях. Мировое соглашение заключается в простой письменной форме и утверждается судом на основании ходатайств сторон, поданных в письменной форме или заявленных устно в судебном заседании.
Не утвержденное судом мировое соглашение не имеет никакой силы, даже если оно подписано участниками спора, поскольку без их волеизъявления на его утверждение суд не вправе понуждать какую-либо из сторон конфликта к его заключению. Поэтому при отсутствии согласованного волеизъявления сторон на заключение мирового соглашения суд рассматривает спор по существу, что не лишает участников спора возможности в дальнейшем заключить мировое соглашение, что допускается на любой стадии судебного процесса, в том числе в ходе исполнительного производства (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 05.02.2010 по делу N А27-8371/2009).
Право сторон включить в мировое соглашение условия прекращения конфликта ограничено предметом судебного разбирательства и связанных с исками требований, все остальные вопросы они могут урегулировать в самостоятельном порядке. В силу принципа свободы договора (ст. 421 ГК РФ) мировое соглашение может содержать любые не противоречащие закону или иным правовым актам условия, в нем должен быть указан конкретный способ прекращения спора, а не просто констатировано его отсутствие (решение Арбитражного суда Свердловской области от 12.04.2011 по делу N А60-657/2011), изменен срок договора, из которого возник спор, или уточнены отдельные его условия (Определение Тверского областного суда от 31.01.2012 по делу N 33-381), поскольку на прекращение спора подобные условия не направлены.
Положения, изложенные сторонами в тексте мирового соглашения, должны быть четкими, ясными, исполнимыми. Принимаемые сторонами на себя обязанности должны быть конкретными и не ставиться в зависимость от тех или иных условий: если истец отказывается от иска, то такой отказ должен быть безоговорочным и не ставиться в зависимость от выполнения ответчиком своих обязанностей перед ним (Определение Феодосийского городского суда Республики Крым от 16.02.2016 по делу N 2-589/2016).
Законом установлен исчерпывающий перечень оснований, при наличии которых арбитражный суд отказывает в утверждении мирового соглашения, а именно: его противоречие закону, в частности несоответствие вступившим в законную силу судебным актам (Постановление Арбитражного суда Московской области от 23.01.2015 N Ф05-15602/2014), нарушение этим соглашением прав и законных интересов иных лиц (ч. 6 ст. 141 АПК РФ). Так, владельцы компании, заключившей без их корпоративного одобрения мировое соглашение, являющееся для нее крупной сделкой, вправе обратиться с апелляционной жалобой на судебный акт, утвердивший спорное мировое соглашение, на заключение которого они своего согласия не давали (Постановление ФАС Дальневосточного округа от 24.02.2014 N Ф03-95/2014).
Особые требования предъявляются законом к заключению мирового соглашения в рамках дела о банкротстве. В нем должно быть отражено, за счет каких средств и осуществления какой хозяйственной деятельности должник намерен восстанавливать свою платежеспособность, а также вопрос экономической целесообразности данной судебной сделки для должника. Его заключение должно быть направлено именно на восстановление платежеспособности должника, а не на распределение средств, полученных от реализации его имущества среди имеющихся кредиторов, в том числе в ущерб кредиторам по текущим обязательствам. Несоблюдение такого требования означает невозможность утверждения мирового соглашения судом, поскольку оно не соответствует закону (Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 25.03.2016 N Ф03-1168/2016).
Мировое соглашение в обязательном порядке должно содержать согласованные сторонами сведения о его условиях, которые должны быть четкими, ясными и определенными, о размере и о сроках исполнения обязательств друг перед другом или одной стороной перед другой (ч. 2 ст. 140 АПК РФ), с тем чтобы не было неясностей и споров по поводу его содержания при исполнении, а само мировое соглашение было исполнимым с учетом правил о принудительном исполнении судебных актов. Условия мирового соглашения не должны допускать его неоднозначное толкование и свидетельствовать о незаконченности урегулирования спора и возможности появления дополнительных споров между его сторонами, что не соответствует принципам мирового соглашения, изложенным в гл. 15 АПК РФ.
Иными словами, условия мирового соглашения должны быть сформулированы таким образом, чтобы они дословно могли быть перенесены в исполнительный лист, если должник откажется добровольно исполнять мировое соглашение (Постановление ФАС Поволжского округа от 25.01.2010 по делу N А12-13849/2008). Так, например, в мировом соглашении будет недостаточно просто указать на передачу ценных бумаг в связи с прекращением спора, необходимо также указать способ исполнения данного обязательства, срок передачи и иные условия (Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 07.04.2015 N Ф07-374/2015).
Мировое соглашение должно именно разрешать возникший спор, а не приводить стороны к первоначальному положению, что не способствует их примирению, а только отсрочивает разрешение конфликта. Так, суд не утвердит мировое соглашение по спору о согласовании автобусного маршрута, если его содержание сводится к следующему: представленный заявителем паспорт межмуниципального автобусного маршрута принят, рассмотрен и находится на стадии утверждения, - поскольку данные положения не направлены на окончательное разрешение спора между сторонами (Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 18.01.2011 по делу N А15-827/2009).
Если взаимные уступки сторон мирового соглашения, по мнению суда, не являются равноценными, данное обстоятельство не является основанием для отказа в его утверждении, поскольку стороны спора свободны в осуществлении своих прав и самостоятельно под свою ответственность принимают соответствующие процессуальные решения. Мировое соглашение заключается между всеми лицами, участвующими в споре (истец и ответчик). Так, например, если иск предъявлен к солидарным должникам, то все они, а не кто-то один должны участвовать в мировом соглашении (Апелляционное определение Саратовского областного суда от 21.10.2014 по делу N 33-5930).
При согласовании условий мирового соглашения стороны должны специально оговаривать все спорные нюансы, а также перечень требований, которые они не прекращают. Не включив в текст мирового соглашения условия о разрешении тех или иных требований, связанных с предметом спора, стороны теряют право в дальнейшем их заявлять. Такой подход не нарушает баланс интересов участников спора, поскольку они заключают мировое соглашение, исходя из существующих реалий и рассчитывая на ликвидацию спора полностью без риска предъявления дополнительных требований со стороны процессуального оппонента. В ином случае мировое соглашение могло бы быть вообще не заключено (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 09.10.2014 N Ф05-11011/14).
Заключение мирового соглашения удовлетворяет интересам обеих сторон, и должник будет вправе рассчитывать на прекращение любых претензий материально-правового характера, связанных с нарушением обязательств, в том числе и по выплате штрафа. В ином случае сторонам следовало предусмотреть в мировом соглашении условия такой ответственности. Риск негативных последствий несет кредитор, который обладал соответствующим правом и должен был понимать, что судебная защита должна быть максимально эффективной и способствовать восстановлению его нарушенных прав, а мировое соглашение должно влечь прекращение конфликта как из основного обязательства, так и из всех дополнительных, связанных с ним обязательств. Выдвигая же новые требования, соответствующая сторона спора действует непоследовательно и нивелирует последствия прекращения спора, что противоречит правовой природе мирового соглашения (Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2015 N 09АП-10188/2015).
Мировое соглашение должно предметно разрешать те требования, что лежат в основе спора, поскольку те требования, которые в рамках соответствующего дела не заявлялись суду, в него включены быть не могут. Этим российский правопорядок отличается от зарубежного: в некоторых процессуальных актах зарубежных государств допускается большая свобода участников спора, а именно не только заключение мирового соглашения с определением его условий, но также и внесение в него изменений и дополнений или даже заключение нового мирового соглашения (например, ст. 195 ГПК КНР) <35>.
--------------------------------
<35> Гражданский процессуальный кодекс КНР: Пер. с кит. / Под ред. С.А. Халатова. М.: Инфотропик Медиа, 2014. С. 90.
Если, к примеру, предметом судебного разбирательства является разрешение вопроса о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение на территории РФ судебного решения иностранного суда, то предметом мирового соглашения могут стать только вопросы, связанные с его исполнением. Стороны не вправе заключить мировое соглашение о прекращении спора, поскольку его утверждение не может быть произведено российским судом, не обладающим для этого необходимой компетенцией, это вправе сделать только тот иностранный суд, который принял решение (Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.12.2015 по делу N А56-49906/2011).
Такой подход вытекает из принципа "равный над равным власти не имеет" (par in parem non habet imperium), на основании которого одно государство не может подпадать под юрисдикцию другого государства (в рассматриваемом случае в лице судов, входящих в систему органов государственной власти). Предоставление суверенного иммунитета государству в отношении гражданских дел преследует законную цель, заключающуюся в соответствии принципам международного права, чтобы поддерживать уважительные и добрые отношения между государствами на основании уважения суверенитета другого государства (Постановление ЕСПЧ от 14.01.2014 "Дело "Джонс и другие (Jones and Others) против Соединенного Королевства" (жалоба N 34356/06 и 40528/06).
Стороной мирового соглашения не может быть лицо, не участвующее в разрешении спора (Апелляционное определение Свердловского областного суда от 30.07.2014 по делу N 33-9724/2014); утвержденное судом мировое соглашение нельзя расторгнуть, кроме дела о банкротстве, где допускается вступление третьего лица в обязательство должника в качестве солидарного или субсидиарного должника и предусмотрена возможность отказаться от исполнения мирового соглашения (п. п. 8, 20, 22 и 23 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с заключением, утверждением и расторжением мировых соглашений в делах о несостоятельности (банкротстве), утв. информационным письмом Президиума ВАС РФ от 20.12.2005 N 97).
Суд при рассмотрении вопроса об утверждении мирового соглашения исследует фактические обстоятельства спора и представленные лицами, участвующими в деле, доводы и доказательства, дает им оценку лишь в части проверки соответствия мирового соглашения требованиям закона и отсутствия нарушений прав и законных интересов других лиц (в том числе с точки зрения искусственности спора и мирового соглашения по нему), иные обстоятельства дела исследоваться не должны.
Не должна проводиться проверка мирового соглашения по иным основаниям, например по равноценности взаимных уступок сторон (если такие уступки совершены по свободной воле обеих сторон, то суд не должен вмешиваться в результаты примирения). Также суд не вправе утверждать соглашение в части, изменять или исключать из него какие-либо условия, согласованные сторонами. Вместе с тем он вправе предложить сторонам исключить из мирового соглашения отдельные условия, противоречащие закону или нарушающие права и законные интересы других лиц.
Мировое соглашение, являясь институтом процессуального законодательства, одновременно представляет собой сделку, к которой могут применяться также правила гражданского законодательства, например: о договорах, в том числе правила о свободе договора, об отступном, о новации, о прощении долга, о зачете встречного однородного требования, о возмещении вреда (п. 15.3.8 Концепции единого Гражданского процессуального кодекса РФ, одобренной решением Комитета по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Государственной Думы Федерального Собрания РФ от 08.12.2014 N 124(1)).
Мировое соглашение представляет собой в любом случае гражданско-правовую сделку, которая заключается в особом порядке - через процедуру судебного утверждения, соответственно, мировое соглашение не может быть изменено или расторгнуто иначе как путем пересмотра судебного акта, которым оно было утверждено. Правом на обжалование определения об утверждении мирового соглашения или об отказе в его утверждении обладают сами стороны, а также третьи лица, чьи права и законные интересы им затрагиваются. При этом следует учитывать, что прекращение производства в связи с утверждением мирового соглашения не лишает заинтересованных лиц права на подачу жалобы на определение суда о его утверждении, поскольку иной подход заранее лишает их права на обжалование судебного акта в установленном законом порядке (Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 24.06.2015 по делу N А10-4352/2012).
Мировое соглашение, будучи смешанным договором, является отдельной сделкой, поскольку все ее элементы связаны одной предметной направленностью - урегулированием возникшего спора и прекращением его на приемлемых для сторон условиях. К нему нельзя присоединить иные соглашения, которые не касаются предмета спора, поскольку стороны спора вправе включить в него только те положения, которые связаны с заявленными исковыми требованиями, в том числе с теми, которые не были предметом судебного разбирательства (п. 13 Постановления Пленума ВАС РФ от 18.07.2014 N 50 "О примирении сторон в арбитражном процессе").
Мировое соглашение может быть заключено сторонами на любой стадии процесса, в том числе в ходе исполнительного производства, но до его окончания (Апелляционное определение Иркутского областного суда от 29.10.2013 по делу N 33-8847/13). После его окончания мировое соглашение заключить нельзя, поскольку судебный акт либо исполнен, либо судебным приставом констатирована невозможность его исполнения по той или иной причине (например, отсутствие у должника имущества, на которое можно было бы обратить взыскание).
Однако в этом случае стороны вправе заключить самостоятельную сделку с исполнением в пользу взыскателя должником или иным лицом определенного обязательства, поскольку в связи с окончанием исполнительного производства и истечением срока для предъявления исполнительного листа к исполнению никаких препятствий у них нет. Если же срок для предъявления исполнительного листа к исполнению не истек, в интересах должника будет дождаться его окончания, поскольку в ином случае взыскатель сможет получить исполнение по соглашению и предъявить исполнительный лист вновь в пределах установленного срока.
В случае заключения мирового соглашения на стадии исполнительного производства должнику следует не оттягивать его утверждение судом, поскольку сам по себе факт заключения мирового соглашения не освобождает его от ответственности за неисполнение судебного акта, в частности от обязанности заплатить исполнительский сбор (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 29.12.2014 N Ф05-14903/2014), если только неисполнение не пришлось на момент утверждения мирового соглашения (Постановление ФАС Московского округа от 30.12.2010 N КА-А40/16445-10).
Утверждение мирового соглашения на стадии исполнительного производства происходит путем подачи взыскателем и должником заявлений в суд, принявший решение, со справкой или иным документом от судебного пристава о том, что исполнительный лист находится у него на исполнении (Определение Московского городского суда от 28.02.2011 по делу N 33-5135). Стороны также не смогут на стадии исполнительного производства утвердить новое мировое соглашение в случае, если вступившим в законную силу судебным актом по имеющемуся спору уже было утверждено мировое соглашение (Постановление ФАС Поволжского округа от 28.01.2013 по делу N А65-29890/2007).
Такое соглашение обязательно должно быть утверждено судом, поскольку без выполнения данной процедуры оно считается незаключенным, так как способ и порядок исполнения судебного акта могут быть изменены только судом (п. 7 Обзора практики применения арбитражными судами статьи 414 Гражданского кодекса РФ, утв. информационным письмом Президиума ВАС РФ от 21.12.2005 N 103), не утвержденное судом мировое соглашение не влечет никаких юридических последствий, так как не имеет обязательной силы (Постановление ФАС Центрального округа от 04.04.2013 по делу N А64-2504/2012).
Стороны при заключении мирового соглашения могут самостоятельно распоряжаться принадлежащими им материальными правами, они свободны в согласовании любых условий мирового соглашения, не противоречащих закону и не нарушающих права и законные интересы других лиц, в том числе при включении в мировое соглашение положений, которые связаны с заявленными требованиями, но не были предметом судебного разбирательства (п. 13 Постановления Пленума ВАС РФ от 18.07.2014 N 50 "О примирении сторон в арбитражном процессе"). Это связано с тем, что при заключении мирового соглашения стороны готовы идти на взаимные уступки, которые могут не ограничиваться лишь заявленными требованиями.
Так, если предметом иска было взыскание задолженности и стороны договорились о ее частичном прощении с условием выплаты определенной суммы единовременно или по согласованному графику, они могут также договориться о прекращении связанных с этим иском требований (например, о взыскании неустойки, штрафных процентов, о возмещении убытков).
Однако, даже если они об их прекращении не договорятся, истец все равно теряет право на их выдвижение в силу принципа эстоппель, поскольку заключение мирового соглашения влечет прекращение спора в полном объеме. Невключение в текст мирового соглашения условий о необходимости выполнения каких-либо дополнительных обязательств означает соглашение сторон о полном прекращении гражданско-правового конфликта и влечет за собой потерю права сторон на выдвижение новых требований, вытекающих как из основного обязательства, так и из дополнительных по отношению к основному обязательств (Постановление Президиума ВАС РФ от 22.03.2011 N 13903/10).
Под видом заключения мирового соглашения стороны не вправе пытаться провести самостоятельные сделки, в частности о правах на недвижимое имущество (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 19.05.2009 N Ф04-2869/2009(6239-А46-39)). Таким образом, при обсуждении условий мирового соглашения стороны должны иметь в виду, что они могут включить в него только такие положения, которые связаны с предметом заявленных исковых требований, как первоначальных, так и встречных, однако исковые требования, которые не были заявлены истцом и могут возникнуть у него в будущем, к предмету иска не относятся и, соответственно, не могут быть включены в текст мирового соглашения (Определение Норильского городского суда Красноярского края от 07.10.2014 по делу N 2-385/2014).
В связи с этим, если участники спора хотят те или иные условия сделать предметом мирового соглашения и провести его через процедуру судебного утверждения, они могут изменить исковые требования (ст. 49 АПК РФ), чтобы у суда не было оснований отказать во включении соответствующих условий в мировое соглашение, либо оформить свои договоренности отдельным соглашением за рамками судебного процесса. То же самое касается случая, когда сторонами мирового соглашения необходимо сделать лиц, не являющихся участниками спора: для этого они должны быть привлечены к участию в деле (например, в качестве третьих лиц).
Поскольку не все условия, на которых стороны согласны прекратить свой конфликт, могут быть включены в мировое соглашение, они могут использовать обычное соглашение, основанное на принципе свободы договора, с соблюдением определенных условий. Так, если стороны договорились в процессе судебного разбирательства, они могут заключить отдельное соглашение с указанием всех необходимых условий прекращения конфликта, и истец подает заявление в суд об отказе от иска. В этом случае он не вправе обратиться в суд с аналогичными требованиями к тому же ответчику и по тем же основаниям, однако свой интерес он реализовал путем заключения соглашения, которое обязательно к исполнению.
В таком соглашении следует указывать конкретные материально-правовые требования, которые стороны изменяют или прекращают, но не совершение процессуальных действий (отказ от требований, обязанность обратиться в суд с заявлением и др.), поскольку процессуальные действия участников спора не могут быть предметом их гражданско-правовых соглашений, кроме заключенного и утвержденного в установленном порядке мирового соглашения. При отказе обязанной стороны от их совершения ее процессуальный оппонент не сможет обратиться с требованием о понуждении ее к совершению таких действий.
Сложнее будет обстоять дело в случае, когда стороны договорились о прекращении спора уже после принятия судебного акта. Без возбуждения исполнительного производства они утвердить мировое соглашение не смогут, а обычное соглашение спор не прекратит, учитывая, что имеется вступивший в законную силу судебный акт. Это связано с тем, что мировое соглашение не просто разрешает материально-правовой конфликт, но и прекращает судебный процесс. Обычное соглашение вне рамок судебного процесса допустимо, если только не имеется вступивший в силу судебный акт (Постановление ФАС Уральского округа от 24.12.2013 N Ф09-13577/13).
В такой ситуации им следует инициировать пересмотр судебного акта в вышестоящей судебной инстанции и уже там заявить о готовности заключить мировое соглашение. Без этого даже при наличии соглашения взыскатель по вступившему в силу судебному акту сможет инициировать его принудительное исполнение в рамках исполнительного производства, и у судебного пристава не будет оснований отказать ему в удовлетворении его требований.
Стороны могут заключить соглашение о добровольном порядке исполнения судебного акта без обращения взыскателя в ФССП России. Так, кредитор вправе со своим должником, против которого принят судебный акт о взыскании задолженности, заключить в простой письменной форме соглашение, в котором предусмотреть порядок добровольного исполнения судебного решения, условия отсрочки и иные положения по договоренности, при этом такое соглашение не требуется утверждать в суде, принявшем судебный акт (Апелляционное определение Нижегородского областного суда от 13.05.2014 по делу N 33-3872/2014). Это относится и к иным согласованным сторонами документам (акты, протоколы и др.), в которых они фиксируют свои достигнутые договоренности по существу спора в части отсрочки или рассрочки, установления нового графика обслуживания долга и др. Такие документы не имеют силы мирового соглашения (Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 10.03.2016 N Ф03-343/2016), однако могут учитываться судом.
Данное соглашение не направлено на прекращение исполнительного производства, поскольку оно не является мировым соглашением, которое должно обязательно утверждаться судом и только после этого вступает в силу. Добровольно подписав без замечаний такое соглашение, стороны признают его для себя обязательным и должны исполнять в силу ст. ст. 309, 310 ГК РФ. В данном случае стороны не изменяют свои обязательства вопреки содержанию судебного акта, а просто договариваются о порядке его добровольного исполнения, что закону не противоречит. Однако такое соглашение выгодно не должнику, а кредитору, поскольку существует риск обращения последнего в общем порядке к судебным приставам для взыскания долга, несмотря на достигнутые с должником договоренности.
Если к выполнению соглашения стороны уже приступили, то предоставленное по нему должником исполнение судебный пристав сможет оценить как частичное исполнение судебного акта, а если нет, то должник будет вынужден возбуждать самостоятельное исковое производство, в рамках которого понуждать взыскателя к исполнению заключенной с ним вне рамок судебного процесса сделки, поскольку как мировое соглашение в суде ее утвердить не получится (Постановление ФАС Уральского округа от 24.12.2013 N Ф09-13577/13).
Такое соглашение не вступает в противоречие с ранее принятым и вступившим в законную силу судебным актом, поскольку оно касается совершенно иного предмета - порядка исполнения судебного акта. Если взыскатель в нарушение достигнутой с должником договоренности о порядке исполнения судебного акта в соответствии с согласованным графиком, в том числе при участии третьих лиц, предъявит к исполнению исполнительный лист, то суд может по заявлению должника предоставить ему отсрочку исполнения судебного решения, учитывая согласованный график погашения долга (Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 04.12.2014 по делу N А66-7045/2013), о чем более подробно мы поговорим в четвертой главе настоящей книги.
В связи с этим заключенные между взыскателем и должником вне рамок судебного процесса и исполнительного производства соглашения все равно имеют силу и могут облегчить положение последнего без оформления достигнутой договоренности в качестве мирового соглашения и прохождения процедуры его утверждения в установленном порядке. Более подробно вопросы предоставления преференций должнику при исполнении принятого против него судебного акта мы рассмотрим в пятой главе настоящей книги и здесь останавливаться на них не будем.
В заключение необходимо также остановиться на вопросе о порядке распределения судебных расходов при заключении участниками спора мирового соглашения. Если стороны договорились полюбовно и окончили дело мировым соглашением, то распределение расходов они могут урегулировать в нем. Однако как быть с расходами, если в мировом соглашении по поводу них ничего не сказано?
Наиболее предпочтительным способом разрешения судебного спора является заключение между его сторонами мирового соглашения, в котором они согласовывают все необходимые условия. Среди таких условий они могут обозначить порядок возмещения судебных расходов, понесенных каждой из сторон. На необходимость урегулирования данного вопроса может указать суд, рассматривающий дело. Однако на практике нередко случаются ситуации, когда стороны упускают этот вопрос из виду либо кто-то из них сознательно его не поднимает, рассчитывая впоследствии уже после утверждения мирового соглашения поставить его перед судом и получить дополнительную компенсацию.
В практике государственных судов вопрос о возможности взыскания судебных расходов по делу после утверждения судом мирового соглашения решается по-разному. Если суды общей юрисдикции отказывают в их возмещении, то арбитражные суды, напротив, не видят для этого никаких препятствий. Рассмотрим обе позиции.
Суды общей юрисдикции, отказывая в удовлетворении заявления о взыскании судебных расходов после утверждения мирового соглашения, исходят из следующего. В случае если стороны при заключении мирового соглашения не предусмотрели такой порядок распределения судебных расходов, суд решает этот вопрос применительно к ст. ст. 95, 97, 99 и 100 ГПК РФ. В данных статьях идет речь о выплате денежных средств свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам, о компенсации за фактическую потерю времени со стороны, недобросовестно заявившей неосновательный иск или спор относительно иска либо систематически противодействовавшей правильному и своевременному рассмотрению и разрешению дела, а также о компенсации судебных расходов на оплату юридических услуг.
Однако в ст. 101 ГПК РФ нет указания на ст. 98, в которой говорится о распределении судебных расходов между сторонами, что и используется многими судами общей юрисдикции как основание для отказа в рассмотрении вопроса о возмещении судебных расходов после утверждения мирового соглашения по делу. Это можно увидеть из следующих примеров.
Поскольку при заключении мирового соглашения производство по делу прекращается, спор по существу не разрешается, поэтому положения ст. 98 ГПК РФ в данном случае применению не подлежат, в связи с чем возмещение понесенных по делу судебных расходов не может быть поставлено в зависимость от условий мирового соглашения, т.е. кто больше получил по нему и в каком объеме получила удовлетворение своих требований каждая из сторон (Определение Верховного Суда РФ от 17.05.2013 N 45-КГ13-4).
Мировое соглашение, заключаемое по воле обеих сторон с целью урегулирования конфликта, соответствует их интересам, поэтому по его условиям нельзя сделать однозначного вывода о том, кто является выигравшей стороной, а кто проигравшей, нельзя утверждать, что судебный акт вынесен только в пользу одной стороны по делу, поскольку мировое соглашение заключается к выгоде в интересах обеих сторон (Определение Верховного суда Республики Мордовия от 16.12.2014 по делу N 33-2442/2014, Апелляционное определение Архангельского областного суда от 17.07.2013 по делу N 33-4206/2013).
ГПК РФ исходит из того, что критерием присуждения судебных расходов в порядке ст. 98 ГПК РФ является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленных сторонами требований, в то время как при утверждении мирового соглашения судом этот вопрос разрешить не представляется возможным, что исключает право сторон на получение компенсации судебных расходов после утверждения мирового соглашения (Апелляционное определение Ставропольского краевого суда от 25.06.2013 по делу N 33-3470/13).
При утверждении мирового соглашения суд не оценивает правомерность предъявленных сторонами друг к другу требований и не входит в обсуждение вопросов, составляющих существо разрешаемого спора, а просто проверяет, не нарушают ли его условия требования действующего законодательства РФ и не ущемляют ли права самих сторон. Поскольку формально суд не определяет выигравшую и проигравшую стороны, распределить судебные расходы в соответствии со ст. 98 ГПК РФ не представляется возможным.
Это касается не только расходов на оплату юридических услуг, но и иных издержек (по госпошлине, на оплату экспертизы, заключения специалиста и др.). Если спор завершился утверждением судом мирового соглашения, в котором вопрос об издержках не был решен, суд оставляет эти издержки на счету той стороны спора, которая их понесла, поскольку она добровольно приняла на себя бремя таких расходов (Апелляционное определение Белгородского областного суда от 01.10.2013 по делу N 33-3365).
Поскольку право на возмещение госпошлины выигравшей спор стороне предусмотрено в ст. 98 ГПК РФ, которая не названа в ст. 101 этого Кодекса, для решения вопроса о компенсации не отраженных в тексте мирового соглашения издержек взыскать ее с процессуального оппонента не получится. Право на компенсацию расходов на оплату юридических услуг указано в ст. 100 ГПК РФ, которая поименована в ст. 101 этого Кодекса, однако, как видно из вышеприведенных примеров, суды считают, что в случае утверждения мирового соглашения определить победителя в судебном споре невозможно, что исключает применение ст. 100 ГПК РФ.
Более того, поскольку мировое соглашение содержит согласованную волю участников спора, именно ее и следует учитывать как договорный режим прекращения спора. Поэтому если вопрос о возмещении судебных расходов не нашел в нем отражения, то, исходя из буквального толкования его условий, можно сделать вывод о том, что стороны просто не предусмотрели обязанность их возмещать.
Таким образом, в соответствии с первым подходом в практике судов общей юрисдикции, заключая мировое соглашение, в котором не оговорен порядок возмещения судебных расходов по делу, стороны принимают на свой счет связанные с этим риски. Дополнительно в пользу этого подхода можно также сослаться на принцип процессуальной экономии и эффективности судопроизводства. Окончив судебный спор путем заключения мирового соглашения, стороны урегулируют конфликт в полном объеме и в дальнейшем друг к другу по данным спорным вопросам претензий предъявлять не будут.
Однако в практике судов общей юрисдикции все-таки есть единичные случаи, когда суды взыскивали расходы на оплату юридических услуг после утверждения мирового соглашения. Суды, занимающие такую позицию, основываются на том, что ходатайство о взыскании расходов на оплату услуг представителя может быть заявлено стороной на любой стадии судебного разбирательства, в том числе и после вступления судебного постановления в законную силу.
Поэтому в случае, если стороны при заключении мирового соглашения не предусмотрели порядок распределения судебных расходов и суд не разрешил этот вопрос, стороны не лишены права обратиться в суд с самостоятельным заявлением о взыскании расходов на оплату услуг представителя и после вступления в силу определения об утверждении мирового соглашения (Апелляционные определения Волгоградского областного суда от 03.09.2014 по делу N 33-9493/14, ВС Республики Бурятия от 25.12.2013 по делу N 33-4185, Брянского облсуда от 16.02.2012 по делу N 33-5632, Определение Мурманского областного суда от 02.03.2011 по делу N 33-551 и др.).
Основанием для взыскания судебных расходов после утверждения мирового соглашения является отсутствие в ГПК РФ прямого запрета на этот счет.
Оценивая приведенные позиции, необходимо отметить следующее. Закон в принципе допускает возможность взыскания судебных расходов в пользу участников спора в ситуации, когда спор был окончен заключением мирового соглашения (ч. 2 ст. 101 ГПК РФ). Отсутствие в данной статье указания на применение судом при рассмотрении вопроса о возмещении судебных расходов ст. 98 ГПК РФ само по себе не исключает возможность ее применения, учитывая, что есть ссылка на ст. 100 ГПК РФ о распределении судебных расходов между сторонами в зависимости от того, в чью пользу состоялось судебное решение.
Мировое соглашение всегда содержит ряд уступок от каждой из сторон, которая для достижения в целом приемлемого для себя результата отказывается от определенных требований. Однако, несмотря на такие уступки и отказ от части требований, из содержания мирового соглашения практически во всех случаях можно определить победителя в споре в зависимости от того, чьи требования удовлетворяются в большем объеме.
Так, например, заимодавец для получения суммы выданного займа и начисленных на нее процентов может отказаться от взыскания с заемщика неустойки при условии, что в заключенном между ними мировом соглашении будут указаны четкий график погашения долга и приемлемые сроки платежей. Заемщик, в свою очередь, отказывается, например, от таких требований, как оспаривание договора займа по безденежности или признание его недействительным по мотиву существенного заблуждения относительно предмета и условий займа.
В такой ситуации, несмотря на то что заимодавец отказывается от неустойки, для него дело значительно упрощается тем, что не нужно готовить возражения на вышеуказанные требования заемщика и отпадает риск получения в этой части отрицательного для заимодавца судебного решения. Несмотря на данные уступки со стороны заимодавца, он все равно считается выигравшим судебную тяжбу, поскольку основные его исковые требования были удовлетворены в полном объеме. Наличие вместо судебного решения определения суда об утверждении мирового соглашения сути дела не меняет, поскольку определение победителя спора происходит на основе условий, на которых разрешается спор, а не в зависимости от вида судебного акта, которым он оканчивается.
ГПК РФ не исключает возможности стороны, требования которой были удовлетворены в большей части по условиям мирового соглашения, поставить перед судом вопрос о возмещении понесенных ею расходов на оплату услуг своих представителей, равно как и не содержит прямого запрета на этот счет.
Если у судов общей юрисдикции по рассматриваемому вопросу нет единства мнений, то в практике арбитражных судов наблюдается иная ситуация. Данные суды не видят никаких препятствий для взыскания судебных расходов после утверждения мирового соглашения.
Согласно ст. 140 АПК РФ, если в мировом соглашении отсутствует условие о распределении судебных расходов, арбитражный суд разрешает этот вопрос при утверждении мирового соглашения в общем порядке, установленном АПК РФ. При этом данный Кодекс, в частности ч. 3 ст. 140 в ее взаимосвязи с ч. 2 ст. 112, не содержит запрета на рассмотрение судом заявления и принятие соответствующего определения о распределении судебных расходов в виде оплаты юридических услуг и других судебных издержек после утверждения судом мирового соглашения (Постановление ФАС Дальневосточного округа от 24.03.2014 N Ф03-163/2014).
Основанием для возмещения стороне спора понесенных ею по делу судебных издержек является достижение выигрыша, т.е. положительного для нее результата (удовлетворение заявленных по делу требований, отказ оппоненту в удовлетворении его требований). При заключении мирового соглашения победителя спора можно определить по его условиям - кто больше получил по нему и кто на какие уступки пошел.
Так, если по условиям мирового соглашения ответчик признал свой долг перед истцом, то истца можно считать победителем в споре, который достиг результата - удовлетворения своих требований. Это дает ему основания для предъявления требования о возмещении понесенных по делу судебных расходов, если данный вопрос не получил разрешения в мировом соглашении, утвержденном судом (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 25.08.2008 N А58-4729/07-Ф02-4037/08).
Если стороны при согласовании и утверждении мирового соглашения своим правом на распределение судебных расходов не воспользовались и не включили соответствующие условия в мировое соглашение, это обстоятельство не лишает суд возможности разрешить вопрос об их распределении по общим правилам, предусмотренным в АПК РФ (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 14.06.2013 по делу N А21-1779/2012).
При этом, если суд при утверждении мирового соглашения разрешил вопрос о судебных расходах в части госпошлины, это обстоятельство не означает, что он разрешил вопрос о взыскании иных судебных издержек, понесенных той или иной стороной в связи с рассмотрением дела, и она утратила право на их возмещение (Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 14.05.2013 по делу N А11-8282/2011).
Таким образом, участникам судебного разбирательства следует при обсуждении условий мирового соглашения оговаривать все спорные аспекты своих взаимоотношений, чтобы не утратить возможность получения тех или иных компенсаций. Если по каким-либо причинам они эти вопросы в мировом соглашении не урегулировали, то должны учитывать выработанные в судебной практике правовые позиции, чтобы отстаивать свои права и законные интересы.
Глава II. ФИНАНСОВЫЕ АСПЕКТЫ СУДОПРОИЗВОДСТВА
§ 1. Государственная пошлина
В подавляющем большинстве случаев за обращение в суд участники гражданского оборота уплачивают государственную пошлину в размерах и порядке, которые предусмотрены ст. ст. 333.19 - 333.20 НК РФ для граждан <36> и организаций. Поскольку пошлина устанавливается в виде фиксированной суммы и (или) процента от определенной величины, в случае, когда предметом иска является, например, взыскание компенсации за нарушение исключительных прав, ее не следует заявлять в максимальном размере, так как истец в силу ст. 9 АПК РФ несет риск наступления последствий совершения им процессуальных действий, который в рассматриваемом случае заключается в отнесении на него пошлины пропорционально размеру необоснованно заявленной компенсации (Постановление Президиума ВАС РФ от 04.02.2014 N 9189/13).
--------------------------------
<36> Индивидуальные предприниматели при обращении в суд уплачивают государственную пошлину в размерах, которые установлены для граждан (п. 7 раздела IV "Процессуальные вопросы" Обзора судебной практики Верховного суда РФ N 1 (2016), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 13.04.2016).
При неясности размера подлежащей уплате пошлины истец вправе заплатить ее согласно своему расчету с указанием в иске или в отдельном ходатайстве просьбы в адрес суда определить при необходимости размер доплаты, и суд не вправе возвратить поданный иск (Апелляционное определение Новосибирского областного суда от 23.09.2015 по делу N 33-23099/15), поскольку в этом случае обязанность определения размера подлежащей уплате в бюджет государственной пошлины переходит к нему (Определение Тюменского областного суда от 16.04.2014 по делу N 33-1970/2014).
Однако в любом случае какую-то часть нужно будет все равно при подаче иска заплатить с указанием на затруднительность определения точного размера подлежащей уплате государственной пошлины с просьбой его определить (Апелляционное определение Московского областного суда от 23.09.2015 по делу N 33-23099/15), чтобы суд указал, какой суммы не хватает (Апелляционное определение Саратовского областного суда от 28.06.2015 по делу N 33-4527), поскольку в противном случае суд в своем определении просто оставит иск без движения по мотиву неприложения документа об уплате пошлины без указания ее размера (Определение Приморского краевого суда от 25.08.2015 по делу N 33-7587/2015).
При этом истец должен действовать разумно и добросовестно, учитывать, что оплата пошлины в чисто символическом размере при очевидно высокой стоимости предмета истребования по иску будет неправомерной. К примеру, при предъявлении иска о признании права собственности на жилое помещение или долю в праве собственности на него цена иска должна определяться исходя из рыночной стоимости имущества. Инвентаризационная стоимость, установленная БТИ, используется в качестве нижнего предела такой стоимости и принимается в основу расчета только при отсутствии достоверной рыночной стоимости объекта гражданского оборота. Тяжелое материальное положение истца, его особый статус и нуждаемость в повышенной социальной защите со стороны государства (ветеран, инвалид, пенсионер и др.) не дают ему права определять пошлину в заниженном размере, но не лишают при этом возможности ставить перед судом вопрос о ее снижении или освобождении от нее (Определение Приморского краевого суда от 25.11.2014 по делу N 33-10472).
Зачастую участникам гражданского оборота при обращении в суды за защитой своих прав и законных интересов в связи с большим размером взыскиваемых денежных сумм с должников бывает затруднительной единовременная уплата государственной пошлины. Так, например, при подаче иска с требованиями имущественного характера при цене иска свыше 2000000 рублей в бюджет подлежит уплате госпошлина, рассчитываемая следующим образом: 33000 рублей плюс 0,5% от суммы, превышающей 2000000 рублей, но не более 200000 рублей (абз. 6 п. 1 ч. 1 ст. 333.21 НК РФ).
Коммерсанты в процессе осуществления своей хозяйственной деятельности заинтересованы в оптимизации своих затрат и сохранении денежных средств для инвестирования в свои бизнес-проекты. Отсрочка или рассрочка в уплате пошлины позволяет им выгадать для себя дополнительное время и в то же время получить доступ к правосудию и защитить свои права. Однако отсрочка или рассрочка в уплате госпошлины могут быть предоставлены только при наличии к тому достаточных оснований. Рассмотрим, как можно обосновать ходатайство в суд о предоставлении таких преференций.
Предоставление отсрочки уплаты государственной пошлины лицу, имущественное положение которого не позволяет исполнить обязанность по уплате государственной пошлины на этапе обращения в арбитражный суд, направлено на обеспечение доступности правосудия и реализацию права на судебную защиту, одной из целей которой является своевременность восстановления нарушенных прав и законных интересов заинтересованного лица.
Государственная пошлина представляет собой сбор, взимаемый с плательщиков при их обращении в государственные органы, органы местного самоуправления, иные органы и (или) к должностным лицам, которые уполномочены в соответствии с законодательными актами РФ, законодательными актами субъектов РФ и нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, за совершением в отношении этих лиц юридически значимых действий, предусмотренных настоящей главой, за исключением действий, совершаемых консульскими учреждениями РФ (п. 1 ст. 333.16 НК РФ).
Отсрочка или рассрочка уплаты государственной пошлины предоставляется по ходатайству заинтересованного лица, при этом на сумму государственной пошлины, в отношении которой предоставлена отсрочка или рассрочка, проценты не начисляются в течение всего срока, на который предоставлена отсрочка или рассрочка (ст. 333.41 НК РФ).
В силу п. 2 ст. 64 НК РФ отсрочка или рассрочка по уплате госпошлины может быть предоставлена заинтересованному лицу, финансовое положение которого не позволяет уплатить этот налог в установленный срок, однако имеются достаточные основания полагать, что возможность уплаты указанным лицом такого налога возникнет в течение срока, на который предоставляется отсрочка или рассрочка, при наличии хотя бы одного из следующих оснований:
- причинение этому лицу ущерба в результате стихийного бедствия, технологической катастрофы или иных обстоятельств непреодолимой силы;
- непредоставление (несвоевременное предоставление) бюджетных ассигнований и (или) лимитов бюджетных обязательств заинтересованному лицу и (или) недоведение (несвоевременное доведение) предельных объемов финансирования расходов до заинтересованного лица - получателя бюджетных средств в объеме, достаточном для своевременного исполнения этим лицом обязанности по уплате налога, а также неперечисление (несвоевременное перечисление) заинтересованному лицу из бюджета в объеме, достаточном для своевременного исполнения этим лицом обязанности по уплате налога, денежных средств, в том числе в счет оплаты оказанных этим лицом услуг (выполненных работ, поставленных товаров) для государственных, муниципальных нужд;
- угроза возникновения признаков несостоятельности (банкротства) заинтересованного лица в случае единовременной уплаты им налога;
- имущественное положение физического лица (без учета имущества, на которое в соответствии с законодательством РФ не может быть обращено взыскание) исключает возможность единовременной уплаты налога;
- производство и (или) реализация товаров, работ или услуг заинтересованным лицом носит сезонный характер;
- при наличии оснований для предоставления отсрочки или рассрочки по уплате налогов, подлежащих уплате в связи с перемещением товаров через таможенную границу Таможенного союза, установленных таможенным законодательством Таможенного союза и законодательством РФ о таможенном деле.
Ходатайство об отсрочке или рассрочке в уплате госпошлины может быть подано одновременно с подачей иска в суд, поскольку неуплата госпошлины является основанием для оставления искового заявления без движения, а затем для его возвращения (ст. ст. 128 и 129 АПК РФ). В таком ходатайстве необходимо обосновать невозможность единовременной уплаты госпошлины и приложить к нему соответствующие доказательства. Возможность получения рассматриваемой преференции законом не поставлена в зависимость от размера подлежащей уплате в бюджет госпошлины, поэтому данное обстоятельство при подаче ходатайства заявителем не должно учитываться (Постановление ФАС Поволжского округа от 10.07.2008 по делу N А55-16833/07).
В соответствии с п. 1 ст. 64 НК РФ отсрочка или рассрочка по уплате налога представляет собой изменение срока уплаты налога при наличии оснований, предусмотренных настоящей статьей, на срок, не превышающий один год, соответственно с единовременной или поэтапной уплатой суммы задолженности. Отсрочка или рассрочка по уплате федеральных налогов в части, зачисляемой в федеральный бюджет, может быть предоставлена на срок более одного года, но не превышающий трех лет.
В рассматриваемой ситуации при обращении в суд отсрочка или рассрочка испрашивается на срок до окончания судебного разбирательства дела по существу, но во всяком случае не больше одного года. Принимая по итогам окончания разрешения спора решение, суд в резолютивной части указывает на обязанность заплатить в бюджет сумму госпошлины: на самого заявителя, если в удовлетворении его исковых требований будет отказано, либо на его процессуального оппонента, если заявитель выиграет спор (ст. 110 АПК РФ).
После предоставления отсрочки уплаты государственной пошлины арбитражный суд вправе повторно предоставить такую отсрочку, однако в силу п. 1 ст. 64, п. 1 ст. 333.41 НК РФ общий срок предоставления отсрочек не должен превышать одного года (п. 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 N 46 "О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах").
Отсрочка или рассрочка в уплате госпошлины может быть предоставлена организации на сумму, не превышающую стоимость ее чистых активов, рассчитываемых в порядке, предусмотренном Приказом Минфина России от 28.08.2014 N 84н "Об утверждении Порядка определения стоимости чистых активов". Физическому лицу отсрочка или рассрочка в уплате госпошлины может быть предоставлена на сумму, не превышающую стоимость его имущества, за исключением имущества, на которое в соответствии с законодательством РФ не может быть обращено взыскание (например, единственное жилье или предметы домашнего обихода).
Законом перечень таких доказательств не регламентирован, поэтому можно представлять любые доказательства, подтверждающие обоснованность просьбы истца. В частности, это могут быть справки из кредитных организаций об открытых расчетных счетах и выписки по ним с указанием на отсутствие денежных средств (Определение Верховного Суда РФ от 18.09.2015 по делу N 301-КГ15-13941, Постановление ФАС Поволжского округа от 17.07.2008 по делу N А55-18697/07).
В соответствии с п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 20.03.1997 N 6 "О некоторых вопросах применения арбитражными судами законодательства Российской Федерации о государственной пошлине" в ходатайстве об отсрочке уплаты государственной пошлины должны быть приведены соответствующие обоснования с приложением документов, свидетельствующих о том, что имущественное положение подателя жалобы не позволяет ему уплатить государственную пошлину в установленном размере при подаче апелляционной жалобы.
К документам, устанавливающим имущественное положение, относятся: 1) подтвержденный налоговым органом перечень расчетных и иных счетов, наименования и адреса банков и других кредитных учреждений, в которых эти счета открыты; 2) подтвержденные банком (банками) данные об отсутствии на соответствующем счете (счетах) денежных средств в размере, необходимом для уплаты государственной пошлины.
При подготовке ходатайства можно руководствоваться также перечнем документов, закрепленным в ч. 5 ст. 64 НК РФ, а именно:
- справкой налогового органа по месту учета этого лица о состоянии его расчетов по налогам, сборам, пеням и штрафам;
- справкой налогового органа по месту учета этого лица, содержащей перечень всех открытых указанному лицу счетов в банках;
- справкой банков о ежемесячных оборотах денежных средств за каждый месяц из предшествующих подаче указанного заявления шести месяцев по счетам этого лица в банках, а также о наличии его расчетных документов, помещенных в соответствующую картотеку неоплаченных расчетных документов, либо об их отсутствии в этой картотеке;
- справкой банков об остатках денежных средств на всех счетах этого лица в банках;
- перечнем контрагентов - дебиторов этого лица с указанием цен договоров, заключенных с соответствующими контрагентами-дебиторами (размеров иных обязательств и оснований их возникновения), и сроков их исполнения, а также копиями данных договоров (документов, подтверждающих наличие иных оснований возникновения обязательства) и др.
Такие документы, как решение банка об отказе в предоставлении кредита, постановления территориальных подразделений ФССП России об обращении взыскания на имущество заявителя или о взыскании с него суммы исполнительского сбора, сами по себе не являются достаточными доказательствами, достоверно подтверждающими невозможность уплаты госпошлины, поскольку они свидетельствуют только о его временных финансовых трудностях (Определение Приморского краевого суда от 07.09.2015 по делу N 33-8102).
То же самое относится и к справкам из Федерального казначейства об изъятии с лицевого счета заявителя денежных сумм, поскольку в данном случае имеет место удержание средств, а не задержка или отказ в предоставлении финансирования (Постановление ФАС Дальневосточного округа от 26.05.2008 по делу N Ф03-А51/08-2/2146), и к ходатайству заявителя об увеличении ему лимита финансирования (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 18.01.2008 по делу N А56-14702/2007) и др.
Суд должен видеть из представленных доказательств, что у заявителя по всем открытым в банках расчетным счетам денежные средства либо отсутствуют, либо имеются в незначительном количестве (Постановление ФАС Поволжского округа от 20.04.2009 по делу N А72-198/2009), которое в любом случае им не позволяет заплатить госпошлину (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 04.05.2006 по делу N А52-5701/2005/1). Справка из банка о закрытых счетах сама по себе позицию заявителя о невозможности заплатить пошлину не подтверждает, поэтому суд ее не примет как надлежащее доказательство (Определение ФАС Уральского округа от 12.11.2012 N Ф09-12147/12), равно как и решение налогового органа по поводу обращения взыскания в счет исполнения налоговых обязанностей заявителя на денежные средства, находящиеся на его счетах, не является доказательством, подтверждающим имущественное положение заявителя (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 14.08.2002 N А42-3114/02-6).
Следует иметь в виду, что и справка об отсутствии денег на счетах сама по себе тоже не всегда устраивает суд, если заявитель осуществляет предпринимательскую деятельность и имеет возможность финансировать свои расходы. Так, суд может просто указать, что заявитель не представил доказательств блокировки его счета или наложения ареста (Определение Костромского областного суда от 12.08.2013 по делу N 33-1361), приостановления операций по счетам по решению налоговой инспекции или самого банка (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 11.01.2005 по делу N А56-7180/04).
Однако ему пригодится справка из банка, в которой будет приведена информация не просто об отсутствии денег на счете, но также и о наличии картотеки неоплаченных счетов, о наложенных арестах на денежные средства и др. (Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 14.01.2016 N Ф08-10102/2015).
При этом заявитель должен доказать суду, что у него существует объективная возможность в будущем получить на свои счета денежные средства, которые позволят ему исполнить свою обязанность по уплате госпошлины (Определение Владимирского областного суда от 11.06.2014 по делу N 33-2115/2014): например, кредитный договор с банком об открытии кредитной линии, независимая гарантия, уведомление страховой компании о готовности в определенный срок произвести выплату суммы страхового возмещения и др. <37>.
--------------------------------
<37> Писарев Д.И. Отсрочка и рассрочка в уплате госпошлины // Бухгалтерский учет. 2016. N 2.
Заявитель может представить выписки, письма и справки из Росреестра и ГИБДД об отсутствии у него объектов недвижимости и транспортных средств, которые он смог бы реализовать и за счет их стоимости заплатить госпошлину, а также документы из иных государственных органов, подтверждающие его тяжелое или затруднительное финансовое положение, не позволяющее ему единовременно заплатить госпошлину (Определение Московского городского суда от 09.01.2013 N 4г/8-11764/12).
Суд не предоставит отсрочку или рассрочку в уплате госпошлины в случае, если заявитель не смог ее заплатить в связи со сбоями или техническими неполадками в работе своего оборудования, поскольку данное обстоятельство не относится к числу тех, что позволяют получить отсрочку или рассрочку, притом что суд не вправе их представлять произвольно по своему усмотрению (Определение Верховного Суда РФ от 11.11.2014 по делу N 305-ЭС14-5836, А40-50680/2013).
Если с ходатайством о предоставлении отсрочки в суд обращается конкурсный управляющий в интересах должника, то суд должен оценить имущественное положение именно должника, а не самого конкурсного управляющего, поскольку участником процесса в любом случае является должник. Конкурсный управляющий совершает названные действия и участвует в обособленном споре от имени общества-должника в силу того, что он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника (п. 1 ст. 129 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)").
Таким образом, исходя из положений ст. ст. 333.16 и 333.17 НК РФ плательщиком государственной пошлины при подаче в арбитражный суд настоящего заявления о возврате обществу-должнику спорных сумм излишне уплаченных налогов и соответствующих процентов, а также при подаче апелляционной жалобы на судебный акт суда первой инстанции, которым отказано в удовлетворении этого заявления, является не конкурсный управляющий как физическое лицо, а организация - общество, являющееся должником в деле о банкротстве, от лица которого конкурсным управляющим поданы соответствующее заявление в арбитражный суд и апелляционная жалоба на судебный акт суда первой инстанции.
В связи с этим на основании п. 2 ст. 333.22 НК РФ суд вправе отсрочить (рассрочить) уплату государственной пошлины с учетом имущественного положения именно должника (общества) как плательщика государственной пошлины, а не его конкурсного управляющего (Определение Верховного Суда РФ от 05.10.2015 N 305-КГ15-8556). При подготовке заявителем ходатайства об отсрочке или рассрочке уплаты госпошлины ему стоит приводить как можно больше аргументов и доказательств, подтверждающих его тяжелое или затруднительное финансовое положение, препятствующее ее единовременной уплате в бюджет. Это повысит его шансы на получение налоговой преференции.
При определенных обстоятельствах уплаченная государственная пошлина может быть взыскана в качестве убытков. Так, например, одним из самых распространенных оснований для отказа в выдаче лицензии на розничную продажу алкоголя является наличие у заявителя задолженности перед бюджетом. Если у него на дату подачи заявления о выдаче лицензии на розничную продажу алкоголя имеется задолженность перед бюджетом по налогам, сборам, пеням или штрафам, подтвержденная справкой налогового органа в форме электронного документа, переданной в лицензирующий орган, то последний отказывает в выдаче лицензии (п. 9 ст. 19 Федерального закона от 22.11.1995 N 171-ФЗ "О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции").
Для принятия решения об отказе в выдаче лицензии не имеет значения конкретный размер задолженности заявителя перед бюджетом, даже если он является явно незначительным, равно как и конкретный вид такой задолженности. Сам факт ее наличия служит достаточным и безусловным основанием для отказа в выдаче лицензии. При этом в случае отказа в выдаче лицензии уплаченная пошлина не возвращается, поскольку п. 1 ст. 333.40 НК РФ не содержит такого основания для возврата пошлины, как отказ в выдаче лицензии. В данном случае юридически значимые действия (экспертиза документов, внеплановая выездная проверка объекта лицензирования) в отношении заявителя были совершены при рассмотрении заявления о выдаче лицензии, поэтому уплаченная государственная пошлина возврату не подлежит (Постановление Конституционного Суда РФ от 23.05.2013 N 11-П).
Однако свои права заявители могут защитить за счет казны, если отказ в выдаче лицензии и утрата уплаченной государственной пошлины стали следствием неправомерных действий налогового органа, который предоставил в лицензирующий орган некорректную информацию о наличии у заявителя задолженности по налоговым платежам, которой в действительности не было. Для этого заявитель может подать иск о взыскании убытков в виде реального ущерба - утраченной пошлины, которые взыскиваются за счет казны РФ в лице налогового органа, представившего недостоверные сведения (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 27.03.2014 по делу N А56-22099/2013).
Возмещение убытков является одним из способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ), который заключается в праве лица, чье право нарушено, требовать возмещения своих расходов, связанных с восстановлением нарушенного права, утратой или повреждением его имущества (реальный ущерб), а также неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (ст. 15 ГК РФ).
Применение указанной меры возможно, если доказаны противоправность действий причинителя убытков, причинная связь между противоправными действиями и возникшими убытками, наличие и размер понесенных убытков. При этом для удовлетворения требования о возмещении убытков необходимо доказать наличие совокупности указанных условий. Недоказанность одного из них исключает возможность удовлетворения требования о возмещении убытков (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 21.06.2011 по делу N А26-3919/2010).
Некоторые сомнения у заявителя в перспективах дела о взыскании своих убытков за счет казны РФ в лице налогового органа могут возникнуть в связи с тем, что ст. 15 ГК РФ о праве на возмещение убытков касается спорных ситуаций между равноправными участниками гражданского оборота, а не случая, когда ответчиком по делу выступает орган публичной власти РФ.
Вполне понятной выглядит ситуация, когда в качестве убытков, подлежащих возмещению за счет ответчика, истец предъявляет свои расходы, связанные с восстановлением поврежденного имущества, с приобретением нового взамен утраченного. Доказав наличие и размер своих убытков, вину ответчика в их возникновении и причинно-следственную связь между его действиями и наступившими последствиями, истец может рассчитывать на получение возмещения.
Несколько по-иному обстоит дело в случае, когда в качестве своих убытков истец предъявляет к возмещению сумму утраченной по вине налогового органа государственной пошлины. Требуя взыскания таких "нестандартных" убытков, истец в обоснование своих требований ссылается на то, что соответствующие расходы он бы не понес, если ответчик не нарушил его права. Таким образом, заявитель все равно имеет право на возмещение причиненных ему убытков по вине налогового органа на основании ст. ст. 15 и 1069 ГК РФ, если докажет всю совокупность обстоятельств, необходимых для возложения на налоговый орган такого вида ответственности.
Статьей 1069 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению.
Налоговые и таможенные органы несут ответственность за убытки, причиненные налогоплательщикам, плательщикам сборов и налоговым агентам вследствие своих неправомерных действий (решений) или бездействия, а равно неправомерных действий (решений) или бездействия должностных лиц и других работников указанных органов при исполнении ими служебных обязанностей. Причиненные налогоплательщикам, плательщикам сборов и налоговым агентам убытки возмещаются за счет федерального бюджета в порядке, предусмотренном НК РФ и иными федеральными законами (п. 1 ст. 35 НК РФ).
Согласно п. 4 информационного письма Президиума ВАС РФ от 31.05.2011 N 145 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами" тот факт, что ненормативный правовой акт не был признан в судебном порядке недействительным, а решение или действия (бездействие) государственного органа - незаконными, сам по себе не является основанием для отказа в иске о возмещении вреда, причиненного таким актом, решением или действиями (бездействием). В названном случае суд оценивает законность соответствующего ненормативного акта, решения или действий (бездействия) государственного или муниципального органа (должностного лица) при рассмотрении иска о возмещении вреда.
Подпунктом 10 п. 1 ст. 32 НК РФ установлена обязанность налоговых органов представлять налогоплательщику, плательщику сбора или налоговому агенту по его запросу справки о состоянии расчетов указанного лица по налогам, сборам, пеням и штрафам на основании данных налогового органа. От имени казны РФ по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными решениями и действиями (бездействием) должностных лиц государственных органов, выступает главный распорядитель средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности, в данном случае ФНС России согласно ст. 158 Бюджетного кодекса РФ (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 19.09.2014 по делу N А46-13945/2013).
Если у заявителя на дату подачи заявления о выдаче лицензии на реализацию алкогольной продукции задолженность по налогам и сборам, пеням и штрафам фактически отсутствовала либо налоговый орган утратит возможность ее принудительного взыскания, заявитель вправе потребовать за счет казны РФ в лице соответствующего налогового органа полного возмещения убытков в виде утраченной государственной пошлины, поскольку причиной возникновения таких убытков являются незаконные действия налогового органа, выразившиеся в выдаче справки, содержащей недостоверную информацию (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 20.10.2014 N Ф09-6812/14).
§ 2. Компенсация судебных издержек
Возможность компенсировать свои расходы, вызванные участием в судебном разбирательстве, за счет проигравшей спор стороны является одной из важнейших процессуальных гарантий конституционного права на судебную защиту (ст. 46 Конституции РФ). Истец и (или) ответчик, если в его пользу состоялось решение суда, имеет право на возмещение судебных расходов с той стороны, против которой вынесено решение. Такое требование либо изначально включается в иск или в возражения (отзыв) на него, чтобы суд его разрешил при вынесении решения, а при нерешенности смог вынести дополнительное решение, либо отдельным заявлением о вынесении определения по вопросу судебных расходов. Следует учитывать, что в арбитражном процессе для подачи отдельного заявления установлен пресекательный шестимесячный срок в соответствии с ч. 2 ст. 112 АПК РФ, который необходимо соблюсти (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 23.03.2015 по делу N А41-46466/12).
Поскольку в законе не содержится указаний, что расходы ответчика могут быть взысканы только с истца, и наоборот, то в случае, если в отношении одного из ответчиков, участвующих в деле, в удовлетворении требований истца было отказано, он имеет право предъявить требование о возмещении своих судебных расходов к другому ответчику, против которого состоялось решение суда (Постановление президиума Верховного суда Республики Карелия от 29.06.2011 по делу N 44г-25-2011).
Судебные расходы по делу могут быть компенсированы, если они реально понесены, связаны с рассмотрением дела в суде и документально подтверждены (Постановление ФАС Московского округа от 28.06.2007 N КА-А40/5812-07-2 по делу N А40-65099/06-116-345). Реальность расходов подтверждается платежными документами: квитанциями, платежными поручениями, расписками для граждан и ИП, которые в ряде случаев вправе не оформлять кассовые документы (п. 4.1 указания ЦБ РФ от 11.03.2014 N 3210-У "О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства").
Платежные документы должны быть относимы к делу и подтверждать, что они были использованы именно для оплаты соответствующих издержек, поскольку в противном случае суд такие документы не примет в качестве доказательства. Кассовый чек на оплату бензина сам по себе не подтверждает приобретение топлива именно для поездки в суд и что именно в таком количестве был необходим его расход (Апелляционное определение Верховного суда Республики Татарстан от 23.11.2015 по делу N 33-16714/2015).
В арбитражном процессе допускается заключение соглашения между участниками спора о распределении между ними расходов (п. 4 ст. 110 АПК РФ). Такое соглашение может быть как заранее заключено между ними в рамках гражданско-правовой сделки, так и оформлено в мировом соглашении или в отдельном документе, представленном в суд, если они достигли договоренности по этому вопросу. Суд проверяет полномочия лиц, заключающих данное соглашение, не вдаваясь в содержание по поводу того, как стороны решили данный вопрос (Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 09.10.2015 N Ф01-3938/2015, Ф01-3939/2015, решение Суда по интеллектуальным правам от 10.09.2015 по делу N СИП-331/2015).
Соглашение по поводу распределения судебных расходов по делу может быть как заключено в письменной форме, так и в устной форме доведено до сведения суда, поскольку никаких специальных требований к его форме закон не предусматривает (п. 6 Справки о некоторых вопросах уплаты государственной пошлины при обращении в суд и возмещения судебных расходов по делам, рассмотренным в порядке гражданского и административного судопроизводства, утв. Постановлением президиума Суда по интеллектуальным правам от 26.02.2015 N СП-23/3).
Поскольку исполнение судебного акта является стадией арбитражного процесса, ст. 106 АПК РФ не содержит исчерпывающего перечня видов судебных издержек и основными критериями отнесения таких расходов к судебным издержкам являются их взаимосвязь с рассмотрением дела в суде и соответствие процессуальным нормам, можно взыскать расходы, понесенные при обращении в суд и рассмотрении заявления о взыскании судебного штрафа (Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 15.10.2015 N Ф02-4816/2015), за участие в заседаниях по поводу исправления опечатки в судебном акте, о взыскании судебных расходов и др.
Поскольку перечень судебных издержек не является исчерпывающим (ст. 106 АПК РФ), к возмещению можно предъявлять и иные расходы, вызванные необходимостью ведения судебного дела, в частности к ним относятся издержки по уплате вознаграждения банку за банковскую гарантию, выданную в целях предоставления встречного обеспечения по иску, подлежат отнесению на проигравшую сторону в составе судебных расходов (Постановление Президиума ВАС РФ от 10.07.2012 N 6791/11). Отметим, что возможность возмещения расходов на получение банковской гарантии относится не только к налоговым спорам, поскольку банковская гарантия, используемая как встречное обеспечение по иску, допустима при рассмотрении различных судебных дел, в которых требуется предоставление обеспечения по иску. Это могут быть и любые другие судебные дела (взыскание крупной суммы задолженности, возмещение вреда, причиненного в результате ДТП, и т.д.).
Из ст. 106 АПК РФ не следует, что затраты на встречное обеспечение, понесенные лицом, ходатайствовавшим о применении обеспечительных мер, подлежат исключению из подлежащих возмещению судебных расходов в случае, если отсутствовало соответствующее предложение суда, разрешающего вопрос о применении обеспечительных мер, о предоставлении встречного обеспечения. Поскольку в процессуальном законодательстве не установлен запрет на проявление инициативы по предоставлению встречного обеспечения самим лицом, заявившим ходатайство о применении обеспечительных мер, действия по встречному обеспечению не могут быть отнесены к неразумным и чрезмерным, следовательно, расходы, связанные с предоставлением встречного обеспечения, не исключаются из состава судебных издержек.
Необходимо учитывать, что встречное обеспечение как гарантия исполнения оспариваемого ненормативного акта является необходимым лишь на ограниченное время, определяемое продолжительностью принятия обеспечительных мер, избранных судом, т.е. до вступления в законную силу решения суда о признании указанного акта недействительным. В связи с этим при разрешении вопроса о размере подлежащей возмещению суммы в оплату банковской гарантии надлежит определить пределы такого возмещения, отвечающие критериям, предусмотренным АПК РФ для исчисления подлежащих возмещению судебных издержек.
Проверяя расчет суммы, заявленной в оплату банковской гарантии, суду следует принять во внимание правовую позицию, выраженную в п. 29 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 N 55 "О применении арбитражными судами обеспечительных мер", согласно которой при обжаловании решений налоговых органов о взыскании штрафов, а также решений иных административных органов о привлечении к административной ответственности арбитражный суд приостанавливает (если имеется соответствующее ходатайство) исполнение оспариваемого решения до вынесения судебного акта, вне зависимости от каких-либо иных условий, в том числе и при отсутствии встречного обеспечения, которое в подобных случаях не может быть признано необходимым в части, равной размеру санкции в оспариваемом решении.
Для отнесения тех или иных расходов к числу судебных они должны быть непосредственно связаны с судебным разбирательством. Отсутствие такой связи исключает возможность возмещения в составе судебных издержек. Так, представление доказательств, которые подлежали раскрытию на этапе административного разбирательства и досудебного обжалования (например, экспертное заключение для вышестоящего налогового органа при оспаривании решения нижестоящей налоговой инспекции), непосредственно в суд само по себе не является основанием для квалификации расходов, понесенных в связи с формированием этих доказательств на досудебной стадии, как судебных расходов (Постановление Президиума ВАС РФ от 18.10.2011 N 5851/11).
Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" в состав издержек можно отнести досудебные расходы, связанные со сбором доказательств для предъявления иска в суд, расходы по оформлению доверенности, выданной на участие в конкретном деле, на подготовку отчета об оценке, если законом или договором был предусмотрен претензионный или иной досудебный порядок урегулирования спора.
При переходе прав, защищаемых в суде, к приобретателю также переходит право на возмещение судебных издержек, которое само по себе не может быть уступлено отдельно, кроме случая, когда они уже взысканы судебным актом. Издержки подлежат взысканию только при разрешении материально-правовых споров, при этом суд вправе провести зачет в случае, если в пользу каждой из сторон причитаются к возмещению судебные издержки.
Перечень судебных издержек по судебному делу не является исчерпывающим, однако участникам судебного разбирательства всегда следует иметь в виду, что понесенные ими в процессе рассмотрения дела расходы суд компенсирует при условии, что они реально понесены, обоснованны, действительно были необходимы и при этом максимально, насколько это возможно, экономны. Так, в одном деле суд отказал заявителю в возмещении расходов по оплате комиссии банку за перечисление вознаграждения его юристу, отметив, что заявитель не был лишен возможности произвести оплату услуг представителя в иной форме, не требующей дополнительных расходов (Апелляционное определение Московского городского суда от 16.01.2014 по делу N 33-777/2014).
Следует отметить, что отказ заявителю в отнесении понесенных им расходов к числу судебных издержек не исключает возможности предъявить их к возмещению в исковом порядке по правилам ст. 15 ГК РФ. Такие расходы не могут считаться обычным элементом предпринимательской деятельности, если он понес их для вполне конкретной цели - формирования доказательственной базы по оспариванию решения, вынесенного против него инспекцией. В обычной деятельности такие расходы у него не возникают. Обычные виды деятельности и вызванные этим расходы - это траты на зарплаты сотрудникам, налоги и иные обязательные платежи, внесение арендной платы и др.
В рамках рассмотрения иска о возмещении убытков истец может ссылаться на обстоятельства, установленные судебным актом, которым ему было отказано во взыскании заявленных как убытков сумм в качестве своих расходов на оплату услуг представителя, при условии, конечно, что в ранее принятом судебном акте было отражено суждение суда по обстоятельствам, которые будут иметь преюдициальное значение (факт понесения расходов, их размер и пр.).
В практике расходы, понесенные лицом для восстановления своего нарушенного права, при отсутствии в законе специального порядка их возмещения подлежат взысканию как убытки на основании ст. ст. 15, 1069, 1070 ГК РФ. Расходы на оплату труда адвоката или иного лица, участвовавшего в производстве по делу в качестве защитника, не отнесены к издержкам по делу об административном правонарушении, но их можно взыскивать как убытки.
Аналогичным образом участник оборота вправе взыскать свои расходы на юридическую помощь и иные затраты в случае, если для защиты своих прав он был вынужден обратиться в антимонопольный или иной юрисдикционный орган, полномочный рассматривать соответствующее дело по его жалобе и принимать по ней решение. Действия участника оборота по обеспечению доказательств в целях обоснования своей позиции по делу, привлечению представителя по ведению дела непосредственно связаны с восстановлением его прав, нарушенных в результате действий ответчика по осуществлению действий, признанных юрисдикционным органом незаконными (например, нарушение законодательства о конкуренции).
Нарушение ответчиком закона создало реальную возможность (все необходимые условия) для несения истцом взыскиваемых расходов, а следовательно, явилось необоснованным вмешательством в его собственность, которая подлежала восстановлению. При таких обстоятельствах нарушение ответчика и убытки истца находятся в прямой причинно-следственной связи, понесенные расходы подлежат возмещению в разумных пределах с учетом наличия доказательств их фактической выплаты, необходимости затрат, сформировавших расходы, для защиты нарушенного права, баланса процессуальных прав и обязанностей сторон.
При этом взыскание таких расходов с ответчика не только обеспечит восстановление имущественной сферы истца, но и будет способствовать достижению публично-правовой цели - стимулированию участников гражданского оборота к добросовестному, законопослушному поведению, исключающему получение собственных преимуществ в предпринимательской деятельности с помощью неправомерных методов и средств (Постановление Президиума ВАС РФ от 17.12.2013 N 9837/13).
По такому иску о возмещении убытков необходимо правильно определить надлежащего ответчика, поскольку они могут возникнуть не по вине юрисдикционного органа, как это произошло в ситуации, когда собственники транспортных средств, передавшие их во временное владение и пользование третьим лицам, были вынуждены нанять юристов для защиты своих интересов при возбуждении против них дел об административных правонарушениях сотрудниками ГИБДД. Виновниками в несении указанных расходов были те лица, которым транспортные средства были переданы собственниками. Собственники свои права требования на возмещение убытков уступили в пользу общественной организации, которая одним иском предъявила требования к ГИБДД.
Арбитражный суд первой инстанции взыскал убытки с МВД РФ, апелляционный суд решение изменил, указав, что убытки взыскиваются с МВД РФ, но за счет казны, с ним согласился кассационный суд. Верховный суд РФ состоявшиеся по делу судебные акты отменил, указав следующее. В первую очередь высшая судебная инстанция отметила, что усматриваемые из дела систематическое приобретение организацией у сторонних лиц требований о взыскании долгов и извлечение в результате реализации требований имущественной выгоды указывают на предпринимательский характер такой деятельности. Таким образом, обстоятельства вступления организации в спорные правоотношения с участием МВД России указывают на подведомственность данного спора арбитражному суду и по характеру, и по субъектному составу.
Заявленные расходы на юридическую помощь взыскиваются по правилам, предусмотренным ст. ст. 15, 1069 ГК РФ для возмещения вреда. Такой порядок взыскания судебных издержек, понесенных в рамках дел об административных правонарушениях, допускается судебным толкованием применения к подобным издержкам упомянутых правовых норм. Предъявляемые на основании названных правил убытки носят характер ответственности и могут быть взысканы при установлении судом определенного юридического состава, включающего наличие незаконных действий обязанного лица, возникновение у потерпевшего неблагоприятных последствий, причинно-следственную связь между действиями и убытками и их обоснованный размер.
За административные правонарушения в области дорожного движения в случае фиксации их работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи, средствами фото- и киносъемки, видеозаписи к административной ответственности привлекаются собственники (владельцы) транспортных средств, при использовании которых нарушение допущено (ч. 1 ст. 2.6.1 КоАП РФ). Именно в изложенном законном порядке и в соответствии с ним органы внутренних дел выявили нарушения, совершенные с использованием транспортных средств, принадлежащих лицам, уступившим организации данное требование, и привлекли к ответственности самих лиц, что указывает на правомерный характер действий органов.
Привлечение к ответственности собственников в случае технической фиксации нарушения обусловлено объективным характером нарушения и презумпцией использования транспортного средства его собственником. Вместе с тем в качестве защиты от неосновательного наказания закон предусматривает освобождение собственника от административной ответственности за технически зафиксированное нарушение, если в результате обжалования акта о привлечении к ответственности будет доказано использование транспортного средства другим лицом (ч. 2 ст. 2.6.1 КоАП РФ).
Собственники воспользовались законным правом на обжалование постановления о привлечении к административной ответственности и освобождены от нее судом общей юрисдикции в связи с совершением правонарушений лицами, которым они передали в пользование транспортные средства. Предпринятые собственниками действия по сложению ответственности и сопряженные с ними спорные расходы связаны с передачей самими собственниками транспортных средств другим лицам и с нарушением этими лицами Правил дорожного движения, а не с исполнением органами внутренних дел возложенных на них законом функций в области безопасности дорожного движения.
Прекращение судами общей юрисдикции дел об административных правонарушениях в отношении собственников транспортных средств позволяет требовать в самостоятельном исковом порядке возмещения понесенных при рассмотрении этих дел издержек, на что правильно указали суды в принятых по данному делу о взыскании таких издержек обжалуемых судебных актах.
Однако МВД РФ не является лицом, ответственным за возмещение расходов собственников транспортных средств. Лицами, по вине которых собственники вынуждены были нести издержки, являются непосредственные нарушители Правил дорожного движения, управлявшие по воле собственников их транспортными средствами, а не сотрудники органов внутренних дел, действовавшие в рамках административного законодательства. При отсутствии причинно-следственной связи между поведением должностных лиц МВД РФ и требуемыми убытками иск не подлежал удовлетворению за счет казны РФ (Определение Верховного Суда РФ от 18.04.2016 по делу N 305-ЭС15-17080).
В качестве судебных издержек также суды возмещают стороне, выигравшей спор, следующие затраты:
- расходы на почтовые отправления (Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 10.03.2010 по делу N А29-8209/2008);
- расходы на проезд, сервисный сбор, суточные, стоимость проживания (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 17.11.2011 по делу N А46-62/2011);
- затраты на покупку бензина для личного автомобиля для проезда в суд (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 14.10.2008 по делу N А21-1836/2007);
- расходы на оформление доверенности для ведения дела в суде, даже если она выдана на три года, поскольку размер нотариального тарифа не зависит от срока ее действия (Кассационное определение Пермского краевого суда от 12.01.2012 по делу N 33-37);
- плата юристу за досудебное изучение документов и информирование клиента о возможных вариантах решения проблемы (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 30.03.2012 по делу N А13-10234/2010);
- расходы на сопровождение в суд, если заявитель нуждается в посторонней помощи при передвижении в соответствии со справкой об инвалидности (Определение Московского городского суда от 24.08.2010 по делу N 33-26166), и др.
Участникам гражданского оборота следует иметь в виду, что в ряде случаев они не вправе претендовать на присуждение судами понесенным ими судебных издержек. Так, к примеру, расходы общественных объединений на оплату юридических услуг в ситуации, когда такие организации обращаются в защиту интересов различных граждан, компенсации не подлежат, поскольку наделение их правом обращаться в суды для защиты прав потребителей и иных граждан предопределяет наличие у них необходимых ресурсов для выполнения своих функций: соответствующего штата работников, обладающих необходимым уровнем надлежащих знаний, финансирования данной деятельности или установления в законе иных материальных источников возмещения расходов, понесенных в связи с участием в деле в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц (Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за 3 квартал 2013 г., утв. Президиумом Верховного Суда РФ от 05.02.2014).
Документы, представляемые в обоснование факта понесения судебных расходов, должны быть относимы к делу. В противном случае суд может их не принять. Так, по одному делу суд отметил, что представленные в материалы дела справки лишь свидетельствуют об оказании услуг такси представителю предпринимателя, но не подтверждают факт понесения расходов на оплату услуг такси именно самим предпринимателем - участником судебного разбирательства (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 12.04.2007 по делу N А42-3825/2005). Аналогичным образом и в другом деле суд указал, что представленные почтовые квитанции не доказывают тот факт, что истцом была произведена оплата стоимости услуг почтовой связи именно на отправку копии иска по рассматриваемому делу ответчику и третьим лицам. Опись документов с указанием конкретного вида отправления также в материалах дела отсутствовала (Постановление ФАС Уральского округа от 04.05.2009 N Ф09-2020/09-С4).
При определении разумных пределов взыскиваемых судебных издержек суды оценивают с учетом обстоятельств конкретного дела, насколько они экономны и какие были иные варианты у заявителя, мог ли он в сложившихся условиях оптимизировать свои затраты. Однако разумными могут быть признаны и перелет самолетом вместо ж/д транспорта, и проживание в более комфортной гостинице, если траты на это являются экономически оправданными: отсутствуют доказательства возможности заявителя воспользоваться гостиницами, оказывающими услуги по более низким расценкам (Постановление ФАС Московского округа от 29.02.2012 по делу N А40-121565/10-20-687).
Затраты на проезд железнодорожным транспортом в обычном купейном вагоне, а также перелет экономическим классом на авиатранспорте общего пользования не относятся к неэкономичным и неоправданным затратам, какими могут быть признаны проезд в вагоне повышенной комфортности, перелет в салоне бизнес-класса в самолете. Выбор авиатранспорта перед железнодорожным транспортом при перемещении между городами Мурманск и Санкт-Петербург, Мурманск и Москва с учетом нахождения их в различных субъектах РФ и значительности расстояния между ними не может быть признан явно неэкономичным, поскольку большая стоимость авиабилета компенсируется меньшими временными затратами в пути следования (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 07.10.2009 по делу N А42-72/2007).
Однако суд откажет во взыскании судебных расходов, если они будут экономически неоправданны. В одном деле общество, требуя возмещения судебных расходов, связанных с проездом из г. Переславль-Залесский в г. Киров и обратно на такси, не доказало, что неиспользование ж/д транспорта явилось крайней мерой, что послужило отказом в удовлетворении требования (Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 21.11.2011 по делу N А82-6896/2009).
Применительно к ситуации с так называемым гонораром успеха, когда в договоре об оказании юридических услуг указывается, что исполнитель услуг получает вознаграждение в случае вынесения решения в пользу заказчика, следует отметить следующее. Уже стал хрестоматийным пример с Постановлением Конституционного Суда РФ от 23.01.2007 N 1-П, который указал, что подобное условие следует квалифицировать как ничтожное, поскольку предметом гражданско-правового договора не может выступать сфера отправления правосудия. Вместе с тем указание на возможность взыскания в договоре "гонорара успеха" действующему законодательству не противоречит, поскольку согласование сторонами возможности выплаты такой суммы соответствует принципу свободы договора (ст. 421 ГК РФ).
Деятельность судебной власти сама по себе ничем не затрудняется и препятствия для нее не создаются, просто стороны рассматривают соответствующий судебный акт как отлагательное условие для себя, для возникновения определенных прав и обязанностей, что закону не противоречит (ст. 158 ГК РФ).
При выплате представителю вознаграждения, обязанность по уплате и размер которого были обусловлены исходом судебного разбирательства, требование о возмещении судебных расходов подлежит удовлетворению с учетом оценки их разумных пределов (п. 6 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах, утв. информационным письмом Президиума ВАС РФ от 05.12.2007 N 121).
При этом для возмещения судебных расходов стороне, в пользу которой принят судебный акт, значение имеет единственное обстоятельство: понесены ли соответствующие расходы. Независимо от способа определения размера вознаграждения (почасовая оплата, заранее определенная твердая сумма гонорара, абонентская плата, процент от цены иска) и условий его выплаты (например, только в случае положительного решения в пользу доверителя) суд, взыскивая фактически понесенные судебные расходы, оценивает их разумные пределы. Соответственно, в случае если заказчиком были уплачены исполнителю денежные средства в качестве вознаграждения за правовые услуги, они подлежат взысканию с проигравшей стороны в разумных пределах.
При определении судом разумного предела расходов должны учитываться такие обстоятельства, как фактическое оказание услуг, соразмерность вознаграждения их качеству и профессиональному уровню исполнителя, а также обстоятельства злоупотребления процессуальными правами проигравшей стороной по делу (затягивание процесса, неявка, подача необоснованных ходатайств и пр.).
При определении того, насколько качественно были оказаны юридические услуги, следует исходить из знания исполнителем законодательства и судебной практики, владения научными доктринами, знаниями тенденций развития правового регулирования спорных институтов в отечественной правовой системе и правовых системах иностранных государств, международно-правовых тенденций по спорному вопросу, профессионального уровня и опыта исполнителя, собственных достижений в области права.
Необходимо иметь в виду, что действующим процессуальным законодательством РФ не исключается возможность взыскания судебных расходов, понесенных в связи с участием в судебных заседаниях по вопросу распределения судебных расходов. Право на возмещение издержек распространяется не только на расходы, непосредственно связанные с рассмотрением дела, но и на расходы, которые понесены в связи с рассмотрением заявлений, ходатайств и совершением отдельных процессуальных действий (Постановление Президиума ВАС РФ от 10.04.2012 N 16693/11).
Однако следует быть готовым к тому, что суд избирательно подойдет к вопросу о видах возмещаемых судебных расходов, часть из которых может отклонить. Так, например, оплаченное заказчиком составление ходатайства о рассмотрении дела в отсутствие представителя суд может исключить при оценке разумных пределов понесенных им судебных расходов со ссылкой на то, что оформление названного процессуального документа, одного из самых простых по содержанию, не требует наличия специальных юридических познаний и значительных затрат времени, могло быть осуществлено самим заказчиком, в том числе с использование образцов документов, размещенных на сайтах арбитражных судов в сети Интернет (Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 19.08.2015 N Ф10-2945/2015). Время нахождения представителя непосредственно в здании суда до начала судебного заседания не связано с представлением интересов в процессе и вызвано организационными моментами (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 09.09.2011 по делу N А05-5425/2007).
Очень существенно может быть снижен размер судебных расходов на оплату услуг представителя в случае, если дело рассматривалось в порядке упрощенного производства, поскольку в этом случае суд, скорее всего, ограничится взысканием стоимости составления искового заявления и дополнений нему, иных процессуальных документов с учетом среднерыночных расценок в соответствующем регионе. Это связано с тем, что дело рассматривается в порядке упрощенного производства без вызова сторон и не представляет особой сложности (Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 30.10.2015 N Ф03-4654/2015). Тем более суд отклонит довод о необходимости таких расходов, как затраты на оплату услуг по уходу за ребенком представителя, поскольку они к судебному спору не относимы, учитывая, что заказчик был не лишен возможности привлечь другого представителя для защиты своих интересов в суде (Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 15.12.2014 по делу N А43-21713/2012).
Закон допускает возможность уступки права на получение возмещения понесенных судебных расходов (гл. 24 ГК РФ). Удовлетворение судом притязаний на возмещение таких расходов в размере меньшем, чем указывалось в заявлении об их возмещении, не является препятствием для включения в договор цессии уступаемого права на их получение в объеме, исчисленном цедентом. Это обстоятельство также не препятствует вхождению цессионария в апелляционный процесс, уже возбужденный по апелляционной жалобе цедента, для поддержания цессионарием перешедшего к нему права требования на сумму, определенную в договоре (Постановление Президиума ВАС РФ от 17.04.2012 N 14140/11).
В судебной практике также указывается на возможность компенсации расходов на оплату услуг представителя в случае, когда производство по делу было прекращено в связи с неподведомственностью дела суду, в который был подан иск. Так, производство по одному судебному делу было прекращено в связи с неподведомственностью спора суду общей юрисдикции, т.е. истцом было инициировано производство, не входящее в компетенцию суда общей юрисдикции.
Прекращение производства по делу означает завершение процесса без вынесения решения, т.е. без разрешения спора по существу, в связи с невозможностью (по различным основаниям) рассмотрения дела в суде. Предъявление истцом иска, который не может быть предметом рассмотрения в суде, следует расценивать как ошибочное инициирование судебного процесса. При этом ответчик также может нести издержки, в том числе на представительство его интересов в суде.
Включение в ГПК РФ норм о возмещении сторонами судебных расходов может предотвратить необоснованную передачу споров на разрешение суда. По смыслу норм ГПК РФ для истца, обратившегося в суд без достаточных на то оснований, вследствие чего производство по делу прекращено, должны возникнуть неблагоприятные последствия, в частности возмещение ответчику понесенных судебных расходов. При прекращении производства по делу вследствие неподведомственности спора суду общей юрисдикции у суда имеются основания для применения аналогии закона или аналогии права исходя из принципов осуществления правосудия в РФ на основе равенства всех перед законом и судом.
Такой способ возмещения судебных расходов, как возмещение убытков по правилам ст. 15 ГК РФ, неприменим, поскольку он значительно отдаляет и усложняет защиту нарушенного права, вынуждает лицо, понесшее судебные расходы, нести дополнительные судебные расходы по оплате государственной пошлины при подаче иска о взыскании убытков и дополнительные расходы на представителя, а также доказывать обстоятельства неисполнения либо ненадлежащего исполнения обязательств, наличие и размер убытков. Названный способ возмещения судебных расходов не отвечает требованиям законности и справедливости судебного акта, разумности и процессуальной экономии.
В связи с этим расходы на оплату услуг представителя могут быть компенсированы в пользу ответчика и в случае прекращения производства по делу в рамках соответствующего судебного процесса (Определение Верховного Суда РФ от 26.03.2013 N 53-КГ12-18), а также при добровольном исполнении ответчиком требований истца уже после предъявления иска (Апелляционное определение Ростовского областного суда от 28.05.2015 по делу N 33-7818/2015). Истец, обращаясь в суд, должен предвидеть, что в случае вынесения решения не в его пользу для него могут наступить негативные последствия в виде взыскания судебных издержек (Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.02.2015 N 17АП-9560/2014).
Отметим, что аналогичный подход применяется и в Казахстане с целью обеспечения дисциплины участников судебного разбирательства, стимулирования их к добросовестному поведению и пресечения злоупотреблений. Несмотря на то что по общему правилу при отказе истца от иска понесенные им судебные расходы не возмещаются, суд обязан выяснять действительный мотив истца для такого отказа. Если он отказался от поддержания заявленных требований вследствие их добровольного удовлетворения ответчиком после предъявления иска, то суд по требованию истца взыскивает с ответчика все понесенные по делу судебные расходы (п. 17 Нормативного постановления Верховного суда Республики Казахстан от 25.12.2006 N 9 "О применении судами Республики Казахстан законодательства о судебных издержках по гражданским делам").
Другим интересным вопросом, касающимся распределения судебных расходов, является возможность взыскания данных расходов в пользу выигравшей стороны в ситуации, когда представителем выигравшей стороны является ее супруг (супруга). С одной стороны, здесь могут быть применены общие положения АПК РФ, однако, с другой стороны, с учетом того, что представитель и представляемый состоят в брачных отношениях, необходимо также при разрешении данного вопроса учитывать нормы общегражданского и семейного законодательства РФ, в частности регулирующего отношения по общей совместной собственности.
В судебной практике можно встретить подход, согласно которому судебные расходы на представителя-супруга не могут быть компенсированы выигравшему спор второму супругу, поскольку в отсутствие брачного договора в отношении их имущества, в том числе доходов от трудовой и предпринимательской деятельности, действует законный режим имущества супругов, т.е. режим общей совместной собственности. Уплата выигравшей стороной своему супругу (супруге) денежных средств свидетельствует о том, что денежные средства из общей собственности супругов не выбыли, если только выигравшая спор сторона не представит доказательства, подтверждающие выплату денежных средств своему супругу (супруге) из средств, полученных от продажи ее личного имущества (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 25.10.2005 N А19-5026/03-31-Ф02-5258/05-С2).
Аналогичный подход можно встретить и в практике других окружных арбитражных судов: 1) передача предпринимателем, выигравшим судебную тяжбу, денежных средств из общего семейного бюджета ее реальным расходом не является (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 17.05.2012 по делу N А19-1676/10); 2) возмещению подлежат лишь издержки, реально понесенные стороной в арбитражном процессе. Передача одним супругом другому денежных средств из общего семейного бюджета реальным расходом супруга не является. Если брачный договор между супругами не заключался, то такие расходы компенсации не подлежат (Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 03.04.2007 N Ф08-1577/2007), хотя в редких случаях можно встретить противоположную практику, когда суды указывают на отсутствие запрета на привлечение в качестве представителя супруга и даже не требуют от заказчика, заявляющего об их взыскании, указать источник образования денег, затраченных на оплату услуг, а именно что деньги принадлежали лично заказчику и не входили в состав его общего совместного имущества с супругом-исполнителем (Апелляционное определение Хабаровского краевого суда от 08.04.2015 N 33-2497/2015).
Исключение составляет случай, когда заказчик и привлеченный им исполнитель, состоящие в браке, являются коммерсантами. В рассматриваемом правоотношении стороны выступают в качестве самостоятельных равноправных хозяйствующих субъектов - индивидуальных предпринимателей. Полученная представителем за оказание услуг по гражданско-правовой сделке денежная сумма подлежит учету при определении доходов предпринимателя в его деятельности.
Кроме того, в соответствии со ст. 221 и пп. 14 п. 1 ст. 264 НК РФ индивидуальные предприниматели вправе в качестве профессиональных вычетов учесть расходы на юридические услуги. При этом каких-либо исключений в зависимости от правового режима имущества индивидуального предпринимателя налоговое законодательство не содержит. Поэтому довод проигравшей стороны о том, что предприниматель не понес расходов в связи с оплатой юридических услуг, не имеет правового значения (Постановление Президиума ВАС РФ от 02.07.2013 N 1231/13).
Не сможет возместить свои судебные расходы на оплату юридических услуг за счет проигравшей стороны организация, чьи интересы в суде представляла управляющая компания, которой были переданы полномочия единоличного исполнительного органа такой организации. Несмотря на то что в гражданском обороте они выступают в качестве самостоятельных равноправных субъектов, управляющая компания свои услуги, включая в необходимых случаях юридическое сопровождение, предоставляет на основании заключенного между ними гражданско-правового договора, она не может считаться судебным представителем указанной организации.
Это связано с тем, что в рассматриваемой ситуации действия управляющей компании, направленные на представление и защиту интересов заказчика, считаются его действиями, поскольку он им управляет, что исключает возможность включения расходов на оплату ее услуг в состав возмещаемых судебных издержек (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 01.12.2014 N Ф09-8197/14). То же самое касается и случая, когда интересы заказчика в судебном процессе представляют штатные сотрудники управляющей компании, расходы на оплату труда которых для нее являются законодательно установленными и возникающими в силу факта трудовых отношений с ними (Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 19.02.2016 по делу N А32-23158/2014).
Организация, победившая в споре, вправе рассчитывать на компенсацию понесенных ею расходов на оплату услуг представителей даже при наличии у нее в штате юристов, поскольку никаких запретов на этот счет закон не содержит. Однако если юрист привлекался к работе в судебном процессе наряду со штатным сотрудником заявителя, в обязанности которого по должностной инструкции входит судебное представительство, то во взыскании судебных расходов на оплату его услуг будет отказано, поскольку в отсутствие доказательств невозможности реализации права на судебную защиту без второго представителя такие затраты не компенсируются (Апелляционное определение Астраханского областного суда от 03.12.2015 по делу N 33-4318/2015).
Не включаются в состав возмещаемых судебных расходов затраты компании на оплату услуг ее штатных представителей, поскольку выплата им ежемесячной зарплаты является ее законодательно установленным расходом, который она вынуждена нести вне зависимости от судебного спора в силу факта трудовых отношений с таким представителем (п. п. 10, 11 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах, утв. информационным письмом Президиума ВАС РФ от 05.12.2007 N 121) <38>, за исключением случая, когда бывший работник был привлечен для судебной защиты уже после своего увольнения (Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 19.06.2015 по делу N А01-1673/2011).
--------------------------------
<38> Более подробно см.: Бычков А.И. Расходы на услуги представителя компании в суде не возместят, если он является ее работником // Арбитражная практика. 2012. N 2.
Суд откажет во взыскании судебных расходов компании, если для представления и защиты своих интересов в судебном процессе она привлекла своего же руководителя, действующего от ее имени без доверенности на основании устава, либо владельца (совладельца), поскольку заключение компанией договора на предоставление юридической помощи с аффилированными лицами фактически является злоупотреблением правом. В случае с директором заключение отдельного гражданско-правового договора суд расценит как попытку обхода запрета на компенсацию судебных расходов, понесенных при оплате услуг штатного юриста организации (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 19.02.2016 N Ф09-580/16).
Уменьшение судебных расходов на оплату услуг представителя не может быть произвольным, тем более если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательств чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. В отсутствие доказательств чрезмерности судебных расходов суд вправе по собственной инициативе возместить расходы в разумных, по его мнению, пределах лишь в том случае, если заявленные требования явно превышают разумные пределы.
Простое возражение проигравшей стороны о чрезмерности заявленных расходов не принимается, если нет конкретных доказательств (Определение Московского городского суда от 02.08.2011 по делу N 33-24127), отклоняется ее довод о несложности дела, если это ничем не аргументировано (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 17.01.2012 N А58-7350/10). Без указания и обоснования мотивов, почему дело не было сложным, снижение расходов на юриста недопустимо (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 16.05.2011 N А58-7355/09).
С учетом того, что институт возмещения судебных расходов не должен являться необоснованным препятствием для обращения в суд с целью защиты права, но в то же время выполняет роль одного из средств предотвращения сутяжничества, а также того, что правоотношения, существующие между истцом и ответчиком по делу, находятся в ситуации неопределенности до момента вынесения окончательного судебного акта по делу и вступления его в законную силу, на суде лежит обязанность установления баланса в рисках сторон относительно понесенных ими судебных расходов. Следовательно, несмотря на вынесение судебного акта в пользу одной из сторон, на нее может быть также возложено несение бремени части судебных расходов.
Так, в одном деле суд, оценивая довод страховой компании, проигравшей страховой спор, о несложности дела и необходимости в связи с этим уменьшить размер присуждаемых в пользу ее оппонента расходов на оплату услуг представителя, указал, что страховая компания, являясь ответчиком по делу о выплате страхового возмещения, будучи профессионалом в данной сфере деятельности, ссылалась на отсутствие сложности в рассматриваемом споре и однозначно сложившуюся судебную практику об обязанности такую выплату осуществить, т.е. подтвердила отсутствие неопределенности по поводу своей обязанности исполнить договорное обязательство. Несмотря на это, страховая компания отказалась осуществить выплаты в добровольном порядке, что свидетельствует об отсутствии у нее достойного защиты интереса в снижении размера судебных расходов по критерию сложности рассматриваемого дела (Постановление Президиума ВАС РФ от 15.10.2013 N 16416/11).
Если заявителем представлены все необходимые доказательства, подтверждающие, что им понесены расходы на судебное производство, а также доказательства, что такие расходы не превышают рыночного уровня цен на схожие услуги, у судов отсутствовали основания для уменьшения суммы заявленного требования.
Так, в одном деле суд взыскал в пользу корпорации за счет налоговой инспекции расходы на оплату юридических услуг компании около 3000000 рублей. Суд, изучив расчеты произведенных издержек и сравнительный анализ расценок, пришел к выводу, что данные затраты связаны с конкретными стадиями рассмотрения спора и соразмерны стоимости таких же услуг, оказываемых другими юридическими компаниями такого же уровня по критериям известности, открытости, качества услуг.
Суд также отметил, что налоговая инспекция не представила конкретных доказательств чрезмерности понесенных расходов, равно как и расчет суммы, возмещение которой, по ее мнению, является разумным и справедливым, а также того, что какие-либо из указанных в отчетах данной юридической компании действий, совершенных с целью формирования правовой позиции, связанных с подготовкой процессуальных документов, сборов доказательств и представительством в суде, были излишними.
Уменьшение заявленной к возмещению суммы судебных расходов на оплату услуг представителя не может быть произвольным, а должно учитывать такие факторы, как сложившиеся на рынке цены, не только с позиции суда, но и стороны, которая несет расходы, не будучи уверенной в исходе дела (Постановление Президиума ВАС РФ от 15.03.2012 N 16067/11). Разумность судебных расходов определяется не рейтингом фирмы, а сложностью работы, ее объемом и качеством (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 26.12.2014 N Ф04-7656/2013).
Суд учитывает любые заслуживающие внимания обстоятельства: соотношение размера понесенных расходов с объемом и значимостью защищаемого права, поскольку неразумными могут быть сочтены значительные расходы, не оправданные ценностью подлежащего защите права либо несложностью дела; объем проделанной работы, в частности составлялись ли процессуальные документы по стандартным формам, в каком объеме представлялись и исследовались доказательства по делу, необходимость в осуществлении представителем конкретных действий и др.
Также отметим, что уменьшить можно не только судебные расходы на оплату услуг представителя, но и иные издержки по делу, например расходы на оплату услуг эксперта, если тот в своем заключении ответил не на все поставленные вопросы. В таком случае оплате подлежит только объем фактически выполненных экспертом исследований с учетом представленного им финансово-экономического обоснования расчета своих затрат (абз. 1 п. 25 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах применения арбитражными судами законодательства об экспертизе"), а при его отсутствии - расчетным путем.
Кроме того, необходимо также учитывать, что принцип распределения судебных издержек пропорционально удовлетворенным требованиям применяется в отношении имущественных требований (например, взыскание дебиторской задолженности). Однако он не применим в ситуации, когда предметом рассмотрения являются личные неимущественные требования (например, признание незаконными нескольких требований налоговой инспекции), в такой ситуации судебные расходы подлежат взысканию в полном объеме без уменьшения, даже если в части таких неимущественных требований было отказано (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 03.06.2010 по делу N А03-12730/2009).
Отдельного рассмотрения также заслуживает вопрос о компенсации таких судебных издержек, как расходы на оплату услуг экспертов, которые привлекаются судом для участия в деле с целью подготовки экспертного заключения.
Если в процессе судебного разбирательства к участию в деле привлекался эксперт для проведения исследования и вынесения профессионального компетентного суждения по поставленным судом перед ним вопросам, то расходы на оплату его услуг выигравшая спор сторона может компенсировать в составе своих издержек за счет проигравшей стороны. Если выполненное по делу экспертное заключение использовано судом в качестве доказательства по делу и положено в основу судебного решения, факт несения расходов по оплате экспертизы доказан, то выигравшая спор сторона вправе требовать компенсации своих расходов на проведение экспертизы (Апелляционное определение Красноярского краевого суда от 01.04.2013 по делу N 33-3126/2013).
Однако тот факт, основывал ли свое решение суд именно на данном экспертном заключении или нет, не имеет безусловного значения для решения вопроса об оплате экспертизы. Даже если экспертное заключение в рамках дела оспаривалось, с ним не соглашался процессуальный оппонент, то в удовлетворении требования о компенсации расходов по подготовке экспертного заключения на этом основании отказано быть не может. Это связано с тем, что расходы на оплату услуг эксперта вызваны необходимостью представлять доказательства по делу в обоснование правовой позиции, занятой в деле соответствующей стороной, поэтому они должны быть отнесены к издержкам, необходимым для рассмотрения судебного дела, и подлежат компенсации за счет проигравшей стороны (Определение Самарского областного суда от 27.02.2013 по делу N 33-1967/2013).
Этот порядок - отнесение судебных расходов на счет проигравшей спор стороны - касается окончательного распределения судебных расходов по делу. Вместе с тем экспертам необходимо заплатить еще до того, как они проведут свое исследование, т.е. до принятия судом решения по существу. На стадии судебного разбирательства, когда возникает необходимость привлечь к участию в деле эксперта, суд при вынесении об этом определения разрешает вопрос о распределении расходов на оплату услуг эксперта. Как правило, на этой стадии услуги экспертов должна оплатить та сторона, от которой исходит ходатайство о привлечении к участию в деле экспертов. Исключение из этого общего правила может составить случай, когда экспертиза назначается и проводится по причине недобросовестных действий второй стороны спора.
Так, в одном деле была назначена экспертиза для определения размера действительной стоимости доли в уставном капитале компании по иску о ее взыскании в связи с занижением компанией суммы выплаты, причитающейся выходящему участнику. Инициатором проведения судебной бухгалтерской экспертизы являлся сам истец, поэтому расходы по проведению данной экспертизы должны были быть отнесены на него. Однако, принимая во внимание, что причиной, вызвавшей необходимость назначения указанной экспертизы, явилось недостоверное ведение бухгалтерской отчетности ответчиком, суд распределил обязанность по оплате назначенной экспертизы между сторонами в равных долях (Постановление ФАС Центрального округа от 11.06.2008 по делу N А36-588/2006).
В судебном процессе могут одновременно участвовать сразу несколько лиц на стороне истца (соистцы) или ответчика (соответчики). Если инициатива в проведении экспертизы исходит, например, от одного соответчика, то суд может возложить расходы по экспертизе в равных долях на него и второго соответчика, если установит, что в проведении экспертизы также заинтересован и второй ответчик.
Так, в одном деле о том, что необходимо назначить и провести экспертизу, просил только один соответчик. Вместе с тем второй соответчик при разрешении ходатайства первого соответчика о назначении по делу экспертизы его поддержал, просил удовлетворить и со своей стороны представил суду список вопросов, которые считал необходимым задать экспертам. На разрешение экспертам были поставлены в том числе и те вопросы, которые предлагал второй соответчик.
При таких обстоятельствах суд пришел к выводу о том, что тот факт, что о назначении экспертизы по делу ходатайствовал только один из ответчиков, не имеет правового значения при распределении расходов на ее проведение, поскольку в экспертизе были заинтересованы оба ответчика, что они выразили в ходе судебного разбирательства, поэтому расходы на обоих ответчиков были возложены поровну (Апелляционное определение Кемеровского областного суда от 08.11.2012 N 33-10846).
Участник судебного разбирательства, который просит назначить и провести экспертизу, предлагает суду несколько экспертных учреждений и список вопросов, которые он хочет поставить перед экспертами. То же самое делает и его оппонент. В итоге суд выбирает экспертное учреждение из предложенных вариантов по своему усмотрению и утверждает окончательный список вопросов, который ставится перед экспертами.
Если суд выбрал не то экспертное учреждение, о котором просила сторона, ходатайствующая о проведении экспертизы, это не освобождает ее от обязанности оплатить услуги экспертов на данной стадии судебного процесса. Такой аргумент не имеет правового значения, поскольку он не влияет на распределение расходов по экспертизе. Так как ходатайство о проведении экспертизы исходило именно от этой стороны, она и должна заплатить экспертам вне зависимости от того, какое именно экспертное учреждение будет утверждено для проведения исследования (Определение Верховного суда Республики Татарстан от 19.07.2012 по делу N 33-6929/2012). В дальнейшем, как выше мы уже отметили, эта сторона будет вправе требовать взыскания со своего процессуального оппонента уплаченных за проведение экспертизы денежных средств, если судебный акт будет принят в ее пользу.
Если стороны не ходатайствовали о назначении экспертизы, однако суд, рассматривающий дело, придет к выводу о необходимости ее проведения, соответствующие расходы относятся на федеральный бюджет (Апелляционное определение Московского городского суда от 02.11.2012 по делу N 11-24999/2012), если только назначение экспертизы происходит по инициативе суда, но одна из сторон выражает готовность ее оплатить (Определение Верховного Суда РФ от 15.02.2016 N 5-КГ15-192).
Важно иметь в виду, что поскольку расходы по оплате стоимости экспертиз связаны с рассмотрением именно тех гражданских дел, в рамках которых они проводятся, то и вопрос о распределении судебных расходов, связанных с проведением экспертиз, может быть рассмотрен и разрешен судом лишь в рамках таких гражданских дел, а не в рамках отдельного гражданского дела (Апелляционное определение Кемеровского областного суда от 27.09.2012 по делу N 33-10283).
На практике возможна ситуация, когда спорящие стороны решили прекратить свой конфликт в добровольном порядке и окончить дело мировым соглашением, т.е. по обоюдному согласию. Они предлагают в таком случае суду на утверждение проект мирового соглашения и обращаются с соответствующими заявлениями о его утверждении. В тексте мирового соглашения стороны отражают все достигнутые договоренности. Если мировое соглашение закону не противоречит, права и законные интересы третьих лиц не нарушает, то суд его утверждает, прекращая производство по делу. Применительно к рассматриваемой нами проблеме с оплатой расходов на проведение экспертизы в случае заключения сторонами мирового соглашения необходимо отметить следующее.
При заключении мирового соглашения производство по делу прекращается, спор по существу не разрешается, поэтому правило об отнесении судебных расходов на счет проигравшей стороны в таком случае применению не подлежит. В связи с этим возмещение понесенных по делу судебных расходов, в том числе и на проведение экспертизы, не может быть поставлено в зависимость от условий заключенного сторонами мирового соглашения, определившего размер взыскиваемых с одной стороны в пользу другой стороны денежных сумм.
В такой ситуации, когда невозможно определить выигравшую и проигравшую спор стороны, при решении вопроса о расходах на проведение экспертизы суд исходит из того, по чьей инициативе она проводилась, т.е. исходит из общего правила, о котором выше мы уже упомянули (Определение Верховного Суда РФ от 17.05.2013 N 45-КГ13-4).
Аналогичным образом решается вопрос об оплате экспертизы и в случае, когда поданное исковое заявление было оставлено судом без рассмотрения. В данном случае решение по существу дела не принимается и определить победителя процесса не представляется возможным. Истец, чье исковое заявление оставлено без рассмотрения, в дальнейшем не лишен возможности повторно обратиться в суд с таким же иском, устранив недостатки, послужившие основанием для его оставления без рассмотрения (Определение Санкт-Петербургского городского суда от 23.08.2012 N 33-12314).
На практике повсеместно можно столкнуться с такой ситуацией, когда эксперты, составившие свое заключение, в дальнейшем вызываются в суд для предоставления ответов на дополнительные вопросы, возникающие у участников процесса, для устранения противоречий в выводах. Эксперты за свой выезд в судебное заседание всегда требуют внесения дополнительной платы. Однако такое требование является неправомерным. Процессуальное законодательство РФ предусматривает, что вступившие в законную силу судебные постановления, а также законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и обращения судов являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации (п. 2 ст. 13 ГПК РФ, п. 1 ст. 16 АПК РФ).
При неявке по вызову суда может быть наложен судебный штраф. Так, в силу ст. 168 ГПК РФ в случае, если вызванный свидетель, эксперт, специалист, переводчик не явился в судебное заседание по причинам, признанным судом неуважительными, он может быть подвергнут штрафу в размере до одной тысячи рублей.
Действия, к выполнению которых лицо обязано в силу закона или иного правового акта, не могут одновременно рассматриваться в качестве объекта гражданского оборота и осуществляться под условие выплаты денежного вознаграждения. Осуществление такого действия не может быть поставлено в зависимость от его выплаты. Отказ от осуществления действия, к выполнению которого лицо обязано в силу закона, не может основываться на том, что такое лицо не получило вознаграждения.
Применительно к настоящей ситуации это означает, что эксперт обязан явиться по вызову суда в любом случае и не вправе требовать оплаты своего выезда в суд, поскольку возможность явки в суд законом не поставлена в зависимость от внесения эксперту какой-либо платы со стороны суда или участников судебного процесса. Эксперт вправе претендовать только на получение компенсации своих издержек, связанных с явкой в судебное заседание для дачи необходимых пояснений (расходы на проезд, по найму жилого помещения и т.п.), и не вправе устанавливать плату за саму явку. Этот вывод подтверждается судебной практикой.
Так, при рассмотрении одного дела суд отметил, что ссылка эксперта на то, что его неявка в судебное заседание носит уважительный характер, поскольку судом не решен вопрос оплаты его расходов, связанных с участием в судебном заседании, несостоятельна.
Из материалов дела было видно, что эксперту судом неоднократно разъяснялся порядок возмещения фактически понесенных расходов, связанных с явкой в судебное заседание, при представлении документальных доказательств в обоснование предъявленной экспертом суммы расходов. Учитывая, что такие доказательства экспертом не представлены, суд обоснованно признал причины неявки эксперта в судебное заседание неуважительными.
Кроме того, суд отметил, что работа эксперта по проведению экспертизы, назначенной определением суда по делу, была оплачена полностью в сумме 69600 рублей путем перечисления указанной суммы на счет экспертного учреждения с депозитного счета суда. Оснований же для взыскания в пользу экспертной организации каких-либо иных сумм не имеется (Постановление ФАС Центрального округа от 06.03.2012 по делу N А09-5906/2009).
Аналогичным образом и в другом деле суд указал на то, что явка эксперта в судебное заседание вызвана необходимостью устранения сомнений в правильности выводов эксперта, уточнения расчетов экспертизы. В такой ситуации эксперт просто выполняет свои обязанности, предусмотренные ч. 1 ст. 85 ГПК РФ, в рамках уже сделанной им работы - проведенной экспертизы, которая предусматривает возможность вызова эксперта, что связано с необходимостью ответить на вопросы, связанные с проведенным исследованием и данным им заключением. При таких обстоятельствах оснований для выплаты эксперту дополнительного вознаграждения за явку в суд и дачу пояснений по проведенной экспертизе не имеется (Определение Московского областного суда от 29.03.2012 по делу N 33-7117/2012).
Эксперту просто следует изначально при определении конкретной цены своего денежного вознаграждения за проведение экспертного исследования учитывать этот момент. Свои издержки в связи с выездом в суд ему следует закладывать в стоимость подготовки экспертного заключения. В таком случае требования законодательства РФ он не нарушает.
На практике нередко эксперты в заключениях, подготавливаемых по запросу суда, некоторые из поставленных вопросов оставляют без ответа со ссылкой на то, что их разрешение находится вне сферы их компетенции либо в задачи экспертов не входит. В такой ситуации возникает резонный вопрос: вправе ли проигравшая спор сторона при отнесении на нее расходов по оплате экспертизы ставить вопрос об их соразмерном уменьшении, учитывая, что не все вопросы в экспертном заключении получили разрешение?
Ранее действовала правовая позиция, сформулированная Пленумом ВАС РФ в п. 16 Постановления от 20.12.2006 N 66 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", согласно которой, если эксперт выполнил исследование не в полном объеме, однако на поставленные вопросы не ответил по независящим от него причинам, размер вознаграждения эксперту не может быть уменьшен. Отражение экспертом в заключении выводов по вопросам, которые не были перед ним поставлены, не может служить основанием для увеличения ему судом размера вознаграждения. Однако в настоящий момент данное разъяснение отменено и эта позиция не применяется.
Если обратиться к сложившейся в настоящее время судебной практике, то можно встретить позицию, в силу которой выплата вознаграждения эксперту не ставится в зависимость от соответствия или несоответствия экспертного заключения требованиям, предъявленным судом (Постановление Президиума ВАС РФ от 05.04.2011 N 15659/10).
Так, в одном деле участники спора ходатайствовали перед судом о проведении экспертизы по делу и оба внесли денежные средства в оплату на депозитный счет суда. В дальнейшем они заключили между собой мировое соглашение, в котором специально оговорили, что отказываются от оплаты услуг экспертов из-за неполного исследования экспертом материалов дела и непредставления ответов на поставленные перед ним вопросы. Однако суд все равно деньги эксперту обязал передать, указав, что заключение экспертизы не могло препятствовать утверждению мирового соглашения, поэтому его исследование и оценка судом в качестве доказательства на предмет достоверности не требовались (Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 15.09.2010 по делу N А53-13633/2008).
Между тем к решению вопроса об оплате экспертизы не следует подходить формально, ограничиваясь указанием на то, что экспертное заключение в том или ином виде все-таки было подготовлено, а оставление экспертами без ответов поставленных перед ними вопросов не влияет на обязанность участников процесса произвести оплату.
Как правило, на практике стороны предлагают суду на утверждение конкретные экспертные организации из имеющихся у них в перечне, руководствуясь теми ценами, которые были им названы. В дальнейшем после утверждения конкретной экспертной организации судом стоимость ее услуг всегда возрастает, поскольку эксперты не упускают возможности увеличить свой гонорар, пользуясь тем, что их уже выбрали. Конечную стоимость услуг они определяют, исходя из поставленных перед ними вопросов, их количества и содержания, объема работы, который необходимо выполнить, своих трудозатрат.
Поскольку эксперты располагают информацией о поставленных перед ними вопросах, то выставленная ими цена на услуги охватывает все вопросы и предполагается, что она установлена с учетом их количества. Если же в ходе исследования эксперты дают ответы не на все вопросы, то получение вознаграждения в размере, первоначально определенном перед проведением исследования, является неправомерным. Если эксперт не обладает необходимыми знаниями для ответа на поставленные перед ним вопросы, то услуга по проведению экспертизы не считается оказанной и он не вправе претендовать на все вознаграждение целиком.
Экспертиза назначается судом, и правовой статус эксперта урегулирован в нормах процессуального законодательства. Вместе с тем конкретная сторона спора (истец или ответчик) в зависимости от того, по чьей инициативе экспертиза проводится, оплачивает услуги эксперта, что, по сути, означает возникновение между ней и экспертной организацией правоотношений из договора возмездного оказания услуг.
По смыслу ст. ст. 779 и 780 ГК РФ заказчик в договоре возмездного оказания услуг не обязан оплачивать те услуги, которые фактически ему оказаны не были. Он обязан оплачивать лишь те услуги исполнителя, которые соответствуют закону, условиям договора и обычно предъявляемым требованиям.
Поскольку экспертная организация услуги выполняет некачественно, на ряд поставленных вопросов ответы не дает или дает неполные ответы, то заказчик экспертизы вправе потребовать соразмерного уменьшения вознаграждения экспертов. Если цена была определена в виде фиксированной суммы за все вопросы, то размер возвращаемой части можно определить расчетным путем. К примеру, если суд поставил перед экспертами 10 вопросов, а стоимость услуг эксперта составила 60000 рублей, то оставление экспертами без ответа 5 вопросов дает заказчику право потребовать возврата 30000 рублей (6000 рублей x 5), с учетом того, что стоимость исследования по одному вопросу составляет 6000 рублей (60000 рублей / 10).
Некачественное выполнение экспертами своих обязательств должно быть установлено в судебном разбирательстве, в рамках которого проводилась экспертиза. Экспертов необходимо вызвать в процесс для устранения неясностей, а в случае, если они не смогут предоставить исчерпывающие ответы по предмету исследования или вообще не явятся в процесс, этот факт свидетельствует в пользу того, что они не провели экспертизу должным образом и уклонились от устранения недостатков, что дает право уменьшить размер вознаграждения.
Такой подход позволяет достичь определенного баланса между всеми участниками процесса, поскольку проигравшая сторона не должна нести расходы по некачественно проведенной экспертизе. При этом выигравшая спор сторона вправе в самостоятельном порядке ставить вопрос о возмещении части вознаграждения, поскольку услуги по экспертизе оказаны ненадлежащим образом или вообще не оказаны, основываясь на правоотношении из договора возмездного оказания услуг. Проигравшая спор сторона такого права лишена, поскольку стороной договора с экспертами не является и оплату им не производила.
В случае когда фактически вознаграждение экспертам еще не было выплачено, было депонировано на счете суда, то при решении вопроса о судебных расходах суд может уменьшить размер причитающейся суммы вознаграждения экспертам, и в этом случае самостоятельного обращения выигравшей спор стороны с заявлением к эксперту о возврате части вознаграждения уже не требуется.
Так, в одном деле арбитражный суд, отказывая в выплате вознаграждения государственно-экспертному учреждению в полном объеме, отметил следующее. Арбитражно-процессуальное законодательство не содержит норм, регулирующих вопрос о полном отказе в выплате денежных сумм эксперту (порядок и условия), а также положений о том, как оплачивать работу эксперта, если исследование не было сделано в полном объеме (например, объем фактически проведенного исследования не соответствует объему, установленному судом исходя из поставленных перед экспертом вопросов, или в заключении отсутствуют предусмотренные федеральным законом положения и в этой связи суд лишен возможности проверить обоснованность и достоверность сделанного экспертом вывода, и т.п.). ВАС РФ также не высказывал позиции относительно указанной проблемы.
Согласно ч. 3 ст. 86 АПК РФ заключение эксперта оценивается в судебном заседании и исследуется наряду с другими доказательствами по делу. Суд оценил в порядке ст. 71 АПК РФ заключение эксперта и не принял его в качестве надлежащего доказательства в связи с отсутствием в нем содержания исследований, оценки результатов исследований, обоснованного вывода на поставленный вопрос, оценки и анализа представленных на экспертизу документов, положений, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанного вывода, ссылок на специальные методы, подлежащие применению с учетом специфики поставленного на разрешение вопроса.
Суд, признав, что экспертом услуги по проведению судебной экспертизы выполнены ненадлежащим образом, экспертное заключение не соответствует требованиям ст. ст. 8, 25 вышеуказанного Закона и не может быть принято в качестве доказательства по делу, пришел к обоснованному выводу об отказе эксперту в выплате вознаграждения в полном объеме (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 25.10.2011 N А33-5881/2010).
Отметим, что в настоящее время по вопросу оплаты услуг экспертов следует учитывать правовые позиции, сформулированные в Постановлении Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" (далее - Постановление N 23).
В силу п. 23 Постановления N 23 проведение экспертом дополнительных работ, увеличение количества экспертных часов, затраченных экспертом на производство экспертизы, по общему правилу, если это не связано с независящими от эксперта обстоятельствами, например постановкой перед экспертом дополнительных вопросов, предоставлением ему дополнительных материалов, не являются основаниями для изменения размера вознаграждения, установленного по согласованию с участвующими в деле лицами и экспертом (экспертным учреждением, организацией) в определении о назначении экспертизы. Отражение экспертом в заключении выводов по вопросам, которые не были перед ним поставлены, не может служить основанием для увеличения ему судом размера вознаграждения.
Согласно п. 24 в исключительных случаях, когда по объективным причинам эксперт не может заранее рассчитать затраты на проведение экспертизы (например, ввиду характера и объема исследуемых объектов), по согласованию с участвующими в деле лицами, по ходатайству или с согласия которых назначается экспертиза, и экспертом (экспертным учреждением, организацией) суд при назначении экспертизы может определить предварительный размер вознаграждения эксперта.
При этом эксперт информирует суд, а также лиц, участвующих в деле, о пределах возможного увеличения размера вознаграждения ввиду невозможности заранее рассчитать все затраты на производство экспертизы, а также об обстоятельствах, влияющих на увеличение стоимости исследований.
В силу п. 25, если эксперт ответил не на все поставленные перед ним вопросы или провел исследование не в полном объеме в связи с тем, что выявилась невозможность дальнейшего производства экспертизы и подготовки заключения (например, объекты исследования непригодны или недостаточны для дачи заключения и эксперту отказано в их дополнении, отпала необходимость в продолжении проведения экспертизы), эксперту (экспертному учреждению, организации) оплачивается стоимость фактически проведенных им исследований с учетом представленного экспертом финансово-экономического обоснования расчета затрат.
При невыполнении участвующим в деле лицом процессуальных обязанностей, если это привело к невозможности продолжения проведения экспертизы (например, в случае уклонения лица от предоставления эксперту объектов исследования либо доступа к ним), суд на основании ч. 2 ст. 111 АПК РФ вправе отнести на это лицо понесенные экспертом расходы в размере стоимости фактически проведенного исследования.
§ 3. Компенсация за фактическую потерю времени
ГПК РФ предусматривает право участника судебного процесса взыскать компенсацию за фактически потраченное время. Со стороны, недобросовестно заявившей неосновательный иск или спор относительно иска либо систематически противодействовавшей правильному и своевременному рассмотрению и разрешению дела, суд может взыскать в пользу другой стороны компенсацию за фактическую потерю времени. Размер компенсации определяется судом в разумных пределах и с учетом конкретных обстоятельств (ст. 97 ГПК РФ). В арбитражном процессе такой возможности в настоящее время нет, но она может появиться в результате принятия единого ГПК РФ для всей российской судебной системы. Рассмотрим, что собой представляет данная компенсация и когда на нее можно рассчитывать.
Право на судебную защиту является одним из основополагающих конституционных принципов, гарантирующих права и свободы граждан (ст. ст. 46 и 47 Конституции РФ), и одним из способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ), которого никто не может быть лишен. Вместе с тем осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (ч. 3 ст. 17 Конституции РФ).
Как справедливо отмечает Е.Ф. Евсеев, "допускаемые сторонами злоупотребления процессуальными правами приводят как к необоснованному увеличению числа судебных споров, так и к их более длительному рассмотрению, что в конечном счете выливается в увеличение и без того большой судейской нагрузки и, как следствие, в дальнейшее падение качества и скорости отправляемого правосудия. В последнее время словно забывается, что суд предназначен не для пустых и бесплотных препирательств, но для решения действительно спорных, т.е. сложных и неоднозначных конфликтов, разрешить которые их стороны без помощи независимого и непредвзятого суда просто не в состоянии" <39>.
--------------------------------
<39> Евсеев Е.Ф. Некоторые вопросы взыскания компенсации за фактическую потерю времени в гражданском процессе // Адвокат. 2013. N 12.
Возбуждение гражданского дела по иску лица, полагающего свои права и свободы нарушенными, всегда причиняет определенные беспокойство и неудобства ответчику и иным участникам судебного разбирательства, требует от них временных и материальных затрат, связанных с явкой в суд, оплатой услуг адвоката.
Само по себе обращение истца в суд с иском, даже если в его удовлетворении и будет отказано, при отсутствии признаков злоупотребления правом не может рассматриваться как нарушение прав остальных участников судопроизводства, поскольку является правомерным действием (Определение Оренбургского облсуда от 17.06.2014 N 33-3692/2014), а право на судебную защиту гарантировано ст. 46 Конституции РФ. Кроме того, всегда имеется возможность обосновать свои возражения по иску и представлять доказательства в их подтверждение.
Однако при определенных обстоятельствах действия участника судебного процесса могут быть расценены как злоупотребление правом, которое позволит пострадавшей стороне взыскать с него компенсацию. В силу ст. 99 ГПК РФ со стороны, недобросовестно заявившей неосновательный иск или спор относительно иска либо систематически противодействовавшей правильному и своевременному рассмотрению и разрешению дела, суд может взыскать в пользу другой стороны компенсацию за фактическую потерю времени. Как видно из содержания приведенной нормы, в качестве ответчика по требованию о взыскании компенсации за фактическую потерю времени могут выступать истец, ответчик, третьи лица, заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора.
В заявлении о присуждении компенсации за фактически потраченное время можно указать любой размер, однако в конечном итоге ее определяет суд в разумных пределах с учетом конкретных обстоятельств дела. В силу ст. 94 ГПК РФ компенсация за фактическую потерю времени в соответствии со ст. 99 ГПК РФ относится к издержкам, связанным с рассмотрением дела, т.е. в цену иска не включается и госпошлиной не облагается. Взыскание данной компенсации осуществляется в рамках того же дела, в ходе рассмотрения которого возникли основания для ее присуждения (Определение Санкт-Петербургского городского суда от 14.06.2011 N 33-8942/2011). При этом само заявление можно направить в суд как с одновременной подачей иска, так и по результатам его рассмотрения и принятия судом решения по существу спора.
В настоящее время взыскание компенсации за фактическую потерю времени возможно только в гражданском судопроизводстве, в арбитражном процессе такого инструмента нет, и при этом возможности применения ст. 99 ГПК РФ по аналогии также не существует (Постановление ФАС Центрального округа от 26.02.2013 по делу N А62-5916/2012). Однако ситуация может измениться при принятии единого ГПК РФ.
Как отмечается по этому поводу в п. 7.4.5 Концепции единого Гражданского процессуального кодекса РФ, одобренной решением Комитета по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству ГД ФС РФ от 08.12.2014 N 124(1), целесообразно использовать судебные расходы как инструмент воспрепятствования злоупотребления лицами, участвующими в деле, процессуальными правами. При этом возможно сохранить все механизмы, содержащиеся в ГПК РФ и АПК РФ, включая рассматриваемую нами компенсацию. Если закон будет принят, то арбитражные суды, скорее всего, в первую очередь обратятся к опыту судов общей юрисдикции, которые наработали определенную практику, поэтому целесообразно с ней ознакомиться уже сейчас.
Заявление может быть удовлетворено, если сторона, настаивающая на взыскании в свою пользу компенсации, выиграла судебный спор, при этом ст. 99 ГПК РФ не требует, чтобы это обязательно было судебное решение. До вынесения решения по существу дела суд может оставить исковое заявление без рассмотрения, если истец по вызову суда не явился два раза и при этом не ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие, а также в иных случаях, предусмотренных главой 19 ГПК РФ.
До принятия судом соответствующего судебного акта об оставлении искового заявления без рассмотрения ответчик мог нанять себе адвоката для подготовки отзыва на иск, для участия в судебных заседаниях, сам приезжал на судебные заседания. Отнесение на счет истца, исковое заявление которого оставлено без рассмотрения, понесенных ответчиком расходов на оплату услуг его адвоката в полной мере не компенсирует причиненные ему неудобства, поскольку они покрывают лишь его издержки на оплату услуг адвоката. На устранение неудобств, связанных с личным участием в процессе, определенным беспокойством по самому факту возбужденного дела, направлена компенсация за фактически потраченное время.
В связи с этим, поскольку иное не предусмотрено приведенной правовой нормой, взыскание указанной компенсации представляется возможным, если исковое производство по делу возбуждено и завершилось вынесением определенного судебного акта (судебное решение, определения об оставлении иска без рассмотрения, о прекращении производства по делу). В ситуации, когда выносится не судебное решение, а иной судебный акт, проигравшая сторона определяется в зависимости от того, кто не получил желаемый результат при обращении за судебной защитой. Если в действиях такой стороны имеются признаки злоупотребления правом, то ее процессуальный оппонент, в пользу которого разрешилось дело, вправе поставить вопрос о взыскании компенсации.
Право на указанную компенсацию не связывается с физическими и нравственными страданиями. Таким образом, эта компенсация не тождественна компенсации морального вреда, хотя и сходна с ней. Названная норма процессуального законодательства направлена на предупреждение злоупотребления лицами, участвующими в деле, своими процессуальными правами и тем самым - на защиту прав добросовестных участников процесса. Однако на практике ее взыскание довольно затруднительно, поскольку российские суды крайне неохотно применяют данный процессуальный инструмент, считая, что достаточных оснований для его применения нет.
По требованию о взыскании компенсации за фактически потраченное время суды применяют достаточно высокий стандарт доказывания, по которому стороне, требующей ее присуждения, необходимо обосновать ряд аспектов. В соответствии с п. 1 ст. 56 ГПК РФ бремя доказывания обоснованности взыскания компенсации фактически потраченного времени возлагается на сторону процесса, требующую ее взыскания, которая должна указать, в чем конкретно заключаются злоупотребления противоположной стороны.
Для разрешения вопроса о взыскании рассматриваемой компенсации суду необходимо установить несколько обстоятельств.
Во-первых, необходимо доказать, что сторона недобросовестно заявила неосновательный иск или инициировала спор относительно иска либо систематически злоупотребляла процессуальными правами, противодействовала правильному и своевременному рассмотрению и разрешению дела, осуществляла свои процессуальные права иным недобросовестным образом (Определение Ивановского областного суда от 29.07.2013 по делу N 33-1674).
Систематическое (более двух раз) противодействие правильному и своевременному рассмотрению и разрешению дела может выражаться в неявках на процесс без уважительных причин, в непредставлении доказательств, игнорировании поручений суда о раскрытии доказательств, затягивании судебного процесса путем заявления необоснованных ходатайств по надуманным поводам и др. (Определение Воронежского областного суда от 23.03.2010 по делу N 33-1539). Закон не содержит перечня таких действий, а определяет лишь самые общие критерии, при наличии которых действия участников судебного разбирательства могут оцениваться с точки зрения их добросовестности.
Во-вторых, в результате таких недобросовестных действий стороны ее процессуальный оппонент теряет доходы, заработную плату, несет убытки (Апелляционное определение Новосибирского областного суда от 29.10.2015 по делу N 33-9990/2015). Эти факты подлежат доказыванию той стороной, которая ходатайствует о выплате ей компенсации за потерю времени (Определение Московского городского суда от 24.01.2011 по делу N 33-1228).
Предъявление истцом неосновательного иска само по себе не может служить основанием для взыскания такой компенсации, а может являться следствием добросовестного заблуждения истца, который ошибочно полагал, что определенным иском можно восстановить свои права и законные интересы (Апелляционное определение Вологодского областного суда от 10.09.2014 по делу N 33-4324/2014).
Компенсация за потерю времени является санкцией за злоупотребление стороной своими процессуальными правами. Положения ст. 99 ГПК РФ подлежат применению только в тех случаях, когда в судебном заседании будет доказано, что сторона систематически злоупотребляла своими процессуальными правами, противодействовала правильному и быстрому рассмотрению и разрешению спора, при этом действовала виновно (Определение Санкт-Петербургского городского суда от 03.02.2011 N 33-1547/2011).
Помимо этого, для отказа в удовлетворении заявления о взыскании рассматриваемой компенсации суды используют и другие основания. Так, исходя из ее названия она причитается за фактическую потерю времени. Соответственно, если сторона спора, заявляющая о ее взыскании, в судебные заседания не являлась с заявлением ходатайства о рассмотрении дела в ее отсутствие или без него, у нее вообще отсутствует право на присуждение компенсации, поскольку никакого времени на процесс она не затрачивала (Определение Приморского краевого суда от 01.09.2014 по делу N 33-7310).
Также суд может указать, что недобросовестность в поведении истца должна присутствовать в совокупности с неосновательностью заявленного им иска, что должно быть установлено в процессе рассмотрения и разрешения судебного дела (Апелляционное определение Тамбовского облсуда от 30.10.2013 по делу N 33-3081).
Если же основания для взыскания компенсации все-таки имеются, то можно рассчитывать на ее присуждение, например, когда истец идет в суд, достоверно зная об отсутствии для этого оснований (Апелляционное определение Свердловского областного суда от 08.07.2015 по делу N 33-9167/2015). Однако, как показывает практика, размер присуждаемой компенсации, как правило, крайне незначителен. Так, в Определении от 27.07.2010 по делу N 33-22265 Московский городской суд отметил правомерность взыскания в пользу истца с ответчика компенсации по правилам ст. 99 ГПК РФ в сумме 1000 рублей, поскольку со стороны последнего имело место противодействие правильному и своевременному рассмотрению дела.
В другом деле суд, отказав в удовлетворении заявленного иска, взыскал с истца в пользу ответчика компенсацию за фактически потраченное время в размере 500 рублей. Ответчик ссылался на то, что ввиду недобросовестно заявленного иска ему причинены нравственные и физические страдания, так как он является инвалидом 2 группы, поездки в суд для него были весьма затруднительны, в связи с чем он испытывал боли и физические страдания (Определение Московского областного суда от 29.04.2010 по делу N 33-8006).
Размер компенсации за фактическую потерю времени можно указывать по принципу "запрашивай больше - дадут все равно меньше", однако желательно ее сумму хоть как-то обосновать. Так, например, можно взять справку о размере среднего дневного заработка заявителя и, исходя из него, определить расчетным путем компенсацию с учетом количества затраченных часов (участие в судебных заседания и время на проезд в суд). Размер компенсации не следует привязывать к уровню минимальной заработной платы или прожитого минимума, поскольку данные показатели для этой цели не подходят (Апелляционное определение Московского областного суда от 10.11.2014 по делу N 33-24938/2014).
При сохранении размера заработка в период отсутствия заявителя на работе в связи с участием в судебном разбирательстве у него не возникает никаких убытков, что исключает его право на компенсацию за фактическую потерю времени (Определение Приморского краевого суда от 02.09.2015 по делу N 33-7776), хотя прямо из ст. 99 ГПК РФ такой вывод не следует. Закон предусматривает право на компенсацию при соблюдении определенных условий, притом что утрата дохода или возникновение убытков к ним не относятся. Однако заявитель должен считаться со сложившейся судебной практикой.
Аналогичным образом решается вопрос и в отношении дохода по гражданско-правовому договору: принимаются во внимание размер дохода, график выполнения заявителем по нему своих обязательств перед контрагентом и подтверждение того, что доход уменьшился именно в связи с участием в судебных заседаниях. Не исключено, что суды и при наличии всех подтверждающих документов найдут дополнительные основания для отказа, например укажут на то, что заявитель был не лишен возможности привлечь юриста для ведения дела, расходы на оплату услуг которого он может компенсировать за счет проигравшей стороны, а сам - сэкономить свое время.
Таким образом, данную компенсацию, скорее, можно использовать как дополнительный способ воздействия на оппонента, чтобы переломить сложившуюся ситуацию в свою пользу, равно как и иные подобные средства (инициирование нескольких процессов в разных судах и иных правоохранительных органах, чтобы оппонент был вынужден отвлекаться на их ведение, подача заявления о возбуждении дела о банкротстве, чтобы заблокировать ему участие в закупках, и др.).
В заключение отметим, что в гражданском процессе зарубежных государств приняты сходные процессуальные нормы, позволяющие защититься от недобросовестного участника судебного процесса. Так, в Казахстане существует сходное правовое регулирование с той лишь разницей, что данная компенсация за потерю времени рассматривается как убытки, что требует от заявителя необходимость доказывания целой совокупности обстоятельств: факт и размер убытков, наличие вины ответчика и прямой причинно-следственной связи между противоправным поведением ответчика и наступившими для заявителя неблагоприятными последствиями.
Согласно ст. 114 ГПК Республики Казахстан от 31.10.2015 N 377-V ЗРК по заявлению лица, участвующего в деле, со стороны, недобросовестно заявившей заведомо необоснованный иск или спор против обоснованного иска (лицо знало или должно было знать) либо систематически противодействовавшей правильному и быстрому рассмотрению и разрешению дела, суд может взыскать в пользу другого лица, участвующего в деле, компенсацию убытков за фактическую потерю времени.
Размер убытков определяется судом с учетом конкретных обстоятельств, в том числе исходя из действующих норм оплаты соответствующего труда в данной местности. Мотивированное заявление о взыскании убытков со стороны подается до окончания рассмотрения дела по существу и рассматривается судом одновременно с основным требованием. К заявлению о взыскании убытков должен быть приложен документ, подтверждающий уплату государственной пошлины. С учетом приведенной российской судебной практики можно с уверенностью сказать, что если в России компенсацию за фактическую потерю времени приравнять к убыткам, стандарт доказывания по которым позволяет отнести требование об их взыскании к числу наиболее сложных судебных исков, да еще и обложить его государственной пошлиной, то заявители смогут вообще забыть про саму возможность получения компенсации за фактическую потерю времени.
§ 4. Виды компенсаций за неисполнение судебного акта
Одной из наиболее острых проблем российского гражданского оборота является поведение некоторых его недобросовестных участников, которые вместо надлежащего исполнения своих договорных обязательств просчитывают выгоду от своих нарушений и соотносят ее с возможными негативными последствиями от применения к ним мер ответственности. Многих из них на совершение нарушений толкает несовершенство действующего законодательства РФ, которое не предусматривает адекватных нарушению штрафных мер.
Так, например, банки одно время поголовно со всех своих заемщиков-потребителей взимали комиссии за открытие и ведение ссудного счета, чего были делать не вправе, поскольку такой счет является бухгалтерским и предназначен не для совершения операций по нему, а всего лишь для отражения ссудной задолженности, самостоятельной ценности для потребителей не имеет. Однако при оспаривании такого условия потребитель смог рассчитывать на обратное взыскание списанной комиссии и штрафные проценты по ст. 395 ГК РФ, небольшую компенсацию морального вреда. Также банк могли оштрафовать за включение в кредитный договор условия о спорной комиссии как ущемляющей права потребителей по ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ.
Однако в суд и Роспотребнадзор пойдет ограниченное количество потребителей, в то время как подавляющее большинство даже не станут оспаривать незаконную комиссию, даже не подозревая, что их права были нарушены, либо не пожелав связываться с банком. Соответственно, выгода банка от допущенного нарушения в приведенном примере во многом превышает размер его возможной ответственности как перед потребителями, так и перед государством, в доход которого с него могут быть взысканы штрафы. Так, при сумме штрафа за нарушение прав одного потребителя от 10000 до 20000 рублей по ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ размер комиссии также с одного потребителя будет гораздо больше, что надлежащее исполнение закона для банка делает экономически невыгодным.
Можно привести и другой пример: если сотовый оператор с каждого из своих абонентов незаконно спишет по 1 рублю, кто-то из них этого даже может и не заметить. Однако при численности абонентов в 1000000 человек выгода недобросовестного оператора составит 1000000 рублей. Очевидно, что никто из абонентов не станет оспаривать незаконное списание денег со своего лицевого счета и деньги останутся у сотового оператора.
Многое зависит и от самих участников оборота. При отсутствии в договоре условия о неустойке, стимулирующей должника к надлежащему выполнению своих обязательств, он будет затягивать их выполнение, например задержит платежи, зная, что штрафные проценты существенно ниже среднерыночной ставки по краткосрочным банковским кредитам, что делает для него такое альтернативное "кредитование" коммерчески более привлекательным, чем обычный банковский кредит.
В связи с этим до тех пор, пока штрафные меры за невыполнение действующего законодательства РФ не будут превышать возможную выгоду от нарушения, недобросовестные участники гражданского оборота будут нацелены на ее извлечение вопреки своим обязательствам перед контрагентами. Данная ситуация ставит на повестку дня вопрос о поиске различных инструментов, позволяющих надлежащим образом защитить свои права и законные интересы.
Обращаясь с иском в суд, кредитор заявляет комплекс различных материальных и процессуальных требований - о взыскании задолженности, неустойки или штрафных процентов, о компенсации судебных расходов и т.д. Если суд посчитает данные требования обоснованными и удовлетворит, то на должника судебным решением возлагается обязанность компенсировать присужденные кредитору денежные суммы. Неисполнение должником принятого против него судебного акта о выплате определенной денежной суммы дает кредитору основания применить к нему меры ответственности, а также возможность проиндексировать присужденную сумму в суде общей юрисдикции и в арбитражном суде, если это было предусмотрено соглашением между ними.
В гражданском процессе кредитор вправе обратиться с заявлением в суд, принявший решение, об индексации присужденных в его пользу сумм. Индексация производится на день исполнения решения суда. Такое заявление рассматривается в отдельном заседании (ст. 208 ГПК РФ). Положения ст. 208 ГПК РФ являются процессуальной гарантией защиты имущественных интересов взыскателя от инфляционных процессов в период с момента вынесения судебного решения до его реального исполнения. Период с даты вынесения судебного решения, но до его вступления в законную силу при расчете индексации во внимание не принимается (Апелляционное определение Свердловского областного суда от 29.04.2014 по делу N 33-5816/2014).
Возможность индексации присужденных судом денежных сумм не ставится законом в зависимость от вины должника, поскольку индексация является не мерой гражданско-правовой ответственности должника за ненадлежащее исполнение денежного обязательства, а механизмом, позволяющим полностью возместить потери взыскателя от длительного неисполнения судебного решения в условиях инфляционных процессов в государстве (Определение Конституционного Суда РФ от 20.03.2008 N 244-О-П).
С заявлением об индексации присужденных сумм взыскатель вправе обратиться в любое время с момента вступления в силу судебного решения. Это связано с тем, что требование об индексации по своей правовой природе не является исковым, а представляет собой компенсационный механизм по возмещению потерь взыскателя от длительного неисполнения судебного решения в условиях обесценивания взысканных сумм, на которые сроки исковой давности не распространяются (Апелляционное определение Вологодского областного суда от 07.05.2014 по делу N 33-2266/2014).
Индексация на практике часто используется для перерасчета социальных выплат и пособий, которые в результате инфляции с момента их установления обесцениваются (Определение Верховного Суда РФ от 28.01.2010 N 18-В09-105), однако проиндексированы могут быть любые денежные суммы любого вида. В основу индексации положены индексы роста потребительских цен, которые, являясь экономическим показателем роста цен, объективно отражают уровень инфляции по месту проживания взыскателя (Апелляционное определение Верховного суда Республики Северная Осетия-Алания от 29.04.2014 по делу N 33-441/2014).
Данные индексы публикуются на сайтах территориальных органов Федеральной службы государственной статистики в соответствии с Постановлением Госкомстата РФ от 25.03.2002 N 23 "Об утверждении "Основных положений о порядке наблюдения за потребительскими ценами и тарифами на товары и платные услуги, оказанные населению, и определения индекса потребительских цен".
Для расчета индексации берется сумма долга, присужденная к уплате судебным решением. В нее не включаются суммы, которые фактически были погашены должником (Апелляционное определение Вологодского областного суда от 07.05.2014 по делу N 33-2224/2014). Если исполнение судебного акта приостанавливалось, это не влияет на возможность индексации суммы за весь период, включая приостановку исполнения (Апелляционное определение Липецкого областного суда от 07.05.2014 по делу N 33-1077а/2014).
Для целей расчета индексации принимается во внимание календарный месяц, поскольку именно он с учетом публикуемых показателей отражает инфляционный процесс в стране. Поэтому если решение суда исполнено в разумные сроки, период неисполнения составляет менее одного месяца, то оснований для применения индексации не имеется (Апелляционное определение Кемеровского областного суда от 19.06.2014 по делу N 33-6319). При расчете индексации присужденных сумм берется сумма долга, присужденная судебным актом, и умножается на индекс потребительских цен в каждом месяце, в котором имело место неисполнение судебного акта, делится на 100%. Затем суммируются все полученные цифры, итоговая величина и есть размер индексации, которую можно потребовать взыскать в суде (Апелляционное определение Московского городского суда от 28.04.2014 по делу N 33-15453).
В арбитражном процессе также существует возможность индексации, но только в случаях, предусмотренных законом или договором. Подобный закон отсутствует, а в своих договорах стороны, как правило, подобную возможность не предусматривают. Поэтому на практике они всегда получают отказ в удовлетворении заявления об индексации присужденных сумм (Постановление ФАС Поволжского округа от 03.06.2013 по делу N А12-14976/2010). Однако едва ли стоит специально оговаривать возможность и порядок осуществления индексации в договоре, учитывая, что сумма в любом случае будет небольшая. Участникам оборота гораздо выгодней будет просто заявить самостоятельное требование в суд о взыскании штрафных процентов по ст. 395 ГК РФ или фиксированной денежной суммы за неисполнение судебного акта.
В такой ситуации кредитор вправе предъявить должнику самостоятельное требование об уплате штрафных процентов по ст. 395 ГК РФ на сумму непогашенного долга с момента вступления судебного акта в законную силу и до момента фактического погашения задолженности. Такая возможность обусловлена тем, что присужденная ко взысканию судебным актом денежная сумма также является денежным обязательством, за неисполнение которого можно начислить проценты.
Правомерность начисления штрафных процентов вытекает из обязанности должника исполнить судебный акт с момента, когда он вступил в законную силу и стал для него обязательным, а не с момента, когда он получил требование от судебного пристава или обслуживающий должника банк списал деньги с его счета (Постановления Президиума ВАС РФ от 22.10.2013 N 6309/13, 01.03.2011 N 9647/10, 14.12.2010 N 8893/10). В связи с этим неисполнение должником судебного акта после вступления его в законную силу дает кредитору право применить к нему меры ответственности.
Штрафные проценты начисляются на всю сумму, указанную в судебном решении, целиком, включая основной долг, проценты, неустойку, те же штрафные проценты за неправомерное пользование чужими деньгами, судебные расходы и др. Базу для расчета штрафных процентов составляет итоговая денежная сумма, присужденная судом кредитору вне зависимости от правовой природы входящих в нее денежных выплат (п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 N 22 "О некоторых вопросах присуждения взыскателю денежных средств за неисполнение судебного акта").
Отметим, что данный подход не является новым, ранее он был сформирован в п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума ВАС РФ от 08.10.1998 N 13/14 "О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами" и с тех пор единообразно применяется в судебной практике (Постановление Президиума ВАС РФ от 26.11.2013 N 8628/13, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 12.02.2015 по делу N А40-178092/13, Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 08.09.2014 по делу N А09-1377/2014).
С иском о взыскании штрафных процентов кредитор вправе обратиться в пределах трехлетнего срока исковой давности по общим правилам подсудности, если специальный суд не оговорен в соглашении с должником. Штрафные проценты не начисляются на сумму долга на период отсрочки или рассрочки исполнения судебного акта, если они были предоставлены должнику судом (п. 4 Постановления N 22), кроме случая, когда между сторонами заключено мировое соглашение.
В такой ситуации предоставление отсрочки или рассрочки невозможно, поскольку мировым соглашением уже предусматривается рассрочка погашения задолженности, если только должник не представит доказательства, свидетельствующие о затруднительности или невозможности исполнения условий мирового соглашения и принятых на себя обязательств по погашению задолженности, и доказательства того, что, действуя разумно и добросовестно, он столкнулся с обстоятельствами, препятствующими своевременному и добровольному исполнению мирового соглашения или ограничивающими возможность совершения соответствующих действий (Постановление Президиума ВАС РФ от 26.11.2013 N 9884/13).
Помимо этого, штрафные проценты также нельзя будет начислить на неисполненное денежное обязательство, если оно связано с возвратом исполненного по недействительной сделке (реституционное обязательство). Данное обязательство должника подлежит исполнению наряду с реституционным обязательством самого кредитора (например, возврат имущества по недействительной сделке), поэтому до его выполнения кредитор не вправе начислять штрафные проценты. Иное же толкование возможности начисления истцом процентов за пользование чужими денежными средствами за неисполнение ответчиком реституционной обязанности по возврату денег нивелировалось бы встречным равнозначным требованием ответчика к истцу об уплате компенсационной денежной суммы за неисполнение реституционной обязанности по возврату имущества (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 03.02.2015 N Ф05-14846/2014).
Помимо возможности начислить штрафные проценты на сумму долга по судебному акту, в п. 3 Постановления N 22 указано на возможность взыскания судом в пользу кредитора на основании его ходатайства денежной компенсации. Такая компенсация взыскивается в случае, если предметом судебного решения является не уплата должником денежной суммы, а его обязанность совершить определенные действия или воздержаться от их совершения (например, снести самовольную постройку или демонтировать незаконно установленную рекламную конструкцию).
Такая компенсация за ожидание исполнения судебного акта (астрент, судебная неустойка) взыскивается с должника, который своевременно не исполнил свои обязательства перед кредитором, притом что они не являются денежными. Если не исполнено денежное обязательство, то кредитор не вправе ставить вопрос о взыскании данной компенсации, он сможет только потребовать уплаты штрафных процентов.
В Постановлении N 22 только указано на возможность взыскания денежной компенсации, но ничего не сказано насчет того, как ее следует определять и в каком размере. ВАС РФ обозначил только ряд критериев общего характера. Размер присуждаемой суммы определяется судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ).
Определяя размер присуждения денежных средств на случай неисполнения судебного акта, суд учитывает степень затруднительности исполнения судебного акта, возможности ответчика по добровольному исполнению судебного акта, его имущественное положение, в частности размер его финансового оборота, а также иные заслуживающие внимания обстоятельства.
При этом в результате такого присуждения исполнение судебного акта должно для ответчика оказаться более выгодным, чем его неисполнение. Очевидно, что ВАС РФ преследовал цель создания эффективных средств правовой защиты и пресечения недобросовестного поведения со стороны должников. Однако без конкретных критериев на практике будет непросто добиться взыскания значимых сумм с целью побуждения должников к исполнению судебных решений.
Денежные средства, присуждаемые истцу на случай неисполнения судебного акта, определяются в твердой денежной сумме, взыскиваемой единовременно, либо денежной сумме, начисляемой периодически; возможно также установление прогрессивной шкалы (например, за первую неделю неисполнения одна сумма, за вторую - сумма в большем размере и т.д.). Суд определяет момент, с которого соответствующие денежные средства подлежат начислению. Так, возможно начисление денежных средств с момента вступления решения в законную силу либо по истечении определенного судом срока, который необходим для добровольного исполнения судебного акта (ч. 2 ст. 174 АПК РФ).
Для взыскания данной компенсации кредитор должен подать соответствующее заявление, при его отсутствии суд присуждать ее не вправе (Постановление ФАС Уральского округа от 25.12.2014 N Ф09-9652/13). В пользу кредитора при обосновании своего заявления о взыскании рассматриваемой компенсации будут свидетельствовать длительное неисполнение должником судебного акта, отсутствие поданных суду ходатайств об отсрочке или рассрочке исполнения судебного акта, отсутствие уважительных причин для задержки исполнения, привлечение должника к ответственности (Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2015 N 15АП-22260/2014), в том числе наложение судебного штрафа или взыскание исполнительского сбора (Постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 27.11.2014 по делу N А79-13655/2012).
Тяжелое финансовое положение должника, отсутствие у него денежных средств и иных активов, нахождение в процедуре банкротства другие подобные обстоятельства не исключают права кредитора настаивать на взыскании такой компенсации, поскольку не освобождают должника от обязанности исполнить судебный акт (Постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 21.11.2014 по делу N А31-4909/2014), равно как и обжалование уже вступившего в законную силу судебного акта (Постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.11.2014 по делу N А14-13033/2013).
Если же должнику для исполнения судебного акта была предоставлена отсрочка или рассрочка, кроме случая заключения мирового соглашения, либо он обжалует не вступивший в законную силу судебный акт, кредитор на данной стадии не вправе ставить вопрос о присуждении ему астрента.
При определении размера компенсации суд учитывает, на какой стадии находится исполнение судебного акта, имелась ли у должника объективная возможность для его своевременного и надлежащего исполнения в установленный срок (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 12.08.2014 по делу N А41-20499/11). Если, например, для исполнения судебного акта, которым на должника возложена обязанность демонтировать и вывези с земельного участка сооружение, потребуется выполнение проектно-изыскательских работ, их согласование с компетентными государственными органами и совершение ряда других действий, то оснований для присуждения астрента не имеется (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 26.01.2015 N Ф06-11530/2013).
Исходя из анализа сложившейся в настоящее время судебной практики, можно привести следующие размеры компенсаций, которые присуждали суды за неисполнение судебного акта по неденежным требованиям:
- 50000 рублей вместо заявленных 605000 рублей за неисполнение в срок судебного решения о сносе самовольной постройки (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 30.01.2015 N Ф06-4952/2013);
- 50000 рублей вместо заявленного 1000000 рублей за нарушение установленного судебным актом срока выполнения работ в связи с тем, что она была выше даже заявленной суммы основного иска (Постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2014 по делу N А13-15881/2013);
- 200000 рублей и по 10000 рублей за каждую полную неделю вместо заявленных 8000000 рублей за неисполнение судебного акта о сносе самовольной постройки в связи с затруднительностью оперативного сноса ввиду его размера и необходимости привлечения специальной строительной техники (Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2015 N 15АП-22260/2014) и др.
Чем меньший размер компенсации за неисполнение судебного акта заявит кредитор, тем больше вероятность его удовлетворения в полном объеме. Так, например, в одном деле суд полностью удовлетворил требование участников общества о взыскании с общества компенсации за неисполнение судебного акта, которым на него была возложена обязанность передать документы о его деятельности, в размере до 3000 рублей за каждый день неисполнения судебного акта в течение первой недели с последующим удвоением суммы компенсации в течение последующих недель (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 27.01.2015 N Ф09-7016/13).
Поэтому кредитор должен в любом случае соотносить заявленную компенсацию со своими исковыми требованиями, которые были удовлетворены, поскольку присуждаемую компенсацию за ожидание исполнения суд не будет присуждать в большем размере, чем объем защищаемого права. Так, например, в случае если должник (администрация публичного образования) обязывается судом к совершению действий, направленных на принятие решения об изъятии путем выкупа земельного участка, то результатом исполнения такого судебного акта является именно подготовка проекта решения об изъятии имущества, но не заключение самого договора купли-продажи. В связи с этим цена такого участка, на которую вправе претендовать кредитор, не учитывается при решении вопроса о присуждении астрента, поскольку в данном случае не исполняется только судебный акт об обязанности подготовить проект решения (Постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.12.2014 N 18АП-12699/2014, 18АП-13950/2014).
Также кредитор должен исходить из вышеуказанных факторов, которые влияют на определение ее размера и о которых мы упомянули выше (длительность неисполнения, наличие уважительных причин и др.). Такая компенсация может быть взыскана по любым гражданским делам, где судебным актом на должника возлагается обязанность совершить определенные действия, в том числе по обособленному спору в деле о банкротстве, в рамках которого на бывшего руководителя должника возлагается обязанность передать бухгалтерские и иные документы (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 30.12.2014 по делу N А55-31176/2011). Однако данную компенсацию нельзя будет взыскать в случаях, которые не попадают под регулирование норм гражданского законодательства РФ, которое в силу ст. 2 ГК РФ не применимо к отношениям, основанным на административном или ином властном подчинении одной стороны другой.
Ее нельзя взыскать с налогового органа за нарушение срока возврата из бюджета сумм налога (Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.02.2015 по делу N А56-30865/2013), с ФСС РФ - за нарушение срока возврата излишне уплаченных страховых взносов, поскольку последствия их несвоевременного возврата урегулированы в ст. 26 Федерального закона от 24.07.2009 N 212-ФЗ "О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования и территориальные фонды обязательного медицинского страхования" (Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.11.2014 N 09АП-47715/2014).
Компенсацию также не получится взыскать по судебным делам, принятым в порядке административного судопроизводства по правилам гл. 24 АПК РФ в отношении публично-правовых споров, поскольку Постановление N 22 предусматривает возможность взыскания компенсации по неденежному требованию в рамках дел, рассматриваемых в порядке искового производства (Постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 29.09.2014 N 05АП-10854/2014).
А вот за неисполнение судебных актов, предусматривающих взыскание за счет средств бюджетов бюджетной системы РФ, можно получить компенсацию, поскольку нормы БК РФ, несмотря на свою публичную правовую природу, не исключают такой возможности, учитывая, что спор носит частный характер. Нормы БК РФ не регулируют имущественные гражданско-правовые отношения, не затрагивают соотношение прав и обязанностей их участников и сами по себе не изменяют оснований и условий применения мер гражданско-правовой ответственности (Постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 29.09.2014 N 06АП-4837/2014).
Взыскание с должника данной компенсации стимулирует его к своевременному исполнению судебного акта и своих обязательств перед кредитором, восстанавливает нарушенные права кредитора, обеспечивает стабильность гражданского оборота и поддержание авторитета судебной власти.
Дополнительно отметим, что в силу ст. 308.3 "Защита прав кредитора по обязательству" часть 1 данной статьи предусматривает взыскание астрента уже на уровне закона: суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (п. 1 ст. 330 ГК РФ) на случай неисполнения указанного судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ).
Однако необходимо отметить, что причитающиеся кредитору денежные средства в качестве штрафных процентов в полной мере могут не компенсировать всех его имущественных потерь, поскольку это всего лишь минимальная плата за пользование его деньгами. Добросовестно рассчитывая на получение своих денежных средств к определенному сроку, кредитор мог их инвестировать в те или иные бизнес-проекты, рассчитаться со своими контрагентами, заплатить налоги и сборы в бюджет и т.д.
Неполучение кредитором в срок своих денег лишает его возможности воспользоваться своим имуществом, а полученные штрафные проценты в достаточной мере его нарушенные права и законные интересы не восстанавливают.
Кроме того, даже штрафные проценты как минимальную плату за неправомерное пользование чужими деньгами суд по заявлению должника в порядке ст. 333 ГК РФ может уменьшить, если придет к выводу о явной несоразмерности процентов последствиям нарушенного обязательства (абз. 3 п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 N 81 "О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации").
Поскольку суды допускают право участников гражданского оборота использовать в заключенном договоре неустойку как способ обеспечения исполнения обязательств (ст. 330 ГК РФ), то нет и препятствий вместо предусмотренных ст. 395 ГК РФ процентов на неисполненную по судебному решению денежную сумму начислять неустойку, заранее согласованную сторонами в своем договоре (ст. 421 ГК РФ) <40>.
--------------------------------
<40> Бычков А.И. Как добиться от ответчика своевременного исполнения решения суда // Экономика и жизнь. 2015. N 11.
Цель включения в соглашение условия о неустойке за каждый день просрочки в случае несвоевременного исполнения вступившего в законную силу судебного решения заключается в установлении согласованной в договорном порядке возможности кредитора компенсировать свои потенциальные имущественные потери, вызванные неполучением денежных средств, на которые он разумно мог рассчитывать. Такое условие не противоречит закону и не ущемляет прав и законных интересов должника в обязательстве, поскольку он при согласовании договора был вправе не подписывать его в предложенной редакции.
Кроме того, должник не лишен возможности незамедлительно исполнить вступившее в законную силу судебное решение и тем самым избежать просрочки и начисления штрафных процентов. Если же он произвести погашение возникшего долга не успел, то обязан заплатить проценты как плату за пользование чужими деньгами.
Это в полной мере согласуется с правилами ст. 395 ГК РФ, которая из круга денежных обязательств, при нарушении которых могут начисляться штрафные проценты, не исключает обязательство, установленное вступившим в силу судебным актом. Нет соответствующих запретов и в нормах публичного права, регламентирующих процедуры исполнительного производства. Правила о неустойке, закрепленные в § 2 гл. 23 ГК РФ с учетом принципа свободы договора (ст. 421 ГК РФ), не исключают возможности ее установления за неисполнение судебного акта, равно как и не содержат указания на то, что за такое нарушение ее предусматривать нельзя.
Исполнение судебного акта, безусловно, несет в себе элементы публичности, поскольку регламентировано нормами АПК РФ и Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве". Однако судебным решением о взыскании денежных средств или об установлении обязанности для должника совершить в пользу кредитора определенные действия на него возлагается обязательство (ст. 307 ГК РФ), которое он обязан исполнить, а кредитор вправе требовать его исполнения (ст. ст. 309, 310 ГК РФ). Данное обязательство вполне можно обеспечить неустойкой.
В данном случае содержанием акцессорного обязательства об установлении неустойки является не надлежащее исполнение судебного акта, а надлежащее исполнение самого обязательства, необходимость исполнения которого для должника предусмотрена таким судебным актом. В связи с этим никаких препятствий для распространения правил о неустойке на подобные обязательства нет. Неустойка в большей мере, чем штрафные проценты, сможет удовлетворить законный интерес кредитора в компенсации неполученных доходов от присужденных сумм. Однако такое условие должно быть четко сформулировано в договоре кредитора с его должником.
За нарушение должником срока исполнения своего денежного обязательства перед кредитором он обязуется заплатить штрафную неустойку в размере 0,9% на всю сумму денежного обязательства за каждый календарный день просрочки, включая дату погашения долга, и убытки в полной сумме сверх нее. Аналогичный порядок применяется и в отношении любых денежных сумм, присужденных в пользу кредитора судом.
Неустойка также подойдет вместо использования астрента, который введен в российский правопорядок Постановлением N 22. Указание в договоре неустойки на случай неисполнения судебного акта, возлагающего на должника выполнение того или иного действия, может оказаться более действенным и эффективным, чем применение астрента, размер которого в каждом конкретном случае определяет суд. Более того, учитывая возможность ревизии всех правовых позиций ВАС РФ Верховным Судом РФ, не следует исключать того, что рассматриваемый процессуальный институт может быть упразднен.
Дополнительным аргументом в пользу возможности установления неустойки на случай неисполнения судебного акта является ст. 308.3 "Защита прав кредитора по обязательству", о которой мы уже упомянули выше. Формулируя право суда взыскать определенную денежную сумму с должника в пользу кредитора на случай неисполнения судебного акта, законодатель делает ссылку на п. 1 ст. 330 ГК РФ, касающийся неустойки.
Кредитор с целью облегчения себе процесса расчета компенсации за неисполнение судебного акта, которым должника суд обязывает совершить определенные действия или воздержаться от их совершения, может также в договоре с должником согласовать неустойку. Тогда он будет избавлен от необходимости производить расчет суммы компенсации и просто применит договорное условие о неустойке. Ее, конечно, суд сможет снизить на основании ст. 333 ГК РФ, но только по заявлению должника, сделанному в суде первой инстанции. При этом должник будет обязан доказать, что размер неустойки является несоразмерным последствиям нарушенного обязательства. Это условие в договоре может быть сформулировано следующим образом: "За нарушение должником срока выполнения работ по настоящему договору он обязуется заплатить в пользу кредитора штрафную неустойку в размере 0,9% от общей цены по договору за каждый календарный день просрочки, включая дату погашения долга, и в полной сумме возместить все причиненные убытки. Аналогичный порядок применяется и в случае, когда обязанность должника выполнить определенные работы возлагается на него судебным решением".
Таким образом, кредитор в случае неисполнения принятого в его пользу судебного акта располагает определенным набором достаточно эффективных правовых инструментов, которые могут защитить его права и законные интересы. Для этого ему следует изначально согласовать их в договорах со всеми своими контрагентами и в случае необходимости задействовать их.
Помимо астрента, взыскатель также при определенных обстоятельствах вправе рассчитывать на присуждение в его пользу компенсации за счет казны РФ за ненадлежащую работу судебной и исполнительной ветвей государственной власти в соответствии с Федеральным законом 30.04.2010 N 68-ФЗ "О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок". При этом взыскание с органов или должностных лиц в порядке регресса денежных средств, выплаченных из казны РФ во исполнение решения суда о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок, не допускается (ответ на вопрос N 3 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 3 (2015), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.11.2015).
Возможность реализации права на судопроизводство в разумный срок или на исполнение судебного акта в разумный срок ограничена сроком исковой давности. В случае нарушения права на судопроизводство в разумный срок по гражданским и уголовным делам заявление может быть подано:
- в шестимесячный срок с момента вступления в законную силу последнего судебного акта по делу (пп. 1 п. 5 и п. 6 ст. 3 Закона);
- или же до окончания производства по делу, по которому было допущено нарушение, если продолжительность рассмотрения дела превысила три года и заявитель ранее обращался с заявлением об ускорении его рассмотрения по гражданскому делу (пп. 2 п. 5 ст. 3 Закона);
- или же до прекращения уголовного преследования или до вступления в законную силу обвинительного приговора суда, если продолжительность производства превысила четыре года и заявитель обращался ранее с заявлением об ускорении его рассмотрении (п. 7 ст. 3 Закона).
В случае нарушения права на исполнение судебного акта в разумный срок по гражданским и уголовным делам заявление может быть подано до окончания производства по исполнению судебного акта, но не ранее чем через шесть месяцев со дня истечения срока для исполнения судебного акта в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации или не позднее чем через шесть месяцев со дня окончания производства по исполнению судебного акта (п. 8 ст. 3 Закона).
Действующее процессуальное законодательство РФ не предусматривает для заявителя возможности восстановления срока на реализацию рассматриваемого права в случае его пропуска. Вместе с тем в порядке ст. 205 ГК РФ для граждан срок может быть восстановлен судом при наличии обстоятельств, препятствующих своевременному обращению в суд, если последний признает их уважительными, как то: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п., поскольку данная норма по своему характеру является императивной, не предусматривает оснований и порядка иного правового регулирования специальными законами и в полной мере согласуется с положениями Закона.
Заявления о нарушении права на судопроизводство в разумный срок или на исполнение судебного акта в разумный срок по гражданским или уголовным делам, находящимся в ведении судов общей юрисдикции, рассматриваются соответственно судами общей юрисдикции, а по гражданским делам, находящимся в ведении арбитражных судов, - арбитражными судами в соответствии с действующим процессуальным законодательством РФ (п. п. 1 и 2 ст. 3 Закона).
В качестве суда первой инстанции по гражданским и уголовным делам, подсудным мировым судьям, районным, а также гарнизонным военным судам, выступают соответственно верховный суд республики, краевой, областной суды, суд города федерального значения, автономной области, автономного округа, окружной (флотский) военный суд, а по гражданским и уголовным делам, подсудным федеральным судам, за исключением районных и гарнизонных военных судов, - Верховный Суд РФ (пп. 1 и 2 п. 3 ст. 3 Закона); в качестве суда первой инстанции по гражданским делам, подсудным арбитражным делам, - федеральный арбитражный суд округа (пп. 3 п. 3 ст. 3 Закона). Требование о присуждении компенсации может быть также изложено в заявлении о пересмотре судебного акта в порядке надзора (п. 4 ст. 3 Закона).
Законом не определены верхняя и нижняя граница размера присуждаемой компенсации, а его ст. 2 содержит указание на то, что он определяется судом исходя из требований заявителей, обстоятельств дела, по которому было допущено нарушение, продолжительности нарушения и значимости его последствий для заявителя, а также с учетом принципов разумности, справедливости и практики Европейского суда по правам человека. Статистический анализ практики данного суда свидетельствует, что размер присуждаемой компенсации колеблется в среднем от 2000 евро до 25000 евро (см., к примеру, Постановление от 01.10.2009 по делу Кимля и другие против России (Kimlya and Others v. Russia (N 76836/01, 32782/03), Постановление от 06.10.2009 по делу C.C. против Испании (C.C. v. Spain, N 1425/06) и др.).
При оценке обоснованности поданного заявления о взыскании рассматриваемой компенсации суд учитывает все заслуживающие внимания обстоятельства: длительность процесса и факторы, которые на нее повлияли (отложение разбирательства, приостановление производства по делу, привлечение третьих лиц), поведение сторон спора, наличие или отсутствие у заявителя негативных последствий, утрату возможности исполнения принятого по делу судебного акта (решение Арбитражного суда Московского округа от 18.01.2016 N Ф05-17548/15(1)), необходимость совершения дополнительных процессуальных действий по делу в связи с объединением дел, уточнением исковых требований, предоставлением возможности обсудить условия мирового соглашения (решение Арбитражного суда Московского округа от 14.01.2016 N Ф05-18109/15(1)) и др.
Согласно п. п. 43 и 44 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.03.2016 N 11 "О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок" при оценке правовой и фактической сложности дела надлежит принимать во внимание обстоятельства, затрудняющие рассмотрение дела, число соистцов, соответчиков и других участвующих в деле лиц, необходимость проведения экспертиз, их сложность, необходимость допроса значительного числа свидетелей, участие в деле иностранных лиц, необходимость применения норм иностранного права, необходимость обращения за правовой помощью к иностранному государству. При этом такие обстоятельства, как рассмотрение дела различными судебными инстанциями, участие в деле органов публичной власти, сами по себе не могут свидетельствовать о сложности дела.
Действия суда признаются достаточными и эффективными, если они осуществляются в целях своевременного рассмотрения дела, в частности, судом эффективно проводилась подготовка дела к судебному разбирательству, осуществлялось руководство ходом судебного заседания в целях создания условий для всестороннего и полного исследования доказательств и выяснения обстоятельств дела, а также из судебного разбирательства устранялось то, что не имело отношения к делу.
В связи с этим исследованию подлежат вопросы, связанные со своевременностью назначения дела к слушанию, проведением судебных заседаний в назначенное время, обоснованностью отложения дела, сроками изготовления судьей мотивированного решения и направления его сторонам, полнотой осуществления судьей контроля за выполнением работниками аппарата суда своих служебных обязанностей, в том числе по извещению участвующих в деле лиц о времени и месте судебного заседания, своевременным изготовлением протокола судебного заседания и ознакомлением с ним сторон, полнотой и своевременностью принятия судьей мер в отношении участников процесса, в частности мер процессуального принуждения, направленных на недопущение их процессуальной недобросовестности и процессуальной волокиты по делу, осуществлением судьей контроля за сроками проведения экспертизы, наложением штрафов, а также мер в отношении других лиц, препятствующих осуществлению правосудия, и т.д.
В заключение отметим, что и сами участники гражданского оборота должны в судебном процессе действовать добросовестно и разумно, оперативно реагировать, в том числе и на упущения, допускаемые самим судом, поскольку всегда существует риск судебной ошибки. Выявление таких обстоятельств и применение защитных мер (сообщение о нарушениях суду, обжалование судебных актов, самостоятельные действия с учетом конкретной правовой ситуации и др.) позволит участнику спора добиться правильного и своевременного разрешения спора, поскольку в противном случае он рискует получить решение не в свою пользу, в том числе и по формальным основаниям. Это можно проиллюстрировать на примере ситуации с вручением судебной повестки иностранного суда российскому участнику спора.
Конвенция о вручении за границей судебных и внесудебных документов по гражданским или торговым делам, заключенная в г. Гааге 15.11.1965, вступившая в силу для РФ 01.12.2001, предусматривает вручение судебных и внесудебных документов, производится путем обращения органа или судебного должностного лица запрашивающего государства с запросом о вручении документов к центральному органу запрашиваемого государства, назначенного принимать такие запросы. Дальнейшее вручение судебных и внесудебных документов адресату в запрашиваемом государстве производится указанными центральным органом способами, установленными в ст. 5 данной Конвенции.
На основании ст. ст. 8, 10 Гаагской конвенции от 15.11.1965 каждое договаривающееся государство вправе осуществлять с помощью своих дипломатических или консульских агентов вручение, без применения мер принуждения, судебных документов лицам, находящимся за границей. Если запрашиваемое государство не заявляет возражений, названная Конвенция не препятствует:
- возможности непосредственно посылать по почте судебные документы лицам, находящимся за границей;
- возможности судебных и иных должностных лиц или других компетентных лиц запрашивающего государства вручать судебные документы, прибегая непосредственно к услугам судебных и иных должностных лиц или других компетентных лиц запрашиваемого государства;
- возможности любого лица, участвующего в судебном разбирательстве, вручать судебные документы, непосредственно прибегая к услугам судебных и иных должностных лиц или других компетентных лиц запрашиваемого государства.
В ст. 21 Гаагской конвенции от 15.11.1965 предусмотрено, что каждое государство при сдаче на хранение ратификационной грамоты или документа о присоединении либо позднее уведомляет Министерство иностранных дел Нидерландов в том числе о назначении органов, уполномоченных на совершение предусмотренных Конвенцией действий, а также о своих возражениях против использования вышеуказанных способов передачи. Российская Федерация присоединилась к Гаагской конвенции 01.05.2001 на основании Федерального закона от 12.02.2001 N 10-ФЗ "О присоединении Российской Федерации к Конвенции о вручении за границей судебных и внесудебных документов по гражданским или торговым делам", сделав ряд заявлений, среди которых было возражение против применения упрощенной процедуры судебного извещения, т.е. согласившись только на официальное, а не на обычное судебное извещение, направляемое непосредственно самим участникам процесса, несмотря на то что оно является более эффективным. От соблюдения указанного требования, являющегося частью публичного правопорядка РФ, зависит возможность признания и приведения в исполнение решения иностранного суда.
Получение российским участником спора судебного извещения о возбужденном против него за рубежом процессе в ситуации, когда государство, в котором расположен соответствующий суд, является стороной рассматриваемой Конвенции, дает ему право оставить его без внимания без риска негативных последствий, поскольку оно ни к чему его не обязывает (Постановление Президиума ВАС РФ от 28.01.2014 N 3366/13). Если же он все-таки решит принять участие в судебном разбирательстве, то должен учитывать утрату права на выдвижение в дальнейшем возражений относительно неофициального судебного извещения в силу уже упоминавшегося нами принципа эстоппель.
При рассмотрении спора с участием иностранного участника в российском суде при направлении ему извещения о начатом процессе принимается во внимание, каким международным договором между РФ и страной места нахождения иностранного участника регулируется порядок направления судебных извещений. Если его страна так же, как и Россия, является участницей Гаагской конвенции от 15.11.1965, то суд учитывает, был ли порядок упрощенного извещения (напрямую участнику разбирательства, минуя официальные процедуры) воспринят такой страной или она сделала какие-либо оговорки.
Если никаких оговорок сделано не было, то российский суд вправе направлять судебное извещение иностранному участнику напрямую по месту его нахождения, и такое извещение будет считаться надлежащим. К такому выводу пришли, в частности, ФАС Северо-Западного округа в Постановлении от 07.11.2012 по делу N А56-47322/2011, отклонив возражения представителей кипрской компании о том, что она не была извещена о времени и месте разбирательства, и ФАС Московского округа в Постановлении от 12.07.2012 по делу N А40-67930/09-48-531, отклонивший возражения представителей итальянской компании.
Помимо соблюдения в отношении российских участников спора, рассматриваемого за рубежом, вышеуказанного порядка направления судебных извещений, иностранный суд должен также перед началом процедуры дождаться получения официального ответа от компетентного органа РФ. Так, суд в одном деле установил, что Муданьцзянская арбитражная комиссия приняла меры к уведомлению российского юридического лица о рассмотрении спора путем направления через компетентные органы КНР и России поручения Пермскому краевому суду об извещении российского юридического лица о судебном разбирательстве. Вместе с тем уведомление о результатах исполнения данного поручения Министерством юстиции РФ было направлено в Министерство юстиции КНР письмом 06.02.2008, тогда как Муданьцзянская Арбитражная комиссия открыла заседание уже 08.06.2007, т.е. до получения сведений об извещении ответчика о времени и месте его проведения.
Исходя из этого, суд сделал обоснованный вывод о том, что решение было принято Муданьцзянской арбитражной комиссией в отсутствие ответчика, не извещенного о времени и месте рассмотрения дела. Поэтому данное решение не подлежит признанию и приведению в исполнение на территории РФ в силу п. 2 ч. 1 ст. 244 АПК РФ (Постановление ФАС Дальневосточного округа от 18.03.2009 N Ф03-5393/2008).
§ 5. Судебный штраф
В главе I настоящей книги мы уже рассмотрели вопросы, связанные с противодействием суда недобросовестному процессуальному поведению участников спора. Помимо этого, в распоряжении суда имеется и куда более действенный и эффективный инструмент обеспечения порядка в судебных заседаниях и надлежащего исполнения сторонами своих процессуальных обязанностей, пресечения различных злоупотреблений. Таким инструментом является судебный штраф, который на нарушителя налагается в порядке и в размерах, которые предусмотрены законом, и взыскивается в доход федерального бюджета. Размеры штрафов в арбитражном процессе (ст. 119 АПК РФ) приведены в таблице.
N Виды нарушений Размер штрафа
1. Неизвещение о корпоративном споре участников компании, членов ее органов управления, органов контроля, регистратора и депозитария 5000 рублей
2. Неизвещение о принятии заявления об обеспечении иска по корпоративным спорам лиц, участвующих в деле, и компании, которую они касаются 2500 рублей на граждан и 5000 рублей на лицо, возглавляющее единоличный или коллегиальный исполнительный орган
3. Злоупотребление процессуальными правами и невыполнение процессуальных обязанностей лицом, обратившимся с иском в защиту интересов группы лиц 2500 рублей на граждан и 5000 рублей на лицо, возглавляющее единоличный или коллегиальный исполнительный орган, и 10000 рублей на организации
4. Остальные нарушения 2500 рублей на граждан, 5000 рублей
на должностных лиц и 100000 рублей
на организации
Вопрос о наложении судебного штрафа разрешается в судебном заседании - в том же, где присутствует нарушитель с целью оперативного пресечения нарушения (Определение Конституционного Суда РФ от 22.03.2012 N 559-О-О), или в отдельном, если он на нем не присутствовал. Его неявка в случае, если он был надлежащим образом извещен о времени и месте судебного разбирательства, в том числе когда не обеспечил получение почтовой корреспонденции по адресу своего места жительства (Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 15.02.2016 по делу N А33-4944/2015), не является препятствием для рассмотрения данного вопроса.
Определение суда о наложении штрафа подлежит исполнению немедленно, что не приостанавливает даже его обжалование. Нарушитель вправе подать жалобу на определение в течение десятидневного срока с момента его получения (ст. 120 АПК РФ). Наложение судебного штрафа является исключительной мерой, которую суд реализует в крайнем случае, однако ее использование в любом случае относится к дискреционным полномочиям суда, который может по своему усмотрению отказаться ее применять.
Для ее применения суд оценивает все заслуживающие внимания обстоятельства дела, которые влияют на принятие решения: в чем конкретно выразилось допущенное участником процесса нарушение и насколько существенным оно является, имелась ли у него реальная возможность исполнить возложенные на него обязанности или нет, были ли какие-то препятствия для исполнения обязанностей (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 14.12.2015 N Ф05-8259/2015), существуют ли уважительные причины такого поведения и др. (Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 25.06.2015 N Ф02-2296/2015). Выяснение данных обстоятельств составляет так называемый локальный предмет доказывания по делу, позволяющий совершить процессуальное действие <41>.
--------------------------------
<41> Ярков В.В. Познание и доказывание процессуальных юридических фактов (отдельные вопросы) // Юрист. 2013. N 19.
Поскольку в ст. 119 АПК РФ приведен не исчерпывающий перечень случаев, когда суд вправе наложить штраф на нарушителя, это могут быть самые различные действия, которые явно направлены на дезорганизацию судебного процесса, затруднения рассмотрения дела по существу и в конечном итоге на умаление судебной власти, подрыв ее авторитета, которые необходимо пресекать.
Это могут быть не только активные действия участников процесса, совершенные непосредственно в судебных заседаниях по делу, например заявление необоснованных ходатайств, в том числе по несколько раз (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 03.09.2014 по делу N А70-9973/2012), ненаправление сторонам отзыва и иных процессуальных документов по делу (Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 14.01.2015 N Ф02-5946/2014), выраженное субъективное недоверие к суду, не подкрепленное конкретными фактами, высказывания о пристрастности (Постановление ФАС Дальневосточного округа от 25.12.2013 N Ф03-6518/2013), но и иные проступки, например составление процессуальных документов с использованием оскорбительных и уничижительных формулировок, личных выпадов в адрес судей, что является недопустимым и противоречит общепринятым стандартам профессионального поведения.
Здесь также следует отметить, что в настоящее время требование об ответственном и сдержанном поведении в процессе относится прежде всего и к самим судьям, которые должны профессионально и добросовестно руководить ходом разбирательства, обеспечивать всестороннее, полное и объективное рассмотрение дела, поскольку некоторые из них не только не реагируют на неэтичное поведение отдельных участников спора, но иногда и сами неподобающе ведут себя в судебном заседании. Эта проблема была отмечена еще в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 07.02.1967 N 35 "Об улучшении организации судебных процессов и повышении культуры их проведения" и, к сожалению, не утратила своей значимости до сих пор, даже больше того - стала еще актуальней.
В ст. 2 АПК РФ указано, что задачами судопроизводства в арбитражных судах являются в том числе: формирование уважительного отношения к закону и суду; содействие становлению и развитию партнерских деловых отношений, формированию обычаев и этики делового оборота. В соответствии с ч. 1 ст. 120 Конституции РФ, ч. 4 ст. 1 Закона Российской Федерации от 26.06.1992 N 3132-1 "О статусе судей в Российской Федерации" судьи независимы и подчиняются только Конституции РФ и федеральному закону; в своей деятельности по осуществлению правосудия они никому не подотчетны.
Не ставя под сомнение право любого лица, участвующего в деле, на обжалование (критику) судебных актов, принятых по делу, возможность обжалования которых предусмотрена законом, необходимо при этом всегда учитывать, что такая критика во всяком случае должна не нарушать общепринятых норм вежливости, разумности и добросовестности.
В преамбуле Международного пакта о гражданских и политических правах от 16.12.1965 закреплено, что признание достоинства, присущего всем членам человеческого сообщества, является основой свободы, справедливости и всех неотъемлемых прав личности. В соответствии со ст. 21 Конституции РФ государство обязано охранять достоинство личности во всех сферах, чем утверждается приоритет личности и ее прав (ч. 2 ст. 17, ст. 18). Из этого следует, что личность в ее взаимоотношениях с государством выступает не как объект государственной деятельности, а как равноправный субъект, который может защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (ч. 2 ст. 45) и спорить с государством в лице любых его органов. Таким образом, презумпция равенства человека и государства предполагает взаимное признание и уважение.
Из приведенных положений следует, что государство, устанавливая правопорядок, в котором каждый может себя реализовывать, в том числе и в профессиональной деятельности, гарантирует защиту человеческого достоинства всех лиц: как наделенных в конституционном порядке полномочиями осуществлять правосудие и исполняющих свои обязанности на профессиональной основе, так и способствующих осуществлению правосудия, а также лиц, участвующих в деле.
В силу положений ч. 7 ст. 11 Кодекса судейской этики, утв. VIII Всероссийским съездом судей 19.12.2012, судья должен соблюдать высокую культуру поведения в процессе, поддерживать порядок в судебном заседании, вести себя достойно, терпеливо, вежливо в отношении участников процесса и других лиц, присутствующих в судебном заседании. Более того, судья должен требовать такого же поведения от участников процесса и всех лиц, присутствующих в судебном заседании, а также от работников аппарата суда.
Как указано в ч. 4 ст. 10 названного Кодекса, судья должен проявлять корректность в общении с гражданами, с уважением относиться к нравственным обычаям и традициям народов, учитывать культурные и иные особенности различных этнических и социальных групп и конфессий, способствовать межнациональному и межконфессиональному согласию, не допускать конфликтных ситуаций, способных нанести ущерб его репутации или авторитету судебной власти.
Нарушителю не удастся обосновать свою несдержанность утверждением о том, что высказанная им жесткая критика представляет собой гражданскую позицию, высказанную в рамках, предусмотренных п. 2 ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, заключенной в г. Риме 04.11.1950, и направленную на привлечение внимания суда кассационной инстанции к проблемам, возникшим при рассмотрении дела в нижестоящих инстанциях, поскольку в отношении судей законодательством предусматривается повышенный уровень правовых гарантий ввиду необходимости обеспечения надлежащего осуществления правосудия. Посягательство на достоинство судьи, который олицетворяет судебную власть - власть РФ при осуществлении правосудия, является посягательством на институт государственной власти.
Неуважение к суду в письменных обращениях в суд может выражаться в употреблении неприличных, провокационных выражений. Такие действия лица могут расцениваться как злоупотребление правом на суд (Постановление Европейского суда по правам человека от 06.04.2006 по делу "Черницын (Chernitsyn) против Российской Федерации" (жалоба N 5964/02)). Общепризнанные стандарты поведения юридического представителя в суде предполагают, что представитель должен соблюдать нормы соответствующего процессуального законодательства, проявлять уважение к суду и лицам, участвующим в деле (п. п. 2, 6 Международного кодекса этики юриста (впервые принят в 1956 г.), п. п. 4.3, 5.1.2 Хартии основных принципов европейских юристов, принятой в Брюсселе 25.11.2006, и Кодекса профессиональной этики европейских юристов от 28.10.1988, ст. 12 Кодекса профессиональной этики адвоката, принят Всероссийским съездом адвокатов 31.01.2003, и др.).
Определение о наложении штрафа обеспечивает не только интересы добросовестных участников процесса, заинтересованных в разрешении спора и установлении правовой определенности и в этих целях обращающихся к правосудию, но и публичные интересы, так как является надлежащим и законным способом контроля общественности за недобросовестным процессуальным поведением конкретных лиц, не уважающих общепризнанные каноны правосудия и нормы закона о поведении в суде. Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда РФ от 20.07.2015 N 305-ЭС15-7212.
Представители лиц, участвующих в деле, вправе использовать различные средства выразительности. Вместе с тем они обязаны проявлять подобающие юристу - представителю лица, участвующего в деле, достоинство, вежливость, терпеливость, исключая тем самым потенциальную конфликтную ситуацию, способную нанести ущерб репутации судей или авторитету судебной власти РФ.
В частности, выбранный представителем невежливый, без должной терпимости стиль изложения доводов в процессуальных документах, адресованных лицам, участвующим в деле, иным участникам процесса и суду, не способствует формированию уважительного отношения к закону и суду; не позволяет надлежащим образом реализовывать задачи судопроизводства в арбитражных судах, в частности о содействии становлению и развитию партнерских деловых отношений, формированию обычаев и этики делового оборота. Такой стиль оформления документов по своей сути направлен на умаление чести и достоинства как лиц, участвующих в деле, иных участников процесса, так и судей, осуществляющих правосудие на профессиональной основе. В связи с чем за такое процессуальное поведение суд вправе наложить штраф (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 25.08.2015 N С01-339/2015).
Участнику спора следует всегда в судебном заседании вести себя сдержанно вне зависимости от перспектив своего дела, поскольку в противном случае он рискует быть оштрафованным за неуважение к суду, как это произошло с одним предпринимателем. Он в суде оспаривал приказ о приостановлении своей алкогольной лицензии и в судебном заседании договорился до того, что заявил о якобы имевших место закупках самим судом, в котором рассматривалось дело, не имеющим соответствующей лицензии, водки у организации оптовой торговли, аккредитованной в Магаданской области, также не имеющей лицензии, и использования алкогольной продукции арбитражным судом в качестве противозамерзающей жидкости при эксплуатации автомобиля в зимнее время (для протирания стекол) и о невозможности привлечения арбитражного суда к ответственности.
Предприниматель, правда, потом оговорился, что его высказывание относится к деятельности арбитражного суда как юридического лица и субъекта гражданского оборота, однако все равно за изложенные в жалобе сведения суд наложил на него штраф (Постановление ФАС Дальневосточного округа от 26.04.2005 по делу N Ф03-А80/05-1/596).
Размеры штрафов, применяемых в гражданском процессе (гл. 8 ГПК РФ), приведены в таблице.
N Виды нарушений Размер штрафа
1. Неизвещение в пятидневный срок суда о невозможности представить истребуемые доказательства в установленный срок, а также их непредставление (п. 3 ст. 58 ГПК РФ) До 1000 рублей на должностных лиц и до 500 рублей на граждан
2. Непредставление в установленный судом срок экспертного заключения или несообщение суду о невозможности его представить в случае, если поставленные вопросы выходят за пределы специальных знаний эксперта либо материалы и документы непригодны или недостаточны для проведения исследований и дачи заключения (ст. 85 ГПК РФ) До 5000 рублей
3. Невыполнение обеспечительных мер, принятых судом в виде запрета на совершение определенных действий, а также действий с предметом спора (ст. 140 ГПК РФ) До 1000 рублей
4. Нарушение порядка проведения судебного заседания (п. 3 ст. 159 ГПК РФ) До 1000 рублей
5. Неявка без уважительных причин вызванных в судебное заседание свидетеля, эксперта, специалиста и переводчика (п. 2 ст. 168 ГПК РФ) До 1000 рублей
6. Несообщение о принятых мерах по частному определению суда (п. 2 ст. 226 ГПК РФ) До 1000 рублей
7. Утрата должностным лицом переданного ему на исполнение исполнительного листа или судебного приказа (ст. 431 ГПК РФ) До 2500 рублей
Следует учитывать, что штраф применяется за конкретное нарушение, допущенное в судебном процессе, и он никак не связан с судебными актами, принимаемыми по делу. Если нарушитель был оштрафован за неисполнение в установленный срок судебного решения, то даже последующая отмена такого судебного акта не освобождает его от обязанности заплатить штраф (Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 11.10.2013 по делу N А22-3003/2012).
В отличие от арбитражного процесса, в ГПК РФ допускаются сложение и уменьшение судебного штрафа, о чем нарушитель вправе просить тот же суд, что принял определение о наложении штрафа, в 10-дневный срок с момента получения определения, которое также в заседании рассматривается в 10-дневный