Бальзак Оноре. Покинутая женщина

Спасибо , что скачали книгу в бесплатной электронной библи отеке RoyalLib.ru Все книги автора Эта же книга в других форматах Приятного чтения ! Оноре де Бальзак Покинутая женщина Рассказы – Оноре де Бальзак Покинутая женщина Герцогине д 'Абрантес преданный слуга. Оноре де Бальзак Ранней весной 1822 года парижские врачи отправили в Нижнюю Нормандию одного молодого человека , только что поднявшегося после тяжелой болезни , выз ванной переутомлением — то ли от усиленн ых занятий , то ли от бурной жизни . Для восстановлен ия здоровья ему был необ ходим полный покой , легкая , здоровая пища , прохладный климат и полное отсутствие сильных впечатлений . Плодородные поля Бессена и б есцветная провинциальная жизнь несомненно должны были помочь его выздоровлению . Он приехал в Байе , хо р ошенький городок , р асположенный в двух лье от моря , к одн ой из своих кузин , принявшей его с осо бым радушием , свойственным людям , которые прив ыкли жить уединенно и для которых приезд родственника или друга — счастливое соб ытие. Все маленькие города , если не сч итать кое-каких мелочей обихода , похожи один на другой . И вот после нескольких вечер ов , проведенных у своей кузины г-жи де Сент-Север и у знакомых , составлявших ее о бщество , молодой парижанин барон Гастон де Нюэйль вполне изучил этих людей , олицетворя в ш их весь город во мнении их собственного замкнутого круга . Таким образом , он увидел неизменный подбор действующих лиц , какой проезжие наблюдатели всегда находя т в многочисленных столицах бывших государств , из которых встарь состояла Франция. Первое место ту т занимает некая семья , чья родовитость — пусть об этом ничего не известно едва отъедешь на пятьдесят лье — в пределах департамента считается бесспорной и возводится к древнейши м временам . Такая королевская династия в м иниатюре своими родственными отношен и ями , хотя никто этого и не подозревает , соприкасается с Наварренами и Гранлье , прим ыкает к Кадиньянам и связана с Бламонами-Ш оври . Глава этого прославленного рода — н епременно заядлый охотник . Человек дурно восп итанный , он всех подавляет знатностью своего имени ; он лишь с трудом терпит супрефекта , скрепя сердце платит налоги , не признает никаких новых властей , созданных девятнадцатым веком ; для него то обстояте льство , что первый министр не дворянин, — политическая несообразность . Его жена говорит резким то н ом и не допускает в озражений ; в прошлом были у нее поклонники , но она женщина набожная ; дочерей своих воспитывает плохо , считая , что родовитость — достаточное для них приданое . Ни муж , ни жена не имеют представления о совре менной роскоши ; ливреи слуг , сер е б ро , мебель , кареты — все у них старинн ого фасона , они старомодны как в укладе жизни , так и в языке . А приверженность к старине к тому же прекрасно сочетает ся с провинциальной бережливостью . Словом , это все то же дворянство былых времен , но без вассальных податей , без гончи х , без шитых золотом кафтанов ; все они кичатся друг перед другом , все преданы кор олевскому дому , однако при дворе не бывают . Эта безвестная историческая фамилия своеобр азна наподобие старинного гобелена . В семье непременно доживает свой в ек како й-нибудь дядюшка или брат , генерал-лейтенант , ка валер орденов , придворный , который сопутствовал маршалу Ришелье в Ганновер, — вы его на йдете здесь , как находите случайно сохранивши йся обрывок старого памфлета времен Людовика XV. С этими ископаемыми соперничает дру гая семья , более богатая , но менее родовит ая . Муж и жена проводят два зимних мес яца в Париже , откуда привозят легкомысленное расположение духа и воспоминания о мимол етных увлечениях . Жена любит наряжаться , жеман ится и всегда отстает от стол и чных дам . Однако ж она подсмеивается над провинциальной косностью своих соседей ; у нее модное серебро , она держит грум ов , лакеев-негров , камердинера . У старшего сына есть тильбюри , он бездельничает : он насле дует майорат ; младший состоит аудитором в госуда р ственном совете . Главе семьи подробно известны все министерские интриги , он рассказывает анекдоты о Людовике XVIII и мадам дю Кэля ; свой капитал он помещает из пяти годовых , избегает разговоров о сидре , но порой им овладевает страсть к подсчету чужих сост о яний ; он член генерального совета , одевается в Париже и носит крест Почетного легиона . Словом , этот дворянин понял дух Реставрации и извлекает выгоду из палаты , но его роял изм менее бескорыстен , чем роялизм семейства , с которым он соперничает . Он получает «Газетт» и «Деба» . Первая семья читает только «Котидьен» , Епископ , бывший ст арший викарий , лавирует между обоими могущест венными семействами , воздающими должное его с ану , хотя временами они дают ему почувство вать мораль басни славного Лафонтена «Осел , наг р уженный священными реликвиями» . Монсиньор — не дворянского рода. Затем следуют звезды второй величины : дворяне , имеющие ренту в десять — двенадц ать тысяч ливров ; в прошлом это были и ли морские капитаны , или ротмистры , или же попросту никто . Теперь они верх ом разъезжают по дорогам , наподобие то ли приходского священника , везущего святые дары , то ли сборщика податей . Почти все они состояли в пажах или мушкетерах , а теперь мирно доживают свой век , выкачивая доходы из имения , и больше интересуются порубкой лес а и сидром , чем монархией . Но любят поговорить о хартии и либерал ах между двумя робберами виста или во время партии в триктрак , после того как подсчитают , какое приданое дают за такой- то невестой , и всех переженят в соответств ии с родословными , которые они зна ют наизусть . Их жены важничают и с вид ом придворных дам восседают в своих плете ных кабриолетах ; закутавшись в шаль и наде в чепчик , они мнят себя очень нарядными ; они покупают после долгих обсуждений две шляпы в год и получают их из Парижа с оказией , Об ы чно они болтлив ы и добродетельны. При этих главных представителях аристокра тической породы состоит еще несколько старых дев благородного происхождения , разрешивших проблему обращения человеческого существа в о каменелость . Они как бы вросли в те до ма , где в ы их встречаете ; их лица , наряды слились с домашней обстановкой , с городом , с провинцией ; они хранители мест ных традиций , происшествий , общественного мнения . Они чопорны и величавы , умеют кстати ул ыбнуться или покачать головой , иногда произне сти словцо , к о торое почитается ост роумным. Несколько богатых буржуа благодаря своим аристократическим воззрениям или состоянию п роникли в это подобие Сен-Жерменского предмес тья . Несмотря на то , что им лет под сорок , о них говорят ; «У этого молодого человека неплохая гол ова», — и делаю т их депутатами . Обычно им покровительствуют старые девы , что , разумеется , вызывает пер есуды . Наконец в это избранное общество до пущены некоторые духовные лица — одни из уважения к их сану , другие за свой ум ; наскучив обществом друг друга , з нать вводит к себе в гостиные бур жуазию , как булочник кладет в тесто дрожжи . Воззрения , скопившиеся во всех этих го ловах , составились из некоторого количества с таринных понятий , к ним примешались кое-какие новые , и эта жвачка сообща пережевывается каждый в ечер . Подобно воде в мале нькой бухте , фразы , выражающие их мысли , со вершенно однообразны в своем постоянном движе нии , в своем ежедневном приливе и отливе ; тот , кто раз услышал пустое звучание их разговора , будет слышать его и завтра , и через год , и во век и веков . Их суждения о делах житейских соста вляют некую нерушимую научную систему , к к оторой ни один человек не властен добавит ь хотя бы крупицу сознательной мысли . Жизн ь этих рутинеров ограничена кругом привычек , столь же неизменных , как их религиозные , п о литические , моральные и литера турные взгляды. Если какой-либо посторонний человек будет допущен в этот сплоченный кружок , каждый не без иронии скажет ему : «Вы у н ас не найдете блеска вашего парижского с вета !» — и каждый осудит образ жизни своих соседей , давая понять , что о н один является исключением в этом общест ве и безуспешно пытался внести в него живую струю . Но если , на беду свою , э тот посторонний подтвердит каким-нибудь замечание м то мнение , которо г о они держ атся друг о друге , он сейчас же прослы вет злым человеком , без стыда и совести , настоящим парижанином , развращенным , как и вообще все парижане. Когда Гастон де Нюэйль попал в эт от светский мирок , где строго соблюдался э тикет , где жизнь текла разме ренно и каждый был осведомлен о делах другого , где родовитость и богатство котировались как биржевые ценности , упоминаемые на последних страницах газет , он заранее получил оценк у при помощи точных весов местного общест венного мнения . Его кузина , г-жа де С е нт-Север , уже сообщила о размерах его состояния , о видах на наследство , родословной , превозносила его связи , вежливость и скромность . Ему был оказан именно тот прием , на который он мог рассчитывать , его приняли как человека родовитого , но запросто , потому что ему было то лько двадцать три года ; однако иные молоды е особы и некоторые мамаши сразу же с тали строить ему куры . Его владения в долине Ож приносили восемнадцать тысяч ливров дохода , а рано или поздно отец должен был оставить ему в наследство замок Ман е рвиль со всеми угодьями . Образ ование , возможность политической карьеры , личные достоинства и таланты — это никого не интересовало . В его владениях земля была плодородна , арендная плата хорошо обеспечена , насаждения были в превосходном состоянии , всякого р о да починки и уплата налогов были возложены на фермеров , яблон ям насчитывалось тридцать восемь лет ; отец вел переговоры о покупке двухсот арпанов леса , примыкающего к его парку , и собира лся все обнести оградой, — никакая известност ь , никакая министерская к а рьера не могли конкурировать с такими преимуществами , То ли из коварства , то ли из расч ета , г-жа де Сент-Север умолчала о старшем брате , и Гастон тоже не упоминал о нем . Впрочем , брат этот страдал болезнью легких ; можно было ожидать , что его скор о похорон я т , погорюют и забудут о нем . Гастона де Нюэйля сначала забавл яли все эти персонажи ; он без прикрас как бы зарисовал в своем альбоме их м орщинистые топорные лица , крючковатые носы , пр ичудливые костюмы и ужимки ; позабавился их особым нормандским говором , бе з ыску сственностью их мыслей и характеров . Но , в тянувшись в эту жизнь , столь похожую на верчение белки в колесе , он ощутил всю монотонность этого раз навсегда налаженного распорядка , точно у монахов в монастырях , и у него наступил перелом — он еще не дошел д о скуки или от вращения , но во всяком случае был уже близок к этому . Претерпев такую болезненную пересадку , живой организм начинает приживаться на чужой почве , сулящей ему только жа лкое прозябание . И если ничто не вырвет человека из этой среды , он незаметн о усвоит ее привычки и примирится с ее бессодержательностью , которая засосет и обезличит его , Гастон уже привык дышать этим воздухом . Он испытывал почти что у довольствие от растительной жизни , дни его текли без мыслей и забот ; он уже ст ал забывать то броже н ие жизненных соков , то наблюдаемое вокруг зарождение в се новых и новых мыслей , с которым сжи лся душою в Париже ; он стал превращаться в окаменелость среди этих окаменелостей ; он уже готов был остаться так навсегда , подобно спутникам Улисса , и был доволен с в оим животным благополучием. Однажды вечером Гастон де Нюэйль сиде л в обществе пожилой дамы и одного из старших викариев епархии в гостиной с серыми панелями , со светлым плиточным полом , с несколькими фамильными портретами на с тенах , с четырьмя карточными с толами , вокруг которых расположились шестнадцать человек и , беседуя , играли в вист . Тут , бездумн о предаваясь пищеварению после изысканного об еда — главного события дня в провинциаль ной жизни , он поймал себя на том , что начинает примиряться с местными прив ы чками . Он больше не удивлялся тому , что эти люди пользуются колодами карт , не раз бывшими в употреблении , и тасуют их на столах с потертым сукном , не следят за своей одеждой ни ради себя , ни ради окружающих . Он усматривал какую-то мудрость в однообразном т ечении про винциальной жизни , в размеренном спокойствии привычек и пренебрежении ко всему изящному . Он уже готов был согласиться , что роско шь не нужна . Париж с его страстями , бур ями , удовольствиями уже стал для него как бы воспоминанием детства . Он теперь и скренне любовался красными руками , робким и скромным видом какой-нибудь молодо й особы , меж тем как по первому впечат лению лицо ее показалось ему преглупым , ма неры лишенными грации , весь облик отталкивающ им и смехотворным . Он был человек конченый . Если бы н е случайная фраза , услышанная им и приведшая его в волнение , подобное тому , какое вызывает необычный мотив , ворвавшийся в музыку скучной оперы , Гастон де Нюэйль , провинциал , переселившийся в Париж , готов был уже позабыть его лих орадочную жизнь и вернуться к бесс мысленному провинциальному существованию. — Вы , кажется , были вчера у госпожи де Босеан ? — спросила пожилая дама у главы знатнейшей в этих краях фамилии. — Я был у нее сегодня утром, — от ветил он. — Госпожа де Босеан была так грустна и так плохо себя чувствовала , что я не мог уговорить ее отобедать у нас завтра. — Как ! Вместе с госпожой де Шампиньел ь ? — удивленно спросила почтенная вдова. — Да , с моей женой, — спокойно ответи л маркиз. — Не забудьте , что госпожа де Босеан принадлежит к Бургундскому дом у, — правда , по женской линии ; но , как бы то ни было , это имя все оправдывает . Моя жена любит виконтессу , и бедняжка т ак давно живет в одиночестве , что… Сказав последние слова , маркиз де Шамп иньель окинул спокойным , холодным взглядом ок ружающих , которые пр ислушивались , испытующе глядя на него ; трудно угадать , были ли продиктованы эти слова маркиза состраданием к несчастью виконтессы или же преклонением перед ее знатным родом , было ли ему лестно принимать ее , или хотелось из го рдости заставить провинциальны х дворян и их жен встречаться с ней. Дамы переглянулись , как бы советуясь д руг с другом ; затем в гостиной все вне запно смолкло , и молчание это можно было истолковать как знак неодобрения. — Уж не та ли это госпожа де Босеан , о которой было так много толков в связи с маркизом д 'Ажуда-Пинто ? — спросил барон де Нюэйль у своей со седки. — Та самая . Она поселилась в Курселе после женитьбы маркиза д 'Ажуда ; у нас здесь ее не принимают . Впрочем , она оч ень умна и , отлично сознавая , насколько ло жно ее положение , сама н и с кем не искала встреч . Господин де Шампиньель и еще несколько мужчин отправились к н ей с визитом , но она приняла только го сподина де Шампиньеля, — может быть потому , что он состоит в родстве с семьей де Босеанов . Ее свекор , маркиз де Босеан , был женат н а одной из Шампинь елей старшей линии . Хотя считается , что ви контесса де Босеан происходит из Бургундского дома , вы понимаете , что мы не могли принять в свой круг женщину , которая ра зошлась с мужем . Это старые устои , но м ы еще имеем глупость их придерживат ь ся . Виконтесса тем более заслуживает п орицания за свои эскапады , что господин де Босеан — человек благородный , истый прид ворный : он нашел бы выход из положения . Но его жена так безрассудна… Гастон де Нюэйль слышал голос своей собеседницы , но не слушал ее . Он п огрузился в мир бесконечных мечтаний . Существ ует ли другое слово , чтобы выразить всю прелесть романтического приключения в тот миг , когда оно только улыбается воображению , в тот миг , когда в душе зарождаются неясные надежды , предчувствие неизъяснимого блаженства , тревожные сомнения , рисуются р азнообразные события , но ничто еще не дает пищи и определенности причудам фантазии ! Мысль порхает тогда , рождая несбыточные мечты , где в зародыше скрыты все упоения ст расти . Но , может быть , зародыш страсти закл юча е т в себе всю страсть цели ком , как семя заключает в себе цветок со всем его ароматом и богатством красок ! Гастон де Нюэйль не знал , что г-жа де Босеан уединилась в Нормандии после скандала , который вызывает осуждение и завист ь большинства женщин , в особенн о ст и когда очарование молодости и красоты по чти оправдывает ошибку , вызвавшую такой шум . Есть какая-то непостижимая притягательная сила в любой славе , какова бы та ни бы ла . Кажется , о женщинах , так же как о некоторых древних родах , можно сказать , что слава их преступления заставляет забывать о его позоре . Подобно тому как знатная семья гордится своими казненными п редками , так и красивая молодая женщина бы вает еще привлекательнее благодаря роковой из вестности , которую дала ей счастливая любовь или жестокая и з мена . Женщина вызывает тем больше сочувствия , чем прискорбн ее ее ошибка . Мы беспощадны только к з аурядным делам , чувствам и похождениям . Привле кая к себе взоры , мы кажемся значительными . И действительно , чтобы быть замеченным , н адо чем-то выделиться . Толп а невольно уважает всякого , кто над ней возвысился , и не задумывается над тем , какими сре дствами это достигнуто . В ту минуту Гастон де Нюэйль почувствовал , что его влечет к г-же де Босеан, — может быть , неосозна нное воздействие этих причин , а может быть , и любопытство или потребность вн ести нечто новое в свою жизнь , или нак онец стечение тех неизъяснимых обстоятельств , которые часто называются роком . Г-жа де Бо сеан вдруг возникла перед его взором в сопровождении чарующих видений : она для нег о была новым миро м ; быть может , она заставит его трепетать , надеяться , боро ться и побеждать . Она должна отличаться от тех людей , которые окружают его в это й пошлой гостиной ; ведь она поистине женщи на , а он еще не видел ни одной нас тоящей женщины в этом бездушном обществе , г де расчет заменял чувства , где вежливость была только обязанностью , где вы сказать или одобрить самое простое суждение было уже дерзостью . Г-жа де Босеан про буждала в его душе воспоминание о юношеск их мечтах и пылкие страсти , на время у снувшие в нем . До ко н ца вечера Гастон де Нюэйль был рассеян . Он изыс кивал способ проникнуть к г-же де Босеан и понимал , что это невозможно . О ней говорили , что она чрезвычайно умна . Но если умные женщины ценят своеобразие и тонкость чувств , то тем они требовательнее и проница т ельнее . В трудной зад аче им понравиться возможностей преуспеть не больше , чем потерпеть фиаско . То положени е , в каком находилась виконтесса , заставляло ее быть высокомерной , а ее имя повелева ло ей держать себя с достоинством . Полное одиночество , в котором она жила , казалось , было еще наименьшей преградой , во здвигнутой между нею и светом . Незнакомцу , хотя и благородного происхождения , невозможно было проникнуть к ней . Тем не менее на следующее утро Гастон де Нюэйль отправ ился на прогулку в сторону усадьбы К у рсель и несколько раз обошел вокруг ограды . Поддавшись мечтам , столь свой ственным его возрасту , он то заглядывал в пролом ограды , то смотрел поверх ее , п ытался проникнуть взором сквозь решетчатые ст авни или же заглянуть в открытые окна . Он надеялся на как о й-нибудь нео бычайный случай , уже обдумывал , как воспользов аться им , чтобы попасть в дом к незнак омке , не сознавая всей нелепости своих пла нов . Несколько дней подряд каждое утро ход ил он в Курсель , но все напрасно ; после каждой такой прогулки эта женщина , о сужденная светом , жертва любви , как б ы погребенная в уединении , все больше зани мала его мысли , заполняла его душу . И с ердце Гастона билось от радостной надежды , когда , бывало , шагая вдоль стен Курселя , он слышал тяжелые шаги садовника. Он решил написать г- же де Босе ан ; но что сказать женщине , которую ты никогда не видел и которая тебя не зн ает ? Кроме того , Гастон был не уверен в себе и , подобно всем молодым людям , ещ е не утратившим иллюзий , пуще смерти боялс я презрительного молчания , дрожал при мысли , что е го первое любовное письмо будет брошено в камин . Тысячи противоречивы х мыслей одолевали его и боролись в н ем . Создавая один фантастический проект за другим , сочиняя целые романы , он , изрядно поломав себе голову , в конце концов , как это всегда бывает при п о добн ых упорных поисках , набрел на счастливый с пособ показать женщине , пусть даже самой ц еломудренной , всю силу страсти , внушенной ею . Часто между женщиной и ее возлюбленным встает столько действительных препятствий , созд анных условностями общества , что са м ые причудливые вымыслы , которыми восточны е поэты украшают свои сказки , почти не кажутся преувеличением . В нашем мире , так же как и в мире фей , женщина всегда должна принадлежать тому , кто умеет проби ться к ней и освободить ее от страдан ий . Нищий дервиш , в л юбленный в дочь калифа , без сомнения , не был дальше от нее , чем Гастон от г-жи де Босеан . Виконтесса и не подозревала об осаде , подготовляемой Гастоном де Нюэйлем ; его люб овь росла от возникавших перед ним препят ствий : они придавали его нежданной возлюбле н ной ту прелесть , какой обладает все недосягаемое. И вот , уповая на свое вдохновение , он во всем положился на любовь , которую виконтесса прочтет в его глазах . Убежденный , что разговор всегда красноречивее письма , полного самых страстных излияний , и рассчит ы вая на женское любопытство , он отправ ился к г-ну де Шампиньелю искать у нег о помощи в задуманном им деле . Гастон сказал г-ну де Шампиньелю , что у него е сть важное и весьма деликатное поручение к г-же де Босеан , однако он не уверен , пожелает ли она читать п исьмо , написанное незнакомой рукой , и оказать д оверие неизвестному ей человеку , поэтому он просит г-на де Шампиньеля узнать у вико нтессы при первом же свидании , соблаговолит ли она принять его . Взяв с г-на де Шампиньеля слово сохранить все в тайне в случа е отказа , он весьма остро умно внушил маркизу , какие привести доводы , чтобы повлиять на решение виконтессы . Ведь маркиз — человек честный , благородный , о н не способен потворствовать чему-либо бестак тному , а тем более неблагопристойному ! Высоком ерный аристок р ат , польщенный в мел ком своем самолюбии , был обманут этими уло вками , ибо любовь придает молодому человеку спокойную уверенность и скрытность опытного дипломата . Маркиз старался разгадать секрет Га-стона , но тот , не зная , что сказать , уклончиво отвечал на х итро поста вленные вопросы де Шамодньеля , который , как истый французский рыцарь , похвалил его за скромность. Господин де Шампиньель поспешил в Кур сель с величайшей готовностью , какую обычно проявляют пожилые люди , оказывая услугу кра сивым молодым женщинам . Жизненные обстоятель ства виконтессы де Босеан были таковы , что это поручение не могло не возбудить ее любопытства . Хотя , порывшись в своей па мяти , она не нашла никаких оснований для посещения Гастона де Нюэйля , но вместе с тем не видела причин для отказа, — после того как предусмотрительно о сведомилась о его положении в свете . Однак о виконтесса начала с отказа ; затем обсуди ла с г-ном де Шампиньелем эту просьбу с точки зрения этикета , стараясь при рассп росах уловить , известны ли ему самому прич ины предполаг а емого визита ; наконец дала согласие . Эти разговоры и вынужденные умолчания маркиза еще сильнее возбудили ее любопытство. Маркиз де Шампиньель не желал попасть в смешное положение и вел себя как человек , посвященный в тайну , но скромный , полагая , что виконт ессе , вероятно , извес тна причина визита , тогда как виконтесса т щетно старалась угадать ее . Г-жа де Босеан в своем представлении связывала г-на де Нюэйля с людьми , которых он даже не знал , терялась в нелепых догадках и зад авала себе вопрос , видела ли она е г о когда-нибудь . Самое искреннее или с амое искусное письмо любви не могло произ вести того впечатления , какое произвела эта своеобразная неразрешимая загадка , к которой то и дело возвращались мысли г-жи де Босеан. Узнав о согласии виконтессы принять е го , Гас тон пришел в восторг от тог о , что так быстро добился страстно желаемо го счастья , но был сильно смущен , не зн ая , как завершить свой маневр. — Ах , только бы увидеть ее, — повторя л он , одеваясь. — Увидеть ее — это са мое главное ! Гастон надеялся , что , перешагн ув п орог Курселя , он найдет способ развязать г ордиев узел , завязанный им самим . Он прина длежал к тем людям , которые , веря во вс емогущество случая , всегда идут вперед и в последнюю минуту , очутившись лицом к лицу с опасностью , вдохновляются ею и находят в с ебе силы преодолеть ее . Он решил одеться особенно тщательно . По об ыкновению молодых людей , он воображал , будто его успех зависит от того , как лежит завиток волос , не зная , что в юноше все чарует и привлекает . Впрочем , незаурядных женщин , подобных г-же де Б осеан , можно пленить только чарами ума и бл агородством характера . Возвышенный характер прият ен для их самолюбия , сулит возвышенную стр асть и кажется способным удовлетворить запрос ам их сердца . Ум в мужчине доставляет им развлечение , отвечает вкусам их изы с канной натуры, — им кажется , что они поняты . Разве не все женщины желают , ч тобы их занимали , понимали и обожали ? Но только хорошо зная жизнь , усвоишь , что в ысшее кокетство — не щеголять при первой встрече ни своим нарядом , ни своим ум ом . Когда мы становим с я достаточно проницательны и могли бы действовать как тонкие политики , мы уже слишком стары , чтобы воспользоваться нашим опытом . Гастон , не надеясь на обаяние своего ума , старалс я произвести впечатление внешностью , да и г-жа де Босеан тоже инстинктивно вн е сла особую изысканность в свой туалет и , заботливо укладывая волосы , оправдывалась перед собой : «Все же незачем быть пуг алом». На всем облике , складе ума и манер ах Гастона лежал отпечаток какой-то своеобраз ной наивности, — она придавала особую прелест ь и с амым обыденным его движениям и мыслям , позволяла ему безнаказанно высказ ывать все что угодно . Он был образован , проницателен , у него было приятное и по движное лицо , отражавшее впечатлительную душу . Живой , чистосердечный взгляд его был исполнен непритворно й нежности и страсти . Решение , которое он принял , переступив поро г Курселя , вполне гармонировало с его откр ытым характером и пылким воображением . Хотя любовь придает смелости , сердце у него трепетало , когда , пройдя через внутренний двор , где был разбит анг л ийский са д , он вошел в зал и слуга , спросив его имя , пошел доложить , а затем вернулся за ним. — Барон де Нюэйль ! Гастон вошел медленно , но довольно неп ринужденно , что особенно трудно , когда в г остиной не двадцать женщин , а только одна . В уголке , где пылал, несмотря на летнее время , яркий огонь и с камина два канделябра проливали мягкий свет , он увидел молодую женщину в модном кресле с очень высокой спинкой и низким сиденьем , позволявшим ей принимать разнообразные грац иозные и изящные позы : то опускать голо в у , то склонять ее набок или медлительно подымать , словно под тяжестью б ольшого бремени ; скрещивать ножки , слегка пока зывать их и снова прятать под складками длинного черного платья . Виконтесса протянула руку , чтобы положить на круглый столик книгу , котору ю читала , но так как при этом она повернула голову в с торону Гастона де Нюэйля , то книга , положе нная на край стола , соскользнула и упала между столом и креслом . Не обратив вн имания на книгу , молодая женщина выпрямилась и едва заметно , почти не приподымаясь с кресла , в котором она утопал а , ответила на поклон гостя . Она наклонила сь к огню и быстро помешала угли ; пото м подняла перчатку , небрежно надела ее на левую руку , бросила было взгляд в пои сках второй перчатки , но не нашла , и бе лоснежной правой рукой , поч т и проз рачной , без колец , хрупкой , с удлиненными п альцами и розовыми ногтями безупречной овальн ой формы , она указала незнакомому посетителю на стул , приглашая сесть . Когда Гастон сел , она с неописуемым изяществом , кокетливо и вопросительно повернула голову в его сторону ; этот поворот головы , выража вший благосклонность , был одним из тех гра циозных , хотя и заученных движений , которые вырабатываются благодаря воспитанию и привычке к жизни , полной изящества . Гамма непрерыв ных и плавных движений очаровала Гастон а тем оттенком изысканной небрежнос ти , какой красивая женщина придает аристократ ическим манерам высшего круга . Г-жа де Бос еан так отличалась от тех мумий , среди которых ему пришлось больше двух месяцев прожить изгнанником в глуши Нормандии , что она мгновен н о стала олицетворени ем его мечтаний ; да и всех женщин , встр ечавшихся ему прежде , она затмила своим не сравненным совершенством . Эта женщина и эта гостиная , убранная , как гостиные Сен-Жерменского предместья , полная дорогих безделушек , разбро санных по столам, полная книг и цвет ов , вновь вернули его в Париж . Его ноги погружались в настоящий парижский ковер , он снова видел перед собою знакомый облик хрупкой парижанки , ее пленительную грацию , чуждую надуманных поз , которые так невыгодн о отличают провинциалок. Вик онтесса де Босеан была блондин кой с темными глазами и ослепительно бело й кожей , какая бывает только у блондинок . Она смело являла миру свое чело , благ ородное чело падшего ангела , гордого своей греховностью и не желающего прощения . Пышны е косы были уложены высоко над двумя полукружиями волос , окаймлявшими лоб , и придавали ей еще большую величавость . Эт от венец золотых кос воображение отождествлял о с короной бургундских герцогов , а в сверкающих глазах этой знатной дамы чувствова лась смелость ее славного рода, смелость женщины , отвечающей презрением на оскорблени е и вместе с тем чуткой к нежным порывам души . Маленькая голова была чудесно посажена на гибкой белой шее , тонкие че рты подвижного лица , нежно очерченные губы носили отпечаток очаровательной скрытности, легкой нарочитой иронии , в которой сквозило лукавство и дерзость . Легко было простить ей эти женские грехи , вспомнив о ее несчастьях , о той страсти , которая едва не стоила ей жизни , что подтверждали морщи ны , часто набегавшие на ее лоб , и выраз ительная пе ч аль ее прекрасных , нер едко обращенных к небу глаз . Какое внушите льное зрелище , еще дополненное воображением , я вляла эта женщина в огромном безмолвном з але , женщина , отказавшаяся от всего мира и жившая уже три года в тиши маленькой долины , вдали от города, наедине с воспоминаниями о своей блестящей молодос ти , полной радостей и страсти , поклонения и празднеств , меж тем как теперь ее уд елом стало небытие . Улыбка этой женщины св идетельствовала , что она сознает свое достоин ство . Она не была ни матерью , ни супру г ой , была отвергнута светом , лишен а той единственной любви , на которую без стыда могла отвечать ; и ее раненая ду ша оказалась без опоры , силу для жизни ей нужно было черпать в себе самой , замкнуться в своем одиночестве , ждать от будущего только того , что ли ш ь одно остается покинутой женщине : во цвете лет думать о смерти , молить о том , ч тобы она пришла скорее . Чувствовать себя р ожденной для счастья и гибнуть , не получая и не давая его… какое страдание для женщины ! Все эти мысли с быстротою мо лнии пронеслись в голове Гастона , и он почувствовал себя таким ничтожным пе ред этой женщиной , жизнь которой была овея на самой высокой поэзией . Под тройным обая нием — ее красоты , ее скорби , ее благо родства — он , не находя слов , застыл п еред виконтессой в мечтательном востор г е. Госпожа де Босеан , польщенная произведенн ым впечатлением , приветливо , но властно протян ула ему руку , а затем , как бы повинуясь женской природе , призвала улыбку на бледн ые свои уста и сказала : — Господин де Шампиньель сообщил мне , что вы любезно согласил ись передать мне поручение . Вероятно , оно от… ? Услышав эти роковые слова , Гастон еще сильнее ощутил , в какое неловкое положени е поставил себя , как бестактно и бессовест но он поступил с такой благородной , такой несчастной женщиной . Он покраснел . Его гл аза , отражавшие тысячи мыслей , выдавали е го смущение . Но вдруг он овладел собой — юные души умеют черпать силы в п ризнании своих ошибок, — и , прервав г-жу де Босеан жестом , полным покорности , он взво лнованно ответил ей : — Сударыня , я не заслуживаю счастья в идет ь вас ; я вас недостойно обманул . Как бы ни было велико мое чувство , оно не может оправдать презренный обман , к которому я прибег , чтобы к вам проник нуть . Но , сударыня , может быть , вы разрешите сказать вам… Виконтесса гордо и презрительно посмотрел а на Гаст она , подняла руку к шнуру звонка и позвонила ; вошел камердинер , она сказала ему , с достоинством глядя на молодого человека : — Жак , осветите барону лестницу. Она встала , надменно поклонилась Гастону и нагнулась , чтобы поднять упавшую книгу . Насколько грацио зно и мягко приветст вовала она Гастона , настолько же сухо и холодно держалась она теперь . Г-н де Нюэ йль поднялся , но не уходил . Г-жа де Бос еан снова посмотрела на него , как бы г оворя : «Вы еще здесь ?..» В ее глазах была такая язвительная насмешка , что Гастон побледнел , точно был близок к обмороку . Однако , сдержав набежавши е слезы , осушив их огнем отчаяния и ст ыда , он бросил на г-жу де Босеан даже несколько гордый взгляд , в котором готовн ость подчиниться с очеталась с чувст вом собственного достоинства : виконтесса имела право наказать его , но так ли это б ыло необходимо ? Он вышел . Когда он уже был почти у самой лестницы , осторожность и обостренная страстью сообразительность открыли ему всю опасность положения. «Если я сейчас покину этот дом, — подумал он, — я больше никогда не вернусь сюда ; в глазах виконтессы я навсегда останусь глупцом . Каждая женщина — а она настоящая женщина ! — всегда угадывает , ч то она любима ; может быть , у нее закрал ось смутное и невольно е сожаление , что она так резко отказала мне от дома ; но ей самой уже нельзя , невозможно изме нить свое решение ; мое дело — угадать ее волю». При этой мысли Гастон остановился на лестнице и , как бы спохватившись , восклик нул : — Ах , я позабыл у виконтессы… Он пошел назад в гостиную в сопровождении камердинера , который привык уважать титулы и священное право собственности и был введен в заблуждение непринужденным тоном Гастона . Барон де Нюэйль вошел тихо , без доклада . Когда виконтесса подняла го лову , очевидно , п редполагая , что воше л камердинер , перед ней стоял Гастон. — Жак осветил мне все, — произнес он , улыбаясь . Эти слова сопровождались прелестно й , слегка грустной улыбкой и прозвучали со всем не шутливо , а задушевно. Госпожа де Босеан была обезоружена. — Садите сь, — произнесла она. Гастон с радостной поспешностью придвинул стул . Его взор сиял счастьем , и г-жа де Босеан невольно опустила глаза в кн игу , предаваясь неизменно новому наслаждению быть источником блаженства для мужчины — чувство , никогда не покидающее женщину . Гастон верно угадал ее желание . Женщина всегда благодарна тому , кто понимает логику ее своенравного сердца , противоречивый с виду ход мыслей , прихотливую стыдливость чувс тв , то робких , то смелых , удивительное соче тание кокетства и наивности. — Суд арыня, — тихо произнес Гастон, — вы знаете , в чем мой проступок , но вам неизвестны мои преступления . О , каким счастьем для меня было… вЂ” Берегитесь, — сказала виконтесса , в зна к предостережения поднося палец к своему носику , и тут же протянула другую руку к шнуру звонка. Этот прелестный жест , эта грациозная у гроза , вероятно , вдруг пробудили в ней печ альные воспоминания , мысли о счастливой жизни , о тех днях , когда все в ней могло радовать и чаровать , когда счастье оправд ывало любые причуды ее души и наделяло особой привлекательностью самые незначительн ые движения . Она нахмурила брови ; ее лицо , так мягко освещенное свечами , приняло мр ачное выражение ; она серьезно , хотя и не сурово , посмотрела на г-на де Нюэйля и сказала с глубочайшей убежденностью : — Все это то лько смешно ! Прошло то время , когда я имела право быть безрассудно веселой , когда я могла бы посм еяться вместе с вами и принимать вас без опасений ; теперь моя жизнь совсем пере менилась , я больше не могу жить , как мн е хочется , я должна обдумывать каждый св о й поступок . Каким чувством вызван о ваше посещение ? Любопытством ? Тогда я сл ишком дорого плачу за ваше мимолетное удо вольствие . Ведь не могли же вы страстно полюбить женщину , если вы никогда ее не видели , а все вокруг только злословили о ней ! Значит , ваши ч увства бы ли подсказаны неуважением ко мне , моей оши бкой , которой суждено было получить широкую огласку. В досаде она бросила книгу на сто л. — Что же это ? — воскликнула она , метнув на Га-стона грозный взгляд. — Если я раз поддалась слабости , свет думает , чт о так будет и впредь ? Это чудовищн о , унизительно . Быть может , вы явились пожа леть меня ? Но вы слишком молоды , чтобы сочувствовать душевным страданиям . И знайте , с ударь , я уж скорей предпочту презрение , не жели жалость : соболезнования мне не нужны. Наступило молчание. — Итак , вы видите , сударь, — сказала о на , приподняв голову и спокойными , печальными глазами посмотрев на Гастона, — каковы б ы ни были мотивы , которые побудили вас так необдуманно проникнуть в мое уединение , вы оскорбили меня . Вы слишком молоды , чтобы в душе вашей угасли все доб рые чувства , вы поймете , как недостойно вы поступили ; я вас прощаю и говорю с вами без горечи . Не правда ли , вы бо льше не придете сюда ? Я прошу вас об этом , а могла бы приказать . Если вы снова посетите меня , весь город зап о дозрит здесь любовную историю, — не в вашей и не в моей власти будет р азуверить его , и к моим огорчениям вы добавите еще новое глубокое огорчение . Надеюс ь , вы этого не желаете. Она замолкла , посмотрев на него с таким неподражаемым достоинством , что он смут ился. — Я виноват, — ответил он сокрушенно, — но пылкость чувств , безрассудство , жажда счастья — это и сильные и слабые сто роны моего возраста . Теперь-то я понял , что не должен был добиваться возможности уви деть вас, — продолжал он, — но желание мо е было в полне естественно… Вкладывая в свои слова больше чувства , нежели рассудка , он попытался описать ей ту горькую участь , на которую его обр екло вынужденное изгнание . Он обрисовал душев ное состояние молодого человека , когда ничто не питает его жарких чувств , и стремился внушить ей , что он заслуживает н ежной любви , а между тем никогда не зн ал любовных радостей , какие может дать кра сивая молодая женщина с возвышенной душой и утонченным вкусом . Отнюдь не пытаясь оправдаться , он вместе с тем объяснил ей , как это с л училось , что он нарушил правила приличия . Г-же де Босеан не могли не польстить его уверения , что она воплотила в себе тот идеал возлю бленной , о котором постоянно , но тщетно ме чтает большинство юношей . Потом , рассказывая о своих утренних прогулках вокруг К у рселя и о непокорных мыслях , осаждавши х его , когда он смотрел на дом , куда наконец проник , он добился того непостижимо го снисхождения , которое женщины находят в своем сердце к безрассудствам , внушенным им и . Его голос звучал страстью , врываясь в эту ничем н е согретую , одинокую жизнь , внося в нее горячую юношескую во одушевленность и тонкую прелесть мысли , свиде тельствовавшую об изысканном воспитании . Г-жа де Босеан слишком долго была лишена того душевного волнения , какое вызывается искренн им чувством , высказ а нным в красивы х словах, — и она упивалась ими . Выразител ьное лицо Гастона невольно привлекало ее взгляд , она восхищалась его верой в жизнь , еще не уничтоженной жестокими уроками св ета , не убитой вечными расчетами тщеславия и честолюбия . Гастон был в самом расцвете молодости , в нем чувствовался человек с твердым характером , еще не ос ознавший своего высокого назначения . Итак , оба , таясь друг от друга и от самих с ебя , предались размышлениям , чреватым опасностью для их душевного покоя. Гастон де Нюэйль видел в виконт ессе одну из тех редкостных женщин , которы е всегда являются жертвами своего совершенств а и своей неиссякаемой нежности ; женщин , ч ья пленительная красота — еще наименьшее их очарование для того , кому они открыв ают свою душу , где чувства беспредельны и чисты , где любовь , в чем бы только она ни проявлялась , соединяется со стремлением к прекрасному , одухотворяя само сладострастие и превращая его чуть ли не в святыню, — дивный секрет женщины , чудесный и редкий дар природы . Со своей стороны , виконтесса , тр о нутая искрен ностью Гастона , рассказывавшего о злоключениях своей юности , угадывала , какие муки причиняе т застенчивость взрослым двадцатипятилетним млад енцам , если занятия наукой охранили их от развращенности и общения со светскими лю дьми , рассудочная опыт н ость которых разъедает прекрасные свойства юноши . Гастон олицетворял для нее мечту всех женщин — мужчину , еще не ограничившего свои инте ресы семейным эгоизмом и заботами о семей ном благосостоянии , свободного и от себялюбия , которое готово убить в зародыше самоотверженность , честь , способность жертвова ть собою , уважение к себе , обречь на бе звременное увядание все цветы души , что см олоду украшают жизнь нежными , но сильными чувствами и поддерживают в человеке чистоту сердца . Блуждая по необъятным просторам ч у в ства , оба мысленно зашли очень далеко , стараясь взаимно проникнуть в сам ую глубину души , проверить искренность друг друга . Это испытание , безотчетное у Гастона , было обдуманным у г-жи де Босеан . Пол ьзуясь природной гибкостью своего ума и с воим жизненным о п ытом , она , желая испытать Гастона , не бросив , однако , на себя тени , нарочно высказывала мнения , ничут ь не отвечавшие ее собственным . Она была так остроумна , так мила , так непринужденн а в своей беседе с молодым человеком , которого уже не опасалась , не пред п олагая больше встречаться с ним , что Гастон в ответ на одно из ее бле стящих замечаний простодушно воскликнул : — Сударыня , как возможно было покинуть вас ! Виконтесса не ответила ни слова . Га стон покраснел , испугавшись , не оскорбил ли он ее . А между тем эта женщина была охвачена настоящей , глубокой радостью — впервые со дня своего несчастья . Самый опытный светский соблазнитель , призвав на помощь все свое искусство , не добился б ы большего успеха , чем достиг его Гастон своим невольным восклицанием . Это восклиц а ние , плод юношеского чистосердечия , снимало с нее вину , опровергало приговор света , обвиняло того , кто ее покинул , объ ясняло то упорное уединение , в котором она томилась . Оправдание в глазах света , серд ечное сочувствие , уважение общества — все , чего она т а к желала и в чем ей было отказано, — словом , все то , о чем она мечтала в глубине души , было выражено в этом возгласе , в которо м сочетались чары невольной тонкой лести и восхищения , неизменно любезные женскому сер дцу . Ее поняли , ее оценили ; Гастон де Н юэйл ь дал ей возможность возвеличит ься в своем падении . Она взглянула на часы. — Сударыня, — взмолился Гастон, — не нака зывайте меня за некстати вырвавшееся слово . Если уж вы согласились подарить мне од ин-единственный вечер , так прошу вас — не отнимайте его. В ответ на пылкую речь она у лыбнулась. — Так как мы никогда впредь не ув идимся , не все ли равно — одним мгнов ением больше или меньше, — сказала она. — Если бы вы увлеклись мною , это было бы несчастьем. — Несчастье уже случилось, — печально пр оизнес он. — Не говорите так, — строго сказала она. — Если бы моя жизнь сложилась и наче , я охотно принимала бы вас . Буду с вами откровенна , вы поймете , почему я не хочу и не могу вас принимать . Я верю , вы человек с душой возвышенной , вы должны понять , что я для всех стан у презренной , пошлой женщиной , ничем не отличающейся от всех остальных , если на меня падет хотя бы подозрение , что я оступилась вторично . Только чистая , нич ем не запятнанная жизнь возвысит меня . Я слишком горда , чтобы не стараться жить обособленно в общест в е , где я стала жертвой закона — из-за своего бр ака , жертвой людей — из-за любви . Живи я иначе , я бы действительно заслужила те порицания , какими меня преследуют , я поте ряла бы уважение к себе самой . Я не обладала той высокой общественной добродетелью , кот о рая велит принадлежать нелюб имому человеку . Я нарушила предписания закона , порвав узы брака . Это было ошибкой , п реступлением , всем , чем хотите , но для меня этот союз был подобен смерти . А я хотела жить . Если бы я была матерью , быть может , я нашла бы в себ е силы переносить пытку брака , чтобы соблюсти приличия . В восемнадцать лет мы , несчастные девушки , не понимаем того , к че му нас принуждают . Я нарушила законы света , и свет наказал меня ; мы оба были правы — и я и свет . Я искала счас тья . Разве это не закон н а шей природы — желать его ? Я была молода , я была хороша . Мне казалось , что я встретила человека , в котором любовь так же сильна , как страсть . И какое-то время он действительно любил меня… Она умолкла , затем продолжала : — Я верила , что никогда мужчина не пок инет женщину в том положении , в каком я была . Но эн покинул меня ; значит , я перестала ему нравиться . Вероятно , я нарушила какой-то закон природы : может быть , любила слишком сильно , слишком многим жертвовала или была слишком требовательна — не знаю . Несчас т ье многому меня научило . Сперва я обвиняла , но тепе рь я готова признать одну себя преступной . Приняв вину на себя , я простила того , кого обвиняла . Я не сумела удержать е го , и судьба жестоко наказала меня за это . Я умею только любить : разве можно думать о с ебе , когда любишь ? Я была рабыней , а мне надо было стать тираном . Тот , кто поймет меня , может меня осудить , но не откажет мне в уважении . Страдания научили меня : я не хочу еще раз быть покинутой . Не понимаю , как я еще жива , как я могла перенести все муки п ервой недели после такого крушения , самого ужасного в жизни женщины . Нужно было прожить три года в одиночес тве , чтобы обрести силы говорить о моем горе , как я сейчас говорю с вами . Аг ония обычно кончается смертью , а это была настоящая агония , сударь , толь к о она не привела к могиле . Да , я нем ало выстрадала ! Виконтесса подняла свои прекрасные глаза к карнизу , которому , несомненно , доверила то , что не полагалось слышать постороннем у человеку . Карниз — это самый кроткий , самый преданный , самый дружественный наперсник , какого только может найти женщина , когда она не смеет взглянуть на своего соб е седника . Карниз будуара имеет вес ьма серьезное назначение . Разве это не исп оведальня — только что без духовника ? В ту минуту г-жа де Босеан была краснор ечива и прекрасна, — следовало бы сказать , кокетлива , если бы уместно было подобное выражение . Возводя м ежду собой и любовью неодолимые преграды , доказывая их необходимость , она тревожила все чувства му жчины ; чем недоступней становилась цель , тем желанней она была . Наконец г-жа де Босеа н перевела взгляд на Гастона , погасив блес к в глазах , вызванный памятью о пережитых страданиях. — Согласитесь , что я должна оставаться равнодушной и одинокой, — спокойно заключила она. Гастон де Нюэйль почувствовал непреодолим ое желание упасть к ногам этой женщины , прекрасной в своем благоразумном безрассудстве , но он боялся по казаться смешным ; он обуздал свои восторги и отогнал свои мысли , он опасался , что не сумеет вырази ть их , да еще и встретит жестокий отка з или насмешку , боязнь которой леденит сам ые пылкие души . Борьба чувств , которые он сдерживал , когда они так и рвались и з его сердца , вызвала у него глубокую боль , хорошо знакомую людям заст енчивым и честолюбцам , всем , кто часто при нужден подавлять свои порывы . Однако он не мог побороть себя и нарушил молчание , произнеся дрожащим голосом : — Разрешите мне , сударыня , дать вол ю самому большому чувству , какое я испытывал в своей жизни , признаться в т ом , что вы заставили меня пережить . Вы возвысили мою душу ! У меня одно желание — посвятить вам всю свою жизнь , чтобы вы забыли свои несчастья , любить вас за всех тех , кто вас ненави д ел или оскорблял . Но мое сердечное излияние так внезапно , что вы вправе быть недо верчивой , и я должен был бы… — Довольно , сударь, — прервала его г-жа де Босеан. — Мы оба зашли слишком далек о . Я хотела смягчить мой вынужденный отказ , хотела объяснить вам ег о печальные причины и вовсе не добивалась вашего поклонения . Кокетство пристало только счастливо й женщине . Верьте мне , мы должны остаться друг другу чужими . Потом вы поймете , ч то нельзя связывать себя узами , которые не избежно когда-нибудь оборвутся. Она сл егка вздохнула , лоб ее п рорезала морщина , но тотчас же он снова стал безупречно ясным. — Какие страдания испытывает женщина, — продолжала она, — которая не может сопутствов ать любимому человеку на жизненном пути ! И разве эта глубокая печаль не отзовется бо лезненно в сердце мужчины , если о н действительно любит ? Разве это не двойно е несчастье ? Наступило минутное молчание , а затем , поднимаясь в знак того , что гостю пора уходить , она сказала с улыбкой : — Собираясь в Курсель , вы , вероятно , не ожидали услышать пр оповедь ? И Гастон сразу почувствовал , что эта необычайная женщина стала еще более дале ка от него , чем в первую минуту встреч и . Приписывая очарование этого восхитительного часа тому , что виконтесса , как хозяйка д ома , захотела щегольнуть блеском своего ума , он холодно поклонился ей и вышел совершенно обескураженный . По дороге домой ба рон старался уяснить себе истинный характер этой женщины , гибкий и крепкий , как пр ужина ; но перед ним промелькнуло столько о ттенков ее настроений , что он не мог с оставить себе п р авильное суждение о ней . В ушах звенели все интонации ее голоса , в воспоминании еще прелестней казались ее движения , поворот головы , игра глаз , и , размышляя о ней , он еще сильне е увлекся ею . Красота виконтессы все еще сияла перед ним , и в темноте , получен н ые впечатления вставали , как бы притягиваемые одно другим , чтобы вновь об ольщать его , открывая ему новые , не замече нные им прелестные оттенки ее женского об аяния , ее ума . Им овладело одно из тех смутных настроений , когда самые ясные мыс ли сталкиваются меж д у собой , разби ваются одна о другую и на миг поверга ют душу в бездну безумия . Только тот , к то сам молод , способен испытать и понять этот восторг , когда душу осаждают и с амые здравые и самые безумные мысли , и по воле неведомых сил она подчиняется наконец ли б о мысли , рождающей наде жду , либо мысли , несущей отчаяние . В возрас те двадцати трех лет в мужчине преобладае т чувство скромности ; чисто девическая застен чивость и робость овладевают им , он страши тся неумело выразить свою любовь , во всем видит только трудно с ти , пугается их , он боится не понравиться — он был бы смелым , если бы не любил так сильно ; чем выше он ценит счастье , кот орое могла бы ему дать женщина , тем ме ньше надеется его добиться ; кроме того , мо жет быть , он сам слишком полно отдается наслаждению и б оится не дать его возлюбленной ; если , по несчастью , его к умир недоступен , он тайно , издали поклоняется ему ; если его любовь не разгадана , она угасает . Часто эта мимолетная страсть , по гибшая в молодом сердце , остается в нем яркой мечтой . У кого нет этих не в инных воспоминаний , которые впоследс твии встают все пленительней и пленительней и претворяются в образ совершенного счас тья, — воспоминаний , похожих на детей , умерших в столь нежном возрасте , что родители помнят только их улыбки . Гастон де Нюэй ль вернулся из Курселя во власти чувств , подсказывавших ему решения , от ко торых должна была перемениться вся его жи знь . Без г-жи де Босеан он уже не м ыслил своего существования ; он предпочитал ум ереть , чем жить без нее . Он был настоль ко молод , что мог всецело поддать с я жестокому обаянию , которым прекрасная женщина покоряет девственные и страстные д уши , и ему пришлось провести одну из т ех бурных ночей , когда мечты о счастье чередуются с мыслями о самоубийстве , когда юноши упиваются всей радостью жизни и засыпают в изне м ожении . Величайшее несчастье — проснуться философом после такой роковой ночи . Гастон де Нюэйль , слиш ком влюбленный , чтобы уснуть , встал и нача л писать письма , но ни одно его не удовлетворило , он сжег все , что написал. На следующий день он пошел бродить вок руг ограды Курселя , но лишь когд а уже стемнело , чтобы виконтесса не увидел а его . Чувства , которым он при этом пов иновался , принадлежат к столь загадочным движ ениям души , что надо быть юношей или с амому находиться в подобном положении , чтобы понять все их п рихоти , всю их тайную сладость ; счастливцы , склонные видет ь в жизни одну лишь позитивную сторону , только пожмут плечами После мучительных ко лебаний Гастон написал г-же де Босеан пись мо, — оно может служить образцом стиля , св ойственного влюбленным , и напом и нает те картинки , какие под большим секретом рисуют дети ко дню рождения родителей, — подношения , которые всем кажутся жалкой м азней , за исключением тех , кто их получает. «Сударыня ! Вы так завладели моим сердцем , моей душой , всем моим существом , что с эт ого дня судьба моя все цело зависит от вас . Не бросайте в кам ин мое письмо . Будьте ко мне благосклонны и прочтите его . Может быть , вы простит е мне первую фразу моего письма , поняв , что это не пошлое и обдуманное признан ие , а выражение неподдельного чувства. Мо жет быть , вас тронет скромность моих прось б , моя покорность , внушенная вашим превосходст вом , и то , что вся моя жизнь зависит от вашего решения . Я так молод , что умею только любить , я не знаю , что може т нравиться женщине , чем ее можно привлечь ; но сердц е мое полно опьяняющег о обожания . Меня непреодолимо влечет к вам , при вас я полон безмерной радости , я думаю о вас непрестанно, — это себялюбив ое чувство , ибо вы для меня источник ж изни . Я не считаю себя достойным вас . Н ет , нет , я слишком молод , застенчив, не искушен в жизни для того , чтобы дать вам хотя бы тысячную долю того счастья , какое я испытывал , когда слышал ваш голос , когда видел вас . Для меня вы единственная в мире . Не представляя себе жизни без вас , я решил покинуть Францию и сложить свою голову, у частвуя в каком-нибудь опасном предприятии в Индии , в Африке , все равно где . Ведь победить свою безмерную любовь я могу только чем-то необычайным . Но если вы оста вите мне надежду — не принадлежать вам , нет , а лишь добиться вашей дружбы, — я не уеду . Разр е шите мне провод ить подле вас — хоть изредка , если уж нельзя иначе, — несколько часов , подобных тем , которые я у вас похитил . Этого мимолетного счастья , которое вы вправе отнять у меня при первом пылком слове , доста точно мне , чтобы смирять жар в крови . Н о н е слишком ли я рассчитываю на ваше великодушие , умоляя вас терпеть отношения , столь желанные для меня , столь неугодные вам ? Впрочем , вы сумеете показать свету, — которому вы так много приносите в жертву, — что я для вас ничто . Вы так умны и так горды ! Чег о вам опасаться ? Как бы я хотел о ткрыть вам свое сердце и уверить вас , что в моей смиренной просьбе не кроется никакой затаенной мысли ! Я не стал бы говорить вам о своей безграничной любви , когда просил вас подарить мне вашу дру жбу , если бы надеялся , что в ы когда-нибудь разделите глубокое чувство , похоро ненное в моей душе . Нет , нет , я согласе н быть для вас кем хотите , только лишь быть подле вас . Если вы мне откажете, — а это в вашей власти, — я не бу ду роптать , я уеду . Если когда-нибудь друга я женщина займе т какое-то место в моей жизни , тогда окажется , что вы бы ли правы ; но если я умру верным своей любви , может быть , вы почувствуете сожале ние ! Надежда на это сожаление смягчит мои муки, — другой мести не нужно будет моему непонятому сердцу…» Тот , кто не позн ал сам всех пленительных горестей юношеских лет , тот , чь е горячее воображение не уносила ввысь , св еркая белизной , четверокрылая прекраснобедрая хим ера, — тот не поймет терзаний Гастона де Нюэйля , когда он подумал , что его перв ый ультиматум уже находится в рука х г-жи де Босеан . Он представил себе ви контессу холодной , насмешливой , издевающейся над любовью , как это делают люди , которые бо льше не верят в нее . Он хотел бы в зять письмо обратно, — оно казалось ему т еперь нелепым , ему приходили на ум тысяча и одна мысль , гораздо более уд ачные , слова , гораздо более трогательные , чем эти проклятые натянутые фразы , хитросплетенные , мудреные , вычурные фразы — к счастью , с очень плохой пунктуацией и написанные вкривь и вкось . Он пытался не думать , не чувствовать , но он д умал , ч увствовал , мучился . Если бы ему было тридц ать лет , он чем-нибудь одурманил бы себя , но он был наивным юношей , не познавшим еще услад опия и других даров высшей цивилизации . Рядом с ним не было ни одного из тех добрых парижских друзей , которые умеют так кстати сказать : « Paete, non dolet» , — протягивая бутылку ш ампанского или увлекая на бесшабашный кутеж, — чтобы усыпить все муки неизвестности . Ч удесные друзья ! Когда вы богаты — они обязательно разорились , когда вы в них нуждаетесь — они непременно где-нибудь на водах , когда вы просите взаймы — о ни , оказывается , проиграли последний луидор ; за то у них всегда наготове лошадь с изъ яном , которую они стараются вам сбыть ; зат о они самые добрые малые на свете и всегда готовы отправиться с вами в пут ь , что б ы вместе катить под гор у , растрачивая время , и душу , и жизнь. Наконец Гастон де Нюэйль получил из рук Жака письмо , написанное на листочках веленевой бумаги , запечатанное благоуханной печ атью с гербом Бургундии, — письмо , от кото рого веяло очарованием краси вой женщины. Гастон заперся у себя , чтобы читать и перечитывать ее письмо. «Вы , сударь , строго наказ али меня за доброе желание смягчить суров ость отказа и за то , что я поддалась неотразимому для меня обаянию ума… Я п оверила в благородство юности , но вы об манули меня . А между тем хотя я и не открыла всего своего сердца , что было бы смешно , но все же говорила с вами искренне ; я объяснила вам свое положение , чтобы моя холодность стала понятна вашей молодой душе . Вы не были мне безразличны, — но тем сильнее б о ль , которую вы мне причинили . От пр ироды во мне есть доброта и мягкость , но жизнь ожесточила меня . Всякая другая же нщина сожгла бы , не читая , ваше письмо ; я его прочла и отвечаю на него . Мои слова докажут вам , что хоть я и не осталась равнодушна к чувству, которое невольно вызвала , но отнюдь не разделяю его , и мое поведение еще лучше докаже т вам мою искренность . Затем я желала бы один только раз , ради вашего блага , воспользоваться той властью над вашей жизнью , которой вы облекаете меня , и снять пе лену с ва ш их глаз. Мне скоро минет тридцать лет , сударь , а вам никак не больше двадцати двух . Вам самому неизвестно , каковы будут ваши стремления , когда вы достигнет е моего возраста . Все ваши клятвы , которые вы с такой легкостью даете сегодня , п озднее могут вам пок азаться обременительн ыми . Я верю , что сейчас вы без сожалени я отдали бы мне свою жизнь , вы даже согласились бы умереть за недолгое счастье ; но в тридцать лет , отрезвленный жизненны м опытом , вы сами стали бы тяготиться ежедневными жертвами , а мне было бы о с корбительно принимать их . Придет день , когда все , даже сама природа , повелит вам покинуть меня ; я уже сказала вам : я предпочитаю умереть , чем быть покинуто й . Вы видите , несчастье научило меня расче ту . Я рассудительна , страсть мне чужда . Вы принуждаете мен я сказать вам , ч то я не люблю вас , не должна , не хо чу и не могу любить . Для меня миновала та пора жизни , когда женщины поддаются необдуманным движениям сердца , мне уже нико гда не быть такой возлюбленной , о которой вы мечтаете . Утешения , сударь , я жду о т бо г а , а не от людей . К тому же я слишком ясно читаю в серд цах при печальном свете обманутой любви и не могу принять дружбу , которую вы пр едлагаете мне , как не могу подарить вам свою . Вы хотите обмануть самого себя , а в глубине души больше надеетесь на м ою сл а бость , чем на свою стойк ость . Но это все делается инстинктивно . Я прощаю вам ваши детские уловки , пока еще не умышленные . Я приказываю вам во имя этой преходящей любви , во имя вашей жизни , во имя моего покоя остаться на родине , не отказываться от прекрасн о й и достойной жизни , которая вас о жидает здесь , ради мечты , заведомо осужденной на то , чтобы угаснуть . Позже , когда вы будете жить , как назначено вам судьбой , и в вас расцветут все чувства , заложенн ые в человеке , вы оцените мой ответ , ко торый сейчас , може т быть , покажется вам слишком сухим . Тогда вам доставит удовольствие встреча со старой женщиной , чь я дружба будет для вас приятна и доро га : такая дружба останется свободной от вс ех превратностей страсти и разочарований жизн и ; благородные религиозные убежде н ия сохранят ее чистой и безгрешной . Прощайте , сударь , исполните мою волю , зная , что вести о ваших успехах доставят мне радост ь в моем уединении , и вспоминайте обо мне , как вспоминают о тех , кого уж с нами нет». В ответ на это письмо Гастон де Нюэйль тотч ас же написал : «Сударыня , если бы я перестал вас любить и , как вы мне сове туете , предпочел преимущества жизни человека заурядного , я заслужил бы свою судьбу , при знайте это ! Нет , я не послушаюсь вас , я клянусь вам в верности , которую нарушит только смерть. Возьмите мою жизнь . е сли не хотите омрачить свою жизнь угрызен иями совести…» Когда слуга вернулся из Курселя , Гасто н спросил его : — Кому ты передал мое письмо ? — Госпоже виконтессе лично ; я застал ее уже в карете , перед самым отъездом. — Она уехала в город ? — Не думаю , сударь, — в карету госпож и виконтессы были запряжены почтовые лошади. — Ах , она совсем уезжает ?! — сказал барон. — Да , сударь, — ответил камердинер , Тотчас же Гастон приказал готовиться к отъезду , чтобы следовать за г-жой де Босеан ; так они доехали до Женевы , а она и не знала , что де Нюэйль сопровождает ее . Тысячи мыслей осаждали его во время этого путешествия , но главной была мысль : «Почему она уехала ?» Этот вопрос был поводом для всевозможных предположений , сред и которых он , конечно , выбрал самое лестное , а именно следующее : «Если виконт есса меня любит , то , как женщина умная , она , несомненно , предпочтет жить в Швейцарии , где никто нас не знает , а не оста ваться во Франции , где она не укроется от строгих судей». Некоторые му жчины , живущие чувствами и искушенные в них , не полюбили бы женщины , слишком осмотрительной при выборе места встречи , Впрочем , ничто не подтверждало догадки Гастона. Виконтесса сняла домик на берегу озер а . После того , как она там устроилась , Гастон однажды вечером , когда стемнело , я вился к ней . Жак , камердинер , аристократичный до мозга костей , ничуть не удивился , уви дев г-на де Нюэйля , и доложил о нем , как слуга , привыкший все понимать . Услышав это имя и увидев молодого человека , г- жа де Босеан выронила из рук к нигу ; воспользовавшись этой минутой замешательств а , Гастон подошел к виконтессе и произнес голосом , очаровавшим ее : — С каким удовольствием я брал лошад ей , которые вас везли ! Так угадать ее тайные желания ! Какая женщина не сдалась бы после этого ? Не ка я итальянка , одно из тех божественны х созданий , чья душа совершенно противоположн а душе парижанки , женщина , которую по ею сторону Альп сочли бы глубоко безнравствен ной , говорила , читая французские романы : «Я не понимаю , почему эти бедные влюбленные теряют столько времени , улаживая то , на что достаточно одного утра» . Почему бы рассказчику не последовать примеру мило й итальянки и не обременять ни читателей , ни повествование. Правда , приятно было бы зарисовать ины е сценки очаровательной игры , прелестного про ме дления , которым виконтесса де Босеан пожелала отдалить счастье Гастона , чтобы по том пасть горделиво , как девы древности , а может быть , чтобы полнее насладиться цело мудренной страстью первой любви , доведя ее до экстаза . Гастон де Нюэйль был еще в том возра с те , когда мужчина легко становится покорною игрушкой этого к окетства , этих капризов , увлекающих женщину , ко торая любит затягивать их для того , чтобы поставить свои условия или дольше наслаж даться своей властью , инстинктивно угадывая , ч то та скоро пойдет н а убыль . Но эти коротенькие протоколы будуарных церем оний , все же менее многочисленные , чем про токолы дипломатической конференции , занимают так мало места в истории истинной страсти , что о них не стоит упоминать. Виконтесса и барон де Нюэйль прожили три год а на вилле , снятой г-жой де Босеан на берегу Женевского озера . Н и с кем не встречаясь , ни в ком не возбуждая любопытства , жили они здесь одн и , катались на лодке , вставали поздно, — он и были так счастливы , как все мы мечта ем быть счастливыми . Дом был прост е нький , с зелеными ставнями , вокруг все го дома шли широкие балконы , защищенные те нтами ; то был настоящий приют влюбленных : там были белые диваны , ковры , заглушавшие шаги , светлые обои , и все там сияло рад остью . Из каждого окна можно было любовать ся озером в самых разнообразных ви дах ; в отдалении виднелись горы в летучем , причудливо расцвеченном облачном одеянии , на д головами влюбленных синело небо , а перед их взорами стлалась широкая , капризная , и зменчивая пелена вод ! Все вокруг как будто бы мечтало вместе с ними , улыб алось им. Важные дела отозвали Гастона де Нюэйл я во Францию : умерли его отец и брат ; приходилось покинуть Женеву . Любовники купили виллу , в которой они жили ; им хотелось бы разрушить горы и выпустить воду и з озера , чтобы ничего здесь не оставить после себя . Г-жа де Босеан последова ла за бароном де Нюэйлем . Она обратила в деньги свое имущество , приобрела рядом с Манервилем крупное поместье , примыкавшее к владениям Гастона , и там они поселились вместе . Гастон де Нюэйль весьма любезно предоставил м а тери доходы с Манервиля и право пользования манервильскими угодьями в обмен на разрешение жить холос тяком . Владения г-жи де Босеан были распол ожены близ маленького городка в одном из самых живописных мест Ожской долины . Там любовники воздвигли между собой и миром стену , наглухо отгородившую их и от людей и от веяний времени , и сно ва обрели то счастье , которое сопутствовало им в Швейцарии . В течение девяти лет они испытывали блаженство , которое нельзя о писать . Развязка этого романа сделает , может быть , поня т ными их радости для тех , у кого душа способна воспринять поэзию и молитву во всем их многообразии. Тем временем супруг г-жи де Босеан , теперь уже маркиз (его отец и старший брат умерли ), благополучно здравствовал . Ничто так не помогает нам продлевать нашу жизнь , как уверенность в том , что н аша смерть кого-то осчастливит . Г-н де Босе ан был одним из тех упрямых и ирониче ски настроенных людей , которые , подобно облада телям пожизненной ренты , получают , в сравнении с другими людьми , еще дополнительное удов ольств и е оттого , что встают каждое утро в добром здравии . Впрочем , он был человек вполне порядочный , хотя и немного педантичный , церемонный , расчетливый , способный объясниться женщине в любви с тем спок ойствием , с каким лакей объявляет : «Сударыня , кушать подано». Эта краткая биографическая заметка о маркизе де Босеан имеет целью показать вс ю невозможность для маркизы сочетаться браком с Гастоном де Нюэйлем. Итак , после девяти счастливых лет , пок а действовало отраднейшее из всех соглашений , в которые женщине когда- либо приходи лось вступать , г-н де Нюэйль и г-жа де Босеан опять оказались в таком же ес тественном и вместе с тем ложном положени и , что и в начале их романа ; но име нно потому и неизбежен был роковой перело м , который немыслимо объяснить , хотя срок его может быть определен с математ ической точностью. Графиня де Нюэйль , мать Гастона , раз и навсегда отказалась принимать г-жу де Босеан . У этой особы был крутой нрав и целомудренные взгляды , в свое время о на вполне законно увенчала счастье г-на де Нюэйля , отца Гаст она . Г-жа де Босе ан поняла , что эта почтенная вдова — ее враг и что она будет стараться вер нуть Гастона на путь нравственности и рел игии . Маркиза охотно продала бы поместье и вернулась с Гастоном в Женеву . Но эти м она выразила бы свое недоверие Гастону , н а что была неспособна . Да к тому же он очень пристрастился к но вому поместью Вальруа , где производил обширны е насаждения и расширял пахотные земли . От ъезд положил бы конец безобидным развлечениям , которых женщины всегда желают для своих мужей и даже для лю б овников . В их края в то время приехала не кая девица де ла Родьер , двадцати двух лет от роду , имевшая сорок тысяч ливров дохода . Гастон встречал эту богатую насле дницу в Манервиле всякий раз , когда сыновн ие обязанности призывали его туда . Все эти персонажи занимали свои места с той же точностью , с какой располагаются числа в арифметической пропорции ; следующее письмо , написанное и переданное однажды у тром в руки Гастона , покажет , какую страшн ую задачу в течение месяца пыталась разре шить г-жа де Босеан. «Мой ангел , писать тебе , когда мы живем сердце к сердцу , к огда ничто не разъединяет нас , когда наши ласки так часто заменяют нам слова , а слова для нас — те же ласки , раз ве это не противно смыслу ? И все же нет , любовь моя ! Есть такие обстоятельства , о которых женщина не может го ворить в лицо своему возлюбленному ; одна т олько мысль о них лишает ее голоса , вс я кровь приливает к сердцу , она теряет силы и разум . Как мне тяжело жить р ядом с тобой , испытывая эти муки , а я их часто теперь испытываю ! Я чувствую , что м о е сердце должно быть всегда открыто для тебя , я не должна т аить от тебя ни одной мысли , хотя бы даже самой мимолетной ; я слишком ценю э ту милую мне непринужденность , которая так соответствует моему характеру , я не могу оставаться дольше замкнутой и скован н ой. И потому я хочу пове рить тебе свою душевную муку, — да , это настоящая мука !.. Выслушай меня , не произнося своего обычного га-га-га… которым ты всег да заставлял меня умолкнуть пред своей ми лой дерзостью, — милой для меня , как все в тебе для меня мило . Дорогой супр уг мой , Дарованный мне небом , разреши сказ ать тебе , что ты изгладил все печальные воспоминания , под тяжестью которых я некогд а изнемогала . Любовь я познала только с тобой . Чтобы женщина требовательная могла у довлетворить стремления своего серд ц а , нужна была твоя чарующая юность , чистота твоей большой души . Друг мой , я часто трепетала от радости , когда думала , что в течение этих девяти лет , таких быстро течных и таких долгих , ни разу не прос ыпалась моя ревность . Я одна впивала в себя весь аромат т воей души , в се твои мысли . На нашем небе не было никогда ни одного даже самого легкого облачка , мы не знали , что такое жертва , мы всегда были послушны только порывам н аших сердец . Я наслаждалась счастьем , безграни чным для женщины . Слезы , что оросили эту с т раницу , откроют ли тебе всю мою признательность ? Я хотела бы на кол енях писать тебе это письмо . И что же ! — это счастье заставило меня познать пытку более страшную , чем мучения женщины покинутой . Дорогой , в женском сердце так много глубоких тайников : я са м а до сегодняшнего дня не измерила своего сердца , как не ведала меры своей любви . Самые большие беды , которые могут нас постигнуть , легче перенести , чем одну только мысль о страдании того , кого мы любим . А если мы причина этого страдания , то гда нам ничего н е остается , как умереть ! Вот мысль , которая гнетет меня . Но она влечет за собой и другую , го раздо более тяжкую ; эта мысль гасит сияние любви , убивает ее , превращает в унижение , которое навсегда омрачает жизнь . Тебе тр идцать лет , а мне сорок . Какой ужас вн у шает эта разница лет любящей женщине ! Ты , может быть , сначала невольно , а затем и вполне сознательно обращался мыслью к жертвам , которые принес , отказавшис ь из-за меня от всего на свете . Ты , может быть , думал о своем будущем положени и в обществе , об этой ж енитьбе , которая должна была бы увеличить твое состояние , дала бы тебе возможность не пря тать от людей свое счастье , иметь детей , передать им свои владения , снова появиться в обществе , с честью заняв в нем подобающее место . Но ты , вероятно , отгонял эти мы с ли , ты был счастлив тем , что , ничего мне не сказав , пожертвовал ради меня богатой невестой , состоянием , блес тящим будущим . С великодушием молодости ты решил остаться верным тем клятвам , которыми мы связаны только перед лицом бога . М ои прошлые страдания пр е дстали пе ред тобой , и меня спасло то несчастье , от которого ты меня избавил . Но знать , что любовь твоя рождена жалостью, — эта м ысль для меня еще ужаснее , чем даже ст рах , что твоя жизнь будет испорчена из-за меня . Тот , кто способен поразить кинжалом любов н ицу , милосерден , если он убивает ее , когда она счастлива , невинна , полна иллюзий… Да , я предпочитаю смерть тем мыслям , которые вот уже несколько д ней тайно меня печалят . Когда ты вчера так нежно спросил меня : «Что с тобой ?», — я вздрогнула при звуке твоег о голоса . Я решила , что ты по-прежнему читаешь в моей душе , и я ждала тв оих признаний , вообразив , что мои предчувствия были правильны , что я угадала расчеты твоего рассудка . Тут мне припомнились кое-ка кие проявления твоего внимания, — в них н е было ничего н епривычного , но м не почудилась в них та нарочитость , котора я показывает , что оставаться верным стало для мужчины тягостно . В эту минуту я д орого заплатила за свое счастье , я поняла , что природа всегда требует расплаты за сокровища любви . И в самом деле , р а зве судьба не разъединила нас ? Ты , вероятно , сказал себе : «Рано или поз дно я должен буду покинуть бедную Клару , почему бы нам не расстаться вовремя ?» Эти слова я прочла в твоих глазах . Я ушла , чтобы поплакать вдали от тебя . Таить от тебя мои слезы ! Эти го р ькие слезы — первые за девять л ет , и ты не увидишь их , я слишком г орда ; но я не винила тебя . Да , ты пр ав , я не должна себялюбиво допустить , чтоб ы твоя блестящая и долгая жизнь была связана с моей жизнью , которая близится к закату . Но , может быть , я ошибла с ь ? Может быть , это просто была у тебя нежная грусть , без всяких тайных р асчетов ? Мой ангел , не оставляй меня в неизвестности, — накажи свою ревнивую супругу , но верни мне уверенность в нашей взаим ной любви : для женщины вся жизнь в это м чувстве , которое вс е освещает . Со времени приезда твоей матери и с т ех пор , как ты у нее встретился с мадемуазель де ла Родьер , я во власти сомнений , которые для нас с тобой позорны . Я готова страдать , но только не быть обманутой : я хочу знать все — и что говорит твоя мать и что об этом думаешь ты . Если ты колеблешься в выборе между мной и кем-то еще , я возвращаю тебе свободу… Свою судьбу я утаю от тебя , слез моих ты не увидишь ; но только я не хочу больше видеть тебя… Я не могу писать , сердце мое разрывается… Несколько минут я сидела в каком-то мрачном оцепенении . Друг мой , перед тобой во мне нет самолюбия, — ты так добр , так прямодушен ! Ты не можешь оскорбить или обмануть меня ; ты скажешь мне правду , какой бы жестокой она ни была . Хочешь , я облегчу твои призна ния ? Итак , люб и мый мой , меня ут ешает чисто женское чувство . Разве я не обладала юным , целомудренным существом , нежным , прекрасным и чутким , тем Гастоном , которы м ни одна женщина больше не будет обл адать и который дал мне такое изысканное наслаждение ? Нет , ты больше не б у дешь любить , как любил , как любишь меня ; соперницы у меня быть не может . В моих воспоминаниях о нашей любви не будет горечи , а эти воспоминания — моя жизнь . Уже не в твоей власти впредь восхищать женщин детскими шалостями , юными пр оказами юного сердца , иг р ою чувств а , очарованием тела , порывами разделенной стра сти , всеми прелестными спутниками юношеской л юбви . Теперь ты уже мужчина и с расчет ом будешь следовать своей участи У тебя будут дела , заботы , честолюбивые мечты , трев оги… нет , она не будет видеть той постоянной , неизменной улыбки , что для меня всегда украшала твои уста . Твой голо с , для меня всегда полный ласки , зазвучит порой сердито . Твои глаза , беспрестанно з агоравшиеся божественным огнем при виде меня , нередко будут меркнуть , глядя на нее . Да и люб и ть тебя , как я лю блю , невозможно , вот почему эта женщина не может тебе нравиться , как нравилась я . Она не будет постоянно стараться сохранить себя желанной и прекрасной , как это д елала я , не будет непрестанно вникать , как это делала я , во все , что необход и мо для твоего счастья . Этот ч еловек , это сердце , эта душа — все , чт о знала я, — больше существовать не будут ; я схороню их в своем воспоминании , чт обы наслаждаться ими , и буду жить счастлив ым прошлым , не ведомым никому , кроме нас. Но если , мое сокровище , ты и не помышлял о свободе , если любовь моя не тяготит тебя , если страхи мои — только плод моего воображения , если я для тебя еще твоя Ева , единс твенная женщина на свете , то , прочтя это мое письмо, — приди , прилети ! В тот миг я буду любить тебя больше и с и льнее , чем все наши девять ле т . После всех ненужных мук подозрения , в котором я винюсь , каждый новый день наш ей любви — да , каждый новый день ! — будет целой жизнью , полной счастья . Говор и же ! Будь откровенен , не обманывай меня , это было бы преступлением . С кажи , желаешь ты свободы ? Размышлял ли ты о твоей будущности ? Сожалеешь ли ты о ч ем-нибудь ? Быть причиной твоих сожалений ! Лучше умереть . Я уже говорила тебе : моя любо вь настолько сильна , что я предпочту твое счастье своему , за твою жизнь я отдам свою . Ес л и можешь , отбрось все бесчисленные воспоминания о нашем девятилетн ем счастье , чтобы они не влияли на тво е решение , но отвечай мне ! Я покорна те бе , как покорна богу , единственному утешителю , который у меня останется , если ты пок инешь меня». Когда г-жа де Босеан узнала , что письмо ее уже в руках Гастона , она почувствовала полное изнеможение , ее мозг о бессилел от множества мыслей , и она как бы впала в забытье . Она испытывала те безмерные страдания , какие могут выпасть на долю только женщины , хотя нередко , к а залось бы , они превышают ее с илы . Пока несчастная маркиза ждала решения своей судьбы , г-н де Нюэйль , читая ее письмо , был в большом затруднении , как л юбят выражаться в подобных трудных обстоятель ствах молодые люди . Он уже почти поддался уговорам матери и ч арам мадему азель де ла Родьер , заурядной молоденькой девушки , прямой , как тополь , бело-розовой и , как это предписано всем девушкам на выдан ье , молчаливой ; за нее достаточно красноречиво говорили сорок тысяч ливров дохода с земельных владений . Г-жа де Нюэй л ь , движимая искренней материнской любовью , старалась вернуть сына на путь добродете ли . Она внушала ему , насколько лестно для него предпочтение со стороны молодой дев ушки , у которой не было недостатка в б огатых женихах ; уже давно следовало подумать о своей судьбе , а такой редкий случай может больше не представиться ; со временем он будет получать восемьдесят т ысяч ливров с недвижимого имущества , богатств о утешит его во всем ; если г-жа де Босеан любит его самоотверженно , она первая должна убедить его жениться ; слов ом , эта добрая мать не пренебрегала ни одним из тех средств , при помощи которы х женщины умеют влиять на решение мужчины . Она достигла своего , сын начал колебатьс я . Письмо г-жи де Босеан пришло в ту минуту , когда любовь Гастона боролась со всеми собла з нами , какими его ма нила жизнь , устроенная надлежащим образом , сог ласно с предписаниями света ; письмо определил о исход борьбы . Гастон решил покинуть марк изу и жениться. — В жизни надо уметь быть мужчиной ! — заключил он. Потом он представил себе , какие страд ания принесет возлюбленной его решение . Мужское тщеславие и порядочность любовника даже преувеличивали эти страдания , он искре нне жалел ее . Он вдруг почувствовал всю беспредельность ее несчастья и счел необхо димым из милосердия ослабить боль смертельног о у дара . Он надеялся , что как-нибу дь успокоит г-жу де Босеан , постепенно при учит ее к мысли , что им необходимо рас статься , и устроит так , чтобы она сама предписала ему эту жестокую измену : мадемуазе ль де ла Родьер будет стоять между ни ми , как призрак , и он , с делав вид , что жертвует ею , в конце концов ос уществит свой замысел , якобы лишь уступая настояниям маркизы . В своих сердобольных наме рениях он дошел до того , что готов был играть на благородстве маркизы , на ее гордости , на всех прекрасных качествах ее души. Он написал ей ответ , рассчитывая усыпить ее подозрения . Ответил письменно ! Женщина , сочетающая интуицию подлинной любви с тонким женским умом , не могла не пон ять , что письменный ответ сам по себе был уже ее приговором . И потому , когда вошел Жак и передал г-же де Бос еан сложенную треугольником бумагу , она затре петала , как пойманная ласточка . Какой-то холод охватил ее с ног до головы ледяным саваном . Он не бросился перед ней на колени , не поспешил к ней в слезах , бледный , влюбленный, — этим все было сказано. Но у любящей женщины сердце всегда полно надежд ; чтобы убить их , нужен не один удар кинжалом , она любит до посл едней капли крови. — Сударыня , не угодно ли вам приказат ь что-либо ? — тихо спросил Жак , уходя. — Нет, — ответила г-жа де Босеан. «Он все понимае т, — подумала она , вытирая слезу. — Он , простой слуга !» Она прочла : «Любимая моя , ты терзаешь себя химерами…» При первых же словах густая пелена застлала ей глаза . Тайный голос сердца подсказал ей : «Он лжет» . Вм иг пробежала она первую страницу с жадной зоркостью страсти и в конце ее прочл а : «Еще ничего не реше н о» . Судо рожно перевернув страницу , она ясно поняла мысль , продиктовавшую эти запутанные фразы , где не было и следа живого чувства ; он а смяла письмо , она комкала , рвала его , раздирала его зубами и наконец бросила в огонь , воскликнув : — Бесчестный ! Мы были б лизки , когд а он уже разлюбил меня ! Почти без чувств она упала на див ан. Господин де Нюэйль , ответив на письмо , вышел из дому . Вернувшись , он в дверя х увидел Жака , тот передал ему какой-то конверт и сообщил : — Госпожа маркиза уехала из замка . Уд ивленный Гас тон разорвал конверт и пр очел : «Сударыня , если бы я перестал вас любить и , как вы мне сове туете , предпочел преимущества жизни человека заурядного , я заслужил бы свою судьбу , при знайте это ! Нет , я не послушаюсь вас , я клянусь вам в верности , которую наруши т только смерть . Возьмите мою жизнь , если не хотите омрачить свою жизнь угр ызениями совести…» Это было письмо , которое он послал маркизе , когда она уезжала в Женеву . Вни зу Клара Бургундская приписала : «Сударь , вы свободны». Господин де Нюэйль отправился к матери в Манервиль . Через три недели он женился на Стефани де ла Родьер. Если бы рассказанная здесь обыденно п равдивая история так и закончилась , это бы ло бы похоже на мистификацию . Кто из м ужчин не мог бы припомнить истории и поинтереснее этой ? Но защит ой от нарек аний , быть может , послужат для повествователя необычайность развязки , к несчастью , слишком правдивой , и воспоминания , которые она пр обудит в сердце у тех , кто познал незе мное счастье беспредельной страсти и разбил его сам или же утратил его по в оле жестокой судьбы. Маркиза де Босеан вовсе не покинула своего поместья Вальруа после того , как рассталась с Гастоном де Нюэйлем . По бе счисленным причинам , которых не будем доискив аться в глубинах женского сердца (предоставив каждой читательнице угадать т у причи ну , какая близка ей ), Клара продолжала там жить после женитьбы г-на де Нюэйля . Он а замкнулась в таком уединении , что даже слуги , за исключением горничной и Жака , не видели ее . Она требовала вокруг полн ой тишины , из своих апартаментов выходила тольк о в свою часовню , куда кажд ое утро являлся соседний священник служить для маркизы мессу Через несколько дней после своей свадьбы граф де Нюэйль впал в какую-то апатию ; глядя на него , нель зя было определить , счастлив ли он или несчастлив. Его мать говорила в сем : — Мой сын очень счастлив. Жена Гастона де Нюэйля , несколько бесц ветная , тихая , терпеливая , ничем не отличалась от большинства молодых женщин ; она забере менела через месяц после свадьбы . Все шло , как полагается . Гастон де Нюэйль хорошо относился к ней, но только — м есяца через два после того как расстался с маркизой — стал чрезвычайно задумчив и рассеян . Впрочем , как говорила его м ать , он всегда был серьезным. Это пресное благополучие тянулось уже около семи месяцев , когда произошли события , с виду мало значащие , но допускающие такие обширные толкования и свидетельствующи е о таком душевном смятении , что можно только отметить их , предоставив каждому тол ковать их по-своему . Как-то раз г-н де Н юэйль охотился в лесах Манервиля и Вальру а и , возвращаясь через п арк г-жи де Босеан , послал за Жаком ; когда каме рдинер пришел , Гастон спросил его : — А что , маркиза по-прежнему любит дич ь ? Получив утвердительный ответ , он под бл аговидным предлогом вручил Жаку довольно круп ную сумму и попросил оказать небольшую ус лугу — в зять для стола маркизы у битую им дичь . Жаку показалось маловажным , скушает ли его хозяйка куропатку , подстреленн ую ее лесником или же г-ном де Нюэйлем, — к тому же выразившим желание , чтобы маркиза не узнала , кем доставлена дичь. — Я застрелил ее во владен иях маркизы, — объяснил граф. В течение нескольких дней Жак участво вал в этом невинном обмане . Г-н де Нюэй ль утром уходил на охоту и возвращался только к обеду , не принося с собою ни одной птицы . Так прошла целая неделя . Гастон набрался смелости , написал и п ослал маркизе длинное письмо . Оно было ему возвращено нераспечатанным . Уже было темно , когда камердинер маркизы принес его . Граф поспешно покинул гостиную , где он делал вид , будто слушает каприччио Герольда , ко торое разыгрывала жена , немилосердно терзая фортепьяно , и поспешил к маркизе , как спешат на свидание . Проникнув в п арк через знакомый ему пролом в ограде и вступив в аллею , он замедлил шаги , то и дело останавливаясь , как бы затем , чтобы успокоить гулкие удары сердца ; подойд я к замку , он прислушался к заг лушенным звукам и решил , что все слуги ужинают . Он дошел до апартаментов г-жи д е Босеан . Маркиза никогда не покидала свое й спальни . Га-стону удалось бесшумно добраться до двери . При свете двух свечей он увидел маркизу , худую и бледную ; она сид ела в б о льшом кресле и , склони в голову , уронив руки , смотрела в одну точку , казалось , невидящим взором . Это была олицетворенная скорбь . Такая скорбь вселяла в него смутную надежду , но было непонят но , видела ли Клара Бургундская перед собо й могилу или же свое прош л ое . Может быть , слезы Гастона , блеснувшие в темноте , или его дыхание , или же его невольная дрожь подсказали ей , что он з десь , а может быть , об этом сказало ей то особое чувство взаимопроникновения , что составляет и счастье и торжество истинной любви . Г-жа де Босеан медленно повернула голову к двери и увидела того , кто был ее возлюбленным . Тогда Гастон де Нюэйль шагнул к ней. — Еще один шаг , сударь, — крикнула ма ркиза , побледнев, — и я брошусь из окна !.. Она подбежала к окну , открыла задвижку , занесла ногу н а внешний выступ о кна и , держась рукой за решетку , крикнула , обернувшись лицом к Гастону : — Уйдите , сейчас же уйдите , или я брошусь вниз ! При этом ужасном крике , от которого в доме уже всполошились слуги , Гастон д е Нюэйль скрылся , как злоумышленник. Возвра тившись домой , Гастон написал несколько слов , поручил своему камердинеру отдать письмо г-же де Босеан и сказать ей при этом , что дело идет о его жизни или смерти . Когда посланный ушел , г-н де Нюэйль вернулся в гостиную , где его жена продолжала разбирать в с е то же каприччио . Он сел в ожидании ответа . Прошел час , жена Гастона кончила играть , молчаливые супруги сидели друг прот ив друга у камина, — и вот наконец ка мердинер вернулся из Вальруа и принес Гас тону нераспечатанным его письмо . Гастон де Нюэйль ушел в соседнюю комнату , где , возвратившись с охоты , оставил ружье , и застрелился. Эта решительная и роковая развязка , чу ждая нравам современной Франции , вполне естес твенна. Тот , кому довелось наблюдать или кому выпало счастье самому испытать такую стр асть , при к оторой происходит полное сл ияние человеческих существ , поймет это самоуб ийство . Не сразу женщина постигает , не сра зу умеет угадывать все изгибы внушенной е ю страсти . Страсть , этот редкий цветок , тре бует самого искусного ухода ; только время и сродство душ о ткроют все ее возможности , породят ее нежные , утонченные в осторги , к которым мы относимся с суеверны м чувством , считая их неотделимыми от той , чье сердце так щедро нас оделяет рад остями . Это чудесное слияние , эта святая в ера , животворная уверенность в ред к остном , беспредельном наслаждении с возлю бленной отчасти составляют тайну длительной п ривязанности и долго не угасающей страсти . Если женщина поистине женственна , любовь к ней никогда не переходит в привычку , ласки возлюбленной так очаровательны , так раз н о образны , она исполнена такого ум а и вместе с тем нежности , она вносит столько игры в настоящее чувство и с только настоящего чувства в игру , что восп оминания о ней владеют вами с той же силой , с какой когда-то она сама владе ла вами . Рядом с ней блекнут все другие женщины . Чтобы узнать цену этой огромной , сияющей любви , нужно испытать с трах перед ее утратой или самое утрату . Но если мужчина познал такую любовь и отверг ее ради брака по расчету ; если он надеялся познать такое же счастье с другой женщиной , а д о воды , скрытые в тайниках супружеской жизни , убедили его , что прежние радости никогда не о живут ; если его уста еще ощущают божествен ную сладость любви , а он смертельно ранил свою истинную супругу в угоду суетным мечтам о благополучии, — тогда надо умерет ь и ли принять ту корыстную , себя любивую , холодную философию , которая так омерз ительна для страстных Душ. Госпожа де Босеан , по всей вероятности , не думала , что отчаяние может довести ее возлюбленного до самоубийства , полагая , ч то свежесть чувства уже им утрач ена после девяти лет их любви . Может быть , ей думалось , что страдать будет только она одна . К тому же она была вправе отвергнуть этот дележ , самый отвратительный , какой только можно себе представить ; жена соглашается его терпеть во имя требовани й света , н о любовнице он должен быть нестерпим , потому что для нее в чистоте любви — все оправдание. Ангулем , сентябрь 1832 г . Спасибо , что скачали книгу в бесплатной электронной библиотеке RoyalLib.ru Написать рецензию к книге Все книги автора Эта же книга в других форматах

Приложенные файлы

  • rtf 6887563
    Размер файла: 597 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий