УРАГС курс Юридическая ответственность 21.12.20..

Содержание

13 TOC \o "1-3" \h \z 1413 LINK \l "_Toc214437286" 14Введение 13 PAGEREF _Toc214437286 \h 1431515
13 LINK \l "_Toc214437287" 14Глава 1. Понятие и признаки юридической ответственности 13 PAGEREF _Toc214437287 \h 1451515
13 LINK \l "_Toc214437288" 14Глава 2. Виды юридической ответственности 13 PAGEREF _Toc214437288 \h 1481515
13 LINK \l "_Toc214437289" 14Глава 3. Основные принципы юридической ответственности 13 PAGEREF _Toc214437289 \h 14151515
13 LINK \l "_Toc214437290" 14Глава 4. Проблемные вопросы позитивной юридической ответственности 13 PAGEREF _Toc214437290 \h 14271515
13 LINK \l "_Toc214437291" 14Заключение 13 PAGEREF _Toc214437291 \h 14341515
13 LINK \l "_Toc214437292" 14Список литературы 13 PAGEREF _Toc214437292 \h 14371515
15
Введение

Для нормальной жизни любого общества необходим определенный порядок, урегулированность общественных отношений, которые достигаются с помощью социальных норм, определяющих правила поведения людей. Однако эти нормы действуют лишь тогда, когда они выполняются. Необходимость сообразования каждым членом общества своих поступков с установленными в нем правилами поведения, а также осознание им возможности наступления неблагоприятных последствий в случае их нарушения обусловливает существование такого общественного явления, как социальная ответственность.
Категория ответственности как общесоциологическая категория стала предметом исследования советской философской науки в 60е годы. Первой фундаментальной работой над проблемой ответственности, по мнению Д.И. Бернштейна, явилась кандидатская диссертация А.П. Чернининой. И хотя формально она была посвящена ответственности в этике, в ней фактически дается глубокий анализ ответственности, как общесоциологической категории свободы и необходимости.
Юридическая ответственность как вид социальной ответственности это прежде всего обязанность соблюдать предписание правовых норм, следовать им, выбирать в их рамках наиболее рациональный вариант поведения.
В юридическом энциклопедическом словаре термин "юридическая ответственность" определяется как: "Государственное принуждение к исполнениям требованиям права, правоотношение, каждая из сторон которого обязана отвечать за свои поступки перед другой стороной, государством и обществом".
Термины "правовая ответственность" и "юридическая ответственность" употребляются в правовой литературе равноправно как синонимы.
В юридической литературе последних лет наметилось стремление понимать юридическую ответственность широко: это и осознание своего поведения в правовой сфере, его последствий и социальной значимости (чувство долга); это и общественное отношение, характеризующее взаимосвязь, взаимозависимость индивида и общества; это и обязанность субъекта права.
Юридическая ответственность как вид социальной ответственности это прежде всего обязанность соблюдать предписание правовых норм, следовать им, выбирать в их рамках наиболее рациональный вариант поведения.
Целью настоящей курсовой работы является попытка раскрыть принципы юридической ответственности, основываясь на современной теории права, и дать примерное представление об этом виде социальной ответственности.
Глава 1. Понятие и признаки юридической ответственности

Юридической ответственностью называется применение к лицу, совершившему правонарушение, мер государственного принуждения, предусмотренных санкцией нарушенной нормы, в установленном для этого процессуальном порядке.
Общей целью всех видов ответственности является охрана правопорядка с помощью мер государственного принуждения. Эта цель, в зависимости от характера правонарушений и их последствий, достигается либо принудительным восстановлением нарушенных прав и пресечением противоправных состояний, либо наказанием правонарушителя, либо сочетанием того и другого.
Для всех видов юридической ответственности общими являются следующие качества:
Во-первых, основанием ответственности является (действительное или предполагаемое) правонарушение. Ответственность всегда конкретна: это ответственность определенного лица за доказуемое нарушение точно обозначенной нормы права при обстоятельствах, заранее предусмотренных законом или другими нормативными актами.
Право, правонарушение и ответственность неразрывно связаны. Признавая необходимость охраны права государственным принуждением, мы вводим в понятие права понятие правонарушения: право для того и нужно, чтобы поддерживать социальный порядок, пресекать отклонения от наиболее важных с общественной точки зрения вариантов поведения. Само существование права показатель противоположности интересов людей, которые не могут договориться между собой на основе только лишь моральных норм. Очевидно, однако, что право практически невозможно нарушить, не посягая на конкретные правовые отношения. Правонарушение не причиняет урона и ущерба нормам закона, которые продолжают действовать и считаются обязательными; оно вредно или опасно для конкретных прав и охраняемых законом интересов, для стабильности определенной области общественных отношений. Правонарушение конкретный факт, юридическое определение (квалификация) которого содержится в законе. То же и правовое принуждение: оно может применяться лишь к конкретным лицам (субъектам права) за точно определенные нарушения в той сфере, где люди общаются между собой, вступают в отношения. Невозможно применить санкции за "нарушение права вообще", но можно и должно применить их за конкретный проступок; невозможно восстановить нарушенный правопорядок, не восстанавливая конкретные права, принуждая к выполнению конкретных обязанностей.
Необходимость точной определенности качеств правонарушения и мер принуждения, которые должны применяться в случае его совершения, предполагает особенное значение так называемой "догмы права" при осуществлении юридической ответственности. При любом понимании права вообще нормативном, социологическом, естественно-правовом, психологическим норма права, как она выражена в тексте закона, является "альфой и омегой" ответственности за правонарушение. Ни признаки правонарушения, как они описаны в законе, ни санкции, определяющие меры принуждения за него, не подлежат расширительному или распространительному толкованию либо применяться по аналогии.
Во-вторых, все виды ответственности осуществляются на основе нормативных конструкций, представляющих единство норм материального и процессуального права. Признаки правонарушения и санкции за, его совершение предусмотрены нормами материального права; порядок доказывания, определения того, было или не было правонарушение и кто его совершил, а также назначение конкретной меры государственного принуждения в пределах санкции нарушенной нормы строго регламентирован нормами процессуального права.
В последние десятилетия преодолевается существовавшая в общей теории права и ряде отраслевых дисциплин недооценка роли и значения процедурно-процессуальной регламентации ряда сфер осуществления государственной деятельности. Справедливо отмечается, что процессуальные нормы несут на себе, в сущности, основную нагрузку нормативного способа упрочения режима законности. Однако дефинитивный аппарат теории права не вполне готов выразить различные уровни понятия "процессуальные нормы и отношения". Само понятие процесса по традиции нередко связывается с деятельностью суда; поэтому необычным терминологическим новшеством оказывается определение исполнительно-уголовного права как уголовно-процессуального или, по крайней мере, лежащего с ним в одной плоскости. Известные трудности связаны также с динамичностью самого понятия "процессуальные нормы", так как многие из таких норм (устанавливающих "технологию поведения", указывающих "как делать") в процессе правового регулирования выполняют функции материальных норм (определяющих "конструкцию", поведения, указывающих "что делать") по отношению к процессуальным нормам следующего порядка.
В ряде исследований процессуальные, нормы, регулирующие отношения ответственности, рассматриваются только как внешняя форма, а не содержание ответственности. В результате вне поля зрения исследователей остаются, с одной стороны, правовые институты, обеспечивающие право на защиту лицу, привлеченному к ответственности, а также другие гарантии истины по делу о правонарушении, а с другой стороны за пределы ответственности выводятся нормы, определяющие "технологию принуждения", от которых зависит практическая реализация и неотвратимость ответственности.
Глава 2. Виды юридической ответственности

Основные виды юридической ответственности предопределяются содержанием санкций, которые применяются за правонарушения. Санкции делятся на два основных вида в соответствии со способом, каким они служат охране правопорядка: правовосстано-вительные санкции направлены на устранение непосредственного вреда, причиненного правопорядку (восстановление нарушенных прав, принудительное выполнение обязанностей, устранение противоправных состояний), задача штрафных, карательных санкций воздействие на правонарушителя в целях общей и частной превенции правонарушений (уголовно-правовые, административные, дисциплинарные и некоторые другие санкции). Поскольку выраженный в санкции способ охраны правопорядка предопределяет порядок ее применения и реализации, основным делением видов ответственности (как и санкций) является деление на правовосстановительную и штрафную.
Для правовосстановительной ответственности существенно важно точное определение уже существующих обязанностей правонарушителя и их, в случае необходимости, принудительное осуществление. Для штрафной, карательной ответственности правильная квалификация правонарушения, индивидуализация наказания или взыскания, реализация примененных к правонарушителю мер принуждения, освобождение его от ответственности, когда ее цели достигнуты.
Этим определяется круг вопросов, решаемых в пределах соответствующего вида ответственности при помощи процессуальной формы. Последняя зависит от материального основания еще и в том отношении, что чем строже санкция, тем более развита эта процессуальная форма (обширность нормативной детализации гарантий истины по делу и права на защиту прямо пропорциональна степени строгости санкции).
Комплекс норм материального и процессуального права, определяющих санкцию и другие меры принуждения, подлежащие применению в случае правонарушения, порядок (процесс) и последовательность применения и реализации этих мер, а равно норм, определяющих права лица, привлеченного к ответственности, образует нормативную конструкцию ответственности.
Существенная разница между штрафной, карательной ответственностью и правовосстановительной состоит в следующем.
Штрафные, карательные санкции (уголовные, административные, дисциплинарные) носят относительно определенный характер, устанавливая высший и низший пределы наказания или взыскания, подлежащих назначению правонарушителю в соответствии с обстоятельствами правонарушения, степенью вины, характеристикой личности и других обстоятельств. Правовосстановительные санкции носят абсолютно определенный характер, поскольку размер ущерба, вреда, причиненного правопорядку, может быть достаточно точно определен независимо от обстоятельств правонарушения.
Лицо, привлеченное к штрафной, карательной ответственности, неспособно подвергнуть себя наказанию или взысканию, которое должно быть определено и назначено ему соответствующими государственными органами в соответствии с обстоятельствами дела и реализовано в установленном законом порядке. Лицо, совершившее правонарушение, влекущее применение правовосстановитель-ных санкций, может до и без вмешательства государственных органов возместить причиненный ущерб, восстановить нарушенные права, выполнить обязанности, прекратить противоправное состояние. На этом основано применение к правонарушителю дополнительных санкций, понуждающих его к скорейшему восстановлению правопорядка, что невозможно и недопустимо при осуществлении штрафной, карательной ответственности.
При осуществлении штрафной, карательной ответственности к правонарушителю применяется одна санкция (она может определять основное и дополнительные наказания или взыскания) за виновное и противоправное деяние, которое может содержать признаки разных правонарушений. Более строгая штрафная, карательная ответственность (уголовная) поглощает менее строгие (административная или дисциплинарная).
Правовосстановительная ответственность не поглощается никакой другой и применяется до тех пор, пока не будет восстановлен правопорядок (руководитель предприятия, виновный в нарушении ст. 145 УК РФ, привлекается к уголовной ответственности; кроме того, отменяется незаконный приказ об увольнении работницы + она восстанавливается в должности + оплачивается вынужденный прогул + выплаченные суммы взыскиваются с лица, издавшего незаконный приказ + это решение принудительно исполняется, если не выполнено добровольно).
Общим для того и другого видов ответственности является, как отмечено, с одной стороны применение мер принуждения, предусмотренных законом за правонарушение и, с другой стороны осуществление прав лица, обвиняемого в правонарушении (любого вида), оспаривать обвинение, участвовать в исследовании обстоятельств дела, давать объяснения, представлять доказательства, обжаловать решения, принятые в процессе осуществления ответственности.
В процессе осуществления ответственности могут применяться предусмотренные законодательством принудительные меры, обеспечивающие производство по делу о правонарушении меры обеспечения доказательств (обыски, выемки и др.) или исполнения решения (опись имущества, его изъятие и др.), а также меры пресечения (отстранение от работы, задержание, содержание под стражей и др.). Эти принудительные меры носят вспомогательный характер: их применение зависит от тяжести правонарушения, но не содержит его итоговой правовой оценки (их применением не исчерпывается и не решается вопрос об ответственности за правонарушение); при применении санкции они поглощаются назначенным наказанием, взысканием, принудительным исполнением.
Штрафная, карательная ответственность применяется за преступления либо административные или дисциплинарные проступки. Возникновение и движение этой ответственности протекает только в процессуальной фбрме и определяется актами государственных органов и должностных лиц, наделенных соответствующими правомочиями.
Этот вид ответственности включает следующие стадии: 1. Обвинение определенного лица в совершении конкретного преступления или проступка; 2. Исследование обстоятельств дела о правонарушении; 3. Принятие решения о применении или неприменении санкции, выбор в ее пределах конкретной меры наказания или взыскания; 4. Исполнение взыскания или наказания, назначенного правонарушителю; 5. Своеобразным последствием применения штрафной, карательной санкции является "состояние наказанности" (судимость в уголовном праве, наличие взыскания в трудовом и в административном), влекущее некоторые правоограничения и более строгую ответственность при рецидиве.
От преступлений отличаются проступки виновные противоправные деяния, влекущие применение взысканий.
Административная ответственность осуществляется на основе законодательства об административных правонарушениях. Производство по делу начинается составлением протокола об административном правонарушении. В случаях, когда в соответствии с законодательством штраф налагается и взимается, а предупреждение фиксируется на месте совершения правонарушения, протокол не составляется, если нарушитель не оспаривает налагаемое на него взыскание.. В предусмотренных законом случаях к лицу, привлеченному к административной ответственности, могут применяться меры обеспечения производства по делу: административное задержание лица, личный досмотр, досмотр вещей и изъятие вещей и документов. Дела об административных правонарушениях рассматриваются народными судами, народными судьями, .органами внутренних дел, органами государственных инспекций и другими государственными органами и должностными лицами, уполномоченными на то законодательными актами. Дело рассматривается открыто, в присутствии лица, привлекаемого к административной ответственности. Привлеченный к ответственности вправе знакомиться с материалами дела, давать объяснения, представлять доказательства, заявлять ходатайства, пользоваться юридической помощью адвоката, обжаловать постановление по делу, имеет ряд других прав. Законодательством определены сроки привлечения к административной ответственности и исполнения наложенных взысканий.
Дисциплинарная ответственность применяется за нарушение трудовой, учебной, служебной, воинской дисциплины. Рабочие и служащие, нарушившие трудовую дисциплину, привлекаются к дисциплинарной ответственности администрацией предприятия, учреждения, организации. До наложения взыскания должны быть затребованы объяснения от нарушителя трудовой дисциплины. Законодательством определен порядок обжалования дисциплинарного взыскания, сроки его применения и действия, порядок досрочного снятия. Определенную специфику имеет дисциплинарная ответственность работников гражданской авиации, железнодорожного транспорта, военнослужащих по уставам о дисциплине, а также дисциплинарная ответственность судей и некоторых других категорий должностных лиц, дела о проступках которых рассматриваются и решаются специальными дисциплинарными коллегиями.
От штрафной, карательной ответственности отличается правовосстановителъная ответственность, которая заключается в восстановлении незаконно нарушенных прав, в принудительном исполнении невыполненной обязанности. Особенность этого вида ответственности в том, что в ряде случаев правонарушитель может сам, без вмешательства государственных органов, выполнить свои обязанности, восстановить нарушенные права, прекратить противоправное состояние. На этом, как отмечено, основаны дополнительные санкции, применяемые к правонарушителю в процессе реализации этих отношений ответственности (пени, штрафы, другие меры понуждения). Правовосстановительная ответственность возникает с момента правонарушения и завершается восстановлением (в установленных законом пределах) нарушенного правопорядка. Процессуальные нормы регулируют осуществление этого вида ответственности в случае спора (в суде, в арбитраже) или отказа правонарушителя восстановить нарушенный правопорядок (исполнительное производство).
Проблемы правовосстановительной ответственности приобретают в нашей стране особенное значение в связи с развитием частного права, товарно-денежных отношений, перспективой становления гражданского общества и правового государства. В прежнем обществе, где все было огосударствлено, главное значение придавалось штрафной, карательной ответственности. Большая часть теоретиков утверждала, что ответственность состоит только в применении штрафных, карательных санкций. В чем-то здесь сказалось и обыденное правосознание, сводящее право в целом к уголовному праву, и недооценка роли санкций, направленных на реальное восстановление нарушенных прав. Поскольку все, даже сфера обслуживания, было огосударствлено, нередки ситуации, когда гражданин, чьи права нарушены противоправными действиями работников государственных организаций и предприятий, получал не возмещение вреда и убытков, а сообщение о том, что на виновных наложены дисциплинарные взыскания. Еще хуже дело обстояло с ответственностью хозорганов в условиях плановости и хозрасчета, когда взыскание санкций за нарушение поставок и договоров хотя и считалось юридически обязательным, но производилось в пределах 1015%, а на полученные суммы штрафов и неустоек вообще невозможно было приобрести продукцию взамен недопоставленной или некачественной.
Переход к рыночным отношениям существенно меняет значение правовосстановительных санкций и побуждает по-новому оценить ряд дискуссионных проблем теории ответственности.
Нуждается в пересмотре и сокращении общее количество запретов. С усложнением общественной жизни, развитием научно-технической революции возникает необходимость установления новых запретов, определения новых составов правонарушений и санкций за их совершение. В то же время практика показывает устарелость или неэффективность немалого числа ранее установленных запретов, которые либо почти не нарушаются, либо, наоборот, нарушаются почти безнаказанно, потому что меры государственного контроля и принуждения оказались неэффективны для их предупреждения, обнаружения и пресечения.
Серьезной практической проблемой, особенно для нашей страны, является соотношение правовосстановительной и штрафной, карательной ответственности. В гражданском обществе в случаях, когда правонарушением причинен урон правам гражданина или организации, первоочередной задачей является восстановление нарушенных прав, возмещение вреда за счет правонарушителя. Формирование гражданского общества повышает значение правовосстановительной ответственности, реализация которой непосредственно служит поддержанию и восстановлению правопорядка.
Глава 3. Основные принципы юридической ответственности

Понятия права, правонарушения и ответственности неразрывно связаны по той причине, что одна из главных задач права защита общества (или его господствующей либо Наиболее влиятельной части) от вредных и опасных деяний. Право потому и обеспечивается (охраняется) государственным принуждением, что его существование обусловлено наличием в обществе противоречивых интересов, конфликтов, столкновений, для предупреждения и пресечения которых необходимо применение принудительных мер. Поэтому любая правовая система содержит определения правонарушений, санкций за их совершение и порядка их применения и реализации.
Применение мер государственного принуждения за те или иные деяния всегда привлекало повышенное внимание общества, социальных групп, классов, потому что оно острее всего затрагивает интересы людей и их объединений. Обостренное внимание к этой проблеме обусловливается также и возможностью ошибок, произвола или попустительства государственных органов или должностных лиц, применяющих принуждение. В обыденном правосознании право нередко ассоциируется прежде всего с принуждением и наказанием; поэтому при массовых опросах населения об основных действующих законодательных актах чаще других называется Уголовный кодекс, хотя жизнь подавляющего большинства опрошенных граждан никак не связана ни с преступлениями, ни с наказаниями.
В процессе становления гражданского общества и борьбы с феодальным режимом складывались принципиальные положения теории права и практики законотворчества относительно определения составов правонарушений и ответственности за их совершение.
В поле зрения передовых мыслителей, обосновывавших свободу, равенство, безопасность личности, были прежде всего уголовное право и процесс.
Монтескье, автор известной книги "О духе законов" (1748 г.), писал: "Свобода политическая заключается в нашей безопасности или по крайней мере в нашей уверенности, что мы в безопасности.
Эта безопасность всего более подвергается нападениям в уголовных процессах по обвинениям публичного или частного характера. Поэтому свобода гражданина зависит главным образом от доброкачественности уголовных законов. Если не ограждена невиновность гражданина, то не ограждена и свобода.
Сведения о наилучших правилах, которыми следует руководствоваться при уголовном судопроизводстве, важнее для человечества всего прочего в мире".
Критика инквизиционного процесса и всей системы феодальной юстиции нашла обобщенное выражение в книге Чезаре Беккариа "О преступлениях и наказаниях" (1764 г.), в которой изложена позитивная программа преобразований в законодательстве и правосудии.
По мере развития отношений гражданского общества основные принципы ответственности, разработанные в области уголовного права и процесса, распространялись на другие отрасли права. В результате в законодательстве, в судебной практике, в общественном правосознании развитых стран сложились принципиальные положения об основаниях юридической ответственности и формах ее осуществления. Некоторые из этих принципиальных положений ныне закреплены в международных документах, признаны и воплощены в законодательстве Российской Федерации.
Как отмечено, основные принципы законодательного определения ответственности за нарушение правовых запретов формировались в процессе развития и обсуждения уголовного права. Эти принципы относятся ко всему вообще законодательству о юридической ответственности за правонарушения.
Общепризнанным принципом наказания за преступление является принцип законности или правовой обоснованности, выраженный известной формулой nullum crimen, nulla poena, sine lege (без закона нет ни преступления, ни наказания). Это означает, что правонарушением признается лишь деяние, которое до его совершения было запрещено законом, вступившим в силу и доведенным до всеобщего сведения.
Важным принципом определения состава правонарушений и санкций является соразмерность преступления (проступка) и наказания (взыскания). Этот принцип сложился в противовес практике устрашающих жестоких наказаний за все вообще правонарушения, свойственной средневековью.
Международными пактами запрещены наказания жестокие, бесчеловечные, унижающие достоинство, присущее человеческой личности. В странах, которые не отменили смертной казни, смертные приговоры могут выноситься только за самые тяжкие преступления. Для лиц, лишенных свободы, должен быть предусмотрен режим, существенной целью которого является их исправление и перевоспитание.
Наказания и взыскания не должны противоречить системе социальных ценностей, принятых в данном обществе. Кроме того, они должны быть согласованы с наказаниями (взысканиями) за другие правонарушения. Если, скажем, грабеж или разбой караются так же или даже строже, чем убийство человеческая жизнь приравнивается к имущественной ценности, причем стимулируется убийство потерпевшего с целью избавиться от свидетеля. В целом принцип соразмерности означает необходимость дифференциации и согласованности наказаний и взысканий за разные по степени опасности и вредности правонарушения.
Правовой наукой и практикой разработан ряд принципиальных положений, определяющих общее направление развития законодательства о правонарушениях и ответственности за их совершение.
Каждый запрет долен быть воспринят общественным правосознанием или, по крайней мере, не противоречить ему; если такое противоречие существует, а запрет общественно необходим, его установлению должна предшествовать широкая разъяснительная работа либо его придется снабдить очень строгими санкциями.
Запретов не должно быть слишком много; в общественном сознании существует некий порог восприятия правовых норм, запретов и санкций за их нарушение. Чрезмерное множество запретов приведет к тому, что среди запретов, без которых можно бы обойтись, затеряются действительно необходимые запреты. Кроме того, когда запретов слишком много практически невозможно привлекать к ответственности за каждое их нарушение и потому складывается представление, что их можно безнаказанно нарушать.
По той же причине нельзя каждый запрет сопровождать чрезмерно строгой санкцией. Если одинаково строго караются разные по степени вредности и опасности правонарушения, у преступника нет стимула воздерживаться от деяний более опасных. К тому же непомерно строгие наказания могут вызывать сочувствие общества к наказанному, породить широкое недоверие к справедливости законодателя, а также чрезмерно частое смягчение наказаний судами при решении конкретных дел, что отрицательно сказывается на авторитете закона. Но и недостаточно строгие санкции неэффективны: если за уклонение от уплаты налогов или за причинение в результате промышленной деятельности вреда природе установлены относительно невысокие штрафы, недостаточен стимул для прекращения противоправного поведения.
Применение санкций за правонарушения осуществляется в процессуальной форме ответственности; давно замечено, что процесс и порядок расследования дел о правонарушениях и применения за них санкций включает ряд сложных проблем, существенно затрагивающих интересы личности и общества.
Во-первых, законодательство о правонарушениях и ответственности имеет общественное значение лишь в той мере, в какой оно реализуется. Если государственные органы и должностные лица не обращают внимания на правонарушения либо применяют установленные законом санкции не в полную силу, у тех членов общества, которым по существу адресованы запреты и санкции, складывается впечатление, что эти (а может быть и многие другие) запреты можно нарушать безнаказанно. В результате правопорядку и правам граждан, авторитету права и государства причиняется немалый урон ростом числа безнаказанных правонарушений.
Вторая, не менее острая проблема состоит в возможности применения мер принуждения и санкций, предназначенных для борьбы с правонарушениями, к лицам, не нарушавшим правовых запретов. Ни личность, ни общество не могут обойтись без защиты от правонарушителей, а тем самым без деятельности специального аппарата, охраняющего право от нарушений. Вместе с тем в сфере, где применяется государственное принуждение, общество и личность сталкиваются с рядом тревожных явлений. Государственные органы и должностные лица, расследующие дела о правонарушениях, наделены властными полномочиями, необоснованное и незаконное использование которых может причинить существенный урон правам и свободам личности. Не секрет, что специфика деятельности правоохранительных органов, обязанных оперативно пресекать правонарушения, порой придает расследованию уголовных и иных дел обвинительный уклон. Необходимая для борьбы с правонарушениями тайна дознания и следствия может обернуться отсутствием гласности, попустительством произволу в добывании доказательств и запугиванием лиц, вовлеченных в процесс расследования. Стремление возможно быстрее обосновать обвинение и закончить дело в срок может вести к искусственному созданию доказательств, вплоть до понуждения подозреваемого признать себя виновным в правонарушении, которого он, возможно, не совершал. В результате порой обвиняется невиновный, и, наоборот, коррумпированные работники правоохраны имеют немало возможностей освободить от ответственности виновного.
В решении многих из этих проблем существенное значение имеет процессуальное регулирование юридической ответственности. При определении процессуального порядка осуществления ответственности существует такая закономерность: чем строже санкция, подлежащая применению, тем более сложны и развиты процедуры исследования обстоятельств дела, подготовки и принятия решения о применении или неприменении санкции. Поэтому наибольшее развитие общие принципы юридической ответственности, как отмечено, получили в уголовном процессе; по тем же принципам осуществляются иные виды ответственности.
Основным принципом юридической ответственности является законность. Это означает, что ответственность применяется только за правонарушение, то есть виновное противоправное деяние, совершенное деликтоспособным лицом.
При осуществлении ответственности закону, запрещающему какое-либо деяние, не должна придаваться обратная сила уже по той причине, что право, как правило должного, обращенное в будущее, регулирует волевое поведение людей, соизмеряющих свои поступки, с их юридической оценкой (за что наказывать человека, если он не знал, что этот поступок когда-то будет запрещен?). По той же причине должно быть заранее известно, какое именно (в каких пределах) наказание или взыскание будет применено к тем, кто совершит именно такое правонарушение. Придание обратной силы закону, усиливающему наказание или взыскание, недопустимо потому, что социальное назначение и запретов, и санкций (угрозы за их нарушение) состоит в том, чтобы повлиять на выбор той или иной линии поведения (если бы знал, что будет караться столь строго то не совершил бы). Напротив, закон, отменяющий запрет или облегчающий наказание, взыскание, обязательно должен иметь обратную силу, потому что строгое наказание за деяние, которое ранее считалось преступлением, а теперь не считается или наказывается менее строго, не только противоречит гуманизму и справедливости, но и уравнивает в общественном сознании преступные и непреступные деяния, деяния опасные и менее опасные.
Законность ответственности и в том, что конкретная мера ответственности строго ограничена пределами санкции нарушений нормы и при ее реализации может быть смягчена, но никак не усилена. Наконец, исследование обстоятельств дела о правонарушении, применение и реализация санкций, особенно строгих, осуществляется в процессуальной форме, содержащей гарантии объективного рассмотрения и решения дела с обеспечением прав и законных интересов лица, привлеченного к ответственности.
Законодательством определены специальные гарантии законности, предупреждающие и пресекающие выход за рамки закона, злоупотребления и ошибки при применении материально-правовых норм и норм процессуальных.
С законностью тесно связана обоснованность ответственности, под которой понимается, во-первых, объективное исследование обстоятельств дела, сбор и всесторонняя оценка доказательств, аргументированность вывода о том, было ли совершено правонарушение, виновно ли в этом лицо, привлеченное к ответственности, подлежит ли применению предусмотренная законом санкция; во-вторых, определение конкретной меры наказания, взыскания, возмещения вреда в точном соответствии с критериями, установленными законом. Как отмечено, штрафные, карательные санкции носят относительно определенный характер, дающий возможность при применении наказания или взыскания учесть обстоятельства конкретного дела (особенности правонарушения, характеристика личности правонарушителя и др.). Выбор конкретной меры наказания или взыскания в пределах относительно определенной санкции должен быть основан на тщательном изучении материалов дела и учете смягчающих и отягчающих обстоятельств.
При применении правовосстановительных санкций также решается вопрос о том, было ли совершено правонарушение, но при конкретизации санкции рассматриваются другие проблемы: об объеме и, порядке возмещения причиненного вреда (иногда о возможности уменьшения или рассрочки выплат), о способе устранения противоправного состояния, о возмещении убытков и ущерба и т. д.
С законностью и обоснованностью ответственности связан принцип, согласно которому никто не должен дважды нести уголовную или иную ответственность за одно и то же правонарушение (поп bis in idem не дважды за одно).
Принцип "не дважды за одно" относится к применению штрафных, карательных санкций и не противоречит тому, что к правонарушителю, подвергнутому штрафной, карательной ответственности, применяются правовосстановительные санкции, если его деянием причинен имущественный или иной вред (расхититель не только подвергается наказанию, но и с него взыскивается сумма похищенного; хулиган, разбивший витрину, наказывается за хулиганство и, сверх того, возмещает причиненный ущерб). Кроме того, само наказание, предусмотренное санкцией, может содержать несколько правоограничений (лишение свободы + конфискация имущества + лишение права занимать определенные должности).
Принципом ответственности является состязательность прогресса и право на защиту лица, привлеченного к ответственности.
Этот принцип утвердился в борьбе с феодальным режимом и свойственным ему инквизиционным, обвинительным процессом. Состязательность важное средство достижения истины по делу о правонарушении и обеспечения обоснованности решения, способ преодоления обвинительного уклона при расследовании дел о правонарушениях, гарантия прав лица, привлеченного к ответственности.
Лицо, которое привлекается к ответственности, то есть официально обвиняется в совершении правонарушения, находится в фактически неравном положении с обвиняющим его государственным органом, управомоченным применять меры принуждения. Это неравенство в какой-то мере компенсируется состязательностью процесса, возложением на того, кто управомочен привлекать к штрафной, карательной ответственности, "бремени доказывания", то есть обязанности либо доказать факт правонарушения и совершения его обвиняемым, либо прекратить дело и принести извинения. С этим связана презумпция невиновности: каждый человек, обвиняемый в совершении преступления, имеет право считаться невиновным, пока его виновность не будет доказана в установленном законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Обвиняемый в уголовном процессе, а также привлеченный к другому виду штрафной, карательной ответственности, не обязан доказывать свою невиновность. Он имеет право оспаривать факт правонарушения, его юридическую оценку, представлять свои доказательства, участвовать в исследовании обстоятельств дела (в том числе в допросе свидетелей обвинения). Государственным органам и должностным лицам запрещено каким бы то ни было способом принуждать обвиняемого в совершении правонарушения к даче показаний. Никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников. Любые доказательства, полученные с нарушением закона, признаются не имеющими силы. Неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого.
Комплекс прав лица, привлеченного к ответственности, дающий ему возможность участвовать в исследовании обстоятельств дела и отстаивать свои интересы, называется правом на защиту.
Право на защиту закреплено законом в виде процессуальных прав привлеченного к ответственности, обеспечивающих ему возможность знать, в чем именно состоит обвинение, оспаривать его, участвовать в исследовании обстоятельств дела, пользоваться помощью адвоката, обжаловать применение мер пресечения и другие акты, предшествующие принятию решения, обжаловать само решение и порядок его исполнения и др.
С правом на защиту связан ряд дополнительных принципов ответственности, к числу которых относится "недопустимость изменения к худшему" (reformatio in pejus), т. е. ухудшения правового положения лица, обжалующего решение, например, применения высшей судебной инстанцией более строгой санкции по делу, которое рассматривается ею по жалобе осужденного, а равно усиления административного или дисциплинарного взыскания при обжаловании.
Осуществление правовосстановительной ответственности также основано на принципе состязательности, но распределение бремени доказывания иное: потерпевшему достаточно доказать причинение имущественного или иного вреда, невыполнение обязательства, создание противоправного состояния. Подлежащий ответственности может оспаривать факт правонарушения, доказывать правомерность своих действий, причинивших вред, обосновывать свое мнение в размере вреда или о порядке его возмещения.
К принципам ответственности относится ее неотвратимость. Установление запретов и санкций за их нарушение имеет смысл лишь при условии, что лица, совершившие правонарушения, привлекаются к ответственности и подвергаются мерам принуждения, определенным санкциями нарушенных правовых норм. Неотвратимость ответственности зависит более всего от налаженности работы правоохранительных органов, от подготовленности, компетентности и добросовестности работников, управомоченных привлекать к ответственности и применять санкции. Правонарушение, на которое не отреагировали правоохранительные органы, причиняет правопорядку серьезный урон: безнаказанность правонарушителей не только поощряет их к совершению новых, часто более тяжких правонарушений, но и подает дурной пример другим лицам, особенно неустойчивым. Поэтому одной из серьезных проблем является обязательная и своевременная регистрация сведений о правонарушениях, возбуждение уголовных дел по факту каждого преступления. В погоне за "благополучными" (менее неблагополучными) показателями некоторые работники органов дознания и следствия порой избегают регистрировать сведения о преступлениях, особенно тех, расследование и раскрытие которых связано с большими трудностями. Немалый урон правопорядку способно причинить и бездействие должностных лиц, попустительствующих совершению административных и дисциплинарных проступков, допускающих создание и сохранение противоправных состояний (издание незаконных актов, заключение и исполнение противозаконных сделок, самовольное строительство и т. п.).
Своевременность ответственности означает возможность привлечения правонарушителя к ответственности в течение срока давности, то есть периода времени, не слишком отдаленного от факта правонарушения. Для административных и дисциплинарных проступков такой срок определен в несколько месяцев; по уголовным преступлениям срок давности значительно больше: от года до 10 15 лет, в зависимости от тяжести преступления и обстоятельств дела. Давностью ограничено также обращение к исполнению вступившего в законную силу приговора (от трех до десяти лет) или постановления о наложении административного взыскания (три месяца). Имущественная ответственность осуществляется в пределах срока исковой давности.
При реализации ответственности учитываются такие принципы права и морали как целесообразность и гуманизм. То и другое означает, что лицо, совершившее правонарушение и признанное виновным, может быть полностью или частично освобождено от применения и реализации санкции по тем причинам, что правонарушитель добровольно возместил нанесенный ущерб или устранил причиненный вред, проявил чистосердечное раскаяние, делами доказал свое исправление, в силу чего назначение ему взыскания или наказания либо дальнейшее отбывание назначенной меры нецелесообразно. По мотивам гуманности отношения ответственности могут быть прекращены в случае тяжелой болезни правонарушителя, несчастья в его семье и по аналогичным причинам.
Принцип гуманизма учитывается и при осуществлении право-восстановительной ответственности, но сложность в том, что если государство и его органы вправе простить (помиловать) правонарушителя, смягчив его штрафную, карательную ответственность или вообще освободив от нее по основаниям, указанным в законе, то там, где нарушены права частных или юридических лиц и речь идет об их восстановлении право отказа от осуществления ответственности принадлежит только тем, чьи права восстанавливаются посредством такой ответственности. Однако и здесь по просьбе лица, привлеченного к ответственности, при наличии уважительных причин возможны по решению суда или других правоохранительных органов изменение порядка исполнения, отсрочка и рассрочка платежей, снижение размеров выплат.

Глава 4. Проблемные вопросы позитивной юридической ответственности

Юридическая ответственность - один из основных институтов, опосредующих охранительную функцию права. Поэтому традиционно она рассматривалась как один из видов негативной реакции государства на правонарушение. В этих рамках разрабатывались различные подходы, которые, несмотря на их отличия, объединяло главное, а именно - признание ее ретроспективности, обязательной связи с предшествующим ей противоправным поведением. Однако в шестидесятые годы в отечественной юриспруденции и в первую очередь в науке уголовного права правильность такого подхода ставится под сомнение. Обосновывается необходимость иной трактовки юридической ответственности, расширения сложившегося понятия за счет включения в него, наряду с ретроспективным, и позитивного аспекта.
Первоначально наличие позитивной юридической ответственности усматривалось в особом состоянии индивида, характеризующемся глубоким пониманием интересов общества и государства, активным и добросовестным выполнением им своих обязанностей, гражданского долга. Здесь акцентировалось внимание на субъективной стороне поведения, а ответственность распространялась и на правомерную деятельность субъектов.
Данная позиция не нашла широкого признания, но определенную поддержку среди ученых все же получила. Более того, ее влияние можно обнаружить и в законодательстве. Например, ч.1 ст.59 Конституции Российской Федерации гласит о том, что защита Отечества является не только обязанностью российского гражданина, но и его долгом. Ст.12 отклоненного Президентом Российской Федерации Федерального Закона "О материальной ответственности военнослужащих" устанавливала материальную ответственность при досрочном увольнении военнослужащих (отчислении курсантов из военного образовательного учреждения профессионального образования) и при отсутствии правонарушения, то есть за правомерное, но, с точки зрения законодателя, позитивно безответственное поведение, поскольку финансовые затраты государства на подготовку такого военнослужащего в результате его действий адекватной компенсации не получают, а следовательно, налицо ненадлежащее отношение к интересам общества и государства. Или, например, ч.6 п.20 новой редакции Устава Омского государственного университета возлагает на ректора ответственность за подготовку высококвалифицированных специалистов, руководство образовательной, научной, воспитательной работой и т.п. Как и в вышеуказанных, в этом случае имеется в виду необходимость добросовестного выполнения руководителем вуза его служебных обязанностей, то есть о том, что было предложено именовать позитивной юридической ответственностью.
С момента своего появления концепция позитивной юридической ответственности как осознания долга по выполнению правовой обязанности стала объектом серьезной и справедливой критики. Показательно, что даже сторонники расширения понятия ответственности путем конструирования двух ее аспектов вынуждены признать малоперспективность разработки данного направления. Однако и на сегоднящний день она не потеряла приверженцев и излагается в новейших учебниках.
Здесь нет нужды излагать аргументы ее оппонентов - они хорошо известны. Дополнительно отметим лишь следующее. Во-первых, указанный подход является апологией, казалось бы, давно отвергнутой цивилизованным обществом идеи юридической ответственности за образ мыслей и чувств, широко представленный в европейских памятниках средневекого права, поскольку одним из его фундаментальных положений выступает тезис о том, что позитивно безоветственное поведение влечет за собой ретроспективную ответственность, кару, наказание. Если стоять на этой позици, то разве можно признать позитивно ответственным исполнение субъектом своих обязанностей не в силу внутреннего убеждения, а из-за страха наказания, "из-под палки" или из соображений конформизма? С точки зрения рассматриваемой теории, ответ должен быть отрицательным, а ее логическое развитие приводит к абсурдному выводу о том, что подобного рода "позитивно безответственное" правомерное поведение должно быть наказано, ибо образ мыслей субъектов, мотивы их поведения заслуживают порицания. Именно к такому выводу в конечном итоге приходит Д.Т.Шон, который в свой работе фактически использует модель позитивной конституционной ответственности, хоть и не употребляет этого термина. К чему это может привести на практике, наглядно иллюстрирует упоминавшийся Федеральный Закон "О материальной ответственности военнослужащих".
Во-вторых, данная концепция не распространяется на субъективные права, несмотря на то, что от их реализации или неиспользования могут пострадать интересы общества и государства (например, неосуществление права на судебную защиту, избирательного права, злоупотребление правом и т.п.). Почему они не рассматриваются в рамках категории "позитивно ответственное поведение", ведь психологический механизм их реализации ничем не отличается от того, который опосредует выполнение правовых обязанностей? Удовлетворительного ответа мы не найдем. Если учесть, что осуществление моральных и иных неюридических прав индивида всегда оценивается с точки зрения соответствующих видов социальной ответственности, то остается только констатировать: понимание позитивной ответственности в праве не согласуется с понятием позитивной социальной ответственности как таковой. Но ведь именно необходимостью привести в соответствие с категорией социальной ответственности трактовку ответственности в праве объясняют свою позицию сторонники ее расширения! В результате трактовку расширили, а соответствия так и не добились.
Существенные изъяны рассматриваемой концепции побудили адептов идеи позитивной юридической ответственности к поиску новых путей ее интерпретации. Так появился подход, переносящий нагрузку с субъективной стороны поведения на объективную, на внешнюю сторону человеческой деятельности. Под позитивно ответственным теперь предлагается понимать любое правомерное поведение, в котором (а) исполняются обязанности или используются права, либо (б) реализуются только юридические обязанности независимо от обусловивших его мотивов.
И первый, и второй варианты вызывают возражения уже потому, что охватываемые ими явления давно уже зафиксированы и плодотворно изучаются в границах категории "правомерное поведение". Их новизна по существу сводится к замене имеющегося термина новым. Замена была бы уместна, если бы уже использующаяся дефиниция перестала соответствовать развившемуся за ее границы понятию, и возникшее несоответствие требовалось устранить. Но такого несоответствия нет. Более того, исключение субъективной стороны из научного анализа сузило сферу исследования правомерного поведения до границ одного из его видов, называемого в литературе объективно правомерным поведением. И здесь, как мы видим, замены терминологии не требуется.
Указанную концепцию, оставляющую без внимания субъективную сторону поведения, с ранее рассмотренной, помимо всего прочего, объединяет то, что она, как и ее предшественница, не согласуется с общим понятием социальной ответственности. Для последней психическое отношение лица к требованиям, предъявляемых ему обществом, их осознание, одобрение, внутренняя готовность исполнить наилучшим образом, или наоборот, отрицание, пренебрежение, уклонение от реализации выступают обязательным условием ее наступления. Как ни парадоксально, в объективистской трактовке позитивная юридическая ответственность отдалена от одноименного аспекта социальной ответственности намного значительнее, чем ретроспективная, для осуществления которой побудительные мотивы и вина правонарушителя имеют первостепенное значение.
Гиперболизация юридической ответственности, распространение ее понятия на уже существующие научные категории привнесены в общеправовую теорию, на наш взгляд, из уголовно-правовой литературы, где вопросы ответственности доминируют над всеми остальными. Само уголовное право зачастую отождествляется с уголовной ответственностью, которая является лишь одним из его институтов, с регулированием отношений между государством и преступником. Но часть не может заменить собой целое. Эта отрасль регламентирует не только отношения по поводу возложения ответственности, но и правомерное поведение, непосредственно не связанное с нею. Данная функция вытекает из действия уголовно-правовых запретов. Именно они, а не меры ответственности в конечном счете определяют пределы правомерной деятельности в любой регулируемой правом сфере - имущественных, управленческих, семейных и тому подобных отношениях.
Справедливости ради отметим, что признание за уголовным правом роли регулятора правомерного поведения порою признается в литературе. Однако сложившийся стереотип привел к тому, что опосредуемое им правомерное поведение растворилось в категориальном аппарате юридической ответственности, а не стало предметом анализа в рамках одноименной с ним общеправовой категории. Действительно, о какой самостотельности понятия правомерного поведения в уголовном праве может идти речь, если утверждается, что главное в нем - отношения ответственностим?
Как отмечалось, основным аргументом сторонников позитивной юридической ответственности является ссылка на социально-философское понимание ответственности кадиалектического единства исключающих друг друга аспектов (позитивного и ретроспективного), а отсюда делался вывод о том, что сущность юридической ответственности состоит в государственно-правовой оценке юридически значимого поведения субъекта с целью возложения позитивных и негативных санкций. С таким утверждением нельзя согласиться. Во-первых, под юридически значимым поведением в теории права понимаются юридические факты - физические действия лиц, не осуществляющих правового поведения (действия недееспособных субъектов). Поскольку их поведение не является правовым, постольку оно не может повлечь юридической ответственности. Во-вторых, диалектический подход предполагает поиск противоположностей в сущности самого явления, а не привнесение их сюда извне. Сущность противоречива, но едина и не может заключать в себе разнородных, взаимоисключающих сторон. Не взаимоисключение, а неразрывная связь, взаимодействие противоположностей выражают их диалектику. При двухаспектном же понимании юридической ответственности ею охватываются разнородные, разнопорядковые феномены. Этого не отрицают и его приверженцы. Как отмечает один из них, "к позитивной ответственности нельзя подходить с мерками негативной, так как с этих позиций ее не понять. Это особый феномен, выражающий иные связи и отношения. Соответственно здесь должны применяться другие оценки и критерии. В противном случае можно было бы довольствоваться одной лишь “ретроспективной ответственностью". И справедливость этих слов нельзя не признать.

Заключение

Завершая рассмотрение юридической ответственности, необходимо отметить тот немаловажный факт, что начало активной разработки идеи позитивной социальной ответственности, в том числе и юридической, совпало по времени с появлением идеологической установки на воспитание "нового человека" - строителя коммунистического общества, социальноактивного, высокосознательного, добросовестного, ответственно относящегося ко всему, что происходит в обществе, государстве и за его пределами. Так как традиционная трактовка ответственности в праве с подобным пониманием ответственности была несовместима, в юриспруденции эта идея преломилась в концепции позитивной юридической ответственности. В итоге утопический идеал ушел сегодня в небытие, но порожденная им в правовой науке конструкция осталась. Сказанное не означает, что проблематика, поднятая теорией позитивной юридической ответственности, должна быть отвергнута. Ее разработку нужно продолжать, но в рамках теории правомерного поведения, правосознания, правовой культуры.
Социальная ответственность в праве - это ответственность ретроспективная. Только она охватывается понятием "юридическая ответственность" и обладает следующими специфическими признаками:
1. Юридическая ответственность связана с государственным принуждением, причем оно может быть как реальным, реализованным, так и потенциальным. Последний вариант имеет место в гражданском праве, когда правонарушитель добровольно претерпевает меры юридической ответственности (например, возмещает ущерб, уплачивает штраф) без вмешательства в этот процесс государства, хотя такая возможность и существует. Данное обстоятельство не учитывают исследователи, полагающие, что ответственность возлагается только путем правоприменения и не может быть реализована добровольно.
2. Основанием возникновения юридической ответственности является правонарушение - общественно вредное, виновное деяние, прямо предусмотренное нормами права. Она не наступает за объективно противоправные деяния, поскольку в них нет упречного поведения и они фактически не отличаются от стихийных сил природы. Ведь никому ни приходит в голову привлекать к ответственности ураган. Однако возможность ответственности и при отсутствии вины продолжает обсуждаться в литературе. Обычно ссылаются на соответствующие нормы гражданского законодательства, которые такую конструкцию применительно к владельцам источников повышенной опасности действительно содержат. В этой ситуации, как справедливо отмечает Н.С.Малеин, налицо не что иное, как пример некорректного использования слова "ответственность", свидетельствующий не об ограничении сферы действия общеправового принципа ответственности только за вину, а о серьезных изъянах юридической техники. Подтверждением правильности такого вывода является наличие в гражданском праве института страхования риска (ст. 931,932 Гражданского кодекса РФ).
3. Юридическая ответственность влечет за собой негативные юридические последствия для правонарушителя (ограничение субъективных прав, возложение дополнительных обязанностей), несет ему кару, наказание. Поэтому нет юридической ответственности при принудительном взыскании долга, при признании недействительным нормативного правового акта или при его отмене и в иных случаях, когда государственное принуждение применяется, но дополнительные правовые обременения для субъектов не наступают.
Отсутствие хотя бы одного из перечисленных признаков свидетельствует и об отсутствии юридической ответственности.
Можно констатировать, что российские ученые-правоведы продолжают как теоретические исследования понятия правовой ответственности, так и совершенствование применения этого института в нормативно-правовых актах» В числе позитивных изменений в сфере развития законодательства об ответственности можно выделить: установление норм ответственности государства перед гражданами; признание безусловного права граждан на обращение в суд с целью защиты своих прав; введение норм, предусматривающих компенсацию морального ущерба; расширение роли экономических санкций; смягчение некоторых норм уголовной ответственности.
В то же время недостаточная регламентация тех или иных вопросов в законодательстве об ответственности, в частности весьма громоздкое и несогласованное на сегодняшний день законодательство Российской Федерации, сковывает поступательный ход общественного развития на пути к правовому государству и нуждается в совершенствовании. Устранение негативных явлений в области правотворчества и правоприменения - вопрос времени и одновременно - первостепенная задача как теоретиков права, так и правоохранительных органов.
Список литературы

Алексеев С. С. Общая теория права. Т. 1. М., 1981.
Андрианова Ю. С. К вопросу о соотношении понятий обязанности и ответственности. Вопросы теории юридических обязанностей: Тезисы II межвузовской научной конференции молодых ученых-юристов. Воронеж, 1988.
Братусъ С. Н. Юридическая ответственность и законность (Очерк теории). М., 1976.
Братусь С. Н. Юридическая ответственность и сознание долга. Вопросы теории государства и права: Межвузовский научный сборник. Саратов, 1983.
Варкалло В. Ответственность по гражданскому праву (возмещение вреда функции, виды, границы). М., 1978.
Васильев А. М. Правовые категории. Методологические аспекты разработки категорий теории права. М., 1976.
Венгеров А.Б. Теория государства и права: Часть 2. Теория права. М.: Юрист, 1996. Т. 2.
Ветрова Г. Н. Санкции в судебном праве. М., 1991.
Головкин Л. В. Вопросы теории юридической ответственности. Труды ВЮЗИ. Т. 39. СПб., 1975.
Денисов Ю. А. Общая теория правонарушения и ответственности. Л., 1983.
Елеонский В. А. Уголовное наказание и воспитание позитивной ответственности личности. Рязань, 1979.
Загородников Н. И., Стручков Н. А. Направления изучения советского уголовного права// Советское государство и право. 1981. № 7.
Карпушин М. П., Курляндский В. И. Уголовная ответственность и состав преступления. М., 1974.
Лейст О. Э. Санкции в советском праве. М., 1962.
Лейст О. Э. Санкции и ответственность по советскому праву. М., 1981.
Малеин Н. С. Имущественная ответственность в хозяйственных отношениях. М., 1968.
Малеин Н. С. Правонарушение: понятие, причины, ответственность. М., 1985.
Монтескье Ш. Избранные произведения. М., 1955.
Николаева Л. А., Шмарцев А. Ю. Административно-правовой аспект юридической ответственности//Правоведение. 1986. № 1.
Общая теория права. Курс лекций. Нижний Новгород, 1993.
Основания уголовно-правового запрета. Криминализация и декриминализация. М., 1982.
Пашуканис Е. Б. Избранные произведения по общей теории права и государства. М., 1980.
Петрухин И. Л. Свобода личности и уголовно-процессуальное принуждение. М., 1985.
Права человека. Основные международные документы. М., 1990.
Решетников Ф. М. Беккариа. М., 1987.
Рыбаков В. А. Позитивная юридическая ответственность (воспитательные аспекты). Рязань, 1988.
Самощенко И. С. Понятие правонарушения по советскому законодательству. М., 1963.
Самощенко И. С., Фарукшин М. X. Ответственность по советскому законодательству. М., 1971.
Смирнов В. Г. Функции советского уголовного права. Л., 1965.
Смирнов Л. Б. Юридическая ответственность осужденных в пенитенциарных учреждениях (Теоретико-правовой аспект). Автореф. дис. канд. юрид. наук. СПб., 1995.
Тарбагаев А. Н. О методологии научных исследований в области государства и права// Советское государство и право. 1980, № 12.
Тарбагаев А. Н. О понятии позитивной уголовно-правовой ответственности // Вестник Ленинградского университета. Серия: экономика, философия, право. 1981. Вып. 1. Март. С. 87.
Тархов В. А. Ответственность по советскому гражданскому праву. С. 16. Саратов, 1973.
Халфина Р. О. Общее учение о правоотношении. М., 1974.
Черных Е. В. Проблемы правовой ответственности в условиях развитого социалистического общества (Вопросы теории). Автореф. дис. канд. юрид. наук. Саратов, 1981.
Юридическая процессуальная форма: Теория и практика. М., 1976.



 Юридическая процессуальная форма: Теория и практика. М., 1976. С. 4.
 Васильев А. М. Правовые категории. Методологические аспекты разработки категорий теории права. М., 1976. С. 261 и след. Также: Ветрова Г. Н. Санкции в судебном праве. М., 1991. С. 16 и след., 64 и след. и др.
 Подробнее см.: Лейст О. Э. Санкции в советском праве. М., 1962. С. 106 и след.
 Лейст О. Э. Санкции и ответственность по советскому праву. М., 1981. С. 128 и след.
 Алексеев С. С. Общая теория права. Т. 1. М., 1981. С. 272 и след. Впрочем, названный автор противоречиво решает вопрос о гражданско-правовых санкциях и ответственности (там же. С. 278, 282 и др.), в силу чего непонятно выраженное им недоумение по поводу деления ответственности на правовосстановительную и штрафную (там же. С. 283).
 Монтескье Ш. Избранные произведения. М., 1955. С. 317318.
 Решетников Ф. М. Беккариа. М., 1987. С. 88 и др.
 Всеобщая декларация прав человека 1948 г.; Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах и Международный пакт о гражданских и политических правах 1966 г.
 "Ответственностью без вины" в гражданском праве называют обязанность организаций и граждан, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (транспортные организации, промышленные предприятия, стройки, владельцы автомобилей и т. п.) возместить вред, причиненный источником повышенной опасности (если вред не возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). Эти правила, определяющие гражданско-правовую ответственность за вред, причиненный как правонарушающими, так и правомерными действиями, установлены в целях защиты прав и интересов лиц, пострадавших от транспортной, промышленной и иной деятельности, небезопасной для окружающих; кроме того, эти правила стимулируют развитие техники безопасности при эксплуатации таких предприятий.
 Смирнов В.Г. Уголовная ответственность и наказание // Правоведение. 1963. 4. C.79. Матузов Н.И. Правовая система и личность. Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 1987. C. 195-196.
 Российская газета. 1997. 29 апреля.
 Звечаровский И.Э. Посткриминальное поведение: понятие, ответственность, стимулирование. Иркутск: Изд-во Иркут. ун-та, 1993. C. 39-40.
 Теория государства и права: Курс лекций / Под ред. Н.И.Матузова, А.В.Малько. М.: Юристъ, 1997. C.551-552
 Булатов А.С. Юридическая ответственность (общетеоретические проблемы): Автореф. дис....канд. юрид. наук. Л., 1985. C. 10.; Денисов Ю.И. Общая теория правонарушения и ответственности (социологический и юридический аспекты). Л.: Изд-во Ленинград. ун-та. 1983. C. 134-135.; Малеин Н.С. Правонарушение: понятие, причины, ответственность. М.: Юрид. лит., 1985. C. 131-133.; Петелин А.И. Проблемы правовой ответственности в социалистическом обществе. Омск, 1976. C. 9, 11.
 Шон Д.Т. Конституционная ответственность // Государство и право. 1995. 7. C. 38-42.
 70 лет Советского государства и права / Под ред. А.И.Королева, Ю.К.Толстого, Л.С.Явича. Л.: Изд-во Ленинград. ун-та, 1987. C. 495.
 Звечаровский И.Э. Указ. соч. С. 46.; Гревцов Ю.И. Очерки теории и социологии права. СПб.: Знание, 1996. С. 196.
 Курс советского уголовного права (Общая часть) / Под ред. А.Н.Беляева, М.Д.Шаргородского. Л.: Изд-во Ленинград. ун-та, 1968. Т. 1. С. 9.
 Уголовное право. Общая часть / Под ред. Н.Ф.Кузнецовой, Ю.М.Ткачевского, Г.Н.Борзенкова. М.: Изд-во Москов. ун-та, 1993. С. 5-6.
 Звечаровский И.Э. Указ. соч. С. 48-57.
 Кудрявцев В.Н. Правовое поведение: норма и патология. М.: Наука, 1982. С. 44-45.; Кудрявцев В.Н., Казимирчук В.П. Современная социология права. М.: Юристъ, 1995. С. 165-166
 Матузов Н.И. Указ. соч. С. 202.
 Булатов А.С. Указ. соч. С. 15.; Венгеров А.Б. Теория государства и права: Часть 2. Теория права. М.: Юрист, 1996. Т. 2. С. 100, 101.
 Малеин Н.С. Указ. соч. С. 160-161.









13PAGE 15


13PAGE 15


13PAGE 143915




Заголовок 115

Приложенные файлы

  • doc 1357564
    Размер файла: 174 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий