Югыд-ва 2016

Югыд-ва 2016

Отчет о восхождении на гору Народная, сплаве по рекам Балбанью и Кожим

После многих сомнений, долгих проволочек и разных неурядиц поход все-таки состоялся. Ура!!!
К сожалению, Мох, Буш, Сыр и Саня Шапканов, первоначально рассматривавшиеся в качестве участников, пойти не смогли. Итак

15 июля в 20:00 группа Балбесов в составе Шуры, Миши, Егора, Тёмыча, Ромы, Кости и примкнувшим к ним Сани Овчинникова и Мазика собрались на Ярославском вокзале для выезда Урал. Провожали Валенрод, Панк, Милка и Наденька.
Планировалось быстренько оформить вещи в багаж и заняться насущными пиво-водочными затеями, но как всегда началась суматоха, галдеж, сумятица и суета, в результате чего процедура затянулась почти на час. В багажной кассе вынесли мозг билетерше, а она нам (впрочем, перевес обнаружился почти у всех и с деньгами пришлось расставаться исправно). Одновременно часть группы хотела поменять электронные билеты на посадочные талоны, другие говорили, что это нафиг не нужно. Как следствие каждый поступил по-своему. Тем не менее успели до поезда смотаться в супермаркет под универмагом Московский и закупить в дорогу изрядное количество продуктов, много пива и еще больше Старки.
В 21:30 начали грузиться в поезд № 042 Москва-Воркута. Когда сдавали вещи в багажное купе малька напутали и закинули туда не совсем то, что следовало (несколько крупных рюкзаков осталось на руках). Менять что-то оказалось уже поздно. В вагоне обнаружили, что у нас в основном верхние места в разных купе и на боковушках. Ругаем на чем свет стоит Рому и сдавших билеты товарищей. Рома огрызается, всем весело. Духотень в вагоне страшная, что хоть раздевайся до исподнего. Окна, разумеется, задраены наглухо.
В 21:50 тронулись. Сразу включился кондиционер и мы ощутили достоинства фирменного поезда (+ нет ментов, + сортир самолетного типа доступный даже во время стоянок). Курящая братия сразу отстегнул «штраф» проводнице и получила право беспалевно дымить между вагонов. Быстренько сходили в багажное купе получить квитанции и еще не доезжая Сергиева Посада понеслась пьянка. Овчинниковы бухали кто из них круче, но в итоге отбились по-братски. Познакомились с ехавшим в нашем вагоне Серегой Гостоцким из Воркуты сорока девяти лет бывшим афганцем. Он в перерывах между тостами учил нас охотиться и рыбачить в тайге. Бухали и орали с ним песни в тамбуре. Мазика повысили в звании до «Биг Маззика». Философски признали, что Старка зло – да в ней намек. В целом же все проходило прилично.
В Ярославле выползли гулять и прикупить чего-нибудь съестного. Костя зачем-то прихватил с собой железную миску с салатом и удивлял ей редких прохожих, а также охрану на входе в вокзал. Кстати, миску при проходе рамки металлоискателя приходилось сдавать. Побродив по ночному городу купили на привокзальной площади шаурмы, при этом выбирали из продавщиц (они сидели в одном неинтересном с точки зрения голодного человека ларьке и спрашивали кого из них мы предпочтем для приготовления блюда). Посовещавшись выбрали ту что попухлее. На обратном пути Тёмыч докопался до сонных проводниц и дотошно выяснял почему они такие скучные (это в два то часа ночи!). Когда отбились достоверно не помним.

16 июля. С учетом ночного гульбария поднялись рано - в районе 9 утра и то только потому, что на носу была длительная остановка на станции Коноша. Вау, мы уже в архангельской губернии! Запаслись местной прессой, пирожками и разной мелочевкой. Овчинниковы затусили с шустрой семилетней девочкой из Печоры по имени Кира. Они дули с ней мыльные пузыри и занимались прочими детскими забавами. Слушать их было сначала прикольно, но потом малышка оборзела и стала выклянчивать у нас подарки направо и налево. Пришлось с ней дружбу завязывать.
Несмотря на обилие еды народ питался строго в ресторане. После обеда Тёмыч задремал, а проснувшись потерялся. Где, говорит, я? Ответили, мол это город Грозный, брат. Расписали в преф пулю, но не закончили. Нашлись другие интересные забавы. Не все было сожрато накануне.
Город Котлас изменил все. Пока Егор помогал Мише экипироваться к походу (бегали по местным магазинам и лавочкам покупать ботинки, тельник и шляпу вместо забытых в Москве) народ опять закупился Старкой в неумеренном количестве. Проводница увидев это дело возмутилась – дескать много бутылок, тяжело выкидывать. В утешение купили у нее шоколадку и еще что-то из сувениров (у проводников развернутый план по реализации товара, а пассажиры обычно берут максимум чай). Тёмыча подбивали на песни и пытались превратить в Эдуарда Сурового. Он пока был трезвый отказывался, но потом взял гитару и дошел до нужного репертуара сам. В антракте даже так расчувствовался, что заварил в миске вместе с фунчозой сигарету. Тёма нас, кстати, огорошил – типа, после нового года уезжает из Москвы жить в Сочи на пару с Диасом. Это известие огорчило братву и спровоцировало на усиленное потребление алкоголя.
Снова спелись с Серегой. Он объяснял нам как искать и добывать горный мед, советовал посетить замечательную речку Черную под Интой, где он бывал неоднократно. Вскоре Серега распоясался, начал куролесить, затем бычить, а потом бычить, но уже в полусне. Пытались уложить его всем вагоном, но он только крепче докапывался до Тёмыча и пытался на нем уснуть. В итоге Тёма сбежал в вагон-ресторан. Каково же было его удивление, когда через 2 часа по возвращении он застал Серёгу все еще на ногах и к тому же готового бодаться. Ночью все уснули по чужим лавкам.

17 июля. Утро, поднимаемся с трудом, типа: «А-а-а, поднимите мне веки». До прибытия в Инту в 9.26, вяло собираемся. Спорим об отличиях технарей от гуманитариев. Роман утверждает, что он до сих пор помнит все чему его учили в институте. Проведенная поверхностная проверка подтвердила, что как минимум азы технических наук он знает назубок. Шура мрачен и нелюдим. Вскоре объяснение найдено – Шура не может говорить, потому что уничтожает еду. Мазику объясняют, что в походе не надо стесняться ходить голой. Она категорически возражает против такой перспективы. На это Рома говорит: «а зачем тогда мы вообще тебя с собой взяли?».
Вылезли из поезда и погрузились в уже поджидавший нас Урал-вахтовку. В процессе успели затариться пивом. Шура ругался, что мы загадим весь фургон. И он оказался прав. Водитель - крайне нелюбезный местный абориген заявил, что он торопится и не имеет времени возиться с нами. Остановок будет только три и мы должны уж как-нибудь постараться удовольствоваться этим. Наш бухач и курение в во время движения спровоцировали прилив раздражения у шоферюги. В итоге он объявил, что до места нас не повезет, а оставит на руднике «Желанный». Ибо не успевает, сволочь!
За время поездки Санек успел нализаться, выспаться и опять нализаться. Пытались отучить его материться, но он сопротивлялся, говорил, что ему нужно полчаса на привыкание, а потом полдня утверждал, что полчаса еще не прошло. Миша дойдя до кондиции требовал остановки по нужде, но остальные его тормозили и учили мочиться в бутылку. Михаил, однако, уже утратил связь с реальностью и к обучению оказался непригоден – достучался до водилы и выпрыгнул чуть ли не на ходу.
На турбазе Сана-вож Шура договорился со сторожем насчет хранения вещей и мы по быстрому оставили там все ненужное в пешке. К пешке готовились в спешке, да еще и слегка под газом, так что в числе «ненужных» предметов оказалась половина крайне необходимой снаряги, включая видеокамеру, средства радиосвязи, подробные карты местности, часть личной аммуниции, весь алкоголь и прочее. Впрочем карты, как выяснилось уже по возвращении, всю дорогу болтались на дне Тёминого рюкзака. Около 3 часов дня прибыли к озеру Большое Балбанты у рудника «Желанный». Здесь леса уже нет – он остался ниже. Водила махнул нам рукой по направлению дальнейшего движения и укатил. Якобы, его ждала для возвращения в Инту другая группа.
В 15:30 объявили о подлинном начале путешествия. Тут же пошел дождь, а хорошая дорога кончилась. Прошли за 2,5 часа 7 километров по болотам, преодолели 2 брода (босиком это очень мучительно, так что многие просто мочили обувь). К счастью дождь через час кончился. Встали на ночевку на каменистом пустыре посередь болот у перекрестка трех долин между скалами Старик и Старуха Иэ. Свирепствуют комары, но жить можно. Удалось разыскать немного дров у реки и сделать костер. Набрали и сварили грибов – подосиновиков полно и искать их в чахлом низком ернике очень просто. Шура пытался устроить вечер трезвости, но команда подняла бунт и сумела отжать НЗ-шный коньяк. Жизнь наладилась. Потом Костя (медик по штату) извлек из аптечки спирт и сделал адмиральский чай. Стало совсем хорошо. Рома нацепил розовую футболку и стал хвалиться, а Миша объявил: «Я бы розовое не надел – оно меня полнит»! Потом еще Миша загадал загадку от Макса Фрая про "юношей, склонных к мужеловству" (Множество юношей предаются мужеловству, выстроившись в ряд, один за другим. Каждый ублажает впереди стоящего, а то время как его самого ублажает стоящий позади. Вопрос заключается в том, кто из них счастлив в большей степени. Разгадка: особенно повезло тому, кто стоит вторым в этом ряду, поскольку помимо прочего оно может возложить свои руки на чресла того, кто стоит впереди). Однако, б-ррр
На ночь слушали музыкальные коллективы Облачный край, Трэш-шапито-кач, нейромонаха Феофана и еще наноправославие какое-то. Играли на варгане, просто наслаждались природой и красивыми видами. Ночи в середине июля еще светлые и с учетом того, что время в Коми московское, а фактическая разница составляет 2 часа, самое темное время пришлось на 10:30 вечера, потом начало светать. Отбились сразу после 11.

18 июля. Саня поднялся раньше всех и в 5 утра и сходил в радиалку на гору Старик. Там он обнаружил нечто любопытное на вершине, но подобраться близко и рассмотреть не успел, т.к. это требовало временных затрат, а он не хотел выбивать нас из графика. Остальные поднялись в 6 утра. К завтраку в 6:30 Саша вернулся очень довольный, но с ушибленной ногой. Впрочем, несмотря на последующие жалобы, он все равно носился вдвое быстрее остальных и лишь в резиновых сапогах совпадал с общим темпом движения.
Вышли в 8:20. Вскоре подошли к зимовью рыбаков, рядом с которой также нашли стоянку оленеводов. Форсировали 2 ручья, перебрели болото, где чуть не завязли. Егор шел босой, остальные мочили обувь почем зря. Санек же перешел болото и ручьи выше по течению и даже не замочил кроссовок. Шура с Мишей оторвались вперед и пошли по дороге вдоль реки и озера Малое Балбанты, где было болото, остальные взяли выше по обнаруженной на склоне тропе. Там было суше.
Стоит отметить тактику переноски вещей: большинство несли по одному облегченному рюкзаку, а Шура с Мишей объединили вещи в один рюкзак и тащили по очереди в течение получаса каждый. На скорость движения это различие влияния не оказало. Выяснилось, что по камням скакать очень комфортно. Сильно достают только болота и густой ерник.
По дороге в трясине видели ничего не боящегося лемминига. День стоял жаркий, сухой и обнаружив на реке возле впадения ручья отличную полянку и пляж мы с удовольствием искупались, а Саня попытался намыть золота.
Ближе к полудню еще раз пересекли Балбанью, но поскольку это были уже верховья, то легко перепрыгали ее по камням. В склоне одной из гор обнаружили бывшую шахту. Вход в нее был взорван, так что пришлось ограничиться поверхностным осмотром. Что там добывали ващще не поняли. В окрестностях много брошенного хлама: вагонетка, вездеход, трубы и пр. Дорога, видимо, активно использовалась только до этого места, т.к. дальше она стала сходить на нет. В окрестностях много золотого корня. На обратном пути решили его набрать.
Дошли до маленького ручья, его удалось перейти по трубе, наверное взятую с того же рудника. Дальше тропа раздваивается: одна идет на ближайший перевал, другая уходит налево наверх в широкое ущелье – нам туда. Прошли еще километр, поднялись на холм и там перекусили. На почве лени возник маленький конфликт из-за необходимости идти вниз за водой, но все решилось миром (сходили Костик с Саней, которые в этот день к дежурству отношения не имели). Через час дошли до озера в форме бублика и там встали. Вокруг расположилось еще несколько групп. Публика меняется здесь каждый день. Часть, как мы после восхождения возвращается назад на Балбанью, другие потом переваливают через перевал Каркар и уходят на сплав по Косью или устраивают горную пешку. Параллельно нам шли ребята по полной выкладке с судами и прочим добром. Уматывались они страшно, но от нас не отставали.
Озеро находится в зоне альпийских лугов - из растительности только трава, даже стланики остались ниже. Готовить можно только на горелке. Зато вода в Бублике на удивление теплая. Разложились, устроили купание и отдых. Егор сходил в радиалочку на перевал Каркар. Вид оттуда весьма красив, плюс определился, наконец, в местной топографии, понял где гора Народная, увидел Манарагу, а также нашел глубокое место в озере у берега, где можно искупаться сразу с камней без сложного захода. Без долгих размышлений совершил там заплыв.
Вечером собирали золотой корень, чистили его и размышляли каков будет эффект от настойки. Мишу хотели назначить вечным дежурным, но он заупрямился и в итоге закосил даже от текущего дежурства. На ужин подавали отличную картошечку с грибами, потом последовали мутные и заумные разговоры. Поднялся сильный ветер с ледника, стало прохладно. Отбились уже в 9 вечера. Это был первый и единственный полностью трезвый день похода.

19 июля. Подъем в 5 утра. Небо не слишком облачное, надеемся на успешное восхождение. Костя провел коллективный сеанс бодрящей утренней гимнастики (уникальный пока для нас случай). Произвели первый подъем флага. Позавтракали и вышли на гору в 7 утра. Вначале подъем шел по каменистому ущелью. Вскоре дошли до ледника и двинулись по нему. Идти по снегу легко, но под ним течет ручей и есть риск провалиться. Попадаются трещины, которые можно обойти. Обошлось, к счастью, без происшествий. Идем с развернутым флагом пафосно и красиво. К 8 утра преодолели ледник и вышли на плато перед горой. Сначала шли вместе, но потом у каждого появилась своя идея о правильности маршрута. Разделились на 2 группы. Шура, Миша, Тёма и Мазик пошли в обход. Саня, Рома и Егор сразу полезли на скалы и пошли к горе по гребню руководствуясь турами. Вскоре обе группы встретились и пошли дальше вместе. Туры периодически разрушаются от ветра поэтому некоторые мы восстанавливали по ходу движения и собрали несколько новых. Нашли женскую куртку, но почему-то решили ее с собой не брать. Много фотографировались. Облака разошлись, но осталась дымка – видимость не ахти. Тем не менее красотища невероятная. Ветер есть, но вполне терпимый. В футболке на солнце достаточно комфортно. На верху гребня перед вершиной установлен поклонный крест, который принесли сюда крестным ходом верующие.
Штурмуем вершину и ура: к 11 утра Балбесы поднялись на самую высокую вершину Уральских гор – гору Народная, высота 1895 метров над уровнем моря. Чистый набор высоты от стоянки составил около 900 метров, путь пешком – порядка 7 километров. Хорошо видна как Европа, так и Азия. На юг убегает главный водораздельный хребет. Во все стороны открываются потрясающие виды на соседние долины. Вдали в дымке просматривается гора Манарага, но для нашей фотооптики она недоступна. Фотографируемся, закусываем и пьем контрабандный ром (пронесенный на вершину в тайне от Шуры и вопреки его воле). В 11.40 пошли вниз. Спуститься решили напрямую по склону, так получилось гораздо быстрее. В 13:00 были уже в лагере. Искупались, пообедали, собрали вещи и в 15:00 отправились в обратную дорогу. Решили не задерживаться, т.к. выяснилось, что часть предусмотренной раскладкой еды тоже осталась в Сана-воже.
Путь назад затруднений не вызвал. У переправы через Балбанью набрали еще золотого корня. Прошли около 7 километров и после 17:00 стали на стоянку в живописном месте у ручья, где давеча купались. Здесь уже есть дрова. Искали красивые камушки. Тёмыч нашел кристалл вроде как горного хрусталя, а Миша – прозрачный кварц или что-то в этом роде. На болоте набрали чуть недозрелой морошки и сделали вкусный чае-компот. Выпили на всех бутылочку коньяка и остатки рома. С устатку накрыло. Сидим втыкаем, чтобы не растерять достигнутое состояние релаксации. Отбились в 10-11 часов вечера.

20 июля. Подъем в 5 утра. Погода великолепная, тепло, на небе ни облачка. К моменту когда все встали дежурные Рома и Саня уже приготовили завтрак. У многих слегка ноют мышцы ног. В этой связи обсуждаем массаж в том числе эротический. Потом Шура говорит: «Видите, как без спирта хорошо». Дружно решили, что хорошо только утром, а вечером совсем плохо (и наоборот). Решили дойти до Желанного, поймать попутку и доехать до турбазы Сана-вож. В противном случае придется 27 километров идти пешком. На этот случай у нас имеется свободный резервный день. Но у большинства эта альтернатива энтузиазма не вызывает.
Вышли еще до 7 утра. Быстро дошли до болот, где команда опять разделилась – Саня с Егором решили идти в обход, чтобы не мочить на бродах и болотах ноги. К ним сначала примкнул и Рома, но потом он вернулся на торную дорогу. Идея оказалась удачной (Саня лишь слегка замочил кроссовки, да и то уже в самом конце), но затратной по времени. Когда подошли к намеченному для встречи балагану основная группа уже ушла далеко вперед. К 11 утра дошли до Желанного.
Пока купались в озере Большое Балбанты и очухивались от жаркого пути, а также принимали сеансы пиллинга ног от мальков хариуса, Шура с Костей совершили вояж в сторону рудника и договорились о машине. Через пол часа уже погрузились в Урал и тряслись в направлении турбазы. Чуть ниже Желанного начали попадаться ели, а в районе Сана-вож уже обнаружился полноценный лес.
В 12:40 прибыли на турбазу. Достали вещи и c облегчением убедились, что все на месте. Камера, кем-то заботливо убранная, нашлась в дальнем мешке, паспорт Ромы тоже в каком-то пакете. На радостях, да и с голодухи тоже – чего уж греха таить, накинулись не откладывая на забытый неучтенный алкоголь: старку и пиво. Благополучно нарезались. Справедливые возмущения Шуры были проигнорированы. Отлили сторожу спирта литра два и отправились к предложенному нам месту стапеля у скалы Бегемот рядом с порогом.
Там разложились и пообедали. Шура объявил, что устал командовать и торжественно передал адмиральские полномочия Егору. Начали стапелиться. Смотр судов назначили на 19:00, однако к указанному времени собраться не удалось, т.к. Роминому кату требовался небольшой ремонт. Решили, что выходить будем завтра по готовности. Опробовали порог на байдарке Егора – воды более чем достаточно.
Приходила потупить местная собака, потом нас навестила волонтер Лена из Сыктывкара. Она объяснила, что уровень воды хотя и невысокий, но вполне достаточный для прохождения - до летнего еще не упал. Подарила нам схему национального парка, обещала закачать подробную карту района сплава в Мишин навигатор (как потом оказалось - не смогла, зато стерла имевшуюся там карту местности), посоветовала нам места стоянок и сказала, что по хорошему маршрут до железной дороги рассчитан на 10 дней. Еще поведала о несуразных похождениях коммерческих групп, как они тут понтуются, киляются и теряют вещи. Следующий привал посоветовала сделать в устье Балбанью.
Пришло время ужина и вечернего спирта. Потом затеяли фестиваль, в перерывах безрезультатно рыбачили. Веселились, пели песни, потом не помню
На следующий день выяснилось, что поздним вечером Миша, Костик и Тёмыч, заварив и откушав золотого корня, отправились в весьма жидком виде на турбазу для встречи с Леной. Так как точного местожительства женщины они не знали то начали ломится в разные дома, а поскольку говорить уже толком не могли и выглядели, мягко говоря, несвеже - местные тетки их прогнали мокрыми тряпками. Обратно Мишу несли как с поля брани.

21 июля. Солнце жарит уже с утра. Егор проснулся около 6 утра и как дежурный занялся хозяйственными делами. Лагерь спит. Отошел за дровами. Возвращается – Миша пьяный в слюни бегает по лагерю в поисках бумаги, забегает в палатки и кричит, что по большому не ходил целых 6 дней. Пришлось срочно помогать терпиле.
А потом нас посетил Злой дух реки или скалы Бегемот (кто их демонов разберет) и начал нам пакостить. Катушка на удочке Егора оказалась безнадежно сломанной, как будто ей специально колотили по камням, потом на Т-34 спустили оба боковых баллона, хотя байдарка предусмотрительно заранее была спущена на воду, на Северянке взялись сильно травить соски, оказался сломан любимый половник Шуры и т.д.
Вот сломанный половничек, подарок Буша, Шура не пережил. Объявил, что мы все безнадежные алкаши с которыми невозможно расслабиться и получать удовольствие от отдыха, ну и к тому же маловато воды для экстрима на катамаране. Поэтому он заявил о сходе с маршрута и предпочтительности перспективы провести остаток отпуска с семьей в деревне во Владимирской области, чем с бандой невменяемых вечно кривых Балбесов. Все попытки его переубедить окончились безрезультатно. В итоге в полдень обнялись и распростились с нашим расстроенным товарищем. Грустно :( Впрочем, Миша поведал, что, по его мнению, Шура доедет до железной дороги и будет у реки ждать нас там – якобы, такую идею он озвучил накануне.
К обеду заклеили обе байдарки и Ромин катамаран, разобрали и перераспределили вещи. Некоторое количество заведомо избыточной еды и уже ненужные резиновые сапоги подарили мужикам на турбазе. Вышли в 14:00. На 6 километров Балбанью приходится 9 порогов и 3 шиверы. Расстояние между препятствиями не превышает 300 метров. В основном это прижимы разного уровня и достоинства. Для байдарок весело, катамаранам безопасно. Последняя шивера, не представляющая по лоции никаких трудностей, оказалась самым стремным препятствием на реке, байдарки там нахлебались воды по самые уши. Тем не менее все прошли чисто. Для удобства и ускорения сплава использовали радиосвязь.
За время сплава Миша устал. Мы ему говорим, мол у тебя же на стоянке наверняка сразу силы появятся (бухать-то). Миша утомленно подтверждает верность нашей догадки.
К 17:00 почти полностью прошли реку. Остановились осмотреть останец похожий на каменную бабу, прогулялись по округе и в устье Балбанью обнаружили оборудованное национальным парком место для стоянки. Оно было уже занято группой из Рязани и Ростова-на-Дону, но т.к. места было много они не возражали против нашего присутствия. Зачалились на стрелке Балбанью и Кожима. Пока перетаскивали вещи Костя поймал на блесну хариуса. Вечером сходили осмотреть порог Манюку. Так и не поняли почему его все обносят - проход верный, даже для байдарок.
За ужином Саня накидался и пошел спать. Костя сказал, что столько пить не может и отправился следом. Оставшиеся же объединились с группой ветеранов походного движения для совместного отдыха (сначала они были туристами-горниками, но с возрастом, чтобы не забрасывать походы, решили пересесть на плавсредства). Миша объявил музыкальный батл, но его не послушали и просто стали играть на гитарах по очереди, петь песни и дуть спирт. Миша все-таки привлек к себе всеобщее внимание рассказами о том, как он в детстве тонул, падал с горы и еще как-то непроизвольно убивался. Все преисполнились к нему большим уважением. Рома забацал композицию на комузе. Тёмыч исполнил весь свой песенный репертуар, допустимый в приличном обществе. Душевно так сидели почти до 3 утра. Мужики из параллельной группы сидели чинно пока жены не пошли спать. Вот тут спирт потек рекой. Вообще удивительно, но олдскульная команда сочла нас крутыми профессионалами и вообще зафанатела нами, особенно Тёмой с которым потом даже обменялась координатами.

22 июля. Проснулись в 7 часов. Жарко и солнечно. Вообще ранние подъемы в первой половине похода спровоцированы во многом адским нагревом палаток на солнце (ведь время от астрономического отстает на 2 часа). Ну и конечно «сон алкоголика чуток и краток». Быстро собрались и начали готовиться в путь. Егор говорит: «Пойду сниму бабу и буду собираться». Задуманное исполнил тут же, засняв давешний останец. Пока паковали вещи и отплывали Рома утопил рацию. Поиски с обшариванием дна на большой площади результата не дали. Однако Дух реки берет все новые и новые артефакты (
Манюку прошли без проблем и даже легче чем думали. На нас смотрела куча зрителей – они дивились, но выводов не делали и все равно обносились или проходили порог в проводку. Накануне Тёмыч полвечера заливал клеем соски у Северянки, но тщетно – травят все равно. Ему постоянно приходится подкачиваться, а после каждого порожка (коих множество) еще и сливать воду. Говорим, мол тебе, Тёмыч, сам Бог велел завести дома аквариум, ведь ты теперь знатный аквариумист. А он типа: «Ага, еще буду одевать дома гидру, наливать в ванну сантиметров 30 воды и сидеть в ней. Еще иногда приглашать кого-нибудь из Балбесов в качестве переднего гребца, ведь бухать после «сплава» гораздо приятнее». Костя троллит Мазика: называет ее исключительно Женщиной и требует, чтобы она показала сиськи. Миша впервые за поход объявил, что не устал (стандартная шутка, что Миша всегда или устал или с похмелья). И правда – река тащит хорошо, только подруливай. На обеденном привале обнаружили «плантацию» голубики. Набрали на ужин ягод.
Вдоль реки много заброшенных приисков артелей золотодобытчиков, которые функционировали в 70-90 годы ХХ века. Местность изрядно испоганена. С нами продолжают путешествовать черви для рыбалки. Они едут в достаточно мокром виде, но терпят, не ропщут и, главное, не дохнут.
Встали около 18:00 между Иван-Камнем и бывшим поселением Таврота. Осмотрели местность – везде куча артефактов, остатки жилья и прииска золотодобытчиков, много всякого другого хлама. Все везде разрушено, однако уцелела самая казалось бы непрочная постройка – деревенского типа сортир.
Прошел дождик, пасмурно. Набрали жимолости – кустов с ней растет много по берегам на всем протяжении реки. Мазик приготовила вкусные блинчики и компот. Потом сидели, рассказывали разные удивительные истории. Мазик поведала как она с Милкой и Наденькой ходили в поход. Рома дал им насос «лягушку» со шлангом внутри, но они не догадались открыть его и надували катамаран приделав к лягухе трубку от холодильника и еще возмущались, что насос плохо продавливается (качает). Ромик где-то по пути простудился – хрипит и кашляет. Предлагаем варианты лечения «от адмирала» – он благоразумно отказывается. Разошлись спать в районе часа ночи.

23 июля. Встали рано. Солнечно и очень тепло. Примечательно: Миша поднялся в числе первых правда уже уставшим. Совершили еще одну прогулку по Тавротам и решили дневку здесь не делать, а идти дальше. Сытно позавтракали. Тёмыч попытался убить комара и разнес пол лагеря. Овчинниковы снарядили рыболовные снасти, Егор сделал дорожку.
Вышли в 11:40 и вскоре дошли до заброшенных домиков рабочего поселка. Осмотрели нехитрые жилища тружеников Урала. Рядом куча техники, разрезанной автогеном. Саня настоятельно потребовал попробовать золотодобычу. Отказали: мол, мы не по золоту, мы – по жести. Видели переплывавшего реку северного оленя который, казалось, совсем не боялся людей. Пересекли дорогу Инта-Желанный по которой забрасывались неделю назад. После этого следы активной хозяйственной деятельности человека исчезли. Прошли 10 километров и встали на обед после устья реки Лимбекью. Сварили суп, Рома нашел дикий лук. Выяснилось, что из майонеза у нас остался только кетчуп. По этому поводу возникла паника, которую пришлось срочно гасить спиртом. Правда потом нашли еще бутылку кисло-сладкого соуса.
После обеда прошли немного, но успели поймать хариуса на дорожку. Остановились на стоянке в лесу. Отличное место если бы не огромная колея от грузовика поперек поляны. Здесь два стола: фирменный под зеленым навесом и простой деревянный на открытом воздухе. Есть хорошее кострище с железной решеткой и огромными крюками для котелков. Рядом обнаружили черничник. Набрали ягод и сварили грог, запекли рыбу. Рома смастерил симпатичную мешалку для котелка. Всем, особенно Мазику, она понравилось.
Вечер прошел чудесно: Миша рассказывал как кадрить телок, Мазик как бить ментов и всё это основываясь на личном опыте. Потом писали сценарий к Мишиному фильму – это даже словами передать невозможно. Сюжет включал сцену массового выпрыгивания Балбесов из контейнера для мусора; историю путешествия Моха с Полярного Урала в Сайгон по тайге пешком (если чего-то не путаю), в ходе которого он должен был встречать людей и спрашивать дорогу, а они его либо игнорировать, либо кричать «Mбs carbon» и другие фразы на испанском; в итоге же он должен был встретиться с самим собой. Но точно созревший в тот вечер сценарий описать невозможно, т.к. это дичь полная, да еще и постоянно меняющаяся по наполнению. К сожалению, к съемкам приступить так и не смогли, поскольку Мох для исполнения роли Моха по независящим от Миши обстоятельствам на сцене отсутствовал, а Костя, которого хотели назначить на роль Моха вместо не присутствовавшего с нами по объективным обстоятельствам Моха, пошел спать. Еще пытались рыбачить, да куда там

24 июля. Встали только в 8. Погода чудесная и располагает к лени. Приготовили молочную геркулесовою кушу с топленым маслом и сварили какао. Миша после долгих уговоров порезал сыр и устал, лежит спит. Облюбовал коврик и Костя. Саня попробовал рыбачить, но безрезультатно – в реке в районе стоянки слишком мелко.
Вышли в 10:30 и шли до 13:00. Параллельно снами шла все та же группа олдскульных туристов. Потом мы их обогнали и старались держать дистанцию, чтобы первыми занять хорошую стоянку. Обедать остановились на острове у впадения ручья Бетью. Местность там изрядно укоцана – как будто медведь побывал, а крыша навеса оторвана и аккуратно так отвалена в сторону.
После обеда прошли еще немного и в 15:00 встали на хорошую стоянку напротив скалы Дедушкина изба. Здесь излучина, глубоко и быстрое течение – рассчитываем на успешную рыбалку. Решили делать дневку. Егор сделал муху стремного вида и переплыл с Саней для рыбалки на другой берег, где стремнина. Рыба плещется в отдалении на течении, но ни на удочку, ни на спиннинг не берет. Хотя мальки активно дергают наживку. Попробовали рыбачить с дрейфующей лодки – тщетно, но настоящие поклевки все-таки были. Поняли, что это не наш метод: нужен якорь.
На вершине скалы кто-то установил флажок. Под ним внизу у самой воды обнаружилась пещерка, в которой, возможно, жил какой-то зверь. Сейчас в ней пусто.
По возвращении а лагерь выяснилось, что Миша зол и расстроен: объявил, что найдет наконец-то девушку и будет с ней ездить в Турцию – ну их эти походы! (это его заставили чеснок почистить). После ужина построили баню по проекту архитектора Романа Овчинникова. Потом еще Роман сделал два отличных березовых веника и окончательно соблазнил колеблющихся насчет попариться. Тёмыч весь вечер продолжал мудрить над сосками Северянки, на этот раз, кажется, успешно.
Нашли гильзу от АК или Сайги. Рассуждаем сколько стоит пострелять из разного оружия по мишеням. А если по пендосам? Приходим к выводу, что последнее не то что бы бесплатно – наоборот, еще и тебе заплатят. Завели беседы за жизнь, кто что чувствует в пути и почему ходит в походы. Наступил полный расслабон. Отбились за полночь.

25 июля. Отоспались всласть. Саня проснулся первым и до общего подъема запас в лесу дров. На завтрак пшенная молочная каша и всякие вкусняшки. Миша беспокоится, что не хватит еды и хлеба. Успокаиваем, обещаем провести ревизию. Ревизия убедительно показала, что еды в избытке, правда осталось мало сахара, спирта и сигарет. Как Миша за 4 дня скурил 12 пачек неясно. Решили ввести квоты (до карточек решено не опускаться), например спирта – полторы разведенные полторашки в день и до вечера стараться не бухать. С последним категорически не согласен Санек, он постоянно затевает дискуссии, устраивает провокации, плетет заговоры и организует бунты , чтобы не тянуть до ужина.
Поскольку в запасах обнаружились дрожжи и явный избыток карамели, а также вдали заблистала реальная угроза алкогольного голодания Егор организовал приготовление бражки. Напиток замутился отлично и даже настолько, что чуть не взорвался. Рома к счастью успел спасти большую часть резерва нашего будущего.
Егору поставили на вид, что приготовленный адмиралом чай не должен в котелке скрываться под трехсантиметровым слоем заварки. Егор потом исправился, но не до конца, ибо чая столько, что, кажется, можно заварить всю речку. Поэтому чай пришлось пугать (процедура, позволяющая быстро отправить заварку на дно). По меткому выражению Миши пуганый чай забычил и превратился в Чефира Кожимского.
Костик загорает неглиже и заодно своим примером учит Мазика ходить голой. Но Женщину так просто не переспоришь.
Рома смастерил «идеальный» кораблик, с его помощью планируем устроить масштабную рыбалку. Но сначала все-таки поддались на Санины уговоры и устроили час золотой лихорадки. Результат, впрочем, был очевиден с самого начала. Затем Егор приделал к байдарке якорь и модернизировл муху, присобачив к ней червяка. С этим хозяйством вышел на течение, но несмотря на отдельные поклевки улов оказался нулевым – по-прежнему дергали только мальки.
Организовали экспедицию на скалу Дедушкина изба, расположенную на противоположном берегу. Там обнаружился отличный черничник. Кусты в большинстве просто обсыпные. В 10 минут в 8 рук набрали полпакета ягод. Поднялись к флажку на вершине, сделали красивые фотографии.
После обеда затопили баню. В процессе замутили рыбалку. Егор с Саней перенесли якорь на катамаран и вышли на стремнину, Рома с Мишей пускали кораблик. Однако судьбу не обманешь. У Сани и у Ромы сошли по хариусу, причем у Ромы очень приличный. А Егор так и не смог найти желающих опробовать его муху. Решили, что сошедшие рыбы рассказали о нас своим сородичам и поклевки прекратились. В заключение якорь у ката отвязался и пришлось выгребать против течения. Когда уже почти доплыли до стоянки обнаружили пропавшую удочку. Пустились назад и догнали беглянку далеко ниже по реке. Вернуть катамаран обратно потребовало изрядных усилий.
Баня выдалась отменной. Парились и мылись все, в перерывах купались в речке. Наслаждались долго, до тех пор пока не остыли камни.
После ужина пошло веселье и пьяный дебош. Опять пугали чай. В результате разогнали пол леса – в округе на сутки исчезли все птицы и рыбы, только мошка оказалась стойкой. У нас новый девиз: чтобы получилось крепко – добавь больше соплей! Потом народ обкурился. Мазик ржала как резаная без передышки. Егор наевшись спиртовых ягод превратился в Джигурду. В его крови бродили души погибших десантников, в результате он со страшными криками и ревом (народ на утро жаловался, что мешал им спать) наломал о шею дров на всю поленницу. В запале чуть не разорвал Санины труселя и с большим трудом общими усилиями был загнан спать.

26 июля. Трудный подъем в 7 утра. У нас осталось 4 дня, 60 километров пути и 3 литра спирта. Такого трудного похода у Балбесов еще не было. У утра Санек уже на рыбалке: сейчас, говорит, за 15 минут наловлю рыбы. Чуда, увы, не произошло.
Собрались и отплыли, но не сразу. Около часа проболтались чуть ниже стоянки по течению, вытаскивая с Овчинниковыми из воды сначала спиннинг, потом потерянные блесны и утонувший полипропиленовый баул а-ля «мечта челнока». Даже Мазика припрягли нырять. За это время Миша с Костиком ушли очень далеко, так, что даже возникло опасение возможности растеряться в островах и протоках. Долго их догоняли.
Некоторое время сплавлялись вместе с группой каякеров из Москвы. За день прошли 17 километров и встали на стоянку на полкилометра ниже впадения реки Дурная. Мнения разделились идти ли дальше или останавливаться. Большинством голосов решили ночевать здесь, ибо нет смысла потом тусить несколько дней около станции. Остановились удачно: место хоть и неофициальное, но хорошее и живописное, только окрестности подзагажены. Рядом устроена кормушка для лосей или оленей. В течении часа подплывали еще 2 группы, планировавшие заночевать здесь же.
Устье Дурной облюбовано местными рыбаками. Сюда они уже могут добраться на моторках. Решаем тоже отправиться на рыбалку. Пошли Рома, Саня, Миша и Егор. Облазили пол реки, но успеха не достигли. Зато Миша утопил свой навигатор, а затем успешно его выловил путем ныряния. Поздравляем его с удачным «уловом». Еще вытащили почти целую острогу, которой можно валить маленьких динозавриков. Небо нахмурило и собрался дождь. Однако осталось вёдро.
А в это время в лагере Мазик с парнями набрала грибов и затеяла варить жульен. Получилась отличная закуска. Потом Ольга сварила макароны и добавила часть жульена туда – вышла не менее великолепная паста.
Учили Мазика рубить дрова. Вот уж воистину схлестнулись молодость и задор против опыта и алкоголя. Победили задор и алкоголь, а Мазик успешно прошла испытание. Потом готовили ужин и слушали музыку. Запомнилась композиция Псоя Галактионовича Короленко «Пицца».
Взялись бухать и орать песни. Пили Смутьяну Сергевну – все как в оригинале: невкусно и нахлобучивает. Запивали негритянкой. Расчехлили ракетницу Тёмыча. Веселуха продолжалась до полпятого утра, но не все до этого времени дотянули.

27 июля. Неуверенный подъем начиная с 7 утра. На адмиральской байдарке рванул еще один баллон, что придало его владельцу бодрости и немного злости. В ответ адмирал в костре рванул баллон с газом – повскакивали все тут же. А вот Тёмыч подняться не может, никак и все тут. Предлагаем вынести его на просушку, а потом Мазику застегнуть болезного в гидру и, хорошо увязав, погрузить в байдарку. Другая идея выдернуть его из палатки с помощью согнутого дерева, в этом случае сразу и сон как рукой снимет. От таких перспектив Тёма поднялся к завтраку сам. Костик тоже не в форме. Мишу это злит и собирая катамаран он его всячески костерит. В итоге он лишил Костю должности медика - мол и пить не умеет и за спиртом не следит; потом разжаловал его из капитана в матросы, а из матросов в мдаки! В гневе Миша безжалостен. Решение окончательное и обжалованию не подлежит.
Осталось 3 дня, 7 ходовых часов сплава и полтора литра спирта. Решаем попробовать сделать еще одну дневку, чтобы не перемещаться между стоянками двухчасовыми переходами.
Вышли в 12:40. Всем все лень. Хотели пройти 6 километров и встать на стоянке у ручья Пальник-Шор, однако местечко нас не впечатлило и пошли мы дальше. Гребем мало, зато рыбачим. В итоге Саня на спиннинг поймал одного хариуса и еще двух на дорожку Егор. Пара отменных рыбин к сожалению сошла. Тёмыч обнаружил пещеру на скале и полез ее исследовать – оказалось всего лишь углубление на вроде небольшого грота. Саня все время путает слова: Костю спрашивает: «удобно тебе в спальнике плыть?» (спасике), плесы зовет «флесами», заявляет: «сейчас поймаем короля хаоса» (хариуса), Егора называет то адмиралом, то генералом, то полковником, то генералиссимусом, то еще каими-то экзотическими званиями. На пути попадается много островов, по берегам по-прежнему куча скал. Очень красиво.
Стоянки долго не попадается, начинаем уже беспокоиться. В 17:00 остановились на обед, думали не встать ли тут, но вдалеке на излучине показалось что-то интересное. Решили дойти дотуда. После обеда устроили командную лень в форме валяния в траве, вышли только полседьмого. Чутье нас не обмануло: интересное место вдали оказалось оборудованной стоянкой и 19:00 мы уже расположились на ночлег. Кругом куча черники, рядом ручей, в лесу живописная скала. На следующий день планируем совершить туда радиалку. На стоянке обнаружили подарочный сахар – теперь жируем! Взамен оставили крупы и соли.
Овчинниковы балуются плюшками. Егор из подручных материалов смастерил половничек взамен утраченного. Выпили положенный спирт и вскрыли аптечку. Миша подобрел и восстановил Костю в должности медика. Завели песни под гитару и игру на варгане. Мазик рассказывала о своей жизни: походах в Хибины, исполнении заказов свадебного агентства, работе на Плахову, у которой все курьеры были с высшим образованием кроме Моха, вписавшегося на эту должность через постель и т.п. Устроили поэтический вечер с декламацией стихов Есенина, Маяковского и Блока. Ржали с фразы про сопливые сумерки и т.п. Напившись устроили стрельбу по флагам из ракетницы. Не попали ни разу. Подумывали пальнуть в палатку Овчинниковым, чтобы они сонные выскакивали оттуда как курочки. Когда пришло время сна вспомнили о рыбе. Запекли ее в фольге в полусонном состоянии и расползлись по своим углам.

28 июля. Подъем сильно после 8. Палатки стоят под деревьями и солнце греет их не сильно. Костик требует чтобы Мазик немедленно ему привела сорок девственниц и не единой меньше. Рома рассказал приснившийся ему эротический сон: он с Мазиком приходят к нему домой, при этом Роме дико хочется в сортир, да вот незадача – унитаз сломан. Он начинает его ремонтировать, только ничего не выходит. Тут пришла ромина мама и видит картину – сын стоит кверху задом над очком, а Мазик зачем-то бегает по квартире, причем с голыми сиськами.
Сготовили на завтрак пшенную кашу. Получилось жидковато. Миша объявил, что пшенку вообще надо есть сухой. Потом он превратился в Сыра: требовал выдать ему остатки сырных запасов и не успокоился пока те не ушли в него полностью. Голосованием объявили дневку. Решили нынче же сожрать весь оставшийся спирт и брагу, а по прибытии найти выпивку у местных.
Сходили в радиалку. Сначала поднялись на скалу с которой открывается великолепный вид на реку. Там фотографируемся, потом идем к ручью. Обнаруживаем локально согнутые дугой березы. Гадаем какой феномен это вызвал, обсуждаем фантастические теории и раздуваем тему аномалии. Например, вернемся и обнаружим, что у костра сидим мы же и с удивлением будем смотреть друг на друга. Решили, что согнутые деревья это следствие отдыха здесь сборной по прыжкам с шестом. Вдоль ручья встретили дикорастущие кусты красной смородины, а также полчища комаров.
По возвращении Егор слил брагу с осадка, прогрел ее на костре и организовал дегустацию. Вышло недурно. Решили, что если вдруг пронесет с нее, то никуда не ходить не будем, а станем прямо тут же с лавки дела делать (это чтобы от еды и выпивки не отходить). Впрочем, опасения оказались напрасными. Потом опять пошло баловство плюшками. На обед была брага, комары и грозный чукотский рок.
«Строим» баню прямо с обрыва, т.е. мастерим ее киданием камней вниз. Весело, но не практично. На стоянке стоит торчащий из земли чурбачок. Долго пытались его выдернуть, но ничего не получалось. Потом совместными силами Кости и Сани извлекли-таки его. Удивляемся тому, кто его так крепко и глубоко заколотил. А, это, наверное, те, из той самой сборной! Потом докопались до пня на предмет с какого удара получится его свалить. Когда пень упал Миша подскочил и ловко пнул его в бочину, как хулиган упавшую жертву. Через несколько секунд не сговариваясь азартно месим пень ногами.
Забавный диалог. Миша: «У нас сегодня праздник - прощальный ужин». Рома: «Прощание это не праздник». Миша: «Кому как».
Вечером пошел сильный дождь. Давление резко пошло вниз – чувствуем, что окончание похода будет лютым. Байдарки и катамараны оттащили от реки подальше, чтобы не унесло в случае подъема воды ночью. Засели ужинать и допивать спиртное. Уговорили полторашку и было приуныли, но у Тёмыча оказалась фляжка чистогана в заначке. Пиршество затянулось. Фотографировали пламя в костре с целью фиксации огненных духов, пели песни и слегка шалили. Костя последней ракетой все-таки прострелил флаг группировки «Небывало высокой падение нравов». Попал точно в правую сиську. Отбились в тот вечер кто в десять, кто в час, кто еще позже.

29 июля. Егор поднялся в 6, остальные полвосьмого. С трудом разбудили Мазика. Дождь, на удивление, перестал. Собрались быстро и в 9:30 были уже на воде. Река, надо отдать ей должное, хоть постепенно и перестала быть бурной, но скорости не потеряла. По-прежнему можно практически не грести, даже на плесах. Мазик с Тёмычем вначале взялись лопатить по-настоящему, а Костя и Миша наоборот. Мы их экипаж даже назвали «команда Спортсмен и Усталый». По пути хотели осмотреть обозначенный в навигаторе памятный знак железнодорожникам, но так ничего в тайге и не встретили. В 12:30 дошли до железной дороги. Вот и весь спорт: за 3 часа почти никакой гребли прошли 17 километров. Встали на антистапель. Шура встречать нас так и не вышел.
Саня пошел в дачный поселок договариваться о машине, чтобы довезти рюкзаки до станции. Вскоре вернулся довольный с 4 литрами настойки на дубовой коре. Сборы пошли сразу по другому сценарию. Тем не менее успели высушить все вещи и собраться. В процессе сушки у Егора лопнул последний уцелевший баллон – от судьбы не уйдешь. С досады он спалил валявшиеся на берегу останки то ли резиновой лодки, то ли байдарочной шкуры, в любом случае эффект получился самый удушающий и адмирал заслужил всеобщую критику и порицание. В 16:30 прикатила старая Нива. Закинули в нее вещи и вместе с Саней отправили на станцию. Сами пошли пешком.
Вначале залезли на мост и пофотографировали, потом потопали на вокзал по тропинке вдоль железной дороги. Несколько раз останавливались приложиться к бутылочке и поприветствовать машинистов проходящих мимо поездов. Обнаружили валяющиеся вдоль путей куски каменного угля и стали его собирать для костра который собираемся жечь в ожидании поезда. Через 3 километра и спустя 40 минут прибыли на станцию Кожим. Здесь раньше был поселок, но теперь осталось только здание вокзала и пара подсобок. Рядом стоит много машин и мотоциклов с коляской – видимо их здесь оставляют при выезде в город, а потом по возвращении забирают.
На станции живет самое большое количество гнуса из встреченного нами на маршруте. Народ размышляет: стоит ли торчать здесь 6 часов или лучше доехать пригородным поездом до Инты или Печоры. Разум все же взял верх – остаемся. Прошли местные «электирички» в обоих направлениях. Это тепловоз с одним общим вагоном. Сегодня пятница, поэтому полно дачников. Стоянка в Кожиме у них минут по 10, поэтому пассажиры выходят подышать воздухом или покурить. Народ своеобразный. Мужики на вид или рыбаки в уже в поезде в развернутых болотных сапогах или откровенные фраера, девчонки все в татуировках и старательно подчеркивают легкость своего поведения. Егор подошел посмотреть расписание, приклеенное к окну диспетчерской вокзала, так местные железнодорожные барышни решили что за ними подглядывают и расфуфырились.
Сделали вылазку по окрестностям станции, забрались на заброшенную водонапорную башню. Облазили ее внутренности и в итоге поднялись на крышу. Водонапорка в аварийном состоянии, вся такая стремная, но вид сверху шикарный. Вернувшись обнаружили, что алкоголь скоропостижно закончился. В этой связи отправили Саню с Мазиком (для компании) обратно в дачный поселок за добавкой. Через два часа они вернулись с полторашкой чистого калининградского спирта. Разожгли уголь и организовали ужин. Сидим, попиваем, но стараемся не нализаться, чтобы нормально вписаться в поезд. Это первая действительно холодная ночь в походе – к часу ночи температура опустилась до + 5 по цельсию. Зато гнус пропал! В итоге мы все-таки жиранули лишку, но успели продрематься.
В поезд загрузились лихо, дружно и без проблем. Тёмыч приготовил тещу Боярина. На радостях допили весь спирт и легли спать.

30 июля. Утром фестиваль продолжился. Затарились горючим сначала в Сосногорске, потом в Ухте. Накупили пива, Старки и Степного коня в непомерных количествах. Пьянство потекло нон-стопом с перерывом на сон отдельных участников. Употребляем как в чистом виде, так и в виде коктейлей. Мешаем всё страшно. Одновременно активно доедаем колбасу и сало.
С нами едет группа пожилых туристов, ходивших по Левме. Мужики охотно с нами общаются и одновременно с нас же угорают (подозреваем, что они завидуют попойке). Миша обсуждает с ними экономические аспекты коммунизма, рассказывает и показывает как легко собрать кубик Рубика, ведет заумные разговоры на другие темы, постепенно натрескиваясь.
Рому уже с утра менты оштрафовали за распитие пива. В Микуни докупили еще бальзама какого-то. Типа сувенир, который тут же употребили. Пришли опять менты и приняли Мишу, т.к. образ у него за последние дни стал совершенно пропитой (голос охрип, лицо опухло от мошки, ну и спирт, конечно же, сделал свое дело). Заодно написали что-то на Тёму, который был рядом и вступился за братуху. Проявили интерес и к Мазику, но трогать ее не стали. Упившиеся Овчинниковы в это время спокойно дрыхли и их (хотя и осмотрели внимательно) не будили.
Пообедали в вагоне-буфете. Там употреблять почему-то не возбраняется. Позвонил Шура узнать как у нас дела, заодно сказал, что приехать на вокзал и забрать свой катамаран у Миши не сможет. Мишаня заметно приуныл, т.к. тащить домой весь свой груз и катамаран в придачу не реально. Тёмыч взялся веером рассылать sms-ки по знакомым, чтобы его встретили на машине. Транспорт нашелся быстро. Миша тоже увлекся рекрутированием моторизованных друзей и в итоге нашел Валенрода.
В Котласе Егор, Миша и Тёма сбегали искупаться на Северную Двину. Река теплейшая, течение мощное, но вот уровень из-за засухи очень сильно упал – вода почти на метр ниже основания бетонного причала, высота которого (судя по шкале разметки) больше 3 метров). В это время на вокзале на Рому оформили протокол за нетрезвый вид. От огорчения он докупил еще зеленого змия.
Выяснилось, что в Котласе можно купить сыктывкарского бальзама. На технической станции Котлас-узловой обегали все палатки, пытались даже взять из-под полы, но тщетно – поздно спохватились. Пришлось удовольствоваться покупкой душистых банных веников из пихты.
После Котласа пришел новый наряд ментов и опять принял Мишу за курение в тамбуре. Счет 2:2. Менты предупредили, что если так дальше продолжится, то Мишгана снимут с поезда. Миша обиделся, кипишится, шумит, грозится нажаловаться своим знакомым ментам высокого ранга в Москве с целью мести местным борцам за порядок и т.п. Пожилые туристы его успокаивают и рекомендуют не связываться, типа так надежнее до Москвы доедешь. Миша постепенно успокаивается, но дегустировать и курить не перестает. Пришла молоденькая проводница (персонал всего состава в большинстве составляют студенты-стажеры) стала нам на нас же жаловаться, мол мы уже с утра на особом контроле, а ей проблемы не нужны. Пытаемся вести себя потише, но от основного занятия по-прежнему не отвлекаемся. Пришла девушка-продавщица с сувенирной продукцией. Зацепилась с Тёмой языками и начала клянчить приобрести что-нибудь, а то у нее (как и у проводниц) строгий план по реализации товара. Егор купил детям по маленькому конструктору, а Тёмыча она уговорила купить книгу о железных дорогах. Он не хотел, но в итоге поддался и сыграл с девушкой в камень-ножницы-бумага на предмет брать – не брать. Продавщица выиграла. Во время покупок опять приходили менты и выписали протокол Роме. 3:2 – уверенная победа Овчинникова!!!
Вечером сидим, делимся впечатлениями от похода, мешаем коня с водкой и другими напитками. Всем всё понравилось и все всем довольны. Хвалим Мазика за стойкость и достойное поведение. Мазик просветлев лицом с надеждой спрашивает, возьмем ли мы ее в поход на будущий год. Не сговариваясь дружно отвечаем: «Нет, женщина!». Рома добавляет: «У нас опыта то ж больше, а у тебя Ж ОПЫыта то ж меньше». Потом еще слоняемся по перрону в Коноше, шумим и на нас наезжают все проводники. Угомонились только после 4 утра.

31 июля. В Ярославле Санек закупил еще топлива и все надежды на чинное возвращение в Москву растаяли как дым. Едем уже по знакомым местам, комментируем пейзажи и станции. Особенное оживление вызвал город Александров и его обитатели, которых многие из нас знают не понаслышке. Мазик даже рассказала историю, как от какого-то славного представителя этого города в Москве в страхе разбегался народ, а тот никак не мог понять, как такое возможно «у себя же на районе». Параллельно опорожняем тару и ближе к Москве обнаруживаем, что Миша совсем устал. К тому же выяснилась незадача – Валенрод сможет приехать на вокзал значительно позже нашего там появления и перспектива куковать средь пыли бомжей Мишаню совсем не радует.
На Ярик прибыли в 15:40. Долго выгружали вещи, переносили их с перрона на площадь, прощались, обнимались, грозились собраться вновь. Приехал друг Тёмыча на машине и изрядно нас подразгрузил от всякого барахла. Миша приготовился ждать Валенрода. Разъезжаемся.
Черту всему походу подвел Рома словами: «Ну полная Печора»!




На Кожиме

В тот год Балбесы на Кожиме
Сплавлялись в раздолбай-режиме
И все пороги Балбанью
Им были просто по х (ну не страшны)

По тундре и горам Урала
Сперва команду помотало
И выше всех тех древних скал
Их Черный Роджер побывал

Шептало страстью из стакана
И двадцать литров чистогана
Бальзамом тек в шальную грудь
И не давал душе уснуть

Но вот однажды на стоянке
Злой дух реки устав от пьянки
Судам нанес ущерб сначала
А после отнял адмирала

Тот убежал прокляв их всех:
И пьянство и парней и дев –
Ведь раной на сердце открытой
Лежит половничек разбитый

А парни что? Уже с устатку!
Прострелен флаг и нет порядку
На катах в спальниках и с флеса
Рыбалят Короля Хаоса

В тот год Балбесы на Кожиме
Текли в расслабленном режиме
И даже в бурной Балбанью
Сплавлялись пьяные в свинью

Default Paragraph Font Table Normal
No ListTimes New RomanCambria MathIgor MaslennikovIgor Maslennikov

Приложенные файлы

  • doc 1368899
    Размер файла: 167 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий