внешние признаки памятников письменности конца 15-18 веков

Введение книгопечатания на Руси и влияние его на письменность
Эпоха книгопечатания – напряженная борьбы за укрепление централизованного государства и глубоких изменений во всем укладе русской жизни. Центральная государственная власть укрепилась, крупные завоевания Московского государства не только расширили территорию государства, но и усилили его в борьбе с бывшими захватчиками-монголами.
Московское государство в этот период присоединило обширные царства Казанское и Астраханское. Одновременно с расширением государственных границ шло расширение деятельности церкви. Во вновь завоеванные области посылали многочисленных православных проповедников-миссионеров, строили церкви и монастыри. Естественно, что для новых церквей понадобились бого¬лужебные книги в большем количестве, чем их могло дать рукописное производство. Кроме того, рукописные книги всегда страдали недостатком, связанным со способом их изготовления, обилием ошибок и неточностей.
На это обстоятельство уже давно обращали внимание образованные люди. Ученый монах Максим Грек, вызванный из Греции в Москву при Василии III в качестве переводчика, обнаружил в рукописных книгах множество ошибок и пытался внести исправления в переводы. На церковном соборе 1551 года, получившем название Стоглавого, царь Иван IV гово¬рил: «Божественные книги писцы пишут с неправленых пере¬водов, а написав, не правят же; опись к описи прибывает, и недописи, и точки непрямые». Единственный способ устранения этих недостатков состоял в том, чтобы перейти от ручного производства книг к механическому; так зародилась мысль о заведении в Москве типографии.
В политическом плане введение книгопечатания в Москве было одним из тех государственных мероприятий, которые проводил Иван Грозный в 50-60-х гг. XVI в. с целью укрепления самодержавия (реформа суда, создание стрелецкого войска, губные и земские учреждения и т.д.). В послесловии к Апостолу 1564 г в одном из основных источников по истории начального московского книгопечатания - указываются две причины, побудившие Ивана Грозного ввести книгопечатание в Москве: потребность в большом количестве церковных книг для вновь строящихся церквей в Москве и других городах, особенно в городе Казани «и в пределах его», и необходимость исправления «растленных» книг. В завоеванной в 1552 г. Казани правительство Ивана IV насильственно вводило христианство среди татар и всячески поощряло тех, кто принимал крещение.
Чтобы удовлетворить возросший спрос на церковную литературу, Иван Грозный повелел покупать святые книги на торгу «и в святых церквах полагати». Но тогда возникло еще одно затруднение - большинство книг оказалось непригодными, было искажено «несведущими и неразумными» переписчиками, содержало различные ошибки. «Порча» книг порождала ереси, вела к религиозному вольнодумству.
В условиях обострения классовой борьбы в XVI в. неисправные церковно-служебные книги использовались в политических интересах противниками господствующих порядков.
Ко времени начала «поисков» печатного мастерства относится «ересь» сына боярского Матвея Башкина и Артемия, бывшего игумена Троицкого монастыря. На церковном соборе, созванном для разоблачения еретиков, Матвей Башкин, используя разночтения в рукописном тексте Апостола, толковал его по-своему, «развратно». Вольнодумно толковал церковные тексты и другой «еретик», Феодосий Косой, призывавший к неповиновению властям и проповедовавший равенство всех народов.
Вопрос об исправлении церковных книг был доставлен на Стоглавом соборе высших духовных и светских сановников, созванном Иваном IV и митрополитом Макарием в 1551 г. для обсуждения необходимых реформ в государственном и церковном управлении. Собор постановил ввести строгую духовную цензуру, конфисковать неисправные рукописи. Однако осуществить контроль над переписыванием книг, которое велось во многих местах Русского государства, было трудно.
Этот контроль можно было обеспечить лишь при централизованном способе размножения книг. Книгопечатание вызвало функциональное размежевание между печатной и рукописной книгой: С середины XVI в. правительство Ивана IV приступило к изысканию средств и людей для освоения типографского искусства. Попытки завести в Москве книгопечатание с помощью иностранцев не увенчались успехом. Это не значит, что осваивая трудное искусство книгопечатания, разрабатывая самобытную, оригинальную технологию набора, русские первопечатники не были знакомы с существовавшим во многих странах Европы, в том числе и в славянских странах, искусством книгопечатания.
И в области полиграфической техники, и в художественном оформлении первых русских печатных книг заметно иноземное влияние. По словам Ивана Федорова, великий князь Иван Васильевич «начат помышляти, как бы изложить печатные книги, якоже в грекех, в Венеции, и во Фригии и в прочих языцех». С опытом издательского дела за границей мог познакомить наших книгопечатников просвещенный писатель-публицист Максим Грек. Обучаясь в конце XV – начале XVI в. в Италии, он был близок к знаменитому в то время издателю Альду Мануцию.
В 1518 г. по просьбе Василия III он приехал в Россию для исправления переводов церковных книг. В Москву он привез с собой и образцы изданий типографии Альда. Русским книгопечатникам были, разумеется, известны и другие печатные книги, созданные как в западных, так и в югославянских странах.
Они сумели творчески, с учетом национальных традиций, свойственных русскому книжному искусству, переосмыслить чужой опыт, а в ряде случаев вносили и новое в технику печати. В 1803 г когда исполнилось 250 лет с начала русского книгопечатания и 100 лет со дня выхода первой русской газеты, историк Карамзин говорил: "История ума представляет две главные эпо¬хи: изобретение букв и типографии". Назвать Ивана Федорова создателем первого русского печатного станка мало. Он первооткрыватель.
С его именем связано начало книгопечатания в России. Дата и место рождения Ивана Федорова точно неизвестны. Родился он около 1520 г. Можно считать достоверной версию о его происхождении из новгородских мастеров рукописной книги. Ис¬торические сведения, связанные с истоками русского книгопечатания, таковы. Первые печатные славянские книги появились на Балканах, но это были глаголические письмена, которые в России в XVXVI вв. хождения не имели.
К концу XV в. в Кракове были напечатаны первые четыре книги на кириллической основе; две из них датированы 1491 г. Имя их печатника известно Швайпольт Феоль. Белорусский просветитель Франциск Скорина начал печатать книги на родном языке в Праге в 1517 г. Более того, известно семь книг, напечатанных непосредственно в России в 50-е годы XVI в то есть лет за десять до первопечатного " Апостола". Однако до сих пор не установлено точно ни место, ни дата выпуска этих книг, ни имена их печатников. "Апостол" Ивана Федорова, изданный в 1564 г. в Москве, первая печатная русская книга, о которой известно, кто, где, зачем и когда ее напечатал.
Эти сведения содержатся в летописи на выходном, или титульном, как мы теперь скажем, листе книги и в послесловии Ивана Федорова. В этом послесловии, а еще более детально в предисловии ко второму изданию "Апостола" Иван Федоров излагает историю создания русской типографии, историю бед и невзгод, обрушившихся на первопечатника русской книги.
Первая печатня в Москве была открыта в 1.563 г и в ней 19 апреля того же года Иван Федоров и Петр Мстиславец начали работу над "Апостолом", набирая его первую страницу. " Начаша печатати святые книги Деяния апостольска и Послания соборная и святого апостола Павла Послания". Книга вышла почти ровно через год -1 марта 1564 г. В отличие от западноевропейских московская типография явля¬лась не частным, а государственным предприятием, средства на со¬здание печатни были отпущены из царской казны. Устройство типографии было поручено дьякону Николо-Гостунской церкви в Московском Кремле Ивану Федорову опытному переплетчику, переписчику книг и резчику-художнику.
Для типографии требовалось особое помещение, и решено было построить специальный Печатный двор, для которого отвели место вблизи Кремля, на Никольской улице. Иван Федоров вместе со своим помощником Петром Мстиславцем, белорусом из Мстиславля, принимал самое деятельное участие в строительстве Печатного двора.
После окончания строительства началась организация самой типографии, конструирование и изготовление печатного станка, отливка шрифта и т. п. Сам принцип печати подвижными литерами Иван Федоров вполне понял со слов других. Возможно, Федоров посетил в Троице-Сергиевой лавре Максима Грека, который долгое время жил в Италии и лично знал знаменитого итальянского типографа Альда Мануция. Однако технику книгопечатания вряд ли кто мог ему подробно объяснить.
Федоров делал многочисленные пробы и в конце концов добился успеха, он научился отливать добротные литеры, набирать их и делать оттиски на бумаге. Федоров, несомненно, был знаком с западноевропейскими печатными книгами. Но создавая форму своих печатных букв, он опирался на традиции русской письменности и русской рукописной книги Первопечатный "Апостол" наивысшее достижение типографского искусства XVI в. Мастерски изготовленный шрифт, удивительно четкий и ровный набор, превосходная верстка полос.
В аноним¬ных изданиях, предшествовавших "Апостолу", слова, как правило, не отделяются друг от друга. Строки получаются то короче, то длиннее, и правая сторона страницы извилистая. Федоров ввел шпации между словами и добился совершенно ровной линии с правой стороны страницы. В книге 46 орнаментальных заставок, выгравированных на дереве (черным по белому и белым по черному фону). Строки вязи, также гравированные на дереве, как правило, печатались красной краской, выделяя начало глав. Ту же роль выполняют 22 орнаментальные "буквицы", то есть инициальные или заглавные бук¬вы. Иван Федоров применил совершенно своеобразный, нигде более не встречающийся способ двухцветной печати с одной печатной формы.
В 1565 г. в Москве Иваном Федоровым и Петром Мстиславцем была выпущена еще одна книга "Часовник". Иван Федоров и его товарищ в Москве были людьми весьма заметными и уважаемыми. Но опричнина, введенная Иваном Грозным, внушала им большое беспокойство. "На нас многие зависти ради многие ереси умышляли", писал впоследствии Иван Федоров, объясняя свой и Метиславца отъезд в Белоруссию, которая тогда принадлежала Польской Литовскому государству.
Так что Иван Федоров и Петр Мстиславец выпустили в Москве всего две книги, но и этого вполне достаточно, чтобы Иван Федоров навсегда остался первопечатником Руси. Имевший церковный сан дьякона, Иван Федоров вывез из Москвы не только жену и детей, но и необходимые для продолжения книгопечатания инструменты и материалы. Вскоре Федоров и Мстиславец смогли возобновить работу в Литве, в имении гетмана Ходкевича в Заблудове.
Здесь в 1569 г. было напечатано "Евангелие Учительное". В отличие от московских эта книга была не богослужебной и предназначалась для домашнего чте¬ния. Из имения Ходкевича Иван Федоров в 1572 г. переехал во Львов, несмотря на то, что Ходкевич в награду за труды подарил Федорову сельцо, где первопечатник мог заниматься земледелием, безбедно жить. Но Федоров отказался от оседлой жизни, считая свою печатную деятельность апостольским служением. (Апостолами, что в переводе с греческого значит "посланные", назывались ученики Христа, которых он отправил по всему миру рассказывать о себе.) Во Львове 14 февраля 1574 г. вышла первая на Украине точно датированная печатная книга, так называемый львовский "Апостол"; Шрифт и часть заставок в этой книге были заимствованы из московского "Апостола", но концовки и узорные инициалы были изготовлены заново.
В том же году в Львове Иван Федоров впервые напечатал книгу для русских детей "Азбуку". Второе издание "Азбуки" вышло в 1576 г. в городе Остроге, куда Федорова пригласил князь Константин Острожский. В 1580 г. Федоров выпустил Новый завете Псалтирью небольшого формата, удобного для чтения.
Это первая книга в русской истории, которая сопровождена алфавитно-предметньм указателем. Но настоящим подвигом Ивана Федорова являлась колоссальная работа над полной славянской Библией.
Этот гигантский Труд занимал 1256 страниц. Федоров и его помощники использовали не только греческий, но и еврейский текст Ветхого завета, а также чешский и польский переводы. А в основу был положен текст Геннадиевской Библии. Именно к этой "Острожской библии", как называют ее теперь историки, восходит тот славянский библейский текст, который существует и в современных изданиях. На подобный героический труд, да еще впервые в истории России, был способен только незаурядный человек, Иван Федоров именно таким и являлся.
Он в совершенстве владел несколькими языками греческим, латинским, польским. От¬лично разбирался в тонкостях церковно-славянской грамматики. "Острожская библия", вышедшая в 15801581 гг была последним печатным трудом Федорова. После Библии Федоров выпустил лишь " Хронологию" Андрея Рымши первое сочинение светского характера, отпечатанное на Украине. Князь Константин Острожский охладел к издательской деятельности Федорова, и первопечатнику снова пришлось искать средства для продолжения дела его жизни.
В эти годы Иван Федоров изобретает разборную пушку и занимается усовершенствованием ручных бомбард. В поисках заказчика он отправляется из Львова в далекое и нелегкое по тем временам путешествие в Краков и Вену, где встречается с императором Рудольфом II и демонстрирует ему свое изобретение. Рудольфа II оно вполне удовлетворило, но от условий, выдвинутых Федоровым, он откзывается. Тогда Иван Федоров написал письмо саксонскому кур-фюрту Августу: " Итак, я владею искусством изготовления складных пушек каждую без исключения такого рода пушку можно разобрать на отдельные, строго определенные части, а именно на пятьдесят, сто и даже, если потребуется, на двести частей " Об изобрете¬нии в письме говорится неясно, можно лишь судить, что это была многоствольная мортира с взаимозаменяемыми частями.
Возвращаясь во Львов, Федоров занемог и 3 августа 1583 г. "впал в болезнь к смерти". Иван Федоров скончался в одном из предмесий Львова, которое называется Подзамче.
Умер он в бедности, не имея средств, чтобы выкупить заложенное ростовщику типографское имущество и отпечатанные книги. Его похоронили на кладбище при храме святого Онуфрия, храм принадлежал Львовскому православному братству. На могиле Федорова был поставлен надгробный камень с надписью: "Друкарь книг, пред тым невиданных". В этих словах содержится, быть может, наи¬более точная характеристика великого дела, совершенного Иваном Федоровым.
Материал и орудия письма
материал и орудия письма. Вопрос о материале для письма принадлежит к числу важных вопросов палеографии, так как он тесно связан с вопросом об эволюции почерков. Последние изменялись в зависимости от того, наносился ли текст на твёрдых предметах (камень, распространение означало и распространение письмен-ности среди более широких общественных слоев в связи с процессом феода-лизации. Материалом для русских письменных памятников до ХIV в. служил пергамен.
Памятники письма на пергамене первоначально назывались на Руси «харатейными», «харатья», «кожами», «мехом», «телятинами». Кроме пергамена в качестве материала для письма в Древней Руси употреблялась береста. Буквы наносились острым костяным орудием или металлическим, или вообще каким-либо заострённым предметом на внутренюю гладкую сторону берёзовой коры, которая свертывалась в виде свитка.
По-видимому, береста, предназначенная для письма, предварительно обрабатывалась. Куски бересты с сохранившимися текстами обрезаны сверху, снизу или с боков. Наличие на бересте природных трещин, изгибов, чёрточек, точек, а также свободных мест, получавшихся при выпадении кусочков коры в результате вдавливания или выцарапывания письмен, затрудняет чтение. Берестяные грамоты лучше пергаменных сохраняются в земле. На вид чернила русских рукописей имеют коричневатый, бурый оттенок. Они глубоко проникали в пергамен, засыхали на его поверхности довольно густым слоем и отличались большой прочностью; письмо ими до сих пор выглядит очень чётким, если, конечно, рукопись не портилась от сырости и т. п. По своему химическому составу чернила русских рукописей были железистого происхождения. Они содержали соли, железо и дубильные вещества.
В качестве последних применялись обычно так называемые чернильные орешки особые наросты на местах поражения листьев дуба насекомыми-вредителями.
Употреблялись и чернила из сажи («копчёные») и из отвара ольховой пли дубовой коры. Для просушки чернил на бумаге употреблялся мелкий кварцевый песок. Им посыпали лист из песочницы, имевшей крышку с дырками для равномерной посыпки. Чернильницы бывали разнообразными по форме и делались из дерева, глины, рога, металла. Кроме чернил, для письма употреблялись краски, особенно красная, издавна служившая для заголовков и инициалов (начальных букв). От наличия в рукописях красных заголовков и заглавных букв ведут своё происхождение такие термины, как «рубрика» (от латинского ruber красный) или «красная строка». Последнее название даётся строке, открывающей раздел и отмечаемой в печати так называемым «абзацем» небольшим пропуском в начале текста, передвигаемого слегка вправо.
Краски употреблялись и для орнаментации рукописей (писания заставок, концовок) и для миниатюр. При создании роскошных рукописей для письма заглавий и отдельных букв употреблялось золото.
Известны два сорта золота: 1) листовое, накладываемое на предварительно выписанные клейким веществом знаки, и 2) творёное (в виде краски: истёртое в порошок и смешанное с клейкими веществами). Серебро в русской письменности встречалось редко. Обычно процесс письма чёрными чернилами и красками не был одновременным. Вначале исполнялось чёрное письмо, а для красных букв или строк оставлялись пустые места, заполнявшиеся красками уже потом.
Такая манера приводила, между прочим, к тому, что по невнимательности писца предназначаемые для последующей раскраски места так и не раскрашивались. Впоследствии такие пробелы становились источником частых ошибок для позднейших переписчиков, не всегда уже понимавших, какая именно буква оказывалась пропущенной в копируемом ими оригинале. При письме золотом, так же как и при писании красками, среди чёрного текста оставалось свободное место, заполнявшееся впоследствии золотыми буквами или же заглавием в целую строку.
Писал золотом, так же как и красками, обычно специалист-художник, на долю которого приходилась также работа над миниатюрами и заставками, украшавшими рукопись заглавными разрисованными буквами и т. д. Все русские рукописи написаны пером. Письмо палочкой тростью (каламом), изображаемое на некоторых миниатюра евангелий, фактически не имело применения в Древней Руси. Очевидно, подобные лицевые изображения были продуктом не которой стилизации.
Скоропись и ее виды
Слово «скоропись» достаточно точно определяет характер письма. Появляются петли и росчерки, выходящие свободно за линию строки, ярче, чем в полууставе выражена индивидуальность почерка. К XVII веку скоропись становится особенно изощренной и сложной.
В русской палеографии в зависимости от графических особенностей почерков различают несколько основных видов скорописи: московская (XV - н. XVIII вв.); белорусская (XV - н. XVI вв.); украинскую (XVII в.). Для украинской скорописи характерно наличие лигатур - слияния элементов выносной буквы с другой буквой или выносными элементами букв.
В XV столетии, при великом князе Московском Иване III, когда закончилось объединение русских земель и создалось национальное Русское государство с новым, самодержавным политическим строем, Москва превращается не только в политический, но и культурный центр страны. Прежде областная культура Москвы начинает приобретать характер всероссийской. Наряду с увеличивающимися потребностями повседневной жизни возникла необходимость в новом, упрощенном, более удобном стиле письма. Им стала скоропись.
Скоропись примерно соответствует понятию латинского курсива. У древних греков скоропись была в широком употреблении на ранней стадии развития письма, частично имелась она и у юго-западных славян. В России скоропись как самостоятельный вид письма возникла в XV столетии. Буквы скорописи, частично связанные меж собой, отличаются от букв других видов письма своим светлым начертанием. Но так как буквы были снабжены множеством всевозможных значков, крючков и прибавок, то читать написанное было довольно трудно.
Хотя в скорописи XV столетия, в общем, еще отражается характер полуустава и связующих буквы штрихов мало, но в сравнении с полууставом это письмо более беглое.
Буквы скорописи в значительной мере выполнялись с удлинениями. В начале знаки были составлены главным образом из прямых линий, как это характерно для устава и полуустава. Во второй половине XVI века, а особенно в начале XVII века, основными линиями письма становятся полукруглые штрихи, а в общей картине письма видим некоторые элементы греческого курсива. Во второй половине XVII века, когда распространилось много разных вариантов письма, и в скорописи наблюдаются характерные для этого времени черты - меньше вязи и больше округлостей. В конце века круглые очертания букв стали еще более плавными и декоративными. Скоропись того времени постепенно освобождается от элементов греческого курсива и отдаляется от форм полуустава. В позднейшем периоде прямые и кривые линии приобретают равновесие, а буквы становятся более симметричными и округлыми. В то время, когда полуустав преобразуется в гражданское письмо, соответственный путь развития проделывает и скоропись, вследствие чего ее можно в дальнейшем называть гражданской скорописью.

Скоропись XVIII в.

На развитие графики русского письма в XVIII в. большое влияние оказало введение гражданского шрифта (1710 г.). Замена старого, церковнославянского алфавита новым, гражданским, введение новых арабских цифровых знаков вместо буквенных способствовали уменьшению многообразия начертаний букв в XVIII столетии.
Унификация начертания строчных букв, сокращение, а затем и полное вытеснение выносных букв, связность письма, деление текста на слова и фразы, выделение заглавных букв - вот наиболее характерные черты развития русского письма XVIII в.
Графика большинства букв в это время все больше приближается к современному начертанию, что особенно заметно в скорописи второй полоны века. В определенной степени этому способствовала унификация деловых бумаг, выработка определенного «писарского» почерка, который особенно характерен для делопроизводства России начиная со второй половины XVIII в. Для первой половины XVIII столетия еще характерна связь скорописи, основанной на новом гражданском шрифте, с традициями XVII в. Это проявляется в графике отдельных букв, в употреблении упраздненных букв омега и и десятеричное, в выносе букв. Так, наряду с а, начертание которого больше приближается к современному, в начале XVIII в. употребляют а типа греческой альфы. В некоторых текстах как первой, так и второй половины века встречаются начертания буквы в в виде четырехугольника, а также в лежачее.
В первой половине XVIII в. часто встречается начертание буквы и в виде латинского h. Такой же начерк принимают буквы к, л, н. Кроме того, буква к принимает форму латинского R.
Близка на протяжении всего XVIII в. к предыдущему начертанию буква ж, хотя для петровского времени в качестве датирующей буквы можно указать ж с полукругом в его передней части. Характерной датирующей особенностью для XVIII в. является употребление, для написания которой в XIX в. устанавливаются определенные правила.
В целом скоропись XVIII в. довольно хорошо выделяется из общей массы скорописных текстов округлой формой букв, сокращением вариантов начертаний букв и выносных букв, раздельным написанием слов.

Скоропись XIX века

Практически уже со второй половины XVIII в. скоропись все больше приближается к современному письму. Датирующими особенностями скорописи XIX в. являются упрощения алфавита. Исчезают из употребления буквы «зело», «кси», «пси». Буква «ять»по-прежнему употребляется, но подчиняется специальным правилам для ее письма. Вошли в употребление буквы ё, й, э.
Изучать скоропись XIX в. можно только в тесной связи с соответствующими тому времени, грамматическими и синтаксическими правилами. В грамматиках XIX в. устанавливаются определенные правила, развивающие в основном положения XVIII в., в том числе и изложенные М. В. Ломоносовым в его «Российской грамматике».
В скорописи XIX в. устанавливаются правила написания прописных букв. Личные имена, фамилии, географические названия, названия народов, титулы и чины и т. д. пишутся, как правило, с прописной буквы. Правило прописных букв распространяется также на такие слова, как бог, царь, император и пр.
Особенности скорописи

Буквы скорописи, частично связанные меж собой, отличаются от букв других видов письма своим светлым начертанием. Буквы в значительной мере выполнялись с удлинениями. Сравнительно с полууставом скорописи присуще:
·сокращение слов;
·вынос букв наверх строки;
·пропуск этимологических -ъ, -ь;
·в целом упрощение правописания;
·отсутствие большого юса, греческих букв;
·диакритических надстрочных значков придыхания и ударения;
·вариация форм букв, в зависимости от их соседства;
·соединение букв в слове;
·размашистые росчерки пера.
Характерная особенность скорописи - слитное написание части букв, а также вынесение некоторых из них над строкой («выносные» буквы). Написание отдельных букв строго не регламентировано. Для некоторых букв применялось разное написание в зависимости от того, вписывались ли они в строку или были выносными. Чтение текстов затрудняется тем, что слова по большей части не разделялись между собой, и расчленять сплошной текст часто приходится по смыслу. Знаки препинания практически отсутствовали, заглавные буквы иногда ставились в начале текста, иногда вообще не были выражены.
Кроме букв, существующих в современном алфавите, в старых текстах употреблялись также некоторые другие: «зело» (читалось как«з»), «от» (читалось как «о»), «ять» (первоначально обозначала особый звук, позднее читалась как «е»), «кси» (читалась как «кс»),«пси» (читалась как «пс»), «фита» (читалась как «ф»), «ижица» (обычно читалась как «и», но иногда употреблялась вместо «в»). Очень четких грамматических правил не существовало, поэтому «и» и «i», «e» и «ять», «ф» и «фита», а порой даже «с» и «з» свободно заменяют друг друга. Твердый знак в конце слов ставился далеко не всегда, особенно часто он опускался после предлогов и после выносных согласных (последнее относится и к мягкому знаку). Иногда после выносных согласных опускалась и гласная, в частности в падежном окончании «го». Целый ряд слов принято было писать в сокращенном виде (этот способ написания идет еще от устава). В случае сокращения над словом полагалось ставить специальный знак- «титло» в виде волнистой линии («ерик») или дужки («камора»). «Титло» означало, что в слове опущены гласные буквы, а иногда также одна или две согласных, например «кнзь» (князь), «кнга» (книга), «мнетрь» (монастырь), «црквь» (церковь), «члвк» (человек), «нне» (ныне), «млеть» (милость) и т.п.
На рубеже XIV - XV вв. появляется новый тип письма - скоропись, которая получила основное развитие разного рода в деловых бумагах. Нет никакого сомнения, что скоропись развилась из полуустава. Поэтому, сравнивая полууставные и скорописные буквы, можно видеть между ними большое сходство. В силу этого мы имеем некоторые переходные типы начертания букв в беглом деловом полууставе, приближающиеся к скорописи. Такое сходство можно отметить для букв а, б, в, д, е, и, п, ч. Но в то же время появляются и новые начертания букв. Так, наряду с буквой а, похожей на уставное, встречается а с длинным хвостом и а в виде греческой «альфы».
Буква в принимает, как правило, современное нам начертание.
В целом ранняя скоропись еще не очень отличается от беглого полуустава. Почти всегда каждую букву скорописи пишут отдельно, как и в беглом полууставе, хотя можно заметить более свободное, размашистое написание букв. Больше становится и выносных букв. Особенно характерны для этого времени выносные буквы под титлом, при этом буквы выносе пишут довольно четко. Выносные буквы над строкой со временем получат очень широкое распространение. Это можно объяснить, с одной стороны, ускорением письма, а с другой - экономией материала письма - пергамена или бумаги.
Особенно большое распространение скоропись получила в XVI столетии, когда ею стали пользоваться в деловом письме при составлении писцовых книг, записных книг гражданского состояния, в таможенном деле, судопроизводстве, в частной переписке и т. д. Однако вплоть до XVIII в. не теряет своего значения и полууставное письмо, которое главным образом применяется в книжном письме, т. е. в памятниках литературного, публицистического характера.
В XVI в. скоропись приобретает черты, которые отличают ее от предшествовавших типов письма - устава и полуустава. Прежде всего, письму «скорым обычаем» присуща утеря отчетливости в графике букв, широта, размашистость написания. Буквы стали крючковаты, потеряли пропорциональность. Появляется связность в написании букв. Вначале это заметно во введении лигатур. Позже, во второй половине XVII - XVIII в. связное написание букв в словах становится уже как бы правилом. Появляется также много больших, выходящих за строку вверх и вниз букв.
В скорописи XVI в. стали очень широко употребляться выносные буквы и взметы (выносы букв вверх над строкой без отрыва от строчной). Почерк постепенно приобретает индивидуальные черты, которые особенно различимы с XVII в.
В русской скорописи XVI в. можно отметить некоторые особенности в графике букв.
Прежде всего становится широким применение буквы в в виде треугольника или четырехугольника, очень напоминающих букву д .Для первой половины века типична буква д с длинной перекладиной внизу, а для второй-д с длинным загнутым хвостом внизу.
Буква е все больше принимает вид греческой ?.
Буква ж имеет много вариантов, а во второй половине века встречается ж, написанное одним росчерком, без отрыва пера от бумаги.
Буква з пишется, как правило, в виде тройки, но иногда имеется дополнительный крючок, делающий букву похожей на «кси».
Буква к чаще имеет вид двух палочек.
Особенностью скорописи XVI в. следует считать употребление больших, выходящих резко за строку букв и лигатур.
Время полного утверждения скорописного письма - XVII столетие. Большое разнообразие в начертании как строчных, так и выносных букв, стремление к связности написания внутри слов, деление текста на слова, новые приемы письма приводят к все большему проявлению индивидуального характера скорописного письма. Поэтому читать скоропись XVII в. довольно трудно. И нет ничего удивительного, что рукопись, написанная скорописью, оставалась «грамотой за семью печатями». Поэтому любой земский дьячок представлял собой в селе важную фигуру: ведь от него зависело правильное прочтение какого-нибудь распоряжения, полученного из центра или от воевод.
В скорописи XVII в. появляются некоторые новые особенности в графике букв.
Буква к пишется чаще всего в виде двух параллельных вертикальных палочек. В связи с этим нужно отметить сочетание буквы к с буквой с. Последнюю в XVII в. часто писали в виде вертикальной палочки, прямой или несколько вогнутой. Три рядом стоящие палочки в тексте следует читать обычно как ск. Неправильное прочтение этого сочетания может привести к искажению текста. Так, неумение прочитать эту лигатуру привело к тому, что долгое время не могли найти дом на Немецкой улице в Москве, в котором родился А. С. Пушкин, так как вместо «дом Скворцова» читали «дом Шварцова». По образному выражению большого знатока скорописи С. В. Бахрушина, тот, кто усвоит чтение сочетания ск, скоро научится читать и саму скоропись.
При чтении сочетания трех палочек чаще всего нельзя читать кс, так как для обозначения кс обычно употребляли букву «кси».
В XVII столетии утверждаются, как самые распространенные, начертания букв ю и я в виде о и а с крючками (или загогулинами) вверху. В то же время в XVII в. мы встречаем юс малый, который начинает претерпевать своеобразную графическую эволюцию, приближаясь постепенно к современной букве я.
Выносные буквы

Русская скоропись XVI-XVII вв. выделяется применением выносных букв, т. е. таких букв, которые пишутся над строкой, хотя они и составляют часть слова, остающегося в строке. Например, в слове синим, буква м вынесена наверх. Иногда в одном слове несколько букв ставятся над строкой. Например, в слове гордый буквы р и й порой выносились наверх.
Выносные буквы появились как следствие ускорения письма и необходимости сокращения места на бумаге, а также для большего удобства чтения; выносные буквы являлись как бы сигнальными знаками над строкой. Однако вверх выносились не все буквы, а по определенным признакам. Сначала буквы, выносимые наверх, обозначали пропуск ъ и ь, вследствие чего они писались под титлом, который указывал на сокращение слова. Обычно над строкой не ставилась первая буква слова, не выносились и гласные в корнях слов, но зато выносились буквы в конце слова или слога.
Для полуустава также характерно наличие выносных букв, но в полууставе они представляют разновидности сокращений под титлом; лишь иногда употребляются просто выносные буквы без титл. Только в скорописи XVI-XVII вв. создается своеобразное сочетание строчных и выносных букв. При чтении скорописи необходимо читать текст как бы в двух этажах, т. е. скользить взором не только по самой строке, но и по верху этой строки, где показаны выносные буквы. При достаточном навыке выносные буквы облегчают чтение. Поэтому можно научиться читать скоропись XVI-XVII вв. с выносными буквами скорее, чем современную скоропись без выносных, хотя чтение скорописи вызывает определенные трудности. Обучающийся чтению скорописи разбирает ее с трудом, особенно потому, что он привык читать только в строку. Научиться читать слова с выносными буквами, стоящими на верху строки, - значит научиться читать скоропись.
При изучении скорописи, осваивая характерные написания отдельных строчных букв, надо внимательно изучать и выносные буквы, что достигается главным образом практикой.
Уже в полууставе и ранней скорописи появляются некоторые выносные буквы, перешедшие затем в скоропись XVI-XVII вв. В основном это в, г, д, ж, з, и, к, л, м, р, с, т, х, ц, ч. Буквы эти писались над строкой, как правило, в том же начерке, как они писались в строке. Но постепенно появляются и характерные для выносных букв особенности. Это относится, прежде всего, к буквам з, м, с. Первые две буквы стали выноситься в виде волнистых линий, а буква с приобретает вид точечки под титлом, так называемое с «глазковое».
В XVI в. количество выносных букв резко увеличивается. Еще раньше некоторые буквы выносились в конце слов или слогов без титла над ними, так как своими начертаниями они сами напоминали титла. Таковы буквы д (год), ж (что ж), к (как, токмо), п (поп, потоп), х (в живых) и пр.
В XVII в. выносных букв без титла становится все больше и они все более разнообразятся. Так, появляется выносная буква г в виде закорючки над строкой, как бы соединения буквы с титлом. Буква и часто выносится в виде двух палочек. Двумя палочками или черточками пишут и букву к, но если у и наклон влево, то к ставится прямо или с наклоном вправо. Буква л, выносившаяся как двускатное, принимает вид закорючки, так как сама буква сливается с титлом.
Широкое распространение в XVI и XVII вв. получает с глазковое.
Форму уголка или полукружия принимает буква т. Выносная буква х пишется одним росчерком с правой петлей, в виде лежащей восьмерки.
В XVII в. выносные буквы становятся более разнообразными, а их написание менее четким, так что многие буквы можно разобрать только по смыслу.
Буква л часто стала походить на букву а в виде греческой «альфы». Буква н стала писаться одним начерком с титлом и в отдельных текстах очень похожа на выносные л и г. При работе с текстами XVII в. нужно обращать внимание на особенность написания выносных букв г, л, н и расшифровывать их по смыслу.
Упрощается начертание выносной буквы м. Еще в XVI в. она писалась очень неотчетливо, в виде змейки с уголками, раскрывающимися вверх, или волнистой косой черты. В XVII в. выносная м принимает вид запятой или восклицательного знака. В скорописи XVII столетия можно заметить сходство выносной м с выносной же буквой з. Основное отличие заключается в том, что буква м раскрывается уголками вверх, а з вниз.
Отдельные документы XVII в. настолько насыщены выносными буквами, что создается впечатление дополнительной строки над основной.
Практически мы имеем дело со своеобразной скорописной вязью, в которой применяются и «взметы». Взметом называется буква, вынесенная над строкой и непосредственно связанная со строчной. Как правило, такие буквы выносились в окончании слова, хотя взметы имеются и внутри слова, В частности, выносная буква т в конце слов и слогов писалась в большинстве случаев в XVII в. взметом. Часто взметом писались выносные з, р, х и другие буквы. В отдельных случаях слитное написание букв и применение взметов приводило к вычурности в письме. Примером этого может быть написание известной формулы се аз. В текстах XVII в. можно встретить много вариантов этого письма. Примером подобного же рода может служить написание слова лета, в лето.

Сокращения в документах и книгах
В русской скорописи часто встречаются сокращения слов. О том, что слово сокращено, обычно говорит знак титла, поставленного над словом. Каких-либо определенных правил сокращения слов не существовало. Очевидно, сокращению подлежали слова, наиболее распространенные и часто встречающиеся в тексте. С сокращениями мы встречаемся еще в ставном и полууставном письме, но в скорописи этих сокращений становится больше.

Различные виды и развитие скорописи

Скоропись была рассчитана на существенное ускорение процесса письма. Ускорение достигалось 1)большей свободой тех нажимов и взмахов, которыми конечности букв выводятся вверх и вниз; 2) безотрывными написаниями соседних букв (например букваА); 3)Более многочисленными украшениями. Писали птичьими перьями, что позволяло делать плавные утолщения и декоративные росчерки.
По своим начеркам русская скоропись XIVв является тем же древнейшим русским полууставом, но только значительно ускоренным свободой нажимов и взмахов. С XVв скорописи Московского и Западнорусского государств начинают расходиться. К началуXVIв оба разряда скорописи создают независимо друг от друга новые начерки букв, отличные от полууставных. В Московской скорописи уже с самого начала свобода взмаха несравненно сильнее, а сами взмахи направлены вверх, преобладают высокие буквы. В западнорусской скорописи сильнее сказываются югославянские влияния. Югославянская скоропись, возникнув под непосредственным влиянием скорописи византийской развила принцип круглящих движений и не дала развития принципу свободных взмахов. Ее длинные линии носят манерный характер - не степенный, а декоративный.
Московская скоропись XVIв все еще очень проста, но она уже отличается от беглого полуустава. В XVIв появляются первые безотрывные написания, но они очень немногочисленны. Московская скоропись XVIIв развивает постепенно сложную систему сокращений и связных написаний, но они не являются обязательными.
Различают три вида соединений:
) Соединение строчной буквы со строчной
) Надстрочная буква соединяется с надстрочной
) Строчная буква соединяется с надстрочной.
Умножившиеся соединения с середины XVII в. отчасти вносят в скоропись принцип круглящих движений, не вытесняя, однако принцип движений свободных. Московская скоропись XVII в. имеет многочисленные варианты одних и тех же букв. Тот или иной вариант избирается по требованию удобства или скорости. В XVII в., когда скоропись становится главным видом письма, появляется и ее каллиграфический вариант. Образец каллиграфической скорописи дают нам прописи или скорописные азбуки, дошедшие до нас главным образом на свитках (Например Азбука славянского языка и написания скорописью учиться писать).
В декоративном варианте скорописи все начерки, кроме некоторых заглавных, скорописные по происхождению, но выведены медленно, большинство вертикальных линий получило извив, а концы размахов обращены в петли и завитки. Стремление к ускорению письма, достигшее апогея в XVII в., приводило к сильному искажению архитектоники букв, некоторые из скорописных букв далеко отступают от своих прототипов -уставных и полууставных начертаний. Общий характер московской скорописи не благоприятствовал связному написанию, которое начнет развиваться лишь в 70-80х годах XVII в.
В начале знаки были составлены главным образом из прямых линий, как это характерно для устава и полуустава. Во второй половине XVI века, а особенно в начале XVII века, основными линиями письма становятся полукруглые штрихи. Во второй половине XVII века, когда распространилось много разных вариантов письма, и в скорописи наблюдаются характерные для этого времени черты - меньше вязи и больше округлостей. В конце века круглые очертания букв стали ещё более плавными и декоративными. Скоропись того времени постепенно отдаляется от форм полуустава. В позднейшем периоде прямые и кривые линии приобретают равновесие, а буквы становятся более симметричными и округлыми. Унификация форм букв в XVIII-XIX вв. как в канцеляриях, так и школах привела в XIX в. к возникновению сегодняшнего рукописного шрифта.

Знаки препинания
Современные знаки препинания оформились в основном в XIX в. Но уже в старом письме встречаются точка, запятая и другие знаки. Они имеют большое значение для понимания текста. В частности, точкой, по старым правилам, выделялись в тексте цифры. В древности точка могла быть поставлена как в виде единичного знака, так и в виде различных комбинаций, например крестика. Важно значение точек и для понимания текста в целом, так как точками часто выделялись отдельные фразы. Особое значение имеет точка для понимания обозначений географических названий. Например, в летописи в «списке русских городов дальних и ближних» было бы трудно прочесть названия отдельных русских городов, если бы они не выделялись точками.
Впоследствии в полууставном и скорописном письме стали применять довольно большое количество различных знаков препинания и других надстрочных знаков. Специальные наставления служили практическим руководством для писцов. Отметим, что расстановка знаков не всегда соответствовала логическому чтению текста.
В первой половине XIX в. создается определенная система знаков препинания: точка, двоеточие, многоточие, точка с запятой, запятая, вопросительный и восклицательный знаки, скобки, кавычки, тире, черточка.


Орнаментирование письменных памятников в XV-XVII вв., эволюция художественных стилей. 
Скоропись XV–XVII веков
Книжное письмо. Сменившая полуустав скоропись стала деловым письмом. Но поскольку скоропись была трудночитаемой, в книжном письме продолжал сохраняться полуустав. В середине XVI в. полуустав лег в основу первопечатного шрифта Ивана Федорова. Во 2-й половине XVI – 1-й половине XVII в. в России, наряду с рукописными произведениями, получили распространение московские печатные книги. Многие из них служили для переписчиков такими же оригиналами, как и рукописи. Переписывая книги с печатных изданий, мастера невольно брали за образец графику печатных букв и старопечатный орнамент. Так в рукописных книгах появился полуустав, подражающий старопечатному шрифту, или полуустав со старопечатной основой. От него образовался поморский полуустав, долгое время удерживавшийся среди писцов-старообрядцев.

Скоропись XVI в.
После воссоединения Украины с Россией усилились культурные русско-украинские связи. На почерки некоторых книжных переписчиков оказала влияние украинская графика. Она отличалась угловатостью буквенных начертаний, их наклоном и заменой некоторых славянских букв греческими или латинскими.
Спрос на рукописную книгу привел к ускорению письма и к появлению в последней четверти XVII в. беглого, или круглящегося, полуустава. Для него характерны красивые, округлые начертания букв, манерные изгибы петель и хвостов, применение отдельных скорописных приемов.
Писцы XVI–XVII вв. прекрасно знали функциональное размежевание между полууставом и скорописью. Скоропись – письмо деловых бумаг, полуустав – письмо, которым писались книги. Однако писцами из этого правила делались исключения. Четкой скорописью в XVII в. могли быть написаны книги внецерковного круга. В XVI–XVII вв. имели место случаи, когда при переписке богослужебных книг один и тот же писец мог использовать полуустав и скоропись. Тогда полууставом писался основной, читаемый при богослужении текст, а скорописью – небольшой по объему и второстепенный по значимости справочный материал.
Украшения рукописей. Появившийся в книгах одновременно с балканским нововизантийский, или растительный, орнамент вытеснил балканский в XVI в. В нововизантийском орнаменте была восстановлена византийская заставка в виде рамы геометрической формы. Ее снова заполнили цветочные мотивы с обязательным цветком крин. Но в отличие от старовизантийского нововизантийский орнамент был стилизованным, имел иную цветовую гамму и более сложное членение заставки.

Цветовая гамма нововизантийского орнамента включала синий (преобладающий), вишневый, зеленый цвета, которые нередко давались на золотом фоне. Так же как и балканский, нововизантийский орнамент по времени совпал с распространением бумаги. Большинство книг, украшенных нововизантийским орнаментом, написано полууставом.
С XVI в. в украшениях рукописных книг стал употребляться старопечатный орнамент. Главными элементами этого стиля были изображения трав, ветвей, листьев, цветов, плодов, ягод, шишек. Для раскраски использовались, главным образом, черный и белый цвета.
Первоначально считалось, что старопечатный орнамент появился в печатных книгах, а затем перешел в орнаментику рукописей. Этим и объяснялось его название. В настоящее время доказано, что старопечатным орнаментом украшали рукописные книги еще в 1-й половине XVI в., и именно из них он перешел в книги, изданные типографским способом.
Первые старопечатные мотивы в рукописных книгах имеют вид черно-белых клейм, которые стали вписывать в нововизантийские заставки, концовки, инициалы. Сюжеты этих клейм черпались из «Большого прописного алфавита», созданного в 80-х гг. XV в. гравером из Вестфалии Израэлем ван Мекенемом, хорошо известным в России. Русские книжники не просто копировали буквы и украшения алфавита Мекенема, а весьма остроумно использовали их детали, создавая оригинальные композиции нового стиля. Этому стилю свойственны растительные мотивы – сочетания листьев, трав, плодов, заполнявшие все поле заставки, концовки и каркаса инициалов. Оригинальность этого стиля была в контрастной штриховке, придававшей черно-белому орнаменту объемность формы.
Печатная книга вобрала в себя все лучшее, что было создано в художественном облике рукописной книги. В основу старопечатного шрифта лег полуустав с его четкой графикой букв. Рукописный старопечатный орнамент перешел в художественные украшения печатной книги, получив на ее страницах дальнейшее развитие и завершение в черно-белом варианте.
С середины XVI в. наблюдается обратный процесс влияния печатной книги на рукописную, который выразился в появлении в рукописях первых печатных заставок, скопированных из «Апостола» Ивана Федорова.
Со 2-й половины XVII в. рукописи стали украшаться орнаментом барокко. Появление нового стиля связано с развитием в XVII в. тенденции к обмирщению культуры, одним из выражений которой явилось узорочное оформление декора культовых архитектурных сооружений, предметов прикладного искусства, книг. Книжный орнамент барокко строился на сочетании растительных мотивов и геометрических форм (эллипсов, спиралей). Этот стиль соединился со старопечатным стилем, вобрав в себя его растительные мотивы – пышные листья, цветы, плоды, которые получили реалистическое и рельефное изображение. Орнамент барокко отличается пышностью раскраски с использованием киновари, белой, черной и золотой красок. В конце века из орнамента барокко развивается более упрощенный поморский стиль, получивший распространение в рукописной книге старообрядцев. Этот стиль характеризуется изображениями белых или разноцветных трав вычурной, изогнутой формы на золотом фоне.

Миниатюра. Миниатюра XV–XVII вв. испытала на себе тенденции, развиваемые в живописи А. Рублевым, Дионисием, Симоном Ушаковым. Источников этого периода, украшенных миниатюрами, сохранилось достаточно много. Среди них – Лицевой летописный свод XVI в., содержащий более 16 тыс. миниатюр.
Для датировки миниатюр важны наблюдения над их композицией, наполнением деталями, особенностями красок. В миниатюрах XV – 1-й половины XVI в. изображение природных и архитектурных деталей давалось более стилизованно и абстрактно, чем в последующий период. Раскраска миниатюр этого периода отличалась многообразием оттенков. Золото использовалось преимущественно для покрытия фона и нимбов святых.
Со 2-й половины XVI в. изображение архитектурных форм стало более реальным и направленным на отражение конкретных сооружений. Миниатюра XVII в. часто бывает перегруженной множеством фигур и деталей. В ее цветовой гамме доминируют красный, зеленый, желтый цвета. Золото используется в роскошных рукописях. Наполнение миниатюр бытовыми деталями – изображением одежды, орудий труда, облегчает их датировку путем установления соответствия изображаемых на них предметов с предметами, употребляемыми в быту в момент написания миниатюр. Одновременно миниатюры являются ценным историческим источником, позволяющим уточнить наше представление об оружии, архитектуре, бытовых предметах того или иного периода. Возможность опознания на некоторых миниатюрах архитектурных построек, а также элементов географической среды расширяет информацию о месте написания книг, а также об их писцах и художниках.
Вязь. В XVI–XVII вв. продолжается распространение вязи, которая в XVII в. используется даже в документах делового характера – писцовых, переписных книгах. В XV–XVI вв. в связи с созданием местных школ вязи в городах Новгороде, Пскове, Москве наблюдается ее стилевое разнообразие, которое служит показателем места написания источника. К середине XVII в. происходит унификация приемов вязи, выработка ее единого стиля.
Вязь получила распространение и в экслибрисах – книжных знаках, обозначающих имя владельца книг. Наиболее ранние находки экслибрисов относятся к концу XV – началу XVI в. Они обнаружены в знаменитой библиотеке Соловецкого монастыря. Основателем книжного знака там стал игумен Досифей. Он нашел остроумный вид экслибриса: из первой буквы слова, обозначающей его звание – священноинок, он сделал круг – оправу, куда вязью вписал свое звание и имя в родительном падеже: «Священноинока Досифея». Наблюдения за книжными знаками могут оказать помощь в определении места написания книги, установлении ее заказчика или владельца, а также и возможного автора.
Датирующий показатель вязи в XVI в. составил 4 и 8. В XVII в. датирующий показатель вязи вырос до 10 и 12. Буквы вязи стали высокими, вязь читается с трудом.
Тайнопись. Использование тайнописи в условиях единого Русского государства диктовалась нуждами зашифровки документов, носящих политический и дипломатический характер. В XVI–XVII вв. происходило совершенствование и дальнейшее развитие ранее существовавших систем тайнописи: системы «чуждых письмен», системы замены знаков кирилловского алфавита, литореи, а также счетной (цифровой) системы. Рядом с простой литореей в XVI–XVII вв. получила распространение литорея мудрая. В этой системе при сохранении алфавитного порядка согласных букв верхнего ряда (как и в простой литорее) согласные нижнего ряда ставились не в алфавитной, а в условно принятой шифровальщиком последовательности. Иногда замене подлежали и гласные буквы. Видом тайнописи стал акростих – стихотворение, начальные буквы каждой строки которого скрывали зашифрованные надписи. Своеобразной тайнописью XVII в. становится вязь, трудночитаемая из-за своих высоких показателей. В источниках XVII в. можно встретить тайнопись с нарочито усложненным шифром. Чтобы подобрать к нему ключ, нужно использовать не одну, а несколько систем тайнописи. Примером может служить тайнопись князей Барятинских.

Чернила. Имели оттенки от темно-коричневого до светло-бурого. Черные чернила (с примесью сажи) придавали документам несколько неряшливый вид и в практике встречались реже. От XVII в. сохранилось много рецептов приготовления чернил. В основе этих рецептов лежала реакция между железистыми и дубильными веществами. В XVII в. для убыстрения приготовления чернил вместо железных предметов (ломаных ржавых гвоздей, подков и др.) стали использовать медный купорос. Для просушки чернил пользовались чистым речным песком, которым присыпались написанные тексты.
Переплет. Книги состояли из сшитых между собой тетрадей. Доски и переплет книг обтягивались кожей, бархатом, атласом и камкой[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]. С конца XVII в. стали употреблять и более дешевый бумажный переплет. В XVII в. кожаный переплет украшается золотым тиснением. В XVI–XVII вв. корешок книг имел поперечные выпуклые валики, внутри которых прятались нитяные узлы переплета. Срез листов книг раскрашивался красками или золотился. До середины XVII в. обрез рукописных книг совпадал с досками переплета, затем в целях сохранения краев страниц переплет стал выдвигаться над обрезом. Роскошные книги имели позолоченные оклады, украшенные драгоценными камнями и жемчугом.
Переплеты делопроизводственных книг были проще. Они делались из досок, обтягивались грубым холстом или кожей. Иногда в XVII в. приказные книги вкладывались в сумки-футляры. Внешне сумка напоминала портфель. Сумку связывали тесемкой или ремешком-завязкой.
Формат рукописей. Подавляющая часть источников XV–XVII вв. написана на бумаге. Источники дошли до нас в виде книг, свитков, тетрадей, отдельных листов. Распространение бумаги как основного материала для письма особую важность при наблюдениях придает формату бумажных рукописей.
Листы бумаги не имели стандартных размеров. Их величина зависела от размеров форм – противней, в которые выливалась бумажная масса. Поэтому в источниках формат рукописей не выражался в каких-либо конкретных единицах измерения, а определялся в зависимости от того, сколько раз целый лист бумаги перегибался и разрезался перед употреблением. Термину дестный лист, или лист в десть,соответствовал целый лист бумаги, перегнутый пополам и переплетенный в месте сгиба. При формате в полдесть лист дважды перегибался и один раз разрезался на две части и т. д.
Формат рукописей можно определить по расположению филиграни. Поскольку филигрань находилась в правой стороне целого листа, при перегибе листа пополам она оказывалась посредине одной из его половинок. Такое положение филиграни свидетельствует о формате рукописи «в десть». При вторичном перегибе листа и его разрезе на четыре части две половинки части филиграни оказывались у корешка книги и показывали на формат «в полдесть», или в четверку. Для рукописей, имеющих формат «в восьмушку», листы разрезались на восемь частей. Четверть водяного знака находилась у корешка книги, вверху или внизу страницы.
Формат книги определялся ее назначением. Книги, предназначавшиеся для чтения в полутемной церкви, писались на листах «в десть». Размер в восьмую долю листа мог применяться для «путных» рукописей, предназначенных для чтения в дороге. По числу листов книги также были разными – от нескольких десятков до тысячи.
В приказном делопроизводстве в центре и на местах были распространены две формы фиксации документов – книга и столбец. Система записи документов в книге отвечала потребностям в постоянных справках. В делопроизводстве известны писцовые, переписные, дозорные, таможенные книги. Делопроизводственные книги, так же как и книги светского и духовного содержания, имели поля, нумерацию страниц. Их формат соответствовал перегибу и разрезу листов бумаги.
Для формата, называемого столбцом, бумагу нарезали полосами, ширина которых была намного меньше их длины. На столбцах писались документы «столбцового» делопроизводства: грамоты, указы, отписки, памяти, наказы, росписи, расспросные и пыточные речи и др. По мере заполнения бумажные полосы склеивались между собой, образуя длинные свитки. Место склейки полос называлось «сставом».
Столбцовое и книжное приказное делопроизводство имеет особенности, на которые следует обращать внимание. Например, на оборотной стороне столбцов имелись «пометы» – дополнительные записи, содержащие сведения об адресе лиц и учреждений, которым предназначался документ, имя человека, доставившего этот документ, дату его отправки и получения. Особенно важны «пометы» на документах, рассматриваемых Боярской думой или самим царем, содержащих информацию о вершении дел.
Для предохранения документов от хищения и подлогов на них ставились «скрепы» (подписи) дьяков или подьячих «с приписью», т. е. подьячих, имеющих право подписи документов. Подпись разбивалась на слоги. Например: «диакъ Григорей Про-то-по-повъ». В столбцах она ставилась в месте «сстава», на оборотной стороне листов с таким расчетом, чтобы верхняя и нижняя части каждого слога подписи были на обоих склеенных листах. В делопроизводственных книгах подпись дьяка или же подьячего «с приписью», разбитая на слоги, помещалась на поле лицевой стороны каждого листа. Незаполненные листы книг отмечались словами «лист порозжей», т. е. пустой, и также имели подпись дьяка.
Наблюдения за «сставами», «скрепами», «пометами» документов чрезвычайно важны для выводов о месте, времени, авторстве. Наличие подписи дьяка на обороте или на полях, а также подписей свидетелей, упомянутых в тексте, разные почерки свидетелей говорят о подлинности документов.
Для разлиновки листов применялась рамка (карамса) с натянутыми нитями, или «жилами». Рамка накладывалась на лист, и по ее нитям костяным шильцем, которое не оставляло цветного следа, надавливались строки. Разлиновывались, как правило, листы книг. Надавливание линий позволяло заполнять лицевую и оборотную стороны листа книги с одинаковой равномерностью расположения строчек. Формат бумаги в столбец разлиновывался крайне редко.

[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]


Приложенные файлы

  • doc 6717049
    Размер файла: 161 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий