17 Холл Р. Теории организации

Холл Р. Организации. Структуры, процессы, результаты. Спб., 2001. С. 432-461.

МОДЕЛИ ОРГАНИЗАЦИИ

Популяционно-экологическая модель

Популяционно-экологическая модель связана с работами Aldrich и Pfeffer (1976), Наппап и Freeman (1977Ь), Aldrich (1979), Kazarda и Bidwell (1984), Bidwell u Kazarda (1985), McKelvey (1982), McKelvey u Aldrich (1983), Carrol (1988), Carrol и Наппап (1989), Наппап и Freeman (1989), Ваит и Singh (1994) и Ваит (1996). В этом подходе утверждается, что «факторы окружающей среды выбирают те признаки организаций, которые наилучшим образом подходят для окружающей среды» (Aldrich u Pfeffer, 1976: с. 79).
Популяционно-экологический метод (иногда называемый моделью естественного отбора) был основным ориентиром в нашей модели организационных изменений и преобразований. Согласно Алдричу и Пфефферу, модель отличается от анализа систематической эволюции Campbell (1969) тем, что не делает допущений о прогрессивном движении. Модель естественного отбора не допускает, что изменения должны обязательно происходить в сторону более сложных или комплексных организаций. Организации просто изменяются так, чтобы лучше соответствовать окружающей среде.
Согласно Алдричу и Пфефферу, популяционно-экологическая модель не имеет дела с отдельными организационными единицами, но занимается формами или популяциями организаций. Организационным формам, которые наилучшим образом соответствуют окружающей среде, при отборе отдается предпочтение перед теми, которые не соответствуют или соответствуют в меньшей мере.
Следуя за Кэмпбеллом, Алдричем и Пфеффером, мы предположили, что в модели естественного отбора присутствует три этапа. На первом этапе изменения происходят в организационных формах. Они могут быть запланированными или незапланированными. Когда произошло изменение, достигнут второй этап, этап естественного отбора. Ясно видна здесь аналогия с органической эволюцией, в которой некоторые мутации работают, а некоторые нет. Тем организационным формам, которые подходят, при естественном отборе отдается предпочтение перед теми, которые не подходят. Заключительным этапом является сохранение. Отобранные формы «сохраняются, дублируются или воспроизводятся» (с. 81). В современной ситуации сохранение доводится до совершенства через такие механизмы, как бизнес-школы, в которых производится подготовка будущих менеджеров по организации я администраторов (Aldrich, 1979). При обучении используется опыт, полученный от рассмотрения организационных форм, которые имели успех или были отобраны. Изучение по популяционно-экологическому принципу также фокусирует внимание на организационных открытиях или рождениях и на организационной смертности или смерти.
Организационные формы заполняют ниши в окружающей среде. Ниши это «различные комбинации ресурсов и других сдерживающих факторов, которые достаточны для поддержания организационной формы» (Aldrich, 1979: с. 28). Знание о существующих нишах увеличивает пленительную надежду на то, что «где-то там» есть незаполненные ниши, которые так и ждут, пока их заполнит подходящая организационная форма. Aldrich (с. 112) предполагает, что появление домашних видеоигр и карманных электронных калькуляторов хорошо иллюстрирует это, но таких примеров недостаточно, поскольку игры и калькуляторы не организационные формы, а просто товары широкого потребления. Лучшим примером когда-то незаполненной, а теперь заполненной ниши может послужить промышленный конгломерат, в котором несвязанные отрасли промышленности объединились под властью одного владельца. Это была новая организационная форма, выбранная окружающей средой в качестве подходящей. Но на данный момент эта организационная форма находится в упадке (Davis, Diekmann и Tinsley, 1994). Другим примером ныне заполненной ниши может служить форма организации ресторанов быстрого питания.
Исследования в области ниш (Carroll, 1985; Freeman и Hannan, 1983) показали, что узкие ниши имеют тенденцию поддерживать специализированные организации, тогда как более широкие ниши поддерживают организации более общего характера. Кэррол, например, обнаружил, что ограниченные ниши в этнических группах обеспечивают поддержку для специализированных газет. В исследовании Фримана и Ханнана похожий результат был получен на базе ресторанов.
Алдрич и Пфеффер выявляют некоторые проблемы, связанные с популяционно-экологической моделью. Источники исходных изменений точно не установлены. Процессы, относящиеся к управлению, внутри организаций не учитываются. Ввиду того, что только удачные формы организаций выдерживают испытание временем, процессы, в результате которых достигается соответствие между организацией и окружающей средой, игнорируются. Еще один недостаток этой модели состоит в том, что она аналогична экономическим теориям, которые допускают идеальную конкуренцию. Идеальная конкуренция не существует почти во всех случаях.
Van de Yen (1979) проводит дополнительную критику этой модели. Он предполагает, что понятие «соответствия» между средой и организациями недостаточно ясно. Согласно Ван-де-Вену, популяционные экологи используют соответствие «...либо как непреложную аксиому, либо как индуктивное обобщение в случайной модели, которое утверждает, что окружающая среда определяет структуру, поскольку эффективные или выживающие организации принимали структуры, которые соответствовали их нишам в окружающей среде сравнительно лучше тех, которые не выжили. Чтобы избежать тавтологии, предположение скрытым образом сводится к гипотезе, что организационное выживание или эффективность ослабляют взаимоотношения между окружающей средой и структурой» (с. 323).
Это представляет интерес, поскольку эффективность редко упоминается в исследовательской деятельности по созданию популяционно-экологических моделей. Ван деВен продолжает критиковать популяционно-экологическую модель за то, что она слишком далеко заходит в проведении аналогий с биологическими системами. Биологические аналогии весьма несостоятельны, поскольку они не имеют дело с человеческими решениями и мотивами. Этнические проблемы игнорируются, и весь процесс рассматривается как неизбежный.
Young (1988, 1989) также подверг популяционно-экологическую модель суровой критике, особенно в том ее виде, в котором она была представлена Фршшном и Ханшном, из-за высокой степени использования ею биологических аналогий. Фриман и Ханнан (1989) считают, что популяционно-экологический подход хорошо подходит для того, чтобы рассматривать организации как сложные системы с ограниченной подвижностью, но Young возражает, что этот подход годится только для узкого круга организационных феноменов.
Ван де Вен также критикует эту модель, поскольку она недооценивает стратегические выборы, которые делаются от лица организаций. У изменений форм, которые происходят, есть источник, и, согласно Ван де Вену, этим источником является стратегический выбор, произведенный внутри организации.
Идея стратегического выбора будет включена в настоящий анализ позже.
Есть еще один аспект выбора, который не учитывается в популяционно-экологической модели. Некоторые федеральные службы были созданы в ответ на социоэкономические или технологические трудности. Эти службы, разумеется, заполняют нишу, но она определяется властными решениями правительственных чиновников (Grafton, 1975).
Есть еще один спорный аспект популяционно-экологической модели. Организации не представляют собой инертную массу, хотя иногда так может показаться. Даже организации, которые внешне инертны, воздействуют за счет самой своей инерции, но не об этом речь. Речь о том, что именно делают организации. Они превращают исходный продукт в конечный продукт. Этот продукт влияет на общество. Отдельные личности, группы и другие организации реагируют на продукцию, выпускаемую организацией. Эта продукция приносит нам вред или пользу. В этом смысле мы являемся окружающей средой для организаций. Следовательно, если мы оказываем организациям поддержку или сопротивление и если у нас есть достаточно полномочий или мы можем оказывать влияние на тех, кто ими обладает, то это окружающая среда реагирует на организации. Популяционно-экологическая модель склоняется к тому, чтобы изображать окружающую среду не заполненной людьми-актерами, но, скорее, как бесчувственную, равнодушную обстановку, в которой вынуждены действовать организации. Эта модель устраняет из анализа социальных процессов такие переменные, как власть, конфликт, дезинтеграция и социальный класс (Perrow, 1979: c. 243).
В антологию Кэрролла (1988) входит несколько документов, которые в действительности имеют отношение к институциональным, культурным и политическими силам, что свидетельствует о том, что популяционные экологи учитывают критические замечания. В собственное исследование Ханнана и Кэррола (1992) входит легитимация, что является главным соображением институциональной теории, ее основной переменной. Таким образом, популяционные экологи реагируют на критику в адрес их модели.
Критика в адрес популяционно-экологической модели вовсе не имеет своей целью предположить ее бесполезность. Модель полезна в основном в двух сферах. Во-первых, как некоторого рода «окончательная проверка» эффективности: выживание является положительным показателем, а организационная смерть – отрицательным. Таким образом, модель естественного отбора может представить историческую перпективу, чего не в состоянии сделать другие подходы. Однако она не эффективна, поскольку на данный момент существуют крупные частные и общественные организации, которым практически гарантировано выживание на короткий или даже средний отрезок времени (Aldrich и Pfeffer, 1976: с. 88). Во вторых, модель естественного отбора также нужна для активизации общего представления о важности факторов окружающей среды. Если форма организации находится в состоянии роста или упадка из-за расширения или сокращения ниши, любая модель должна это учитывать. Медицинские технологии в развитых странах теперь позволяют многим людям доживать до преклонного возраста с сопутствующей ему физической слабостью. Но обычный госпиталь неприемлем для пожилого и больного человека, жизни которого непосредственно ничего не угрожает. Для заполнения созданной ниши появилась такая организационная форма, как хоспис. При оценивании хосписов придется учитывать выживание и потенциал роста.
Популяционно-экологические теоретики очень осторожно замечают, что их подход в большей степени касается организационных популяций, чем отдельных организаций. К несчастью, многие примеры, которые приводятся теоретиками в поддержку популяционно-экологического метода, посвящены как раз отдельным организациям. Трудности частично являются семантическими, а частично возникают из-за недостаточной спецификации уровня использованного анализа. Кэррол (1984а) приводит полезный набор различий между уровнями анализа. Он отмечает, что организационный уровень можно использовать в отношении процессов жизненного цикла среди организаций. На популяционно-экологическом уровне можно проследить рост и упадок целых популяций организаций. И в конечном итоге, существует общественно-экологический уровень. На этом уровне можно изучать популяции организаций, которые сосуществуют внутри одного и того же региона. Согласно Astley (1985) общественно-популяционная точка зрения делает возможным изучение сходства внутри популяции организаций, а также делает возможным анализ межпопуляционных различий. Эстли считает, что общественно-популяционная точка зрения обладает пространством, которое позволило бы включить в организационный анализ такие факторы, как приспособленчество и выбор.

Модель зависимости от ресурсов

Модель зависимости от ресурсов уменьшает роль организационных действующих лиц в определении судьбы организаций. Это альтернативная модель, которая вновь требует рассмотрения организационных решений и действий (Aldrich и Pfeffer, 1976; Pfeffer и Salancik, 1978). Следующее обсуждение в основном опирается на анализ Алдрича и Пфеффера с некоторыми дополнениями и разъяснениями.
Модель зависимости от ресурсов сильно связана с тем, что было принято называть политико-экономической моделью организаций (Wamsley и Zaid, 1973; Benson, 1975) и «зависимо-обменным» подходом (Hasenfeld, 1972; Jacobs, 1974). Исходной предпосылкой для модели зависимости от ресурсов является тот факт, что решения принимаются внутри организаций. Эти решения принимаются на основе внутриорганизационного контекста (Schreyogg, 1980). Другим важным аспектом модели является тот факт, что организации стараются активно взаимодействовать с окружающей средой. Организации пытаются управлять окружающей средой для достижения собственных выгод. Организации принимают стратегические решения для того, чтобы приспособиться к условиям окружающей среды, а не просто играют роль пассивного реципиента внешних сил, что подразумевается популяционно-экологической моделью. В этом процессе жизненно важна роль менеджмента. Приведенный ранее анализ МОО во многом основывается на теории зависимости от ресурсов.
Модель зависимости от ресурсов начинается с утверждения, что ни одна организация не способна создать все необходимые ей ресурсы. Также не каждый возможный вид деятельности можно произвести внутри организации, чтобы сделать ее самодостаточной. Оба эти условия означают, что ресурсы организаций должны зависеть от окружающей среды. Даже те организации, которые кажутся самодостаточными, такие как монастыри, должны набирать новых членов, иначе они перестали бы существовать. Необходимые ресурсы могут быть представлены в виде сырья, финансов, персонала или услуг или производственных операций, которые организация не может производить или не производит для себя сама. К ресурсам также относятся технологические новинки (Marple, 1982). Источниками ресурсов в окружающей среде являются другие организации, за исключением организаций сельскохозяйственной и добывающей промышленности, которые потенциально обладают физической базой сырья. Но даже эти организации в отношении других ресурсов зависят от других организаций. Тот факт, что ресурсы приходят от других организаций, означает, что модель зависимости от ресурсов можно рассматривать как межорганизационную модель зависимости от ресурсов.
Поскольку модель зависимости от ресурсов представляет организацию как активного участника во взаимоотношениях с окружающей средой, в ней также содержится идея о том, что руководители организаций «так же как и организациями, управляют окружающей средой, и последний вид деятельности, может быть, столь же, если не более, важен, чем первый» (Aldrich и Pfeffer, 1976: с. 83). Это институциональный уровень функционирования, на котором организации связаны с социальной структурой через высшее руководство (Parsons, 1960).
Основным элементом модели зависимости от ресурсов является стратегический выбор (Chandler,1962; Child, 1972). Это понятие подразумевает, что решение принимается в условиях наличия ряда альтернатив в отношении той стратегии, которую организация будет использовать в своих взаимоотношениях с окружающей средой. Предполагается, что окружающая среда насильно не вводит организацию в ситуацию, при которой невозможен никакой выбор. В своем взаимодействии с окружающей средой организация сталкивается с рядом возможных альтернатив. Алдрич и Пфеффер отмечали, что критерии, по которым осуществляется выбор и по которым определяются структуры, одинаково важны и проблематичны. Не существует единственной оптимальной структуры или образа действий. Модель зависимости от ресурсов подчеркивает важность механизмов внутренней власти в определении сделанного выбора. И механизмы внутренней власти, и требования внешних групп являются центральными в процессе принятия решений. В модель зависимости от ресурсов не входит понятие цели как части процесса принятия решений.
Модель зависимости от ресурсов предполагает, что организации активно воздействуют, или пытаются это сделать, на окружающую среду. Это способствует изменениям среди организаций, поскольку эти изменения являются результатом сознательных, запланированных реакций на случайные воздействия окружающей среды. Организации пытаются поглотить взаимозависимость и неопределенность полностью, через слияние (Pfeffer, 1972b), или частично, через кооперацию (Pfeffer, 1972ч; Alien, 1974) или через движение кадров среди организаций (Pfefferu Liblebici. 1973; Aldrich u Pfeffer, 1976: с. 87). Конгломерат корпораций выдающийся пример изменения организационной формы при помощи стратегического выбора. Столь же поразительно, что не так давно форма конгломерата оказалась на грани исчезновения.
Модель зависимости от ресурсов не имеет дела с процессом отбора, который является основополагающим для популяционно-экологической модели. Вместо того чтобы рассматривать отбор исключительно с точки зрения отбора окружающей средой подходящих организационных форм, модель зависимости от ресурсов рассматривает, каким образом организации взаимодействуют с окружающей средой с целью обеспечения собственного выживания и процветания. Однако окружающая среда все равно остается ключевым фактором. Aldrich и Pfeffer (1976: с. 89) утверждают, что в окружающей среде содержится много ограничений, неопределенностей и случайностей, с которыми сталкиваются организации. Организационные единицы, способные противостоять ограничениям, неопределенностям и случайностям, становятся наиболее могущественными (Hickson и другие, 1971). Распределение власти внутри организации имеет решающее значение при определении природы сделанного выбора, тем самым связывая окружающую среду с выборами, произведенными властными структурами организации. Особое внимание, уделяемое власти внутри организации, необходимо, поскольку решения принимаются в политическом контексте. Модель зависимости от ресурсов придает особое значение межорганизационным различиям мощностей и игнорирует их иерархические различия. Иерархические различия мощностей должны рассматриваться в любом анализе стратегического выбора, поскольку подобные различия могут аннулировать межорганизационую борьбу за власть. Вполне возможно, что властные отношения между единицами, такими как отдел маркетинга и производственный отдел, имеют решающую роль в определении того, кто поднимется по иерархической лестнице, но когда иерархия установлена, та власть, которая займет место на самом верху организации, окажется основополагающей при принятии стратегических решений. Независимо от источника власти стратегические выборы, конечно же, остаются связанными с воздействиями окружающей среды. Опять-таки, понятие целей в сфере принятия решений в эту модель не включается.
Существует три способа, которыми осуществляется стратегический выбор, связанный с окружающей средой (Aldrich и Pfsffer, 1976). Первый состоит в том, что лица, принимающие решения в организациях, имеют автономию. Эта автономия гораздо шире, чем можно было бы предположить исходя из строгого соблюдения детерминизма окружающей среды. Автономия лиц, принимающих решения, сказывается в том, что относительно занимаемой ниши в окружающей среде можно принять разного рода решения для данной окружающей среды подходит больше одного вида структуры. Кроме того, организации могут занимать или покидать ниши. Этот факт можно подтвердить на примере того, что коммерческие компании могут решить испробовать новые рынки и оставить старые. Также многие колледжи и университеты стараются расширить свои ниши, очевидно, вследствие уменьшения потребности со стороны традиционных студентов, предлагая все более и более разнообразные программы и курсы, рассчитанные на нетрадиционных студентов более старшего возраста.
Второй способ осуществления стратегического выбора заключается в попытках управлять самой окружающей средой. Коммерческие компании стараются создать спрос на свою продукцию; они также могут заключать соглашения с другими фирмами для того, чтобы регулировать конкуренцию, законным или незаконным образом. Участвуя в политическом процессе, коммерческие компании могут добиться утверждения тарифов или квот, чтобы ограничить конкуренцию со стороны иностранных фирм. Организации общественного сектора поступают таким же образом, когда расширяют или борются за сохранение своей юрисдикции. Организации пытаются уменьшить свою зависимость от других организаций (Dunford, 1987). Также организациям очень выгодно, когда от них зависят другие организации. Данфорд отмечает, что некоторые организации даже сдерживают технологическое развитие, манипулируя патентами, используя его как средство контроля ресурсов.
Третий способ осуществления стратегического выбора относительно окружающей среды основывается на том факте, что особые условия окружающей среды по-разному воспринимаются и оцениваются разными людьми. Этот пункт имеет решающее значение и нуждается в некотором уточнении. Действующие субъекты в организациях воспринимают реальность в силу собственного происхождения и ценностей. Одно научное исследование описывает ситуацию, когда политика найма администраторов в крупную коммерческую компанию привела к тому, что биографии администраторов фирмы оказались весьма похожи (Kanter, 1977). Кантер предположила, что это позволяет администраторам доверять друг другу, поскольку они воспринимают окружающий мир одинаковым способом и благодаря этому принимают одинаковые решения. Разумеется, здесь возникает проблема единообразия, связанная с тем, что одна точка зрения не в состоянии выявить некоторые ошибки.
Окружающая среда воспринимается, интерпретируется и оценивается человеческими субъектами внутри организации.
Восприятие становится реальным фактором и условия окружающей среды важны только в связи с тем, как они воспринимаются лицами, принимающими решения в организации. Различные субъекты воспринимают одно и то же явление совершенно по-разному. Это происходит, поскольку лица, принимающие решения в организациях, управляют окружающей средой на основании собственного восприятия, собственных интерпретаций и оценок. Хотя, как мы уже отмечали, внутри организации среди администраторов, благодаря похожим биографиям, может наблюдаться сходство, что, впрочем, отнюдь не прекрасно, сходство между организациями невозможно. Различные организации будут действовать по-разному в одинаковых условиях окружающей среды в случае, если их восприятие различается. Здесь решающим является вопрос того, в какой степени организационные восприятия отклоняются от объективных показателей условий окружающей среды (Starbuck, 1976).
Алдрич и Пфеффер совершенно верно отметили, что существует ограниченное количество возможностей выбора, доступных лицам, принимающим решения в организациях. Могут существовать преграды, обусловленные законодательством, которые не позволяют организациям вторгаться в определенные области. Также существуют экономические барьеры. Некоторые проекты могут слишком дорого стоить. На рынках могут господствовать несколько компаний, и вступление в него новых, небольших фирм будет невозможно.
Кроме препятствий, которые мешают принятию некоторых решений, решения, связанные с попытками изменить окружающую среду, могут оказаться невозможными для многих организаций. Мелкие организации, например, в гораздо меньшей степени, чем крупные, способны видоизменять свою окружающую среду. Небольшой государственный колледж имеет гораздо меньшее влияние на обстановку в образовании, чем Гарвардский университет.
И последним аспектом модели зависимости от ресурсов будет способ, которым сохраняются организационные формы. Алдрич и Пфеффер предлагают несколько механизмов, используемых организациями для сохранения приспособлений, имевших успех в прошлом. Механизмы сохранения представляют различные способы тактических решений относительно того, как следует управлять организацией после принятия стратегического решения.
Одним из приемов сохранения является бюрократизация. Организации разрабатывают документацию и системы хранения данных. Примеры из организационного прошлого служат прецедентами для организационного настоящего. Разработка организационной политики исполняет ту же функцию. Документы и политика обеспечивают решения, которые должны быть восприняты структурной и содержательной составляющими организации. Это поддерживает целостность организации и гарантирует сохранение старых форм. Ролевая стандартизация и специализация с соответствующим профессиональным описанием также обеспечивают приверженность определенной политике. Другая важная характерная черта бюрократии прогресс, основанный на производительности, также способствует цельности. Если люди углублены в систему, их восприятие будет вполне обычным и они будут реагировать так же, как люди реагировали в прошлом. В конечном итоге бюрократический механизм иерархической структуры также способствует процессу сохранения. Власть тех, кто находится во главе организации, рассматривается как законная. Власть используется, и никакие решения не оспариваются. Бюрократизация, возможно, одна из самых эффективных форм администрирования, и все организации, если они стремятся к эффективности, придут к этой форме (Perrow, 1979).
Другим приемом сохранения является процесс социализации. Индивидуумы, входящие в организацию, постоянно общаются между собой формальными и неформальными способами (Dombush, 1955), так что «культура организации передается новым ее членам» (с. 97). Частью культуры организации является народная мудрость и действующий «практический способ», выдержавший испытание временем.
И в итоге основная структура организаций со временем не изменяется. Как было отмечено, по мере продвижения к верхушке организации персонал тщательно отбирается и отфильтровывается. Фильтрация и отбор осуществляются людьми, которые уже находятся во главе организации и склонны отбирать людей, которые похожи на них.
Поскольку рекламная компания руководителей основывается на их опыте и компетенции в отношении имеющих значение для организации случайных событий, определение организационной изменчивости остается тем же самым, сходство характеристик руководства подтверждается далее. Организации, которые ориентированы на маркетинг, такие как компании, выпускающие потребительские товары, будут продвигать людей с опытом в области маркетинга или сбыта, которые, вследствие сходных биографий и социального положения, обладают достаточно сходными представлениями в отношении организационной политики (Aldrich и Pfeffer, 1976: с. 98).
Таким образом, существует ряд механизмов, обеспечивающих сохранение организационных форм, ранее имевших успех. Модель зависимости от ресурсов основное внимание уделяет тому, каким образом организации справляются со случайными событиями окружающей среды.
Получение ресурсов является основной деятельностью организаций, и модель зависимости от ресурсов это учитывает, но игнорирует понятие целей. Как скоро будет понятно, я считаю, что к этой модели необходимо прирастить модель, которая рассматривает организационную деятельность также и в связи с целями.

Модель рациональной случайности
Модель зависимости от ресурсов игнорирует цели, так же как и популяционно-экологическая модель. Оба подхода входят в противоречие с существующим в реальности принятием решений. В следующем разделе мы опять рассмотрим понятие целей, а затем обратимся к теориям, связанным с точкой зрения, основанной на целях.
Основанный на целях подход не выдвигает предположений по поводу рациональности принятия решений, он также не придерживается упрощенной точки зрения, что организации просто являются инструментами, предназначенными для выполнения наших целей. Более того, в этом подходе цели присоединяются к причинам образа действий организаций. Цели – это часть культуры организаций и часть мировоззрения лица, принимающего решения. Организации, так же как и составляющие их индивидуумы, целеустремленные создания. Эту целенаправленность наверняка можно преодолеть давлением извне, и в этом случае организации могут погибнуть или будут вынуждены коренным образом изменить свою деятельность. Модели, которые уделяют основное внимание окружению, адекватны в том, что указывают на важность окружающей среды для рождения и смерти организаций. Они, однако, ошибочны, так как не принимают в расчет целей.
Сейчас широко распространено мнение (Lehman, 1988), что организации обладают многочисленными и противоречащими друг другу целями. Это означает, что внутри организаций существует сложность определения приоритета между целями. Приоритеты устанавливаются господствующими коалициями. Господствующая коалиция может быть прямым или косвенным
«...представлением или пересечением горизонтальных групп (то есть подъединиц) и вертикальных групп (то есть служащих, руководителей, владельцев или держателей пакета акций) с различными и, возможно, противоречащими друг другу интересами. Можно построить гипотезу, что согласие о важности различных критериев эффективности будет достигнуто в зависимости от сравнительного веса, которым обладают различные группы в установившемся порядке, который мы называем организацией. Согласие среди членов господствующей коалиции можно использовать как средство достижения эффективной информации. Например, что важнее: рыночная доля или удовлетворенность служащего? Каков компромисс между исследованиями и разработкой, между обучением и исследованием, между заботой о пациентах, медицинскими исследованиями и медицинским образованием? И так далее. Согласованность коалиции позволяет дать определение такому критерию эффективности. Эти критерии могут иметь различную степень важности для различных групп в господствующей коалиции, но каким-то образом предпочтения и интересы улаживаются, видоизменяются, приспосабливаются и разделяются всеми членами господствующей коалиции. С помощью понятия господствующей коалиции возможно сохранить представление об организациях как рациональных организмах, принимающих решения» (Penning и Goodman, 1977: с. 152).
Термин Penningu Goodman «критерии эффективности» здесь имеет то же значение, что и цели. Их акцент на рациональности правилен, но, возможно, преувеличен. Если мы вернемся на некоторое время к моделям, основанным на окружающей среде, мы увидим, что вокруг организации происходят события, которые нельзя предвидеть. Также могут быть конкурирующие воздействия со стороны или внутренние проблемы, которые нельзя решить рациональным способом вследствие их явно противоречивой природы. Тем не менее подход Penning и Goodman полезен тем, что он соотносит цели с рассмотрением политики и решений, осуществляемых организациями.
Важность целей можно рассмотреть и с другой точки зрения. Simon (1964) доказывает, что идея организационных целей является материализацией, или случаем «отношения к цели как к сверхиндивидуальной организации, существующей и ведущей себя независимо от поведения ее членов» (с. 2). Приведенный здесь анализ предполагает, что данная материализация необходима и правильна. Интересно, что Simon идет дальше и заявляет:
В ситуациях, связанных с принятием решения в реальной жизни, приемлемый образ действия должен удовлетворять ряду требований или ограничений. Иногда одно из этих требований отделяется и рассматривается как цель деятельности. Но выбор одного ограничения из многих в большой степени случаен. Во многих случаях более имеет смысл относиться к общему набору требований как к (комплексной) цели деятельности. Это заключение в равной мере относится к индивидуальному и организационному принятию решений (с. 7).
Таким образом, по Simon и согласно нашим задачам в этом случае, цели являются ограничениями для организационного принятия решений. Таковы же ограничения окружающей среды, обсуждавшиеся в предшествующих разделах. В качестве способа согласования важных элементов с точки зрения множественных и противоречивых целей и ограничений окружающей среды, многие аналитики поддерживают модель рациональной случайности (Donaldson, 1955,1966).
Понятие рациональной случайности было разработано на основе ситуационной теории, возникшей из продуктивных трудов Lawrence и Lorsch (1967). Позже основные идеи были разработаны далее такими авторами, как Galbraith (1974,1977), Beckeru Neuhanser (1975) и Negandhi и Reimann (1973a, 1973Ь). Donaldson (1985) утверждает, что ситуационная теория является частью «обычной науки» (c.ix). Его сильная приверженность ситуационной теории (также смотри: Hinings, 1988) основывается на умозаключении, что практические доказательства безоговорочно подтверждают ее полезность, в этом пункте я с ним согласен.
Ситуационную теорию можно кратко изложить следующим образом: «Лучший способ организовывать зависит от природы окружающей среды, с которой организации приходится взаимодействовать" (Scott, 1981: с. 114; курсив наш). Так, в исследовании Лоренса и Лорша было отмечено, что наибольший успех имели фирмы, вырабатывающие полимеры, которые осуществляли дифференцированный подход к непостоянной и изменчивой окружающей среде, тогда как фирмы с малодифференцированным окружением, выпускающие пивные бутылки, были также менее дифференцированы изнутри. Для нас цели важны в той же степени, что и окружающая среда.
Ситуационная теория критиковалась за тавтологичность. Также она подвергалась критике за то, что она не является теорией, поскольку она не объясняет, как и почему разрабатывается наилучший способ создавать организацию (Schoonhoven, 1981; Tosi и Slocum, 1984). Кроме того, представление о наилучшем способе создавать организацию для конкретной окружающей среды игнорирует политические соображения, такие как потребность в общественных соглашениях, минимальной заработной плате или профсоюзном договоре (Katz и Kahn,1978: с. 249). Высокая производительность может возникнуть в результате выплаты низкой заработной платы или принуждения рабочих работать более долгое время или с большей интенсивностью. Потребители и регуляторы также жизненно важны для организационной деятельности (PfefferuSalancik, 1978). Несмотря на эти проблемы, теории вероятностей отводится значительное место в литературе об организациях. Это значение оспаривалось Meyer, TsuiuHinings (1993), которые предложили вероятностную модель заменить своим «конфигурационным» подходом. Они утверждают, что «конфигурационный» подход более динамичен, но, на мой взгляд, он привносит мало нового.
Когда к понятию рациональности привносится понятие вероятности, мы получаем рационально-ситуационную модель. Организации стараются достичь цели и взаимодействуют с внешними условиями, осознавая то, что не существует единственного наилучшего способа для осуществления этого. Такие разнообразные определения, как определение Burt (1983) корпоративной благотворительности или анализ Langston (1984) британской керамической промышленности, опираются на этот подход. В случае с корпоративной благотворительностью было выяснено, что соотношение чистого дохода коммерческих кампаний, вложенных в благотворительность, в большей степени зависело от того, действовали ли компании в областях, зависимых от розничного потребления, чем от других организаций. Организации воспринимали благотворительные вклады как повышение своей доходности через повышение своей общественной репутации. В примере с британской керамикой керамическими компаниями были сохранены элементы бюрократии, поскольку они повышали прибыльность. Langston предполагает, что это можно рассматривать либо рационально-вероятностным образом, либо с позиции марксистской стратегии рабочего контроля.

Марксистский взгляд
Марксисты придерживались совершенно другого взгляда на рациональность и рационально-вероятностные подходы к организациям. Согласно Пфефферу (1982): «В марксистском анализе детерминизм окружающей среды сочетается с рациональным стратегическим выбором. Также Маркс подвергает сомнению неизбежность эволюции экономических систем и в своем анализе социальных сил видит наличие некоторых непоколебимых исторических тенденций... Марксистские исследования, относящиеся к пониманию организаций, строятся на изначальном допущении сознательного, рационального, стратегического действия, предпринимаемого со стороны капиталистического класса и организаций, контролируемых этим классом. В этом смысле марксистский анализ вполне согласуется с другими подходами, допускающими сознательное предсказуемое поведение. Как отмечал Голдман (1980: 12): «Марксистская точка зрения рассматривает равное всемогущество высокой степени административной сознательности и интернациональное не только в технических, но и в явно облегченных программах, таких как благотворительная деятельность в начале двадцатого века или эксперименты по демократизации общества 1970-х» (с. 163).
Пфеффер предполагает, что марксистские точки зрения полезны при рассмотрении двух важных пунктов, касающихся организаций. Первый касается рабочего контроля и трудовых отношений. Второй относится к межорганизационнным взаимоотношениям в виде взаимосвязанных советов директоров, которые рассматриваются как выражение «общеклассовой рациональности», так же как и организационно основанной рациональности. Общеклассовая рациональность (Useem, 1979; Moore, 1979) существует, когда общественная элита старается укрепить и защитить свое положение, активно участвуя в управлении организациями.
Имеются разные точки зрения относительно того, до какой степени можно поддерживать аргументы в пользу усиления рабочего контроля и соответствующей ему потери рабочей квалификации. Наличие и роль взаимосвязанных советов директоров полностью доказаны.
Марксистский подход страдает от тех же самых проблем, что и рационально-ситуационная точка зрения: хотя последствия и должны быть рациональными, но нет никакой гарантии, что это будет так. Цели могут быть не достигнуты и взаимодействие с окружающей средой может быть неэффективным, но также может расстроиться рабочий контроль и классовая рациональность. Нельзя предположить, что менеджеры и директора будут более разумны и внимательны в случае контроля, чем в иных условиях принятия решений и исполнительской деятельности. Тем не менее, как отмечает Пфеффер (1982), марксистская точка зрения более удачно вписывает характеристики организаций в широкий исторический процесс.
Рационально-ситуационная модель не предполагает, что рациональность обязательно будет достигнута, просто будут предприняты попытки ее достижения. Не важно, с марксистской или же немарксистской точки зрения, рационально-вероятностная модель рассматривает организационное действие как результат выбора, произведенного при наличии ряда целей, в контексте окружающей среды с ее ограничениями и благоприятными возможностями (Drazin и Van de Ven, 1985).

Модель операционных издержек
Модель операционных затрат была разработана на основе экономики и привлекла значительное внимание социологов. Изначально эта модель была разработана в труде Оливера Вильямсона (1975, 1981, 1985; Wiliamson u Ouchi, 1981). Модель ставит перед собой задачу объяснить существование и деятельность организаций, особенно в частном секторе.
Отправной точкой для модели служат операции или обмен товарами и услугами. Она подразумевает, что индивидуумы будут действовать в своих собственных интересах (разумный экономический «человек»). Простые операции происходят в ситуациях «на местах» и проводятся на свободном рынке. Со временем простые рынки замещаются более сложными и неоднозначными конструкциями. Окружающая среда, в которой происходят операции, постоянно становится все боле неопределенной, и простое доверие во взаимоотношениях становится все более проблематичным. Одним из последствий всего вышесказанного было появление иерархий или организаций.
Важно отметить, что Вильямсон отклоняется от пути, которому отдавало предпочтение большинство экономистов. Он большее внимание уделяет затратам на операции, чем производительности. Вильямсон вводит новый фактор в экономику и социологию организаций.
Типичная неоклассическая экономическая модель, состоящая из фирм как систем управления производительными функциями, где первоначальные решения принимаются па основании оптимального набора производительных факторов - ресурсы, труд, капитал. В этой модели неуместны изменения в организационной структуре. Наоборот, точка зрения операционных издержек предполагает, что решающим является не производительность, но обмен товарами и услугами, и подчеркивает важность структур, которые управляют этим обменом (Scott, 1978a: с. 148).
Организации рассматриваются как ответ на неопределенность окружающей среды. В эту окружающую среду входят потенциальные партнеры по обмену, чья кредитоспособность неизвестна и которые могут вести себя оппортунистическим образом. Построение иерархий организаций позволяет контролировать их поведение через непосредственное наблюдение, ревизии и другие механизмы контроля. Поведение подпадает в контекст контракта о личном найме. Таким образом, операционные издержки сокращаются или по крайней мере контролируются перед лицом иерархии. Из этого, разумеется, логически следует, что организации будут стремиться к увеличению роста контроля через формирование трестов и монополий. Так и случилось в действительности, и государству пришлось ввести антитрестовое законодательство.
Также организации могут направить свою деятельность в противоположном направлении они могут вернуться к рынкам, как это делается при заключении субдоговора на выполнение работ с внешними фирмами, особенно иностранными или теми, которые не имеют профсоюза, и при оказании временной помощи (Lindberg, Campbellu Hollingsworth, 1991). Движение со стороны рынков в сторону организаций не является односторонним.
Вильямсон не утверждает, что модель операционных издержек полностью объясняет все организационные явления. В действительности, в 1985 году он отметил: «Учитывая сложность рассматриваемых явлений, экономика операционных издержек в большей степени должна использоваться в дополнение к альтернативным подходам, а не исключая их. Не каждый подход в равной степени поучителен, однако они иногда соперничают, а не дополняют друг друга» (с. 18). Несмотря на это пояснение, Вильямсон продолжает доказывать значительные преимущества подхода операционных издержек.
Как можно было ожидать, подход операционных издержек поднял сознательный уровень социологов организаций. Некоторые нападали на подход, другие пытались включить его в свой анализ организаций. Типичным примером последних являются Eccles и White (1988), которые изучали высокодоходные центральные компании. Они отмечали, что операционные издержки внутри фирмы в реальности могут превышать издержки на внешние операции. В другом контексте это может быть проиллюстрировано на примере понятия о косвенных затратах или накладных расходах, которые тратятся на гранты и контракты, предоставляемые правительственными учреждениями колледжам и университетам. Накладные расходы в некоторых случаях могут превышать прямые затраты на программы. Эклз и Байт не считают, что это противоречит Вильямсону, но их открытия указывают на тот факт, что традиционные интересы экономистов и социологов нельзя изолировать друг от друга, с чем я также полностью согласен.
В труде, который во многом противоречит Вильямсону, Лазерсон (1988) я обнаружил, что мелкие итальянские компании расширяются через вертикальную и горизонтальную интеграцию. Одни итальянские фирмы создали новые мелкие фирмы, которые находились под их контролем. Фирмы изменили рыночные отношения, чтобы обособиться от конкуренции, и в то же самое время увеличили собственную зависимость от рынка, увеличив количество заключенных контрактов с субподрядчиками. Они создали внутренние рынки внутри фирм, но, что важно, иерархии не возникли.
Совершенно отличный, но столь же значительный взгляд обнаружен в анализе реформ, произведенных Китайской народной Республикой (Boisot и Child, 1988). В начале 1980-х Китай пытался ввести свободное предпринимательство в виде рынков это рассматривается как провал бюрократии. Это был не полный успех, поскольку, согласно Бойсоту и Чайлду, традиционная патримониальная феодальная система продолжала вторгаться в рыночные операции.
Наиболее систематичным нападкам подход операционных издержек подвергся со стороны Granovetter (1985; также смотри: Кпарр, 1989). Он критикует структуры рынков и иерархий на основании собственной уверенности в том, что экономические операции обычно входят в социальные отношения. Грановеттер разрабатывает положение о том, что экономические операции в современных обществах связаны с кредитом, который в свою очередь больше связан с социальными, а не экономическими отношениями.
Модель операционных издержек, причем не важно, какого характера издержки - социального или экономического, несомненно, лучше всего используется вместе с другими объяснениями организационных явлений, как ранее отмечал Вильямсон. Теорию операционных издержек следует использовать в сочетании с популяционно-экологической теорией, теорией зависимости от ресурсов и вероятностной теорией (Robins, 1987).
Мои выводы таковы: модель операционных издержек является необходимым дополнением к теориям, обсуждавшимся ранее. Независимо от того, по социальным или экономическим причинам происходят операции, и независимо от того, рассматривается ли коллегиальность вместе с рынками и иерархиями как место, где могут происходить операции, принцип операционных издержек важен для нас тем, что сообщает нам о происхождении организаций. И эта модель действует совместно с уже рассмотренными теоретическими точками зрения.

Институциональная модель
Последней теоретической моделью, которую мы рассмотрим, будет институциональная модель. Впервые мы ввели эту модель при обсуждении организационной структуры. Лучше всего ее оценить, рассмотрев, какими способами модель старается объяснить, почему организации принимают те или иные формы. Основная часть исследований была произведена в бесприбыльных организациях, не специализирующихся на определенных технологиях. DiMaggio и Powell (1983) пытаются доказать, что «институциональный изоморфизм» теперь является основной причиной, по которой организации принимают те или иные формы. Согласно Ди Маджио и Пауэллу, изначальный анализ Вебером (1952,1968) движущей силы в сторону рационализации и бюрократизации основывался на капиталистической рыночной экономике с «железной клеткой» бюрократии, к которой было привязано человечество, поскольку процесс бюрократизации является необратимым.
Ди Маджио и Пауэлл считают, что крупные социальные изменения повлияли на ситуацию в столь высокой степени, что появилась необходимость в альтернативном объяснении. Их анализ основывается на предположении того, что организации существуют в «полях» других, сходных с ними организаций. Они определяют организационную область следующим образом:
Под организационным полем мы понимаем те организации, которые, в совокупности, составляют узнаваемую сферу институциональной жизни, это основные поставщики, потребители ресурсов и продукции, регулятивные учреждения и другие организации, которые производят подобные услуги или товары. Достоинством данного раздела анализа является тот факт, что он направляет наше внимание не просто на конкурирующие фирмы, как это делается в популяционном подходе Ханнана и Фримана (19776), или на сеть взаимодействующих организаций, как это делается Лау-манном и др. (1978) в межорганизационном сетевом подходе, но к общей совокупности существенных действующих лиц (с. 148).
Согласно этой точке зрения, организации внутри полей становятся все более и более однородными. Так, государственные университеты становятся единообразными, так же как и универмаги, авиалинии, профессиональные футбольные команды, автомобильные бюро и т. д, Ди Маджио и Пауэлл приводят три причины такого изоморфизма среди организаций в одном поле. Во-первых, принудительные силы со стороны окружающей среды, такие как правительственные постановления и культурные предпосылки, могут влиять на стандартизацию организаций. Правительственные постановления, например, заставляют рестораны (я надеюсь) придерживаться минимальных стандартов здравоохранения. Организации принимают формы, которые устоялись и разрешены законодательством государства (MeyeruRowan, 1977).
Во-вторых, Дм Маджио и Пауэлл отмечают, что организации подражают друг другу или моделируют друг друга. Это происходит, когда организации сталкиваются с трудностями и ищут выходы из этих трудных ситуаций теми же способами, которыми искали их другие организации их поля, сталкиваясь со сходными трудностями. Государственные школы могут или добавлять или уменьшать количество административных должностей, чтобы достичь изоморфизма, где в их институциональном окружении преобладают нормы, ценности и технические знания (Rowan, 1982). Ди Маджио и Пауэлл утверждают, что крупные организации обычно используют незначительное количество консалтинговых компаний, которые, «подобноУоАи Appleseeds, распространяют несколько организационных моделей по всей земле» (с. 152). Конкретным примером, отмеченным Дм Маджио и Пауэллом, служит Япония, где в конце девятнадцатого века происходило сознательное моделирование судопроизводства, почтовой системы, вооруженных сил, банковского дела и программ художественного обучения по западной модели.
В статье в New York Times сообщается, что коммерческие компании учреждают официальные информационные отделы, чтобы следить за конкурентами внутри страны и за границей. В одном процитированном источнике говорится, что «понимание положения ваших конкурентов и того, как они могут измениться, является сутью стратегической игры» (Prokesh, 1985). В концептуализации Ди Маджио и Пауэлла эта область представляет собой нечто большее, чем просто конкурентов. Учреждение информационных отделов отражает сильные подражательные тенденции внутри организаций.
В-третьих, нормативное давление двигает организации в сторону изоморфизма, по мере того как рабочая сила, особенно руководство, становится более профессиональной. И профессиональное обучение, и рост и совершенствование профессиональных сетей внутри организаций ведут к такой ситуации, когда руководящий персонал в организациях одной и той же области мало отличается друг от друга. Поскольку люди участвуют в торговле и профессиональных объединениях, их представления приобретают сходство.
Так, с институциональной точки зрения устройство организаций рассматривается не как рациональный процесс, но как одновременно и внешнее и внутреннее давление, которое приводит к тому, что организации одной области со временем становятся похожи друг на друга. С этой точки зрения стратегические выборы или попытки контроля над членами рассматривались бы как исходящие из институционального порядка, в который входит организация.
Институциональная теория также значительное внимание уделяет символам. Мы получили значительный символ значения институциональной теории, когда Administrative Science Quarterly разместило теоретический обзор институциональной теории Scott (1987Б) в качестве передовой статьи. Это размещение символично и вряд ли случайно.
В трудах Ди Маджио и Пауэлла (DiMaggio и Powell, 1983; Powel, 1985; DiMaggio, 1988; DiMaggio u Powell, 1991) подчеркивается, какими способами институциональные практики привносятся в организации. Как уже мы отмечали, организации одной области развивают изоморфизм по мере того, как они обмениваются профессиональными специалистами и сталкиваются с обычными трудностями, такими как правительственная политика.
Альтернативный институциональный подход связан с работами Мейера Скотта и Цукера (Меуеги Scott, 1983; Scott, 19876; Zucker, 1988). В этом подходе в значительной мере учитываются внешние условия, но в своей основе он уводит наше внимание намного глубже. Основное внимание уделяется тому, какими способами оценивается установленный порядок, и как легитимизируются способы и структуры взаимодействия. В широком обобщении точки зрения Бергера и Лукмана (Bergeru Luckman, 1967) реальность рассматривается как социально конструируемая. В антологии Цукера (1988) представлена интеллектуально потрясающая панорама организаций с институциональной точки зрения. В этом собрании документов отдельные действующие лица обладают чувствами и намерениями. Они не узколобые технократические лица, принимающие решения. Организации оформляются не безличными силами технологий или потребностями безжалостной окружающей среды.
Несмотря на привлекательность институциональных формулировок, я вижу очертания четырех проблем, которые могут представить серьезную угрозу институциональной теории (Hall, 1992; также смотри: Hirsh, 1997).
Первую проблему представляет потенциальная тавтологическая аргументация. Эта форма аргументации послужила основной причиной гибели функциональной теории внутри социологии. «Тавтология - это порочная система аргументации, в которой переменные определяются друг через друга, тем самым затемняя причины и результаты и усложняя их достижение» (Turner и Mariansky, 1979: с. 124; также смотри: Turner, 1979). Эта проблема мелькает в анализе Дм Маджио (1988), когда он отмечает:
«Попросту говоря, доказательство этого раздела заключается в том, что институционализация является продуктом политических действий со стороны действующих лиц для достижения их целей, успех предполагаемой инстптуционализацпи и форма, которую в результате примет учреждение, зависят от сравнительного могущества действующих лиц, которые поддерживают, противостоят или так или иначе стараются оказать на него влияние. Я ссылаюсь на политику институционализации как на структуральную, поскольку она следует внутренней логике противоречия, состоящей в том, что успех процесса ннституционализации создает новые группы узаконенных действующих лиц, которые, преследуя различные интересы, стараются лишить законного статуса и отменить учреждение аспектов организационной формы, которой они обязаны собственной автономией и законностью. Центральным в этой цепочке доказательств является очевидный парадокс, происходящий из-за двусмысленности термина институционализация. Инстптуциопализация как результат располагает организационные структуры и практики за пределами досягаемости интересов и политики. Наоборот, институционализация как процесс по своей сути политична и отражает относительную власть организованных интересов и действующих лиц, мобилизованных вокруг них» (с. 13; курсив в оригинале).
Если это и не тавтологическая аргументация, то очень близкая к ней. В процитированном отрывке также заложены семена проблемы, о которой будет сказано позже тенденции наклеивать на все организационные явления институциональный ярлык. Эта проблема также касается функционалистов.
Вторую проблему представляет тот факт, что институциональная теория почти не учитывает, что именно подлежит институционализации, а что нет. Это можно увидеть на примере работ Талкота Парсонса. Парсонс достаточно много писал об организациях и даже выделил институциональный уровень анализа (Parsons, 1960). Это не упоминается в работах Scott (19876), DiMaggio (1988), или Zucker (1988), хотя имя Парсонса появляется вновь у Скотта (1995). Я отнюдь не призываю вернуться к Парсонсу, но просто привожу эмпирическое доказательство того, что не все, что считается институциональным, институциализировано.
Это важная проблема. Существует тенденция применять институциональную теорию постфактум. Это может быть сделано почти мистическим образом. Идеи и практики приходят и уходят без всякой причины, кроме институционализации. В действительности может случиться, что в оценке успеха определенной практики применяются критерии действия. Позже я докажу, что принятие структур или практик намного больше, чем институциональный каприз.
Третья проблема по существу онтологическая. Первоначальная процентная ставка и изменения в ней важны для ссудных организаций; количество восемнадцатилетних очень важно для руководителей колледжей; а количество тех, кому уже есть двадцать один год для производителей пива. С этой точки зрения институциональная теория очень полезна. По поводу значения этих реальностей возникли индивидуальные и коллективные организационные мифы. Этот пункт был хорошо проиллюстрирован. Опасность, однако, заключается в том, чтобы реальность, которая послужила источником мифа, сама не превратилась в миф.
Четвертой проблемой является чрезмерность. Существует тенденция, как было отмечено выше, применять институциональную теорию к широкой массе ситуаций и организаций. Ди Маджио и Пауэлл (1983) весьма осторожно выдвигали гипотезу, что институциональные результаты наиболее вероятны в ситуациях с неопределенными технологиями и неоднозначными целями.
Институциональную теорию критикуют и по другим пунктам. Она рассматривается как игнорирующая процессы деинституционализации. Некоторые идеи отвергаются, другие заменяются (Oliver, 1992). Существует сильная тенденция к пересмотру или принижению значения таких пунктов, как эффективность (Abbot, 1992). Институциональная теория значительно завладела организационной теорией в 1990-х годах. Она сама сделалась «институциональной» (Tolbert и Zucker, 1996). Таким образом, она стала почти «авторитарной», захватив наш теоретический ландшафт (Hirsch, 1977). Несомненно, появится новая точка зрения, которая отодвинет институциональный подход в сторону, хотя пока она еще не появилась. Хотя новой захватывающей воображение модели пока не видно, существуют попытки соединить вместе только что рассматриваемые нами теории.

Объединение точек зрения
По мере того как продвинулось организационное исследование на протяжении 1990-х годов, была широко принята идея необходимости использовать эти теории вместе, а не в качестве конкурирующих объяснений. Показательно в данном случае исследование Fligstein (1985), а также работы Pfeffer и Davis-Blake (1987), Singh, Tucker и House (1986), Mezias (1990) и Palmer, Jennings u Zhou (1993). Эти исследователи не противопоставляли теории друг другу. Более того, они старались объединить самое большое количество вариантов, какое только возможно. Не существует какого-либо одного доминирующего набора комбинаций.
Fligstein и Mara-Drita (1996) изучили рациональные факторы и факторы окружающей среды при возникновении отдельного рынка в Европейском Союзе. Goodstein (1994) соединил институциональный и рационально-вероятностный подходы при исследовании степени вовлеченности организаций в проблемы рабочей семьи. Сходное объединение точек зрения обнаруживается в анализе Правительственной учетной службы США (U.S. Government Accounting Office) (Gupta, Dirsmith и Fogarty, 1994).
 Имеется в виду одна из теорий организаций.











15

Приложенные файлы

  • doc 8534801
    Размер файла: 147 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий