Конфессиональные особенности толкований Евангелий: протестанты, католики, православные.


Тема: Конфессиональные особенности толкования Евангелий: протестанты, католики, православные.
Список литературы:
«Библия в Церкви» - Джеймс Д. Данн, Ианнуарий Ивлиев, Иоаннис Каравидопулос и др.
Свящ. Роман Бартницкий «Синоптические евангелия»
Четвероевангелие и апостол (архиеп. Аверкий Таушев)
Еп. Александр (Милеант) «Премудрость сокровенная»
Н.Т. Райт (епископ Англиканской церкви) «Авторитет Писания и власть Бога» перевод с английского языка Ольги Розенберг г. Черкассы, изд. «Коллоквиум» 2007
Кевин Дж. Ванхузер «Искусство понимания текста. Литературоведческая этика и толкование Писания» г. Черкассы, изд. «Коллоквиум» 2007 перевод с английского
Содержание
Введение
Толкование Евангелий со стороны Католицизма
Западный подход к толкованию Библии
История западной экзегетики
Знаменитые энциклики Римских Пап
Понтификальные библейские комиссии
Научный подход к толкованию Священного Писания в Католицизме
Суть католического толкования Священного Писания
Толкование Евангелий с протестантской точки зрения
Отход от святоотеческой экзегетики
«Solo Scriptura»
Первые комментарии основателей Реформации на Евангелия
Писание и Предание в Протестантизме
Протестантские особенности толкования Священного Писания
Православная точка зрения толкования Евангелий
3.1 Значение Священного Писания для Православной Церкви
3.2 История восточного толкования Библии
3.3 Отношение Православия к отцам Церкви
3.4 Отношение к научной библеистике
3.5 Власть Церкви в отношении толкования Священного Писания
3.6 Суть православной экзегетики
Заключение
Введение
Библия – одна из самых популярных книг во всём мире. Её изучают не только все христианские конфессии, но и просто люди, которые интересуются христианством. Библия довольно часто становится актуальной для тех людей, которые ищут ответы на жизненные вопросы – «кто я?», «откуда возник мир?», «в чём смысл жизни?» и прочие, но далеко не всегда в этой книге человек находит удовлетворительные ответы на подобные вопросы. «Священное Писание – это наука на всю жизнь: не только юноши-ученика, но и самого великого богослова, не мирянина лишь и новоначального, но и высшего духовного чина и мудрого старца» (Премудрость сокровенная с.4). Библия – основа любого христианского учения, независимо от его направления (православного, католического или протестантского). Конечно, все эти христианские конфессии толкуют Библию по-своему, что и является одной из главных проблем нашего взаимного недопонимания.
Как известно, что в Церкви принято называть Библию – Священным Писанием, при этом уточняется – Ветхого или Нового Завета. В этой работе мы разберём Священное Писание Нового Завета, а именно как его растолковывают различные христианские конфессии – католики, протестанты и православные. Разумеется, что у каждой христианской конфессии есть свой подход к толкованию Священного Писания. Казалось бы, все христиане, а толкуют Библию совершенно по-разному, но ведь христианство распространилось практически по всему миру, не смотря на то, что христианство далеко не самая многочисленная религия.
У каждого человека существуют свои взгляды, свой подход к проблеме и каждый толкует Библию по-своему, даже если ссылается на толкования более авторитетных людей (отцов Церкви, представителей высшей церковной иерархии или просто довольно компетентных людей в этом отношении). Тем более, что определённая конфессия будет толковать Священное Писание так как у неё принято, не смотря на индивидуальный подход каждого человека к этой проблеме.
Существует множество конфессиональных особенностей толкования Священного Писания Нового Завета, в которых и обнаружатся истинные причины сильных расхождений в области толкования Евангелия.
Глава 1. Толкование Евангелий со стороны Католицизма
1.1 Западный подход к толкованию Библии
Как толкует Священное Писание Католическая Церковь? Чтобы разобраться в этом вопросе, нужно увидеть общую картину подхода к толкованию Библии западного богословия.
«То, что Библия имеет обязательную силу для каждого поколения церкви, что существует единство Ветхого и Нового Завета, что Священное Писание содержит спасительную весть об избавлении, объясняется воздействием Святого Духа при возникновении Библии, и отсюда – тем, что автором является сам Бог.» (Библия в церкви с.159). В этом сходятся – Ориген, каппадокийцы, Феодор Мопсуестийский, Иоанн Златоуст, Амвросий, Августин и Иероним. Важным доказательством их экзегезы служат: серьёзные успехи христианской проповеди и исполнение обетований Ветхого Завета во Христе. Именно такая экзегеза направлена не только на теорию, но и на практику. Такой метод толкования хорошо помогает найти скрытый смысл текста. «Этому служит искусство отыскания скрытого смысла текстов; все тексты Писания в соответствии с их буквальным смыслом необходимо соотносить со всеобъемлющим спасительным деянием, которое описано в Священном Писании во всей полноте и которое полагает во Христе как веру, так и любовь, надежду человека» (Библия в церкви с 159). Благодаря действенности Святого Духа в Церкви, толкование Священного Писания согласуется с его Богодухновенностью. Основные элементы такого богословия сохранились и в схоластике, и в Реформации, и в Контрреформации.
1.2 История западной экзегетики
Со временем западное богословие стало делать акцент больше на практику чем на теорию. Для западной церкви важнее церковные постановления в области толкования Священного Писания, чем правила отцов Церкви. Первые вмешательства Церкви в толковании Священного Писания были ещё во II веке. Со II века по 405 год появляются документы, которые выделяют каноничные книги Священного Писания. Апокрифический декрет Римского Папы Геласия имеет отношение к канону. «Можно заметить разницу, между Восточной и Западной церквами: тогда как канон Муратори повреждён, списки Кирилла Иерусалимского, Лаодекийский собор и знаменитое послание Афанасия (№ 39) отделяют канонические книги от неканонических, рекомендуемых, однако, отцами Церкви для чтения: книга Премудрости Соломона, книга Иисуса, сына Сирахова, Иудифь, книга Товита, Учение апостольское и Пастырь Ермы» (Библия в Церкви с.60). Вторая причина ранних вмешательств – апокрифические тексты. Иннокентий I Папа Римский в послании Эсуперию упоминает «другие тексты», у которых авторство приписывал некоторым апостолам (Матфею, Иакову Алфееву, Иоанну, Петру, Андрею и Фоме), эти тексты Иннокентий, говорил о том, что их нужно запретить. Ещё два послания папы Льва I обвиняют присциллиан в подделывании рукописей и создании апокрифических писаний. Французский собор 813 года приписывает епископам и священникам (собор в Риспахе, Бавария 798 года) читать и изучать Священное Писание, чтобы учить верующих. Стоит упомянуть знаменитые сочинения папы Григория Великого о смысле Писания, которое обогащает читающих и которое не уразумеют еретики.
В первом тысячелетии церковная власть не вмешивается в сами тексты, но хочет установить, какие из них являются «Божественными Писаниями», чтобы выбрать для рекомендованного чтения и изучения и исключить остальные как апокрифы. Число официальных заявлений с XIV века сильно возрастает, достигая большего значения в наше время, уже тогда католическая церковь официально становится открытой для научной экзегезы.
1.3 Знаменитые энциклики Римских Пап
«На период между энцикликой «Providentissimus Deus» папы Льва XIII(1893) и документом Понтификальной библейской комиссии (1993) приходится 86 официальных заявлений из 122». (Библия в Церкви с.61).
Среди официальных заявлений различаются: постановления вселенских соборов, циркулярные послания Римских пап и документы Понтификальной библейской комиссии.
Флорентийский собор (1438-1445) не только подтверждает библейский канон, принятый Иппонийским собором 393 года и послание папы Иннокентия I 405 года, но одновременно с этим осуждает манихеев, вновь заявляя, что Бог – единственный автор Ветхого и Нового Заветов. I Ватиканский собор (1869-1870) устанавливает догмат откровения, подтверждает положения Тридентского собора и разъясняет, что Бог – автор Священного Писания. В отношении непогрешимости Писания II Ватиканский собор утверждает, что не отрицает существования в Библии ошибок с точки зрения истории и принимает во внимание литературную форму и исторические условия. Этот собор признаёт и поощряет изучение Священного Писания в его богословском и пастырском назначении.
Также на церковные установки в отношении экзегезы оказывали сильное влияние – циркулярные послания римских пап. Автором первых таких посланий является – папа Бенедикт XI, который полагал, что они будут способствовать решению серьёзных вопросов. Но всё-таки значительную известность циркулярные послания получили при папе Льве XIII. Самые знаменитые в отношении методов изучения Священного Писания были такие энциклики: «Providentissimus Deus» папы Льва XIII (1893) и «Divino Aflante Spiritu» папы Пия XII (1943).
Энциклика «Providentissimus Deus» утверждает: для того чтобы перейти к определённому методу толкования Священного Писания, учащемуся сперва нужно прослушать солидный курс введения в Библию. «Толкование библейского текста не должно быть направлено против смысла, установленного церковью или удостоверенного единодушным согласием отцов церкви» (Библия в Церкви с.64). Католическим учёным разрешается заниматься частным исследованием, в особенности исследовании трудных мест Библии. При истолковании таких трудных мест нужно обязательно держаться согласия с верой, т.е. нельзя приходить к такому пониманию смысла текста, которое бы находилось в прямом или формальном противоречии с церковными догматами. Когда евангелист описывал материальный мир, у него не было намерения научить естественным наукам, ведь, прежде всего цель написания Евангелия – сообщение Слова Божьего людям. Возможно, что такие принципы можно применить в отношении истории.
Энциклика «Divino Aflante Spiritu» в действительности дополняет многие положения энциклики папы Льва XIII. Если энциклика «Providentissimus Deus» позволяет изучать текст Библии, энциклика папы Пия XII предписывает им объяснять первоначальные тексты, с которых следует делать новые переводы. Также «Divino Aflante Spiritu» выдвигает на первый план такие вопросы, как связь между духовным и буквальным смыслом Священного Писания, обязательно учитывать единодушное согласие отцов церкви и толкования исторических фактов с точки зрения литературных форм. Она придаёт огромную важность текстологии.
В первую очередь экзегета должен интересовать буквальный смысл Библии, но должна быть тщательно изложена также и богословская доктрина (вера и этика) отдельных книг и текстов. Экзегету нужно изучать отцов церкви, искать и разъяснять духовный смысл, при условии что он, несомненно, подразумевается Богом. Для совершенного понимания манеры древнего письма необходимо обращаться к истории, археологии и другим подобным дисциплинам, нельзя пренебречь изучением литературных форм без ущерба для католической экзегезы. Энциклика «Divino Aflante Spiritu» дала католическому учёному разумный и честный способ решения сложных исторических вопросов, заключённых в Библии. Эта энциклика побуждает католических экзегетов браться за решение трудных вопросов, на которые и в настоящее время не даны ответы, и приходить к решению с полным согласием учения церкви, равно как и в соответствии с бесспорными выводами светских учёных. «Пий XII утверждает, что существует очень мало текстов, смысл которых был установлен властью церкви или в учении, о которых отцы церкви проявляют полное единодушие» (Библия в Церкви с.65). Данное утверждение направленно против такого очень распространённого заблуждения, суть которого в том, что католики не свободны в толковании Священного Писания.
1.4 Понтификальная библейская комиссия
Эта комиссия была учреждена 30 октября 1902 года папой Львом XIII. В качестве продолжения важной энциклики «Providentissimus Deus» папой Львом XIII и была учреждена эта Понтификальная библейская комиссия, с целью предоставления новых средств, для защиты библейской истины от ложных толкований. Мы не будем на ней долго останавливаться, а познакомимся только с её некоторыми документами. Перед членами этой комиссии были поставлены определённые задачи:
Хорошо разбираться в библейской филологии и восточных языках, с тем, чтобы опровергать ложные толкования и защитить библейскую истину.
«Поддерживать авторитет Священного Писания, истинный смыл которого нельзя раскрыть с помощью одного лишь внешнего аппарата, так как истинный смысл постигается верой внутри церкви» (Библия в церкви с. 66)
Принимать в расчёт базовые принципы веры, католическую доктрину и полемике не переступать нравственных границ.
«Sancta Mater Ecclesia» - документ об историчности Евангелий изданный в1964 году. Основные положения этого постановления перешли в документ «Dei Verbum», принятый на II Ватиканском соборе. «Sancta Mater Ecclesia» был издан с целью должным образом оценить толкование Евангелий.
Очень важен последний документ Понтификальной комиссии – «Толкование Библии в Церкви» (1993). Этот документ состоит из четырёх частей:
Методы и подходы к толкованию.
Вопросы герменевтики (проблема актуального смысла для современного читателя).
Особенности католического толкования.
Толкование Библии в жизни церкви.
1.5 Научный подход к толкованию Священного Писания в Католицизме
В период XVII – XIX веков в католической экзегезе можно обнаружить два направления: богословское и религиозно-историческое. Богословское направление предлагало духовную и богословскую экзегезу, стремясь, в первую очередь, дать текстам аллегорически-мистическое толкование, разработанное ещё в древней александрийской богословской школе (в первую очередь Оригеном). Религиозно-историческое течение больше уделяло внимания филологическому, литературному и историческому, анализу Священного Писания, такой подход к толкованию был очень распространён в антиохийской богословской школе. В рамках этих двух направлений со временем сформировалась научная экзегеза, больше внимания уделявшая критике текста.
«Методы историко-критической экзегезы, которую иначе можно назвать критическими историко-литературными исследованиями, впервые предложенные Симоном и усвоенные протестантами, долгое время вызывали недоверие, а порой и враждебность католиков. Это было вызвано в первую очередь тем, что эти методы использовались рационалистами, которые, исходя из своей философской позиции, приходили к неприемлемым для католиков заключениям. В католическую экзегезу эти методы, преодолевая большое сопротивление, стали проникать лишь с середины XIX века. Как таковой, историко-критический метод был вполне принят лишь после выхода энциклики Пия XII «Divino afflante Spiritu» (1943 г.)» (Синоптические Евангелия с. 43).
«За последние сто лет власть католической церкви (соборы и папа Римский), стоящая перед фактом существования современного толкования Библии, представленного рационализмом и модернизмом, изменила своё отношение к новым методам вплоть до полного их принятия, за исключением фундаменталистского толкования, однако не без критики субъективного, будь то в философии или богословии, использования этих методов. Именно пристрастия и предубеждения, а не сами методы приводят к результатам, несовместимым с требованиями веры». (Библия в Церкви с. 70)
1.6 Суть католического толкования Священного Писания
На основе выше изложенной истории католической экзегезы можно изложить в форме четырёх тезисов саму суть католическо экзегезы:
Толковать текст Священного Писания следует, начиная со всей полноты откровения, данного церкви. Это откровение, достигшее своего наивысшего проявления в Иисусе Христе, а также в образование общины, предшествует написанию книг Нового Завета, который представляет собой письменное поручительство в откровении и отражении первых христианских общин. Община верующих следует за Священным Писанием. Библия не создаёт реальности, но являет истинное свидетельство. Церковь несёт в себе всю полноту откровения, потому что Церковь является не только общиной, но и телом Христовым. Церковь обладает и живёт жизнью с присутствием Святого Духа. Он единственный, кто может дать истинное толкование священного текста. «В таком случае мы получаем герменевтический круг между церковью, которая обладает и живёт откровением в истории, и Библией, которая есть откровение, засвидетельствованное в тексте и текстом» (Библия в Церкви с. 71).
От Священного Писания Церковь не может ни отказаться, ни отделиться, она не выше его, но должна толковать его, и её толкование должно быть авторитетным. Во-первых, последним эсхатологическим толкователем Писаний Ветхого Завета является сам Иисус Христос. Во-вторых, апостолы, как Его первые свидетели, тоже являются подлинными толкователями Христа, озарённые светом Ветхого Завета, именно благодаря им и родился Новый Завет. В-третьих, епископы как преемники апостолов с окончанием эпохи апостолов становятся подлинными и законными толкователями Библии. Этот церковный магистериум установил канон и признал божественное авторство как Ветхого, так и Нового Завета. Бог – единственный автор этих двух Заветов. Магистериум должен защищать живую традицию от ложных толкований и следить за неприкосновенностью истины, засвидетельствованной в Библии.
«Священное Писание цитируется лишь с целью проиллюстрировать то, что в нём говорится, как например булла «Ineffabilis Deus» о Непорочном зачатии, в которой напоминается 3-й стих 15-й главы книги Бытия, или булла «Munificentissimus Deus» об Успении, в которой напоминается 12-я глав Откровения.» (Библия в Церкви с. 72). Не стал бы никто утверждать, что авторы названных булл, заявляли, что данные места в Библии относятся в своём буквальном смысле к Деве Марии.
Исходя из того, что Церковь утвердила свою власть над толкованием Библии, следует, что она является хранителем Божественного откровения. А если Священное Писание – Откровение, то Церковь обладает властью непогрешимо определять смысл Священного Писания в вопросах веры и этики. Однако Церковь не притязает на неприкосновенный авторитет в вопросах авторства библейских книг, географии, хронологии и многих спорных вопросов истории. Она не дала никаких догматических заявлений в данных областях. Если говорить о самой католической экзегезе Священного Писания, церковь на своих соборах официально не устанавливала что значит тот или иной отрывок, за исключением нескольких случаев.
Прежде всего, церковь интересует то, что Священное Писание значит для людей сегодня; её не интересует историческое прошлое Писания. В современную эпоху стали обращать внимание на различие между тем значением, которое было заложено в текст его автором, и тем значением, которое, тот же текст, приобрёл с течением времени. Проще говоря, что церковь решала не исторический вопрос о том, что имел в виду автор при написании данного стиха, а религиозный вопрос о смысле Священного Писания, который важен для веры.
Те случаи, когда Церковь устанавливает определённый смысл отдельных мест Библии, и те случаи, когда она рассматривает определённое толкование Священного Писания, вызывают некоторые трудности у протестантов.
Во-первых, такие случаи далеко немногочисленны, и вероятно, что те значения, которые устанавливала Церковь вероятно не единственное, а только возможное.
Во-вторых, церковная власть не устанавливает толкования Священного Писания независимо или отдельно учёных, знания (в области изучения Библии) которые заслуживают доверия. Доказательство этого – создание Понтификальной библейской комиссии.
В-третьих, деятельность церкви в области толкования Священного Писания – положительный вклад в герменевтику, при этом церковь не предполагает ограничение свободы научной мысли.
«Как католику мне представляется, что диалектическая связь между принятием во внимание того, что говорит церковная власть, и слушанием Библии сильно преувеличивается. Прежде всего, образ католической церкви, который себе создали православные и протестанты, как кажется, ошибочен, потому что в настоящее время в католической церкви непосредственное слушание Слова Божьего с целью понять человека, церковь и мир при помощи Священного Писания господствует над магистериумом. Следовательно, мы не должны считать, что между властью церкви и властью Библии существует диалектическая связь, поскольку церковь обладает меньшей властью, чем Библия, и потому подчинена ей. Но католический учёный, в случае сомнений при истолковании важных мест в Священном Писании, всегда будет рассматривать церковную власть как последнюю инстанцию» (Библия в Церкви с. 75).
Одна из важнейших задач церкви состоит в том, чтобы быть неким проводником на пути к достижению единства в вере и любви. Но с другой стороны, герменевтика помогает христианам различать, что относится к подлинной живой традиции веры, а что относится к особым обычаям и впоследствии может быть забыто.
«Церковная власть вмешивается в толкование Библии не на уровне историко-буквального смысла, а на уровне восходящего к нему богословского смысла, который может быть сложным. Её авторитетное знание зависит не от науки (хотя церковь считается с нею), а от горизонта веры, которая сопутствует развитию традиции и толкует культуру и историю каждой эпохи, объясняя её в свете откровения, засвидетельствованного во всей Библии» (Библия в Церкви с.75)
Все христианские конфессии признают церковную власть, хоть и по-разному, потому что по-разному понимается эта самая власть и по-разному видятся её функции. Однако верховенство и абсолютность Священного Писания живут в подлинной традиции веры, это имеет высшую ценность, которой служит власть церкви.
Глава 2. Толкование Евангелий с протестантской точки зрения
2.1 Отход от святоотеческой экзегетики
Мы разобрались в особенностях католической церкви в области толкования Священного Писания. Но как протестанты толкуют Писание? Для того, чтобы это выяснить, нужно, первоначально, разобраться в отношении протестантов к отцам церкви.
Как известно, протестантизм зародился в эпоху Реформации, и сам протестантизм не является целостной христианской конфессией, и сам протестантизм разделён на несколько направлений: лютеранство, кальвинизм, англиканство, адвентизм, баптизм и многие другие. И поэтому, чтобы выявить протестантские особенности толкования Священного Писания, стоит высказать различные мнения и убеждения знаменитых основоположников Реформации и целых протестантских направлений. Но для начала разберёмся в том, какое значение имеют отцы Церкви для протестантов.
Неправильно считать то, что сами реформаторы и их последователи не высоко ценили отцов Церкви или плохо их знали. «Но их главный тезис о том, что основой Церкви должно быть одно Писание, а не Писание и Предание, повлёк за собой некоторое пренебрежение к толкованиям отцов Церкви: более уже нельзя было допускать решения вопросов толкования Писания просто на основе Предания, то есть с помощью авторитетного свидетельства отцов Церкви. Напротив, суждения о правильности толкования Священного Писания перешли в две другие плоскости: их можно сформулировать с помощью лютеровского различения двойной ясности Писания в сочинении «De servo arbitrio». На одном уровне находится «внешняя ясность» (claritas externa): внешние неясности Писания проясняются с помощью тщательной экзегезы, то есть, грамматики, лингвистических данных, филологии. С этим принципом внешней ясности Писания связано обращение реформаторов к буквальному толкованию Библии, «естественному смыслу», и их отталкивание от аллегории. Другой уровень – это «внутренняя ясность» Писания, которая находит себе место в сердце человека. В трактате «De servo arbitrio» Лютер говорит о Духе, Кальвин – o testimonium internum Spiritus Sancti (доказательствах внутреннего Духа Святого). С содержательной стороны здесь следовало бы говорить о Благовестии, в отличие от Закона, или о Христе, которого Лютер хочет даже противопоставить Писанию» (Библия в Церкви с.40). Таким образом, отцы Церкви для реформаторов отходят в тень. Это хорошо заметно на примере реформаторских комментариев к Священному Писанию, где почти всегда упоминается Эразм Роттердамский. Он редко упоминает отцов Церкви. Однако комментарии высокообразованного испанца Мальдоната в XVI веке и фламандца Корнелиуса Лапиде в XVII веке построены на толковании отцов Церкви. Со временем пришёл новый тип комментария – «Adnotationes», предположительно, его основателем является Лоренцо Валла. В «Adnotationes» отцы Церкви упоминаются часто, однако здесь они выступают в качестве источников исторических сведений или как авторы отдельных филологических толкований. Таким образом, начиная с эпохи Просвещения, всё больше и больше, отцы Церкви утрачивают степень своего влияния в области экзегетики. Суть отхождения от отцов Церкви можно изложить в двух тезисах:
Сам отход от экзегетики отцов Церкви является следствием реформаторского принципа толкования Писания.
В современной западной библейской экзегетике отход от отцов Церкви представляет собой следствие научного поиска исходного смысла библейских текстов.
«…я полагаю, что значение отцов Церкви для толкования Библии сегодня велико и что в нашем современном в западно-протестантском толковании они незаслуженно забыты. При этом герменевтические импульсы, которые они могут нам дать, гораздо важнее, чем экзегетические, как бы важны они не были» (Библия в Церкви с.57). На основании выше приведённой цитаты, довольно образованного протестанта – Ульриха Луца, можно считать, что в последнее время, протестанты всё больше признают свой отход от экзегетики отцов Церкви – ошибкой. Это доказывает, что значение отцов Церкви для толкования Священного Писания довольно велико.
2.2 «Solo Sriptura»
Известный лозунг протестантизма в отношении библейской экзегетики «Solo Scriptura» говорит о малой значимости отеческих толкований. «Лозунг реформаторов «Solo Scriptura» стал одним из выражений их протеста против искажений, допущенных церковью в период средневековья. «Вернитесь к Писанию, — настаивали они, — и вы прочтете там об искупительной смерти Иисуса, а не о мессе; об оправдании по вере, а не о чистилище; о власти Божьего слова, а не папы». Их настойчивые заявления о том, что Писание содержит в себе все необходимое для спасения (мысль, которая до сих пор ясно и четко прослеживается в учении большинства церквей, берущих свое начало в Реформации), была частью их протеста против включения католиками таких догматов, как учение о пресуществлении, в число обязательных артикулов веры». (Авторитет Писания и власть Бога с.76). Реформаторы ясно заявили о преимуществе Писания над церковными традициями толкования Священного Писания. «…они попытались доказать, что церковь впала в заблуждение, и теперь Бог желает с помощью Писания вернуть её на путь истинный. Писание нельзя считать простым инструментом, используемым для доказательства или опровержения конкретной идеи. При условии верного толкования, в процессе которого должное внимание уделяется главной новозаветной теме — распятию и воскресению Иисуса Христа как поворотному моменту в истории человечества (что случилось однажды и не может повторяться в каждой мессе), Божье слово сможет вновь совершать свой труд обновления в сердцах и в жизни простых людей. Именно забота о простых людях подвигла некоторых великих реформаторов выступить в роли переводчиков, наиболее известные из которых — Лютер в Германии и Тиндейл в Англии» (Авторитет Писания и власть Бога с.77).
2.3 Первые комментарии основателей Реформации на Евангелия
«В эпоху Возрождения интерес к наследию античных авторов привёл к возникновению сомнений в подлинности и авторитете Священного Писания. Упрёки были адресованы также основоположникам Реформации, однако Лютер их игнорировал. Из новозаветных писаний он выше всего ценил Павла и Иоанна, а разногласия между евангелиями не были для него существенны.» (Синоптические евангелия с.33). Мартин Лютер, один из знаменитых церковных реформаторов, заявлял, что евангелист Иоанн больше пишет об учении Христа, нежели о Его делах, в отличие от остальных трёх евангелистов, которые больше писали о деяниях Христа.
«В 1537 году, комментируя Ин 1-2 и отвечая на вопрос о том, когда Иисус очистил Храм, Лютер высказывает свою позицию по вопросу о согласовании Евангелий в целом:
«есть вопросы, и они остаются, на которые я не хочу отвечать <…>, но если мы правильно понимаем Писание и истины нашей веры о том, что Иисус, Сын Божий, умер и страдал за нас, то не так уж и важно, что мы не можем ответить на все вопросы <…>. Все евангелисты согласны в том, что Христос умер за грехи наши, но не соблюдают последовательности описания Его деяний и чудес, ибо часто рассказывают раньше о чём-то, что произошло позднее».
«…комментаторы со времён Ренессанса и Реформации ставили целью экзегезы постижение авторского замысла. Стоит отметить, что первые труды по библейской критике того периода ставили под вопрос авторство пророков или апостолов» (Искусство понимания текста с.125).
«Первые протестантские комментарии на Евангелия оценивают синоптические Евангелия выше, чем Лютер. Мартин Буцер, страсбургский протестант, в 1527 году опубликовал двухтомный комментарий к первым трём Евангелиям в согласованном варианте. Он опирался, прежде всего, на Евангелие от Матфея, поскольку считал его самым полным, а его автор, будучи очевидцем, должен был лучше других помнить последовательность событий. Схожие и аналогичные повествования от Марка и от Луки он рассматривал вместе с текстами Матфея.» (Синоптические Евангелия с.33-34). Жан Кальвин равнялся на труды Буцера. В 1555 году в Женеве, Кальвин выпустил свой труд – «Commentarius in harmonium ex tribus evangeliis Matthaei, Marci et Lucae». «Кальвин распределил содержание трёх Евангелий на 222 секции таким образом, что каждое событие, описанное дважды или трижды, было рассмотрено в комментарии лишь единожды. Кальвин также придаёт большое значение «апостольскому» Евангелию от Матфея, с текстом которого он согласовывает параллельные места Марка и Луки» (Синоптические Евангелия с. 34).
2.4 Писание и Предание в Протестантизме
«Реформаторы XVI века опирались на авторитет Писания, выступая против преданий, широко распространившихся в церкви в период средневековья. Церкви, возникшие во время Реформации или после, вслед за отцами ранней церкви подчеркивают определяющую роль Библии. Лютеране, реформаты, англикане, пресвитериане, баптисты и методисты, а также представители современных пятидесятнических церквей безоговорочно отводят Писанию центральное место в своей вере, жизни и учении» (Авторитет Писания и власть Бога с.12). Протестанты не признавали небиблейское придание в качестве авторитетного источника, они часто обращались к трудам отцов Церкви, хотя интерес к ним со временем падал. Ведь их и обвиняли в отрицании авторитетности отцов Церкви. «Однако существует мнение, что реформаторы не пошли дальше тупика, в который их завело противопоставление Писания и традиции. Они объявляли себя наследниками лучших традиций прошлого, но так и не сумели объяснить возможность сосуществования самого Писания и комментариев церкви, сделанных в процессе его прочтения» (Авторитет писания и власть Бога с.79).
«…следует отметить, оглядываясь назад на события XVI века, заключается в следующем: отстаивая авторитет Писания, реформаторы внесли важный вклад в историю богословия, и все же многие вопросы по–прежнему остаются открытыми. В одном мы можем быть совершенно уверены: если бы реформаторы получили возможность обратиться к нам из прошлого, они ни в коем случае не сказали бы: «Мы ответили на все вопросы. Вам остается лишь следовать нашему толкованию и нашим богословским учениям, не отступая от них ни на йоту». Скорее они обратились бы к нам со словами: «Следуйте нашей методике: читайте и изучайте Писание, и пусть через вас и ваши церкви оно воздействует на весь мир» (Авторитет Писания и власть Бога с.81).
2.5 Протестантские особенности толкования Священного Писания
Очень интересна протестантская позиция в отношении буквального смысла Священного Писания. «Настаивая на буквальном толковании Писания, реформаторы имели в виду первую из четырех средневековых разновидностей смысла.<…> …это часто относится к непосредственному историческому смыслу и основанию Писания (не стоит, например, искать скрытое значение в словах Писания о том, что Храм был построен слугами Соломона). Однако если буква текста — конкретные слова, употребленные авторами или редакторами, содержит в себе метафору, значит, буквальный смысл будет одновременно и метафорическим.
Реформаторы с большим вниманием относились к разъяснению данного момента, когда речь шла о метафорическом смысле слов, произнесенных Иисусом на Тайной Вечере («Сие есть тело мое»), в противоположность тому, что сегодня назвали бы буквальным толкованием мы с вами. Утверждение, будто слова Иисуса (как теперь говорится) следует воспринимать буквально, означало бы возвращение к довольно грубой форме пресуществления. Буквальным реформаторы называли тот смысл, который вкладывали в Писание его авторы и который в нашем случае следует понимать образно. Оставив в стороне данную конкретную ситуацию, необходимо помнить, что попытка извлечения буквального смысла Писания в надежде разрешить спор, используя терминологию реформаторов, увенчается успехом лишь в том случае, если мы имеем в виду буквальный в противоположность не метафорическому (ведь первоначальный смысл вполне может содержать в себе метафору), а трем другим средневековым разновидностям смысла (аллегорическому, аналогическому и нравственному)». (Авторитет Писания и власть Бога с.77-78).
«… мы никоим образом не выступаем за закрепление одного официального, утверждённого церковью толкования Библии, которое бы вернуло научную экзегетику к её границам, нейтрализовав тем самым вызванные ею возможные негативные последствия. <…>важным и необходимым представляется более активное признание и внимание – в богословском плане – к разнообразным средствам, посредством которых – наряду с научной экзегетикой – более-менее самостоятельное представлены в церкви Св. Писание и толкование Библии. В отношении понимания Писания отцами Реформации были свойственны: полный охват и учения, и проповеди, при этом под этой проповедью понималась вся область влияния Библии на церковь и на каждого христианина. «… Св. Писание, вступая в бытие церкви, обосновывает Предание. <…>Придание – это не источник вдохновения, равный Св. Писанию и состоящий, очевидно, из вероучительных постановлений авторитетного церковного учительного органа, и не величина, стоящая рядом с Писанием и никак с ним не связанная, богословски неясная величина. Напротив, это – Писание, современное вере и жизни церкви, вступающее в действие в формах христианского свидетельства, жизни и мышления. <…>Писание и Предание неразрывно связаны, прежде всего, тем, что Предание всё снова и снова создаёт предпосылки для всякого раза нового, осознанного служения свидетельства Писаний и призывает народ Божий проводить различие между проповедью, соответствующей и несоответствующей Евангелию, и толкованием Св. Писания.<…>Церковь ни в коем случае не может отказаться от историко-критического толкования Св. Писания. Так как она сама живёт одной большой истиной Божией и так как её благовествование связано с её претензиями на представление этой единственной истины, она должна в своём учении открыться всякому, кто вопрошает об истине. <…>Богословски важная функция историко-критического толкования Писания заключается в том, чтобы всё снова и снова подчёркивать неустранимую дистанцию между Писанием и нами. Оно показывает, что слово Писания является также и чужим словом, которым мы не владеем, и которое говорит нам, чего мы сами по себе знать не можем. Тем самым оно образует необходимый противовес безапелляционному притязанию на обладание Писанием, как оно проявляется при традиционном обращении с Писанием» (Библия в Церкви стр. 95-97). В отношении церковного руководства толкования Библии протестанты утверждают, что церковь должна представлять не только новую субъективную точку зрения отдельного лица, но и содействовать тому, чтобы эта новая точка зрения способствовала коммуникации. Таким образом, мы разобрались в основных особенностях протестантского толкования Священного Писания.
Глава 3. Православная точка зрения толкования Евангелий
3.1 Значение Священного Писания для Православной Церкви
Для того, чтобы приступить к рассмотрению православной позиции, в отношении толкования Священного Писания, стоит упомянуть, что в этом плане православная экзегетика схожа с католической, а именно в том, что церковная власть тоже задавала свои рамки толкования Евангелий. Однако различия есть, и они существенны.
Для начала обозначим, какое значение имеет Священное Писание в жизни Православной Церкви. «Священные книги Нового Завета написаны св. апостолами с целью изобразить спасение людей, совершённое воплотившимся Сыном Божиим – Господом нашим Иисусом Христом. В соответствии с этой высокой целью, они повествуют нам о величайшем событии воплощения Сына Божия, о земной жизни Его, об учении, которое Он проповедовал, о чудесах, которые Он творил, о Его искупительных страданиях и крестной смерти, о преславном воскресении из мёртвых и вознесении на небо, о начальном периоде распространения Христовой веры через св. апостолов, разъясняют нам учение Христово в его многообразном приложении к жизни и предупреждают о последних судьбах мира и человечества» (Аверкий Таушев с. 9).
«Нам, православным, Священное Писание дорого потому, что оно содержит в себе основы нашей веры. Однако надо признать, что в то время, как многие инославные христиане усердно изучают Библию, православные люди за редким исключением, мало её читаю, особенно её ветхозаветную часть» (Премудрость сокровенная с.3). На основе данного высказывания ясно то, что православные христиане не особо занимаются экзегетикой. У православных больше интерес к самим святоотеческим толкованиям Священного Писания. Чтобы убедиться в этом, достаточно просто заглянуть в любую церковную лавку, там вы увидите литературу такого рода: толкования Евангелий, жития святых, поучения старцев и прочее. Но вряд ли увидите литературу экзегетического характера, может быть, потому что в большинстве своём их авторами являются протестанты, католики или люди, не относящиеся к Церкви. Однако это не значит, что православным христианам не нужно заниматься исследованием Священного Писания, ведь как ранее упоминалось, что основой православной веры является само Священное Писание, а не его толкование, и не поучения отцов Церкви, и тем более не обрядовая её сторона. Конечно нам, современным людям, трудно проникнуться в эпоху того времени, однако при изучении той эпохи, читатель начинает понимать Библию глубже. «Одновременно с этим читающий Библию начинает видеть в волнующих его и современное общество религиозно-нравственных вопросах не новые, специфические проблемы, скажем, XX века, но исконные конфликты между добром и злом, между верой и неверием, которые всегда были присущи человеческому обществу» (Премудрость сокровенная с. 3-4). 3.2 История восточного толкования Библии
«После того как изучение Библии продвинулось вперёд в IV и V века святоотеческой эпохи, Св. Писание продолжало употребляться в церкви в соответствии с древней традицией. Однако на Востоке медленно, но верно Библия утрачивала свою самостоятельную роль и всё более становилась самостоятельной частью литургической и мистериальной жизни церкви. Это поглощение Св. Писания литургической жизнью церкви оказалось довольно прискорбным обязательством, потому что таким образом постепенно истреблялась независимая и пророческая природа Библии, которая вследствие этого перестала играть роль водителя церкви и народа; она сделалась частью культа. Текст святого Благовестия не только стал принадлежностью религиозного обряда, но даже внедрился в обычай петь в церкви определённые библейские чтения так же, как пелись церковные гимны» (Библия в Церкви с.133-134).
Однако, отдельные лица и группы людей сохраняли за собой право читать и толковать Библию частным образом. Возможно, что некоторые толкования входили в проповеди на различные темы, читаемые на Литургии. Даже после падения Константинополя (1453) издавались комментарии на различные тексты из Нового Завета, но по качеству, они были то лучше то хуже. Кончено, те скромные труды не могли сравниться ни с трудами византийской эпохи, ни с трудами святоотеческой. Всё это обусловлено тем, что Библия в церкви перестала быть книгой пророческой.
«В Византии столичная епархия легко и беспрепятственно навязала через литургию единообразие всем местным церквам империи. С возвышением и торжеством литургии как высшего элемента церковной жизни, Св. Писание в качестве главного средства для обращения в свою веру. Тогда вселенский Патриархат, чтобы оградить свою паству от чуждых вероучений, издал энциклику, запрещающую православным христианам изучать Св. Писание
При таком наследии прошлого в середине XIX века началось изучение книг Ветхого и Нового Завета на богословском факультете Афинского университета, оно строилось, насколько это было возможно, на методах, использовавшихся в исследованиях Библии в западных университетах» (Библия в Церкви с.134). Людям Библия оставалась неизвестной. Такая попытка Афинского университета воскресить научное изучение Библии при такой ситуации оказалось тщетной. Изучение Библии поддерживалось отдельными лицами или определёнными кругами, прежде всего, монастырскими.
3.3 Отношение Православия к отцам Церкви
Как известно, святые отцы придавали большое значение изучению Священного Писания.
«Прежде всего, святые отцы настаивают на том, что постоянное чтение Св. Писания совершенно необходимо для всех христиан, поскольку подлинное благочестие может существовать и крепнуть лишь в том случае, если беспрестанно питает себя хлебом вдохновенного Слова. Патристические произведения – особенно проповеди, читаемые верующими в церкви, - призывают с неослабным усердием читать священный текст» (Библия в Церкви с.16).
Отцы Церкви считают, что чтение Библии обязательно для каждого христианина, который желает жить в благочестии.
«Основная часть сочинений отцов церкви состоит из различного рода толкований библейских текстов. Поскольку отцы церкви обычно были пастырями, они полагали своим долгом преломить хлеб Слова для своей паствы и всех своих современников. Опираясь на Св. Писание, а также на свои светские знания и личный опыт, они наставляли верующих и помогали им постигать смысл божественного откровения. Их проповеди – существенную часть патристических трудов составляют проповеди, читаемые верующим в церкви, - это главным образом гомилии, т.е. гомилетические толкования библейских перикоп и книг. Ибо не существовало двух различных библейских экзегез – одной для богословов и другой для верующих. Вместе с тем их труды по догматике или апологетике были не в меньшей степени связаны с экзегезой библейских текстов. Лишь только в наше время проводится строгое различие между экзегезой и богословием; протестантская sola Scriptura неизбежно привела к этому. Однако для святых отцов не существовало подобного различия. Они не допускали и мысли о том, что богословское утверждение можно сформулировать без обращения к Библии» (Библия в Церкви с.18).
Цель экзегезы состоит в раскрытии буквального смысла текста Библии, который вложен самим автором. Отцы Церкви рекомендуют нам не ограничиваться данным принципом. При толковании библейского отрывка они прилагают усилия к тому, чтобы объяснить и установить правильный смысл (который подразумевает сам автор).
«Пытаясь чётко установить исторический или буквальный смысл библейских текстов, прочную основу для всех прочих смыслов <…> патристические экзегеты ставили своей целью со строжайшей точностью распознать то, что Святой Дух открывает церкви через священный текст. И само это умение распознавать они считали даром Святого Духа» (Библия в Церкви с.24).
3.4 Отношение к научной библеистике
Чтобы объяснить то, как Православная Церковь относится к научной экзегетике, нужно сказать то, что такая Церковь никогда чётко не определяла своей позиции в отношении данного вопроса. Не существует такого документа, который бы установил строгое отношение к данному методу толкования Библии, как например документ Папской библейской комиссии «Толкование Библии в Церкви», так как не существует ничего равного этому органу, который издал этот документ. В соответствии с православной традицией, подобное можно осуществить только на уровне Вселенского Собора. Но, к сожалению, так называемый «принцип автокефалии» и изолированная история существования православных церквей исключает возможность осуществления данной идеи.
Однако стоит признать, что в православной традиции имеется ясное понимание научного изучения Библии как исследования, которое возможно только внутри Церкви. Но эта православная традиция принимает различные формы, отражая историю раздельного существования православных государств.
«…реакция православных библеистов на методы историко-критического исследования Нового Завета колеблется от нескрываемой враждебности до содержания одобрения с подчёркиванием, однако, недостатков критического подхода. <…>Феодор Стилианопулос излагает: <…>при всех своих несомненных достоинствах, историко-критический анализ в конечном счёте терпит крах, отступая от главных задач богословия, облекаясь в сухой профессионализм, пренебрегающих духовным аспектом, и оставаясь порабощённым философскими концепциями эпохи Просвещения» (Библия в Церкви с.122). Не стоит забывать то, что в православной и западной традициях по-разному понимается то, каким должен быть подход к изучению Библии.
«…существенное различие между двумя традициями заключается в том, что православная библеистика пытается найти более целостный подход к толкованию Св. Писания, то есть такой подход, который соединял бы исторический интерес к Библии с богословским, а не разделял их между собой. <…>Нельзя сказать, что попытки среди западных библеистов «идти против течения», будь то развитие консервативной евангелической герменевтики, попытка канонической критики обратить более серьёзное внимание на окончательную форму Св. Писания в церкви или недавняя инициатива некоторых учёных, выступивших под лозунгом «Библия для Церкви», существенно изменили основное направление научной работы; тем не менее, как кажется, понимание Библии внутри иной традиции, чем та, что восходит к эпохам Реформации и Просвещения, может стать ценным вкладом, по крайней мере, в две области» (Библия в Церкви с.127-128).
3.5 Власть церкви в отношении толкования Библии
Хочу напомнить то, что есть общего в православной экзегетике с католической – это заданные церковью границы в области толкования Священного Писания. Но церковная власть в отношении Писания на Востоке действовала по-другому.
Прежде всего стоит упомянуть то, что библеисты в Греции никогда не получали церковного благословения на свою деятельность. «Власть, государственная и церковная, неоднократно показывала, что она не колеблясь примирится с самой неприятной ситуацией, чтобы заложить основы надутых воззрений и теорий, оказывающих пагубное влияние на народ на пути его развития. Так, например, вопреки серьёзным проблемам постоянно утверждалось, что православная церковь обладает такой высокой духовностью, что ни в чём не нуждается, но располагает изобилием всем.» (Библия в Церкви с.136).
В конце XIX века в Греции местные религиозные организации указали греческой православной церкви, что необходимо обязать верующих изучать Священное Писание, в особенности Новый завет, как на частном, так и на коллективном уровне. Но греческие церковные власти не приветствовали возрастание значимости Библии в личной жизни верующих, и выставлялось как уподобление Протестантизму.
Греция стала жизнью небольшой европейской монархии, возглавляемой баварским католическим королём, это произошло при освобождении Греции из-под власти турок. Перед этим королевством стояло две основные задачи: европеизировать страну и достичь национальной интеграции. Европейцы рассматривали греческую церковь, как негативный фактор. Но церковь продолжала играть такую же роль для народа, как и во время османского владычества. «…преподавание Библии в университетах оставалось более или менее «академическим», акцент при этом делался на изучение языка Библии, анализе литературных вопросов, которые ставил перед исследователем священный текст, причём и язык, и литературные вопросы всегда рассматривались с консервативной точки зрения, историческая же и богословская критика упорно избегалась. Таким образом, студенты получали знания по некоторым вопросам, связанным с Библией, причём эти знания обычно были апологетического характера, и поэтому, хотя некоторые очень способные студенты существенно расширяли свой кругозор, о порочном союзе церкви и государства никогда не говорилось прямо.» (Библия в Церкви с.138). Однако, к счастью, ситуация в наше время стала меняться в лучшую сторону: некоторые профессоры с университетских кафедр, говорят о необходимости нового понимания Библии. Но их противники многочисленны и они выступают против новых богословских методов понимания Библии.
3.6 Суть православной экзегетики
Суть православной экзегетики можно изложить в трёх тезисах:
«Православное богословие проводит различие между истиною, которая есть сам Бог, как она была явлена во Христе, который «обитал с нами» (Ин 1:14), и записью спасительной истины в книгах Св. Писания. Это различие между записью и истиной неизбежно включает в себя, по мнению Т. Стилианопулоса, следующие важные моменты:
«Во-первых, оно защищает тайну Бога от отождествления её с буквами Писания. Во-вторых, оно позволяет свободно видеть в Библии опыт многих людей в общении с Богом <…> оно позволяет динамически связать Слово Божие. В-третьих, оно предполагает, что Православная Церковь высоко чтит и другие формы фиксации опыта встречи с Богом, - такие, как сочинения отцов церкви, литургические формы и тексты, решения Вселенских соборов.<…> признание динамического характера отношений между буквой и духом обращает в ничто доктринальный библейский фундаментализм как богословскую позицию, предохраняя тем самым православную христианскую жизнь от языческого почитания текста Писания (библиолатрии). <…> Хотя Православная церковь признаёт прочие формы записи божественного опыта Бога» (Библия в Церкви с.149)
В Православной церкви, Преданием называют то, что обладает значением, которого неправославные богословы совершенно не понимают, и представляется им неверным. Оно является «жизненным опытом» Священного Писания. Предание и есть жизнь, восприятие и передача сокровища веры.
Толкование Священного Писания, было задачей всей Церкви, а не отдельного человека, работающего на самого себя. Но индивидуальные попытки толкования Библии ценны, пока они основываются на фундаментальных убеждениях.
«В последние годы в греческом богословии, где по-прежнему сильны схоластические тенденции, подули новые веяния, источником которых была русская богословская мысль, развивавшаяся в Свято-Сергиевском институте в Париже. Действительно, издание сочинений св. Григория Паламы весьма уважаемым, ныне покойным о. Иоанном Мейендорфом дало толчок к подобной работе в Фессалониках, что объясняется политическими причинами. <…> В 1959 году в Греции закончилась гражданская война, и с тех пор как официально, так и на деле наша страна стала стремительно сближаться с Западом в военной, экономической и политической сферах. Не случайно, что сторонники богословского течения, возникшего как раз после гражданской войны, сосредоточили внимание не только на экстазе и обожении, но тоже в значительной степени на враждебных отношениях между Востоком и Западом, православием и западной ересью.» (Библия в Церкви с.145-146).
Заключение
Таким образом, мы разобрались в основных конфессиональных особенностях толкования Священного Писания, а именно в католической, протестантской и православной экзегетике. Мы убедились, насколько сильно отличаются подходы и отношение к Библии представителей основных христианских конфессий. У всех есть свои положительные факторы, есть и отрицательные. Как в любом трудном деле человек пользуется помощью более опытного, так и мы должны при преступлении к толкованию Библии обращаться к более опытным людям (отцам Церкви, профессиональным библеистам и прочим компетентным в этом отношении людям). Вряд ли протестанты были правы, что когда-то отказались от святоотеческой экзегетики. Не правы и католики, когда доверяли исключительно церковной власти в трактовке Евангелий, несмотря на то, что эта власть везде понималась по-разному, и только потом, со временем под влиянием Протестантизма стали пользоваться их методами толкования Библии. Не правы и православные, что под предлогом «духовности» или «традиции» не стали пользоваться западными методами толкования Библии. Все эти христианские конфессии порой часто впадали в крайности экзегетики, что и является их общей ошибкой. Слово Божие святые апостолы проповедовали для всех, а не только для иудеев, значит и Библия для всех, значит и правильно понимать её нужно всем. Но не стоит впадать в крайности при толковании Священного Писания, ни в крайность научной критики, ни в крайность святоотеческой экзегетики.
«…заблуждаетесь, не зная Писаний, ни силы Божией» (Мф. 22, 29)

Приложенные файлы

  • docx 8188339
    Размер файла: 67 kB Загрузок: 2

Добавить комментарий