Хижина. Solinary

Название:Хижина
Автор: Solinary
Бэта: Даллас
Пейринг: Дерек/Стайлз
Рейтинг: PG
Размер: ~ 2900 слов
Саммари: В первый раз Стайлз вообще не собирался останавливаться в том доме на ночь
Примечание: Вышла весьма странная такая аушка :alles: Простите) Это совсем аушка) Оборотнические способности Дерека немного изменены, у Стайлза есть работа :-D
Посвящение: написано для Sabira.


Хижина, Дерек/Стайлз, PG
Небольшое вступление :shuffle2:
Мне очень хотелось написать что-нибудь поднимающее настроение для Сабиры, что-нибудь теплое и уютное. Во время разбора цитатника я нашла фотографии, которые и послужили источником вдохновения для этой истории.
Правда, насчет того, что получилось... Иногда мне кажется, что когда-нибудь меня побьют за такие истории, потому что нифига они настроение не поднимают :alles: И нца не вместилась в этот текст :alles: Просто не влезла :alles::alles:


1.
В первый раз Стайлз вообще не собирался останавливаться в том доме на ночь, а планировал прогуляться по лесу и вернуться к цивилизации. Он заранее заказал себе номер в ближайшем, вполне приличном мотеле, даже оплатил дополнительные каналы кабельного, чтобы насладиться заслуженным отдыхом и отрешиться от работы.
Но карта, доставшаяся ему от Скотта, привела его вовсе не к живописному склону, с которого следовало любоваться заходящим солнцем и делать фотографии вызывающие зависть у всех более-менее продвинутых юзеров инстаграма, а к какому-то оврагу, наполненному гниющими листьями и ледяной водой.
Конечно же, в тот раз Стайлз и не подумал захватить с собой резиновые сапоги – он собирался слиться с природой и ни разу не задумался о таких мелочах, как дождевик, нормальная обувь и спрей от комаров, которые к ночи превратились в совсем уж жутких кровососущих тварей.
После оврага терпение Стайлза закончилось. Он решил вернуться к машине и поехать в мотель, как законопослушный и разумный гражданин. Но ничего не вышло – в темноте лес стал совсем одинаковым, GPRS в мобильном внезапно перешел на испанский и принялся водить его кругами.
Увидев темный, похожий на иллюстрацию к очередному подростковому ужастику дом, Стайлз позвонил Скотту, наплевав на приличия.
- В этом лесу невозможно заблудиться, Стайлз, - тоном эксперта сообщил Скотт, вызвав у Стайлза всплеск ярости.
- Конечно, нет. Я позвонил тебе ровно в полночь просто, потому что соскучился, - огрызнулся он. – Не могу найти дорогу, Скотт. Что тут непонятного? Навигатор сошел с ума, я изгадил свои любимые кроссовки и джинсы, москиты совсем озверели! Я стою перед каким-то охотничьим домиком и надеюсь, что не найду там семью зомби-каннибалов, маньяка и гору трупов.
- И как ты с людьми работаешь? – удивился Скотт. – Ладно, говоришь, домик? Это моего друга – ключ в цветочном горшке. Я скажу ему потом, что ты там переночевал – никаких проблем.
С людьми Стайлзу работалось замечательно, а вот лучшего друга он тогда с удовольствием закопал бы в том самом овраге, где хлебнули воды кроссовки. Точнее, сначала утопил, потом расчленил и закопал.
Несчастья на этом не закончились – на крыльце действительно стоял цветочный горшок с каким-то чахлым, угрюмым кустиком. И даже не один, а целых семь. Похоже, неизвестный владелец обладал специфическим чувством юмора и садистскими наклонностями по отношению к братьям нашим фотосинтезирующим. Кустики все выглядели не лучшим образом.
А после того, как Стайлз покопался в каждом горшке – ключ находился в самом последнем, кто бы сомневался, – они вообще стали походить на растения-зомби, умершие и перекошенные.
Трясущимися от злости руками, Стайлз отпер дверь и ему в нос ударил запах мяты. Так он попал в Хижину первый раз.

2.
- Мой друг называет эту развалюху «Хижиной», - сообщил ему Скотт после возвращения в каком-то очередном «офигительно классном» баре. Стайлз пропустил мимо ушей характеристику и сохранил для себя только название – не слишком оригинальное. Охотничий домик, который владелец называет Хижиной? Неожиданнее только имя медведя Элисон – девушки Скотта. Та называла нечастную зверюшку «Мистер Медведь».
Перед следующими своими выходными Стайлз заранее спросил через Скотта разрешение остановиться в Хижине, понадеявшись на покаянную записку. Трупики растений не давали покоя его совести до самого отъезда.
Записка осталась на кухонном столе – Стайлз никогда не считал себя мастером эпистолярного жанра. «Мистер», - над обращением он думал дольше всего. – «Мне очень жаль, что я убил ваши цветы. Я привезу вам новые в следующий уикенд. Даю слово».
Будь Стайлз на месте владельца, то поставил бы новые замки, решетки на окна и завел злого пса, только прочитав этот шедевр.
Но Скотт передал, что его друг не возражает и даже разрешает спать не на диване, а в гостевой комнате, той, что с зелеными шторами. Такое гостеприимство заслуживало уважения, так что Стайлз не только притащил обещанный выводок морозо- и стрессоустойчивых растений в разноцветных горшках, но и захватил из дома вафельницу, подаренную на новый год кем-то из бывших друзей.
В таком доме утром хозяева просто не могли завтракать банальной яичнецей – только горкой пухлых, политых карамелью и посыпанных свежими ягодами вафель. Вроде тех, что Стайлз вчера видел у себя на тумблере.
В третий же свой приезд Стайлзу пришлось признаться самому себе – его душа испытывала возмутительное равнодушие к красотам природы и закатам, зато приходила в восторг от Хижины и планировала остаться там, даже когда связь с телом прервет какой-нибудь несчастный случай.
Теперь в выходные Стайлз ехал прямиком в Хижину, сделав по пути около сотни одинаковых снимков леса для Скотта, расписывающего ему все плюсы активного образа жизни. Владелец не возражал, даже наоборот: на третий раз Стайлз обнаружил в своей гостевой расшитое разноцветными нитками покрывало, а в душевой пахнущее скошенной травой мыло.
Сколько Стайлз не пытался – образ владельца никак не складывался. Скотту он боялся задавать вопросы: стоило тому почуять интерес Стайлза к какому-то человеку, не важно какого пола, как в нем просыпался сводник.
Стайлз вовсе не хотел обнаружить вместо Хижины горелые обломки и сообщение, что владелец эмигрировал в Африку от навязчивого поклонника. Несколько месяцев назад Стайлзу понравилась милая, розововолосая девушка из супермаркета – Скотт клятвенно пообещал выяснить только ее имя и телефон, но вместо этого принес такую охапку ненужных сведений, что Стайлз ничуть не удивился, не обнаружив милашку на привычном месте.
Итак, Стайлз точно знал, что владелец Хижины мужчина и он общается со Скоттом. Не слишком обширное поле для интерпретаций и трактовок. На чердаке Хижины – всегда чистом и пустом, пахнущим нагретым солнцем деревом – на нитках висели пучки с местными травами, в основном, с мятой. Может, владелец любил здоровый образ жизни? И заваривал себе чаи?
В гостевой комнате на кровати лежало старое, пухлое, из прошлого века одеяло, укутанное в белый пододеяльник, а у спинки громоздились такие же несовременные подушки. Стайлзу представлялся круглый, добродушный парень из тех, кто любит поесть и поваляться вволю на мягком матрасе.
На кухне царил потрясающий, даже в чем-то пугающий порядок – все баночки с высушенными травами стояли на полках, подписанные скупым, точно мужским почерком. Кружки выглядели точно рота солдат, с повернутыми в одну сторону ручками и общей цветовой гаммой.
Картинка никак не хотела совмещаться: толстячок-перфекционист, одержимый здоровым образом жизни? Мозг отказывался генерировать картинку, так что Стайлз просто верил – хозяин хороший человек.
Кто еще мог разделить такой замечательный дом с незнакомцем? Стайлз вот не чувствовал в себе желания рассказать о Хижине даже Скотту, что уж говорить про совершенно ему безразличных людей.
Самым интересным во владельце Хижины оставалось его нежелание или невозможность проводить выходные в таком прекрасном месте. Во всяком случае, за месяц посещений Стайлз ни разу с ним не столкнулся.

3.
На седьмой раз Стайлз вдруг обнаружил у гипотетического нелогичного толстячка желание поговорить. На забытой после мытья кружке висел стикер «Мой дом – вторая полка слева. Спасибо».
Сюрпризы на этом не закончились. В холодильнике помимо стандартного набора: яиц, молока и бекона, который Стайлз разбавлял собственными продуктами, обнаружилась банка домашнего меда с очередным стикером: «Это можно есть».
Раньше никто не оставлял продуктов специально для Стайлза, скорее, наоборот – учитывая его аппетиты и привычку есть на ночь, все бывшие и нынешние друзья мечтали о замке для холодильника.
- Похоже, кто-то решил поговорить? – спросил Стайлз, не надеясь на ответ. Хижина молчала – только за окном в траве стрекотали сверчки, точно в каком-нибудь странном фильме.
Записки не подходили толстячку, и образ владельца немного видоизменился. Может, сбросил килограмм десять? Теперь это был кто-то, способный раздавать указания, в безапелляционном тоне, который свидетельствовал о высоком положении.
Воображение подкинуло очередную фантазию – как раз для романтического фильма с популярными в этом сезоне актерами – о угрюмом, нелюдимом отшельнике-миллионере, который все время живет в охотничьем домике, а в выходные страдает на светских раутах.
Ценные указания для Стайлза не закончились на кружке и меде – на кровати лежала карта и очередной стикер: «Снимать тут». И хоть Стайлз не собирался больше выходить в коварный и опасный лес – утром он собрал сумку, кинул в нее фотоаппарат и послушно побрел в указанную сторону. Мало ли владелец просматривал его страницы и в следующий раз не пустил бы в Хижину?
К счастью, нужное место располагалось совсем недалеко – карта привела Стайлза на небольшую, заросшую какими-то «метелками» и крупными цветами поляну. Впервые в жизни Стайлз сел на землю, позабыв про новые джинсы и принялся снимать с удовольствием: розовеющее утреннее небо, густо-зеленые стебли и сочные соцветия, так и просящиеся в объектив.
Этот разговор стал новой вехой в истории отношений Стайлза с Хижиной. Теперь он добирался сюда, пытаясь предугадать, какое место выберет владелец для фото на этот раз. Настоящий родник с ледяной водой? Нору с лисами – черт, Стайлзова паранойя даже не заикнулась о возможных разносчиках бешенства? Огромное старое, как мир, дерево с заросшим мхом дуплом?
Стикеры менялись – сначала владелец писал на желтых, потом перешел на оранжевые – Стайлз же привез себе пачку зеленых. Он оставлял то кусок домашнего пирога, то привозил очередную технику – некоторые люди не умели выбирать подарки от слова совсем.
Между десятыми и пятнадцатыми выходными Стайлз забыл на кровати книжку, которую читал по вечерам, всеми разрекламированные «Сумерки». В следующий уикенд он обнаружил ее на том же месте со стикером «Твой друг говорил, что ты парень». Пришлось оставить на тарелке с сэндвичами в холодильнике ответный «Я парень, просто любопытный».
Иногда Стайлзу даже казалось, что на самом деле никакого владельца в природе не существует – есть только Хижина, готовая принять его в любое время с распростертыми обьятиями, залечить любые раны.
К Скотту с таким даже не стоило подходить, и Стайлз выкинул безумные идеи из головы. В конце концов, он даже в Санту верил меньше, чем остальные дети – обратная сторона открытых отношений с родителем.
Опомнился Стайлз только в тот момент, когда отец сам позвонил ему домой, чтобы выяснить, как идут дела. До Хижины он ездил домой через уикенд, а то и чаще – но после нее пропал на три месяца и даже не мучился угрызениями совести.
- Конечно, пап, - ответил он на незаданный вопрос. – Я приеду в конце недели.
Так Хижина осталась без него на целый уикенд.

4.
В краткие моменты сбоя привычного образа жизни – когда вовремя не приходили автобус до места работы или вдруг на улице обнаруживалась смешная малявка с кислотно-желтым воздушным шариком – Стайлз чувствовал, как каждый день приближал его к срыву. Даже Хижина и единение с природой не могли развеять сгущающиеся тучи.
С тех пор, как Стайлз понял, что основные свои дизайнерские умения он может реализовать и без душного офиса, смыслом жизни стало волонтерство. Возможно, из-за первой девушки, которая стремилась спасти всех и вся, возможно, из-за совсем маленького Стилински, которому голос на той стороне телефонного провода помог пережить смерть матери. Кто знает?
Каждый звонок мог в теории закончиться трагично: Стайлз даже прошел специальную подготовку. Только нихрена теоретические знания из умно выглядящей тетрадки с какой-то пафосной цитатой на обложке не помогли.
Некоторые люди так сильно увязали в ситуации, что не могли найти выход, будто бы стояли в темном туннеле, в конце которого еще маячил смутный огонек надежды. Путь к нему шел через немедленное уничтожение физического тела – невеселый и не такой уж быстрый путь, знаете ли.
- В пятницу не выходишь, - сказала Молли Стайлзу. – Вернешься в понедельник. Ты ведь помнишь? Ты ни в чем не виноват.
Стайлз помнил, что ни в чем не виноват до самого поворота к Хижине. Он не мог сказать, почему отправился именно сюда, вместо ближайшего бара, квартиры Скотта, моста самоубийц и тысячи еще других вероятных пунктов назначения в его гугл-картах.
Ноги стали ватными и принялись подгибаться сразу же, стоило Стайлзу выбраться из машины. Но даже на таких он смог безболезненно добраться до дома, добраться и ввалиться внутрь – в силу собственного идиотизма и невезучести не заметив уютно горящие окна.
- Простите, - вырвалось на автомате в тот самый момент, когда Стайлз увидел мужчину, заваривающего на кухне чай.
- Все в порядке? – спросил тот, делая шаг навстречу. Звуки вдруг растянулись, заполнили собой, по ощущениям, всю голову, и Стайлз полетел вперед, успев только заметить опасный угол стола.
Темнота свернулась вокруг него душным, неудобным одеялом, и Стайлз заворочался, выбираясь. Вынырнуть удалось не с первого раза: в кровать гостевой комнаты, усыпанную резко пахнущими листьями невинно убиенного растения. Владельца Стайлз не увидел, и, засмотревшись на тени на полу, снова ухнул обратно.
По бредовым снам Стайлз считал себя чемпионом – кому еще, например, под обезболивающими глючилась летающая по комнате фея? Нет, может, просто ее жертвы не признавались, но Стайлз предпочитал считать себя единственным счастливчиком.
Сюрреалистичные картинки сливались, перетекали одна в другую: сначала в комнате появилась странно выглядящая собака. Она крутилась и вынюхивала что-то. Потом ее очертания размылись, потекли, точно краска по холсту, и вот уже владелец Хижины клал ему на лоб мокрое полотенце.
Пару раз сны прерывались навязчивым пиликаньем сотового телефона – раньше Стайлз и не замечал, насколько раздражает очередная разрекламированная песенка восходящей поп-дивы. Но до того как он начинал нащупывать надрывающуюся трубку, владелец Хижины сам отвечал на звонок, рявкал что-то отрывистое и отключался. Стайлз только надеялся, что к моменту возвращения после такого недружелюбного автоответчика у него останется хотя бы один друг и сослуживец.
- Лучше? – в очередное пробуждение спросил владелец, протягивая ему кружку – ту, самую «мой дом – вторая полка» - с чаем.
- Не уверен, - признался Стайлз, чувствуя себя пустым и выжатым, точно использованный тюбик от зубной пасты. – Меня зовут Стайлз, я Я Я сейчас уйду.
Последнее вырвалось само собой – или же владелец Хижины не любил незваных гостей, или просто все время хмурился, но Стайлз вдруг ощутил всю нелепость сложившейся ситуации. Он кучу времени приходил в чужой дом так, будто имел на это право, да еще и болеть сюда отправился.
- Если сможешь дойти до двери, то можешь уходить, - владелец пожал плечами. – Только пока у тебя ничего не выйдет. Спи.
Нет, с этим домом определенно не все было чисто – стоило поставить чашку на тумбочку, как сон буквально свалил Стайлза с ног, и сквозь сон донеслось:
- Я Дерек. Можешь оставаться столько, сколько нужно, Стайлз.
К счастью, после чая и такого безапелляционного приказа кошмары не рискнули вернуться, и Стайлз сумел хотя бы немного отдохнуть. Сон слетел с него только, когда вдалеке тоскливо и жутко завыл волк.
Или же появление Дерека испортило все впечатление от Хижины, или просто нервы не выдерживали двойной нагрузки, но комнаты уже не казались такими безопасными и уютными. Пол скрипел, запахи трав мешали сосредоточиться на собственных мыслях, а темнота могла послужить укрытием для любого чудовища.
Кто-то тяжело взбежал на крыльцо, и Стайлз, опираясь на стул, вышел к двери. Дерек едва не снес его плечом, но вовремя отшатнулся в сторону и оперся о стену. Похоже, кошмары не появлялись просто потому, что пришло время им перетечь в реальность. Почему бы ужасу не начавшемуся с самого страшного страха на работе не превратиться в ужас потусторонний?
Глаза Дерека светились красным, прямо как в плохих, дешевых фильмах о несчастных, заблудившихся студентах-идиотах, попадающих в лапы к чему-нибудь злобному и кровожадному.
Около Хижины зло взвизгнули тормоза, и Дерек метнулся на второй этаж, коротко бросив:
- Тебя не тронут.
Будто Стайлз уже начал предъявлять ему претензии и обвинять во всех смертных грехах. Хотя, наверное, начал бы, не водись, столько лет со Скоттом и Элисон.
- Сюда! – дверь в очередной раз распахнули, и Стайлз уже знал, кого увидит. – Стилински?!
- Мистер Арджент? – это только герои фильмов держались уверенно, а у Стайлза от нервов голос то и дело давал петуха. – Вы меня напугали.
- Иди на улицу, Стайлз. Мы должны закончить работу.
Возможно, Стайлз вышел бы и позволил найти Дерека, если бы не маленькое, весьма эгоистичное открытие, которое еще требовалось подтвердить.
- В моем доме? – уточнил Стайлз, в первый раз видя, как Арджент действительно чем-то озадачился.
- Этот дом
- Мой. Я езжу сюда на выходные уже три месяца. Тут моя вафельница, одежда, книги, блендер и тостер, - в номинации «Лучшая идиотская реплика года» Стайлз одержал бы уверенную победу. Но его уже несло. – Мебель и некоторые мелочи остались от прежнего хозяина. Вы не его ищете?
- Ты видел его? – Арджент, похоже, от такой наглой и дурацкой лжи просто оторопел.
- Передавал деньги в пятницу, потом приболел. Кстати, какой сегодня день?
Теперь уже не только Арджент, но и его головорезы смотрели на Стайлза, как на пациента психиатрической лечебницы, доказывающего свою вменяемость.
- Понедельник. Наверное, он пошел дальше. Позвони мне, если увидишь Хейла.
Стоило двери закрыться, как Стайлз сел на пол, попытался отдышаться и собрать перегревшиеся от усилий мозги в кучу. В Бикон-хиллс оборотни стали неприятной реальностью – Ардженты сдерживали их натиск, но Скотта все же успел укусить какой-то заезжий клыкастый гастролер. С тех пор Стайлз научился видеть в ситуациях две стороны, а не только правильную.
Конечно, какие еще странные, владеющие домиками друзья могли оказаться у Скотта?
- Зачем ты соврал им? – Дерек подкрался так тихо, что Стайлз с трудом сдержал крик – Арджент мог его услышать.
- Понял одну важную вещь, - Стайлз охнул, когда Дерек легко поднял его с пола и понес обратно в гостевую комнату. – Про Хижину
- Мог бы позволить им убить меня и получить ее в свое распоряжение, - буднично сообщил Дерек, и Стайлзу захотелось стукнуть его большой деревянной ложкой из первого правого ящика.
- Дело не в этом, - Стайлз позволил опустить себя на кровать и понадеялся, что Дерек дослушает, а не сразу же уйдет к себе. Но тот и не собирался сбегать – наоборот лег рядом, позволив Стайлзу услышать быстрое, нечеловеческое биение сердца и почувствовать чуть повышенную, по сравнению с человеческой температуру. – Дело в том
Мысли снова скакали в голове, как бешеные – Стайлз ведь просто обязан был сказать так много.
- Хижина – это ты. Без тебя ничего не будет, даже если ты отдашь мне этот дом насовсем и уйдешь.
Дерек хмыкнул, но ничего не сказал. От него пахло горькими, палыми листьями, дезодорантом и немного собакой.
И Стайлз уже не сомневался, что завтра успеет все сказать – про записки, толстячка, лучшие места в лесу и новую Хижину. Про девушку с розовыми волосами и привычку жить в одном доме с неизвестным ему человеком.
Теперь оставалось только удержать дом рядом с собой, а с этим Стайлз точно справился бы.
Конец
Заголовок 1уђ Заголовок 2уђ Заголовок 3 Заголовок 515

Приложенные файлы

  • doc 8512945
    Размер файла: 67 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий