МУЛЕН РУЖ

МУЛЕН РУЖ : РУССКИЙ КАНКАН

Знаменитое своим канканом, увековеченное Тулуз-Лотреком, парижское кабаре Мулен Руж, радует зрителей всего мира своими роскошными постановками. Перья, стразы, красочные декорации, захватывающая музыка, талантливейшие исполнители – каждое шоу здесь похоже на сказку! Неслучайно, новая программа кабаре так и называется: «Феерия». С первых же минут, когда в зале, наконец, гаснет свет и поднимается занавес, зрителя не покидает ощущение волшебства. Потому что артисты на сцене – волшебники. Настоящие. Дарить людям мечту – их призвание.

В постоянном составе Мулен Руж – много русских танцоров. Они – гордость труппы, ее украшение. Глядя на них, невольно переполняешься гордостью: нашим, русским удалось покорить такой Олимп!

Перед началом спектакля мне удалось увидеться с ведущей солисткой труппы, звездой и всеобщей любимицей Галиной Киктевой и очаровательной Doriss Girl Ингой Мурзиной. Встретив меня в трико, приветливыми взглядами из-под огромных наклеенных ресниц, девушки любезно поделились со мной своими секретами.

Галина, по ее собственному выражению, «человек интернациональный». Ее мама – украинка, папа – русский, а родилась она в Казахстане. Детство свое провела в степях. Галина, с малых лет, много путешествовала с родителями. Танцевать начала с шести лет.

Инга Мурзина родом с Урала. Свою танцевальную карьеру она начала в Москве. Продолжительное время жила в Италии.
Чем вы занимались до того, как начали выступать в Мулен Руж?

Галина: Сколько помню себя – я всегда была в танце.
Инга: Я оканчивала народно-сценическое отделение и работала в «Березке» и «Российском ансамбле», затем жила в Италии где работала танцовщицей.

А каким образом вы попали в Мулен Руж?

Галина: Все получилось довольно случайно. Я просто шла мимо и решила зайти... Вообще, вся моя карьера состоит из случайностей. Но нет ничего прочнее случайности. Я проходила с другом мимо Мулен Руж. Я уже какое-то время жила во Франции и думала, чем буду здесь заниматься. А в Мулен Руж как раз проходил отбор. И меня «отобрали».

Инга: О Мулен Руж знали все. Были многочисленные репортажи по телевидению. В свое время меня приглашали работать в «Crazy Horse», но я поняла, что это абсолютно не для меня. Мне было тогда восемнадцать, и «topless» тогда еще шел в разрез с моим воспитанием. Хотя я обожаю «Crazy Horse» и это одно из моих любимых кабаре, мне было интереснее попробовать себя в Мулен Руж.

Каковы были критерии отбора?

Галина: Вообще, отбор проходил весело. Никакой натянутости, никакого стресса. Когда ничего специально не планируешь, всегда получается так, как надо. Мой просмотр был просто-напросто сказочным. Я пришла, меня посмотрели и – взяли. Что касается критериев, то, поскольку уж мы танцоры, то нас, разумеется, просят исполнить заданные танцевальные комбинации. Рост измеряют, что тоже вполне объяснимо. Минимальный рост танцовщицы – 174 см. Я оказалась на сантиметр выше.

Инга: В первую очередь, в Мулен Руж действительно смотрят на рост. То есть, если не проходишь по росту, то тебя даже не будут просматривать. Мне измерили рост и сказали: о-кей! Будем смотреть! И меня отобрали буквально сразу же. У меня как раз истек контракт в Италии, и через неделю я уже работала в Мулен Руж.

Если подходишь по всем критериям, то контракт подписывается сразу же?

Галина: Контракт я подписала месяцев через шесть. Дело в том, что меня взяли уже в новую программу, а в старой дорабатывали те, у кого был контракт. Программа здесь обновляется раз в пол года.

Проводили ли с вами инструктаж, и в чем он заключался? Какое золотое правило необходимо соблюдать, чтобы здесь работать?

Галина: Ну, во-первых, не опаздывать на работу. Следить за собой. То есть, самые элементарные правила... Нельзя поправляться более, чем на три килограмма. Здесь периодически за этим следят.

И как, если не секрет, вам удается поддерживать форму?

Галина: Могу сказать одно: хлеба кушать не нужно. Ну и, разумеется, необходимы регулярные занятия спортом. Я, к примеру, занимаюсь бегом и плаванием. Это два вида спорта, которые, в принципе, не требуют каких-то сверхъестественных усилий. За что я их и люблю.

Инга: Что правда то правда: после тонны вечернего макияжа, с утра иногда выглядишь помятой. Единственное спасение – это лед. Обыкновенный лед. Я по утрам умываюсь льдом. Регулярно. Это мой вам совет. И второй совет: пейте много воды. Необходимо так же как можно чаще бывать на воздухе, но в Париже такой воздух, что лучше выезжать за город... а еще лучше – на юг, к морю!

Вы придерживаетесь какой-то специальной диеты?

Галина: Достаточно отказаться от сладкого и мучного. В этом мне повезло: я прекрасно обхожусь без сладостей! А вот шоколада, раз в месяц, хочется. Даже очень! Признаюсь: позволяю себе это маленькое удовольствие. Раз в месяц-то можно! (смеется).

Инга: У меня это тяжело получается, потому что я ем все и помногу! (смеется). На данный момент, к примеру, наелась пельменей, купленных в Гастрономе (сеть русских продуктовых магазинов в Париже – авт.) Отказывать себе я не люблю. Но компенсирую это спортом. Хожу в бассейн, занимаюсь йогой.

Какие еще жертвы, кроме этой, приходится приносить?

Галина: Я не рассматриваю это как жертву. Скорее – как удовольствие. Все, на самом деле, вопрос привычки. Как приучишь себя – так и будет. Так что, особого труда следить за собой мне не доставляет. Скажу вам больше: для меня это не труд. Это - радость.

Инга: Жертв в буквальном значении этого слова приносить не приходится. Скорее, идти на некоторые уступки. С самого начала, приходится решать для себе: либо быть, либо не быть.



С какими трудностями вы столкнулись за это время?

Галина: Самое сложное – это когда у тебя на душе совсем не то, что ты хочешь, а тебе выходить на сцену. Танцевать. Улыбаться. Но это и есть профессионализм. В этом есть своя изюминка. Это можно преподнести в какой-то особенной форме.

Инга: А для меня, главная трудность – это режим. Ночная жизнь, работа в поздние часы. Иногда от этого устаешь.

Накладывает ли эта профессия отпечаток на вашу личную жизнь?

Галина: Моя профессия – прекрасная, волшебная! Я каждый день соприкасаюсь со сказкой. Это ни в коем случае не мешает, а напротив, способствует моему личному счастью!

Инга: Эта жизнь устраивает меня во всем, но вот, что касается личных отношений, то они, если можно так выразиться, происходят у меня «на дистанции», из-за ночного режима работы.

А как отнеслись к вашему выбору ваши родители?

Галина: Моя мама очень позитивно к этому подошла. Она всегда давала мне право выбора. Когда я начинала сама работать после училища, она во всем поддерживала меня. И зная, что я работаю в Мулен Руж, она очень и очень за меня рада.

Инга: Попав в Мулен Руж, я воплотила мечту моей мамы. Она, просто-напросто, «гнала» меня в Париж. Ей очень хотелось, чтобы я попробовала себя в парижском кабаре.

Когда вы начинали работать, вы уже говорили по-французски?

Галина: Нет, только по-английски. Здесь все говорят по-английски, и знание французского, конечно, желательно, но не обязательно. Очень немногие новички говорят по-французски. И я сразу же попросила мое окружение говорить со мной на французском. Так и выучила язык.

Инга: Мне повезло, так как я говорю на четырех языках.

Легко ли вы «влились в коллектив», как любят сказать в России? Были ли какие-то трудности? Чувствовали ли вы зависть со стороны ваших коллег?

Инга: Я думаю, ни один коллектив не возможен без трений. Но когда мы общаемся с коллегами из других коллективов, они не перестают удивляться тому, насколько наша команда дружна. Что касается трений, то они, скорее, происходят на почве здоровой конкуренции, которая, на мой взгляд, необходима для нашей профессии. Разумеется, каждый из нас хочет построить свою карьеру, и тебе, конечно, завидуют, когда тебе удается подняться на ступень выше. Но в Мулен Руж обходится без интриг и подвохов.

Галина: Я считаю, что зависть – это очень сильная слабость. Если люди тебе завидуют – значит, ты интересен. Если же никто не обращает на тебя внимания, - значит, ты ничего из себя не представляешь. Поэтому к зависти я подхожу философски. Она есть везде и всюду. Если я скажу, что не ощутила здесь ничьей зависти, то это будет большой неправдой. В большом коллективе, как наш, всегда есть немножечко черного... Но каких-то крупных проблем, столкновений и прочего у меня ни с кем не было. Я понимаю людей, чувствую их настроение. Постоянного состояния благодати ни у кого не бывает. Главное то, как ты сам к этому относишься. Достаточно сказать себе: зависть меня не касается. Этого чувства во мне не присутствует. Это – моя броня.

Теперь вопрос, относительно «брони»: в «Crazy Horse», насколько я знаю, танцовщиц оберегают от любых контактов с клиентами, и, по окончании спектакля, развозят их по домам. Как дело обстоит с протекцией в Мулен Руж?

Галина: Нас так же развозят по домам, но особой строгости относительно общения со зрителями после спектакля нет, ведь это могут быть мои приглашенные. Я могу их встретить, выйти поговорить с ними возле главного входа. Каких-то строгих ограничений в этом плане нет.

Мулен Руж дает, как правило, два вечерних спектакля, один – в девять, второй – в одиннадцать. Вы работаете посменно?

Галина: Что вы! Мы работаем шесть дней в неделю и даем оба вечерних спектакля. С перерывом в десять минут ( спектакль длится час пятьдесят минут – авт.) Плюс, репетиции...


Два спектакля на дню, пятнадцатикилограммовые перья, да, к тому же, всего один выходной... И как вам удается вынести такую нагрузку?

Галина: Я очень люблю то, что делаю. Каждый выход на сцену для меня – это праздник. У меня даже не бывает стресса перед выступлением. Напротив, чувство «кайфа»! Я выхожу на сцену, смотрю на людей и говорю себе: эти люди пришли смотреть на меня! То есть, конечно, не на меня одну, а на всех нас, артистов Мулен Руж... И, встретив в зале хотя бы один счастливый взгляд, - я считаю свой вечер удавшимся. А этих взглядов – такое множество!..

Ваше выступление всегда четко спланировано, или же вам позволяют импровизировать?

Галина: Я – свободный художник. У меня – своя линия, свой характер, свои костюмы. Каждый мой спектакль я делаю по-разному. Если все делать с застывшей улыбкой, и одним и тем же выражением на лице – было бы просто скучно. В зале всегда сидят разные люди, и эмоций, соответственно, не может быть одинаковых. Я, каждый раз, впитываю настроение зрителя.

Можете ли вы рассказать нашим читателям какую-нибудь смешную историю, происшедшую с вами в Мулен Руж?

Галина: Несколько раз я выходила на сцену в разной обуви... Получилось так, что автоматически надела костюм, а на сцене вдруг обнаружила, что сапоги совсем не те! Мои партнеры по танцу чуть не умерли со смеху. Не знаю, заметил ли что-нибудь зритель. Может, и не сразу, но наверное заметил. А что тут поделаешь? Пришлось продолжать танцевать, ведь шоу просто так не остановишь и не прервешь. Танцевала до победного конца. С улыбкой!.. А вообще, подобные анекдоты я собираю и записываю.

Инга: Смешные истории? Я однажды упала на сцене. Да, да, упала! (смеется). Я как раз была в первой линии, в самом, можно сказать, центре. Это было так нелепо!! Кстати, в Мулен Руж уже годами собираются разного рода «примочки», записываются на видео-кассету. Можно считать, что я туда уже попала. И занимаю там почетное место!

Каковы перспективы вашей карьеры? До скольки лет есть шансы танцевать в Мулен Руж и что вы собираетесь делать потом?
Галина: Возрастных рамок, как таковых, просто нет. Все зависит от того, как сам артист настроен по отношению к своему творчеству. Каждый из нас сам устраивает свою судьбу. Сфера танца дает человеку неограниченные возможности... Но это не мешает думать о каких-то других перспективах. Помимо танца, я делаю массу интересных вещей. Строю соответствующие планы.
Инга: Ну, до старости я танцевать не собираюсь! (смеется).На данный момент, меня устраивает моя работа в Мулен Руж, но я знаю, что из этой профессии нужно выйти заблаговременно, чтобы начать готовить себя к какой-то другой карьере. У меня уже есть планы, задумки. Я вижу себя в туризме.

Если бы вам предложили более интересный контракт в другом кабаре, вы смогли бы покинуть Мулен Руж?

Инга: Мулен Руж – это одно из ведущих кабаре мира, и в этом направлении, то есть, в направлении спектаклей кабаре, я никуда особо не рвусь. Для меня Мулен Руж – это верх карьеры, которую можно сделать в танце. Хотя, я была бы не против попробовать себя в мюзикле. Если мне предложат контракт в этой области, - тогда будет смысл подумать...

Галина: Знаете, когда я впервые сюда зашла, мое сердце забилось от радости и я почувствовала, что это мой дом. Мулен Руж стал моим домом. Здесь не может не нравиться: здесь каждый сантиметр пронизан историей! И у тебя невольно рождается чувство, что и ты входишь в историю. Ты выступаешь в зале, стены которого расписаны самим Лотреком! Разве это не чудо? И как бережно французы хранят атмосферу этого кабаре, каждую вещь, каждую песчинку!.. А что касается другого контракта, то все будет зависеть от того, смогу ли я расти, как артист. Если мне предложат что-то более интересное, более прогрессивное, - я, конечно, уйду. Это – жизнь. И главное в ней – это расти.

Выступая в самом престижном парижском кабаре, вы ощущаете себя символом Франции или России? Или же, символом женственности, красоты?

Инга: Наверное, последнее... Хотя, в одном из писем, я все-таки написала, что я горжусь тем, что у меня есть возможность представить нашу хореографическую школу во Франции!

Галина: Для меня не существует какой-то узко-национальной символики. Наши спектакли воплощают собой волшебство, красоту. Разве у волшебства и красоты может быть национальность?

Приложенные файлы

  • doc 5948611
    Размер файла: 56 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий