Космические проститутки


Из ухабистого разъезженного дула гиперперехода напряглось и выдавило маленький маятниковый кораблик, который словно взбесившаяся кобра раскрыл зловещий копюшон парусов солнечных батарей. «Белеет парус одинокий» - поделилась как-то с Петюней, капитаном кораблика, своими кастрированно-романтическими мыслями старая, но бойкая заправщица с Али де пукана. Добрая была старушка и смелая, если работала на пиратов, которые еще 2840 году захватили пять систем и стали с весела переиминовывать все важные космические объекты. Федеральщикам, проигравшим в том секторе войну, ничего не оставалось как ввести в карты звёздного реестра такие названия, как «Али Де Пукан», «Быдло-гейзер», «Столового Жору»(был тогда один такой пиратский генерал), «волосы Аноники» и тому подобные жемчужины весьма и весьма кстати аккуратного жаргончика. В общем творилась тогда великая история, что и говорить. А Петюня ко всему этому имел непосредственное отношении, но об этом позже. Ныне же юному, по меркам носатых 1000летних карийских вулканический чертей с Быдло—гейзера, звёздному волку было дело не до дальних артелерийских вызлазок и не до точечных бомбёжек в ядро планет. Самым актуальным вопросом заботящим его полу-пенсионерское сидалище в последнее время был поиск того места и той не самой престарелой красотки, которые могли бы принять на месяц-другой это его сидалище и всё, что к нему прилагается. Не то, чтобы Петюня был лишён заботы и внимания одного из 7000 тысяч известных современному космосу полов, совсем нет. Можно было даже всерьёз быть уверенным, что далеко идущая впереди слава капитана, как известного любителя мелькать в жёлтой прессе под заголовками типа «Я –б..ть, вы….бу, любую, с..ка б..ть, астрономическую единицу с полпинка» могла бы загнать всякую грудастую 19-летнюю макрощёлку под свинцовый артлерийский залп из под его пока только едва наметившегося пивного момона. Почему залп свинцовый - вы спросите? Так это такая специфика – в открытом космосе без свинцовых трусов ни-ни.
Но ему сейчас не нужна была обычная за(е)бурильня с портовыми давалками. Требовалась настоящая космическая гейша, которая и обогреет и спрячет и под пенье мать-их-соловьёв поделится своим мнение о транцедентальном мире. Ну или на худой конец знатная светская шалашовина, родственница в 17-м колене какого-нибудь дипломата, чьё политическое убежище и неприкосновенность распространяются на всех, кого она видеть и обаняет, словно легочная чума.
Чёрнеющая туша планеты, буквально сразу встретившей Петюню из гиперперехода, была повернута к Петюниному кораблику задом, к солнышку передом. Вот опять, - с досадой брякнул по приборной панели пожилой космический волк. Закрепилась в последнее время у планеток, к которым Петюня бросал свои старые облучённые кости, традиция встречать нашего романтика жопой. Может уже какую-нибудь примету плохую по этому поводу придумать? Но Петюне было не досуг, да и для нового колоритного рывка не хватало уже квазипространственного топлива. Тут уж бери, что есть. Даже если кажут жопу – сам крепко хватай за протянутую руку помощи, - вспомнилась одна мылсь из коллекции тупых пословиц первого прапора Дриста.
Петюня передвинул гироскоп манипулятора на условный север, почувствовал как в утробе у его бота засосало под ложечкой. Старый полиметаллически мудак-двигатель требовал к себе медсосистренского ухода и очень вяло соглашался на какие-то движения без максимальной подзарядки. «Вот как приземлюсь, - думал звёздный волк, - тебя первого, старый г..дон, и раз..башу под звуки звонкие металла… ла-ла-ла…ла-ла-ла…»
Кораблик неохотно свернул солнечные крылышки и матанул носом вверх, благо сферическая система гравитационного разновесия работала пока на ура, и Петюне не приходилось пребывать под углом в 45 градусов к полу капитанского мостика. Черное тело планеты, поблескивающее росчерками далёкого еще поверхностного освещения мегаполисов, приоткрыло вид на очень близкое карликовое солнышко. Мачеха Хирт – как называли её местные – совсем не ослепляла, поэтому не пришлось надевать светофильтры или включать на мониторе псевдоиллюминаторов режим скрадывания света. Но неослеплённые видавшие виды глазики, были всё таки последней удачей для тревожно заёрзавшего в ложе кресла седого зада. Петюня отчётливо увидил как из-за линии гаризонта всё ширящейся в объективе планеты буквально высыпали маленькие проказинки чёрнеющие на фоне вялого светила. «комитет по торжественным встречам? – цепляясь за последние позитивные ожидания про себя проговорил Петюня. – Или..Неужели Букинист?»
К сожалению его самые не хилые опасения по поводу того, кто в это время может прилететь из противоположной системы, оправдались. Это был флот вонючки Букениста. Молодой внучара Картуганского императора с нынешних Волос Аноники, которому горечащийся гандон дедуля доверял добрую… нет злобную половину своего е..ного отсталого флота. И сейчас 15 морально устаревших еще в прошлом веке, но всё таких же угрожающих говнолётов ХЕР- 88, которые своими изотопно-амониевыми двигателями в последней улисианской войне засрали экологию половины планет земного типа в трёх звёздных секторах, неумолимо лители в сторону Петюни. Их соракатонные пятерни 550-миллиметровых плазмоплюев уткнули в Петюнин Борт-201 свои изголодавшиеся по знатной долбле жала. Императорского огрызка кликали Букинситом за то, что как-то на одной из пьянок был замечен своими генералами за чтением Вивьенна Синга и одновременным анонизмом. Причём, как узнали позже, книга была без картинок, - молодого щенка забавляли именно тексты широко известного в галактике автора– все эти описания рыболюдей, смертоносных туманностей, сабакЕров, которые по замыслу Синга, сжирали пространство-время каждую секунду прошлого,- всё это изнутри взрывало созревающий организм имперского отпрыска.
Сам же внучок катался на ХЕРЕ новой серии, - перезапуск модели организовали толковые кореанские механики, а их идею тут же подхватили на рынках других продвинутых планет. Молодым ублюдкам нравилась гладкая сенсорная клавиатура приборных панелей и возможность многократного транслирования самого себя в нейросеть.
Не то чтобы Петюня боялся приближающегося микрофлота отморозков, – сенсоры уже с первой доли секунды пометили все 15 говнолётов в прицельную сетку, а стазер и автомазер только ждали команды – его больше волновало откуда же прибывающий в вечном информационном вакууме Букинист или его дедок, которые пользовались старыми дешевыми коммуникационными связями типа «Метатрон» или «блевайн», и профессиональными осведомителями-пиздунами, могли узнать о планируемом Петюней полёте и конечном пункте? Звёздный лис умел путать следы покруче чем Букинист свою ореинтацию.
«Ну да ладно, коротыши, щас вас папаня мало-мало по русским горкам покатает.» Обновлённый софт, точнее, пиратская копия программы наведения сработала как безотказная сороколетка. Первые шесть выстроившихся в ширенгу говнолётов не успели даже прицелиться, только они вошли в зону действия радара стазера, как грозное квантомеханическое орудие тут же меткими авто-прицельными плевками поодевало на ХЕРов полупрозрачные продолговатые «коконы безопасности». В течении 2 драгоценных минут «коконы безопасноти» с эластичностью латекса пеленали любые объекты, замедляя их в несколько десятков раз и швыряя в своеобразный пространственный полупортал, в котором все выстрелы грозных ХЕРовских плазмоплюев растикались по тонким полупрозрачным стенкам. Был у стазера еще один режим, который назывался «глубокая очистка», принцип которого состоял в том, что стазер открывал внутри «кокона безоасности» еще один микропортал, куда можно из другого орудия зашвырять целый залп. Так Петюня и сделал и все шесть пойманных ХЕРОВ взорвались буквально изнутри, обдав «коконы» жарким концентрированным белым пламенем и рекошетящими друг о другра расколёнными осколками. Таже учесть постигла еще одну четвёрку ХЕРов-88. Оставались теперь только два старых ХЕРА, которые берегли новый ХЕР Букиниста. Ощутив не бывалый прилив правдивой самооценки, Букинист дал отменнейшего дёру, не заботяся о двух далеко отставших телохранителях, которых Петюня приголубил уже походя, сделав двойной магнитный выстрел из стазера и насладившись зрелищем того, как два говнолёта поимели друг друга в слившихся в один полупортал «коконах безопасности».
К этому времени высокотехнологичное корыто Букиниста, которое по вооружению могло бы потягаться с федеральным фрегатом, а использовалось в этот момент как спасательная капсула, ушло довольно далеко. Петюня видел, как маленькие паучьи лапки на носу у Букининского корвета уже начали судорожно открывать гиперпереход, но прячащаяся в недрах «белеющего паруса» приблуда, именуемая лескою, остановила на несколько секунд пыл убегающего борта. Петюня нагнал и взял судно на абордаж. Чувствовалось как жирный, смазанный машинным маслом стыковочный коридор ударил в упругое очко нежелавшего поддаваться внедрению из вне ангара. Пара минут и всё было готово для дружеской прогулки по уютному гостеприимному домику одной озабоченной улитки.
Контратака последовала сразу, еще при выходе из стыковочной кишки.На Петюню набросилась верещащая рыжая худосочная курва, скача и в беспаметстве крича «Петюньчик, мой любимый!! ИИИИИИИИ!!!!» Старый вояка знал, что пираты любят применять всекие психологические приёмчики, дабы обескуражить изголодавшихся до женщин космодесантников, поэтому бросил орущее сорокакилограмовое безобразие через бедро, дабы очистить коридор от манёвров для принятия более серьёзного врага. Однака деваха уцепилась своими цепкими лапками в мощный загривок капитана, развернула его голову и поровнявшись с ним глазами, воткнулась своими пухлыми губами в его прокуренные дёсны.Петюня ничего не уразумел, он так и стоял шлангом, позволяя себя лобызать во все места. Он успел только впсомнить, что перед заходом на борт противника сканер с его корабля просканировал присутствие биологической жизни и обнаружил только один живой объект. Благо, наука дошла до того, что вполне можно было обследовать эти толстостенные ХЕРЫ и с уверенностью 99, 9999 процента определять наличие в них жизни. Опасности небыло… ну, кроме, разве что, быть изнасилованным этой повёрнутой макрощёлкой.
- Я собирала все твои фотки!!! Вырезки из прессы о тебе. Ты - мой герой. Гляди, - она повела своей тощей рукой вдоль стены длинного коридора. Вся стена была обклеена его, Петюнинской, небритой мордой (разностей степени небритостей, разумеется – мода же, ёпта, всё меняет вокруг меня). – Я своим дебилам про тебя рассказы сочиняла. У меня даже своё издательство есть в Аль де Пукане, называется «Букенист и КА».
- Правильнее «и Ко», - машинально поправил её Петюня, и тут его как ХЕРОМ по голове ударило. – Ты Букинист.
- Агаааа!! – мило с видом нашкодившего пятиклашки ответили чувиха.
- Аааа…
- Эти придурки тоже не знают, - говорила Букинист(ка) имея ввиду пиратов. Она поманила Петюню пальчиком по ближе к себе и в ухо сказала с томным предыханием. – А дедуля мой вовсе не дедуля, а Марья Дмитриевна.
-???
- Да не парься ты, мой малыш – это всё интриги и дворцовые перевороты. Если бы мы не прятались, нас бы укокошили. Дедуля загнулся давно, а у пиратиков принято всю семью предыдущего правителя заваливать. Вот мы с моей baban и устроили спектакль.
Она помолчала минутку, изобразила печальку в верхней ступени, а потом сразу продолжила, чтобы успеть до того как старый космический артилерист вышейдет из ступора и поймёт что-то раньше, чем онаему всё расскажет сама.
- Ты лучше послушай, какой я стих про тебя соченила:
Наш Петюня режет глотки,
В нём отваги – попой ешь,
Даже в киборгской пилотке
Он найдёт большую брешь.
- Лирично. Жизненно, - только и смог раздвинуть челюстями Петюня. А затем, срываясь от волнения на какой-то писк, пролепетал. – А у тебя можно переконтоваться месяцок другой. А то меня твой…твоя дедуля… Твой бабуля ищет.
- Она мооожет, - серьёзно сказала девчонка. – да не боись – не сдам.
Эта не сдаст, точно понял Петюня. Ну, да ладно, теперь его ждала пара месяцов семейной почти жизни. Надеюсь, борщ эта курвёха разумеет.

Приложенные файлы

  • docx 5378751
    Размер файла: 24 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий