Зигмунд Фрейд и развитие психоанализа


Зигмунд Фрейд и развитие психоанализа
1. ОТ АНАТОМИИ МОЗГА К «ГИПНОТИЧЕСКОМУ КАТАРСИСУ»
Нет такого факта в жизни человека, который не был бы так или иначе затронут психоанализом. «Психоанализ — это мое творение», — признавался Фрейд в одной из своих работ. В поведении ребенка он увидел «полиморфную перверсию»: сексуальные мутации были призваны объяснить не только механизм болезней, но и ритм нормальной жизни. Душевные болезни стали предметом терапевтических техник, ранее просто немыслимых. Сны, забывчивость, оговорки, раньше считавшиеся просто естественными странностями человеческой жизни, стали щелями, через которые просматривалось дно души. Психоаналитические термины — эдипов комплекс, вымещение, цензура, сублимация, подсознание, сверх-Я (супер-эго), трансфер — интегрированы в сегодняшнюю повседневную жизнь.
Зигмунд Фрейд (1856—1939) родился в еврейской семье в Моравии, во Фрейбурге. В Вене в 1881 г. он получил диплом медика. Не чувствуя особого пристрастия к медицине, он какое-то время занимался анатомией мозга, затем нервными болезнями. Встреча с Шарко разбудила в нем инстинкт исследователя. Он переезжает в Париж. Шарко был уверен, что истерия возникает в результате психического сдвига, который устраним в состоянии гипноза методом внушения. В 1894 г., уже в Вене, Фрейд вместе с Брёйером опубликовал «Исследования об истерии», где на основе описания клинических экспериментов пришел к выводу о скрытом источнике душевной травмы, в момент которой и следует под гипнозом вернуть больного к действительности, чтобы освободить его от гнета.
Так родилась теория психоанализа, разработанная в сочинениях «Тотем и табу» (1913), «По ту сторону принципа удовольствия» (1920), «Психология масс и анализ человеческого Я» (1921), «Я и Оно» (1923), «Клинические случаи» (1924), «Будущее одной иллюзии» (1927) и других. Вынужденный бежать из нацистской Австрии в Англию, Фрейд вскоре заболел (рак челюсти). В 1939 г. он умер.
2. ОТ ГИПНОТИЗМА - К ПСИХОАНАЛИЗУ
«Так каковы же причины такой забывчивости?» — задавался вопросом Фрейд, наблюдая пациентов, которые не помнили многих внутренних и внешних обстоятельств своей жизни, но могли вспомнить их в состоянии гипноза. Возникла гипотеза, что события, вытесняемые из памяти, чаще всего мучительны: больной из-за чувства стыда как бы прятался от них. Отсюда вытекала задача: воодушевить пациента, освободить его от груза негативных эмоций.
Позже Фрейд разработал технику «свободных ассоциаций», также вытекающую из теории «вытеснения» (или демонтажа психических элементов). В каждом человеке есть комплекс сил, импульсов, которые часто не ладят между собой. Когда сознательное Я блокирует импульс, не давая ему выхода вовне, он вытесняется в сферу подсознательного — таков механизм истерии. Поэтому следовало искать иные, непрямые пути выведения опасной энергии, которые, конечно же, были результатом компромисса. Разгрузка импульсов, посланных по «ложному» пути, стала целью гипнотической практики. Теперь было важно подвергнуть переоценке то, что в процессе «переноса» как бы исключалось. Так Фрейд перешел от теории катарсиса к психоанализу.
3. БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ, ВЫТЕСНЕНИЕ, ЦЕНЗУРА И ТОЛКОВАНИЕ СНОВИДЕНИЙ
С открытием патогенных сдвигов и других феноменов в лексике психоанализа появляется понятие бессознательного — сферы, где рождаются неврозы. Более того, для Фрейда именно бессознательное стало сущностной реальностью психического. Он переворачивает устоявшееся представление об идентичности сознательного и психического. Реальность бессознательного стоит за нашими «свободными» фантазиями, она вычеркивает из нашей памяти имена, лица, события. Мы хотим сказать одно, а говорим другое, пишем не
то, что намеревались написать. Где же причина таких описок и оговорок? Не в противостоянии ли двух инстанций, из которых одна явно сильнее другой? В работах «Психопатология обыденной жизни» (1901) и «Остроумие и его отношение к бессознательному» (1905) Фрейд дает анализ множества ошибок, ассоциаций, каламбуров, никогда прежде не интересовавших серьезных ученых, которые, однако, по его мнению, скрыты в бессознательном.
В древности сны часто толковали как пророчества. В работе «Толкование сновидений» (1899) Фрейд попытался проанализировать их как невротические симптомы подавленных импульсов. В результате обнаружилось, что есть открытое, внешнее содержание сна (о чем, проснувшись, помнят, рассказывают) и содержание латентное (безотчетный смысл сна), подлинное. Таким образом, психоаналитик прежде всего интерпретатор снов, методом «свободных ассоциаций» он различает сокрытое, неявное. В снах, когда сознательное Я минимально активно, латентное Я пытается реализовать свои желания. Суровость цензуры со стороны Я заставляет подавленные желания принимать сюрреалистическую форму. Отсюда формула: сон — это замаскированная реализация вытесненного желания. На вопрос, как стать психоаналитиком, Фрейд отвечает: через истолкование собственных снов.
4. ПОНЯТИЕ «ЛИБИДО» И ДЕТСКАЯ СЕКСУАЛЬНОСТЬ
В жизни индивида ничто не проходит бесследно: подобно напластованиям почвенных пород, пласты человеческой психики проваливаются вглубь, но не исчезают. Древние города невидимым образом хранят под собой тайны ушедших столетий. Но и психика человека также стратифицирована: на ее дно опущены отвергнутые сознанием импульсы, шевеление которых провоцирует невротические ситуации. Но почему некоторые желания и воспоминания сознание принимает как «свои», а другие вытесняет как «чужие»? Причина, по мнению Фрейда, — в несовместимости этических ценностей и требований сознающего себя как разумного индивида с бессознательными его побуждениями, вследствие чего последние подавляются, находясь под неусыпным контролем.
Вытеснение и так называемая «ремотивная» цензура направлены преимущественно на сексуальные желания (как постыдные), поэтому Фрейд выделяет некую изначально фундаментальную психическую энергию — либидо: сексуальный инстинкт, подобный голоду, требующий насыщения и отмеченный печатью греха. От вечной
непогоды в сексуальном мире больной хочет укрыться тяжелой шинелью фальши и лжи. Анализируя сны, Фрейд пытается понять сначала особый характер детской сексуальности, чтобы затем добраться и до «взрослых» проблем.
Множество эротических импульсов у ребенка поначалу не связаны с репродуктивной функцией. Эротизм проявляется в нахождении телесных зон, несущих наслаждение. Оральная, анальная и фаллическая фазы развития заканчиваются формированием так называемых комплексов: комплексом кастрации и другим, более важным, — эдиповым комплексом.
5. ЭДИПОВ КОМПЛЕКС
Ребенок, излагает свою позицию Фрейд, сексуальные желания связывает с личностью матери и рассматривает отца как соперника. Подобные чувства, «mutatis mutandis», не только позитивны, в них немало агрессии, которая, естественно, сразу попадает под цензуру сверх-Я. В греческой трагедии Эдип, сын царя Лая, убивает своего отца и женится затем на собственной матери. В этом мифе Фрейд видит попытку преодолеть барьер инцеста. В шекспировском «Гамлете» он видит все тот же конфликт, но более замаскированный. По мере интериоризации цензуры, кризис проходит, и вместе со сверх-Я воцаряется мораль, чувство стыда и отвращения. Это продолжается до возраста половой зрелости, генитального периода. Затем связь с гениталиями ослабевает, но стремление к наслаждению нарастает. В сферу сексуальных инстинктов попадает и нечто иное, что зовется нежным словом «любовь». Отношения перверсии, никак не связанные с репродуктивным поведением, расширяются. Фрейд делает вывод: «Ребенок изначально склонен к полиморфной перверсии».
6. РАЗВИТИЕ ТЕРАПЕВТИЧЕСКИХ ТЕХНИК И ТЕОРИЯ «ТРАНСФЕРА»
Наблюдения, накопленные Фрейдом в процессе терапевтической практики, привели его к отказу от гипноза в пользу техники «свободных ассоциаций». Психоаналитик помещает пациента в максимально удобные для него условия, чтобы без принуждения открыть в пациенте степень сопротивляемости, и регистрирует идеи и чувства, высказываемые или тщательно скрываемые.
Принципиально важными Фрейд считает сны, связанные с глубинными нереализованными желаниями. В них можно обнаружить связь с забытыми детскими переживаниями (и не только сексуального плана), ведь и взрослые не лишены снов инфантильного характера. Так, анализируя непосредственные ассоциации, ошибки, забывчивость, психоаналитик изучает «психопатологию обыденной жизни». Там, где было Оно, должно стать Я — такова программа освобождения от страдания. Иногда эта цель достигается тем, что врач помещает себя в фокус конфликта, т.е. путем принятия медиком на себя болезни, которую он намерен одолеть, чтобы сделать ее безопасной для общества.
Интенсивную чувственную связь пациента с психоаналитиком, воникающую в результате такой процедуры, Фрейд называет «феноменом трансфера». Роль своеобразной шпоры выполняет медик, когда подстегивает пациента, чтобы через сопротивление подвести больного к осознанию источника своих мучений, и это едва ли не самое важное и сложное в психоаналитической технике. Затем аналитик позволяет больному осознать то, что произошло при трансфере. Пациент вновь переживает те давние ситуации, которые и породили болезнь. Трансфер становится наилучшим инструментом аналитического излечения.
7. СТРУКТУРА ПСИХИЧЕСКОГО АППАРАТА: ОНО, Я И СВЕРХ-Я
Из вышесказанного вытекает, что психический аппарат состоит из Оно (латинское Id, libido — термины Георга Гроддека), аморального эгоистического начала, Я (эго, вершина айсберга, нижняя часть которого — Оно) и сверх-Я (супер-эго). Супер-эго формируется к пятому году жизни, когда рождается чувство вины. Сверх-Я возникает как интериоризация авторитета — родителей, воспитателей, преподавателей — словом, любых идеальных моделей. Отцовское сверх-Я становится социальным сверх-Я. Ну а эго оказывается меж двух огней: на индивидума давят, с одной стороны, инстинктивные силы, требующие немедленного удовлетворения желаний, с другой — осознание реальности, направляющее саморазрушительные сексуальные импульсы по более безопасным, цивилизационным путям. Если сублимация, переплавка этих инстинктов в приемлемые формы культуры не удается, то невротические эксцессы неизбежны.
8. ЭРОС И ТАНАТОС И «НЕУДОВЛЕТВОРЕННОСТЬ ЦИВИЛИЗАЦИЕЙ»
Размышляя по поводу природы инстинктов, Фрейд пришел к выводу о необходимости разделения эроса (инстинкта жизни) и танатоса (инстинкта смерти). Эрос выражает волю к жизни и любви, это сама конструктивность. Но танатос силен: человек агрессивен. «Homo homini lupus est» («Человек человеку волк»). Кто посмеет отрицать это спустя столетия вражды? — спрашивает Фрейд в сочинении «Неудовлетворенность цивилизацией» (1929). Уважение к ближнему социуму решительно безразлично изначально агрессивному человеку. Репрессии бессмысленны, ибо лишь умножают страдания. Анализируя генеалогию цивилизации, Фрейд сознательно демистифицирует те ценности и идеалы, которые, по крайней мере, не должны угнетать живущих. Сверх-Я наследует эдипов комплекс и этические устремления человека, оно делает Эдипа в конце концов слепым. Для Фрейда важно спасти цивилизацию, не принося в жертву самого Эдипа Другими словами, не дать сойти с ума новому человеку, не дать ему ослепнуть от бесчеловечности.

Приложенные файлы

  • docx 7306600
    Размер файла: 19 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий