Тощая Вдова


Тощая Вдова- Приговоренный! – красная от постоянного пьянства морда тюремщика прижалась к прутьям решетки. – На выход! Живо!
Я медленно встал с нар и подошел к решетке. За неделю, проведенную в камере смертников, я успел насмотреться на ребят, которых – обмочившихся, хнычущих и упирающихся - приходилось силой волочить на эшафот. Я же собирался подойти к виселице, не теряя достоинства.
- Одну минуту, начальник. Дай нужду справить, - попросил я надзирателя. – Не хочу обмочиться в объятиях Тощей Вдовы.
- Ладно, так уж и быть. Только быстро!
Я повернулся к дыре в полу в углу своей камеры и пару минут отливал, чувствуя на спине взгляд тюремщика, потом подтянул штаны и вновь подошел к решетке.
- Веди, начальник. Меня, поди, уже заждались.
Тюремщик отпер дверь и передал меня четырем стражникам, которые связали мне руки за спиной и толкнули в спину, задавая направление движения. Я понуро побрел по коридору секции смертников, изредка ловя на себе взгляды заключенных. В большинстве из них я читал одобрение и уважение – ведь очень немногим удавалось пройти по этому коридору без дрожи в коленках. Мои же шаги были уверенными и спокойными, как будто я каждый день встречаюсь с Тощей Вдовой. Единственное, что я поменял бы в своем облике – это одежду. Ветхие тюремные сандалии, роба из мешковины и капюшон, который мне выдали вопреки тюремным порядкам. Благодаря нему то, что раньше было моим лицом, не особо бросалось в глаза окружающим. Я бы предпочел умереть в своей форме вора, но чего нет, того нет. Не все на этом свете зависит от нас. Тюремный коридор был широким и мрачным, мощенный серым гранитом из каменоломен, где трудились заключенные за меньшие проступки, чем попытка обворовать губернатора. Коридор, который казался мне раньше длинным, закончился, не успев начаться, а ведь моя камера была в самом его конце. Один из стражников отпер тяжелую дубовую дверь, окованную железом, двое других вытолкнули меня через нее, сразу передав усиленному конвою стражи. Два десятка угрюмых детин в кольчужных доспехах, с каплевидными щитами, копьями и взведенными арбалетами за спинами, провели меня по короткому холлу тюрьмы и вывели во внутренний двор. Мы подошли к воротам и остановились.
- Хорошо держишься, вор, - одобрительно пробасил капрал. – Можно подумать, что тебе жизнь все равно не мила.
- Когда твое лицо зажаривается до состояния бифштекса из орочьего трактира, - я постарался, чтобы в моем голосе читалась горькая усмешка, - жизнь становится подобной смерти, но только ты все еще дрыгаешь ногами.
Стражники расхохотались. Все мы знаем, что мне предстоит хорошенько подрыгать ногами на потеху толпе.
- Звать-то тебя как, шутник?
- Фэй.
- Водки хочешь? Все равно умирать легче.
- Не, спасибо. Мертвецу водка ни к чему. Уж лучше ты меня помяни.
- Как знаешь, - капрал пожал плечами и втихую приложился к фляге. – Пусть земля тебе пухом будет, Фэй.
Со страшным скрипом ворота отворились, и я под надзором конвоя вышел на площадь казней. На эшафоте рядом с виселицей стояли палач, чье лицо скрывал алый колпак-маска, и глашатай. Помост опоясывало кольцо стражников, то ли мешая мне сбежать, то ли защищая меня от толпы, то ли просто красоты ради. Конвой окружил меня и повел к эшафоту. Вот и лестница на помост, по которой одновременно могут пройти два человека. Шесть стражников проходят вперед и становятся шестиугольником так, чтобы я, когда поднимусь, оказался между ними. Вот и пришла моя пора подняться на эшафот. Семь ступеней, семь неторопливых уверенных шагов – и вот я возвышаюсь над толпой на добрых полтора метра. Остальные мои конвоиры поднимаются следом за мной и расходятся к краям эшафота, отрезая мне пути к бегству. К палачу я должен подойти сам.
Стою на месте минуту или полторы, глубоко дышу. Бежать некуда, кругом стража. Вдох, выдох. Делаю шаг к виселице, потом еще один и еще. Гомон толпы. Кто-то что-то кричит. Подхожу к Тощей Вдове. Палач ставит меня на откидную часть помоста. Он наденет мне на шею петлю, а потом поворотом рычага уберет помост из-под меня, оставив хрипеть и биться в агонии на потеху толпе. Сквозь шум крови в ушах слышу голос глашатая.
- Именем Императора, за покушение на имущество должностного лица и на городскую казну, вор по имени Фэй, пойманный на месте преступления с поличным, признается виновным в государственной измене и приговаривается губернатором нашего славного города Лундизия к смерти через повешенье! Приговор будет исполнен немедленно, и так будет с каждым, кто осмелится посягнуть на имущество Империи! Палач! Привести приговор в исполнение!
Шум крови в ушах... Иногда я могу двигаться очень быстро. Не знаю, почему, но это как-то связано с тем, что я потерял лицо. Долгое время я искал ответы, но сегодня... Сегодня пусть я буду таким, какой я есть сейчас. Я ощущаю, как мое тело заполняется силой. Я знаю, что сейчас сзади подходит палач, уже готовый накинуть на меня петлю. Присесть и пригнуться. Маленький острый как бритва нож, который я сумел спрятать от стражников при всех обысках, выскальзывает из правого рукава, перерезая веревки на моих руках, и ложится мне в правую ладонь. Быстрый шаг влево, три назад, один вправо – и вот мы с палачом уже поменялись местами. Я толкаю его в спину, заставляя сделать шаг вперед, и, подпрыгнув, натягиваю веревочную петлю на его шею. При моей скорости это дело пары секунд, не больше – только теперь я слышу, как толпа изумленно ахает и вижу, что стражники разворачиваются в мою сторону, хватаясь за оружие. Прыжок – и вот я уже возле рычага, что опускает помост под приговоренным. Схватить, повернуть – и вот палач начал свою пляску в объятиях Тощей Вдовы. Еще прыжок – и несколько болтов ударили в то место, где я только что стоял. Разбег, прыжок – и вот я ныряю в темный провал в эшафоте, что прямо под виселицей, напоследок сильно дернув неудачливого палача за ноги, таким образом прервав его агонию.
Двумя часами позже, в трактире.
- А ты молодец, Фэй, - мастер-вор, сидевший напротив меня, глотнул темного пива из своей кружки. – Когда тебя повели на эшафот, я думал, тебе крышка. А ты вон какой шустрый. Повесить палача на его же виселице – да заказчик небось хохотать будет до полусмерти!
- Спасибо, Гаррет, - ответил я. – Твоя похвала мне льстит. Кстати, почему ты стал моим посредником? Ты же стараешься держаться от Гильдии Убийц подальше?
- Стараюсь. Да вот только никого у них не было, так что Корр Полтинник попросил меня проследить за тобой, благо я все равно собирался съездить в Лундизий проветриться. Кстати, как ты ускользнул от стражи на площади?
- Тайник с одеждой под эшафотом. Стенки-то у него заколочены, и туда никто никогда не заглядывает.
- Что ж, из тебя выйдет толковый... гм... специалист. Вот, держи свой гонорар, - мастер-вор толкнул мне через стол кошель с монетами. – Я бы поздравил тебя со вступлением в Гильдию Убийц, но сам знаешь...
- Ничего, все равно спасибо, - я забрал деньги и встал из-за стола. – До встречи, Тень.
- До встречи, убийца.

Приложенные файлы

  • docx 3576154
    Размер файла: 19 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий